[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "КЕК ({KOK}<**>) ПРОТИВ ТУРЦИИ"
(Жалоба № 1855/02)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 19 октября 2006 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
<**>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
По делу "Кек против Турции" Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе:
Б.М. Цупанчича, Председателя Палаты,
Дж. Хедигана,
Р. Тюрмена,
В. Загребельского,
А. Гюлумян,
Э. Мийера,
И. Зиемеле, судей,
а также при участии В. Берже, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 28 сентября 2006 г.,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 1855/02), поданной 21 ноября 2001 г. в Европейский суд по правам человека против Турецкой Республики гражданкой Турции Муаллой Кек (Mualla {Kok}) (далее - "заявитель") в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителей в Европейском суде представляла Б. Истанбуллу ({B. Istanbullu}), адвокат из г. Стамбула (Istanbul). Власти Турции не назначили своего представителя для участия в рассмотрении дела в Европейском суде.
3. 11 октября 2004 г. Европейский суд (Третья секция) принял решение коммуницировать жалобу властям Турции. На основании пункта 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд принял решение рассмотреть дело одновременно по вопросу приемлемости и по существу жалобы.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель родилась в 1962 году в Болгарии и проживает в настоящее время в г. Стамбуле.
5. 20 декабря 1989 г., получив медицинское образование, заявитель продолжила обучение по специальности акушерство и гинекология в больнице в г. Ардино (Ardino) в Болгарии. В 1990 году она прервала свою специализацию в связи с вынужденным отъездом в Турцию.
6. 5 октября 1990 г. заявитель начала работать в качестве врача по трудовому соглашению в больнице Хасеки ({Saglik Bakanligi} Haseki Hastanesi) на основании сертификата о равноценности, выданного 24 июля 1990 г.
7. 18 марта 1994 г. она обратилась в Министерство здравоохранения с просьбой признать равноценным ее университетский диплом врача, а также признать ее стаж специализации в Болгарии для того, чтобы иметь возможность продолжать обучение по этой специальности в Турции.
8. Решением от 26 мая 1994 г. ее университетский диплом был признан равноценным.
9. Однако Решением от 17 января 1995 г., принятым на основании пункта "a" статьи 26 Регламента врачебных специализаций, ей было отказано в удовлетворении просьбы о зачислении стажа специализации. Положение Регламента, измененное 12 апреля 1993 г. и вступившее в силу 30 апреля 1993 г., предусматривало, что лица, начавшие обучение по медицинской специализации за границей, должны успешно сдать общий экзамен по выбранной ими специализации ({Tipta Uzmanlik Sinavi}) прежде чем иметь возможность продолжить свое обучение в Турции по указанной специализации.
10. 10 апреля 1995 г. заявитель подала жалобу в административный суд г. Анкары (Ankara) на Министерство здравоохранения Турции с целью отмены Решения от 17 января 1995 г. Она требовала также отложить исполнение этого Решения.
11. Промежуточным Решением от 13 апреля 1995 г. административный суд принял решение дополнить материалы дела и запросил возражения Министерства здравоохранения Турции, прежде чем вынести решение по жалобе заявителя об отложении исполнения.
12. Промежуточным Решением от 7 июля 1995 г. административный суд удовлетворил ходатайство Министерства здравоохранения Турции о продлении срока представления доводов по существу дела.
13. 28 июля 1995 г. административный суд отклонил требование об отсрочке исполнения указанного Решения.
14. 1 февраля 1996 г. административный суд отказал в удовлетворении жалобы заявителя в связи с тем, что оспариваемое решение соответствовало действовавшему законодательству. В частности, суд счел, что заявитель не выполнила условий, предусмотренных национальным законодательством.
15. 5 апреля 1996 г. заявитель подала кассационную жалобу в Государственный Совет Турции на Решение от 1 февраля 1996 г.
16. 5 марта 1999 г. Государственный Совет Турции принял решение запросить дополнительные сведения в Министерстве здравоохранения Турции и отложить вынесение решения до получения этой информации.
17. 17 ноября 1999 г. Государственный Совет Турции принял решение о подтверждении своего Решения от 5 марта 1999 г. в связи с отсутствием ответа со стороны органа власти в установленный срок.
18. 5 января 2000 г. Министерство здравоохранения Турции ответило на запрос Государственного Совета Турции и представило требуемые сведения.
19. 8 февраля 2000 г. Государственный Совет Турции оставил без изменения решение суда первой инстанции.
20. 4 мая 2000 г. заявитель обратилась в Государственный Совет Турции с заявлением о внесении исправления.
21. 19 декабря 2000 г. Государственный Совет вынес следующее решение:
"...Единогласно принял решение на основании статьи 20 Административного процессуального кодекса предложить Министерству здравоохранения представить все сведения [по пунктам, указанным ниже] в 30-дневный срок с момента вручения настоящего Решения:
- имеется ли специальное положение, регулирующее положение лиц, прибывших в Турцию в связи с принудительным выселением из Болгарии в 1990 году;
- какие действия были совершены в отношении лиц, находившихся в положении, подобном положению стороны-заявителя;
- были ли предоставлены этим лицам льготные условия;
/.../".
Из материалов дела следует, что решение было направлено заявителю в тот же день.
22. Кроме того, в тот же день Государственный Совет Турции принял решение дождаться ответа Министерства здравоохранения Турции, прежде чем выносить решение по ходатайству заявителя об отложении исполнения. Об этом было сообщено заявителю.
23. Письмом от 16 марта 2001 г. Министерство здравоохранения Турции представило сведения, запрошенные Государственным Советом Турции. Оно пояснило, что заявитель, которая прервала свое обучение, продолжавшееся четыре года, не соответствовала условиям, требуемым в этой области. В частности, было отмечено, что на основании статьи 26 Регламента врачебных специализаций лица, приступившие к обучению по медицинской специализации за границей, должны успешно сдать общий экзамен по выбранной ими специальности, прежде чем иметь возможность продолжить свое обучение в Турции по указанной специализации.
24. Из материалов дела следует, что Письмо от 16 марта 2001 г. не было направлено заявителю. Меморандумом от 9 апреля 2001 г. заявитель потребовала удовлетворить ее заявление об исправлении в связи с неисполнением Решения от 19 декабря 2000 г.
25. 26 апреля 2001 г. Государственный Совет Турции отклонил заявление об исправлении.
II. Применимое национальное законодательство
и правоприменительная практика
26. В турецком праве профессия врача относится к свободным профессиям: врач, получивший разрешение, свободен в выборе, практиковать ему или нет, и может работать в государственном или частном лечебном учреждении (см. Закон от 14 апреля 1928 г. № 1219 (Tababet ve {Suabati ve suabati Sanatlarinin icrasina} dair kanun)).
ПРАВО
I. Приемлемость
27. Европейский суд установил, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. При этом Европейский суд отметил, что она не является неприемлемой по какому-либо иному основанию. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
28. Заявитель утверждала, что длительность разбирательства в административных судах Турции превысила разумный срок по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции. Кроме того, в ходе разбирательства в Государственном Совете Турции был нарушен принцип равенства сторон, неотъемлемый от права на справедливое судебное разбирательство, которое гарантировано этим же положением и которое гласит:
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом...".
29. Власти Турции не согласились с этим доводом.
A. Применимость пункта 1 статьи 6 Конвенции
30. В качестве основного аргумента власти Турции ссылались на неприменимость в настоящем деле пункта 1 статьи 6 Конвенции, поскольку в данном случае спор, рассматривавшийся в административных судах, не относится к спору о гражданских правах и обязанностях. Они отметили, что право на медицинскую специализацию не гарантировано как таковое в турецкой правовой системе. Заявитель подала заявление для продолжения специализации, которую она начала за границей, в то время как в турецком законодательстве разрешение на специализацию подчинено определенным условиям, которым не соответствует заявитель. Кроме того, по утверждению властей Турции, принимая во внимание тот факт, что заявитель работает в государственной больнице, ее жалоба может быть рассмотрена как имеющая отношение к прохождению службы.
31. Заявитель утверждала, что статья 6 Конвенции применима в данном деле.
32. В соответствии с устоявшейся практикой Европейского суда "понятия "спор о гражданских правах и обязанностях" относятся к любому разбирательству, результат которого является определяющим для [таких] прав и обязанностей" (см. Постановление Европейского суда по делу "Рингайзен против Австрии" (Ringeisen v. Austria) от 16 июля 1971 г., Series A, № 13, p. 39, § 94). Следовательно, пункт 1 статьи 6 Конвенции не довольствуется тонкими связями и отдаленными последствиями: гражданские права и обязанности должны быть очевидным предметом или одним из предметов спора, при этом результат судебного процесса имеет прямое значение для установления этих прав (см. Постановление Европейского суда по делу "Ле Конт, Ван Левен и де Мейере против Бельгии" (Le Compte, Van Leuven and De Meyere v. Belgium) от 23 июня 1981 г., Series A, № 43, p. 21, § 46); это положение применяется только к разбирательствам, в результате которых принимается решение, имеющее прямые последствия, а не косвенные или непредвиденные, для гражданских прав и обязанностей заинтересованного лица (см. Решение Европейской комиссии по делу "Франк Сюрмон и Элена де Мереши и другие против Бельгии" (Frank Surmont and Helena De Meurechy and others v. Belgium) от 6 июля 1989 г., Decisions and Reports 62, p. 284). Вместе с тем Европейский суд счел, что в случае если законодательство предусматривает определенные условия для того, чтобы получить доступ к профессии и заявитель удовлетворяет этим требованиям, он имеет право доступа к указанной профессии (см. Постановление Европейского суда по делу "Де Моор против Бельгии" (De Moor v. Belgium) от 22 июня 1994 г., Series A, № 292-A, p. 15, § 43). Кроме того, Европейский суд отметил, что если государство предоставляет права, которые могут явиться предметом обжалования в судебном порядке, эти права в принципе могут рассматриваться как гражданские по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Тиннелли и сыновья Лимитед" и другие и МакЭлдафф и другие против Соединенного Королевства" (Tinnelly & Sons Ltd and others and McElduff and others v. United Kingdom) от 10 июля 1998 г., Reports of Judgments and Decisions 1998-IV, p. 1656, § 61).
33. В настоящем деле очевидно, что "спор" возник после Решения, принятого 17 января 1995 г. Министерством здравоохранения Турции (см. выше § 9). Будучи реальным и серьезным, он касался наличия требуемого заявителем права продолжать медицинскую специализацию, которую она начала за границей, с тем чтобы иметь возможность работать в частном или государственном секторе в качестве специалиста. В результате разбирательства обжалуемое Решение могло быть отменено, то есть решение об отказе в удовлетворении ее жалобы, направленной на то, чтобы был зачтен стаж ее специализации; таким образом, он являлся прямо определяющим для рассматриваемого права.
Следовательно, достаточно определить, являлось ли право заявителя на продолжение медицинской специализации гражданским по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции.
34. Европейский суд напомнил, что он сделал вывод о том, что понятие "гражданские права и обязанности" является автономным. Он также счел, что в данном контексте законодательство государства-ответчика имеет значение (см. Постановление Европейского суда по делу "Кениг против Германии" ({Konig} v. Germany) от 28 июня 1978 г., Series A, № 27, p. 30, § 89). Действительно, это право должно рассматриваться с точки зрения не только правовой квалификации, но также материально-правового содержания и его последствий, предусмотренных национальным законодательством соответствующего государства, а не как гражданское по смыслу этого выражения, закрепленного в Конвенции. Более того, при осуществлении своей надзорной функции Европейский суд также должен принимать во внимание объект и цели Конвенции (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Перес против Франции" (Perez v. France), жалоба № 47287/99, § 57, ECHR 2004-I).
35. В отношении рассматриваемого "гражданского" права Европейский суд напомнил свое сложившееся прецедентное право относительно медицинских профессий (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Кениг против Германии", § 91 - 92; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Ле Конт, Ван Левен и де Мейере против Бельгии", p. 20, § 44 - 45; Постановление Европейского суда по делу "Альбер и ле Конт против Бельгии" (Albert and Le Compte v. Belgium) от 10 февраля 1983 г., Series A, N 58, p. 14, § 27; и Постановление Европейского суда по делу "Краска против Швейцарии" (Kraska v. Switzerland) от 19 апреля 1993 г., Series A, № 254-B, p. 48, § 25). В законодательстве Турции профессия врача относится к свободным профессиям: врач, получивший разрешение, свободен в выборе, практиковать ему или нет, и может работать в государственном или частном лечебном учреждении (см. выше § 26). Вместе с тем, большая часть работников, занятых в секторе здравоохранения, далека от деятельности, характерной для государственных органов, поскольку они не принимают прямого или косвенного участия в осуществлении государственной власти и не выполняют функции, связанные с обеспечением общественных интересов государства или других органов власти (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Пеллегрен против Франции" (Pellegrin v. France), жалоба № 28541/95, § 41, ECHR 1999-VIII).
36. Очевидно, обратившись в административный суд, заявитель, врач-медик, добивалась отмены отказа органа власти в удовлетворении ее жалобы,