(неофициальный перевод)
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "АКАЛИНСКИЙ (AKALINSKIY) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба № 2993/03)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 7 июня 2007 года)
Европейский суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Л. Лукаидеса,
Н. Ваич,
А. Ковлера,
Э. Штейнер,
Х. Гаджиева,
Д. Шпильманна, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 15 мая 2007 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 2993/03, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Виктором Дмитриевичем Акалинским (далее - заявитель) 26 декабря 2002 г.
2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. 11 октября 2005 г. Европейский суд официально уведомил власти Российской Федерации о рассмотрении жалобы заявителя. Согласно положениям пункта 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд принял решение рассмотреть жалобу по существу одновременно с принятием решения по вопросу о ее приемлемости.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель, 1949 года рождения, проживает в пос. Букачаче Читинской области.
5. С 1986 года заявитель страдает профессиональным заболеванием. В 1999 году он обратился в суд с исками к своему бывшему работодателю (шахте "Букачача") и Читинскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации<*>о взыскании единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности и о компенсации морального вреда.
--------------------------------
<*>Из Решений Чернышевского районного суда Читинской области от 21 сентября 1999 г. следует, что единственным ответчиком по делу являлась шахта "Букачача" (прим. переводчика).
6. 21 сентября 1999 г. Чернышевский районный суд Читинской области удовлетворил требования заявителя и взыскал в его пользу 42126 рублей 40 копеек. Судебные решения от 21 сентября 1999 г. не были обжалованы в кассационном порядке и вступили в законную силу.
7. В ноябре 2000 г. бывший работодатель заявителя обратился в президиум Читинского областного суда с надзорной жалобой в отношении Решений Чернышевского районного суда Читинской области от 21 сентября 1999 года. 9 января 2001 г. исполняющий обязанности прокурора Читинской области принес протесты в порядке надзора на Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 21 сентября 1999 г.
8. 15 марта 2001 г. президиум Читинского областного суда, рассмотрев дело заявителя в порядке надзора, отменил Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 21 сентября 1999 г. и направил дело на новое рассмотрение. Заявитель участвовал в судебном заседании.
9. 16 октября 2002 г. Чернышевский районный суд Читинской области взыскал с Читинского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации в пользу заявителя 751 рубль 44 копейки в качестве единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности и с шахты "Букачача" - 12 тыс. рублей в качестве компенсации морального вреда. Судебные решения не были обжалованы в кассационном порядке и вступили в законную силу.
10. 28 марта 2003 г. Читинское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации обратилось в президиум Читинского областного суда с надзорной жалобой на Судебное решение от 16 октября 2002 г. о взыскании в пользу заявителя единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности.
11. 26 июня 2003 г. президиум Читинского областного суда, рассмотрев дело в порядке надзора, отменил соответствующее Решение Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. и оставил требования заявителя о взыскании единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности без удовлетворения. Судебное решение от 16 октября 2002 г. о взыскании компенсации морального вреда осталось без изменений. Президиум Читинского областного суда отметил, что суд первой инстанции неверно истолковал и применил нормы материального права. Заявитель не был извещен о слушании по делу в суде надзорной инстанции.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции
и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с отменой
Судебного решения от 16 октября 2002 г.
12. Заявитель утверждал, что отмена вступившего в законную силу Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г., принятого в его пользу, нарушила его право на суд и его право на беспрепятственное пользование имуществом. Он также жаловался, что был лишен права эффективно участвовать в рассмотрении дела судом надзорной инстанции. Европейский суд полагает, что жалобы заявителя подлежат рассмотрению в свете пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, которые в части, применимой к данному делу, предусматривают следующее:
Пункт 1 статьи 6 Конвенции
"Каждый при определении его гражданских прав и обязанностей... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".
Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права...".
A. Замечания сторон
13. Власти Российской Федерации утверждали, что президиум Читинского областного суда отменил Решение Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. с целью исправления судебной ошибки, допущенной районным судом.
14. Заявитель утверждал, в свою очередь, что отмена вступившего в законную силу Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. нанесла непоправимый ущерб принципу правовой определенности и лишила его права на получение средств, причитавшихся ему на законном основании.
B. Мнение Европейского суда
1. Пункт 1 статьи 6 Конвенции
a) Приемлемость жалобы
15. Европейский суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой.
b) Существо жалобы
16. Европейский суд напоминает, что право на судебное разбирательство, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете преамбулы к Конвенции, в соответствующей части которой господство права признается частью общего наследия Договаривающихся государств. Одним из основополагающих аспектов господства права является принцип правовой определенности, который, среди прочего, требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло бы быть оспорено (см. Постановление Европейского суда по делу "Брумареску против Румынии" ({Brumarescu}<*>v. Romania) от 28 октября 1999 г., Reports of Judgments and Decisions 1999-VII, § 61).
--------------------------------
<*>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
17. Данный принцип предполагает, что стороны не вправе добиваться пересмотра судебного решения лишь в целях повторного рассмотрения дела и вынесения нового решения. Полномочия вышестоящих судов по отмене или внесению изменений в окончательные и подлежащие исполнению судебные решения должны осуществляться в целях исправления существенных судебных ошибок. Одна лишь возможность существования двух точек зрения по делу не может служить основанием для пересмотра. Отклонение от этого принципа оправдано, только если это необходимо при наличии существенных и бесспорных обстоятельств (см., mutatis mutandis<*>, Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia), жалоба № 52854/99, ECHR 2003-X, § 52; и Постановление Европейского суда по делу "Праведная против Российской Федерации" (Pravednaya v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба № 69529/01, § 25).
--------------------------------
<*>Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями, внеся необходимые изменения (прим. переводчика).
18. Европейский суд напоминает, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует каждому в случае спора о его гражданских правах и обязанностях право на разбирательство дела судом. Таким образом, это положение воплощает в себе "право на суд", в котором право на доступ к суду, то есть право на обращение в суд с гражданско-правовыми вопросами, составляет один из аспектов. Однако это право было бы иллюзорным, если бы правовая система Договаривающегося государства допускала, чтобы вступившее в законную силу и подлежащее исполнению Судебное постановление было отменено вышестоящим судом по протесту должностного лица, чье полномочие по принесению такого протеста не ограничено каким-либо сроком, таким образом, что судебные решения подлежат опротестованию в течение неопределенного срока (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 54 - 56).
19. Европейский суд отмечает, что 16 октября 2002 г. Чернышевский районный суд Читинской области удовлетворил требование заявителя и присудил ему денежные средства в возмещение материального ущерба и в качестве компенсации морального вреда. Судебные решения не были обжалованы в кассационном порядке и вступили в законную силу. 26 июня 2003 г. судебное решение о возмещении материального ущерба было отменено в порядке надзора по жалобе, поданной Читинским региональным отделением Фонда социального страхования Российской Федерации - стороной судебного разбирательства.
20. Европейский суд напоминает, что он уже устанавливал нарушение права заявителя на суд, гарантированного пунктом 1 статьи 6 Конвенции, во многих делах против властей Российской Федерации, где судебные решения, вступившие в законную силу и обязательные для исполнения, впоследствии отменялись вышестоящим судом по протесту государственного должностного лица или жалобе стороны судебного разбирательства, которая не прибегла к обжалованию судебного решения в кассационном порядке (см. Постановление Европейского суда по делу "ОАО "Роэлтранс" против Российской Федерации" (Roseltrans v. Russia) от 21 июля 2005 г., жалоба № 60974/00, § 27 - 28; Постановление Европейского суда по делу "Волкова против Российской Федерации" (Volkova v. Russia) от 5 апреля 2005 г., жалоба № 48758/99, § 34 - 36; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 51 - 56; Постановление Европейского суда по делу "Борщевский против Российской Федерации" (Borshchevskiy v. Russia) от 21 сентября 2006 г., жалоба № 14853/03, § 46; и Постановление Европейского суда оп делу "Нелюбин против Российской Федерации" (Nelyubin v. Russia) от 2 ноября 2006 г., жалоба № 14502/04, § 28 - 30).
21. Изучив представленные материалы, Европейский суд отмечает, что властями Российской Федерации не было названо ни одного факта или довода, которые смогли бы убедить его прийти к иному заключению в данном деле. Следовательно, Европейский суд установил, что в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отменой в порядке надзора вступившего в законную силу Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г.
c) Пересмотр дела в порядке надзора: жалоба на процессуальные нарушения
22. Принимая во внимание жалобу заявителя на процессуальные нарушения, имевшие место в ходе пересмотра дела президиумом Читинского областного суда, Европейский суд полагает, что, сделав вывод о нарушении права заявителя на суд в связи с самим фактом пересмотра его дела в порядке надзора, нет необходимости рассматривать вопрос о соблюдении в рамках данной процедуры процессуальных гарантий, предусмотренных статьей 6 Конвенции (см. для сравнения упоминавшиеся выше Постановления Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 59, и по делу "Волкова против Российской Федерации", § 39).
2. Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
a) Приемлемость жалобы
23. Европейский суд отмечает, что жалоба заявителя на нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции, а также неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой.
b) Существо жалобы
24. Европейский суд напоминает, что наличие долга, подкрепленного вступившим в законную силу и подлежащим исполнению судебным решением, составляет "имущество" лица, в пользу которого оно было принято, по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Отмена такого судебного решения приравнивается к вмешательству в беспрепятственное пользование заявителем своим имуществом (см. среди прочих Постановление Европейского суда по делу "Андросов против Российской Федерации" (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 г., жалоба № 63973/00, § 69).
25. Европейский суд отмечает, что вступившее в законную силу и обязательное для исполнения Решение Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г., в соответствии с которым заявителю были присуждены денежные средства, было отменено в результате пересмотра дела в порядке надзора 26 июня 2003 г. Президиум Читинского областного суда пересмотрел дело и оставил без удовлетворения требования заявителя, касавшиеся выплаты единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности. Таким образом, заявителю не по его вине было оказано препятствие в получении присужденных ему районным судом денежных средств. Отмена подлежащего исполнению судебного решения расстроила надежды заявителя на исполнение вступившего в силу судебного решения и лишила его возможности получить денежные средства, причитавшиеся ему на законном основании. При данных обстоятельствах Европейский суд полагает, что отмена Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. в порядке надзора возложила на заявителя чрезмерное бремя и, следовательно, несовместима с положениями статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Следовательно, в данном деле имело место нарушение названной статьи.
II. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1
Протокола № 1 к Конвенции в связи с отменой Судебного
решения от 21 сентября 1999 г.
26. Заявитель жаловался, ссылаясь на статьи 6 и 13 Конвенции, а также на статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, что Постановление президиума Читинского областного суда от 15 марта 2001 г. об отмене Решения Чернышевского районного суда Читинского от 21 сентября 1999 г. нарушило его право на суд и лишило его возможности получить присужденные ему денежные средства.
Европейский суд полагает, что данная жалоба должна быть рассмотрена в свете положений пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, извлечения из которых были приведены выше.
27. Европейский суд напоминает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Конвенции Суд может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, и в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу. Если не существует адекватного средства правовой защиты в отношении определенного действия или решения, которые, по мнению заявителя, нарушают положения Конвенции, дата совершения такого действия или принятия решения рассматривается как "окончательная" в целях соблюдения требования о шести месяцах (см., например, Решение Европейского суда по делу "Валашинас против Литвы" ({Valasinas} v. Lithuania) от 14 марта 2000 г., жалоба № 44558/98).
28. Европейский суд отмечает, что Постановление об отмене вступивших в силу судебных решений в порядке надзора не было обжаловано. Данное судебное Постановление вступило в законную силу в день его принятия.
29. В отсутствие эффективного средства правовой защиты Европейский суд приходит к выводу, что именно само Постановление об отмене вступившего в законную силу Судебного решения от 21 сентября 1999 г. дало начало течению шестимесячного срока для подачи данной жалобы в Европейский суд (см. для сравнения Решение Европейского суда по делу "Сардин против Российской Федерации" (Sardin v. Russia), жалоба № 69582/01, ECHR 2004-II). Далее Европейский суд отмечает, что отмена вступившего в законную силу судебного решения является мгновенным действием, которое не создает длящейся ситуации даже несмотря на то, что такая отмена влечет пересмотр дела, что имело место в данном случае (см. Решение Европейского суда по делу "Ситохова против Российской Федерации" (Sitokhova v. Russia) от 2 сентября 2004 г., жалоба № 55609/00). В настоящем деле вступившее в законную силу судебное решение было отменено президиумом Читинского областного суда 15 марта 2001 г., а заявитель подал свою жалобу в Европейский суд 26 декабря 2002 г. Заявитель участвовал в заседании суда надзорной инстанции 15 марта 2001 г. и, следовательно, незамедлительно узнал о принятии постановления.
30. Следовательно, данная часть жалобы была подана с нарушением установленного срока и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Предполагаемое нарушение статьи 13 Конвенции
31. Заявитель утверждал, что вопреки положениям статьи 13 Конвенции в его распоряжении не было эффективного средства правовой защиты в отношении определения президиума Читинского областного суда об отмене в порядке надзора вступившего в законную силу Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. В соответствии со статьей 13 Конвенции:
"Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве".
32. Европейский суд напоминает, что статья 13 Конвенции не гарантирует как таковое право на наличие средств правовой защиты в отношении решений, принятых в порядке надзора, и тот факт, что решение суда вышестоящей инстанции не подлежит последующему обжалованию в судебном порядке, сам по себе не нарушает указанную статью Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Юрий Романов против Российской Федерации" (Yuriy Romanov v. Russia) от 25 октября 2005 г., жалоба № 69341/01, § 55; Решение Европейского суда по делу "Трегубенко против Украины" (Tregubenko v. Ukraine) от 21 октября 2003 г., жалоба № 61333/00, и Решение Европейского суда по делу "Ситков против Российской Федерации" (Sitkov v. Russia) от 9 ноября 2004 г., жалоба № 55531/00).
33. Следовательно, жалоба заявителя на нарушение статьи 13 Конвенции является несовместимой ratione materiae<*>с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и подлежит отклонению в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
--------------------------------
<*>Ratione materiae - ввиду обстоятельств, связанных с предметом рассмотрения, критерий, применяемый при оценке приемлемости жалобы (прим. переводчика).
IV. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
34. Заявитель утверждал, что судебное разбирательство, в результате которого были приняты Судебные решения от 16 октября 2002 г., было несправедливым, поскольку Чернышевский районный суд Читинской области неверно применил нормы права и не присудил ему компенсацию в полном объеме. Он также утверждал, что в Российской Федерации начислением и выплатой компенсации в связи с получением профессиональной травмы занимаются два разных государственных фонда, что привело к противоречивой правовой ситуации.
35. Принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении материалы дела, Европейский суд приходит к выводу, что данные жалобы не содержат признаков нарушения прав и свобод, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней. Следовательно, данная часть жалобы подлежит отклонению как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
V. Применение статьи 41 Конвенции
36. В соответствии со статьей 41 Конвенции:
"Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Ущерб
37. Заявитель требовал в возмещение материального ущерба сумму в размере 38686 рублей, которая включает в себя присужденные решениями Чернышевского районного суда Читинской области от 21 сентября 1999 г. и от 16 октября 2002 г. средства, не выплаченные заявителю в связи с отменой решений в порядке надзора и проиндексированные с учетом инфляции. Он также требовал 50 тыс. рублей в качестве компенсации морального вреда.
38. Власти Российской Федерации отметили, что заявитель требует возместить ущерб, предположительно причиненный отменой в порядке надзора вступивших в законную силу Судебных решений от 21 сентября 1999 г., что не является предметом рассмотрения Европейским судом в данном деле. Следовательно, они не сочли возможным представить комментарии относительно этих требований заявителя по справедливой компенсации.
39. Что касается требований о возмещении материального ущерба, Европейский суд, учитывая характер установленного нарушения, полагает разумным присудить заявителю 752 рубля, которые были бы выплачены ему, если Решение Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г., принятое в его пользу, не было бы отменено, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства (см. для сравнения Постановление Европейского суда по делу "Стеценко против Российской Федерации" (Stetsenko v. Russia) от 5 октября 2006 г., жалоба № 878/03, § 69).
40. Что касается остальной части требований о возмещении материального ущерба, Европейский суд не усматривает причинно-следственной связи между установленным нарушением и возмещением ущерба, требуемым в связи с отменой Судебных решений от 21 сентября 1999 г. Европейский суд также отмечает, что заявителем не были представлены доказательства в обоснование его требования о возмещении убытков в связи с инфляцией и не был приведен метод исчисления им этих убытков. Следовательно, Европейский суд отклоняет данные требования.
41. Тем не менее Европейский суд полагает, что заявитель испытывал душевные страдания и разочарование в связи с отменой в порядке надзора Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. Принимая во внимание принцип справедливости, Европейский суд присуждает ему 1500 евро в качестве компенсации морального вреда, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства.
B. Расходы и издержки
42. Заявитель также требовал 233 рубля в возмещение расходов и издержек, понесенных им в ходе разбирательства по делу в судах Российской Федерации, и 138 рублей - в связи с рассмотрением дела Европейским судом.
43. Власти Российской Федерации не представили своих комментариев.
44. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек лишь в той мере, насколько было доказано, что они были понесены действительно и по необходимости и являлись разумными по размеру. В данном деле, учитывая имеющуюся в его распоряжении информацию, а также указанный критерий, Европейский суд считает разумным присудить заявителю 138 рублей, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
45. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) объявил жалобу заявителя на отмену в порядке надзора вступившего в законную силу Решения Чернышевского районного суда Читинской области от 16 октября 2002 г. и на уменьшение размера возмещения вреда в результате такой отмены приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;
3) постановил, что нет необходимости рассматривать жалобы на процессуальные нарушения, имевшие место в ходе пересмотра дела судом надзорной инстанции;
4) постановил:
a) что власти Российской Федерации обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие денежные суммы:
i) 752 рубля (семьсот пятьдесят два рубля) в возмещение материального ущерба;
ii) 1500 евро (одну тысячу пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие выплате в рублях по курсу, который будет установлен на день выплаты;
iii) 138 рублей (сто тридцать восемь рублей) в возмещение судебных расходов и издержек;
iv) сумму любых налогов, подлежащих начислению на названные суммы;
b) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;
5) отклонил остальную часть требований заявителя по справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении было направлено 7 июня 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского суда.
Председатель Палаты Суда
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIRST SECTION
CASE OF AKALINSKIY v. RUSSIA
(Application No. 2993/03)
JUDGMENT<*>
(Strasbourg, 7.VI.2007)
--------------------------------
<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Akalinskiy v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr C.L. Rozakis, President,
Mr L. Loucaides,
Mrs {N. Vajic},
Mr A. Kovler,
Mrs E. Steiner,
Mr K. Hajiyev,
Mr D. Spielmann, judges,
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 15 May 2007,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 2993/03) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Russian national, Mr Viktor Dmitriyevich Akalinskiy ("the applicant"), on 26 December 2002.
2. The Russian Government ("the Government") were represented by Mr P. Laptev, the Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 11 October 2005 the Court decided to give notice of the application to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
THE FACTS
4. The applicant was born in 1949 and lives in the village of Bukachacha in the Chita Region.
5. Since 1986 the applicant suffers from a work-related illness. In 1999 he instituted proceedings against his former employer, a mining company, and the Social Insurance Fund of the Russian Federation (hereafter - the Fund) seeking compensation for damage.
6. On 21 September 1999 the Chernyshevskiy District Court of the Chita Region found in the applicant"s favour and awarded the applicant 42,126.40 Russian roubles (RUR). The judgment was not appealed against and became final.
7. In November 2000 the former employer asked the Presidium of the Chita Regional Court to review the judgment of 21 September 1999. On 9 January 2001 the acting prosecutor of the Chita Region lodged an application for a supervisory review of that judgment.
8. On 15 March 2001 the Presidium of the Chita Regional Court, by way of supervisory-review proceedings, quashed the judgment of 21 September 1999 and remitted the case for a fresh examination. The applicant attended the supervisory-review hearing.
9. On 16 October 2002 the Chernyshevskiy District Court awarded the applicant RUR 751.44 in compensation for pecuniary damage and RUR 12,000 in compensation for non-pecuniary damage. The judgment was not appealed against and became final.
10. On 28 March 2003 the Fund asked the Presidium of the Regional Court to re-examine the case by way of supervisory review.
11. On 26 June 2003 the Presidium of the Chita Regional Court, by way of the supervisory-review proceedings, quashed the judgment of 16 October 2002, re-examined the matter and dismissed the applicant"s claims in respect of pecuniary damage. The award in respect of non-pecuniary damage remained unaffected. The Presidium noted that the District Court had incorrectly assessed and applied substantive legal norms. The applicant was not summonsed to the hearing.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 of the Convention
and Article 1 of Protocol No. 1 on account of the quashing
of the judgment of 16 October 2002
12. The applicant complained that the quashing of the final judgment of 16 October 2002 made in his favour had violated his "right to a court" and his right to peaceful enjoyment of possessions. He also complained that he had been deprived of his right to effectively participate in the supervisory-review hearing. The Court considers that this complaint falls to be examined under Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1. The relevant parts of these provisions read as follows:
Article 6 § 1
"In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal..."
Article 1 of Protocol No. 1
"Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law..."
A. Submissions by the parties
13. The Government argued that that the Presidium of the Chita Regional Court quashed the judgment of 16 October 2002 with a view to correcting the judicial error committed by the District Court.
14. The applicant averred that the quashing of the final judgment of 16 October 2002 had irremediably impaired the principle of legal certainty and had deprived him of the right to receive money he had been entitled to receive.
B. The Court"s assessment
1. Article 6 § 1 of the Convention
(a) Admissibility
15. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
(b) Merits
16. The Court reiterates that the right to a fair hearing before a tribunal as guaranteed by Article 6 § 1 of the Convention must be interpreted in the light of the Preamble to the Convention, which declares, in its relevant part, the rule of law to be part of the common heritage of the Contracting States. One of the fundamental aspects of the rule of law is the principle of legal certainty, which requires, among other things, that where the courts have finally determined an issue, their ruling should not be called into question (see {Brumarescu} v. Romania, judgment of 28 October 1999, Reports of Judgments and Decisions 1999-VII, § 61).
17. This principle insists that no party is entitled to seek re-opening of the proceedings merely for the purpose of a rehearing and a fresh decision of the case. Higher courts" power to quash or alter binding and enforceable judicial decisions should be exercised for correction of fundamental defects. The mere possibility of two views on the subject is not a ground for re-examination. Departures from that principle are justified only when made necessary by circumstances of a substantial and compelling character (see, mutatis mutandis, Ryabykh v. Russia, No. 52854/99, § 52, ECHR 2003-X; and Pravednaya v. Russia, No. 69529/01, § 25, 18 November 2004).
18. The Court reiterates that Article 6 § 1 secures to everyone the right to have any claim relating to his civil rights and obligations brought before a court or tribunal. In this way it embodies the "right to a court", of which the right of access, that is the right to institute proceedings before courts in civil matters, constitutes one aspect. However, that right would be illusory if a Contracting State"s domestic legal system allowed a final and binding judicial decision to be quashed by a higher court on an application made by a State official whose power to lodge such an application is not subject to any time-limit, with the result that the judgments were liable to challenge indefinitely (see Ryabykh, cited above, §§ 54 - 56).
19. The Court observes that on 16 October 2002 the Chernyshevskiy District Court upheld the applicant"s action and granted him money representing compensation for pecuniary and non-pecuniary damage. The judgment was not appealed against and became binding and enforceable. On 26 June 2003 that judgment was quashed by way of supervisory review initiated by the Fund, a party to the proceedings.
20. The Court reiterates that it has found a violation of an applicant"s "right to a court" guaranteed by Article 6 § 1 of the Convention in many Russian cases in which a judicial decision that had become final and binding, was subsequently quashed by a higher court on an application by a State official or by a party to the proceedings when the latter had not made use of the ordinary appeal procedure (see Roseltrans v. Russia, No. 60974/00, §§ 27 - 28, 21 July 2005; Volkova v. Russia, No. 48758/99, §§ 34 - 36, 5 April 2005; Ryabykh, cited above, §§ 51 - 56; Borshchevskiy v. Russia, No. 14853/03, § 46, 21 September 2006; and Nelyubin v. Russia, No. 14502/04, §§ 28 - 30, 2 November 2006).
21. Having examined the materials submitted to it, the Court observes that the Government have not put forward any fact or argument capable of persuading it to reach a different conclusion in the present case. Accordingly, the Court finds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention on account of the quashing of the final judgment of 16 October 2002 by way of supervisory-review proceedings.
(c) Supervisory review procedure: procedural issues
22. With regard to the complaint about the procedural defects of the hearing before the Presidium of the Chita Regional Court, the Court finds that, having concluded that there has been an infringement of the applicant"s "right to a court" by the very use of the supervisory review procedure, it is not necessary to consider whether the procedural guarantees of Article 6 of the Convention were available in those proceedings (cf. Ryabykh, cited above, § 59, and Volkova, cited above, § 39).
2. Article 1 of Protocol No. 1
(a) Admissibility
23. The Court observes that the applicant"s complaint under Article 1 of Protocol No. 1 is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention and is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
(b) Merits
24. The Court reiterates that the existence of a debt confirmed by a binding and enforceable judgment constitutes the judgment beneficiary"s "possession" within the meaning of Article 1 of Protocol No. 1. Quashing of such a judgment amounts to an interference with his or her right to peaceful enjoyment of possessions (see, among other authorities, Androsov v. Russia, No. 63973/00, § 69, 6 October 2005).
25. The Court observes that the final and enforceable judgment of 16 October 2002 by which the applicant had been awarded money was quashed on a supervisory review on 26 June 2003. The Presidium of the Regional Court re-examined the matter and dismissed the applicant"s claims in the part concerning compensation for pecuniary damage. Thus, the applicant, through no fault of his own, was prevented from receiving the initial award made under this head by the District Court. The quashing of the enforceable judgment frustrated the applicant"s reliance on the binding judicial decision and deprived him of an opportunity to receive the money he had legitimately expected to receive. In these circumstances, the Court considers that the quashing of the enforceable judgment of 16 October 2002 by way of supervisory review placed an excessive burden on the applicant and was incompatible with Article 1 of Protocol No. 1. There has therefore been a violation of that Article.
II. Alleged violation of Article 6 of the Convention
and Article 1 of Protocol No. 1 on account of the quashing
of the judgment of 21 September 1999
26. The applicant complained under Articles 6 and 13 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 that the decision of the Presidium of the Chita Regional Court of 15 March 2001 to quash the judgment of 21 September 1999 had violated his "right to a court" and deprived him of the fruits of the litigation. The Court considers that this complaint falls to be examined under Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1, which are cited above.
27. The Court reiterates that, in accordance with Article 35 § 1 of the Convention, it may only examine complaints in respect of which domestic remedies have been exhausted and which have been submitted within six months from the date of the "final" domestic decision. If there is no adequate remedy against a particular act, which is alleged to be in breach of the Convention, the date when that act takes place is taken to be "final" for the purposes of the six months" rule (see, e.g., {Valasinas} v. Lithuania (dec.), No. 44558/98, 14 March 2000).
28. The Court observes that no ordinary appeal laid against a decision by which the final judgement had been quashed by way of a supervisory review. Such a decision became final and binding on the same day when it was taken.
29. In the absence of an effective remedy the Court concludes that it was the very act of quashing of the final judgment of 21 September 1999 that triggered the start of the six-month time-limit for lodging this part of the application to the Court (cf. Sardin v. Russia (dec.), No. 69582/01, ECHR 2004-II). The Court further notes that the quashing of a final judgment is an instantaneous act, which does not create a continuing situation, even if it entails a re-opening of the proceedings as in the instant case (see Sitokhova v. Russia (dec.), No. 55609/00, 2 September 2004). In the present case the final judgment was quashed by the Presidium of the Chita Regional Court on 15 March 2001 and the applicant lodged his application on 26 December 2002. The applicant was present at the hearing of 15 March 2001 and thus he was immediately aware of the ruling.
30. It follows that this part of the application is introduced out of time and must be rejected in accordance with Article 35 §§ 1 and 4 of the Convention.
III. Alleged violation of Article 13 of the Convention
31. The applicant complained under Article 13 of the Convention that he had had no effective remedy in respect of the decision of the Presidium of the Chita Regional Court to quash, on supervisory review, the final judgment of 16 October 2002. The invoked Convention provision reads as follows:
"Everyone whose rights and freedoms as set forth in [the] Convention are violated shall have an effective remedy before a national authority notwithstanding that the violation has been committed by persons acting in an official capacity."
32. The Court reiterates that Article 13 of the Convention does not, as such, guarantee the right to appellate remedies in respect of a decision taken by way of supervisory review, and the mere fact that the judgment of the highest judicial body is not subject to further judicial review does not infringe in itself the said provision (see Yuriy Romanov v. Russia, No. 69341/01, § 55, 25 October 2005; Tregubenko v. Ukraine (dec.), No. 61333/00, 21 October 2003, and Sitkov v. Russia (dec.), No. 55531/00, 9 November 2004).
33. It follows that the applicant"s complaint under Article 13 of the Convention is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3 and must be rejected in accordance with Article 35 § 4 thereof.
IV. Other alleged violations of the Convention
34. The applicant complained that the proceedings which led to the judgment of 16 October 2002 had been unfair in that the District Court had incorrectly applied the law and had not awarded him compensation in full. He further complained that two different State Funds in the Russian Federation calculated and paid compensation for damage caused by a work-related damage, thus creating a confusing legal situation.
35. Having regard to all the material in its possession, the Court finds that these complaints do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. It follows that this part of the application must be rejected as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
V. Application of Article 41 of the Convention
36. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
A. Damage
37. The applicant claimed RUR 38,686 in respect of pecuniary damage, representing the awards made under the judgments of 21 September 1999 and 16 October 2002, which had not been paid to him as a result of the supervisory reviews, and which were adjusted to take account of inflation. He further claimed RUR 50,000 in respect of compensation for non-pecuniary damage.
38. The Government considered that the applicant"s claims related to the damage allegedly caused by the quashing of the final judgment of 21 September 1999, which was not under the Court"s review. They, therefore, decided no to comment on the applicant"s claims.
39. As regards the claims in respect of pecuniary damage, the Court, having regard to the nature of the violation found, considers it appropriate to award the applicant RUR 752 which he would have received had the judgment of 16 October 2002 in his favour not been quashed, plus any tax that may be chargeable (cf. Stetsenko v. Russia, No. 878/03, § 69, 5 October 2006).
40. As regards the remaining claims in respect of pecuniary damage, the Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged in respect of the judgment award made on 21 September 1999. The Court also notes that the applicant did not provide any evidence to substantiate his claims for compensation for inflation losses and did not explain his method of calculation of such losses. The Court therefore rejects those claims.
41. The Court, however, considers that the applicant suffered distress and frustration resulting from the quashing of the judgment of 16 October 2002 by way of supervisory-review proceedings. Making its assessment on an equitable basis, the Court awards the applicant EUR 1,500 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on that amount.
B. Costs and expenses
42. The applicant also claimed RUR 233 for the costs and expenses incurred before various domestic authorities and RUR 138 for those incurred before the Court.
43. The Government did not comment.
44. According to the Court"s case-law, an applicant is entitled to reimbursement of his costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. In the present case, regard being had to the information in its possession and the above criteria, the Court considers it reasonable to award the applicant the sum of RUR 138, plus any tax that may be chargeable on that amount.
C. Default interest
45. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint concerning the quashing of the final judgment of 16 October 2002 and the reduction of the compensation for damage following that quashing admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1;
3. Holds that it is not necessary to consider the allegations of procedural unfairness of the supervisory-review proceedings;
4. Holds
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts:
(i) RUR 752 (seven hundred and fifty-two Russian roubles) in respect of pecuniary damage;
(ii) EUR 1,500 (one thousand and five hundred euros) in respect of non-pecuniary damage, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of the settlement;
(iii) RUR 138 (one hundred and thirty-eight Russian roubles) in respect of costs and expenses;
(iv) any tax that may be chargeable on the above amounts;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
5. Dismisses the remainder of the applicant"s claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 7 June 2007, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Christos ROZAKIS
President
{Soren} Nielsen
Registrar