(неофициальный перевод)<*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ВТОРАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ФАРХИ (FARHI) ПРОТИВ ФРАНЦИИ"
(Жалоба № 17070/05)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 16 января 2007 года)
--------------------------------
<*>Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу "Фархи против Франции" Европейский суд по правам человека (Вторая секция), заседая Палатой в составе:
А.Б. Бака, Председателя Палаты,
Ж.-П. Коста,
И. Кабрала Баррето,
А. Муларони,
Э. Фуры-Сандстрем,
Д. Йочиене,
Д. Поповича, судей,
а также при участии С. Долле, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 12 декабря 2006 г.,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 17070/05), поданной 6 мая 2005 г. в Европейский суд по правам человека против Французской Республики подданным Марокко Редуаном Фархи (Redouane Farhi) (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял А. Леклерк (H. Leclerc), адвокат из г. Парижа (Paris). Власти Франции в Европейском суде были представлены Уполномоченным Франции при Европейском суде по правам человека Эдвиж Бельяр (Edwige Belliard), директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции.
3. 30 марта 2006 г. Европейский суд коммуницировал жалобу властям Франции. На основании положений пункта 3 статьи 29 Конвенции он принял решение рассмотреть жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель, 1968 года рождения, в настоящее время содержится в следственном изоляторе г. Фресна (Fresnes).
5. Постановлением от 5 апреля 1968 г. следственный судья суда большой инстанции (tribunal de grande instance) г. Версаля (Versailles) направил дело заявителя в суд присяжных департамента Ивелин (Yvelines) по обвинению в рецидиве совершении изнасилования, въезде на территорию Франции без разрешения, несмотря на выдворение за пределы страны, и незаконном въезде и пребывании иностранных граждан на территории Франции.
6. 23 апреля 2003 г. суд присяжных департамента Ивелин признал заявителя виновным в действиях, обвинения в которых были ему предъявлены, и приговорил его к лишению свободы сроком на 12 лет с обязательными трудовыми работами. В тот же день суд присяжных вынес Решение по гражданскому иску о возмещении вреда и предоставил жертве, являвшейся гражданским истцом, 15000 евро в качестве компенсации причиненного вреда. Прокуратуру представлял В.
7. Заявитель и обвинение обжаловали это Решение.
8. 23 июля 2003 г. палата по уголовным делам Кассационного суда Франции назначила суд присяжных департамента Верхняя Сена (Hauts-de-Seine) для вынесения Решения по апелляционной жалобе. Прокуратуру вновь представлял В.
9. Разбирательство в суде присяжных продолжалось 1 и 2 июня 2004 г.
10. 2 июня 2004 г. заседание было прервано в первый раз с 13:15 до 14:15. После перерыва председатель суда присяжных представил сторонам, присяжным и асессорам фотоальбом, содержащийся в материалах дела, затем сформулировал вопросы, на которые суд и присяжные должны ответить. Адвокат обвиняемого возразил против предложенной редакции. Председатель предоставил слово гражданскому истцу, генеральному адвокату, защите и обвиняемому, затем суд удалился для обсуждения. Заседание возобновилось в 14:40. Адвокат заявителя представил возражения, заключавшиеся в том, чтобы признать неправомерным на основании статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса Франции общение между некоторыми присяжными и генеральным адвокатом во время перерыва в судебном заседании, во время которого суд удалился для обсуждения, оставив присяжных в зале заседания. Председатель предоставил слово адвокатам заявителя и гражданскому истцу, генеральному адвокату, а затем обвиняемому. После этого суд, состоявший в данном случае из председателя и асессоров, удалился для обсуждения и вынес следующее постановление:
"Суд, заседая без участия присяжных заседателей,
Принимая во внимание возражения, представленные G., адвокатом Редуана Фархи;
В соответствии со статьями 315 и 316 Уголовно-процессуального кодекса;
Принимая во внимание, что судьи, входящие в состав суда, были не в состоянии лично оценить факты, происходившие в их отсутствие, суд не может их зафиксировать;
Что на основании элементов, которые обсуждались с участием сторон, не было установлено нарушения положений статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса...".
11. Постановлением от 2 июня 2004 г. суд присяжных приговорил заявителя к наказанию в виде лишения свободы сроком на 15 лет с обязательными трудовыми работами и предписал осуществление общественно-судебного контроля в течение восьми лет с обязательным медицинским лечением и запретом приближаться к жертве, а также ее матери и брату. Вынося решение по гражданскому иску, суд обязал заявителя выплатить потерпевшему 15000 евро в качестве компенсации вреда, причиненного до 23 апреля 2003 г., и 4000 евро в качестве компенсации вреда, причиненного после этой даты.
12. В своей кассационной жалобе заявитель ссылался на пункт 1 статьи 6 Конвенции, утверждая, что он предполагал, "что все национальные суды обязаны проверить, является ли суд по своему составу "беспристрастным судом" по смыслу этого положения, в случае обоснованного оспаривания", и "что, отказавшись зафиксировать, что во время перерыва в судебном заседании некоторые присяжные общались с генеральным адвокатом, не назначив расследования для того, чтобы проверить указанный факт, и в случае необходимости признать доводы защиты", суд присяжных нарушил положения этой статьи.
13. 16 февраля 2005 г. палата по уголовным делам Кассационного суда Франции отклонила кассационную жалобу заявителя. В частности, она постановила следующее:
"Принимая во внимание, что из протокола судебного разбирательства следует, что адвокат обвиняемого представил возражения, заключавшиеся в том, чтобы признать неправомерным на основании статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса общение между некоторыми присяжными и генеральным адвокатом во время перерыва в ходе заседания;
Принимая во внимание, что суд отклонил это требование на том основании, что он не может оценить факты, происходившие в его отсутствие, и на основании элементов, которые обсуждались с участием сторон, не было установлено нарушения положений упомянутой статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса;
Принимая во внимание, что в связи с этим жалоба не имеет оснований;
Что, с одной стороны, судьи, входящие в состав суда, были не в состоянии лично оценить факты, которые произошли в их отсутствие;
Что, с другой стороны, установив, что на основании элементов, которые обсуждались в суде с участием сторон, не было отмечено нарушения положений статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса, суд воспользовался суверенным правом усмотрения и не установил нарушения указанных законодательных и конвенционных норм;
Из этого следует, что жалоба не может быть удовлетворена;
/.../".
II. Применимое национальное законодательство
и правоприменительная практика
A. Коллегия присяжных заседателей
14. Соответствующие положения Уголовно-процессуального кодекса Франции предусматривают следующее:
Статья 296
"Жюри присяжных, рассматривающее дело, образуется в составе девяти членов, в случае если суд присяжных выносит решение в качестве суда первой инстанции, и двенадцати членов, если он выносит решение в качестве апелляционной инстанции.
Суд должен до проведения жеребьевки списка присяжных вынести постановление о том, что независимо от девяти членов жюри путем жребия будет отобран один или несколько дополнительных присяжных, которые будут присутствовать при разбирательстве дела.
В случае если один или несколько из девяти присяжных не смогут участвовать в судебном разбирательстве до момента провозглашения решения суда присяжных, они заменяются дополнительными присяжными.
Замена производится в порядке той очередности, в какой присяжные отбирались посредством жребия".
Статья 304
"Председатель произносит перед присяжными, слушающими стоя и с непокрытой головой, следующую речь: "Вы клянетесь и обещаете исследовать с самым скрупулезным вниманием доказательства, которые будут предъявлены против Х., не предавать ни интересы подсудимого суду присяжных, ни интересы общества, обвиняющего его; не общаться ни с кем до момента вынесения Вашего решения; не поддаваться ни ненависти или злобе, ни страху или привязанности; принимать решение согласно доказательствам обвинения и средствам защиты, следуя Вашей совести и Вашему внутреннему убеждению, с беспристрастностью и твердостью, подобающими честному и свободному человеку, а также хранить тайну совещания даже после прекращения Ваших функций".
Каждый присяжный, персонально называемый председателем, отвечает, поднимая руку: "Я клянусь в этом".
B. Процессуальные заявления или возражения
и их удовлетворение
15. В случае если какой-либо факт может нарушить права одной из сторон, участвующих в судебном разбирательстве, эта сторона может требовать от суда присяжных - в данном случае, в составе только председателя и асессоров - "зафиксирования". Это единственный способ, которым она располагает для того, чтобы установить такой факт. Кассационный суд Франции не может выносить решения по жалобам, которые не были представлены в суде присяжных и не зафиксированы в протоколе судебного заседания (Кассационный суд, палата по уголовным делам, 23 декабря 1899 г., Bull. crim. № 380; 24 июля 1913 г., Bull. crim. № 365; 12 мая 1921 г., Bull. crim. № 211; 31 января 1946 г., Bull. crim. № 40; 5 мая 1955 г., Bull. crim. № 28; 21 ноября 1973 г., Bull. crim. № 427; 22 апреля 1977 г., Dalloz-Sirey 1978, p. 28).
16. Суд присяжных может отказаться зафиксировать факты, которые произошли вне судебного заседания. Кроме того, он суверенно оценивает необходимость проведения расследования для того, чтобы проверить достоверность этих фактов (Кассационный суд, 16 марта 1901 г., Bull. crim. № 85; 16 января 1903 г., Bull. crim. № 23; 5 августа 1909 г., Bull. crim. № 422; 8 февраля 1977 г., Bull. crim. № 48). В Постановлении от 14 января 1988 г. Кассационный суд Франции, однако, установил, что изложение фактов в обжалуемом Постановлении требует оценки того, могло ли указанное общение повлиять на мнение присяжных (Cass. Crim., 14 января 1988 г., Dalloz-Sirey 1988 г., p. 206).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
в связи с отсутствием беспристрастности
апелляционного суда присяжных
17. Заявитель утверждал, что его право на рассмотрение дела беспристрастным судом было нарушено. Он ссылался на пункт 1 статьи 6 Конвенции, который в части, применимой к настоящему делу, гласит:
"Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое... разбирательство дела... независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона...".
18. Власти Франции не согласились с этим доводом.
A. Приемлемость
19. Европейский суд установил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Вместе с тем, Европейский суд отметил, что она не является неприемлемой по какому-либо иному основанию. Следовательно, она должна быть признана приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо дела
20. Во-первых, власти Франции утверждали, что факты, указанные адвокатом заявителя, не могли лишить беспристрастности суд присяжных. Кроме непродолжительного перерыва в судебном заседании, который, по их утверждению, не продолжался более пяти минут, власти Франции отметили, что адвокат не сделал уточнения относительно личности присяжных заседателей, которые беседовали с представителем прокуратуры, и о содержании состоявшейся между ними беседы. Следовательно, требование зафиксировать этот факт являлось очень неопределенным по смыслу, поскольку не давало возможности ни установить препятствие и принять решение о замене конкретных присяжных, ни проверить, могло ли оспариваемое общение вызвать законное сомнение в беспристрастности суда присяжных. В связи с этим власти Франции отметили, что в делах, по которым Европейский суд ранее выносил решения о беспристрастности суда, сделанные высказывания влияли на предубеждение в отношении заявителя (см. Постановление Европейского суда по делу "Ремли против Франции" (Remli v. France) от 23 апреля 1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-II; Постановление Европейского суда по делу "Грегори против Соединенного Королевства" (Gregory v. the United Kingdom) от 25 февраля 1997 г., Reports 1997-I; Постановление Европейского суда по делу "Сандер против Соединенного Королевства" (Sander v. the United Kingdom) от 9 мая 2000 г., Reports 2000-V). Если к тому же принимать во внимание, что французское право накладывает на присяжных заседателей обязательство, которое фигурирует в их клятве, не вести разговоров о деле, представленном на их рассмотрение, до вынесения решения, власти Франции полагали, что это обязательство ограничивается обстоятельствами дела, которое они рассматривают, и условием, что такая беседа может повлиять на их оценку.
21. Во-вторых, власти Франции утверждали, что суд присяжных убедился в том, что указанные факты не могут лишить его беспристрастности. В связи с этим они отметили, что если в упомянутом деле "Ремли против Франции", в котором Европейский суд сделал вывод о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции, суд присяжных ограничился тем, что обосновал свое решение тем фактом, что он не может сам констатировать предполагаемое общение, то в данном случае было проведено расследование в форме обсуждения с участием сторон, и председатель суда и два асессора определенно основывались на результатах этого расследования при вынесении решения о том, что не было установлено нарушения статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса Франции.
22. Заявитель, со своей стороны, полагал, что статья 304 Уголовно-процессуального кодекса Франции обязывает присяжных заседателей "не общаться с кем-либо до [их] вынесения решения". Если допустить, что этот запрет относится только к фактам, которые рассматривали присяжные, он указывал, что если такое общение могло иметь место, следует проверить содержание беседы для того, чтобы решить, относится ли к нему данный запрет. Вместе с тем, характер функции генерального адвоката, который представляет обвинение, может, по его мнению, вызвать подозрение в отсутствии беспристрастности присяжных, если генеральный адвокат беседовал с присяжными в отсутствие обвиняемого или его адвоката. Заявитель полагал, что простого расследования было бы достаточно для того, чтобы установить определенным образом факт этой беседы и имена присяжных, принимавших в ней участие. Тот факт, что между сторонами было проведено состязательное обсуждение, по мнению заявителя, не является достаточным для того, чтобы определить, могли ли указанные факты вызвать сомнение в беспристрастности присяжных заседателей. В связи с этим он отметил, что получение личного мнения сторон не позволяет установить реальность и содержание беседы и что в постановлении не уточнялось, признали ли генеральный адвокат и присяжные факт этой беседы. Кроме того, он утверждал, что неточность указанных фактов является элементом, полностью противоречащим обязательству суда присяжных убедиться, что общение не могло вызвать такое сомнение. В качестве доказательства он привел позицию Европейского суда в упоминавшемся выше деле "Ремли против Франции", в котором Европейский суд пришел к выводу, что он не обязан оценивать доказательственную силу письменного заявления или уточнять, допустил ли в действительности один из присяжных расистские высказывания.
23. Прежде всего, Европейский суд напомнил, что в демократическом обществе важно, чтобы суды внушали доверие населению, и если речь идет об уголовном разбирательстве - обвиняемому (см. Постановление Европейского суда по делу "Падовани против Италии" (Padovani v. Italy) от 26 февраля 1993 г., Series A, № 257-B, p. 20, § 27). В связи с этим Европейский суд неоднократно отмечал, что суд, включая присяжных, должен быть беспристрастным как с субъективной, так и с объективной точек зрения (см., среди многих прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу "Пуллар против Соединенного Королевства" (Pullar v. the United Kingdom) от 10 июня 1996 г., Reports 1996-III, p. 792, § 30).
24. При принятии решения о наличии легитимных оснований для сомнения в независимости или беспристрастности суда мнение обвиняемого принимается во внимание, но не играет решающей роли. Решающим является то, могут ли опасения заявителя считаться объективно обоснованными (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Ремли против Франции", § 46; Постановление Европейского суда по делу "Финдли против Соединенного Королевства" (Findlay v. the United Kingdom) от 25 февраля 1997 г., Reports 1997-I, § 73; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Инчал против Турции" (Incal v. Turkey) от 9 июня 1998 г., Reports 1998-IV, § 71; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Гривз против Соединенного Королевства" (Grieves v. the United Kingdom), жалоба № 57067/00, § 69, ECHR 2003-XII).
25. Европейский суд напомнил, что в своем упоминавшемся выше Постановлении по делу "Ремли против Франции" он уточнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции подразумевает, что любой национальный судебный орган обязан проверить, является ли данный судебный состав "беспристрастным судом" по смыслу этого положения, при оспаривании этого пункта, которое не является явно лишенным оснований.
26. В отношении функции, выполняемой представителем прокуратуры в ходе разбирательства по уголовному делу, Европейский суд сделал вывод о том, что, действительно, гражданская сторона и прокуратура не являются "противниками" (см., в частности, Постановление Европейского суда по делу "Берже против Франции" (Berger v. France) от 3 декабря 2002 г., жалоба № 48221/99, § 38, ECHR 2002-X), как в отношении обвиняемого и прокуратуры, где они преследуют различные и противоположные интересы.
27. Европейский суд установил, что в настоящем деле заявитель требовал, чтобы был зафиксирован факт неправомерного, с его точки зрения, общения между представителем прокуратуры и некоторыми присяжными. По мнению Европейского суда, такое утверждение с учетом функции генерального адвоката, представляющего обвинение в ходе разбирательства по уголовному делу, является достаточно серьезным для того, чтобы председатель суда присяжных назначил проведение простого расследования с целью проверки оспариваемого факта. Кроме того, Европейский суд отметил, что согласно национальному законодательству (статья 304 Уголовно-процессуального кодекса Франции, см. выше § 14) присяжные заседатели действительно не должны общаться с кем-либо в ходе разбирательства.
28. В связи с этим Европейский суд отметил, что в отличие от дела "Ремли против Франции", в котором суд присяжных ограничился тем, что отклонил требование зафиксировать факт на том основании, что указанные факты были совершены в его отсутствие, в данном деле председатель суда присяжных принял решение провести обсуждение инцидента с участием сторон. В настоящем деле председатель и асессоры заслушали адвокатов заявителя и гражданского истца, генерального адвоката и обвиняемого. Тем не менее, власти Франции не установили, как это обсуждение позволило определить содержание беседы и установить личности соответствующих присяжных. Национальному суду надлежит использовать комплекс мер, имеющихся в его распоряжении, для того, чтобы устранить сомнения относительно реальности и характера указанных фактов.
29. Европейский суд, в частности, отметил, что только заслушивание присяжных могло внести ясность в отношении характера беседы и влияния, которое она могла при необходимости оказать на их мнение.
30. Кроме того, редакция постановления суда присяжных по процедурному вопросу не позволила ни Кассационному суду Франции, ни, a fortiori, Европейскому суду определить эффективность проверки, проведенной судом присяжных и, следовательно, высказаться о возможном нарушении указанного положения Конвенции. Решение ограничено тем, что констатировало обсуждение с участием сторон и отсутствие нарушения положений статьи 304 Уголовно-процессуального кодекса Франции, не содержа какого-либо уточнения о результатах проверки, которые могли быть получены по окончании этого обсуждения.
31. В связи с этим Европейский суд пришел к выводу, что проверка, проведенная в настоящем деле, не может считаться эффективной, поскольку она лишила заявителя возможности эффективно обосновать свою жалобу в Кассационный суд Франции.
32. Этого вывода достаточно для того, чтобы Европейский суд сделал вывод о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Иные предполагаемые нарушения
33. Заявитель также жаловался на то, что представитель прокуратуры представлял обвинение и в суде первой инстанции, и в апелляционном суде присяжных, на расследование, проведенное следственным судьей, и на то, что в ходе заседаний суда присяжных были вызваны и допрошены только свидетели обвинения. Он ссылался на пункт 1 статьи 6 Конвенции.
34. Европейский суд напомнил, что он может рассматривать эти утверждения только после исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты. Эта норма требует не только обращения в компетентные национальные суды; она также, в принципе, обязывает, чтобы жалобы, которые предполагается направлять на международный уровень, сначала рассматривались теми же судами, по меньшей мере, по существу и на соответствие формальным требованиям и временным ограничениям, содержащимся в национальном законодательстве (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Фрессоз и Руар против Франции" (Fressoz and Roire v. France), жалоба № 29183/95, § 37, ECHR 1999-I). Целью правила исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты является предоставление национальным властям (в частности, органам судебной власти) возможности рассмотреть жалобу о нарушении права, гарантированного Конвенцией, и в случае необходимости исправить это нарушение до того, как жалоба будет передана в Европейский суд (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Кудла против Польши" ({Kudla}<*>v. Poland), жалоба № 30210/96, § 152, ECHR 2000-XI; а также Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Азинас против Кипра" (Azinas v. Cyprus), жалоба № 56679/00, § 38, ECHR 2004-III).
--------------------------------
<*>Слово на национальном языке набрано латинским шрифтом и выделено фигурными скобками.
35. Европейский суд отметил, что в настоящем деле только часть жалобы, касавшаяся беседы, произошедшей между представителем прокуратуры и некоторыми присяжными, была заявлена в Кассационный суд Франции. Другие жалобы на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции не были указаны ни прямо, ни в общих чертах в жалобе, поданной в этот суд. Следовательно, Европейский суд пришел к выводу, что они должны быть отклонены в связи с неисчерпанием внутригосударственных средств правовой защиты на основании пунктов 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
36. Статья 41 Конвенции гласит:
"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
37. Заявитель потребовал присудить ему 10000 евро в качестве компенсации причиненного морального вреда.
38. Власти Франции сочли, что в настоящем деле в соответствии с прецедентной практикой по делу "Ремли против Франции" сам факт установления нарушения будет представлять собой достаточную справедливую компенсацию морального вреда.
39. Европейский суд пришел к выводу, что сделанный им вывод о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции является достаточной компенсацией морального вреда.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) объявил часть жалобы на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием беспристрастности апелляционного суда присяжных приемлемой для рассмотрения по существу, а остальную часть жалобы неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
3) постановил, что сам факт установления нарушения представляет собой достаточную справедливую компенсацию морального вреда, причиненного заявителю этим нарушением;
4) отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на французском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 16 января 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Председатель Палаты
Андраш Б.БАКА
Секретарь Секции Суда
Салли ДОЛЛЕ