(неофициальный перевод)
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ФЕДОРОВ (FEDOROV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба № 63997/00)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 26 февраля 2009 года)
По делу "Федоров против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Христоса Розакиса, Председателя Палаты,
Нины Ваич,
Анатолия Ковлера,
Элизабет Штейнер,
Ханлара Гаджиева,
Дина Шпильманна,
Сверре Эрика Йебенса, судей,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 5 февраля 2009 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 63997/00, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) Владимиром Александровичем Федоровым (далее - заявитель) 12 ноября 2000 г.
2. Интересы заявителя были представлены А.В. Кирьяновым, Е.В. Кирьяновой и К.Н. Луганцевым, адвокатами, практикующими в г. Таганроге. Власти Российской Федерации были представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. Заявитель, в частности, жаловался в соответствии с пунктом 1 и подпунктами "b" и "c" пункта 3 статьи 6 Конвенции на отмену в надзорном порядке вступившего в силу приговора по его уголовному делу, вынесенного Таганрогским городским судом 24 сентября 1999 г., и на нарушение его права на защиту в рамках названного дела.
4. Решением от 6 октября 2005 г. Европейский суд объявил жалобу частично приемлемой.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявитель родился в 1967 году и проживает в г. Таганроге Ростовской области.
6. 24 сентября 1999 г. Таганрогский городской суд признал заявителя и еще троих лиц виновными в краже сигарет из контейнера в морском порту, преступлении, предусмотренном пунктом "а" части 2 статьи 158 Уголовного кодекса. Заявитель был приговорен к двум с половиной годам лишения свободы условно с шестимесячным испытательным сроком. Стороны не обжаловали этот приговор, и он вступил в силу семь дней спустя.
7. В неуказанную дату прокурор Ростовской области принес протест в порядке надзора, поставив вопрос об отмене приговора на том основании, что судом первой инстанции были допущены существенные нарушения процессуального права.
8. 27 января 2000 г. президиум Ростовского областного суда пересмотрел дело в порядке надзора. Прокурор присутствовал на заседании, заявитель и его адвокат отсутствовали. Президиум отменил приговор от 24 сентября 1999 г. в части, касающейся заявителя, на том основании, что суд первой инстанции неправильно исследовал и оценил доказательства, и что его выводы не соответствовали доказательствам. Эти основания, по мнению президиума, оправдывали отмену приговора в соответствии со статьей 379 Уголовно-процессуального кодекса. Дело было возвращено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.
9. 14 февраля 2000 г. Конституционный Суд рассмотрел другое дело о проверке статьи 377 Уголовно-процессуального кодекса (см. ниже) и нашел, что это положение не соответствует Конституции, поскольку оно допускало пересмотр уголовного дела в порядке надзора в ущерб оправданному или осужденному.
10. Заявитель утверждал, что ни он, ни его адвокат не были извещены о заседании 27 января 2000 г. и об отмене приговора. Он узнал об этом событии 13 сентября 2000 г., когда был вызван Таганрогским городским судом для нового рассмотрения его дела. В связи с этим впоследствии, в неустановленную дату, заявитель просил Верховный суд отменить в порядке надзора Постановление от 27 января 2000 г. с учетом Постановления Конституционного Суда от 14 февраля 2000 г. В июне 2001 г. заместитель Председателя Верховного суда сообщил заявителю, что его требование было отклонено на том основании, что решение по делу заявителя принято до принятия постановления Конституционного Суда.
11. Заявитель обратился в Конституционный Суд с просьбой о распространении Постановления от 14 февраля 2000 г. на его дело. 21 декабря 2001 г. Конституционный Суд отказал в принятии к рассмотрению жалобы заявителя, поскольку она затрагивала тот же вопрос, который был рассмотрен 14 февраля 2000 г. Он указал, что Постановление от 14 февраля 2000 г. распространяется на всех лиц, дела которых были пересмотрены на основании статьи 377 Уголовно-процессуального кодекса, следовательно, Постановление от 27 января 2000 г. могло быть изменено в рамках обычной процедуры.
12. Тем временем 27 декабря 2000 г. Таганрогский городской суд в составе одного профессионального судьи и двух народных заседателей провел новое рассмотрение уголовного дела в отношении заявителя. Он был признан виновным в краже в соответствии с пунктами "а" и "в" части 2 статьи 158 Уголовного кодекса и приговорен к двум годам и шести месяцам лишения свободы условно с шестимесячным испытательным сроком. Со ссылкой на Постановление об амнистии от 26 мая 2000 г. суд указал, что заявитель в любом случае освобождается от наказания. Приговор не был обжалован сторонами и вступил в силу семь дней спустя.
13. 5 ноября 2003 г. прокурор Ростовской области подал надзорное представление, поставив перед президиумом Ростовского областного суда вопрос об изменении приговора от 27 декабря 2000 г. с переквалификацией действий заявителя в соответствии с пунктом "а" части 2 статьи 158 Уголовного кодекса и смягчением наказания до полутора лет лишения свободы условно. Власти Российской Федерации утверждали, что заявителя известили о надзорном представлении и о дате заседания, которое было назначено на 27 ноября 2003 г.
14. 27 ноября 2003 г. президиум Ростовского областного суда удовлетворил прокурорское представление и изменил приговор от 27 декабря 2000 г. Суд освободил заявителя от отбытия наказания согласно действующему Постановлению об амнистии от 26 мая 2000 г.
II. Применимое национальное законодательство
A. Уголовный кодекс
Статья 158
"...2. Кража, совершенная:
а) группой лиц по предварительному сговору;
б) с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище;
в) с причинением значительного ущерба гражданину;...
наказывается штрафом... либо обязательными работами... либо исправительными работами... либо лишением свободы на срок до пяти лет".
B. Уголовно-процессуальный кодекс
15. Глава 30 раздела VI Уголовно-процессуального кодекса 1960 г. (Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР), действовавшего в период, относящийся к обстоятельствам дела, предоставляла определенным должностным лицам право принесения протеста на приговор, вступивший в силу, и предусматривала возможность пересмотра дела в связи с нарушением норм материального и процессуального права. Пересмотр в порядке надзора (статьи 371 - 383 Кодекса) отличается от возобновления рассмотрения дела по вновь открывшимся обстоятельствам (статьи 384 - 390). Однако к обеим процедурам применяются одинаковые правила (статья 388).
1. Срок вступления приговора в силу
16. Согласно статье 356 Уголовно-процессуального кодекса 1960 года приговор вступает в законную силу и подлежит исполнению по истечении срока на кассационное обжалование и опротестование, если он не был обжалован или опротестован.
2. Основания для пересмотра дела
17. Соответствующие положения Уголовно-процессуального кодекса устанавливают:
Статья 379. Основания к отмене или изменению вступивших в законную силу приговора, определения и постановления суда
"Основаниями к отмене или изменению приговора [в порядке надзора] являются обстоятельства, [признаваемые основаниями для отмены не вступивших в силу приговоров суда в кассационном порядке]".
Статья 342. Основания к отмене или изменению приговора [при рассмотрении дела в кассационном порядке]
"Основаниями к отмене или изменению приговора при рассмотрении дела в кассационном порядке являются:
1) односторонность или неполнота дознания, предварительного или судебного следствия;
2) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела;
3) существенное нарушение уголовно-процессуального закона;
4) неправильное применение [уголовного] закона;
5) несоответствие назначенного судом наказания тяжести преступления и личности осужденного".
3. Уполномоченные должностные лица
18. Статья 371 предусматривала, что правом принесения протеста в порядке надзора наделены председатель и заместитель председателя Верховного суда Российской Федерации, генеральный прокурор и его заместители в отношении любого акта, кроме постановлений Президиума Верховного суда, и председатели региональных судов в отношении любого акта регионального или нижестоящего суда. Сторона уголовного или гражданского разбирательства вправе ходатайствовать перед этими должностными лицами о пересмотре решения<*>.
--------------------------------
<*>Данное положение не содержится в тексте статьи и является результатом собственного анализа Палатой российского законодательства (прим. переводчика).
4. Срок давности
19. Статья 373 устанавливала годичный срок, в течение которого мог быть принесен протест в порядке надзора на оправдательный приговор<*>. Течение этого срока начиналось в день, когда оправдательный приговор вступил в законную силу.
--------------------------------
<*>Буквально "пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора, определения и постановления суда в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении, за мягкостью наказания или по иным основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного..." (прим. переводчика).
5. Последствия пересмотра в порядке надзора
20. Статьи 374, 378 и 380 Уголовно-процессуального кодекса устанавливали, что протесты в порядке надзора рассматривает орган (президиум) компетентного суда<*>. Суд может рассмотреть дело по существу и не связан доводами и основаниями протеста и обязан проверить дело в полном объеме.
--------------------------------
<*>Не обязательно президиум (прим. переводчика).
21. Президиум мог отклонить или удовлетворить протест. Если протест отклонен, то более ранний акт оставался в силе. Если протест удовлетворялся, то президиум мог отменить акт и прекратить уголовное дело, направить дело на новое расследование или новое рассмотрение суда любой инстанции, оставить без изменений отмененный при пересмотре акт первой инстанции или изменить или оставить без изменений любой из более ранних актов.
22. Части 2 и 3 статьи 380 предусматривали, что президиум при рассмотрении дела в порядке надзора может смягчить назначенное осужденному наказание или применить закон о менее тяжком преступлении. Признав неправильным оправдание подсудимого или прекращение дела в суде первой, апелляционной или кассационной инстанций, равно как назначение осужденному наказания, по своей мягкости не соответствующего содеянному, суд надзорной инстанции был вправе отменить приговор и направить дело для нового рассмотрения.
23. В соответствии со статьей 377 Кодекса прокурор мог принимать участие в заседании суда надзорной инстанции. Осужденный и его защитник могли быть приглашены на заседание суда, рассматривающего дело в порядке надзора, если суд признавал это необходимым. Приглашаемым на заседание лицам обеспечивалась возможность ознакомления с протестом, и они могли дать на заседании устные объяснения.
C. Прецедентная практика Конституционного Суда
24. В Постановлении № 2-П от 14 февраля 2000 г. Конституционный Суд признал статью 377 УПК не соответствующей российской Конституции в той мере, в какой она допускала ухудшение положения осужденного или оправданного при пересмотре дела в порядке надзора. Суд признал, что такое лицо и его или ее защитник должны быть ознакомлены с протестом, они должны быть уведомлены о дате и месте разбирательства, и им должна быть обеспечена возможность довести до суда свою позицию по имеющим к нему отношение доводам протеста.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции
25. Заявитель жаловался в соответствии с пунктом 1 и подпунктами "b" и "c" пункта 3 статьи 6 Конвенции на отмену вступившего в силу приговора от 24 сентября 1999 г., а также на то, что он не был уведомлен президиумом Ростовского областного суда о протесте в порядке надзора и о назначении рассмотрения дела на 27 января 2000 г. Статья 6 Конвенции в соответствующей части предусматривает следующее:
"1. Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом, созданным на основании закона...
3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:...
b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты;
c) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника...".
A. Доводы сторон
26. Власти Российской Федерации указали, что согласно Постановлению Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации" полномочия высших судов по пересмотру дел должны сводиться к устранению судебных ошибок (см. Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia), жалоба № 52854/99, § 52, ECHR 2003-IX). Отмена приговора в случае заявителя была оправданной в связи с существенными обстоятельствами, предусмотренными статьей 342 Уголовно-процессуального кодекса. Что касается жалобы заявителя на заочное рассмотрение протеста в порядке надзора по его делу, власти Российской Федерации заявили, что часть 3 статьи 377 Уголовно-процессуального кодекса устанавливает, что осужденные и их адвокаты могут быть вызваны на разбирательство дела в порядке надзора, только если суд посчитает это необходимым. Поэтому присутствие сторон на заседании Ростовского областного суда не было обязательным. Власти Российской Федерации подчеркнули, что Постановление Конституционного Суда от 14 февраля 2000 г., которое признало часть 3 статьи 377 Уголовно-процессуального кодекса не соответствующей Конституции, было принято 27 января 2000 г., то есть уже после пересмотра судом надзорной инстанции дела заявителя. В ходе новых судебных разбирательств в порядке надзора заявителя уведомили о заседании 27 ноября 2003 г., и ему была вручена копия определения о возбуждении судебного производства. Власти Российской Федерации заключили, что жалобы должны быть отклонены как явно необоснованные.
27. Заявитель поддержал свои жалобы. Он утверждал, что отмена вступившего в силу приговора от 24 сентября 1999 г. нарушила принцип правовой определенности, так как он был повторно предан суду и претерпел беспокойство по поводу своей судьбы. Кроме того, отмена приговора была необоснованна. Заявитель подчеркивал, что, если бы не отмена приговора от 24 сентября 1999 г., его первоначальная судимость была бы погашена по истечении шестимесячного испытательного срока 1 апреля 2000 г., и он сохранил бы право на применение амнистии, которое возможно только раз в жизни. Заявитель также жаловался, что президиум Ростовского областного суда не уведомил о протесте в порядке надзора или заседании 27 января 2000 г. ни его, ни его защитника.
B. Мнение Европейского суда
28. Европейский суд, прежде всего, отмечает, что требования пункта 3 статьи 6 Конвенции должны рассматриваться как особые аспекты права на справедливое судебное разбирательство, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции и, следовательно, доводы заявителя с точки зрения пунктов 1 и 3 статьи 6 Конвенции должны быть рассмотрены одновременно (см. Постановление Европейского суда от 17 декабря 1996 г. по делу "Ваше против Франции" (Vacher v. France), § 22, Reports of Judgments and Decisions 1996-VI).
29. Европейский суд ранее рассматривал дела по жалобам на нарушение Конвенции в связи с отменой вступившего в силу приговора суда (см. Постановление Европейского суда по делу "Никитин против Российской Федерации" (Nikitin v. Russia), жалоба № 50178/99, ECHR 2004-VIII; Решение Европейского суда от 9 марта 2006 г. по делу "Братякин против Российской Федерации" (Bratyakin v. Russia), жалоба № 72776/01; Постановление Европейского суда от 27 июля 2006 г. по делу "Фадин против Российской Федерации" (Fadin v. Russia), жалоба № 58079/00, § 30 - 37; и Постановление Европейского суда от 24 мая 2007 г. по делу "Радчиков протии Российской Федерации" (Radchikov v. Russia), жалоба № 65582/01, § 54 - 55). Он напоминает, что простая возможность повторного рассмотрения уголовного дела на первый взгляд совместима с Конвенцией, включая гарантии статьи 6 Конвенции. Однако фактический способ использования этой возможности не должен умалять самую сущность справедливого судебного разбирательства. Другими словами, право возобновления уголовного преследования должно осуществляться властями с установлением максимально достижимого справедливого равновесия между интересами лица и необходимостью обеспечения эффективности системы криминальной юстиции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Никитин против Российской Федерации", § 54 - 61). В специфическом контексте надзорной процедуры Конвенция требует, чтобы власти уважали обязательную природу Окончательного судебного решения и допускали возобновление производства по уголовному делу только при наличии веских законных оснований, перевешивающих принцип правовой определенности (см. упоминавшееся выше Решение Европейского суда по делу "Братякин против Российской Федерации").
30. Европейский суд отмечает, что президиум Ростовского областного суда удовлетворил протест в порядке надзора и отменил приговор от 24 сентября 1999 г. в связи с неправильной оценкой доказательств и несоответствием выводов суда обстоятельствам дела. Из этого следует, что основанием для нового рассмотрения являлись не новые факты и не серьезные процессуальные ошибки, а, скорее, несогласие с оценкой, данной нижестоящим судом.
31. Европейский суд также отмечает, что прокурор принес протест в порядке надзора, ранее не использовав возможности подачи кассационного протеста, который согласно национальному законодательству мог быть подан по тем же основаниям, что и протест в порядке надзора (см. § 17 настоящего Постановления). Европейский суд уже отмечал, что такой порядок сам по себе способствует<*>защите правовой определенности, так как может в определенных случаях приводить к ситуации, когда суд надзорной инстанции не учитывает последствия своего решения для принципа правовой определенности, рассматривая доводы прокурора, как если бы речь шла о процедуре кассационного обжалования, и возобновив окончательно завершенное производство по делу по неясно сформулированным и незначительным основаниям (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Радчиков против Российской Федерации", § 48 - 49).
--------------------------------
<*>В § 49 Постановления по делу "Радчиков протии Российской Федерации", ссылку на которое содержит данный абзац, то же предложение изложено с добавлением слова "мало": "такой порядок сам по себе мало способствует защите правовой определенности...". При пересказе оригинального предложения слово "мало", по-видимому, выпало, что придало данному абзацу противоположный смысл (прим. переводчика).
32. Соответственно Европейский суд находит, что отмена приговора Таганрогского городского суда от 24 сентября 1999 г. не была направлена на устранение существенной судебной ошибки, а использовалась с одной лишь целью повторного рассмотрения дела и вынесения по нему нового решения. Поэтому Европейский суд полагает, что государственные власти не установили справедливое равновесие между интересами заявителя и необходимостью обеспечения эффективности системы криминальной юстиции.
33. В дополнение к этому Европейский суд отмечает, что заявитель не был уведомлен о протесте, не располагал возможностью представить возражения по поводу возобновления разбирательства и, в отличие от обвинителя, не мог участвовать в рассмотрении дела президиумом.
34. Учитывая вышеизложенное, Европейский суд заключил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
35. Статья 41 Конвенции предусматривает:
"Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Ущерб
36. Заявитель просил Европейский суд присудить ему в качестве компенсации морального вреда 5000 евро.
37. Власти Российской Федерации полагали, что установление факта нарушения Европейским судом являлось бы достаточной справедливой компенсацией в настоящем деле.
38. Европейский суд считает, что заявителю был причинен моральный вред, достаточной компенсацией которого не может быть признано установление факта нарушения Конвенции. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, Европейский суд присуждает заявителю 1000 евро, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную сумму.
B. Судебные расходы и издержки
39. Заявитель также требовал 1600 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных перед Европейским судом, которые включали стоимость услуг переводчика и адвокатов. Он предъявил копии соответствующих договоров и платежных квитанций.
40. Власти Российской Федерации оспорили требования на том основании, что эти расходы не являлись необходимыми, в особенности не было оправданным представление интересов заявителя тремя адвокатами; кроме того, заявитель не представил доверенность на Э.В. Кирьянову и К.Н. Луганцева.
41. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в части, в которой они были действительно понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру. Европейский суд, учитывая документы, представленные заявителем, отмечает, что гонорары были действительно перечислены трем адвокатам. Однако с учетом того, что общая сумма не превышает ту, которая представляется разумной при данных обстоятельствах, он не находит, что порядок распределения обязанностей между несколькими адвокатами препятствует Европейскому суду присудить компенсацию. Европейский суд соответственно присуждает 1600 евро для покрытия судебных расходов и издержек, понесенных перед Европейским судом, а также любой налог, подлежащий начислению на указанную сумму.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
42. Европейский суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции;
2) постановил:
a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 1000 евро (одну тысячу евро) в качестве компенсации морального вреда и 1600 евро (одну тысячу шестьсот евро) в качестве компенсации судебных расходов и издержек, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любой налог, обязанность уплаты которого может быть возложена на заявителя;
b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
3) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 26 февраля 2009 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Председатель Палаты Суда
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIRST SECTION
CASE OF FEDOROV v. RUSSIA
(Application No. 63997/00)
JUDGMENT<*>
(Strasbourg, 26.II.2009)
--------------------------------
<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Fedorov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Christos Rozakis, President,
Nina {Vajic}<*>,
--------------------------------
<*>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
Anatoly Kovler,
Elisabeth Steiner,
Khanlar Hajiyev,
Dean Spielmann,
Sverre Erik Jebens, judges,
and {Soren} Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 5 February 2009,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 63997/00) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Russian national, Mr Vladimir Aleksandrovich Fedorov ("the applicant"), on 12 November 2000.
2. The applicant was represented by Mr A.V. Kiryanov, Mrs E.V. Kiryanova and Mr K.N. Lugantsev, lawyers practising in Taganrog. The Russian Government ("the Government") were represented by Mr P. Laptev, former Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. The applicant complained, in particular, under Article 6 §§ 1 and 3 (b) and (c) of the Convention about the quashing in supervisory review proceedings of the final judgment in his criminal case held by the Taganrog Town Court on 24 September 1999 and about a violation of his right to defend himself in those proceedings.
4. By a decision of 6 October 2005, the Court declared the application partly admissible.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
5. The applicant was born in 1967 and lives in Taganrog, Rostov Region.
6. On 24 September 1999 the Taganrog Town Court convicted the applicant and three other persons of theft of cigarettes from a container in a sea port, an offence provided for by Article 158 § 2 (a) of the Criminal Code. The applicant was sentenced to two years" imprisonment, and released conditionally with six months" parole. The parties did not appeal and the judgment became final seven days later.
7. On an unspecified date the prosecutor of the Rostov Region lodged an application for supervisory review, seeking to have the judgment quashed on the ground that there had been substantial violations of the procedural law by the trial court.
8. On 27 January 2000 the Presidium of the Rostov Regional Court conducted supervisory review proceedings. The prosecutor, but not the applicant or his counsel, was present at the hearing. The Presidium quashed the judgment of 24 September 1999 in the part concerning the applicant on grounds that the trial court had failed to examine and assess the evidence correctly and that its findings were inconsistent with the evidence. These considerations, in the Presidium"s view, justified the quashing of the judgment under Article 379 of the Code of Criminal Procedure. The case was remitted for fresh examination by the first-instance court.
9. On 14 February 2000 the Constitutional Court examined another case challenging Article 377 of the Code of Criminal Procedure (see below) and found that provision incompatible with the Constitution in so far as it allowed a supervisory review in a criminal case to the detriment of the acquitted or convicted person.
10. According to the applicant, neither he nor his counsel was informed of the hearing held on 27 January 2000 or of the quashing. He learned about these developments in the case on 13 September 2000, when summoned by the Taganrog Town Court for the fresh examination of his case. Thus, subsequently on an unspecified date the applicant requested the Supreme Court to reverse, by way of supervisory review, the decision of 27 January 2000 in the light of the Constitutional Court"s ruling of 14 February 2000. In June 2001 the Deputy President of the Supreme Court informed the applicant that his request was dismissed on the ground that the decision in the applicant"s case had been adopted before the Constitutional Court"s ruling.
11. The applicant applied to the Constitutional Court requesting that the ruling of 14 February 2000 be extended to his case. On 21 December 2001 the Constitutional Court refused to examine the applicant"s complaint as its subject matter was identical to that of the case examined on 14 February 2000. It held that the ruling of 14 February 2000 applied to all persons whose cases had been reopened on the basis of Article 377 of the Code of Criminal Procedure, hence the decision of 27 January 2000 could still be reversed in ordinary proceedings.
12. In the meantime, on 27 December 2000 the Taganrog Town Court, composed of one professional and two lay judges, conducted a fresh examination of the criminal case against the applicant. He was found guilty of theft and convicted under Article 158 § 2 (а) and (c) of the Criminal Code, and given a conditional sentence of two years and six months" imprisonment with six months" parole. With reference to the Amnesty Act of 26 May 2000 the court ordered that the applicant in any event be relieved from serving his sentence. The parties did not appeal and the judgment became final seven days later.
13. On 5 November 2003 the prosecutor of the Rostov Region lodged an application for supervisory review, requesting the Presidium of the Rostov Regional Court to amend the judgment of 27 December 2000 by reclassifying the applicant"s actions under Article 158 § 2 (a) of the Criminal Code, and to reduce the sentence to a year and a half of conditional imprisonment. According to the Government, the applicant was informed of the application for supervisory review and of the hearing which was scheduled for 27 November 2003.
14. On 27 November 2003 the Presidium of the Rostov Regional Court granted the prosecutor"s application and amended the judgment of 27 December 2000 accordingly. The court ordered that the applicant be relieved from serving the sentence due to the Amnesty Act of 26 May 2000 remained in force.
II. Relevant domestic law
A. Criminal Code
Article 158
...
2. Theft committed
(a) by a group of persons acting in conspiracy;
(b) with unlawful entry of premises or other storage;
(c) with causing substantial damage to an individual;
...
is punishable by a fine..., or community works..., or correctional works..., or imprisonment of up to five years.
B. Code of Criminal Procedure
15. Section VI, Chapter 30, of the 1960 Code of Criminal Procedure (Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР), as in force at the material time, allowed certain officials to challenge a judgment which had become effective and to have the case reviewed on points of law and procedure. The supervisory review procedure (Articles 371 - 83 of the Code) is distinct from proceedings in which a case is reviewed in the light of newly established facts (Articles 384 - 90). However, similar rules apply to both procedures (Article 388).
1. Date on which a judgment becomes effective
16. Under the terms of Article 356 of the Code of Criminal Procedure, a judgment takes effect and is enforceable from the date on which the appeal court renders its decision or, if no appeal has been lodged, once the time-limit for appeal has expired.
2. Grounds for supervisory review
17. Relevant provisions of the Code of Criminal Procedure read as follows:
Article 379
Grounds for setting aside judgments which have become effective
"The grounds for quashing or varying a judgment [on supervisory review] are the same as [those for setting aside judgments (which have not taken effect) on appeal]..."
Article 342
Grounds for quashing or varying judgments [on appeal]
"The grounds for quashing or varying a judgment on appeal are as follows:
(i) prejudicial or incomplete investigation or pre-trial or court examination;
(ii) inconsistency between the facts of the case and the conclusions reached by the court;
(iii) a grave violation of procedural law;
(iv) misapplication of [substantive] law;
(v) discrepancy between the sentence and the seriousness of the offence or the convicted person"s personality."
3. Authorised officials
18. Article 371 of the Code of Criminal Procedure provided that the power to lodge a request for a supervisory review could be exercised by the Prosecutor-General, the President of the Supreme Court of the Russian Federation or their respective deputies in relation to any judgment other than those of the Presidium of the Supreme Court, and by the presidents of the regional courts in respect of any judgment of a regional or subordinate court. A party to criminal or civil proceedings could solicit the intervention of those officials for a review.
4. Limitation period
19. Article 373 of the Code of Criminal Procedure set a limitation period of one year during which a request calling for the supervisory review of an acquittal could be brought by an authorised official. The period ran from the date on which the acquittal took effect.
5. The effect of a supervisory review
20. Under Articles 374, 378 and 380 of the Code of Criminal Procedure, a request for supervisory review was to be considered by the judicial board (the Presidium) of the appropriate court. The court could examine the case on the merits, was not bound by the scope and grounds of the request for supervisory review and was obliged to conduct a full review of the evidence.
21. The Presidium could dismiss or grant the request. If the request was dismissed, the earlier judgment remained operative. If it granted the request, the Presidium could decide to quash the judgment and terminate the criminal proceedings, remit the case for a new investigation, order reconsideration by a court at any instance, uphold a first-instance judgment reversed on appeal, or vary or uphold any of the earlier judgments.
22. Article 380 §§ 2 and 3 provided that the Presidium could, in the same proceedings, reduce a sentence or amend the legal classification of a conviction or sentence to the defendant"s advantage. If it found a sentence or legal classification to be too lenient, it was obliged to remit the case for reconsideration.
23. Under Article 377 of the Code the public prosecutor took part in a hearing of a supervisory review. A convicted person and his or her counsel could be summoned if a supervisory review court found it necessary. If summoned, they were to be given an opportunity to examine the application for supervisory review and to make oral submissions at the hearing.
C. Case-law of the Constitutional Court
24. In Ruling No. 2-P of 14 February 2000, the Constitutional Court declared Article 377 incompatible with the Russian Constitution to the extent that it had permitted the supervisory review hearing to decide on an application for supervisory review which was to the detriment of the convicted or acquitted person. The Court held that such a person and his or her counsel should be able to study the application, they should be notified of the date and place of the hearing and given an opportunity to present their position on the arguments in the application.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 of the Convention
25. The applicant complained under Article 6 §§ 1 and 3 (b) and (c) of the Convention about the quashing of the final judgment of 24 September 1999 in his criminal case and the failure of the Presidium of the Rostov Regional Court to notify him of the application for supervisory review of his case and of the hearing on 27 January 2000. Article 6, in so far as relevant, reads:
"1. In the determination of... any criminal charge against him, everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal established by law. ...
3. Everyone charged with a criminal offence has the following minimum rights:...
(b) to have adequate time and facilities for the preparation of his defence;
(c) to defend himself in person or through legal assistance of his own choosing..."
A. The parties" submissions
26. The Government pointed out that according to the Court"s judgment in the case of Ryabykh higher courts" power of review should be exercised to correct judicial errors and miscarriages of justice (see Ryabykh v. Russia, No. 52854/99, § 52, ECHR 2003-IX). The quashing of the judgment in the applicant"s case was justified by substantial circumstances provided for by Article 342 of the Code of Criminal Procedure. As regards the applicant"s complaint about the supervisory review hearing in absentia, the Government stated that Article 377 § 3 of the Code of Criminal Procedure provided that convicted persons and their counsels could be summoned to a supervisory review court"s hearing only where necessary. Therefore, the parties" presence at the hearing before the Rostov Regional Court was not compulsory. The Government underlined that the decision of the Constitutional Court of 14 February 2000, which declared Article 377 § 3 of the Code of Criminal Procedure incompatible with the Constitution, was adopted after the supervisory review court"s decision of 27 January 2000 in the applicant"s case. In the course of new supervisory review proceedings the applicant was informed of the hearing on 27 November 2003 and served with a copy of a decision to initiate the proceedings. The Government concluded that the complaints should be rejected as manifestly ill-founded.
27. The applicant maintained his complaints. He submitted that the quashing of the final judgment of 24 September 1999 violated the principle of legal certainty because he was committed to trial again and had to endure anxiety about his fate. Furthermore, the quashing of the judgment was groundless. The applicant emphasised that had it not been for the quashing of the judgment of 24 September 1999, his original conviction would have been annulled on the expiration of the six-month probation period on 1 April 2000 and he would have retained his right to benefit from an application of the amnesty act, as is possible once during a lifetime. The applicant also complained that the Presidium of the Rostov Regional Court did not inform him or his counsel about the application for supervisory review or the hearing of 27 January 2000.
B. The Court"s assessment
28. The Court notes at the outset that the requirements of Article 6 § 3 are to be seen as particular aspects of the right to a fair trial guaranteed by Article 6 § 1, and therefore the applicant"s complaints under Article 6 §§ 1 and 3 should be examined together (see Vacher v. France, 17 December 1996, § 22, Reports of Judgments and Decisions 1996-VI).
29. The Court has previously examined cases raising complaints under the Convention in relation to the quashing of a final judicial decision (see Nikitin v. Russia, No. 50178/99, ECHR 2004-VIII; Bratyakin v. Russia (dec.), No. 72776/01, 9 March 2006; Fadin, No. 58079/00, §§ 30 - 37, 27 July 2006; and Radchikov v. Russia, No. 65582/01, §§ 54 - 55, 24 May 2007). It reiterates that the mere possibility of reopening a criminal case is prima facie compatible with the Convention, including the guarantees of Article 6. However, the actual manner in which it is used must not impair the very essence of a fair trial. In other words, the power to reopen criminal proceedings must be exercised by the authorities so as to strike, to the maximum extent possible, a fair balance between the interests of the individual and the need to ensure the effectiveness of the system of criminal justice (see Nikitin, cited above, §§ 54 - 61). In the specific context of supervisory review, the Convention requires that the authorities respect the binding nature of a final judicial decision and allow the resumption of criminal proceedings only if serious legitimate considerations outweigh the principle of legal certainty (see Bratyakin, cited above).
30. The Court notes that the Presidium of the Rostov Regional Court granted the prosecutor"s application for supervisory review and quashed the judgment of 24 September 1999 on the grounds of the wrong assessment of evidence and disagreement with the court"s conclusions on the merits of the case. It follows that the grounds for reopening the proceedings were based neither on new facts nor on serious procedural defects, but rather on disagreement with the assessment given by the lower instance.
31. The Court also notes that the prosecutor brought the request for supervisory review having previously dispensed with an ordinary cassation appeal that could be lodged on grounds identical to those for an appeal under the domestic law (see paragraph 17 above). The Court has already found such an arrangement in itself to be conducive to the protection of legal certainty, as it may in certain cases lead to a situation where the supervisory review court fails to consider the implications of its decision for legal certainty by dealing with the prosecutor"s arguments as if in ordinary appeal proceedings and reopening finalised proceedings on vaguely formulated and evanescent grounds (see Radchikov, cited above, §§ 48 - 49).
32. Accordingly the Court finds that the quashing of the Taganrog Town Court"s judgment of 24 September 1999 was not intended to correct a fundamental judicial error or a miscarriage of justice but was used merely for the purpose of obtaining a rehearing and a fresh determination of the case. Therefore, the Court considers that the State authorities failed to strike a fair balance between the interests of the applicant and the need to ensure the effectiveness of the criminal justice system.
33. In addition to that the Court notes that the applicant had not been apprised of the application for supervisory review, was not given a chance to lodge objections to having the case reopened and could not participate in the Presidium"s hearing, unlike the prosecutor.
34. In view of the above considerations, the Court concludes that there has been a violation of Article 6 of the Convention.
II. Application of Article 41 of the Convention
35. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
A. Damage
36. The applicant requested the Court to make an award of 5,000 euros (EUR) for non-pecuniary damage.
37. The Government considered that any finding of a violation by the Court would constitute sufficient just satisfaction in the present case.
38. The Court considers that the applicant suffered non-pecuniary damage, which would not be adequately compensated by the finding of a violation alone. Making its assessment on an equitable basis, it awards the applicant EUR 1,000, plus any tax that may be chargeable to the applicant on that amount.
B. Costs and expenses
39. The applicant also claimed EUR 1,600 for the costs and expenses incurred before the Court, which included the translator"s and the lawyers" fees. He provided the copies of relevant contracts and payment receipts.
40. The Government contested the claims on the grounds that these expenses were not necessary, in particular that the applicant"s representation by three counsel had not been justified; moreover the applicant had not provided the power of attorney in respect of Mrs E.V. Kiryanova and Mr K.N. Lugantsev.
41. According to the Court"s case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and are reasonable as to quantum. The Court, having regard to the certificates provided by the applicant, notes that the legal fees have indeed been paid to the three lawyers. However, given that the overall amount did not exceed what would appear reasonable in the circumstances it does not consider that the arrangement by which the work was shared between several lawyers should by itself prevent the Court from making the award. The Court accordingly awards the sum of EUR 1,600 covering costs and expenses for the proceedings before the Court, plus any tax that may be chargeable to the applicant on that amount.
C. Default interest
42. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Holds that there has been a violation of Article 6 of the Convention;
2. Holds
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 1,000 (one thousand euros) in respect of non-pecuniary damage and EUR 1,600 (one thousand six hundred euros) in respect of costs and expenses, to be converted into the national currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement, plus any tax that may be chargeable to the applicant;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
3. Dismisses the remainder of the applicant"s claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 26 February 2009, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Christos ROZAKIS
President
{Soren} NIELSEN
Registrar