(неофициальный перевод)
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "КОЛОМИЕЦ И КОЛОМИЕЦ (KOLOMIYETS)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба № 76835/01)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 22 февраля 2007 года)
Европейский суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Л. Лукаидеса,
Н. Ваич,
А. Ковлера,
Э. Штейнер,
С.Э. Йебенса,
Дж. Малинверни, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 1 февраля 2007 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 76835/01, поданной 1 июня 2001 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданами России Светланой Евгеньевной Коломиец и Галиной Николаевной Коломиец (далее - заявители) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция).
2. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. 25 мая 2005 г. Европейский суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
Обстоятельства дела
4. Заявители родились в 1970 и 1946 годах, соответственно, и проживают в г. Киреевске Тульской области. Они приходятся друг другу родственницами.
5. 23 октября 1992 г. вторая заявительница подала исковое заявление к своему бывшему мужу о разделе имущества, нажитого ими во время брака, в том числе загородного дома.
6. 29 декабря 1993 г. Киреевский районный суд Тульской области своим решением произвел раздел имущества в равных долях. 26 апреля 1994 г. судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда отменила Судебное решение от 29 декабря 1993 г. и направила дело на новое рассмотрение.
7. 4 июня 1994 г. Киреевский районный суд Тульской области передал дело на рассмотрение в Центральный районный суд г. Тулы, и 10 июля 1995 г. Центральный районный суд г. Тулы вынес решение в пользу второй заявительницы, частично удовлетворив исковые требования. 16 мая 1996 г. судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда отменила Судебное решение от 10 июля 1995 г. и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
8. 10 января 1997 г. первая заявительница была привлечена для участия в судебном разбирательстве по делу в качестве соистца. В сентябре 1998 года заявители изменили свои исковые требования.
9. По утверждению властей Российской Федерации, после сентября 1998 года Центральным районным судом г. Тулы было назначено несколько судебных заседаний, которые были перенесены по причине неявки ответчика и по той причине, что суду требовалось вызвать дополнительных свидетелей.
10. В 1999 году заявители обратились в Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации и Тульскую областную квалификационную коллегию судей с жалобой на чрезмерную длительность судебного разбирательства по их делу. 13 апреля 1999 г. заявители были проинформированы Тульской областной квалификационной коллегией судей о том, что длительность судебного разбирательства по их делу была обусловлена сложностью дела, большим количеством дел, находящихся на рассмотрении в суде, и неявкой сторон в суд. Квалификационной коллегией также было отмечено, что председательствующий судья по их делу уведомлен о необходимости соблюдения процессуальных сроков.
11. 4 декабря 2000 г. президиум Тульского областного суда отменил в порядке надзора Судебное решение от 14 июня 1994 г. и направил дело на рассмотрение в Киреевский районный суд Тульской области.
12. 25 декабря 2000 г. Киреевский районный суд Тульской области получил материалы дела. В этот же день заявители направили ходатайство о приостановлении судебного разбирательства в связи с обжалованием ими Постановления от 4 декабря 2000 г. в Верховный Суд Российской Федерации. Судебное разбирательство было возобновлено в феврале 2001 года, после того, как Верховный Суд Российской Федерации оставил без изменения Постановление от 4 декабря 2000 г.
13. Решением от 18 декабря 2001 г. Киреевский районный суд Тульской области выделил исковые требования заявителей о праве на общее домовладение и решил рассмотреть их в отдельном производстве. 3 апреля 2002 г. Киреевский районный суд Тульской области оставил эти требования без удовлетворения. Данное Судебное решение не было обжаловано и вступило в силу 14 апреля 2002 г.
14. 3 июля 2002 г. Киреевский районный суд Тульской области рассмотрел остальную часть исковых требований заявителя и частично удовлетворил их. 14 ноября 2002 г. судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда отменила данное Судебное решение в части, касающейся раздела загородного дома, и направила дело на новое рассмотрение.
15. Киреевский районный суд Тульской области назначил подготовительное судебное заседание на 17 марта 2003 г. Из шести судебных заседаний, назначенных в период с 1 апреля 2003 г. по 28 апреля 2004 г., четыре были перенесены по причине неявки ответчика и два - по ходатайствам заявителей, ожидавших исхода другого судебного разбирательства, могущего оказать влияние на настоящее.
16. 30 апреля 2004 г. Киреевский районный суд Тульской области установил, что ответчик умер 17 апреля 2004 г. Судебное разбирательство было приостановлено до установления правопреемника. 1 апреля 2005 г. Киреевский районный суд Тульской области возобновил судебное разбирательство, когда дочь ответчика К. вступила в судебное разбирательство вместо него.
17. 25 апреля 2005 г. Киреевский районный суд Тульской области предложил К. представить некоторые доказательства, касающиеся процедуры ее вступления в наследство. Суд установил срок - 15 июня 2005 г.
18. Судебное разбирательство было снова приостановлено до 23 июня 2005 г., поскольку суд установил некоторые недостатки в документах о вступлении в наследство, представленных К.
19. 28 ноября 2005 г. Киреевский районный суд Тульской области возобновил судебное разбирательство и назначил проведение судебной экспертизы. Расходы на проведение экспертизы должны были быть оплачены из федерального бюджета. Определение от 28 ноября 2005 г. с некоторыми корректировками было оставлено без изменения.
20. 16 января 2006 г. материалы дела были предоставлены экспертам. В марте 2006 года эксперты запросили Киреевский районный суд Тульской области предоставить дополнительные материалы. 15 марта 2006 г. суд предоставил экспертам необходимые документы.
21. Как представляется, судебное разбирательство в настоящее время продолжается в Киреевском районном суде Тульской области.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
в связи с чрезмерной длительностью судебного разбирательства
22. Заявители жаловались на то, что длительность судебного разбирательства по их делу была несовместимой с требованием "разумного срока", установленного в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который в части, применимой к настоящему делу, гласит:
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...".
23. Период, который необходимо принимать во внимание, начался 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении России. Тем не менее при оценке разумности срока судебного разбирательства, имевшего место после этой даты, может приниматься во внимание состояние судебного разбирательства к этому моменту. Судебное разбирательство по делу до настоящего времени не завершено. Таким образом, оно длится более восьми лет и восьми месяцев.
A. Приемлемость жалобы
24. Европейский суд отметил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отметил, что иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено. Таким образом, данная часть жалобы должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо дела
25. Власти Российской Федерации утверждали, что дело являлось сложным, поскольку суть иска затрагивала личные семейные отношения, и национальные суды должны быть особенно осторожными при этом. Задержки в судебном разбирательстве были вызваны частыми изменениями заявителями исковых требований, смертью ответчика и необходимостью определения правопреемника. Задержки также были вызваны необходимостью получения экспертного заключения.
26. Заявители подтвердили свою жалобу.
27. Европейский суд напомнил, что разумность срока судебного разбирательства должна рассматриваться в свете обстоятельств дела и с учетом критериев, установленных прецедентной практикой Европейского суда, в частности сложности дела, поведения заявителя и соответствующих органов власти и важности рассматриваемого в рамках дела вопроса для заявителя (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Фридлендер против Франции" (Frydlender v. France), жалоба № 30979/96, ECHR 2000-VII, § 43).
28. Европейский суд согласился, что данное судебное разбирательство являлось сложным, поскольку требовало рассмотрения документов в нескольких томах и экспертного изучения. Однако Европейский суд не может согласиться с тем, что сложность дела сама по себе являлась таковой, что может обосновать общую длительность судебного разбирательства.
29. Относительно действий заявителей Европейский суд не убежден доводом властей Российской Федерации о том, что заявители несут ответственность за задержки в судебном заседании, изменяя свои исковые требования. Неизменным подходом Европейского суда являлось то, что заявителю нельзя ставить в вину использование всех выгод средств, предоставляемых ему национальным законодательством при защите своих интересов (см., mutatis mutandis<*>, Постановление Европейского суда по делу "Ягчи и Саргин против Турции" ({Yagci}<**>and Sargin v. Turkey) от 8 июня 1995 г., Series A, № 319-A, § 66).
--------------------------------
<*>Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями, внеся необходимые изменения (прим. переводчика).
<**>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
30. Однако Европейский суд счел, что по вине национальных властей имели место значительные периоды бездействия, в отношении которых власти Российской Федерации не привели убедительных объяснений. В частности, Европейский суд счел удивительным, что национальным судебным властям потребовалось более шести лет для установления суда, компетентного для рассмотрения дела заявителей (см. выше, § 7 и 11). Европейский суд не призван устанавливать причины такой задержки, поскольку основная ответственность за это явно лежит на государстве (см., среди многих других прецедентов, Постановление Европейского суда по делу "Леффлер против Австрии" ({Loffler} v. Austria) от 3 октября 2000 г., жалоба № 30546/96, § 57). Более того, Европейский суд установил, что судебное разбирательство по настоящему делу все еще продолжается в суде первой инстанции, и власти Российской Федерации не привели объяснения тому, почему Киреевский районный суд Тульской области до настоящего времени не вынес решение по существу дела.
31. Принимая во внимание представленные ему материалы и общую длительность судебного разбирательства, Европейский суд пришел к выводу о том, что в настоящем деле длительность судебного разбирательства была чрезмерной и не соответствовала требованию "разумного срока". Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
в связи с передачей юрисдикции по рассмотрению дела
32. Заявители жаловались, ссылаясь на статью 6 Конвенции, на то, что 4 декабря 2000 г. президиум Тульского областного суда незаконно отменил Решение от 14 июня 1994 г.
33. Европейский суд установил, что 4 декабря 2000 г. президиум Тульского областного суда отменил процессуальное Определение от 14 июня 1994 г., которым иск заявителей был направлен на рассмотрение в Центральный районный суд г. Тулы. Постановлением от 4 декабря 2000 г. дело было возвращено на рассмотрение в Киреевский районный суд Тульской области.
34. Европейский суд установил, что Судебные решения от 14 июня 1994 г. и 4 декабря 2000 г. касались вопроса определения территориальной юрисдикции национальных судов по рассмотрению иска заявителей. Ими не был разрешен ни окончательно, ни промежуточно спор о гражданских правах и обязанностях заявителей (см. Решение Европейского суда по делу "Федотова против Российской Федерации" (Fedotova v. Russia) от 1 апреля 2004 г., жалоба № 73225/01). Таким образом, Европейский суд пришел к выводу, что жалоба заявителей на процессуальное Решение от 4 декабря 2000 г. как таковая не подпадает в сферу применения статьи 6 Конвенции (см., например, Решение Европейского суда по делу "Ферлагсгруппе Ньюс ГмбХ" против Австрии" (Verlagsgruppe News GmbH v. Austria) от 16 января 2003 г., жалоба № 62763/00; Решение Европейского суда по делу "Вио против Франции" (Wiot v. France) от 15 марта 2001 г., жалоба № 43722/98; Решение Европейского суда по делу "Апис а.с." против Словакии" (Apis a.s. v. Slovakia) от 13 января 2000 г., жалоба № 39754/98).
35. Следовательно, данная часть жалобы является несовместимой ratione materiae<*>с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
--------------------------------
<*>Ratione materiae - ввиду обстоятельств, связанных с предметом рассмотрения, критерий, применяемый при оценке приемлемости жалобы (прим. переводчика).
III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
36. Ссылаясь на статью 8 Конвенции и статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, заявители также жаловались на то, что им причинен материальный ущерб и что их здоровье было подорвано в ходе судебного разбирательства, что некоторые сотрудники Киреевского районного суда Тульской области являлись родственниками сотрудников администрации г. Тулы и что ответчик продал загородный дом.
37. Принимая во внимание все представленные ему материалы, Европейский суд счел, что данная часть жалобы не раскрывает каких-либо признаков нарушения прав и свобод, закрепленных в Конвенции и Протоколах к ней. Следовательно, данная часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
IV. Применение статьи 41 Конвенции
38. Статья 41 Конвенции гласит:
"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
39. Европейский суд отметил, что в соответствии с правилом 60 Регламента Европейского суда любые требования о справедливой компенсации представляются в подробном перечне по пунктам в письменном виде с приложением соответствующих подтверждающих документов или квитанций, "в противном случае Палата вправе отказать в удовлетворении требования полностью или частично".
40. Европейский суд установил, что 8 сентября 2005 г. заявителям было предложено представить к 10 ноября 2005 г. требования о справедливой компенсации с соответствующими подсчетами. В указанный предоставленный срок таких требований Европейским судом получено не было. Соответственно, Европейский суд счел, что ему нет необходимости присуждать заявителям денежные суммы в связи с этим.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) объявил часть жалобы, касающуюся чрезмерной длительности судебного разбирательства, приемлемой, а остальную часть жалобы - неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с чрезмерной длительностью судебного разбирательства по делу заявителей;
3) постановил, что нет необходимости присуждать заявителям справедливую компенсацию.
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 22 февраля 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Председатель Палаты Суда
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIRST SECTION
CASE OF KOLOMIYETS v. RUSSIA
(Application No. 76835/01)
JUDGMENT<*>
(Strasbourg, 22.II.2007)
--------------------------------
<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Kolomiyets v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr C.L. Rozakis, President,
Mr L. Loucaides,
Mrs {N. Vajic},
Mr A. Kovler,
Mrs E. Steiner,
Mr S.E. Jebens,
Mr G. Malinverni, judges,
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 1 February 2007,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 76835/01) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by two Russian nationals, Ms Svetlana Yevgenyevna Kolomiyets and Ms Galina Nikolayevna Kolomiyets ("the applicants"), on 1 June 2001.
2. The Russian Government ("the Government") were represented by Mr P. Laptev, the Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 25 May 2005 the Court decided to give notice of the application to the Government. Applying Article 29 § 3 of the Convention, it decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time.
THE FACTS
4. The applicants were born in 1970 and 1946 respectively and live in the town of Kireyevsk of the Tula Region. They are relatives.
5. On 23 October 1992 the second applicant lodged an action against her former husband, claiming division of their marital property, including a country house.
6. On 29 December 1993 the Kireyevskiy District Court of the Tula Region ordered the equitable distribution of property. The judgment was quashed on 26 April 1994 and the case was remitted for a fresh examination.
7. On 14 June 1994 the Kireyevskiy District Court transferred the case to the Tsentralniy District Court and on 10 July 1995 the Tsentralniy District Court partly accepted the action. On 16 May 1996 the Tula Regional Court quashed the judgment and remitted the case for a fresh examination.
8. On 10 January 1997 the first applicant entered the proceedings in the capacity of a co-plaintiff. In September 1998 the applicants" amended their claim.
9. According to the Government, after September 1998 the District Court listed several hearings which were adjourned because the defendant defaulted and the District Court had to summons additional witnesses.
10. In 1999 the applicants complained to the Judicial Department of the Supreme Court of the Russian Federation and the Tula Regional Judicial Qualification Board about the excessive length of the proceedings. On 13 April 1999 the Tula Regional Judicial Qualifications Board informed the applicants that the excessive length had been caused by the complexity of the case, a large amount of cases pending before the court and the parties" failure to attend hearings. The Board also noted that the presiding judge had been asked to observe the time-limits.
11. On 4 December 2000 the Presidium of the Tula Regional Court, by way of a supervisory review, quashed the decision of 14 June 1994 and transferred the case back to the Kireyevskiy District Court for further examination.
12. On 25 December 2000 the Kireyevskiy District Court received the case-file. On the same day the applicants asked for a stay in the proceedings because they had complained about the decision of 4 December 2000 to the Supreme Court of the Russian Federation. The proceedings were resumed in February 2001 after the Supreme Court had refused to quash the decision of 4 December 2000.
13. By a decision of 18 December 2001 the Kireyevskiy District Court severed the applicants" claims concerning the common household and decided to examine them in a separate set of the proceedings. On 3 April 2002 the District Court dismissed those claims. The judgment was not appealed against and became final on 14 April 2002.
14. On 23 July 2002 the Kireyevskiy District Court examined the remaining claims and partly accepted the applicants" action. The Tula Regional Court quashed the judgment in the part concerning the division of the country house and remitted the case for a new examination on 14 November 2002.
15. The Kireyevskiy District Court fixed a preparatory hearing for 17 March 2003. Of the six hearings listed between 1 April 2003 and 28 April 2004, four hearings were adjourned because the defendant did not attend and two were adjourned upon the applicants" requests awaiting the outcome of the related proceedings.
16. On 30 April 2004 the District Court discovered that the defendant had died on 17 April 2004. The proceedings were stayed for determination of a successor. The Kireyevskiy District Court resumed the proceedings on 1 April 2005 as the defendant"s daughter, Ms K., entered the proceedings on his behalf.
17. On 25 April 2005 the District Court asked Ms K. to provide certain evidence related to the inheritance procedure. The District Court set the time-limit until 15 June 2005.
18. The proceedings were stayed again on 23 June 2005 because the Kireyevskiy District Court had discovered certain deficiencies in inheritance documents provided by Ms K.
19. On 28 November 2005 the District Court resumed the proceedings and ordered an expert study. The expert fees were to be paid by the Federal Treasury. The decision of 28 November 2005 was upheld on appeal, subject to certain amendments.
20. The case-file was sent to the experts on 16 January 2006. In March 2006 the experts asked the Kireyevskiy District Court for additional materials. On 15 March 2006 the District Court provided the experts with the necessary documents.
21. It appears that the proceedings are at present pending before the Kireyevskiy District Court.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
on account of excessive length of the proceedings
22. The applicants complained that the length of the proceedings was incompatible with the "reasonable time" requirement, laid down in Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows:
"In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal..."
23. The period to be taken into consideration began on 5 May 1998, when the Convention entered into force in respect of Russia. However, in assessing the reasonableness of the time that elapsed after that date, account must be taken of the state of proceedings at the time. The proceedings in question have not yet ended. They have thus lasted so far for more than eight years and eight months.
A. Admissibility
24. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
25. The Government argued that the proceedings were complex as the subject-matter of the claim had concerned personal relationships and the domestic courts had had to be particularly sensitive. Delays had been caused by the applicants" frequent amendments to their claims, the death of the defendant and the necessity to identify a successor. Another delay resulted from the need to obtain an expert opinion.
26. The applicants maintained their claims.
27. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the following criteria: the complexity of the case, the conduct of the applicants and the relevant authorities and what was at stake for the applicants in the dispute (see, among many other authorities, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
28. The Court agrees that the proceedings at issue were complex as they required examination of voluminous documents and expert studies. However, the Court cannot accept that the complexity of the case, taken on its own, was such as to justify the overall length of the proceedings.
29. As concerns the applicant"s conduct, the Court is not convinced by the Government"s argument that the applicants should be held responsible for amending their claims. It has been the Court"s constant approach that an applicant cannot be blamed for taking full advantage of the resources afforded by national law in the defence of his interests (see, mutatis mutandis, {Yagci} and {Sargin} v. Turkey, judgment of 8 June 1995, Series A No. 319-A, § 66).
30. The Court, however, observes substantial periods of inactivity, for which the Government have not submitted any satisfactory explanation, are attributable to the domestic courts. In particular, the Court finds it striking that it took the domestic authorities more than six years to determine the court competent to examine the applicants" case (see paragraphs 7 and 11 above). The Court is not called upon to determine the reasons for that delay because the principle responsibility for it rests ultimately with the State (see, among other authorities, {Loffler} v. Austria, No. 30546/96, § 57, 3 October 2000). Furthermore, the Court observes that the proceedings in the present case are still pending before the first-instance court and that the Government did not provide any explanation as to the District Court"s failure to render the judgment.
31. Having examined all the material submitted to it and having regard to the overall length of the proceedings, the Court considers that in the instant case the length of the proceedings was excessive and failed to meet the "reasonable time" requirement. There has accordingly been a breach of Article 6 § 1.
II. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
on account of the transfer of jurisdiction
32. The applicants complained under Article 6 of the Convention that on 4 December 2000 the Presidium of the Tula Regional Court had unlawfully quashed the decision of 14 June 1994.
33. The Court observes that on 4 December 2000 the Presidium of the Tula Regional Court quashed a procedural decision of 14 June 1994 by which the applicants" claim had been sent to the Tsentralniy District Court for an examination. By the decision of 4 December 2000 the case was returned to the Kiryevskiy District Court.
34. The Court observes that the decisions of 14 June 1994 and 4 December 2000 concerned determination of the territorial jurisdiction of the domestic courts in examination of the applicants" claim. They did not determine, either finally or provisionally, the applicants" civil rights and obligations (see Fedotova v. Russia (dec.), No. 73225/01, 1 April 2004). The Court therefore concludes that the applicants" complaint about the procedural decision of 4 December 2000 as such is outside the scope of Article 6 of the Convention (see, e.g., Verlagsgruppe News GmbH v. Austria (dec.), No. 62763/00, 16 January 2003; Wiot v. France (dec.), No. 43722/98, 15 March 2001; Apis a.s. v. Slovakia (dec.), No. 39754/98, 13 January 2000).
35. It follows that this complaint is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3 and must be rejected in accordance with Article 35 § 4.
III. Other alleged violations of the Convention
36. Invoking Article 8 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1, the applicants finally complained that they had sustained pecuniary damage and that their health had deteriorated during the proceedings, that certain employees of the Kireyevskiy District Court were relatives of the employees of the Tula town council and that the defendant had sold the country house.
37. Having regard to all the material in its possession, the Court finds that these complaints do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. It follows that this part of the application must be rejected as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
IV. Application of Article 41 of the Convention
38. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
39. The Court points out that under Rule 60 of the Rules of Court any claim for just satisfaction must be itemised and submitted in writing together with the relevant supporting documents or vouchers, "failing which the Chamber may reject the claim in whole or in part".
40. The Court observes that on 8 September 2005 the applicants were invited to submit by 10 November 2005 quantified claims for just satisfaction. No claims were received within the time allowed. Accordingly, the Court considers that there is no call to award the applicants any sum on that account.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint concerning the excessive length of the proceedings admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention on account of the excessive length of the proceedings in the applicants" case;
3. Holds that there is no call to award the applicants just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 22 February 2007, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Christos ROZAKIS
President
{Soren} NIELSEN
Registrar