[неофициальный перевод
с английского]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
РЕШЕНИЕ
ПО ВОПРОСУ ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ № 74348/01
"СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ БЕЗГИН (SERGEY VASILYEVICH BEZGIN)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Страсбург, 9 ноября 2004 года)
____________________________
*Перевод с английского М. Виноградова.
Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая 9 ноября 2004 г. Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера,
Э. Штейнер,
Х. Гаджиева,
Д. Шпильманна,
С. Йебенс, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
принимая во внимание вышеуказанную жалобу, поданную 1 марта 2001 г.,
принимая во внимание доводы, представленные властями Российской Федерации, и возражения заявителя на них,
заседая за закрытыми дверями,
вынес следующее Решение:
ФАКТЫ
Заявитель, Сергей Васильевич Безгин - гражданин России, 1971 года рождения, в настоящее время находится в заключении в г. Орле. В Европейском суде его интересы представлял Б.К. Курбанов, юрист из г. Орла. В Европейском суде власти Российской Федерации представлены своим Уполномоченным при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
A. Обстоятельства дела
1. События, имевшие место 1 декабря 1999 г.
1 декабря 1999 г. органы внутренних дел возбудили уголовное дело по факту кражи лошадей, совершенной предыдущей ночью. Органы милиции предположительно обладали информацией о причастности заявителя в совершении преступления и о том, что одно из лиц, совершивших кражу, находится у него дома. В тот же день примерно в 22:00 трое сотрудников милиции прибыли домой к заявителю в г. Орле. Они вошли через ворота на участок, прилегающий к дому заявителя, и вошли в дом через дверь, которая была открыта. Двое из них представили свои удостоверения сестре заявителя, которая была на кухне. Заявителя дома не было. Один из милиционеров вышел из дома, в то время как двое остались внутри ждать возвращения заявителя. Через какое-то время пришел заявитель. Один из сотрудников милиции предъявил свое служебное удостоверение. Поскольку у заявителя были сомнения относительно законности визита сотрудников милиции, он послал свою сестру вызвать милицию. Затем перебранка и драка завязались между заявителем и его родственниками, с одной стороны, и двумя сотрудниками милиции, с другой. Вскоре после этого прибыла группа сотрудников милиции. Этой же ночью в неустановленное время сотрудники милиции покинули дом заявителя.
2. Предварительное содержание заявителя под стражей
Рано утром 2 декабря 1999 г. заявитель был задержан в качестве подозреваемого в совершении кражи лошадей в соответствии со статьей 122 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и был доставлен в отделение милиции. 3 декабря 1999 г. заявителя взяли под стражу в соответствии со статьей 90 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР.
По утверждению заявителя, 8 и 9 декабря 1999 г. его жестоко избили сотрудники милиции, пытавшиеся заставить его признаться в совершении преступления.
Поскольку трое остальных подозреваемых существенно изменили свои первоначальные показания и утверждали, что заявитель не участвовал в совершении преступления, в отсутствие иных доказательств органы внутренних дел закрыли уголовное дело в отношении заявителя и освободили его из-под стражи 12 декабря 1999 г.
В тот же день в 23:45 заявителя осмотрели в травмпункте г. Орла. Согласно справке от 28 августа 2001 г. у заявителя были закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение мозга, сломан нос и кровоподтеки в районе груди и пояса. Заявитель был направлен на дальнейшее обследование и на стационарное лечение в больницу г. Орла, в которой он проходил лечение с 17 по 31 декабря 1999 г. Справка от 31 декабря 1999 г., выданная больницей, подтверждает диагноз заявителя: закрытая черепно-мозговая травма и сотрясение мозга.
3. Отказ прокуратуры возбудить уголовное дело
в отношении сотрудников милиции
В неустановленный день в декабре 1999 года заявитель подал заявление в прокуратуру Орловской области с просьбой провести расследование по факту событий, имевших место 1 декабря 1999 г., и по факту его избиения сотрудниками милиции во время его нахождения под стражей со 2 по 12 декабря 1999 г. 30 декабря 1999 г. прокурор Орловской области направил заявление заявителя в прокуратуру Свердловского района Орловской области. Рассмотрев утверждения заявителя, 17 февраля 2000 г. прокуратура Свердловского района Орловской области отказала в возбуждении уголовного дела. По результатам рассмотрения жалобы заявителя на решение прокуратуры Свердловского района Орловской области вышестоящему прокурору 28 апреля 2000 г. прокурор Орловской области оставил без изменения указанное решение.
В последующем заявитель неоднократно безуспешно обращался в органы прокуратуры разных уровней, требуя возобновить расследование и возбудить уголовное дело в отношении предполагаемых правонарушителей.
В Письме от 2 июня 2000 г. прокурор Орловской области указал заявителю, что ранее принятые решения органов прокуратуры не будут пересмотрены. Проникновение сотрудников милиции в дом заявителя соответствовал положениям статьи 8 Федерального закона № 144-ФЗ и статье 122 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Расследование по факту предполагаемого жестокого обращения было прекращено ввиду недостаточности доказательств.
По утверждению властей Российской Федерации, по отдельным частям заявления заявителя прокурор Орловской области возобновил расследование и после дополнительной проверки утверждений заявителя, изучив показания свидетелей и заключение эксперта, 2 сентября 2001 г. отказал в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции. Свидетели (сотрудники милиции, адвокат заявителя и двое других подозреваемых в совершении кражи лошадей, видевшие заявителя на очной ставке два дня спустя после предполагаемого жестокого обращения) не подтвердили утверждения заявителя. Эксперт поставил под сомнение диагноз заявителя об имевшем место сотрясении мозга и переломе носа, указав, что в медицинских документах не указаны медицинские данные, которые бы подтверждали такой диагноз, и пришел к выводу, что невозможно определить время нанесения травм заявителю в районе лица и груди.
По утверждению заявителя, Орловский областной суд не рассмотрел его заявления, поданные 16 декабря 2000 г. и 13 февраля 2001 г., которыми он оспаривал отказ прокурора в возбуждении уголовного дела.
3. Разбирательство по уголовному делу в отношении
заявителя ввиду нападения на сотрудников милиции
23 апреля 2001 г. Железнодорожный районный суд г. Орла признал заявителя виновным в нападении на сотрудников полиции, имевшем место 1 декабря 1999 г. 7 августа 2001 г., рассмотрев кассационную жалобу заявителя, Орловский областной суд отменил приговор от 23 апреля 2001 г. и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав в связи с этим на незаконный состав суда первой инстанции.
27 марта 2002 г. заявитель был осужден на основании приговора Железнодорожного районного суда г. Орла. Заявитель был приговорен к лишению свободы сроком на два года условно. Заявитель был освобожден от отбытия наказания на основании акта амнистии.
В отношении событий, имевших место 1 декабря 1999 г., суд установил, что сотрудники милиции прибыли домой к заявителю, действуя в соответствии с положениями Федерального закона "О милиции", чтобы задержать подозреваемого и собрать доказательства по вопросу причастности заявителя к совершению преступления. По прибытии заявителя домой сотрудники милиции подверглись нападению со стороны заявителя и его родственников. В результате нападения один сотрудник милиции получил травму руки, в районе груди, носа и уха. Другому сотруднику милиции был поставлен диагноз сотрясение мозга.
4. Прочие судебные разбирательства
29 июня 2001 г. Орловский областной суд признал заявителя виновным в совершении убийства и кражи и приговорил его к лишению свободы сроком на двенадцать лет.
СУТЬ ЖАЛОБЫ
1. Заявитель жаловался, ссылаясь на статью 8 Конвенции, на то, что проникновение сотрудников милиции в его дом 1 декабря 1999 г. было произвольным и незаконным.
2. Далее он жаловался, ссылаясь на статью 3 Конвенции, на то, что его избили сотрудники милиции во время его содержания под стражей в период со 2 по 12 декабря 1999 г.
3. Заявитель также жаловался, ссылаясь на статью 5 Конвенции, на то, что его содержание под стражей в период со 2 по 12 декабря 1999 г. было незаконным.
4. Ссылаясь на статью 6 Конвенции, заявитель жаловался на то, что его осуждение за нападение на сотрудников милиции, равно как и его осуждение от 29 июня 2001 г. за совершение убийства и кражи, были произвольными и незаконными. В частности, он утверждал, что суд не дал надлежащей оценки доказательствам.
ПРАВО
1. Заявитель жаловался на то, что проникновение сотрудников милиции в его дом 1 декабря 1999 г. нарушало статью 8 Конвенции, которая гласит:
"1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".
Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не исчерпал внутренние средства правовой защиты. В частности, его утверждения о том, что он подавал жалобы в суд 16 декабря 2000 г. и 13 февраля 2001 г., в которых он оспаривал отказ прокурора Орловской области в возбуждении уголовного дела в отношении соответствующих сотрудников милиции, судами Российской Федерации не подтвердились.
По существу дела власти Российской Федерации утверждали, что сотрудники милиции действовали в соответствии с положениями Федерального закона № 1026-I "О милиции" и статей 7 и 8 Федерального закона № 144-ФЗ. У них имелась информация о причастности заявителя к краже лошадей, имевшей место за ночь до этого, и они вошли в дом заявителя с разрешения его сестры, предъявив свои служебные удостоверения. Далее власти Российской Федерации утверждали, что последовавшая стычка между заявителем и сотрудниками милиции была подробно рассмотрена судом, который признал, что сотрудники милиции действовали в рамках закона. Жалоба заявителя на события 1 декабря 1999 г. также была рассмотрена в прокуратуре Орловской области, которая установила, что действия сотрудников милиции были законными, и отказала в возбуждении уголовного дела в отношении них. Власти Российской Федерации пришли к выводу, что проникновение сотрудников милиции в дом заявителя было в соответствии с законом и необходимо для защиты прав и свобод лиц, пострадавших в результате преступления.
Заявитель утверждал, что заявления, которыми он оспаривал отказ прокуратуры возбудить уголовное дело в отношении сотрудников милиции, были им поданы в Орловский областной суд 16 декабря 2000 г. и 13 февраля 2001 г. Далее заявитель утверждал, что в неустановленный день он подал жалобу в Свердловский районный суд Орловской области на незаконное проникновение сотрудников милиции в его дом. В ноябре 2000 года суд предположительно направил его жалобу в прокуратуру Свердловского района Орловской области.
По существу дела заявитель утверждал, что сотрудники милиции проникли в его дом без разрешения его жителей и в нарушение закона. У них, предположительно, не было санкции суда или иного органа. Они также впоследствии не уведомили прокурора или иной компетентный орган власти о проникновении в дом.
Европейский суд напомнил, что пункт 1 статьи 35 Конвенции предусматривает, что он может рассматривать жалобы только после исчерпания всех внутренних средств правовой защиты. Европейский суд напомнил в связи с этим, что заявление с требованием о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции, предположительно нарушивших права, закрепленные Конвенцией, представляет собой адекватное средство правовой защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу "Ассенов и другие против Болгарии" (Assenov and Others v. Bulgaria) от 28 октября 1998 г., Reports 1998-VIII, p. 3286, § 82 - 86). Далее Европейский суд напомнил, что если соответствующие следственные органы отказывают в возбуждении уголовного дела, обжалование такого решения в суд может рассматриваться как достаточная гарантия против произвольного осуществления своих полномочий следственными органами (см. Решение Европейского суда по делу "Трубников против Российской Федерации" (Trubnikov v. Russia), жалоба № 49790/99). Европейский суд отметил, что заявитель не представил копии обращений, которые он предположительно подавал в национальные суды, или иные документы, которые могли бы в достаточной степени подтвердить его утверждения о том, что он оспаривал отказ прокурора в возбуждении уголовного дела. Таким образом, заявитель не доказал, что он воспользовался всеми указанными средствами правовой защиты.
Следовательно, данная часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции ввиду неисчерпания заявителем внутренних средств правовой защиты.
2. Далее заявитель жаловался на то, что его избили сотрудники милиции во время его содержания под стражей в период со 2 по 12 декабря 1999 г. Заявитель ссылался на статью 3 Конвенции, которая гласит:
"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию".
Власти Российской Федерации утверждали, что соответствующие жалобы заявителя были подробно рассмотрены прокуратурой Орловской области, которая по результатам изучения показаний свидетелей 2 сентября 2001 г. отказала в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции. Власти Российской Федерации также утверждали, что прошло более двенадцати часов, когда врач осмотрел заявителя после его освобождения из-под стражи.
Заявитель поддержал свою изначальную жалобу. Он утверждал, что прокуратура не провела всестороннего расследования. Так, она не допросила сестру заявителя, которая встретилась с ним сразу после его освобождения из-под стражи и сопровождала его в больницу, где были подтверждены его травмы. Далее заявитель утверждал, что показания свидетелей и заключение эксперта, на основании которых прокурор вынес свое решение, не являются достоверными, поскольку у двоих свидетелей показания противоречивы, его адвокат ранее являлся сотрудником милиции, а эксперт никогда не осматривал заявителя. Заявитель также пояснил, что он не мог обратиться