[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
БОЛЬШАЯ ПАЛАТА
ДЕЛО "БАШКАЙЯ ({BASKAYA}<**>) И ОКЧУОГЛУ ({OKCUOGLU})
ПРОТИВ ТУРЦИИ"
(Жалобы № 23536/94 и 24408/94)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 8 июля 1999 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
<**>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
По делу "Башкайя и Окчуоглу против Турции" Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 27 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод с изменениями, внесенными Протоколом № 11 к Конвенции*и соответствующими положениями Регламента Суда<**>, заседая Большой палатой в составе:
____________________________
*Примечание Секретаря-Канцлера. Протокол № 11 к Конвенции и Регламент Суда вступили в силу 1 ноября 1998 г.
Л. Вильдхабера, Председателя Палаты,
Э. Пальм,
А. Пастора Ридруехо,
Дж. Бонелло,
Е. Макарчика,
П. Куриса,
Ж.-П. Коста,
Ф. Тюлькенс,
В. Стражнички,
М. Фишбаха,
В. Буткевича,
Й. Касадеваля,
Х.С. Грев,
А.Б. Бака,
Р. Марусте,
К. Трайя, судей,
Ф. Гюльчюклю, судьи ad hoc,
а также при участии П.Дж. Махони и М. де Бур-Букиккио, заместителей Секретаря-Канцлера Суда,
заседая 11 марта и 16 июня 1999 г. за закрытыми дверями,
вынес на последнем заседании следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было передано в Европейский суд Европейской комиссией по правам человека в соответствии с положениями бывшей статьи 19 Конвенции*17 марта 1998 г. в трехмесячный срок согласно требованиям пункта 1 бывшей статьи 32 и бывшей статьи 47 Конвенции. Дело было инициировано двумя жалобами (N 23536/94 и 24408/94), поданными 22 февраля и 9 июня 1994 г., соответственно, в Европейскую комиссию против Турецкой Республики двумя гражданами Турции Фикретом Башкайя (Fikret {Baskaya}) и Мехеметом Селимом Окчуоглу (Mehemet Selim {Okcuoglu}) в соответствии с бывшей статьей 25 Конвенции.
____________________________
*Примечание Секретаря-Канцлера. После вступления в силу Протокола № 11 к Конвенции, который внес поправки и изменения в статью 19 Конвенции, Европейский суд функционирует на постоянной основе.
Запрос Европейской комиссии относился к бывшим статьям 44 и 48 Конвенции и к декларации, которой Турция признавала обязательную юрисдикцию Европейского суда (бывшая статья 46 Конвенции). Целью запроса было получение решения относительно того, свидетельствуют ли приведенные в деле факты о нарушении государством-ответчиком своих обязательств согласно пункту 1 статьи 6 и статьи 10 Конвенции.
2. В ответе на запрос, подготовленный и направленный в соответствии с подпунктом "d" пункта 3 правила 33 бывшего Регламента Суда A*, заявители сообщили, что хотели бы принять участие в разбирательстве, и назначили адвокатов для представления своих интересов (бывшее правило 30 Регламента Суда). Р. Бернхардт, Председатель Суда в то время, впоследствии предоставил адвокатам заявителей разрешение использовать турецкий язык при письменном судебном производстве (пункт 3 бывшего правила 27 Регламента Суда).
____________________________
*Примечание Секретаря-Канцлера. Регламент A применяется ко всем делам, переданным в Европейский суд до вступления в силу Протокола № 9 к Конвенции (1 октября 1994 г.), а после его вступления в силу и до 31 октября 1998 г. - только к делам, касающимся государств, не подписавших Протокол № 9 к Конвенции.
3. В качестве Председателя Палаты, первоначально образованной (бывшая статья 43 Конвенции и бывшее правило 21 Регламента), в частности, для рассмотрения процедурных вопросов, которые могли возникнуть до вступления в силу Протокола N 11 к Конвенции, Р. Бернхардт, действуя через Секретаря-Канцлера Суда, провел консультации по вопросам организации письменного производства с Со-Уполномоченным Турции при Европейском суде по правам человека Д. Акчай ({D. Akcay}), адвокатами заявителей А. Эрдоганом ({A. Erdogan}) и Э.Э. Кескин (E.E. Keskin) и представителем Европейской комиссии. Согласно данным затем распоряжениям Секретарь-Канцлер Суда 14 октября 1998 г. получил меморандумы заявителей и властей Турции. В разные дни с 6 декабря 1998 г. по 5 марта 1999 г. заявители и власти Турции представили свои доводы по требованиям заявителей о справедливой компенсации.
4. После вступления в силу 1 ноября 1998 г. Протокола № 11 к Конвенции и в соответствии с пунктом 5 статьи 5 этого Протокола данное дело было передано в Большую палату Суда. В интересах надлежащего отправления правосудия 22 октября 1998 г. Председатель Суда Л. Вильдхабер принял решение о формировании единой Большой палаты для рассмотрения данного дела и еще двенадцати других дел против Турции, а именно: "Караташ против Турции" ({Karatas} v. Turkey) (жалоба № 23168/94); "Арслан против Турции" (Arslan v. Turkey) (жалоба № 23462/94); "Полат против Турции" (Polat v. Turkey) (жалоба N 23500/94); "Джейлан против Турции" (Ceylan v. Turkey) (жалоба № 23556/94); "Окчуоглу против Турции" ({Okcuoglu} v. Turkey) (жалоба № 24246/94); "Гергер против Турции" (Gerger v. Turkey) (жалоба № 24919/94); "Эрдогду и Инче против Турции" ({Erdogdu and Ince} v. Turkey) (жалобы N 25067/94 и 25068/94); "Шюрек и Ездемир против Турции" ({Surek and Ozdemir} v. Turkey) (жалобы № 23927/94 и 24277/94); "Шюрек против Турции (N 1)" ({Surek} v. Turkey (No. 1)) (жалоба № 26682/95); "Шюрек против Турции (N 2)" ({Surek} v. Turkey (No. 2)) (жалоба № 24122/94); "Шюрек против Турции (N 3)" ({Surek} v. Turkey (No. 3)) (жалоба № 24735/94) и "Шюрек против Турции (N 4)" ({Surek} v. Turkey (No. 4)) (жалоба № 24762/94).
5. В состав образованной с этой целью Большой палаты вошли ex officio Р. Тюрмен, судья, избранный от Турции (пункт 2 статьи 27 Конвенции и пункт 4 правила 24 Регламента Суда), Л. Вильдхабер, Председатель Суда, Э. Пальм, заместитель Председателя Суда, а также Ж.-П. Коста и М. Фишбах, заместители Председателей Секций (пункт 3 статьи 27 Конвенции, пункт 3 и подпункт "a" пункта 5 правила 24 Регламента). Другими членами Большой палаты стали А. Пастор Ридруехо, Дж. Бонелло, Е. Макарчик, П. Курис, Ф. Тюлькенс, В. Стражничка, В. Буткевич, Й. Касадеваль, Х.С. Грев, А.Б. Бака, Р. Марусте и С. Ботучарова (пункт 3 правила 24 и пункт 4 правила 100 Регламента).
19 ноября 1998 г. Л. Вильдхабер освободил Р. Тюрмена по его просьбе от участия в разбирательстве в связи с его выходом из состава судей по данному делу в соответствии с Решением Большой палаты, принятым согласно пункту 4 правила 28 Регламента по делу "Огур против Турции" (Ogur v. Turkey). 16 декабря 1998 г. власти Турции проинформировали Секретариат Суда о назначении Ф. Гюльчюклю судьей ad hoc (пункт 1 правила 29 Регламента).
Впоследствии судья С. Ботучарова, которая не смогла принять участие в дальнейшем разбирательстве по данному делу, была заменена судьей К. Трайя (подпункт "b" пункта 5 правила 24 Регламента).
6. По приглашению Европейского суда (правило 99 Регламента) Европейская комиссия делегировала одного из своих членов, Д. Шваби ({D. Svaby}), для участия в разбирательстве в Большой палате Суда.
7. 7 января 1999 г., проведя консультации с Со-Уполномоченным Турции при Европейском суде по правам человека, представителем Европейской комиссии и представителями заявителей, Большая палата решила, что нет необходимости в проведении устных слушаний по делу, придерживаясь мнения, что выполнение ее функций согласно подпункту "a" пункта 1 статьи 38 Конвенции этого не требует (пункт 2 правила 59 Регламента Суда).
8. По запросу судьи-докладчика 22 января 1999 г. первый заявитель представил некоторые документы по делу (подпункт "a" пункта 2 правила 49 Регламента Суда).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
A. Заявители
9. Заявители, Фикрет Башкайя и Мехемет Селим Окчуоглу - граждане Турции. Первый заявитель родился в 1940 году и проживает в г. Анкаре (Ankara). Он является профессором экономики и журналистом. Второй заявитель родился в 1964 году и проживает в г. Стамбуле (Istanbul). Он является владельцем издательства "Доз Басин Йайин Лтд. Сти" (Doz Basin Yayin Ltd Sti).
B. Рассматриваемая в рамках дела публикация
10. В апреле 1991 года издательство "Доз Басин Йайин Лтд. Сти" опубликовало книгу, написанную первым заявителем, под названием "Введение западных идеалов, модернизация, развитие - крушение парадигм/знакомство с критикой официальной идеологии" ({Batililasma, Cagdaslasma}, Kalkinma - Paradigmanin {Iflasi/Resmi Ideolojinin Elestirisine Giris}).
Книга являлась академическим эссе на 219 страницах, содержавшим 370 ссылок, которые включали в себя описание социально-экономического развития Турции с 1920-х годов, а также анализ и критику "официальной идеологии" государства. Согласно заголовкам, перечисленным в оглавлении, автор рассмотрел следующие темы: Интеллигенция и официальная идеология, Характеристика национальной борьбы, Вопрос национального характера национальной борьбы, Коминтерн и была ли национальная борьба антиимпериалистической, Мустафа Кемаль и роль личности в истории, Характеристика режима Кемаля: начальная форма Бонапартизма, Производительные силы и экономическая политика, Бонапартистский режим и накопление капитала, Бесклассовая, непривилегированная, популистская диктатура, Развитие социально-экономической формации в неоколониальную эпоху, Восьмидесятые годы: усиление процесса сателлитизации, Крушение парадигм и наука экономики: средства для узаконивания существующих тенденций.
11. Рассматриваемая глава книги содержала следующие положения:
"Курдская проблема играет значительную роль в анализе развития Турецкой национальной войны за независимость (Milli {Mucadele}) (1919 - 1922 годов) и Турецкой социальной формации. Курдская проблема и процесс колонизации Курдистана действительно очень важны и по существу должны стать предметом обсуждения отдельной книги. Более того, проблема относится не только к Турции. Формирование внутренних политик четырех государств в регионе (Турция, Иран, Ирак, Сирия) (вид политических режимов), а также "уникальная" природа отношений между этими четырьмя соседствующими государствами делает этот вопрос сложным.
Мы имеем две причины, почему мы хотим обсудить эту проблему, даже если и в ограниченном виде, в рамках идеи и в пределах настоящей книги. Ими являются указание на "иррациональность" официальной идеологии и действительная природа Турецкой национальной войны за независимость. Иными словами, [мы хотим] обсудить, является ли в действительности то, что представлено в качестве "Войны за независимость" ({Kurtulus Savasi}) "движением за независимость". Вне всякого сомнения, лишение свободы Курдистана (если не считать маленькую область в рамках границ Советского Союза) в рамках границ четырех различных государств дает империалистам весьма легкий "контроль" над этими четырьмя государствами. Хотя курдская проблема является очень важной в отношении защиты империалистского статус-кво в регионе, мы не должны проводить анализ этого аспекта проблемы [страница 51].
/.../
Вместе с тем расистская политика отрицания, которая осуществлялась в отношении курдов с момента основания Республики [в 1923 году], также являлась важным фактором в развитии фашистского движения в Турции. Как противоречие, даже если "предположение о несуществовании" курдской нации составляет важный элемент официальной идеологии, это в то же время является самым слабым моментом рассматриваемой идеологии. Невозможно "выкинуть из головы" нацию, которая существует, и объективная реальность продолжает существовать, не обращая внимание на безрассудство и необоснованные подозрения людей. Конечно, это не означает, что безрассудство, необоснованные подозрения не имеют никакого результата! Никогда не бывает недостатка в тех, кто извлекает из этого выгоду, делает бюрократическую, академическую карьеру, получает высокие заработные платы, поднимается вверх по лестнице на политической арене... [страница 52].
/.../
Верилось, что колониализм закончится с упразднением прямого политического военно-полицейского контроля в колониях. Тем не менее, сегодня [природные] ресурсы Третьего мира поставляются в империалистические страны в размерах, которые намного превышают колониальный период. Поэтому отношения между Турецким государством и Курдистаном не относятся к империалистической поглощающей категории. Едва ли можно говорить о ситуации, которая также непосредственно олицетворяет политическое, военное, культурное, идеологическое притеснение. Таким образом, прямой колониальный статус продолжает действовать [страница 59]".
12. Как представляется, публикация книги привлекла внимание органов прокуратуры 3 мая 1991 г.
C. Первый этап судебного разбирательства
в отношении заявителей
13. 2 августа 1991 г. прокурор Суда государственной безопасности вилайета Стамбул ({Istanbul} Devlet {Guvenlik} Mahkemesi), учитывая содержание рассматриваемой книги, вынес обвинительное заключение по делу в отношении заявителей. Первому заявителю как автору книги было предъявлено обвинение на основании части 1 статьи 8 Закона 1991 года о борьбе с терроризмом (далее - Закон 1991 года) в распространении пропаганды, направленной против целостности государства. Второму заявителю как владельцу издательства было предъявлено обвинение на основании части 2 статьи 8 Закона 1991 года. В обвинительном заключении прокурор привел выдержки из главы книги, воспроизведенной выше в § 11.
14. В ходе судебного разбирательства в Суде государственной безопасности заявители отрицали предъявленные им обвинения и добивались своего оправдания.
Первый заявитель утверждал, что его книга являлась академической работой, которая не могла рассматриваться в качестве пропаганды. Являясь профессором, он был обязан проводить исследование и публиковать свои выводы, а также не мог быть принужден к принятию "официальной версии действительности". Его книга могла быть осуждена академиками, но не судами. Недопустимо, чтобы кто-либо привлекался к судебной ответственности или обвинялся за выражение своего мнения.
Второй заявитель утверждал, inter alia, что было невозможно оценить книгу в целом исключительно на основе выдержек из одной главы. Он ссылался на то, что статья 8 Закона 1991 года не соответствовала Конституции Турции и международным обязательствам Турции. В Турции существовала "курдская проблема" и комментирование или выражение идей по этой проблеме не могло являться преступлением.
15. В окончательном обвинительном заключении от 18 марта 1992 г. прокурор предъявил обвинение первому заявителю на основании части 1 статьи 8 Закона 1991 года и второму заявителю на основании части 2 статьи 8 этого же Закона, а также потребовал конфискации всех экземпляров книги. Прокурор