Постановление Европейского суда по правам человека от 29.11.2007 Дело Исмаилова (ismailova) против Российской Федерации [рус., англ.]

(неофициальный перевод)

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО "ИСМАИЛОВА (ISMAILOVA) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

(Жалоба № 37614/02)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

(Страсбург, 29 ноября 2007 года)

Европейский суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Л. Лукаидеса, Председателя Палаты,

Н. Ваич,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева,

Д. Шпильманна,

С.Э. Йебенса, судей,

а также при участии А. Вампака, заместителя Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке в соответствии с правилом 41 Регламента Суда,

заседая за закрытыми дверями 8 ноября 2007 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой № 37614/02, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданкой Российской Федерации Курбанкиз Исмаиловой (далее - заявительница) 5 октября 2002 г. Интересы заявительницы были представлены А. Леонтьевым и Р. Даниэлом, адвокатами, практикующими соответственно в г. Санкт-Петербурге и в графстве Норфолк (Англия).

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявительница утверждала, что решение [властей] о проживании двух ее детей с их отцом противоречило статьям 8, 9 и 14 Конвенции.

4. Решением от 31 августа 2006 г. Европейский суд признал жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.

5. Заявительница и власти Российской Федерации представили свои письменные замечания по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента суда). После того как, проконсультировавшись со сторонами, Палата приняла решение, что не было необходимости в проведении устных слушаний (пункт 3 правила 59 Регламента Суда in fine<*>), стороны в письменной форме ответили на замечания друг друга.

--------------------------------

<*>In fine (лат.) - в конце (прим. переводчика).

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

6. Заявительница родилась в 1972 году и проживает в г. Махачкале.

A. События, имевшие место до судебного разбирательства 2001 года

по вопросу об определении места жительства

детей заявительницы<*>

--------------------------------

<*>В английском тексте употреблен термин "custody", который в контексте семейных отношений переводится как "право опеки" или "родительские права". Однако в данном деле, как следует из Постановления, речь идет не о лишении родительских прав, а об "определении, с кем из родителей будут проживать несовершеннолетние дети после развода" (см. пункт 2 статьи 24 Семейного кодекса Российской Федерации). Таким образом, здесь и далее по тексту термин "custody" будет переводиться именно как определение места жительства детей заявительницы (прим. переводчика).

7. Заявительница вступила в брак в 1990 году. Заявительница и ее муж номинально являлись мусульманами, но они не осуществляли религиозные обряды на практике в то время.

8. Двое их детей, мальчик и девочка, родились в 1993 и 1997 годах соответственно.

9. По-видимому, семья проживала в доме родителей мужа заявительницы в населенном пункте Новомугри Сергокалинского района Республики Дагестан.

10. Будучи расстроенной различными сложностями во взаимоотношениях с мужем, который был моряком и часто отсутствовал дома, поскольку находился в плавании, в июне 1999 г. заявительница начала общаться с представителями организации "Свидетелей Иеговы".

11. В июне 2000 г. растущая напряженность в отношениях между супругами в связи с религиозными интересами заявительницы привела к тому, что заявительница решила покинуть супружеский дом вместе с детьми. Заявительница и ее дети стали жить у родителей заявительницы.

12. В декабре 2000 г. заявительница прошла обряд посвящения в члены организации "Свидетели Иеговы".

13. По-видимому, в период с июня 2000 г. по июль 2001 г. имели место весьма редкие контакты между мужем заявительницы и детьми. В связи с тем, что муж заявительницы систематически не предоставлял ей денежные средства для воспитания детей, в начале 2001 г. заявительница обратилась в суд, требуя взыскания алиментов. 26 апреля 2001 г. суд обязал мужа заявительницы выплачивать денежные средства на содержание детей.

14. 1 июля 2001 г. дети поехали навестить своих дедушку и бабушку по отцовской линии, и 26 августа 2001 г. родители отца отказались вернуть детей заявительнице. Заявительница утверждает, что с того времени она не имеет возможности регулярно встречаться со своими детьми.

B. Разбирательство дела в суде первой инстанции

15. 17 сентября 2001 г. отец детей обратился в Ленинский районный суд г. Махачкалы с заявлением о разводе.

16. Он также утверждал, что готов обеспечить детям лучшие условия для проживание и более спокойную психологическую обстановку, чем заявительница; что заявительница берет детей с собой на религиозные собрания для того, чтобы обратить их в веру Свидетелей Иеговы, что дети стали раздражительными и не хотят возвращаться к матери, и потребовал от суда установить, что оба ребенка будут проживать с ним.

17. В ответ заявительница согласилась с тем, что ее брак с отцом детей окончательно распался, но она оспорила требование мужа о передаче ему детей.

1. Заключение органа опеки и попечительства

18. В ходе предварительного слушания по делу Ленинский районный суд г. Махачкалы обратился к органу опеки и попечительства при администрации Ленинского района г. Махачкалы с просьбой представить заключение по вопросу места проживания детей.

19. Письмо-поручение Ленинского районного суда г. Махачкалы от 24 октября 2001 г. содержало просьбу о подготовке заключения о жилищных условиях заявительницы, а также заключения о "возможности оставления детей с заявительницей с учетом того, что заявительница посещает секту "Свидетели Иеговы".

20. 4 декабря 2001 г. чиновник У. составил заключение о первоначальном обследовании жилищных условий [заявительницы]. В заключении описывалась квартира площадью 68,5 кв. метра, в которой проживала заявительница, ее родители и трое братьев. Далее в заключении указывалось следующее:

"... Дополнительная информация о семье [заявительницы]: [заявительница] посещает [собрания] организации "Свидетелей Иеговы", члены организации иногда проводят встречи в ее доме, они изучают соответствующую литературу. Родители [заявительницы] критично относятся к ее религии.

Я полагаю, в интересах несовершеннолетних детей, более целесообразно для них жить с их отцом [...] в населенном пункте Новомугри, Сергокалинского района".

21. Неустановленного числа Ленинский районный суд г. Махачкалы приобщил Заключение от 4 декабря 2001 г. к материалам дела.

2. Заключение администрации Ленинского района г. Махачкалы

22. 11 декабря 2001 г. в ответ на запрос Ленинского районного суда г. Махачкалы администрация Ленинского района г. Махачкалы представила в указанный суд заключение, в котором она рекомендовала передать детей на воспитание их отцу.

23. Администрация Ленинского района г. Махачкалы отметила, что:

"Орган опеки и попечительства при администрации Ленинского района г. Махачкалы установил, что [заявительница] проживала в доме своих родителей... В 1990 году она вышла замуж за Магомеда Газимагомедова, от которого родила двух детей: Абдулу Газимагомедова, 1993 года рождения, и Аминат Газимагомедову, 1997 года рождения.

Супруги проживали в селе Новомугри Сергокалинского района. Заявительница работала в соседнем селе учительницей. Работа ее мужа была связана с морскими поездками.

К июню 2000 г. супруги Газимагомедовы фактически прекратили семейные отношения. Дети стали жить с матерью в г. Махачкале.

Задолго до развода [заявительница] стала посещать [собрания] религиозной организации "Свидетели Иеговы". Посещение собраний организации, поездки в связи с этим [в другие города, стали причиной разногласий в семье и ее распада. Односельчане и родственники осуждали поведение [заявительницы].

Проживая с детьми в г. Махачкале, вопреки воле родителей, [заявительница] не переставала регулярно посещать собрания организации "Свидетели Иеговы". Она стала активным пропагандистом идей этой организации. Иногда ее единомышленники собираются в ее родительском доме и изучают соответствующую литературу. На собрания [заявительница] также водила и своих детей. Дети после посещения этих сборищ стали пугливыми, нервными, воспринимали окружающий мир и явления природы в той форме, в какой ее преподносит учение "Свидетелей Иеговы" (дети при дожде боялись Всемирного потопа, свекровь [заявительницы] называли "сатаной", не посещали дни рождения сверстников и праздники, так как отмечать их по вере "Свидетелей Иеговы" не разрешалось).

Отец детей... серьезно опасался, что общение детей с матерью таило в себе угрозу воспитанию детей. Он был против возвращения детей в г. Махачкалу.

В настоящее время несовершеннолетние дети проживают у отца. [Мальчик] успешно обучается в [школе]...

На основании вышеизложенного, учитывая, что родители должны предоставлять каждому ребенку возможность расти физически и духовно здоровым, исходя из интересов несовершеннолетних детей, орган опеки и попечительства считает целесообразным проживание детей с отцом".

3. Судебное решение от 15 марта 2002 г.

24. 15 марта 2002 г. Ленинский районный суд г. Махачкалы вынес Решение, которым расторг брак между заявительницей и ее мужем и установил, что дети будут проживать с отцом.

25. Решение от 15 марта 2002 г. было мотивировано следующим образом:

"... [Супруги] поженились 6 декабря 1990 г., затем проживали по разным адресам, а с 1997 года проживают в частном доме в селе Новомугри Сергокалинского района Республики Дагестан.

У них есть дети: Абдула, родился 30 мая 1993 г., и Аминат, родилась 15 января 1997 г.

В июне 2000 года, приехав в гости к своим родителям, [заявительница] вступила в организацию "Свидетели Иеговы". В семье возникли конфликты, и с тех пор стороны не живут семейной жизнью. Семья распалась. Судом был дан срок на примирение, однако стороны не помирились и просят расторгнуть брак.

Следовательно, сохранить семью невозможно и брак следует расторгнуть.

Из показаний [заявительницы], ее матери... усматривается, что члены организации "Свидетели Иеговы" несколько раз в неделю приходят в квартиру, где проживает [заявительница] с родителями, и проводят там свои мероприятия. Кроме того, [заявительница] ходит еженедельно на собрания "Свидетелей Иеговы".

[Мать заявительницы] в ходе допроса в суде подтвердила, что сначала ее внуки очень пугались дождя и ветра и говорили о наступлении Всемирного потопа и землетрясении. Именно тогда [мать заявительницы] узнала о том, что [заявительница] берет детей на собрания в секту "Свидетели Иеговы".

Из материалов дела, пояснений сторон усматривается, что в настоящее время [муж заявительницы] проживает в селе Новомугри, в двухэтажном доме. Дом и хозяйство фактически принадлежат ему. Он работает несколько месяцев на море и столько же времени находится дома.

Дети проживали и в настоящее время проживают с ним и его родителями.

Согласно справке Новомугринской средней школы [сын заявительницы] учится на отлично.

[Заявительница] работает учительницей, и о ней хорошие отзывы.

Из акта обследования [ее] жилищных условий усматривается, что в квартире..., состоящей из трех комнат, проживают она, ее родители и трое ее братьев.

Там же собираются члены организации "Свидетели Иеговы", изучают соответствующую литературу. Согласно акту обследования жилищных условий, заключению органа опеки и попечительства "родители должны предоставить каждому ребенку возможность расти физически и духовно здоровым; исходя из интересов несовершеннолетних детей, орган опеки и попечительства считает целесообразным проживание [обоих детей] с отцом".

Суд также считает, что с учетом того, что дети... более пяти лет проживали с отцом, им еще нет десяти лет, а также принимая во внимание их интересы, в соответствии со статьями 54 - 56 и 61 - 66 Семейного кодекса Российской Федерации целесообразно определить их место жительства с отцом...".

C. Рассмотрение дела судом кассационной инстанции

26. Заявительница и ее представитель подали кассационную жалобу на Решение суда от 15 марта 2002 г. в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан.

27. В своей кассационной жалобе заявительница утверждала, что решение суда первой инстанции носило дискриминационный характер, поскольку было основано на причастности заявительницы к организации "Свидетели Иеговы", что выводы суда первой инстанции были ошибочны, необоснованны и связаны с неверным толкованием фактов, что суд не учел всех обстоятельств, имеющих значение для дела в соответствии с пунктом 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации (длительное отсутствие отца в связи с работой в море, доказанная педагогическая компетентность заявительницы как профессионального школьного учителя, предшествующая и настоящая история участия обоих родителей в воспитании их детей, предположительно аморальное поведение отца, связанное с супружеской изменой и тому подобное), а также что суд первой инстанции действовал исходя из предположения, что организация "Свидетели Иеговы" представляет опасность.

28. Заявительница также привела цитаты из законодательства Российской Федерации по вопросу установления опеки над детьми и из Постановления Европейского суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria) от 23 июня 1993 г.

29. 17 апреля 2002 г. судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан в составе трех профессиональных судей, рассмотрев кассационную жалобу заявительницы, двумя голосами против одного отклонила ее как необоснованную.

30. В частности, большинство судей согласились с тем, что:

"Принимая решение об оставлении несовершеннолетних детей для проживания с отцом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что это отвечает интересам детей. Решение суда основано на заключении органа опеки и попечительства и обстоятельствах дела, установленных в судебном заседании.

Так, судом установлено, что мать детей... являющаяся членом организации "Свидетели Иеговы", брала детей на собрания секты, вовлекала их в общение с членами секты на дому. Тем самым она нарушила требования статьи 28 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания. Согласно части второй статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. [Судебная коллегия] находит несостоятельными доводы [заявительницы] о том, что суд лишает ее своим решением права на воспитание детей в связи с ее вероисповеданием и принадлежностью к организации "Свидетелей Иеговы". Согласно части третьей статьи 17 Конституции Российской Федерации и пункту 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации осуществление [заявительницей] своих конституционных прав, в том числе права исповедовать любую религию и родительских прав, не должно нарушать права и свободы других лиц или противоречить интересам детей. Право родителя, проживающего отдельно от ребенка, на участие в его воспитании гарантировано статьей 66 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющей порядок осуществления таким родителем своих родительских прав.

Судом также установлено, что материальное положение [мужа заявительницы], его жилищно-бытовые условия лучше условий [заявительницы]. [Муж заявительницы] имеет работу, проживает со своими родителями и имеет в собственности двухэтажный жилой дом, где имеются необходимые для проживания детей условия. Родители [мужа заявительницы] против совместного проживания с ними внуков не возражают. [Заявительница] работает преподавателем истории [в школе] в г. Махачкале. Она проживает в трехкомнатной квартире родителей, жилой площадью 48 кв. м, где кроме нее, отца и матери, проживают три ее брата: 1977, 1983 и 1985 годов рождения.

Орган опеки и попечительства пришел к выводу о том, что, исходя из интересов несовершеннолетних детей, местом их жительства следует определить место жительства их отца... Доводы [заявительницы] о том, что передача детей отцу негативно в будущем отразится на их эмоциональном состоянии, не подтверждены доказательствами. Доводы о наличии государственной регистрации религиозной организации "Свидетелей Иеговы", о пользе, оказываемой этой организацией обществу и другие, не могут быть приняты во внимание, поскольку не относятся к предмету судебного разбирательства по данному делу. Оснований к отмене состоявшегося по делу решения по доводам кассационной жалобы [заявительницы] не имеется".

31. Судья, не согласившийся с большинством, представил следующее особое мнение:

"...Полагаю решение суда первой инстанции подлежало отмене ввиду неисследованности обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации".

32. Последующие попытки заявительницы инициировать пересмотр дела в порядке надзора оказались безрезультатными.

33. Все соответствующие жалобы, поданные заявительницей, были отклонены как необоснованные.

34. Последнее Определение суда в связи с этим было вынесено Верховным судом Республики Дагестан 28 ноября 2003 г.

D. События, имевшие место после судебного разбирательства

по вопросу об определении места жительства

детей заявительницы

35. Заявительница утверждала, что ее бывший муж вновь женился и что его новая жена не предпринимала попыток взять на себя роль или обязанности приемной матери. В отсутствие отца, который часто уходил в море, бабушка стала единственным лицом, заботящимся о детях.

36. Заявительница также утверждала, что ей было разрешено навестить детей только несколько раз и что она никогда не могла остаться с ними наедине.

37. Власти Российской Федерации утверждали, что согласно информации, предоставленной главой администрации Сергокалинского района Республики Дагестан, дети заявительницы проживали со своим отцом, с бабушкой и дедушкой по отцовской линии в частном двухэтажном доме. Они располагали всеми необходимыми возможностями для воспитания и образования детей<*>. Их отец повторно женился, и у него был третий ребенок. Дети заявительницы эмоционально привязались к этому ребенку.

--------------------------------

<*>Так в тексте. Видимо, речь идет о родственниках детей, с которыми они проживали (прим. переводчика).

II. Соответствующее внутригосударственное законодательство

38. Статья 28 Конституции Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. предусматривает:

"Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними".

39. В статье 65 Семейного кодекса Российской Федерации (Осуществление родительских прав) закреплено следующее:

"3. Место жительства детей при раздельном проживании родителей устанавливается соглашением родителей.

При отсутствии соглашения спор между родителями разрешается судом исходя из интересов детей и с учетом мнения детей. При этом суд учитывает привязанность ребенка к каждому из родителей, братьям и сестрам, возраст ребенка, нравственные и иные личные качества родителей, отношения, существующие между каждым из родителей и ребенком, возможность создания ребенку условий для воспитания и развития (род деятельности, режим работы родителей, материальное и семейное положение родителей и другое)".

40. Статья 66 Семейного кодекса Российской Федерации (Осуществление родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка) предусматривает следующее:

"1. Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования.

Родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем, если такое общение не причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка, его нравственному развитию.

2. Родители вправе заключить в письменной форме соглашение о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка.

Если родители не могут прийти к соглашению, спор разрешается судом с участием органа опеки и попечительства по требованию родителей (одного из них).

3. При невыполнении решения суда к виновному родителю применяются меры, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством. При злостном невыполнении решения суда суд по требованию родителя, проживающего отдельно от ребенка, может вынести решение о передаче ему ребенка исходя из интересов ребенка и с учетом мнения ребенка.

4. Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из воспитательных учреждений, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке".

ПРАВО

I. Предварительные возражения властей Российской Федерации

41. В своих замечаниях по существу дела власти Российской Федерации утверждали, что в Решении о приемлемости от 31 августа 2006 г. Европейский суд не рассмотрел полностью довод властей о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты. В частности, Европейский суд не принял во внимание тот факт, что правовая система Российской Федерации предоставляла заявительнице возможность обратиться в суд с заявлением о пересмотре решения об определении места жительства детей, если изменились условия воспитания детей.

42. Европейский суд отмечает, что в своем Решении от 31 августа 2006 г. он рассмотрел и отклонил заявление властей Российской Федерации о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты. Европейский суд полагает, что процедура определения права родителя, проживающего отдельно от ребенка, на общение с ребенком и участие в его воспитании, на которую ссылались власти Российской Федерации, могла бы оказать некоторое воздействие на взаимоотношения заявительницы с ее детьми, однако не могла исправить персональную ситуацию заявительницы и принести ей облегчение в связи с ее жалобой на решения, которыми местом жительства детей был определен дом их отца. Европейский суд полагает, что аналогичные доводы применимы и к утверждению властей Российской Федерации о том, что правовая система Российской Федерации предоставляла возможность пересмотра решения об определении места жительства детей в случае изменения условий воспитания детей. Если бы заявительница обратилась за пересмотром судебных решений, установивших местом проживания детей дом их отца, это разбирательство могло бы оказать некоторое воздействие на взаимоотношения заявительницы с детьми в будущем. Однако выводы и предписание, изложенные в Судебных решениях от 15 марта и 17 апреля 2002 г. остались бы без изменения, и заявительница не получила бы никакого возмещения за предполагаемые нарушения ее конвенционных прав, допущенные в прошлом.

43. В свете изложенного Европейский суд полагает, что процедура, на которую ссылались власти Российской Федерации, не являлась средством правовой защиты, предназначенным для исчерпания, как это указано в пункте 1 статьи 35 Конвенции. Следовательно, Европейский суд отклоняет предварительное возражение властей Российской Федерации.

II. Предполагаемое нарушение статьи 8 Конвенции,

рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции

44. Заявительницу не устраивали решения судов Российской Федерации, которыми местом жительства двух ее детей был определен дом отца детей. Она утверждала, что такое решение противоречило статье 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции. Указанные положения в части, применимой к настоящему делу, звучат следующим образом:

Статья 8 Конвенции

"1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".

Статья 14 Конвенции

"Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по... религии... или по любым иным признакам".

A. Доводы сторон

1. Доводы властей Российской Федерации

45. В своих замечаниях о приемлемости жалобы власти Российской Федерации утверждали, что решение об определении места жительства детей с их отцом было законным, обоснованным и принятым в интересах детей, а также что детям с заявительницей было намного хуже не только из-за встреч с представителями организации "Свидетели Иеговы" и незнакомых людей в квартире заявительницы, но и из-за плохого материального положения заявительницы. Власти утверждали, что доход отца детей и имевшиеся у него условия для проживания были намного лучше, чем у матери детей, и что дети не хотели жить с матерью. Власти Российской Федерации также ссылались на заключение местной администрации от 11 декабря 2002 г., из которого следовало, что после посещения религиозных собраний дети стали нервными, пугливыми и утратили связь с реальностью. В итоге власти Российской Федерации утверждали, что рассматриваемыми судебными решениями не было нарушено право заявительницы, гарантированное статьей 8 Конвенции, и что, в любом случае, вмешательство было оправдано согласно второй части указанной статьи Конвенции. Кроме того, власти Российской Федерации утверждали, что, по сведениям главы местной администрации по месту жительства отца детей, дети жили в доме своего отца и учились в очень хороших условиях. В замечаниях по существу дела власти Российской Федерации также отметили, что религиозная принадлежность заявительницы не была решающим фактором или фактором, имеющим какое-либо значение, при вынесении решения об определении места жительства детей и что, в любом случае, рассматриваемое решение было принято в лучших интересах детей. Власти утверждали, что заявительница не была лишена родительских прав и что она свободно могла участвовать в образовании и воспитании детей.

2. Доводы заявительницы

46. Заявительница утверждала, что ссылка властей Российской Федерации на события или факты, имевшие место после рассматриваемой процедуры, была некорректной, поскольку эти обстоятельства не имели отношения к сути дела. Заявительница полагала, что судебные решения об определении места жительства ее детей противоречили пункту 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации и, следовательно, являлись незаконными. Она также утверждала, что судебные решения были необоснованными, недоказанными и явно дискриминационными.

B. Мнение Европейского суда

47. Европейский суд повторяет, что статья 14 Конвенции дополняет другие положения Конвенции и Протоколов к ней. Она не существует отдельно, поскольку применяется только по отношению к "пользованию правами и свободами", гарантированными указанными положениями. Хотя применение статьи 14 Конвенции не предполагает нарушение указанных положений - и в этой степени эта статья самостоятельна, - она не может быть применена, если рассматриваемые факты не попадают в сферу действия одного или более положений Конвенции (см. среди других примеров Постановление Европейского суда по делу "Ван Раальте против Нидерландов" (Van Raalte v. Netherlands) от 21 февраля 1997 г., Reports 1997-I, p. 184, § 33, и Постановление Европейского суда по делу "Кэмп и Бурими против Нидерландов" (Camp and Bourimi v. Netherlands), жалоба № 28369/95, ECHR 2000-X, § 34).

1. Рассмотрение вопроса о том, попадают ли обстоятельства

данного дела в сферу действия статьи 8 Конвенции

48. Для начала следует отметить, что в данном деле двое детей проживали со своей матерью, после того как она ушла из дома мужа в июне 2000 г. и до августа 2001 г., когда родители мужа отказались вернуть приехавших к ним детей. При таких обстоятельствах Европейский суд полагает, что последующее судебное решение, определившее, что дети должны проживать с отцом, являлось вмешательством в право заявительницы на уважение ее семейной жизни и не может рассматриваться только как судебное вмешательство, необходимое при любом разводе. Поэтому дело попадает в сферу действия статьи 8 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria) от 23 июня 1993 г., Series A, № 255-C, p. 58, § 29, и Постановление Европейского суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France), жалоба № 64927/01, ECHR 2003-XII, § 30).

2. Рассмотрение вопроса о том, находились ли заявительница

и ее бывший муж в одинаковой или сравнимой по сути

ситуации и относились ли к ним одинаково

49. Европейский суд также напоминает, что статья 14 Конвенции применяется, только если заявитель продемонстрирует, что с ним или с ней обращались по-другому по сравнению с лицом в аналогичной ситуации применительно к материальному праву, гарантированному Конвенцией (см. Постановление Европейского суда по делу "Фредин против Швеции (N 1)" (Fredin v. Sweden (No. 1)) от 18 февраля 1991 г., Series A, № 192, § 61).

50. Поэтому Европейский суд должен сначала рассмотреть, может ли заявительница утверждать, что с ней обращались иным образом, чем с ее мужем, и что они находились в одинаковой ситуации.

51. Определяя местом жительства детей дом их отца, районный суд отметил условия, в которых заявительница и ее бывший муж соответственно воспитывали детей. Поступая таким образом, районный суд, с одной стороны, принял во внимание следующие факторы относительно бывшего мужа заявительницы:

"Из материалов дела, пояснений сторон усматривается, что в настоящее время [муж заявительницы] проживает в селе Новомугри в двухэтажном доме. Дом и хозяйство фактически принадлежат ему. Он работает несколько месяцев на море и столько же времени находится дома...

Дети проживали и в настоящее время проживают с ним и его родителями.

Согласно справке Новомугринской средней школы [сын заявительницы] учится на отлично".

52. С другой стороны, в отношении заявительницы районный суд отметил, что:

"Из показаний [заявительницы], ее матери... усматривается, что члены организации "Свидетели Иеговы" несколько раз в неделю приходят в квартиру, где проживает [заявительница] с родителями, и проводят там свои мероприятия. Кроме того, [заявительница] ходит еженедельно на собрания "Свидетелей Иеговы".

[Мать заявительницы] в ходе допроса в суде подтвердила, что сначала ее внуки очень пугались дождя и ветра и говорили о наступлении Всемирного потопа и землетрясении. Именно тогда [мать заявительницы] узнала о том, что (заявительница) берет детей на собрания в секту "Свидетели Иеговы". ...

[Заявительница] работает учительницей, и о ней хорошие отзывы.

Из акта обследования [ее] жилищных условий усматривается, что в квартире... состоящей из трех комнат, проживают она, ее родители и трое ее братьев.

53. Районный суд пришел к следующему выводу:

"... орган опеки и попечительства считает целесообразным проживание [обоих детей] с отцом...

54. Рассмотрев дело в кассационном порядке, Верховный суд Республики Дагестан определил:

Так, судом установлено, что мать детей... являющаяся членом организации "Свидетели Иеговы", брала детей на собрания секты, вовлекала их в общение с членами секты на дому. Тем самым она нарушила требования статьи 28 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания. Согласно части второй статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. [Судебная коллегия] находит несостоятельными доводы [заявительницы] о том, что суд лишает ее своим решением права на воспитание детей в связи с ее вероисповеданием и принадлежность к организации "Свидетелей Иеговы". Согласно части третьей статьи 17 Конституции Российской Федерации и пункту 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации осуществление [заявительницей] своих конституционных прав, в том числе права исповедовать любую религию и родительских прав, не должно нарушать права и свободы других лиц или противоречить интересам детей. Право родителя, проживающего отдельно от ребенка, на участие в его воспитании гарантировано статьей 66 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющей порядок осуществления таким родителем своих родительских прав.

55. Европейский суд полагает, что в отличие от упомянутого выше Постановления Европейского суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France) (§ 33 - 38), нельзя сказать, что суды Российской Федерации приняли решение в данном деле, руководствуясь исключительно или принципиально религиозной принадлежностью заявительницы. Фактически суды Российской Федерации ясно дали понять, что заявительница и ее муж находились в абсолютно разных ситуациях в том, что касалось существенных для дела факторов, таких как финансовое положение и условия проживания. Действительно, суды Российской Федерации рассмотрели доводы о степени воздействия и последствиях религиозных предпочтений заявительницы на воспитание ее детей, но ничто в мотивировке судов Российской Федерации не заставляет предположить, что дело могло бы быть решено иным образом, если бы не религиозные убеждения заявительницы (см. также для сравнения Постановление Европейского суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria), § 29, и Постановление Европейского суда по делу "Фретт против Франции" ({Frette}<*>v. France), жалоба № 36515/97, ECHR 2002-I, § 32).

--------------------------------

<*>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

56. В любом случае Европейский суд не полагает, что он должен разрешать этот вопрос, особенно поскольку доводы о воздействии религиозной принадлежности заявительницы на ее детей имеют отношение к определению того, была ли оправданной разница в обращении. Европейский суд будет исходить из того, что заявительница и ее муж находились в аналогичной ситуации и что с ними обращались по-разному.

3. Рассмотрение вопроса о том, было ли

расхождение в обращении оправданным

57. Разница в обращении считается дискриминационной в целях статьи 14 Конвенции, если она "не имеет объективного или разумного оправдания", то есть если она не преследует "законную цель" или если отсутствует "обоснованное соотношение пропорциональности между использованными средствами и поставленной целью". Договаривающиеся государства пользуются определенной свободой усмотрения при оценке того, в какой степени расхождения в ситуациях, в остальном схожих, оправдывают разницу в обращении (см. Постановление Европейского суда по делу "Карлхайнц Шмидт против Германии" (Karlheinz Schmidt v. Germany) от 18 июля 1994 г., Series A, № 291-B, pp. 32 - 33, § 24, и приведенное выше Постановление Европейского суда по делу "Кэмп и Бурими против Нидерландов" (Camp and Bourimi v. Netherlands), § 37).

58. Европейский суд полагает, что в данном деле поставленная цель, а именно защита интересов детей, является законной.

59. Относительно того, имелось ли обоснованное соотношение пропорциональности между использованными средствами и поставленной целью, Европейский суд отмечает, что, в отличие от упомянутого Постановления Европейского суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France) (§ 42 и 43), в данном деле суды Российской Федерации сделали вывод о воздействии религиозной принадлежности заявительницы на воспитание ее детей на основании прямых конкретных доказательств, демонстрировавших влияние религии заявительницы на развитие ее двоих детей и их повседневную жизнь.

60. Европейский суд согласен в этом отношении со ссылкой властей Российской Федерации на выводы из заключения районной администрации от 11 декабря 2001 г., использованные властями в ходе внутригосударственных процедур. В соответствующей части указанное заключение звучало следующим образом:

"... Дети после посещения этих сборищ стали пугливыми, нервными, воспринимали окружающий мир и явления природы в той форме, в какой ее преподносит учение "Свидетелей Иеговы" (дети при дожде боялись Всемирного потопа, свекровь [заявительницы] называли "сатаной", не посещали дни рождения сверстников и праздники, так как отмечать их по вере "Свидетелей Иеговы" не разрешалось)...".

61. Европейский суд также отмечает следующий вывод из Решения районного суда от 15 марта 2002 г.:

"... члены организации "Свидетели Иеговы" несколько раз в неделю приходят в квартиру, где проживает [заявительница] с родителями, и проводят там свои мероприятия. Кроме того, [заявительница] ходит еженедельно на собрания "Свидетелей Иеговы". ...

Там же собираются члены организации "Свидетели Иеговы", изучают соответствующую литературу...".

62. Мотивировка судов Российской Федерации свидетельствует, что они сфокусировались исключительно на интересах детей. Суды ссылались не на то обстоятельство, что мать детей являлась членом организации "Свидетели Иеговы", а на действия, которыми она исповедовала свою религию, к которой она приобщила и своих детей, не защитив их. По мнению судов Российской Федерации, это привело к социальным и психологическим последствиям для детей заявительницы. Суды полагали, что такая ситуация негативно скажется на развитии детей. Кроме того, это был только один из элементов в мотивировке судов, которая была в значительной степени основана на возрасте детей, на финансовом положении их родителей и на условиях проживания и иных условиях для жизни, которые им могли обеспечить родители. Ничто не заставляет предположить, что выводы судов Российской Федерации были бы произвольными или необоснованными.

63. При таких обстоятельствах Европейский суд не может не прийти к выводу о том, что имелось обоснованное соотношение пропорциональности между использованными средствами и поставленной законной целью (см. приведенные выше Постановление Европейского суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria), § 36, и Постановления Европейского суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France), § 42 - 43). Следовательно, Европейский суд приходит к выводу, что отсутствовало нарушение статьи 8 Конвенции в совокупности со статьей 14 Конвенции.

III. Предполагаемое нарушение статьи 8 Конвенции,

рассмотренной отдельно, и статьи 9 Конвенции, рассмотренной

отдельно или в совокупности со статьей 14 Конвенции

64. Заявительница утверждала, что имело место вмешательство в ее свободу религии по смыслу статьи 9 Конвенции и что это вмешательство было дискриминационным по смыслу статьи 9 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции. Она также утверждала, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно.

65. Европейский суд полагает, что не возникает отдельного вопроса о нарушении статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно, и статьи 9 Конвенции, рассмотренной отдельно или в совокупности со статьей 14 Конвенции, поскольку фактические обстоятельства, на которые ссылается заявительница, являются теми же, что и в ее жалобе на нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции, в отношении которой нарушение установлено не было.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД:

1) отклонил единогласно предварительное возражение властей Российской Федерации;

2) постановил четырьмя голосами против трех, что отсутствовало нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции;

3) постановил единогласно, что не возникает отдельного вопроса о нарушении статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно, и статьи 9 Конвенции, рассмотренной отдельно или в совокупности со статьей 14 Конвенции.

Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 29 ноября 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Председатель Палаты Суда

Лукис ЛУКАИДЕС

Заместитель Секретаря Секции Суда

Андре ВАМПАК

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Конвенции и пунктом 2 правила 74 Регламента Суда к настоящему Постановлению прилагается несовпадающее мнение судей Н. Ваич, Э. Штейнер и Х. Гаджиева.

НЕСОВПАДАЮЩЕЕ МНЕНИЕ СУДЬИ Х. ГАДЖИЕВА,

К КОТОРОМУ ПРИСОЕДИНИЛИСЬ СУДЬИ Н. ВАИЧ И Э. ШТЕЙНЕР

К нашему сожалению, мы не можем согласиться с мнением большинства судей Палаты о том, что в данном деле отсутствовало нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции.

Большинство судей Палаты Суда сослались на мотивировку судов Российской Федерации, которая, по их мнению, была обусловлена исключительно интересами детей, а не принадлежностью матери детей к организации "Свидетели Иеговы".

Однако по нашему мнению, в решениях судов Российской Федерации не содержится достаточное оправдание такого безапелляционного вывода. Наоборот, мы полагаем, что, как в Постановлениях Европейского суда по делам "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria) (жалоба № 12875/87) и "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France) (жалоба № 64927/01), имело место различное обращение [с участниками процесса] по признаку религиозных убеждений, основанное на принадлежности матери детей к организации "Свидетели Иеговы". Наш вывод подтверждается тоном и формулировкой выводов относительно практических последствий религии заявительницы, в то время как общество, проповедующее терпимость, должно относиться с уважением к религиозным убеждениям матери, которые, как следствие, могут повлиять на воспитание ее детей. Более того, в решениях властей Российской Федерации не были учтены все обстоятельства дела, особенно касавшиеся воспитания детей, а рассуждения были сконцентрированы, в основном, на особенных последствиях, которые повлекла религиозная деятельность заявительницы для ее повседневной жизни (см. выше, § 23 и 25).

В связи с этом также следует отметить, что суды Российской Федерации не приняли во внимание возраст детей, в частности возраст четырехлетней дочери, которая должна была оставаться с матерью и которую нельзя было забирать от матери, если только не имелись убедительные доказательства, подтверждающие [возможность причинения] тяжкого вреда ребенку. Кроме того, при вынесении решений суды Российской Федерации не сбалансировали должным образом интересы обоих родителей. Например, суды не сослались ни на одно обстоятельство, которое бы свидетельствовало, что мать детей в целом была неспособна заниматься их воспитанием: ни разу не заявлялась жалоба, в которой бы оспаривались родительские и воспитательские навыки заявительницы (которая была профессиональной учительницей), ставился бы вопрос о том, была ли она любящей и заботливой матерью, способной воспитывать своих детей, или бы утверждалось, что заявительница пренебрегала детьми. Кроме того, суды Российской Федерации не исследовали то обстоятельство, что отец детей являлся моряком и отсутствовал дома по полгода или что до развода, с июня 2000 г. по июль 2001 г., он не оказывал финансовой помощи для воспитания детей, в связи с чем 26 апреля 2001 г. суд был вынужден обязать отца детей выплачивать указанное денежное содержание.

В этом отношении мы также хотели бы подчеркнуть значение особого мнения судьи Верховного суда Республики Дагестан о неисследованности обстоятельств дела, определенных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, суды Российской Федерации, в основном, сбалансировали, с одной стороны, финансовые возможности и условия проживания, которые предоставлял детям их отец, и, с другой стороны, религиозную деятельность матери детей, которую порицали члены ее семьи и односельчане. Поэтому даже если в решениях судов Российской Федерации и не содержалось прямых негативных заявлений об организации "Свидетели Иеговы", доводы, касающиеся влияния религиозной принадлежности заявительницы на воспитание ее детей, заставляют предположить, что, если бы речь не шла о религиозных убеждениях заявительницы, дело могло бы быть разрешено иным образом (см., mutatis mutandis<*>, Постановление Европейского суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria), § 33).

--------------------------------

<*>Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (прим. переводчика).

Поэтому, мы полагаем, что имело место расхождение в отношении [к сторонам] и что это расхождение было основано на религии и не было оправданным. Таким образом, указанное решение являлось дискриминационным вмешательством в родительские (материнские) права и обязанности заявительницы.

На основании изложенного мы, в отличие от большинства судей Палаты, за установление нарушения статьи 8 Конвенции в совокупности со статьей 14 Конвенции.

EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS

FIRST SECTION

CASE OF ISMAILOVA v. RUSSIA

(Application No. 37614/02)

JUDGMENT<*>

(Strasbourg, 29.XI.2007)

--------------------------------

<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.

In the case of Ismailova v. Russia,

The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:

Mr L. Loucaides, President,

Mrs {N. Vajic},

Mr A. Kovler,

Mrs E. Steiner,

Mr K. Hajiyev,

Mr D. Spielmann,

Mr S.E. Jebens, judges,

and Mr A. Wampach, Deputy Section Registrar,

Having regard to the decision to grant priority to the above application under Rule 41 of the Rules of Court.

Having deliberated in private on 8 November 2007,

Delivers the following judgment, which was adopted on the last-mentioned date:

PROCEDURE

1. The case originated in an application (No. 37614/02) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Russian national, Mrs Kurbankiz Ismailova, on 5 October 2002. She was represented before the Court by Mr A. Leontyev and Mr R. Daniel, lawyers practising in St Petersburg and Norfolk respectively.

2. The Russian Government ("the Government") were represented by Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.

3. The applicant alleged, in particular, that the decision to grant the custody of her two children to their father had been in breach of Articles 8, 9 and 14 of the Convention.

4. By a decision of 31 August 2006 the Court declared the application partly admissible.

5. The applicant and the Government each filed further written observations (Rule 59 § 1). The Court having decided, after consulting the parties, that no hearing on the merits was required (Rule 59 § 3 in fine), the parties replied in writing to each other"s observations.

THE FACTS

I. The circumstances of the case

6. The applicant was born in 1972 and lives in the town of Makhachkala.

A. Events prior to custody proceedings of 2001

7. The applicant married in 1990. The applicant and her husband were nominal but non-practising Muslims at that time.

8. Two children, a boy and a girl, were born to the couple in 1993 and 1997 respectively.

9. It appears that the family lived at a house of the paternal grandparents in the village of Novomugri, Sergokalinskiy District of the Republic of Dagestan.

10. Being upset with various difficulties in the relations with her husband who was a seaman and frequently away at sea, in June 1999 the applicant started associating with the Jehovah"s Witnesses.

11. In June 2000 the mounting tensions between the spouses over the applicant"s religious interests resulted in the applicant"s decision to leave the matrimonial home together with the children. The applicant and children started living with the maternal grandparents.

12. In December 2000 the applicant was baptised as a Jehovah"s Witness.

13. There appear to have been only occasional contacts between the applicant"s husband and the children between June 2000 and July 2001. As the applicant"s husband failed systematically to provide financial support for the upbringing of the children, in early 2001 the applicant filed in court a request for maintenance. On 26 April 2001 the court ordered the husband to pay for the support of the children.

14. On 1 July 2001 the children went to visit their paternal grandparents and on 26 August 2001 the grandparents refused to return the children to the applicant. The applicant submits that she has had no regular access to the children since then.

B. First-instance proceedings

15. On 17 September 2001 the father filed a divorce petition in the Leninskiy District Court of Makhachkala ("the District Court" - Ленинский районный суд г. Махачкала).

16. He also submitted that he was ready to provide the children with better living and moral conditions than the applicant, that the applicant had taken the children to religious meetings with a view to converting them to the faith of the Jehovah"s Witnesses, that the children had become irritable and did not want to return to their mother, and requested the court to grant him custody of both children.

17. In response, the applicant accepted that the marriage had irretrievably broken down but contested the husband"s claim for custody.

1. Report on the case by the Custody and Guardianship Agency

18. At a preliminary hearing the District Court ordered a report on the issue of custody of the children to be prepared by the Custody and Guardianship Agency attached to Leninskiy District Council of the town of Makhachkala ("the Custody and Guardianship Agency" - Орган опеки и попечительства при администрации Ленинского района г. Махачкалы).

19. A letter of instruction dated 24 October 2001 contained a request to report on the applicant"s living conditions and to give a conclusion concerning "the possibility of leaving the children with her, having regard to the fact that [the applicant] attends [meetings of] the sect "Jehovah"s Witnesses".

20. On 4 December 2001 an official, U., drew up a report on the preliminary inquiry into [the applicant"s] living conditions. The report described the three room flat measuring in total 68.5 square metres in which the applicant, her two parents and three brothers were living and then stated:

"...Additional information about [the applicant"s] family: [the applicant] attends [meetings] of the organisation "Jehovah"s Witnesses"; members of the organisation sometimes meet at her home and study the relevant literature. [The applicant"s] parents are critical of her religion.

I deem it, in the interests of the minor children, to be more advisable for them to live with their father... in the village of Novomugri, Sergokalinskiy District."

21. On an unspecified date the District Court added the report of 4 December 2001 to the case-file.

2. Observations by the Leninskiy District Council

of the town of Makhachkala

22. On 11 December 2001, upon the District Court"s request, the Leninskiy District Council of the Town of Makhachkala ("the District Council" - администрация Ленинского районного г. Махачкалы) submitted to the court observations (заключение) in which it advised that custody of the children should be granted to their father.

23. The District Council reasoned as follows:

"The Custody and Guardianship Agency attached to Leninskiy District Council of the town of Makhachkala established that [the applicant] resided in her parents" house... In 1990 she had married Mr Magomed Gazimagomedov, from whom she bore two minor children: Abdul Gazimagomedov, born in 1993, and Aminat Gazimagomedova, born in 1997.

The spouses resided in the village Novomugri of the Sergokalinskiy District. She worked in a neighbour village as a school teacher; his work was related to sea trips.

As of June 2000 spouses Gazimagomedovy de facto interrupted their marital relations. The children started living with their mother in Makhachkala.

Long before their divorce, [the applicant] began attending [meetings of] the religious organisation "Jehovah"s Witnesses". Her attendance at [these] meetings which involved travelling [to other towns] was the reason for the discord and break-up of the family. Villagers and relatives spoke out against the conduct of [the applicant].

When living with the children in Makhachkala, contrary to her parents" will, she did not refrain from regularly attending the meetings of the "Jehovah"s Witnesses". She began actively advocating the ideas of this organisation. Sometimes her fellow believers gather together at her parents" home and they study the relevant literature. She would also take her children to the meetings. After attending these meetings, the children became shy and irritable, they perceived the surrounding world and natural phenomena in the way the "Jehovah"s Witnesses" teaching presents it (the children were afraid of the "Worldwide Flood" whenever it rained, they called the [applicant"s] mother-in-law "Satan", they would not attend their classmates" birthdays or other celebrations because the religion did not permit this).

The children"s father... was seriously concerned that the children"s association with their mother threatened their upbringing; he was against their returning to Makhachkala.

The minor children are presently living with their father. [The son] is now getting good marks at [school]...

On the basis of the aforementioned, considering the fact that the parents must provide each child with the possibility of growing healthy, physically and spiritually, and based on the interests of the minor children, the Custody and Guardianship Agency deems it advisable for the children to reside with their father."

3. Judgment of 15 March 2002

24. On 15 March 2002 the District Court terminated the marriage between the applicant and her husband and granted custody of the children to their father.

25. The District Court reasoned as follows:

"...[The spouses] married on 6 December 1990, then resided in different locations, and since 1997 in a private house of Gazimagomedov in the village of Novomugri of the Sergokalinskiy District of the Republic of Dagestan.

[They] have children in marriage: Abdula, born on 30 May 1993, and Aminat, born on 15 January 1997.

In June 2000, having gone to visit her parents, [the applicant] joined the organisation "Jehovah"s Witnesses". The family began to have problems and since that time they have not been living together as husband and wife. The family has split apart. The court fixed them a period for reconciliation but the parties failed to reunite and have requested to terminate their marriage.

It follows that the family cannot be preserved and the marriage should be dissolved.

From the submissions of [the applicant] and her mother... it transpires that the members of the "Jehovah"s Witnesses" organisation come to the flat in which [the applicant] and her parents reside a few times a week to conduct their activities. Furthermore, [the applicant] attends the weekly meetings of the "Jehovah"s Witnesses".

[The applicant"s mother] was questioned in court and confirmed the fact that at the beginning her grandchildren had been very afraid of rain and wind and had been saying that a "Worldwide Flood" and an earthquake would take place. That is when [the applicant"s mother] learned that [the applicant] had been taking the children to meetings of the sect "Jehovah"s Witnesses".

From the case-file documents and the parties" submissions it transpires that at present [the applicant"s husband] resides, along with his parents, in the village of Novomugri in a two-storey house. The household in fact belongs to him. For a few months of the year he works at sea and the same amount of time he spends at home.

The children have been living with him and his parents.

According to a certificate of a Novomugri Secondary School, [the applicant"s son] has excellent results at school.

[The applicant] works as a teacher and has good references.

From a report on [her] living conditions it transpires that a three-room flat is occupied by the applicant, her parents and [the applicant"s] three brothers.

The members of the "Jehovah"s Witnesses" organisation gather at the same place and study the relevant literature. According to a report on [the applicant"s] living conditions and the observations of the Custody and Guardianship Agency, "the parents are obliged to provide their children with an opportunity to grow physically and spiritually healthy; regard being had to the interests of [the children], the Custody and Guardianship Agency considers it appropriate to grant custody [of both children] to their father".

The court too is of the view that, having regard to the fact that [the children] have been living with their father for more than five years and have not yet attained the age of 10, and also in the interests [of the children] as defined by sections 54 - 56 and 61 - 66 of the RF Family Code, that custody should be granted to their father..."

C. Appeal proceedings

26. The applicant and her counsel appealed against the judgment of 15 March 2002 to the Supreme Court of the Republic of Dagestan ("the Supreme Court" - судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан).

27. In her grounds of appeal she argued that the first-instance judgment was discriminatory in that it had been based on the applicant"s affiliation to the Jehovah"s Witnesses, that the first-instance court"s findings were perverse, unsustainable and misconstrued, that the court had failed to take account of all the factors which were relevant to the case according to section 65 (3) of the Family Code (the father"s frequent absence owing to his work at sea, the applicant"s demonstrated pedagogical competence as a professional school teacher, a prior and recent history of both parents" involvement in the upbringing of their children, the father"s allegedly immoral adulterous behaviour, etc.) and that the court had acted on the presumption of the Jehovah"s Witnesses being a dangerous organisation.

28. The applicant also cited domestic jurisprudence in child custody cases and the judgment of 23 June 1993 of the European Court of Human Rights in the case of Hoffmann v. Austria.

29. On 17 April 2002 the Supreme Court, sitting in a composition of three professional judges, examined the applicant"s appeal and by two votes to one rejected it as unfounded.

30. In particular, the majority established the following:

"...In making the decision that the father should have custody of the children, the trial court came to the sound conclusion that this was in the best interests of the children. The court decision is based on the conclusion of the Custody and Guardianship Agency and the case circumstances established in court.

Thus the court established that the children"s mother... who is a member of the Jehovah"s Witnesses organisation, took the children with her to the sect"s meetings, and involved them in associating with the sect"s members at their homes. She thereby violated the requirements of Article 28 of the Constitution of the Russian Federation, under which everyone is guaranteed freedom of conscience and religion. Under Article 17 (2) of the Constitution fundamental human rights are unalienable and belong to everyone at birth. The [court] finds irrelevant [the applicant"s] arguments that the court, by its decision, has deprived her of the right to educate her children because of her religion and membership of the Jehovah"s Witnesses organisation. Pursuant to Article 17 (3) of the Constitution and Article 65 (1) of the Family Code, [the applicant"s] exercise of her constitutional rights, including the right to practice any religion and her parental rights, must not impinge on the rights and freedoms of others or conflict with the interests of the children. The right of a parent to educate a child from whom he or she is living apart, is guaranteed by section 66 of the Family Code, which defines the procedure for a parent to exercise parental rights.

The court also established that [the applicant"s husband"s] financial status and housing conditions are better than those of [the applicant]. [The applicant"s husband] is employed, lives with his parents, and owns a two-storey house with the necessary living conditions for the children. [The paternal grandparents] do not object to their grandchildren living with them. [The applicant] works as a history teacher in [a school] in Makhachkala. She lives in her parents" 48-square-metre, three-bedroom flat, along with her father, mother and three brothers, born in 1977, 1983, and 1985.

The Custody and Guardianship Agency concluded that it was in the best interests of the children that they remain in the custody of their father... [The applicant"s] argument, stated in her appeal, that the granting of custody to the father would have negative repercussions on the children"s emotional state in the future, was not substantiated. The argument that the religious organisation Jehovah"s Witnesses has state registration, benefits society, and so forth, cannot be taken into consideration since it is irrelevant to the matter being examined by the court. There are no reasons in [the applicant"s] appeal to reverse [the first-instance judgment] handed down in the case..."

31. The dissenting judge gave the following opinion:

"...I hold that the decision handed down by the first-instance court was subject to reversal owing to the failure to investigate the circumstances specified in section 65 (3) of the Family Code of the RF."

32. The applicant"s subsequent attempts to seek reconsideration of the decisions in her case by way of supervisory review were unsuccessful.

33. All her respective requests were dismissed as unfounded.

34. The latest decision in this respect was taken by the Supreme Court of the Republic of Dagestan on 28 November 2003.

D. Events subsequent to custody proceedings

35. The applicant alleged that her former husband had remarried and that his new wife had not attempted to assume the role or responsibilities of step-mother. In the absence of the father, who was frequently away at sea, the paternal grandmother had effectively become the sole carer.

36. The applicant further alleged that she was allowed to visit her children only occasionally and could never remain with them alone.

37. The Government submitted that, according to the information provided by the head of the Sergokalinskiy local administration of the Republic of Dagestan, the applicant"s children resided with their father and paternal grandparents in a two-storey private house. They had all necessary facilities for the upbringing and education of the children. Their father had remarried and had had a third child. The applicant"s children had developed emotional ties with the third child.

II. Relevant domestic law

38. Article 28 of the Russian Constitution of 12 December 1993 reads:

"Everyone shall be guaranteed the right to freedom of conscience, freedom of religion, including the right to profess, either alone or in community with others, any or no religion, to choose, have and disseminate religious or other convictions freely and to act according to them."

39. Section 65 (on the exercise of parental rights) of the Family Code of the Russian Federation provides as follows:

"3. The place of the children"s residence, if the parents live apart, shall be established by an agreement between the parents.

In the absence of an agreement, the dispute between the parents shall be resolved in court, proceeding from the children"s interests and taking into account the children"s opinion. In doing so, the court shall take into account the child"s affection for each of his parents and for his brothers and sisters, the child"s age, the moral and other personal characteristics of the parents, the relations existing between each of the parents and the child, and the possibility of creating optimal conditions for the child"s upbringing and development (the parent"s kind of activity and work regime, their material situation and family status, etc.)."

40. Section 66 (on the exercise of parental rights by the parent residing separately from the child) of the Code provides as follows:

"1. The parent residing separately from the child shall have the right to communicate with the child and to take part in his upbringing and in resolving the issue of the child"s education.

The parent with whom the child lives shall not prevent the child"s communication with the other parent, unless such communication damages the child"s physical and mental health or his moral development.

2. The parents shall have the right to enter into a written agreement on the way the parent residing apart from the child may exercise his or her parental duties.

If the parents cannot reach an agreement, the dispute shall be resolved in court with the participation of the guardianship and trusteeship body, upon the claim of the parents (or one of them).

3. In the event of failure to abide by the court decision, the measures stipulated by the civil procedural legislation shall be applied to the respective parent. In the case of persistent failure to comply with the court decision, the court shall have the right, upon the claim of the parent residing separately from the child to take a decision on passing the child over to that parent, proceeding from the child"s interests and taking into account the child"s opinion.

4. The parent residing separately from the child shall have the right to obtain information on his or her child from the educational establishments and medical centres, from the institutions for the social protection of the population and from other similar institutions. The information may be refused only if the parent presents a threat to the child"s life and health. Refusal to provide information may be disputed in court."

THE LAW

I. The Government"s preliminary objection

41. In their observations on the merits of the case the Government submitted that in its admissibility decision of 31 August 2006 the Court had failed to examine their non-exhaustion argument in its entirety. In particular, the Court failed to take into account the fact that the domestic legal system provided the applicant with the possibility of requesting the court to review the decision on the custody of the children if the conditions of their upbringing changed.

42. The Court notes that in its decision of 31 August 2006 it examined and rejected the Government"s plea of non-exhaustion. The Court considered that the procedure for determination of the right of a parent living separately from the child to communicate with the child and to participate in his or her upbringing, as referred to by the Government, might have had some incidence on the applicant"s relations with her children, but could not have remedied her personal situation and brought relief in respect of her complaint against the decisions determining the place of her children"s residence at their father"s home. The Court finds that similar considerations apply in relation to the Government"s argument that the domestic legal system provided for a claim for review of the decision on the custody of the children in cases where the conditions of their upbringing changed. Had the applicant applied for review of the court decisions which granted custody of her children to their father under the above-mentioned procedure, the proceedings might have had some incidence on the applicant"s relations with her children for the future. However, the findings and the ruling made in the domestic courts" decisions of 15 March and 17 April 2002 would have remained unaffected and the applicant would not have obtained any redress for the alleged violations of her Convention rights in the past.

43. In the light of the foregoing, the Court finds that that the proceedings referred to by the Government were not a remedy for purposes of exhaustion under Article 35 § 1. Therefore, the Court dismisses the Government"s preliminary objection.

II. Alleged violation of Article 8 of the Convention in

conjunction with Article 14

44. The applicant was dissatisfied with the decisions of the domestic courts to grant custody of her two children to their father. She complained that the decision had been in breach of Article 8 of the Convention in conjunction with Article 14. These Convention provisions, in so far as relevant, provide as follows:

Article 8

"1. Everyone has the right to respect for his private and family life, his home and his correspondence.

2. There shall be no interference by a public authority with the exercise of this right except such as is in accordance with the law and is necessary in a democratic society in the interests of national security, public safety or the economic well-being of the country, for the prevention of disorder or crime, for the protection of health or morals, or for the protection of the rights and freedoms of others."

Article 14

"The enjoyment of the rights and freedoms set forth in [the] Convention shall be secured without discrimination on any ground such as... religion... or other status."

A. The parties" submissions

1. The Government"s submissions

45. In their submissions on the admissibility of the case, the Government argued that the decision to grant custody of the children to their father had been lawful, reasonable and taken in the best interests of the children, and that the children would have been far worse off living with the applicant, not only because of Jehovah"s Witnesses" meetings and strangers visiting the applicant"s flat, but also because the applicant had insufficient financial means. They argued that the father"s income and living conditions were much better than those of the mother and that the children did not want to live with their mother. The Government also relied on the findings of the District Council"s report of 11 December 2002 from which it followed that after attending the religious meetings the children had become nervous, tearful and had lost touch with reality. Overall, the Government argued that there had been no interference with the applicant"s Article 8 rights as a result of the decision in question and that, in any event, any interference was justified under the second paragraph of that Convention provision. In addition, the Government submitted that according to the information received from the head of a local council at the place of residence of the applicant"s former husband, the children were living and studying at their father"s home in very good conditions. In their observations on the merits of the case, the Government also argued that the applicant"s religious affiliation had not been a decisive factor or a factor of any significance capable of affecting the custody decision and that in any event the decision in question had been taken in the best interests of the children. They argued that the applicant had not been stripped of her parental rights and that she could freely participate in the education and upbringing of her children.

2. The applicant"s submissions

46. The applicant argued that the Government"s reliance on events or facts subsequent to the proceedings in question was incorrect as those events were irrelevant to the issues of the present case. The applicant submitted that the court decisions in the custody proceedings had been in breach of Article 65 § 3 of the Family Code and were therefore unlawful. She also argued that the decisions were unreasonable, baseless and clearly discriminatory.

B. The Court"s assessment

47. The Court reiterates that Article 14 of the Convention complements the other substantive provisions of the Convention and the Protocols. It has no independent existence since it has effect solely in relation to "the enjoyment of the rights and freedoms" safeguarded by those provisions. Although the application of Article 14 does not presuppose a breach of those provisions - and to this extent it is autonomous - there can be no room for its application unless the facts at issue fall within the ambit of one or more of the latter (see, among many other authorities, Van Raalte v. the Netherlands, judgment of 21 February 1997, Reports of Judgments and Decisions 1997-I, p. 184, § 33, and Camp and Bourimi v. the Netherlands, No. 28369/95, § 34, ECHR 2000-X).

1. Whether the facts of the case fall within the ambit of

Article 8 of the Convention

48. It should be noted at the outset that, in the instant case, the two children were living with their mother since she had left the matrimonial house in June 2000 and until August 2001 when the parental grandparents refused to return them to the applicant after a visit. In such circumstances, the Court considers that the subsequent judgment granting custody over the children to their father constitutes an interference with the applicant"s right to respect for her family life and cannot be regarded merely as the judicial interference necessary in any divorce. The case therefore falls within the ambit of Article 8 of the Convention (see Hoffmann v. Austria, judgment of 23 June 1993, Series A No. 255-C, p. 58, § 29, and Palau-Martinez v. France, No. 64927/01, § 30, ECHR 2003-XII).

2. Whether the applicant and her former husband were

in an analogous or substantially comparable situation and

were treated differently

49. The Court further recalls that Article 14 of the Convention only comes into play where an applicant demonstrated that he or she has been treated differently from a person in a comparable position with respect to a substantive right guaranteed by the Convention (Fredin v. Sweden (No. 1), judgment of 18 February 1991, Series A No. 192, § 61).

50. The Court must therefore first examine whether the applicant can claim to have been treated differently from her husband and whether they were in a comparable position.

51. In establishing the children"s residence at their father"s home, the District Court ruled on the conditions in which the applicant and her ex-husband respectively were raising their children. To do this, the District Court, on the one hand, took account of the following factors concerning the applicant"s former husband:

"From the case-file documents and parties" submissions it transpires that at present [the applicant"s husband] resides, along with his parents, in the village of Novomugri in a two-storey house. The household in fact belongs to him. For a few months of the year he works at sea and the same amount of time he spends at home. ...

The children have been living with him and his parents.

According to a certificate of a Novomugri Secondary School, [the applicant"s son] has excellent results at school."

52. On the other hand, the District Court noted in respect of the applicant that:

"...From the submissions of [the applicant] and her mother... it transpires that the members of the "Jehovah"s Witnesses" organisation come to the flat in which [the applicant] and her parents reside a few times a week to conduct their activities. Furthermore, [the applicant] attends the weekly meetings of the "Jehovah"s Witnesses". ...

[The applicant] works as a teacher and has good references. ...

From a report on [her] living conditions it transpires that a three-room flat is occupied by the applicant, her parents and [the applicant"s] three brothers.

53. The District Court concluded:

"...the Custody and Guardianship Agency considers it appropriate to grant custody [of both children] to their father". ...

54. Having examined the case on appeal, the Supreme Court held that:

"...In making the decision that the father should have custody of the children, the trial court came to the sound conclusion that this was in the best interests of the children. The court"s decision was based on the conclusion of the Custody and Guardianship Agency and the case circumstances established in court.

The court also established that [the applicant"s husband"s] financial status and housing conditions are better than those of [the applicant]. [The applicant"s husband] is employed, lives with his parents, and owns a two-storey house with the necessary living conditions for the children. [The paternal grandparents] do not object to their grandchildren living with them. [The applicant] works as a history teacher in [a school] in Makhachkala. She lives in her parents" 48-square-meter, three-bedroom flat, along with her father, mother and three brothers, born in 1977, 1983, and 1985.

The Custody and Guardianship Agency concluded that it was in the best interests of the children that they remain in the custody of their father. ... [The applicant"s] argument, stated in her appeal, that the granting of custody to the father would have negative repercussions on the children"s emotional state in the future, was not substantiated. The argument that the religious organisation Jehovah"s Witnesses has state registration, benefits society, and so forth, cannot be taken into consideration since it is irrelevant to the matter being examined by the court. There are no reasons in [the applicant"s] appeal to reverse [the first-instance judgment] handed down in the case."

55. The Court finds that by contrast to the aforementioned Palau Martinez judgment (see §§ 33 - 38) it cannot be said that the domestic courts decided the present case solely or principally on the basis of the applicant"s religious affiliation. In fact, the court decisions made it clear that the applicant and her former husband were in completely different situations in so far as the relevant factors, such as their financial status and housing conditions, were concerned. It is true that the domestic courts did examine the arguments concerning the incidence of and implications on the applicant"s religious affiliation on the children"s upbringing, but nothing in the reasoning of the domestic courts suggests that the case might have been decided differently had it not been for the applicant"s religion (see also by contrast to Hoffmann, cited above, § 33 and {Frette} v. France, No. 36515/97, § 32, ECHR 2002-I).

56. In any event, the Court does not consider that it has to resolve this issue, especially since the arguments on the effects on the applicant"s religion on the children situation are of relevance in determining whether the difference of treatment was justified. The Court will proceed on the assumption the applicant and her former husband were in an analogous situation and that they were treated differently.

3. Whether any difference in treatment was justified

57. The different treatment is considered discriminatory for the purposes of Article 14 if it "has no objective and reasonable justification", that is, if it does not pursue a "legitimate aim" or if there is not a "reasonable relationship of proportionality between the means employed and the aim sought to be realised". The Contracting States enjoy a certain margin of appreciation in assessing whether and to what extent differences in otherwise similar situations justify a different treatment (see Karlheinz Schmidt v. Germany, judgment of 18 July 1994, Series A No. 291-B, pp. 3233, § 24, and Camp and Bourimi, cited above, § 37).

58. The Court is of the opinion that the aim pursued in the instant case, namely protection of the children"s interests, is legitimate.

59. As to whether there was a reasonably proportionate relationship between the means employed and the legitimate aim pursued, the Court notes that unlike in the mentioned Palau Martinez judgment (see §§ 42 and 43) the domestic authorities in the present case made conclusions concerning the incidence of the applicant"s religious affiliation on her children"s upbringing on the basis of the direct and concrete evidence demonstrating the influence of the applicant"s religion on her two children"s upbringing and daily life.

60. The Court accepts in this respect the Government"s reference to the findings contained in the observations of the District Council of 11 December 2001 which were relied upon by the authorities in the course of the domestic proceedings. They read in their relevant parts as follows:

"...after attending these meetings, the children became shy and irritable, they perceived the surrounding world and natural phenomena in the way the "Jehovah"s Witnesses" teaching presents it (the [applicant"s] children were afraid of the "Worldwide Flood" whenever it rained, they called the [applicant"s] mother-in-law "Satan", they would not attend their classmates" birthdays or other celebrations because the religion does not permit this)..."

61. The Court also notes the following findings of the District Court in its judgment of 15 March 2002:

"...the members of the "Jehovah"s Witnesses" organisation come to the flat in which [the applicant] and her parents reside a few times a week to conduct their activities. Furthermore, [the applicant] attends the weekly meetings of the "Jehovah"s Witnesses". ...

The members of the "Jehovah"s Witnesses" organisation gather at the same place and study the relevant literature".

62. The reasoning presented by the domestic courts shows that they focused solely on the interests of the children. The courts did not rely on their mother being a member of the Jehovah"s Witnesses, but on the applicant"s religious practices, in which she had included her children and failed to protect them. In the view of the domestic courts, this had led to social and psychological repercussions for the children. The courts considered that this would have negative effects on the children"s upbringing. Furthermore, this was only one of the elements in the courts" reasoning, which was largely based on the children"s age and the financial, housing and general living conditions the parents could provide them with. There is nothing to suggest that the national courts" reasoning was arbitrary or unreasonable

63. In such circumstances, the Court cannot but conclude that there existed a reasonable relationship of proportionality between the means employed and the legitimate aim pursued (see Hoffmann, cited above, § 36, and Palau-Martinez, cited above, §§ 42 - 43). Accordingly, the Court finds that there has been no violation of Article 8 of the Convention taken in conjunction with Article 14.

III. Alleged violation of Article 8 taken alone and

Article 9 taken alone or in conjunction with Article 14

64. The applicant complained that there had been an interference with her freedom of religion within the meaning of Article 9, and that this interference was discriminatory within the meaning of Article 9 taken in conjunction with Article 14. She also complained that there had been a breach of Article 8 taken alone.

65. The Court considers that no separate issue arises under Article 8 taken alone and Article 9 taken alone or in conjunction with Article 14, since the factual circumstances relied on are the same as those for the complaint under Article 8 taken in conjunction with Article 14, of which no violation has been found.

FOR THESE REASONS, THE COURT

1. Dismisses unanimously the Government"s preliminary objection;

2. Holds by four votes to three that there has been no violation of Article 8 of the Convention taken in conjunction with Article 14;

3. Holds unanimously that no separate issue arises under Article 8 taken alone and Article 9 taken alone or in conjunction with Article 14;

Done in English, and notified in writing on 29 November 2007, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.

Loukis LOUCAIDES

President

{Andre} WAMPACH

Deputy Registrar

In accordance with Article 45 § 2 of the Convention and Rule 74 § 2 of the Rules of Court, the dissenting opinion of Mrs {Vajic}, Mrs Steiner and Mr Hajiyev is annexed to this judgment.

L.L.

A.W.

DISSENTING OPINION OF JUDGE HAJIYEV, JOINED BY

JUDGES {VAJIC} AND STEINER

To our regret, we are unable to share the opinion of the majority of the Chamber that there has not been, in the present case, a violation of Article 8 of the Convention taken in conjunction with Article 14.

The majority in the Chamber rely on the reasoning set out by the domestic courts which, in their opinion, was mainly based on the interests of the children and not on their mother"s being a member of the Jehovah"s Witnesses.

In our opinion, however, the national courts" judgments do not provide sufficient justification for such an unambiguous conclusion. On the contrary, we are of the opinion that, as in the Hoffmann v. Austria (No. 12875/87) and Palau and Martinez v. France (No. 64927/01) judgments, there has been a difference in treatment on the ground of religious convictions, based on the mother"s religious practices as a member of the Jehovah"s Witnesses. Our conclusion is supported by the tone and phrasing of the considerations regarding the practical consequences of the applicant"s religion, whereas the requirement of a tolerant society is to respect the religious convictions of the mother that may accordingly affect her children"s education. Moreover, the domestic decisions did not take into account all the circumstances of the case, especially those relating to the upbringing of the children, but mainly concentrated on the specific effects of the mother"s religious practices upon their daily life (see paragraphs 23 and 25).

In this connection it should also be noted that the domestic courts did not take into consideration the age of the children, in particular that of the four-year-old daughter who should have stayed with her mother and should not have been removed from her unless compelling evidence of grave harm to the child was proven. Further, they did not balance properly the interests of both parents before arriving at their decision. For instance, they did not refer to any fact that would show the mother generally to be unfit to bring up her children: no complaint of any kind was ever raised about the parenting and educational skills of the mother (who is a qualified teacher), or questioning whether she was a loving and caring mother capable of bringing up her children, or claiming that she had neglected her children. In addition, the fact that the father is a seaman who is absent for half the year, or that before the divorce, between June 2000 and July 2001, he had failed systematically to provide financial support for the upbringing of the children so that on 26 April 2001 the court had had to order the husband to pay such child support, was not examined by the courts.

In this regard we also wish to underline the significance of the Supreme Court"s dissenting judge"s opinion about the failure to investigate the circumstances specified in domestic law.

Thus, the national courts mainly balanced the financial situation of the father and the housing conditions he was providing to the children, on the one hand, and the mother"s religious activities of which the family and villagers disapproved, on the other. Therefore, even if there are no direct negative declarations about the Jehovah"s Witnesses to be found in the national courts" judgments, the arguments concerning the implications of the applicant"s religious affiliation on the children"s upbringing suggest that the case might have been decided differently had it not been for the applicant"s religion (see mutatis mutandis, Hoffmann, § 33).

We are therefore of the opinion that there was a difference in treatment and that the difference was based on religion and was not justified. Thus such a decision interfered in a discriminatory way with the maternal rights and obligations of the applicant.

For these reasons we, unlike the majority, were in favour of finding a violation of Article 8 of the Convention taken in conjunction with Article 14.