[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
БОЛЬШАЯ ПАЛАТА
ДЕЛО "V. ПРОТИВ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА"
(Жалоба N 24888/94)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 16 декабря 1999 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу "V. против Соединенного Королевства" Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 27 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод с изменениями, внесенными Протоколом № 11 к Конвенции*и соответствующими положениями Регламента Суда*, заседая Большой палатой в составе:
____________________________
*Примечание Секретаря-Канцлера. Протокол № 11 к Конвенции и Регламент Суда вступили в силу 1 ноября 1998 г.
Л. Вильдхабера, Председателя Палаты,
Э. Пальм,
Х.Л. Розакиса,
А. Пастора Ридруехо,
Г. Ресса,
Е. Макарчика,
П. Куриса,
Р. Тюрмена,
Ж.-П. Коста,
Ф. Тюлькенс,
К. Бырсана,
П. Лоренсена,
М. Фишбаха,
В. Буткевича,
Й. Касадеваля,
А.Б. Бака, судей,
лорда Рида, судьи ad hoc,
а также при участии П.Дж. Махони, заместителя Секретаря-Канцлера Суда,
заседая 15 сентября и 24 ноября 1999 г. за закрытыми дверями,
вынес на последнем заседании следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было передано в Европейский суд властями Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии (далее - власти Соединенного Королевства) 4 марта 1999 г. и Европейской комиссией по правам человека (далее - Европейская комиссия) 6 марта 1999 г. в течение трехмесячного срока, установленного бывшим пунктом 1 статьи 32 и бывшей статьей 47 Конвенции. Дело было инициировано жалобой (N 24888/94), поданной 20 мая 1994 г. в Европейскую комиссию по правам человека против Соединенного Королевства подданным Соединенного Королевства V. в соответствии с бывшей статьей 25 Конвенции. Заявитель просил Европейский суд не раскрывать его имя.
Целью обращения властей Соединенного Королевства и запроса Европейской комиссии было получение решения относительно того, выявляют ли обстоятельства данного дела нарушение властями государства-ответчика своих обязательств в соответствии со статьями 3, 5, 6 и 14 Конвенции.
2. В соответствии с пунктом 4 статьи 5 Протокола № 11 к Конвенции, взятым в совокупности с пунктом 1 правила 100 и пунктом 6 правила 24 Регламента Суда, 31 марта 1999 г. коллегия Большой палаты приняла решение о том, что дело должно рассматриваться Большой палатой Европейского суда. Большая палата включила в себя ex officio сэра Николаса Братца, судью, избранного от Соединенного Королевства (пункт 2 статьи 27 Конвенции и пункт 4 правила 24 Регламента Суда), Л. Вильдхабера, Председателя Суда, Э. Пальм и Х.Л. Розакиса, заместителей Председателя Суда, Г. Ресса, Ж.-П. Коста и М. Фишбаха, заместителей Председателей Секций Суда (пункт 3 статьи 27 Конвенции и пункт 3 и подпункт "a" пункта 5 правила 24 Регламента Суда). Другими судьями Большой палаты стали А. Пастор Ридруехо, Дж. Бонелло, Е. Макарчик, П. Курис, Р. Тюрмен, Ф. Тюлькенс, В. Стражничка, К. Бырсан, П. Лоренсен и В. Буткевич (пункт 3 правила 24 пункт 4 правила 100 Регламента Суда). Впоследствии сэр Николас Братца, принимавший участие в рассмотрении дела в Европейской комиссии, отказался от рассмотрения дела в Большой палате (правило 28 Регламента Суда). 13 мая 1999 г. власти Соединенного Королевства назначили лорда Рида в качестве судьи ad hoc для участия в рассмотрении дела (пункт 2 статьи 27 Конвенции и пункт 1 правила 29 Регламента Суда). Позднее запасной судья А.Б. Бака заменил судью Дж. Бонелло, который не смог принять участие в дальнейшем рассмотрении дела (подпункт "b" пункта 5 правила 24 Регламента Суда).
3. 23 июня 1999 г. Председатель Европейского суда решил закрыть публичный доступ ко всем документам, представленным в Европейский суд властями Соединенного Королевства и заявителем; Европейский суд также решил провести слушание за закрытыми дверями (пункты 2 и 3 правила 33 Регламента Суда).
4. 1 июня 1999 г. Председатель Европейского суда удовлетворил обращение неправительственной организации "Джастис" (Justice) и Р. Балджера (R. Bulger) и Д. Фергюс (D. Fergus), родителей ребенка, убитого V. и заявителем (см. ниже § 7) о представлении письменных комментариев по делу (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 3 правила 61 Регламента Суда). 6 сентября 1999 г. Председатель Европейского суда разрешил родителям потерпевшего присутствовать на слушании и приводить устные доводы в Европейском суде (пункт 3 правила 61 Регламента Суда).
5. 15 сентября 1999 г. во Дворце прав человека в г. Страсбурге состоялись открытые слушания по настоящему делу и делу "Т. против Соединенного Королевства" (жалоба № 24724/94).
В Европейский суд явились:
a) от властей Соединенного Королевства:
Х. Ллевеллин (H. Llewellyn), Министерство иностранных дел и по делам Содружества, Уполномоченный Соединенного Королевства при Европейском суде по правам человека;
Д. Пэнник (D. Pannick), Королевский адвокат, барристер,
М. Шо (M. Shaw), барристер, советники,
С. Брамли (S. Bramley), Министерство внутренних дел Соединенного Королевства,
Дж. Лейн (J. Lane), Министерство внутренних дел Соединенного Королевства,
Т. Моррис (T. Morris), Тюремная служба Ее Величества, эксперты;
b) от заявителя Т.:
Б. Хиггс (B. Higgs), Королевский адвокат, барристер,
Дж. Наттер (J. Nutter), барристер, советники,
Д. Ллойд (D. Lloyd), солиситор;
c) от заявителя V.:
Э. Фитцджеральд (E. Fitzgerald), Королевский адвокат, барристер,
Б. Эммерсон (B. Emmerson), барристер, советники,
Дж. Дикинсон (J. Dickinson), солиситор,
Т. Лофлин (T. Loflin), атторней, эксперт;
d) от родителей потерпевшего:
Р. Макин (R. Makin), солиситор, представитель Р. Балджера,
С. Секстон (S. Sexton), солиситор, представитель Д. Фергюс,
М. Монтефиоре (M. Montefiore), эксперт.
Европейский суд заслушал обращения Э. Фитцджеральда, Б. Хиггса, Р. Макина, С. Секстона и Д. Пэнника, а также ответ Д. Пэнника на вопрос одного из судей.
6. 24 ноября 1999 г. запасной судья Й. Касадеваль заменил судью В. Стражничку, которая не имела возможности принять участие в дальнейшем рассмотрении дела (подпункт "b" пункта 5 правила 24 Регламента Суда).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
A. Судебное разбирательство
1. Преступление
7. Заявитель родился в августе 1982 года.
12 февраля 1993 г., когда ему было десять лет, он и еще один десятилетний мальчик, Т. (заявитель по жалобе № 24724/94), прогуляли школу и похитили двухлетнего мальчика в торговом центре, ушли с ним за две мили, а затем избили его до смерти и оставили на рельсах железной дороги, чтобы его переехал поезд.
2. Судебный процесс
8. Заявитель и Т. были арестованы в феврале 1993 года и взяты под стражу до суда.
9. Судебное рассмотрение по их делу, занявшее более трех недель в ноябре 1993 года, проводилось публично в Суде короны Престона (Preston Crown Court) при участии судьи и 12 присяжных заседателей. В течение двух месяцев, предшествовавших судебному разбирательству, каждый заявитель в сопровождении социальных работников посетил зал судебных заседаний и был проинформирован о судебных процедурах и работниках суда с помощью "пакета для детей-свидетелей", в который были включены книги и игры.
Судебному разбирательству предшествовала, а затем его сопровождала широкая огласка на национальном и международном уровне. В течение уголовного процесса прибытие подсудимых освистывала враждебно настроенная толпа. Время от времени имели место попытки атаковать транспортные средства, в которых их везли в суд. В зале судебных заседаний скамьи для прессы и общественности были заполнены.
Судебное разбирательство проводилось с формальностями, присущими уголовному процессу в отношении взрослого человека. Судья и адвокаты были в мантиях и париках. Однако процедура была немного изменена ввиду возраста подсудимых. Они сидели рядом с социальными работниками на специально воздвигнутой платформе. Их родители и адвокаты сидели поблизости. Часы слушания были сокращены в соответствии со школьным днем (с 10:30 до 15:30 с одночасовым перерывом на обед), каждый час делался десятиминутный перерыв. Во время пауз подсудимым позволялось проводить время с их родителями и социальными работниками в игровой зоне. Судья дал понять, что он будет делать паузы, как только социальные работники или адвокаты подсудимых скажут ему, что один из подсудимых проявлял признаки усталости или стресса. Такое произошло один раз.
10. На открытии судебного разбирательства 1 ноября 1993 г. судья вынес на основании статьи 39 Закона 1933 года о детях и молодежи (Children and Young Persons Act) (см. ниже § 30) приказ о том, что нельзя было опубликовывать имена, адреса или иные идентифицирующие детали заявителя или Т., а также их фотографии.
В тот же день защитник заявителя внес ходатайство о приостановлении рассмотрения дела на том основании, что судебное разбирательство было бы несправедливым из-за характера и объема освещения его прессой. Выслушав все доводы, судья постановил, что не установлено, что подсудимым будет причинен серьезный вред в таком размере, что не могло быть проведено справедливого разбирательства. Он сослался на предупреждение, которое он сделал присяжным заседателям, чтобы они выбросили из головы все, что могли услышать или увидеть относительно данного дела за пределами зала заседаний.
11. Доктор Бентовим (Bentovim) из детской больницы Грейт Ормонд Стрит (Great Ormond Street Hospital for Children) допросил заявителя и его родителей от имени стороны защиты в сентябре 1993 года, хотя он не давал показания в суде. Он признал, что V. проявлял посттравматические последствия и чрезвычайные душевные страдания и чувство вины, со страхом наказания и ужасного воздаяния. Для V. было очень сложно и горестно думать и говорить о рассматриваемых событиях, и не было возможности прояснить многие аспекты. Доктор признал, что V. демонстрировал признаки незрелости, во многих отношениях ведя себя как более маленький ребенок с эмоциональной точки зрения, и рекомендовал, что при любом развитии событий V. может понадобиться терапевтическая помощь в домашних условиях.
12. В ходе судебного разбирательства сторона обвинения представила доказательства того, что оба ответчика подлежали уголовной ответственности за свои действия, так как они осознавали, что то, что они делали, было неправомерным (см. ниже § 29).
Суд заслушал показания доктора Сьюзан Бейли (Susan Bailey), консультанта-психиатра из Судебно-медицинской службы по делам несовершеннолетних при Министерстве внутренних дел (Adolescent Forensic Service of the Home Office), которая от имени Королевы составила заключение в отношении заявителя. Доктор Бейли дала показания, что заявитель являлся ребенком со средним умственным развитием, и в феврале 1993 года он, вероятно, был способен отличать правильное от неправильного. Он должен был знать, что неправильно было забирать ребенка у его матери, причинять ему вред и оставлять его на рельсах железной дороги. Она видела заявителя несколько раз. При каждой встрече он безутешно плакал и демонстрировал признаки душевного страдания. Он не мог говорить о рассматриваемых событиях хоть сколь нибудь вразумительным образом.
Сторона обвинения также вызвала на допрос директора школы, которую посещали два мальчика. Она сообщила, что с возраста четырех - пяти лет дети знают о том, что неправильно бить другого ребенка с применением оружия. Она сообщила, что Т. и заявитель должны были знать, что то, что они делали, было неправильным. Другой учитель дал аналогичные показания.
13. Кроме того, показания дали лица, которые видели Т. и заявителя в торговом центре, откуда был похищен двухлетний мальчик, и которые видели трех мальчиков в различных местах между торговым центром и окрестностями железной дороги, где позднее было найдено тело. В суде были изучены записи бесед полиции с Т. и заявителем. Ни заявитель, ни Т. не давали показаний.
14. В своем заключительном обращении к присяжным заседателям судья, рассматривавший дело, отметил, что свидетели пришли в суд в разгар публичности, и многие из них столкнулись с фотографами. Они вынуждены были давать показания в большом зале судебных заседаний, набитом людьми, и не удивительно, что некоторые из них были переполнены эмоциями, а кому-то даже было сложно говорить внятно. Это один из факторов, которые следует держать в уме при оценке их показаний. Он инструктировал присяжных заседателей, inter alia, что сторона обвинения должна была доказать вне разумных сомнений, помимо элементов вменяемых преступлений, что заявитель и Т. знали о том, что их деяние было неправильным.
15. 24 ноября 1993 г. присяжные заседатели признали Т. и заявителя виновными в совершении убийства и похищении человека. Ни один из заявителей не обжаловал приговор в апелляционный суд.
16. После вынесения приговора судья изменил приказ, вынесенный согласно статье 39 Закона 1933 года (см. выше § 10), разрешив опубликовать имена заявителя и Т., но больше никаких деталей. На следующий день, 25 ноября 1993 г., их имена, фотографии и другая информация о них были опубликованы в газетах по всей стране. 26 ноября 1993 г. судья вынес судебный запрет, ограничивающий, inter alia, опубликование адресов мест, где содержались под стражей мальчики, а также другой информации, которая могла привести к разглашению сведений об их местонахождении, воспитании или лечении.
3. Последствия судебного разбирательства для заявителей
17. В январе 1995 года заявитель был снова опрошен доктором Бентовимом в рамках судебного рассмотрения вопроса об отбывании наказания (см. ниже). Доктор отметил, inter alia, что V. страдал от очень высокой степени страха того, что на него будет совершено нападение или что он будет наказан за то, что он совершил. Когда зашла речь о судебном процессе, заявитель описал свой шок, возникший, когда он увидел входившую в зал судебных заседаний публику, и свой дистресс от того, что его имя и фотографии были опубликованы. Он был в ужасе от того, что на него смотрели в суде, и часто пребывал в состоянии беспокойства относительно того, что о нем думают люди. Большую часть времени он не мог участвовать в процессе и проводил время, считая в уме или рисуя фигуры обувью, потому что он не мог сосредоточиться на всем производстве и понять его. Он не следил за тем, что происходило на экране во время демонстрации допроса его и Т. полицией, и, по его воспоминаниям, он плакал в тот момент.
Доктор Бентовим дал следующие комментарии:
"На мой взгляд, из-за своей незрелости и своего возраста на момент совершения деяния и во время судебного разбирательства [V.] не был способен в полной мере принять участие