(неофициальный перевод)
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ПАРОЛОВ (PAROLOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба № 44543/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 14 июня 2007 года)
Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Л. Лукаидеса,
Н. Ваич,
А. Ковлера,
Э. Штейнер,
Х. Гаджиева,
Д. Шпильманна, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 24 мая 2007 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 44543/04, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Евгением Сергеевичем Пароловым (далее - заявитель) 16 ноября 2004 г.
2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. Заявитель жаловался на отмену в порядке надзора вынесенного в его пользу судебного решения и на нарушение его имущественных прав.
4. 15 мая 2006 г. Европейский суд официально уведомил власти Российской Федерации о рассмотрении жалобы заявителя. Согласно положениям пункта 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд принял решение рассмотреть жалобу по существу одновременно с принятием решения по вопросу о ее приемлемости.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявитель, 1944 года рождения, проживает в г. Москве. Заявитель является военнослужащим в отставке.
6. В 2001 году заявитель обратился в суд с иском к Военному комиссариату г. Москвы о пересчете пенсии в связи с тем, что он проходил службу в районах Крайнего Севера, что является основанием для получения пенсии в большем размере.
7. 12 марта 2002 г. Тверской районный суд г. Москвы удовлетворил требование заявителя и признал за ним право на получение, начиная с 17 сентября 2001 г., пенсии с учетом коэффициента 1,4.
8. Военный комиссариат г. Москвы не обжаловал Судебное решение от 12 марта 2002 г. в кассационном порядке, и оно вступило в законную силу 22 марта 2002 г.
9. 3 ноября 2003 г. Военный комиссариат г. Москвы обратился с надзорной жалобой на Судебное решение от 12 марта 2002 г., утверждая, что положения гражданского правового законодательства Российской Федерации, которые легли в основу указанного Судебного решения, не применимы в деле заявителя.
10. 19 мая 2004 г. заявителем было получено уведомление о возбуждении надзорного производства.
11. 20 мая 2004 г. президиум Московского городского суда рассмотрел дело заявителя в порядке надзора. Он постановил, что суд первой инстанции неверно применил нормы материального права. В связи с изложенным суд надзорной инстанции отменил Решение Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. и направил дело на новое рассмотрение. Перед оглашением определения президиума заявителя попросили подождать вне зала суда. При этом ответчик остался в зале суда. Определение суда было объявлено заявителю судебным приставом. Заявитель получил вступившее в законную силу определение суда только 4 августа 2004 г.
12. Заявитель пытался обжаловать Определение президиума Московского городского суда от 20 мая 2004 г. в порядке надзора, однако 25 августа 2004 г. заявителю было отказано в истребовании его дела для проверки в порядке надзора.
13. Новое рассмотрение дела заявителя было назначено на 13 августа 2004 г. Поскольку заявитель находился за пределами г. Москвы и не мог присутствовать на судебном заседании, его представитель ходатайствовал о переносе судебного заседания на 5 сентября 2004 г. Суд оставил ходатайство представителя заявителя без рассмотрения.
14. 1 сентября 2004 г. Тверской районный суд г. Москвы оставил без рассмотрения иск заявителя, в связи с его повторной неявкой в судебное заседание. На момент вынесения настоящего Постановления заявителем не была получена копия Определения суда от 1 сентября 2004 г.
II. Применимое национальное законодательство
A. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации
15. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации был принят 14 ноября 2002 г. и введен в действие с 1 февраля 2003 г. В соответствующей части он предусматривает следующее:
Статья 362. Основания для отмены или изменения решения суда в кассационном порядке
"1. Основаниями для отмены или изменения решения суда в кассационном порядке являются:
...
4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права...".
Статья 376. Право на обращение в суд надзорной инстанции
"1. Вступившие в законную силу судебные постановления, за исключением судебных постановлений Президиума Верховного суда Российской Федерации, могут быть обжалованы в порядке, установленном настоящей главой, в суд надзорной инстанции лицами, участвующими в деле, и другими лицами, если их права и законные интересы нарушены судебными постановлениями.
2. Судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции в течение года со дня их вступления в законную силу...".
Статья 381. Рассмотрение надзорной жалобы или представления прокурора
"2. По результатам рассмотрения надзорной жалобы или представления прокурора судья выносит определение об:
1) истребовании дела, если имеются сомнения в законности судебного постановления...
4. В случае истребования дела судья вправе приостановить исполнение решения суда до окончания производства в суде надзорной инстанции...".
Статья 384. Определение суда о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции
"1. Определение суда о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции должно содержать:
...
7) мотивированное изложение оснований для передачи дела в целях рассмотрения по существу...".
Статья 387. Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора
"Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права".
Статья 390. Полномочия суда надзорной инстанции
"1. Суд, рассмотрев дело в порядке надзора, вправе:
...
2) отменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции полностью либо в части и направить дело на новое рассмотрение;
...
5) отменить либо изменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции и принять новое судебное постановление, не передавая дело для нового рассмотрения, если допущена ошибка в применении и толковании норм материального права..."
B. Постановление Пленума Верховного суда
Российской Федерации
16. Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 20 января 2003 г. № 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", предусматривает:
"22. ...[годичный] срок подачи надзорной жалобы или представления прокурора на судебные постановления, вступившие в законную силу до 1 февраля 2003 г., необходимо исчислять с 1 февраля 2003 г.".
C. Обзор судебной практики Верховного суда
Российской Федерации за второй квартал 2004 г.
(утвержден Постановлением Президиума Верховного суда
Российской Федерации от 6 октября 2004 г.)
17. В ответ на вопрос № 4 относительно исчисления срока на подачу надзорной жалобы на судебные постановления, вступившие в силу до 1 февраля 2003 г., Президиум Верховного суда Российской Федерации разъяснил, что последним днем на обжалование в порядке надзора таких судебных постановлений считается 2 февраля 2004 г.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с отменой
судебного решения в порядке надзора
18. Европейский суд сначала рассмотрит жалобу заявителя на отмену в порядке надзора Решения Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. Заявитель утверждает, что факт отмены судебного решения нарушил его "право на суд", гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и его право на беспрепятственное пользование имуществом, предусмотренное статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. Названные статьи в части, применимой к данному делу, предусматривают следующее:
Пункт 1 статьи 6 Конвенции
"Каждый при определении его гражданских прав и обязанностей... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом...".
Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права..."
A. Приемлемость жалобы
19. Европейский суд полагает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по иным основаниям. Следовательно, данная жалоба должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо жалобы
1. Доводы сторон
20. Власти Российской Федерации утверждали, что процедура пересмотра дела заявителя в порядке надзора полностью соответствовала требованиям, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации. Надзорная жалоба была подана стороной судебного разбирательства в пределах предусмотренного законом срока, то есть по истечении девяти месяцев со дня начала течения срока для надзорного обжалования судебных постановлений, вступивших в силу до 1 февраля 2003 г., что соответствует разъяснениям Пленума Верховного суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 20 января 2003 г. № 1 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации". Более того, основанием для отмены Решения Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. явилось нарушение норм материального права, результатом которого стало необоснованное увеличение пенсии заявителя. Следовательно, в данном деле не было нарушения принципа правовой определенности.
21. Заявитель подтвердил свои требования.
2. Мнение Европейского суда
a) Статья 6 Конвенции
22. Европейский суд напоминает, что право на справедливое рассмотрение дела, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете преамбулы к Конвенции, которая провозглашает, среди прочего, верховенство права как часть общего наследия Договаривающихся государств. Одним из основных аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который требует, чтобы при окончательном разрешении дела судами их постановления не вызывали сомнения (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Брумареску против Румынии" ({Brumarescu}<*>v. Romania) от 28 октября 1999 г., Reports of Judgments and Decisions 1999-VII, § 61).
--------------------------------
<*>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
23. Данный принцип содержит требование, что стороны не вправе добиваться пересмотра судебного решения лишь в целях повторного рассмотрения дела и вынесения нового решения. Полномочия вышестоящих судов по отмене или внесению изменений в окончательные и подлежащие исполнению судебные решения должны осуществляться в целях исправления существенных судебных ошибок. Одна лишь возможность существования двух взглядов по делу не может служить основанием для пересмотра. Отклонение от этого принципа оправдано, только если это необходимо при наличии существенных и бесспорных обстоятельств (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по деду "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia), жалоба № 52854/99, ECHR 2003-X, § 52; и Постановление Европейского суда по делу "Праведная против Российской Федерации" (Pravednaya v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба № 69529/01, § 25).
24. Европейский суд напоминает, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует каждому в случае спора о его гражданских правах и обязанностях право на разбирательство дела судом. Таким образом, это положение воплощает в себе "право на суд", в котором право на доступ к суду, то есть право на обращение в суд с гражданско-правовыми вопросами, составляет один из аспектов. Однако это право было бы иллюзорным, если бы правовая система Договаривающейся Стороны допускала, чтобы вступившее в законную силу и подлежащее исполнению судебное постановление было отменено вышестоящим судом по протесту должностного лица, чье полномочие по принесению такого протеста не ограничено каким-либо сроком, таким образом, что судебные решения подлежат опротестованию в течение неопределенного срока (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 54 - 56).
25. Европейский суд установил нарушение права заявителей на суд, гарантированного пунктом 1 статьи 6 Конвенции, во многих делах, где вступившее в законную силу и обязательное для исполнения судебное решение отменялось впоследствии вышестоящим судом по протесту должностного лица, чье полномочие по принесению надзорного протеста не было ограничено каким-либо сроком (см. среди прочих упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 51 - 56; и более позднее Постановление Европейского суда по делу "Волкова против Российской Федерации" (Volkova v. Russia) от 5 апреля 2005 г., жалоба № 48758/99, § 34 - 36; Постановление Европейского суда по делу "ОАО "Росэлтранс" против Российской Федерации" (Roseltrans v. Russia) от 21 июля 2005 г., жалоба № 60974/00, § 27 - 28; и Постановление Европейского суда по делу "Кутепов и Аникеенко против Российской Федерации" (Kutepov and Anikeyenko v. Russia) от 25 октября 2005 г., жалоба № 68029/01, § 49 - 52).
26. В данном деле Решение Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г., вынесенное в пользу заявителя, было отменено в порядке надзора на том основании, что суд первой инстанции неверно применил нормы материального права. Европейский суд должен оценить, было ли полномочие по пересмотру дела в порядке надзора реализовано национальными властями с таким расчетом, чтобы максимально возможным образом соблюсти справедливое равновесие между интересами личности и необходимостью надлежащего отправления правосудия (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу "Никитин против Российской Федерации" (Nikitin v. Russia), жалоба № 50178/99, § 57 и 59, ECHR 2004-VIII).
27. Власти Российской Федерации провели различие между настоящим делом и названными выше, поскольку в данном случае надзорное производство было возбуждено по жалобе Военного комиссариата г. Москвы, который являлся стороной в деле, а не должностным лицом. Тем не менее Европейский суд не убежден в том, что этот отличительный признак играет решающую роль при анализе им обстоятельств.
28. Во-первых, Европейский суд обращает внимание на достаточно длительный период (около 20 месяцев), истекший со дня вступления в силу судебного решения, принятого в пользу заявителя, до дня возбуждения надзорного производства. Суд отмечает, что Гражданский процессуальный кодекс РСФСР не ограничивал во времени обращение с надзорной жалобой, допуская обжалование вступившего в законную силу судебного решения в течение неопределенного срока (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации"). Надзорное производство в деле заявителя было возбуждено в соответствии с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, который ограничивал срок для подачи надзорной жалобы одним годом (часть вторая статьи 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приведенная в § 15 настоящего Постановления). Тем не менее переходные положения, регулирующие введение в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации, предусматривали возможность надзорного обжалования любого судебного постановления, вступившего в силу до 1 февраля 2003 г. (см. выше, § 16 и 17 настоящего Постановления). В деле заявителя Военный комиссариат г. Москвы воспользовался возможностью обжалования судебного решения, принятого в пользу заявителя, которое вступило в силу 20 месяцами ранее.
29. Европейский суд особо подчеркивает, что вступившее в законную силу и обязательное для исполнения судебное решение может быть отменено только в исключительных случаях, а не с единственной целью добиться принятия другого судебного решения по делу (см. прецедентную практику, указанную в § 23 настоящего Постановления). В правовой системе Российской Федерации основания для отмены и внесения изменений в судебные постановления в рамках кассационного производства по делу в большей части совпадают с основаниями для отмены и внесения изменений в судебные постановления в рамках надзорного производства (см. для сравнения пункт 4 части первой статьи 362 и статью 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Таким образом, ситуации, в которой вступившее в законную силу судебное решение, принятое в пользу заявителя, было оспорено, можно было бы избежать, если бы Военный комиссариат г. Москвы обжаловал данное судебное решение в кассационном порядке. Также заслуживает внимания и то обстоятельство, что Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, равно как и Гражданский процессуальный кодекс РСФСР, допускает обжалование стороной судебного постановления в порядке надзора, даже если ею не была использована кассационная процедура обжалования судебного постановления. В деле заявителя Военный комиссариат г. Москвы не воспользовался своим правом на подачу кассационной жалобы и допустил, чтобы предусмотренный законом десятидневный срок истек, не обжаловав Решение Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. Власти Российской Федерации не назвали ни одного исключительного обстоятельства, которое помешало Военному комиссариату г. Москвы представить свои доводы Тверскому районному суду г. Москвы и своевременно обратиться с кассационной жалобой.
30. Принимая во внимание изложенное, Европейский суд приходит к выводу, что, удовлетворив требование Военного комиссариата г. Москвы об отмене Решения Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г., президиум Московского городского суда нарушил принцип правовой определенности, а также право заявителя на суд, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Следовательно, имело место нарушение названной статьи Конвенции.
b) Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
31. Европейский суд напоминает, что наличие долга, подкрепленного вступившим в законную силу и подлежащим исполнению судебным решением, предоставляет лицу, в пользу которого было принято судебное решение, право "законно ожидать", что долг будет выплачен, и составляет его "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Отмена такого судебного решения приравнивается к вмешательству в беспрепятственное пользованию им своим имуществом (см. среди прочих упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Брумареску против Румынии", § 74; и Постановление Европейского суда по делу "Андросов против Российской Федерации" (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 г., жалоба № 63973/00, § 69).
32. Власти Российской Федерации отрицали, что в данном деле имело место нарушение имущественных прав заявителя, поскольку законодательство Российской Федерации не предоставляло ему право "законно ожидать" получения пенсии в увеличенном объеме.
33. Европейский суд отмечает, что в соответствии с Решением Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. размер пенсии заявителя значительно увеличился. Отмена подлежащего исполнению судебного решения расстроила надежды заявителя на исполнение вступившего в силу судебного решения и лишила его возможности получить денежные средства, причитавшиеся ему на законном основании. При данных обстоятельствах Европейский суд полагает, что отмена Решения Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. в порядке надзора возложила на заявителя чрезмерное бремя и, следовательно, несовместима с положениями статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Следовательно, в данном деле имело место нарушение названных положений.
II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
34. Заявитель утверждал, ссылаясь на статью 13 Конвенции, что в его распоряжении не было эффективного средства правовой защиты в отношении Определения президиума Московского городского суда от 20 мая 2004 г. об отмене в порядке надзора вступившего в законную силу Решения Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г.
35. Европейский суд отмечает, что сама по себе статья 13 Конвенции не гарантирует право на средства правовой защиты в отношении решений, принятых в порядке надзора, и тот факт, что решение суда вышестоящей инстанции не подлежит последующему обжалованию в судебном порядке, сам по себе не нарушает указанную статью Конвенции (см. Решение Европейского суда по делу "Трегубенко против Украины" (Tregubenko v. Ukraine) от 21 октября 2003 г., жалоба № 61333/00, и Решение Европейского суда по делу "Ситков против Российской Федерации" (Sitkov v. Russia) от 9 ноября 2004 г., жалоба № 55531/00).
36. Следовательно, жалоба заявителя на нарушение статьи 13 Конвенции несовместима ratione materiae с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и подлежит отклонению в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
37. Заявитель жаловался, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, на различные процессуальные нарушения, которые имели место в ходе рассмотрения дела президиумом Московского городского суда.
38. Европейский суд полагает, что, сделав вывод о нарушении права заявителя на суд в связи с самим фактом пересмотра его дела в порядке надзора, нет необходимости рассматривать вопрос о соблюдении в рамках данной процедуры процессуальных гарантий, предусмотренных статьей 6 Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 59).
39. Наконец, заявитель в соответствии со статьей 14 Конвенции жалуется на дискриминацию в отношении него со стороны судов Российской Федерации.
40. Европейский суд отмечает, что заявитель ничем не обосновал свою жалобу на нарушение указанной статьи Конвенции.
41. Следовательно, данная часть жалобы заявителя является явно необоснованной и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
42. В соответствии со статьей 41 Конвенции:
"Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Ущерб
43. Что касается материального ущерба, заявитель утверждал, что в соответствии с Решением Тверского районного суда г. Москвы от 12 марта 2002 г. размер его пенсии увеличился на 40 процентов, или на 3431 рубль. Таким образом, он требовал 99503 рубля 64 копейки, недополученные им за период с августа 2004 г. по январь 2007 г. в связи с отменой названного Судебного решения в порядке надзора. Он также требовал, чтобы Европейский суд обеспечил ему право на получение пенсии в увеличенном объеме или присудил ему сумму, равную 40-процентной надбавке к его пенсии за последующие 18 лет, которая, по его подсчетам, составляет 741130 рублей 56 копеек. Заявитель оставил вопрос определения размера компенсации за причиненный ему моральный вред на усмотрение Европейского суда.
44. Власти Российской Федерации утверждали, что сам факт признания нарушения будет являться достаточной компенсацией.
45. Что касается требования о возмещении материального ущерба, Европейский суд напоминает, что в данном деле он установил нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с отменой вынесенного в пользу заявителя судебного решения в порядке надзора. Следовательно, заявителю было оказано препятствие в получении денежных средств, которые он ожидал получить на законном основании. Таким образом, существует причинно-следственная связь между установленным нарушением и требованием заявителя о возмещении материального ущерба в той части, в которой оно касается периода с августа 2004 г. по январь 2007 г. Что касается требования заявителя о возмещении ему материального ущерба, который будет причинен ему в будущем, Европейский суд полагает, что данные подсчеты заявителя основываются на весьма гипотетических предположениях, которые делают такие подсчеты крайне неопределенными. Следовательно, Европейский суд считает разумным присудить заявителю 99503 рубля 64 копейки в возмещение материального ущерба, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства.
46. Европейский суд также полагает, что заявитель испытывал душевные страдания и разочарование в связи с отменой в порядке надзора вынесенного в его пользу судебного решения. Принимая во внимание принцип справедливости, Европейский суд присуждает ему 2000 евро в качестве компенсации морального вреда (см. Постановление Европейского суда по делу "Черницын против Российской Федерации" (Chernitsyn v. Russia) от 6 апреля 2006 г., жалоба № 5964/02, § 40), а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства.
B. Расходы и издержки
47. Заявитель требовал 1000 рублей в возмещение его расходов по оплате юридической помощи. Власти Российской Федерации не оспаривали, что указанные расходы были действительно понесены и явились разумными по размеру.
48. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек лишь в той мере, насколько было доказано, что они были понесены действительно и по необходимости и являлись разумными по размеру. В данном деле заявитель представил копии чеков, подтверждающих его требования. Суммы, указанные в чеках, не кажутся чрезмерными и неразумными. Учитывая имеющуюся в его распоряжении информацию, Европейский суд находит разумным присудить заявителю требуемые им денежные средства, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на них.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
49. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) объявил жалобу заявителя на отмену в порядке надзора вынесенного в его пользу судебного решения приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
3) постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;
4) постановил,
a) что власти Российской Федерации обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие денежные суммы:
i) 99503 рубля 64 копейки (девяносто девять тысяч пятьсот три рубля шестьдесят четыре копейки) в возмещение материального ущерба;
ii) 2000 евро (две тысячи евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие выплате в рублях по курсу, который будет установлен на день выплаты;
iii) 1000 рублей (одну тысячу рублей) в возмещение судебных расходов и издержек;
iv) сумму любых налогов, подлежащих начислению на названные суммы;
b) что с даты истечения вышеуказанного срока и до момента выплаты простые проценты должны начисляться на эти суммы в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении было направлено 14 июня 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского суда.
Председатель Палаты Суда
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIRST SECTION
CASE OF PAROLOV v. RUSSIA
(Application No. 44543/04)
JUDGMENT<*>
(Strasbourg, 14.VI.2007)
--------------------------------
<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Parolov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr C.L. Rozakis, President,
Mr L. Loucaides,
Mrs {N. Vajic},
Mr A. Kovler,
Mrs E. Steiner,
Mr K. Hajiyev,
Mr D. Spielmann, judges,
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 24 May 2007,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 44543/04) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Russian national, Mr Yevgeniy Sergeyevich Parolov ("the applicant"), on 16 November 2004.
2. The Russian Government ("the Government") were represented by Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. The applicant complained about the quashing of the judgment in his favour by way of supervisory review and alleged violation of his property rights.
4. On 15 May 2006 the Court decided to give notice of the application to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
5. The applicant was born in 1944 and lives in Moscow. He is a retired military officer.
6. In 2001 he brought proceedings against the Military Service Commission of Moscow (Военный комиссариат г. Москвы - "the Commission") for recalculation of his pension in view of the fact that he served in the extreme north of Russia which made him eligible for a higher pension.
7. On 12 March 2002 the Tverskoy District Court of Moscow granted the applicant"s claim and adjusted his pension by a coefficient 1.4 as from 17 September 2001.
8. The Commission did not lodge an ordinary appeal against the judgment, and it became binding and enforceable on 22 March 2002.
9. On 3 November 2003 the Commission filed an application for supervisory review of the judgment, claiming that the civil-law provisions on which the court based its judgment were not relevant to the applicant.
10. On 19 May 2004 the applicant received notification of the initiation of the supervisory-review procedure.
11. On 20 May 2004 the Presidium of the Moscow City Court held a supervisory-review hearing. It held that the first-instance court had erroneously applied the substantive law. On that ground it quashed the judgment of 12 March 2002 and remitted the matter for a fresh examination. Before the announcement of the judgment the applicant was asked to wait outside the courtroom. At the same time the respondent remained there. The decision of the court was announced to the applicant by the bailiff. The applicant received the final decision on 4 August 2004.
12. The applicant sought to initiate the supervisory review of the decision of 20 May 2004, but on 25 August 2004 his request was dismissed.
13. The new hearing of the case was scheduled for 13 August 2004. Since the applicant was outside of Moscow and could not attend it, his representative asked the court to postpone the hearing until 5 September 2004. However, the court did not reply to this request.
14. On 1 September 2004 the Tverskoy District Court of Moscow left the applicant"s action without consideration for his failure to appear twice before the court. The applicant was never served with the above decision.
II. Relevant domestic law
A. Code of Civil Procedure of the Russian Federation
15. The Code of Civil Procedure of the Russian Federation ("the new Code") was enacted on 14 November 2002 and replaced the RSFSR Code of Civil Procedure ("the old Code") from 1 February 2003. It provides as follows:
Article 362. Grounds for quashing or altering judicial decisions by appeal courts
"1. The grounds for quashing or altering judicial decisions by appeal courts are:
...
(4) violation or incorrect application of substantive or procedural legal provisions."
Article 376. Right to apply to a court exercising supervisory review
"1. Judicial decisions that have become legally binding, with the exception for judicial decisions by the Presidium of the Supreme Court of the Russian Federation, may be appealed against... to a court exercising supervisory review, by parties to the case and by other persons whose rights or legal interests have been adversely affected by these judicial decisions.
2. Judicial decisions may be appealed against to a court exercising supervisory review within one year after they became legally binding..."
Article 381. Examination of an application for supervisory review
"2. Having examined an application for supervisory review, the judge issues a decision on -
(1) obtaining the case file if there exist doubts as to the lawfulness of the judicial decision...
4. If a decision to obtain the file has been made, the judge may suspend enforcement of the judicial decision until the supervisory-review proceedings have been completed..."
Article 384. Decision on remitting the case for examination on the merits by a supervisory-review court
"1. A judicial decision on remitting the case for examination on the merits by a supervisory-review court must contain:
(7) a reasoned description of the grounds for remitting the case for examination on the merits..."
Article 387. Grounds for quashing or altering judicial decisions by way of supervisory review
"Judicial decisions of lower courts may be quashed or altered by way of supervisory review on the grounds of substantial violations of substantive or procedural legal provisions."
Article 390. Competence of the supervisory-review court
"1. Having examined the case by way of supervisory review, the court may...
(2) quash the judicial decision issued by a court of first, second or supervisory-review instance in whole or in part and remit the matter for a fresh examination;...
(5) quash or alter the judicial decision issued by a court of first, second or supervisory-review instance and issue a new judicial decision, without remitting the matter for a fresh examination, if substantive legal provisions have been erroneously applied or interpreted."
B. Resolution of the Plenary Supreme Court
of the Russian Federation
16. Resolution No. 2 of the Plenary Supreme Court of the Russian Federation of 20 January 2003, "On certain issues arising in connection with adoption and coming into force of the Code of Civil Procedure of the Russian Federation", provided that
"22. ...The [one-year] time-limit for lodging an application for supervisory review of judicial decisions that became legally binding before 1 February 2003, shall run from 1 February 2003."
C. Case-law review of civil cases in the second quarter
of 2004 by the Supreme Court (Resolution of 6 October 2004)
17. In response to question No. 4 concerning calculation of the time-limit for lodging an application for supervisory review of judicial decisions that became legally binding before 1 February 2003, the Presidium of the Supreme Court clarified that the final date for lodging such an application should be 2 February 2004.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
and Article 1 of Protocol No. 1 on account of the quashing
of the Judgment
18. The Court will firstly examine the applicant"s complaint concerning the quashing of the judgment of 12 March 2002 by way of supervisory-review proceedings. The applicant complained that the act of quashing had violated his "right to a court" under Article 6 § 1 of the Convention and his right to the peaceful enjoyment of possessions under Article 1 of Protocol No. 1. The relevant parts of these provisions read as follows:
Article 6 § 1
"In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing within a reasonable time... by [a]... tribunal..."
Article 1 of Protocol No. 1
"Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law..."
A. Admissibility
19. The Court considers that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
1. Arguments by the parties
20. The Government submitted that the supervisory-review proceedings in the applicant"s case fully complied with the requirements set out in the Code of Civil Procedure of the Russian Federation. The application for supervisory review was lodged by a party to the proceedings within the prescribed time-limit, that is nine months after the beginning of the time-limit for lodging such applications against the judicial decisions which entered into force before 1 February 2003, as clarified by the Resolution No. 2 of the Plenary Supreme Court of the Russian Federation of 20 January 2003 "On certain issues arising in connection with adoption and coming into force of the Code of Civil Procedure of the Russian Federation". Furthermore, the ground for quashing of the judgment of 12 March 2002 was the breach of substantive provisions of the domestic law which led to unjustified increase of the applicant"s pension. There had therefore been no violation of the principle of legal certainty.
21. The applicant maintained his claims.
2. The Court"s assessment
(a) Article 6 of the Convention
22. The Court reiterates that the right to a fair hearing before a tribunal as guaranteed by Article 6 § 1 of the Convention must be interpreted in the light of the Preamble to the Convention, which declares, in its relevant part, the rule of law to be part of the common heritage of the Contracting States. One of the fundamental aspects of the rule of law is the principle of legal certainty, which requires, among other things, that where the courts have finally determined an issue, their ruling should not be called into question (see {Brumarescu} v. Romania, judgment of 28 October 1999, Reports of Judgments and Decisions 1999-VII, § 61).
23. This principle insists that no party is entitled to seek re-opening of the proceedings merely for the purpose of a rehearing and a fresh decision of the case. Higher courts" power to quash or alter binding and enforceable judicial decisions should be exercised for correction of fundamental defects. The mere possibility of two views on the subject is not a ground for re-examination. Departures from that principle are justified only when made necessary by circumstances of a substantial and compelling character (see, mutatis mutandis, Ryabykh v. Russia, No. 52854/99, § 52, ECHR 2003-X, and Pravednaya v. Russia, No. 69529/01, § 25, 18 November 2004).
24. The Court reiterates that Article 6 § 1 secures to everyone the right to have any claim relating to his civil rights and obligations brought before a court or tribunal. In this way it embodies the "right to a court", of which the right of access, that is the right to institute proceedings before courts in civil matters, constitutes one aspect. However, that right would be illusory if a Contracting State"s domestic legal system allowed a final and binding judicial decision to be quashed by a higher court on an application made by a State official whose power to lodge such an application is not subject to any time-limit, with the result that the judgments were liable to challenge indefinitely (see Ryabykh, cited above, §§ 54 - 56).
25. The Court has found a violation of an applicant"s "right to a court" guaranteed by Article 6 § 1 of the Convention in many cases in which a judicial decision that had become final and binding, was subsequently quashed by a higher court on an application by a State official whose power to intervene was not subject to any time-limit (see, among other authorities, Ryabykh, cited above, §§ 51 - 56; and more recently Volkova v. Russia, No. 48758/99, §§ 34 - 36, 5 April 2005; Roseltrans v. Russia, No. 60974/00, §§ 27 - 28, 21 July 2005; and Kutepov and Anikeyenko v. Russia, No. 68029/01, §§ 49 - 52, 25 October 2005).
26. In the present case the judgment of 12 March 2002 in the applicant"s favour was set aside by way of a supervisory review on the ground that the District Court had incorrectly applied the substantive law. The Court has to assess whether the power to conduct a supervisory review was exercised by the authorities so as to strike, to the maximum extent possible, a fair balance between the interests of the individual and the need to ensure the proper administration of justice (see, mutatis mutandis, Nikitin v. Russia, No. 50178/99, §§ 57 and 59, ECHR 2004-VIII).
27. The Government distinguished the present application from the above-mentioned cases on account of the fact that the supervisory-review procedure had been initiated by the Military Service Commission, that is a party to the case, rather than a State official. The Court, however, is not persuaded that this distinction is of crucial importance for its analysis.
28. The Court notes, firstly, a rather long period of time - about twenty months - that lapsed from the date the judgment in the applicant"s favour had become binding to the date the supervisory-review procedure was launched. It observes that the RSFSR Code of Civil Procedure set no time-limit for lodging an application for supervisory review thus permitting a final judgment to be challenged indefinitely (see Ryabykh, cited above). The supervisory-review proceedings in the present case were instituted under the new Code of Civil Procedure which limited the time-limit to one year (Article 376 § 2, cited in paragraph 15 above). However, the transitional provisions governing the entry into force of the new Code of Civil Procedure, as they were clarified by the Plenary Supreme Court of the Russian Federation, introduced the possibility for lodging an application for supervisory review of any judgment that had become legally binding before 1 February 2003 (see paragraphs 16 and 17 above). In the present case the Commission availed itself of this opportunity to challenge the judgment in the applicant"s favour that had become binding twenty months earlier.
29. The Court stresses that a binding and enforceable judgment should only be quashed in exceptional circumstances rather than for the sole purpose of obtaining a different decision in the case (see the case-law cited in paragraph 23 above). In the Russian legal system, the grounds for quashing or altering judgments by appeal courts largely overlap with those for quashing or altering judgments by way of supervisory review (compare Article 362 § 1 (4) and Article 387 of the Code of Civil Procedure). Thus, a situation where the binding judgment in the applicant"s favour was called into question could have been avoided, had the Commission lodged an ordinary appeal. It is noteworthy, however, that the Russian Codes of Civil Procedure, both that of RSFSR and that of the Russian Federation, permitted a party to apply for supervisory review even if it had not previously exhausted an ordinary appeal. In the present case the Commission failed to exercise its right to lodge an ordinary appeal and permitted the statutory ten-day time-limit to expire without challenging the judgment of 12 March 2002. The Government did not point to any exceptional circumstances that would have prevented the Commission from exposing its arguments to the District Court or making use of an ordinary appeal in good time.
30. Having regard to the above considerations, the Court finds that, by granting the Commission"s request to set aside the judgment of 12 March 2002, the Presidium of the Moscow City Court infringed the principle of legal certainty and the applicant"s "right to a court" under Article 6 § 1 of the Convention. There has accordingly been a violation of that Article.
(b) Article 1 of Protocol No. 1
31. The Court reiterates that the existence of a debt confirmed by a binding and enforceable judgment furnishes the judgment beneficiary with a "legitimate expectation" that the debt would be paid and constitutes the beneficiary"s "possessions" within the meaning of Article 1 of Protocol No. 1. Quashing of such a judgment amounts to an interference with his or her right to peaceful enjoyment of possessions (see, among other authorities, {Brumarescu}, cited above, § 74, and Androsov v. Russia, No. 63973/00, § 69, 6 October 2005).
32. The Government denied that there had been a violation of the applicant"s property rights since the domestic law did not give the applicant a "legitimate expectation" to receive an increased pension.
33. The Court observes that by virtue of the judgment of 12 March 2002 the applicant"s pension was considerably increased. The quashing of the enforceable judgment frustrated the applicant"s reliance on a binding judicial decision and deprived him of an opportunity to receive the money he had legitimately expected to receive. In these circumstances, the Court considers that the quashing of the judgment of 12 March 2002 by way of supervisory review placed an excessive burden on the applicant and was therefore incompatible with Article 1 of Protocol No. 1. There has therefore been a violation of that Article.
II. Other alleged violations of the Convention
34. The applicant complained under Article 13 of the Convention that he had no effective domestic remedy in respect of the decision of the Presidium of the Moscow City Court of 20 May 2004 to quash, on supervisory review, the final judgment of 12 March 2002.
35. The Court notes that Article 13 of the Convention does not, as such, guarantee the right to appellate remedies in respect of a decision taken by way of supervisory review, and the mere fact that the judgment of the highest judicial body is not subject to further judicial review does not infringe in itself the said provision (see Tregubenko v. Ukraine (dec.), No. 61333/00, 21 October 2003, and Sitkov v. Russia (dec.), No. 55531/00, 9 November 2004).
36. It follows that the applicant"s complaint under Article 13 of the Convention is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3 and must be rejected in accordance with Article 35 § 4 thereof.
37. The applicant complained under Article 6 § 1 of the Convention about various procedural defects of the hearing before the Presidium of the Moscow City Court.
38. The Court finds that, having concluded that there has been an infringement of the applicant"s "right to a court" by the very use of the supervisory review procedure, it is not necessary to consider whether the procedural guarantees of Article 6 of the Convention were available in those proceedings (see Ryabykh, cited above, § 59).
39. Finally, the applicant complained Article 14 of the Convention that the domestic court discriminated against him.
40. The Court notes that the applicant did not substantiate his complaint under this Convention provision.
41. It follows that this part of the application is manifestly ill-founded and must be rejected in accordance with Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
42. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
A. Damage
43. As regards the pecuniary damage, the applicant submitted that by virtue of the judgment of 12 March 2002 his pension was increased by 40% or 3,431 Russian roubles (RUR). Therefore, he claimed RUR 99,503.64 lost from August 2004 to January 2007 as a result of quashing of the above judgment by way of supervisory review. He further asked the Court to secure his right to receive the increased pension in the future or award him the lump sum of the 40% increase for 18 years ahead, which he determined in term of numbers at RUR 741,130.56. The applicant left the determination of the amount of the non-pecuniary damage to the discretion of the Court.
44. The Government considered that the finding of a violation would constitute adequate just satisfaction.
45. As regards the claim in respect of pecuniary damage, the Court recalls that in the instant case it found a violation of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1, in that the judgment in the applicant"s favour had been quashed in supervisory review. The applicant was thereby prevented from receiving the money he had legitimately expected to receive. There has been therefore a causal link between the violations found and the applicant"s claims for the pecuniary damage in so far as they relate to the period from August 2004 to January 2007. As regards the applicant"s claims in respect of his future pecuniary loss, the Court believes that these estimates rely on highly speculative assumptions that veil them in a great deal of uncertainty. Therefore, the Court considers it appropriate to award the applicant RUR 99,503.64 as compensation for pecuniary damages, plus any tax that may be chargeable on this amount.
46. The Court further considers that the applicant suffered distress and frustration because of the quashing by way of supervisory review of the final judgment in his favour. Making its assessment on an equitable basis, it awards him 2,000 euros in respect of non-pecuniary damage (see Chernitsyn v. Russia, No. 5964/02, § 40, 6 April 2006), plus any tax that may be chargeable on that amount.
B. Costs and expenses
47. The applicant claimed RUR 1,000 to cover his expenses for legal advice. The Government did not dispute that this cost had been actually incurred and reasonable as to quantum.
48. According to the Court"s case-law, an applicant is entitled to reimbursement of his costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. In the present case, the applicant submitted receipts supporting his claim. The sums indicated in the receipts do not appear excessive or unreasonable. Regard being had to the information in its possession, the Court considers it reasonable to award the applicant the sum requested, plus any tax that may be chargeable on that amount.
C. Default interest
49. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint concerning the quashing of the judgment in the applicant"s favour by way of supervisory review admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
3. Holds that there has been a violation of Article 1 of Protocol No. 1;
4. Holds
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts:
(i) RUR 99,503.64 (ninety-nine thousand five hundred and three Russian roubles sixty-four kopecks) in respect of pecuniary damage;
(ii) EUR 2,000 (two thousand euros) in respect of non-pecuniary damage, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of settlement;
(iii) RUR 1,000 (one thousand Russian roubles) in respect of costs and expenses;
(iv) any tax that may be chargeable on the above amounts;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points.
Done in English, and notified in writing on 14 June 2007, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Christos ROZAKIS
President
{Soren} NIELSEN
Registrar