[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ВТОРАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ХААС (HAAS) ПРОТИВ НИДЕРЛАНДОВ"
(Жалоба N 36983/97)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА
(Страсбург, 13 января 2004 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу "Хаас против Нидерландов" Европейский суд по правам человека (Вторая секция), заседая Палатой в составе:
Ж.-П. Коста, Председателя Палаты,
Л. Лукайдеса,
К. Бырсана,
К. Юнгвирта,
В. Буткевича,
В. Томассен,
А. Муларони, судей,
а также при участии С. Долле, Секретаря Секции Суда,
заседая 9 декабря 2003 г. за закрытыми дверями,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 36983/97), поданной 20 декабря 1995 г. в Европейскую комиссию по правам человека против Королевства Нидерландов подданным Нидерландов Питером Йелле Хаасом (Pieter Jelle Haas) (далее - заявитель) в соответствии с бывшей статьей 25 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде, которому была предоставлена юридическая помощь, представлял А.В.М. Виллемс (A.W.M. Willems), юрист из г. Амстердама (Amsterdam). Власти Нидерландов были представлены своим Уполномоченным при Европейском суде по правам человека Р.А.А. Беккером ({R.A.A. Bocker}*), Министерство иностранных дел Нидерландов.
-------------------------------
*Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
3. Заявитель жаловался на нарушение статей 14 и 8 Конвенции, взятых в совокупности, в связи с тем, что, являясь непризнанным "внебрачным" ребенком, он не мог получить наследство своего отца.
4. Жалоба была передана в Европейский суд 1 ноября 1998 г., когда вступил в силу Протокол N 11 к Конвенции (пункт 2 статьи 5 Протокола № 11 к Конвенции).
5. Жалоба была передана изначально на рассмотрение в Первую секцию Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда).
6. 1 ноября 2001 г. был изменен состав секций Европейского суда (пункт 1 правила 25 Регламента). Дело было передано на рассмотрение во Вторую секцию в новом составе. В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Регламента Суда в рамках данной Секции была образована Палата для рассмотрения дела (пункт 1 статьи 27 Конвенции).
7. Решением от 18 июня 2002 г. Палата объявила жалобу приемлемой для рассмотрения по существу.
8. Власти Нидерландов представили замечания по существу дела, заявитель не представил свои замечания (пункт 1 правила 59 Регламента).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
9. Заявитель, 1964 года рождения, утверждал, что родился в результате союза его матери с неким П. (Р.), нотариусом по гражданским делам (notaris). Несмотря на желание его матери выйти замуж за П., он этого не хотел; вместе они никогда не жили. П. не признал (erkenning) заявителя своим ребенком. Тем не менее, он регулярно выплачивал средства на содержание заявителя и его воспитание, дарил ему подарки на день рождения, общался с ним и вместе с ним и его матерью совершал однодневные поездки. Заявитель называл П. "папой".
10. 19 августа 1992 г. П. умер, не оставив завещания. Его тело было кремировано. Его единственным наследником был назван племянник К. (К.).
11. Заявитель подал гражданский иск против К., требуя, чтобы К. передал ему собственность П. Заявитель утверждал, что существовавшие между ним и П. отношения подпадают под понятие "семейной жизни" по смыслу статьи 8 Конвенции и что законодательство Нидерландов, регулирующее положение "незаконнорожденных" и непризнанных детей, нарушало статью 14 Конвенции.
12. Решением от 23 декабря 1993 г. окружной суд (arrondissementsrechtbank) Арнема (Arnhem) отклонил иск заявителя. Он счел, что существующее в законодательстве Нидерландов по вопросам наследования различие между детьми, имеющими признанные в законном порядке семейные связи, и детьми, не имеющими таковых (familierechtelijke betrekkingen), не представляет собой необоснованное вмешательство в "семейную жизнь" "незаконнорожденных" непризнанных детей. С учетом прав и интересов третьих лиц в отношении наследования правовая определенность требует, чтобы только лица, состоящие в доказуемой законной семейной связи с умершим, имели право наследования. Следовательно, "вмешательство" в "семейную жизнь", которую заявитель мог иметь с П., было "предусмотрено законом" и "необходимо в демократическом обществе". В свете этого окружной суд не счел необходимым устанавливать, являлся ли П. биологическим отцом заявителя.
13. Заявитель подал апелляционную жалобу в апелляционный суд Арнема (gerechtshof) на толкование окружным судом статей 8 и 14 Конвенции, а также на тот факт, что окружной суд отказался рассматривать вопрос об установлении отцовства.
14. Апелляционный суд заслушал показания четырех свидетелей: заявителя, его мать, подругу его матери и лица, выступавшего в качестве соопекуна заявителя (toeziend voogd). Два последних свидетеля утверждали, что были убеждены в том, что П. являлся биологическим отцом заявителя, и что он сам никогда не отрицал этот факт, а, напротив, убеждал их, что будет хорошо заботится о заявителе. Мать заявителя отметила, что она не общалась с другими мужчинами кроме П. в течение девяти лет после рождения заявителя, и что П. публично называл заявителя "мой сын" или "мой мальчик". В ответ на утверждение К., что он не знал о существовании заявителя, заявитель отметил, что мать К., являвшаяся сестрой П., знала об этом и знакома с заявителем.
15. В ходе судебного разбирательства апелляционного производства по делу заявитель также представил несколько фотографий, на которых он был изображен вместе с П. и со своей матерью.
16. Решением от 20 июня 1995 г. апелляционный суд отказал в удовлетворении жалобы. Хотя он и признал тот факт, что ситуация, когда суд неспособен разрешить дело, аналогичное данному делу, была неудовлетворительна для заявителя, апелляционный суд не видел возможности отступать от недавних судебных прецедентов Верховного суда Нидерландов (Hoge Raad) в том, что он превысил правоведческую задачу судебной власти по определению последствий возможной несовместимости законодательства Нидерландов со статьей 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 8 Конвенции (Постановление от 24 февраля 1995 г., опубликованное в Сборнике судебных решений Нидерландов (Nederlandse Jurisprudentie - "NJ") 1995 год, № 468).
17. Заявитель подал в Верховный суд кассационную жалобу (cassatie), которая была отклонена Решением суда от 17 января 1997 г.
Верховный суд постановил, что, несмотря на тот факт, что невозможность лица быть наследником, основанная исключительно на условии незаконнорожденности, могла противоречить статье 8 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 14 Конвенции, для оправдания введения иных ограничений на наследование "незаконнорожденных" детей при отсутствии завещания можно привести объективные и обоснованные причины. Далее суд отметил, что в 1982 году вступил в силу закон, направленный на приведение статуса "внебрачных" признанных детей в соответствие с требованиями, изложенными Европейским судом в деле "Маркс против Бельгии" (Marckx v. Belgium) (см. Постановление Европейского суда от 13 июня 1979 г., Series A, № 31). В ходе обсуждения законопроекта в Парламенте действующий в то время министр юстиции заявил, что вопрос о положении "внебрачного" непризнанного ребенка по отношению к его биологическому отцу являлся правомерным, но что решать его необходимо в ходе плановой реформы наследственного права.
18. С того времени предпринимались неоднократные попытки провести такую реформу, и во время рассмотрения Верховным судом данного дела проект закона был представлен в Парламент. Таким образом, оказалось, что, по мнению законодательных органов, реформа наследственного права требовала принятия важных политических решений, и что законотворческий процесс еще не был завершен. С учетом этого Верховный суд заключил, что, во-первых, отсутствие на тот момент в законодательстве Нидерландов нормы, называющей "внебрачных" непризнанных детей наследниками их биологических отцов, было основано не только на условии незаконнорожденности, но и на присущей реформе законодательства сложности установления устойчивого баланса между всеми интересами, затронутыми в наследственном праве. Во-вторых, Верховный суд указал, что решения, которые необходимо принять, не входят в сферу правоведческих задач судебной власти, и что при помощи вынесения судебного решения невозможно предугадать развитие законодательства. Решение Верховного суда было опубликовано в NJ от 1997 г., № 483, вместе с критической аннотацией одного научного автора.
II. Применимое национальное законодательство
19. В соответствии с пунктом 1 статьи 4:879 Гражданского кодекса Нидерландов (Burgerlijk Wetboek) только лица, состоящие в признанной в законном порядке семейной связи (familierechtelijke betrekking) с лицом, умершим, не оставив завещания, имеют право быть его наследниками.
20. Признанная в законном порядке семейная связь отца и ребенка имеет место, если ребенок родился от лиц, состоящих в браке между собой, или в течение 307 дней с момента расторжения брака (статья 1:197 Гражданского кодекса). Между "внебрачным" ребенком и его отцом (необязательно биологическим отцом) будет установлена признанная в законном порядке семейная связь в том случае, если отец признал свое отцовство в отношении этого ребенка (erkenning), либо до, либо после его рождения (статья 1:222 ГК).
21. Более того, согласно статье 1:215 Гражданского кодекса признанная в законном порядке семейная связь также имеет место вследствие удовлетворения заявления о признании отцовства, если установлено, что отец, умерший до рождения ребенка и не признавший его, знал о беременности и намеревался вступить в брак с матерью этого ребенка.
22. В соответствии с нормами, регулирующими вопросы наследства, оставленного без завещания, если умершее лицо не имело детей, с которыми он состоял в признанной в законном порядке семейной связи, или супруги, его наследниками являются его родители и родные братья и сестры (или их дети) (статья 4:901 Гражданского кодекса). Если есть дети или супруга, родители и братья и сестры исключаются из списка наследников (статьи 4:899 и 4:899 "а" Гражданского кодекса).
23. В течение одного года после смерти отца несовершеннолетний ребенок, который не состоял с ним в признанной в законном порядке семейной связи, вправе требовать от наследников отца выделить ему твердую сумму для ухода и воспитания. При определении такой суммы суд, рассматривающий ходатайство, не может превышать установленную законом долю имущества (wettelijk erfdeel), на получение которой ребенок имел бы право в том случае, если бы он состоял в признанной в законном порядке семейной связи со своим отцом (пункт 5 статьи 1:406 Гражданского кодекса).
24. Это анализ принципа, закрепленного в пункте 1 статьи 1:394 Гражданского кодекса, который заключается в том, что в случае отсутствия признанной в законном порядке семейной связи между отцом и его ребенком, отец несет обязанность только по предоставлению пособия на содержание ребенка (levensonderhoud) до достижения им совершеннолетия. Предусмотренная законом доля имущества, которое подлежит распределению в соответствии с правилами, регулирующими вопросы наследства, оставленного без завещания, между наследниками, являющимися потомками умершего лица по прямой восходящей или нисходящей линии, и которым наследодатель не смог распорядиться при жизни в виде дарения или в порядке завещания.
25. 20 марта 1996 г. в Парламент был представлен законопроект, направленный на внесение изменений, inter alia, в закон о порядке установления происхождения (afstammingsrecht; Вторая палата (Tweede Kamer) 1995 - 1996, 24649, N 1 - 2), а 1 апреля 1998 г. вступило в силу изменение к Гражданскому кодексу Нидерландов. Это изменение вводило норму об установлении отцовства в судебном порядке (gerechtelijke vaststelling van vaderscha, статья 1:207 Гражданского кодекса), с заявлением в отношении которого может выступить мать или ребенок. Признание отцовства имеет обратную силу до момента рождения ребенка, но оно не влечет неблагоприятных последствий в отношении прав, добросовестно приобретенных третьими лицами.
26. Согласно пояснительной записке к законопроекту возможность установления отцовства в судебном порядке существует во всех соседних странах. Отсутствие такой возможности противоречило бы статье 8 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 14 Конвенции, поскольку могло привести к такой ситуации, когда ребенок лишается отца, если тот не желает его признавать. Вероятно, этот недостаток невозможно устранить вследствие подачи заявления о взыскании алиментов с отца в соответствии с пунктом 1 статьи 1:394 Гражданского кодекса.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статей 14 и 8 Конвенции,
взятых в совокупности
27. Заявитель жаловался, что в отличие от "законнорожденных" или признанных "незаконнорожденных" детей он не мог быть наследником своего отца.
28. Статья 8 Конвенции в части, применимой в настоящем деле, гласит:
"1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни...
2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе... для защиты прав и свобод других лиц".
Статья 14 Конвенции в части, применимой в настоящем деле, гласит:
"Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку... рождения или по любым иным признакам".
29. Власти Нидерландов отрицали факт нарушения этих положений Конвенции.
30. После объявления жалобы приемлемой для рассмотрения по существу заявитель не представил никаких доводов. В своих замечаниях, представленных на стадии производства по вопросу о приемлемости жалобы, он утверждал, ссылаясь на имеющиеся фактические доказательства (см. выше § 14), что вне всяких сомнений являлся сыном П.
31. Кроме того, заявитель ссылался на новый закон, предусматривающий возможность установления отцовства независимо от воли биологического отца, с вытекающими последствиями в отношении вопросов наследования, что являлось подтверждением изменившихся взглядов по этим вопросам. В совокупности с фактическими отношениями между П., с одной стороны, и заявителем и его матерью, с другой стороны, это непременно означает, что "семейная жизнь" по смыслу статьи 8 Конвенции существовала между П. и заявителем.
32. Более того, если ребенок желал установления "семейной жизни", а отец этого не желал, намерения ребенка заслуживали большей защиты, чем желания отца. В любом случае, в целях установления прав наследования биологическое