[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЯТАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ВАЛЛОВА ({WALLOVA}<**>) И ВАЛЛА (WALLA)
ПРОТИВ ЧЕХИИ"
(Жалоба N 23848/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 26 октября 2006 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
<**>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
По делу "Валлова и Валла ({Wallova} and Walla) против Чешской Республики" Европейский суд по правам человека (Пятая секция), на заседании в Палате в составе:
П. Лоренсена, Председателя,
К. Юнгвирта,
В. Буткевича,
М. Цацы-Николовски,
Х. Боррего Боррего,
Р. Йегер,
М. Виллигера, судей,
а также при участии К. Вестердийк, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 2 октября 2006 г.,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 23848/04), поданной 22 июня 2004 г. в Европейский суд по правам человека против Чешской Республики двумя гражданами этой страны Эмилией Валловой ({Emilie Wallova}) и Ярославом Валлой (Jaroslav Walla) (далее - заявители) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителей, которым была предоставлена правовая помощь, в Европейском суде представлял Ф. Мусил (F. Musil), юрист. Власти Чешской Республики представлял Уполномоченный Чехии при Европейском суде по правам человека В.А. Шорм (V.A. Schorm).
3. 21 февраля 2005 г. Председатель Палаты принял решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке (правило 41 Регламента Суда).
4. 13 мая 2005 г. Вторая секция приняла решение коммуницировать жалобу властям Чехии. На основании положений пункта 3 статьи 29 Конвенции она приняла решение об одновременном рассмотрении дела по вопросу приемлемости жалобы и по ее существу.
5. 1 апреля 2006 г. жалоба была передана на рассмотрение во вновь образованную Пятую секцию Суда (пункт 5 правила 25 и пункт 1 правила 51 Регламента Суда).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
6. Заявители являются супругами, 1963 и 1949 годов рождения, соответственно, проживающие в г. Весче (Vesce).
7. У них пятеро детей 1985, 1988, 1995, 1997 и 2000 годов рождения.
8. 25 сентября 2000 г. Окружной суд ({Okresni} soud) г. Табора ({Tabor}), рассмотрев заявление департамента социального обеспечения при окружном управлении г. Табора (далее - орган социального обеспечения), вынес постановление о надзоре за детьми заявителей в связи с отсутствием у последних удовлетворительных жилищный условий. Признав, что родители предпринимают усилия для того, чтобы решить этот вопрос, суд отметил, что его быстрое решение сорвано в связи с недостатком средств. Таким образом, мера по надзору была направлена на то, чтобы удостовериться в том, что дети скоро смогут воспользоваться надлежащими жилищными условиями, если этого не произойдет, следует, по мнению суда, предусмотреть иную меру содействия.
9. 15 ноября 2000 г. орган социального обеспечения обратился в упомянутый суд с ходатайством о принятии временной меры, предписывающей помещение детей в учреждение по защите неблагополучных детей. В обоснование этого ходатайства он утверждал, что с 1997 года семья не располагала постоянным и приемлемым жильем, что родители не в состоянии найти решение этого вопроса и что они уклоняются от проверок, проводимых в связи с постановлением о надзоре.
10. В тот же день это ходатайство было принято судом, который вынес решение о временном помещении троих старших детей в учреждение в В. (V.), а двух других детей в учреждение К. (K.). Мера, вынесенная в соответствии со статьей 76a Гражданского процессуального кодекса Чехии, была направлена на то, чтобы обеспечить соответствующее развитие и состояние здоровья детей.
11. 29 декабря 2000 г. Краевой суд ({Krajsky} soud) г. Ческе-Будеевице ({Ceske Budejovice}) отклонил, как поданную с нарушением срока, апелляционную жалобу заявителя в отношении Решения о применении временной меры от 15 ноября 2000 г.
12. 2 февраля 2001 г. Окружной суд официально начал разбирательство по вопросу опеки над пятью детьми.
13. Решением от 1 марта 2001 г. суд постановил поместить детей в учреждение по защите неблагополучных детей, сочтя, что воспитание, осуществляемое заявителями, имело недостатки, поскольку они были не в состоянии обеспечить своих детей соответствующими и приемлемыми с точки зрения гигиены и здравоохранения жилищными условиями. Суд уведомил заявителей о возможности потребовать отмены применения этой меры в связи с изменением обстоятельств.
26 июля 2001 г. это решение было отменено краевым судом, который потребовал от суда первой инстанции дополнительных доказательств в отношении необходимости такого помещения.
14. В соответствии с данными, представленными властями Чехии, 1 ноября 2001 г. Окружной суд высказался за прекращение разбирательства в связи с тем, что заявитель представил договор о найме соответствующего жилого помещения. 30 января 2002 г. это решение было отменено краевым судом, который отметил, что оба родителя не имеют работы и что нет уверенности в том, что упомянутый договор найма, заключенный на определенный период времени (до февраля 2002 года), будет продлен.
15. 21 марта 2002 г. Окружной суд, рассмотрев ходатайство органа социального обеспечения, вынес решение, согласно которому при усыновлении двух младших детей согласие заявителей не является необходимым. Он счел, что согласно пункту "a" части 1 статьи 68 Закона о семье заявители не проявляли реального интереса к своим детям в течение не менее шести месяцев. В частности, они не посылали им подарки, не выполняли своих обязанностей по их содержанию (алименты) и не пытались обеспечить соответствующих жилищных условий; единственное посещение заявителем учреждения К. окончилось неудачей в связи с карантином.
16. 18 апреля 2002 г. Окружной суд в соответствии с частью 1 статьи 46 Закона о семье вновь вынес решение о помещении под опеку пяти детей заявителей в учреждение по защите неблагополучных детей. Он отметил, что договор о найме, заключенный заявителем (см. выше § 14), не был возобновлен в связи с тем, что заявители не внесли арендной платы и платы за коммунальные услуги, и что они только один раз обратились в муниципалитет г. Табора с просьбой о предоставлении им жилого помещения. Кроме того, заявитель, который не имеет постоянной работы, и его супруга, которая является безработной, фигурируют в списке лиц, ищущих работу, только с февраля 2001 года и до этого времени не предпринимали каких-либо действий для того, чтобы получить социальные пособия. В связи с тем что они не предпринимали достаточных усилий с целью преодолеть свои материальные трудности и найти жилье для семьи, суд счел, что по объективным причинам заявители не могут обеспечить воспитание своих несовершеннолетних детей. Кроме того, он отметил, что заявители не проявляют интереса к своим детям, что они не навещали их с апреля и декабря 2001 года и что между ними не ведется переписка и не существует общения по телефону.
17. 26 июня 2002 г. окружное управление откликнулось на просьбу заявителей в отношении трех старших детей о том, чтобы принять их у себя в течение части школьных каникул. Такое посещение также имело место на Рождество в 2002 году.
18. 22 августа 2002 г. краевой суд, рассмотрев апелляционную жалобу заявителей, оставил без изменения Решение от 18 апреля 2002 г. Не утверждая, что помещение детей в учреждение по защите неблагополучных детей является идеальным решением, и допуская, что оно является значительным вмешательством в права родителей и детей, суд отметил, что оно помогает последним в их материально нуждающемся положении, в частности, в ситуации, когда родители не могут исполнять свои родительские обязанности. Он также отметил, что в соответствии с принципом, лежащим в основе части 2 статьи 46 Закона о семье, помещение в государственное учреждение может быть предусмотрено только в случае, когда невозможно оставить детей в семье. В данном случае было доказано, что бабушка детей со стороны матери не в состоянии заботиться о них и что не имеется других лиц, которые могли бы взять на себя их воспитание. Наконец, суд объявил, что если родители действительно приложат все усилия для того, чтобы создать соответствующие условия для жизни и прочную семью, ничто не помешает в будущем отменить меру в виде помещения под опеку трех старших детей.
В тот же день краевой суд оставил без изменения Решение от 21 марта 2002 г. в части вопроса о необходимости согласия заявителей на усыновление младших детей.
19. 20 ноября 2002 г. заявители подали конституционную жалобу, утверждая, что решение о помещении их детей в учреждения по защите неблагополучных детей и решение по вопросу о необходимости их согласия на усыновление не соответствуют ни законодательству, ни статье 8 Конвенции, ни Конвенции о правах ребенка. По их утверждению, эти вмешательства не являлись необходимыми в демократическом обществе и не соответствовали критерию соразмерности, и суды не приняли соответствующим образом в расчет мнение несовершеннолетних. Заявители настаивали на том, что помещение детей в государственные учреждения было обосновано только их материальными трудностями, и власти не выполнили по отношению к ним своих позитивных обязательств в форме консультации или содействия, чтобы позволить им улучшить свое положение. По их утверждению, это произошло, если бы эти позитивные действия не привели к тому, что оспариваемое вмешательство удовлетворяло требованию субсидиарности. Полностью признав свою часть ответственности, заявители утверждали, что финансовые трудности кроме прочего были вызваны тем, что лицо, купившее их дом, не выплатило условленных сумм, а также скоплением некоторых негативных обстоятельств. Они отметили также право детей пользоваться присутствием своих родителей и привлекли внимание к риску их эмоциональных лишений. Далее они утверждали, что социальное и неудовлетворительное материальное положение детей не должно решаться путем вмешательства государственных органов в их право на уважение семейной жизни, которым пользуется квалифицированная защита. Наконец, заявители утверждали, что в данном случае не были собраны доказательства, позволяющие не считаться с их мнением по вопросу усыновления.
20. 13 ноября 2003 г. Конституционный Суд ({Ustavni} soud) назначил несовершеннолетним детям опекуна для участия в разбирательстве и приостановил исполнение решений по вопросу о необходимости согласия заявителей на усыновление.
21. Постановлением от 28 января 2004 г. Конституционный Суд отметил решение краевого суда по вопросу о необходимости согласия заявителей на усыновление в связи с тем, что оно нарушает права заявителей на справедливое судебное разбирательство и уважение семейной жизни. Однако он отклонил жалобу в части, касающейся помещения детей в государственные учреждения. Отметив, что положение заявителей являлось объектом тщательного изучения, суд счел, что оспариваемое вмешательство государства являлось единственным возможным решением и что оно соответствовало закону, а также интересам детей. Он подчеркнул, что ответственность обеспечить условия жизни и развития детей, в первую очередь, лежит на родителях, тогда как помощь государственных органов может оказываться только в момент, когда семья сталкивается, не по своей вине, с трудной ситуацией. В отношении заслушивания детей, чей возраст позволяет это сделать, суд отметил, что дочь 1988 года рождения была заслушана; заслушивание дочери заявителей 1985 года рождения не удалось провести, поскольку в это время она убежала из учреждения.
В этом решении суд также установил, что основной проблемой, лежащей в основе всего разбирательства, является отсутствие у достаточно многочисленной семьи подходящего жилья и неспособность заявителей, возникшая, в частности, в связи с их бедностью, обеспечить себя таким жильем. Учитывая, что впоследствии к этому добавились другие проблемы, по мнению Конституционного Суда, сложно решить, являлись ли заявители безответственными родителями или им не повезло и они не смогли добиться успеха, несмотря на свои усилия.
22. 29 марта 2004 г. супруги М. подали ходатайство о предоставлении им права на предварительный прием двух младших детей заявителей. 27 апреля 2004 г. их просьба была удовлетворена муниципальным департаментом г. Табор. Заявители обжаловали это решение, но эта жалоба была отклонена 22 июня 2004 г.
23. 6 апреля 2004 г. краевой суд в соответствии с заключением Конституционного Суда отклонил заявление, направленное на то, что младшие дети заявителей могли быть усыновлены без согласия последних.
24. В апреле 2004 г. заявителям было предложено погасить задолженность перед учреждением В. (V.), в котором отныне находились все их дети (см. выше § 10). Как представляется, эта задолженность все еще не была урегулирована, что дало повод для уголовного преследования заявителей.
25. 13 мая 2004 г. заявитель была проинформирована местным компетентным органом, что ее заявка об аренде жилого помещения (в рамках предложения о представлении заявок) была подана с опозданием и, следовательно, не может быть учтена.
26. По запросу заявителей 20 мая 2004 г. работники службы помощи детям провели у них обследование. Они установили, что заинтересованные лица проживают в неприемлемых условиях и что они не подают надлежащим образом запросы о предоставлении жилья. Было также установлено, что 13 июля 2000 г. после рождения последнего ребенка заявитель согласилась на временное жилье (на июль 2000 года) в специализированной структуре, однако у нее не имелось средств для того, чтобы заплатить за него (7000 чешских крон*). Она не была уведомлена о возможности для всей семьи разместиться в другом, менее дорогом, учреждении, которым управляет ассоциация, и в орган социального обеспечения не было подано никакого заявления по этому поводу.
____________________________
*Около 246 евро.
27. 3 июня 2004 г. супруги М. обратились в Окружной суд с заявлением о приеме двух младших детей. Решением от 14 июня 2004 г. им был назначен опекун. Заявители подали апелляционную жалобу против того, чтобы их дети были помещены в приемную семью.
28. В январе 2005 года заявители были уведомлены о возможности принять своих детей во время каникул. Органом социального обеспечения они были проинформированы о том, что их право на посещения не ограничивается, что они должны договориться с супругами М. и действовать совместно с органом социального обеспечения в отношении двух младших детей и что они должны обратиться в соответствующее учреждение в отношении двух других детей (третий ребенок уже достиг совершеннолетия) в соответствии со статьей 30 Закона № 359/1999. В марте 2005 года орган социального обеспечения проинформировал их о том, что необходимо