(неофициальный перевод)
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "БЛИНОВ И БЛИНОВА (BLINOV AND BLINOVA)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба № 5950/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 30 апреля 2009 года)
По делу "Блинов и Блинова против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Христоса Розакиса, Председателя Палаты,
Анатолия Ковлера,
Элизабет Штейнер,
Дина Шпильманна,
Сверре Эрика Йебенса,
Джорджио Малинверни,
Георга Николау, судей,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 7 апреля 2009 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 5950/04, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданами Российской Федерации Александром Николаевичем Блиновым и его супругой Аллой Ивановной Блиновой (далее - заявители) 27 января 2004 г.
2. Интересы заявителей представляла О. Варнавская, адвокат, практикующая в г. Ставрополе. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека В.В. Милинчук.
3. 29 мая 2007 г. Европейский суд коммуницировал жалобы, касающиеся неисполнения и пересмотра в надзорном порядке имеющих обязательную силу судебных решений, властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявители родились в 1963 и 1966 годах, соответственно, и проживают в г. Ставрополе.
5. В качестве судей заявители имели право на получение служебной квартиры. Поскольку квартира не была предоставлена, заявители предъявили иск к администрации г. Пятигорска. 10 июня 2003 г. городской суд г. Ессентуки удовлетворил требования заявителей и обязал администрацию:
"[О]беспечить [заявителей] благоустроенным жильем для семьи из четырех человек, включая 12 кв. м на человека и дополнительную площадь 40 кв. м на двух членов семьи, наделенных правом на дополнительную жилплощадь: по 20 кв. м на человека или по отдельной комнате на человека".
Это решение вступило в силу 8 сентября 2003 г., но не было немедленно исполнено.
6. В сентябре - ноябре 2003 г. судебные исполнители несколько раз запрашивали администрацию о наличии свободных квартир. В декабре 2003 г. и феврале 2004 г. судебные приставы просили суд изменить способ исполнения решения на выплату денежных средств. В сентябре 2005 г. судебные исполнители наложили арест на банковские счета администрации и транспортные средства.
7. В августе 2004 г. заявители и администрация заключили мировое соглашение, но администрация не выполнила его условий.
8. По заявлению администрации 20 марта 2006 г. президиум Ставропольского краевого суда отменил решение и направил дело на новое рассмотрение. Президиум установил, что администрация являлась ненадлежащим ответчиком, и что районный суд присудил площадь большего размера, чем та, на которую заявители имели право.
9. В ходе повторного рассмотрения дела 22 октября 2007 г. заявители отказались от иска, и производство по делу было прекращено.
10. В декабре 2007 г. заявителям предложили квартиру площадью 124,8 кв. м в центре г. Ставрополя, но они отказались от нее, настаивая на получении квартиры площадью 150 кв. м. В то же время, в 2006 - 2007 годах власти субсидировали заявителям квартплату.
II. Применимое национальное законодательство
11. Согласно статье 9 Федерального закона "Об исполнительном производстве" от 21 июля 1997 г. судебный пристав-исполнитель обязан исполнить решение в течение двух месяцев<*>.
--------------------------------
<*>Европейский суд, вероятно, имеет в виду статью 13 указанного Закона (прим. переводчика).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6
Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции,
что касается пересмотра решения в порядке надзора
12. Заявители жаловались, что пересмотр решения суда в порядке надзора нарушил их права, предусмотренные пунктом 1 статьи 6 Конвенции и статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. В соответствующих частях эти статьи устанавливают следующее:
Пункт 1 статьи 6 Конвенции
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".
Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".
A. Приемлемость жалобы
13. Власти Российской Федерации утверждали, что настоящая жалоба является неприемлемой. Надзорное производство было возбуждено одной из сторон дела, и заявители были уведомлены о нем. Отмена вступивших в силу решений узаконена в демократическом обществе и известна, например, в таких странах, как Германия, Австрия и Швейцария. Кроме того, Комитет министров Совета Европы признал улучшение процедуры пересмотра решений в России (ResDH (2006) 1, 8 февраля 2006 г.; CM/Inf/DH (2005) 20, 23 марта 2005 г.). Надзорный порядок применялся только в исключительных случаях. В данном случае он был применен для исправления ошибочного применения норм материального права районным судом. Вмешательство в их право на уважение собственности отсутствовало, так как государство не оспаривало их право на служебную квартиру.
14. Заявители поддержали свою жалобу.
15. Европейский суд считает, что жалоба не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо жалобы
16. Европейский суд ранее устанавливал нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, если, как в данном случае, надзорная процедура использовалась для отмены вступившего в силу решения по причине предполагаемого ошибочного применения норм материального права (см., например, Постановление Европейского суда от 18 января 2007 г. по делу "Кот против Российской Федерации" (Kot v. Россия), жалоба № 20887/03, § 29). Не имеется оснований отступать от этого вывода в данном случае.
17. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции
и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции вследствие
неисполнения судебного решения
18. Заявители, ссылаясь на статью 6 Конвенции и статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, жаловались на неисполнение судебного решения.
A. Приемлемость жалобы
19. Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба является неприемлемой.
Заявители не исчерпали внутренние средства правовой защиты в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Конвенции, поскольку они не возбудили разбирательство против властей, ответственных за исполнение.
Жалоба была явно необоснованна. Судебные исполнители не бездействовали: они несколько раз запрашивали муниципалитет о наличии доступных квартир, дважды просили суд об изменении способа исполнения решения и налагали арест на активы муниципалитета. Задержки отсутствовали также со стороны судов. Кроме того, природа взысканной компенсации, распределение недвижимости потребовали дополнительных усилий и времени. Задержка произошла частично из-за нежелания администрации допустить расход средств федерального бюджета. Заявители, напротив, задерживали исполнение, обсуждая мировое соглашение, выдвигая новые требования и обращаясь в суды.
20. Заявители поддержали свою жалобу.
21. Что касается вопроса о неисчерпании внутренних средств, Европейский суд напоминает, что бремя доказывания существования таких средств возлагается на власти Российской Федерации. Власти Российской Федерации обязаны доказать, что средство правовой защиты было эффективно, доступно, обеспечивало предоставление возмещения и имело разумные перспективы достижения успеха (см., с необходимыми изменениями, Постановление Большой палаты по делу "Сельмуни против Франции" (Selmouni v. France), жалоба № 25803/94, § 76, ECHR 1999-V). Власти Российской Федерации не указали, как предложенные средства отвечали этим требованиям.
22. Европейский суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо жалобы
23. Европейский суд напоминает, что необоснованно длительная задержка исполнения вступившего в силу решения может рассматриваться как нарушение Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Бурдов против Российской Федерации" (Burdov v. Russia), жалоба № 59498/00, ECHR 2002-III). Для решения вопроса о том, являлась ли задержка разумной, Европейский суд оценивает степень сложности исполнительного производства, поведение заявителя и властей, а также характер присужденной суммы (см. Постановление Европейского суда от 15 февраля 2007 г. по делу "Райлян против Российской Федерации" (Raylyan v. Russia), жалоба № 22000/03, § 31).
24. С учетом вышеизложенного вывода о том, что надзорная процедура пересмотра решения несовместима с Конвенцией, Европейский суд полагает, что период исполнения не должен ограничиваться датой рассмотрения дела судом надзорной инстанции (см. Постановление Европейского суда от 13 апреля 2006 г. по делу "Сухобоков против Российской Федерации" (Sukhobokov v. Russia), жалоба № 75470/01, § 25 - 26). Соответственно, до настоящего времени исполнение решения продолжается более четырех лет и девяти месяцев.
25. Указанный период на первый взгляд несовместим с требованиями Конвенции. Европейский суд признает преимущество властей Российской Федерации в том, что власти действительно искали способы исполнения решения и что природа компенсации усложнила исполнение. Однако остается фактом обстоятельство, что заявителям препятствовали в течение долгого времени воспользоваться присужденным.
26. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
27. Наконец, заявители жаловались на процессуальные нарушения, допущенные при рассмотрении дела в порядке надзора, и на невозможность обжалования постановления суда надзорной инстанции.
28. Однако, принимая во внимание представленные материалы, и постольку, поскольку предмет жалоб находится в его юрисдикции, Европейский суд не усматривает в них признаков нарушения прав и свобод, предусмотренных Конвенцией или Протоколами к ней.
29. Следовательно, жалоба в данной части явно необоснованна и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
IV. Применение статьи 41 Конвенции
30. Статья 41 Конвенции предусматривает:
"Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Ущерб
31. Заявители требовали 8309351 рубль в качестве компенсации материального ущерба и 2830000 рублей в качестве компенсации морального вреда.
32. Власти Российской Федерации утверждали, что эти требования являются необоснованными и неразумными. Заявители не претерпели ущерба, так как в итоге им была предложена квартира большей площади, чем первоначально присужденная, и в силу того, что государство субсидировало их квартплату.
33. Европейский суд не усматривает причинной связи между установленным нарушением и предполагаемым материальным ущербом, тем более что государство в итоге предложило им площадь большую, чем первоначально присужденная (см. Постановление Европейского суда "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia), жалоба № 52854/99, § 62, ECHR 2003-IX). Поэтому Европейский суд отклоняет это требование.
34. С другой стороны, Европейский суд признает, что неисполнение и отмена вступившего в силу решения должны были причинить страдания заявителям. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, Европейский суд присуждает 4000 евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
35. Заявители также требовали 214000 рублей в счет судебных расходов и издержек, понесенных в судах страны и Европейском суде.
36. Власти Российской Федерации утверждали, что не все эти расходы имели отношение к предполагаемым нарушениям, и что заявители не указали, какая работа была проведена их адвокатом.
37. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в части, в которой они были действительно понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру. В настоящем деле, учитывая имеющиеся сведения и вышеизложенные критерии, Европейский суд считает разумным присудить 500 евро в отношении всех видов расходов.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
38. Европейский суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) признал жалобу в части неисполнения вступивших в силу решений и пересмотра решения в порядке надзора приемлемой, а в остальной части неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с пересмотром решения;
3) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебных решений;
4) постановил:
a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителям совместно следующие суммы, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты:
i) 4000 евро в счет компенсации морального вреда, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную сумму;
ii) 500 евро в счет возмещения судебных расходов и издержек, а также любой налог, обязанность уплаты которого может быть на них возложена;
b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
5) отклонил оставшуюся часть требований заявителей о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 30 апреля 2009 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Председатель Палаты Суда
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIRST SECTION
CASE OF BLINOV AND BLINOVA v. RUSSIA
(Application No. 5950/04)
JUDGMENT<*>
(Strasbourg, 30.IV.2009)
--------------------------------
<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Blinov and Blinova v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Christos Rozakis, President,
Anatoly Kovler,
Elisabeth Steiner,
Dean Spielmann,
Sverre Erik Jebens,
Giorgio Malinverni,
George Nicolaou, judges,
and {Soren}<*>Nielsen, Section Registrar,
--------------------------------
<*>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
Having deliberated in private on 7 April 2009,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 5950/04) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by two Russian nationals, Mr Aleksandr Nikolayevich Blinov and his wife Mrs Alla Ivanovna Blinova ("the applicants"), on 27 January 2004.
2. The applicants were represented by Ms O. Varnavskaya, a lawyer practising in Stavropol. The Russian Government ("the Government") were represented by Mrs V. Milinchuk, the Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 29 May 2007 the Court decided to communicate the complaints concerning non-enforcement and supervisory review of a binding judgment to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
4. The applicants were born in 1963 and 1966 respectively and live in Stavropol.
5. As judges, the applicants were entitled to a service flat. As the flat had not been provided, the applicants sued the Pyatigorsk Town Council. On 10 June 2003 the Essentuki Town Court held for the applicants and ordered the council to:
"[P]rovide [the applicants] with a decent dwelling for a family of four, offering 12 sq. m per person and having an extra surface of 40 sq. m with regard to two family members" right to extra surface: either 20 sq. m per person or a separate room per person."
This judgment became binding on 8 September 2003, but was not enforced immediately.
6. In September - November 2003 bailiffs several times inquired with the council whether it had available flats. In December 2003 and February 2004 the bailiffs requested the court to change the mode of execution to a cash payment. In September 2005 the bailiffs attached the council"s bank accounts and means of transport.
7. In August 2004 the applicants and the council reached a settlement, but the council defaulted on its promise.
8. On the council"s request, on 20 March 2006 the Presidium of the Stavropol Regional Court quashed the judgment and ordered a rehearing. The presidium found that the council had been the wrong defendant, and that the district court had awarded a flat bigger than the applicants had been entitled to.
9. In the course of the rehearing, on 22 October 2007 the applicants withdrew their claims and the proceedings were closed.
10. In December 2007 the applicants were offered a flat of 124.8 sq. m in a house in the centre of Stavropol, but they refused to accept it insisting that the flat should be of 150 sq. m. In the meantime, in 2006 - 07 the authorities subsidised the applicants" rent.
II. Relevant domestic law
11. Under section 9 of the Federal Law on Enforcement Proceedings of 21 July 1997, a bailiff must enforce a judgment within two months.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the
Convention and of Article 1 of Protocol No. 1
on account of supervisory review
12. The applicants complained under Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 about the supervisory review of the judgment. Insofar as relevant, these Articles read as follows:
Article 6 § 1
"In the determination of his civil rights and obligations ..., everyone is entitled to a fair ... hearing ... by [a] ... tribunal..."
Article 1 of Protocol No. 1
"Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties."
A. Admissibility
13. The Government argued that this complaint was inadmissible. The supervisory review had been initiated by a party to the litigation, and the applicants had been aware of these proceedings. Annulment of binding judgments was legitimate in a democratic society and known, for example, to such countries as Germany, Austria, and Switzerland. Besides, the Committee of Ministers of the Council of Europe had been satisfied that Russia"s supervisory-review procedure had been improved (ResDH(2006)1, 8 February 2006; CM/Inf/DH(2005)20, 23 March 2005). Supervisory review had been applied only in exceptional cases. In the present case, it had been applied to correct the district court"s misinterpretation of material law. There had been no interference with the applicants" possessions, because the State had not contested as such their right to a service flat.
14. The applicants maintained their complaint.
15. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
16. The Court has earlier found a violation of Article 6 § 1 and Article 1 of Protocol No. 1 where, like in the present case, supervisory review was used to quash a binding judgment on the ground of an alleged misinterpretation of material law (see, for example, Kot v. Russia, No. 20887/03, § 29, 18 January 2007). There is no reason to depart from that finding in the present case.
17. There has accordingly been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1.
II. Alleged violation of Article 6 § 1
of the Convention and of Article 1 of Protocol No. 1
on account of non-enforcement
18. The applicants complained under Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 about the non-enforcement of the judgment.
A. Admissibility
19. The Government argued that this complaint was inadmissible.
The applicants had failed to exhaust domestic remedies, as required by Article 35 § 1 of the Convention, because they had not brought proceedings against the authorities responsible for the enforcement.
The complaint was manifestly ill-founded. The bailiffs had not idled: they had several times asked the council whether it had available flats, they had twice asked the court to change the mode of enforcement, and had attached the council"s assets. The courts had caused no delays either. Besides, the nature of the award, the distribution of a property, required extra effort and time. The delay had been partly due to the council"s reluctance to assume the expense of the federal budget. By contrast, the applicants had delayed the enforcement by engaging in friendly-settlement negotiations, advancing new claims, and appealing to courts.
20. The applicants maintained their complaint.
21. With regard to domestic remedies, the Court reiterates that it is the Government who bear the burden of proof of the remedies" existence. The Government must show that the remedies were effective, accessible, capable to provide redress, and that they offered reasonable prospects of success (see, mutatis mutandis, Selmouni v. France [GC], No. 25803/94, § 76, ECHR 1999-V). The Government have not explained how the suggested remedies would have met these requirements.
22. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
23. The Court reiterates that an unreasonably long delay in the enforcement of a binding judgment may breach the Convention (see Burdov v. Russia, No. 59498/00, ECHR 2002-III). To decide if the delay was reasonable, the Court will look at how complex the enforcement proceedings were, how the applicant and the authorities behaved, and what the nature of the award was (see Raylyan v. Russia, No. 22000/03, § 31, 15 February 2007).
24. Given the above finding that the supervisory review of the judgment was incompatible with the Convention, the Court considers that the period of enforcement should be extended beyond the date of the supervisory review (see Sukhobokov v. Russia, No. 75470/01, §§ 25 - 26, 13 April 2006). Accordingly, to date the enforcement of the judgment has lasted over four years and nine months.
25. This period is prima facie incompatible with the requirements of the Convention. The Court accepts, to the Government"s advantage, that the authorities did look for ways to enforce the judgment, and that the in-kind nature of the award complicated the enforcement. Nevertheless, the fact remains that the applicants were prevented from enjoying the award for a considerable time.
26. There has, accordingly, been a violation of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1.
III. Other alleged violations of the Convention
27. Lastly, the applicants complained about procedural defects in the supervisory-review proceedings and about an impossibility to appeal against the supervisory-review judgment.
28. However, in the light of all the material in its possession, and in so far as the matters complained of are within its competence, the Court finds that they do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols.
29. It follows that this part of the application is manifestly ill-founded and must be rejected in accordance with Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
IV. Application of Article 41 of the Convention
30. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
A. Damage
31. The applicants claimed 8,309,351 Russian roubles (RUB) in respect of pecuniary damage and RUB 2,830,000 in respect of non-pecuniary damage.
32. The Government argued that these claims were unreasonable and unsubstantiated. The applicants had suffered no loss, because in the end they had been offered a flat bigger than originally awarded, and because in the meantime the State had subsidized their rent.
33. The Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged, especially since the State had eventually offered them a flat bigger than originally awarded (see Ryabykh v. Russia, No. 52854/99, § 62, ECHR 2003-IX). The Court therefore rejects this claim.
34. On the other hand, the Court accepts that the applicants might have been distressed by the non-enforcement and supervisory review of the binding judgment. Making its assessment on an equitable basis, the Court awards 4,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage.
B. Costs and expenses
35. The applicants also claimed RUB 214,000 for the costs and expenses incurred before the domestic courts and the Court.
36. The Government argued that not all of these expenses had related to the alleged violations, and that the applicants had not specified what work their lawyer had done.
37. According to the Court"s case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. In the present case, regard being had to the information in its possession and the above criteria, the Court considers it reasonable to award the sum of EUR 500 covering costs under all heads.
C. Default interest
38. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaints concerning non-enforcement and supervisory review admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 on account of supervisory review;
3. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 on account of non-enforcement;
4. Holds
(a) that the respondent State is to pay the applicants jointly, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of settlement:
(i) EUR 4,000 (four thousand euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage;
(ii) EUR 500 (five hundred euros), plus any tax that may be chargeable to the applicants, in respect of costs and expenses;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
5. Dismisses the remainder of the applicants" claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 30 April 2009, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Christos ROZAKIS
President
{Soren} NIELSEN
Registrar