[неофициальный перевод]
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ХУДОБИН (KHUDOBIN) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба N 59696/00)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 26 октября 2006 года)
Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе:
Б.М. Цупанчича, Председателя Палаты,
Дж. Хедигана,
К. Бырсана,
А. Ковлера,
В. Загребельского,
А. Гюлумян,
Давида Тора Бъоргвинссона, судей,
а также при участии В. Берже, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 6 июля и 5 октября 2006 г.,
вынес в последний указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 59696/00, поданной против властей Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Виктором Васильевичем Худобиным (далее - заявитель) 29 октября 1999 г.
2. Интересы заявителя представляла К. Костромина, адвокат, практикующая в г. Москве. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. Заявитель утверждал, в частности, что он не получил надлежащего медицинского обслуживания во время нахождения в следственном изоляторе, что условия содержания его под стражей были бесчеловечными и унижающими достоинство, что содержание его под стражей в рамках избранной меры пресечения превысило разумные сроки, что его ходатайства об освобождении из-под стражи были рассмотрены с большими задержками или вообще не были рассмотрены и, в заключение, что его обвинение было полностью основано на доказательствах, полученных в результате провокации со стороны сотрудников милиции.
4. Жалоба была направлена в Третью секцию Европейского суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В рамках указанной Секции в соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента Суда была образована Палата, которая должна была рассматривать дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции).
5. Решением от 3 марта 2005 г. Европейский суд признал жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.
6. Заявитель и власти Российской Федерации представили дополнительные письменные замечания (пункт 1 правила 59 Регламента Суда).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
7. Заявитель родился в 1979 году и проживает в г. Москве.
A. Обстоятельства, приведшие к задержанию заявителя
8. 29 октября 1998 г. Т., являвшаяся сотрудницей органов внутренних дел, работала под прикрытием, позвонила заявителю и сказала, что хочет приобрести дозу героина. Заявитель согласился достать для нее дозу и вместе с М. встретился с Т. на улице. Т. передала заявителю денежные купюры, полученные от сотрудников органов внутренних дел С. и Р., помеченные специальным веществом (которое видно только в ультрафиолетовых лучах). Заявитель взял деньги и отправился домой к еще одному человеку - Г. Последний передал заявителю маленький пакетик, в котором находилось 0,05 грамма героина. По возращении к месту встречи с предполагаемым покупателем заявитель был задержан сотрудниками органов внутренних дел, ожидавшими его на улице.
9. Заявитель был доставлен в местное отделение милиции, где его пальцы были исследованы под ультрафиолетовыми лучами: на них были обнаружены следы вещества, используемого сотрудниками милиции для пометки банкнот. Т. в присутствии двух понятых передала маленький пакетик сотрудникам милиции, пояснив, что она получила его от заявителя. Пакетик был запечатан, понятые поставили на нем свои подписи, и пакетик был отправлен на экспертизу. Заявителя на ночь поместили в камеру для административно задержанных лиц*отделения милиции.
____________________________
*В тексте употреблено выражение "police station's detention facility". В постановлениях Европейского суда, к сожалению, отсутствует единообразная практика применения выражения "police station", которое может употребляться для обозначения как отделения милиции, так и районного отдела внутренних дел. Таким образом, выражение "police station's detention facility" может означать и камеру для административно задержанных лиц (которая имеется в каждом отделении милиции), и изолятор временного содержания, который создают только при районных или городских отделах внутренних дел. В данном деле отсутствует дополнительная информация, которая позволила бы сделать точный перевод по данному вопросу (прим. переводчика).
B. Содержание заявителя под стражей в период
предварительного расследования и судебного разбирательства
10. 30 октября 1998 г. заявителю было предъявлено обвинение в сбыте наркотических веществ, и по этому факту было возбуждено уголовное дело. В тот же день прокурор Северо-Восточного административного округа г. Москвы, ссылаясь на обстоятельства задержания заявителя, тяжесть предъявленного ему обвинения и опасность того, что заявитель скроется от следствия, санкционировал заключение заявителя под стражу. Заявитель был переведен в следственный изолятор ИЗ-48/1 г. Москвы.
11. Между тем предварительное расследование было завершено, а материалы дела с обвинительным заключением 24 декабря 1998 г. были направлены в Бутырский районный суд г. Москвы для рассмотрения по существу. 29 декабря 1998 г. Преображенский районный суд г. Москвы направил жалобу об освобождении заявителя из-под стражи в Бутырский районный суд г. Москвы на том основании, что обвинительное заключение было направлено именно в этот суд для рассмотрения дела по существу, и поэтому данный суд должен рассмотреть все аспекты дела заявителя. Адвокат заявителя обжаловал это Решение, но 3 февраля 1999 г. Московский городской суд оставил его жалобу без удовлетворения.
12. 13 января 1999 г. на предварительном судебном заседании Бутырский районный суд г. Москвы постановил, не указав при этом мотивов своего Решения, что заявитель должен был находиться под стражей на время рассмотрения дела судом.
13. 18 февраля 1999 г. отец заявителя подал в Бутырский районный суд г. Москвы новое ходатайство об освобождении заявителя из-под стражи, утверждая, что очень плохое состояние здоровья заявителя было несовместимо с условиями его содержания под стражей и, в частности, с качеством медицинской помощи, оказываемой ему в следственном изоляторе.
14. 17 марта 1999 г. суд санкционировал продление срока содержания заявителя под стражей на время судебного разбирательства. Причины такого решения не были указаны.
15. 21 апреля 1999 г. отец заявителя повторно обратился в Бутырский районный суд г. Москвы с ходатайством об освобождении заявителя из-под стражи, снова ссылаясь на имевшиеся у сына проблемы со здоровьем. По утверждениям заявителя, сторона защиты повторно подала ходатайство 26 и 27 июля 1999 г. Власти Российской Федерации утверждали, что ходатайство от 27 июля 1999 г. поступило в суд только 2 августа 1999 г.
16. 27 июля 1999 г. Бутырский районный суд г. Москвы вынес Определение о необходимости проверить состояние психического здоровья заявителя. Суд отложил рассмотрение дела и указал, что заявитель должен был оставаться под стражей. Причины такого решения указаны не были.
17. 30 июля 1999 г. адвокат заявителя обжаловал Определение Бутырского районного суда г. Москвы от 27 июля 1999 г. Он оспорил Определение суда об отложении рассмотрения дела и о новом медицинском обследовании психического состояния здоровья заявителя, которое привело к продлению срока содержания под стражей заявителя в тяжелых условиях. Адвокат заявителя выдвинул следующее требование:
"В соответствии со статьей 331 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, я [настоящим] требую, чтобы [Московский городской] суд отменил определение Бутырского районного суда об отложении рассмотрения дела в отношении В.В. Худобина, назначении дополнительного психиатрического обследования [заявителя] и об отказе [в удовлетворении] ходатайства об освобождении".
Кассационная жалоба была адресована в Московский городской суд, и, как это требует внутригосударственное законодательство, ее направили через канцелярию суда первой инстанции. В канцелярию жалоба поступила 4 августа 1999 г. Однако, по-видимому, ее так и не направили в кассационный суд для рассмотрения.
18. 17 августа 1999 г. законные представители заявителя направили аналогичные жалобы, которые поступили в канцелярию на следующий день. 1 сентября 1999 г. адвокат заявителя направил письмо в суд первой инстанции, в котором он попросил пояснить, что случилось с его кассационной жалобой от 30 июля 1999 г. На это письмо ответа он не получил.
19. 15 сентября 1999 г. родители заявителя направили на имя заместителя председателя Московского городского суда и в Верховный суд Российской Федерации жалобы на продолжающееся содержание заявителя под стражей. В материалах дела не содержатся ответы на эти ходатайства.
20. 17 сентября 1999 г. представитель заявителя направил в Бутырский районный суд г. Москвы ходатайство об освобождении заявителя из-под стражи. Сторона защиты снова ссылалась на ухудшение здоровья заявителя, в частности, на повторяющиеся случаи пневмонии, которой болел заявитель в течение прошедших трех месяцев.
21. Заявитель находился под стражей до 11 ноября 1999 г., когда суд прекратил рассмотрение уголовного дела в отношении заявителя (см. ниже) и освободил его из-под стражи.
C. Проблемы со здоровьем заявителя в период
его содержания под стражей
22. В период с 1995 по 1997 год заявитель страдал от многих хронических заболеваний, таких как эпилепсия, панкреатит, хронический вирусный гепатит В и С, а также от различных умственных отклонений. Врачи, обследовавшие заявителя в 1995 году, рекомендовали ему амбулаторное психиатрическое наблюдение и лечение антиконвульсантами. Как представляется, на момент задержания в октябре 1998 г. заявитель длительное время принимал наркотические средства, в том числе героин внутривенно.
23. Сразу же после перевода его в следственный изолятор 30 октября 1998 г. заявитель в обязательном порядке прошел полное медицинское обследование, включая анализ крови на ВИЧ, а также анализ на употребление наркотиков и психиатрическое освидетельствование. Анализ на наркотики показал, что заявитель находился в состоянии наркотического опьянения от морфина. Психиатрическая комиссия подтвердила ранее установленные диагнозы, но признала заявителя вменяемым в отношении предположительно совершенных преступлений. 10 ноября 1998 г. были получены первые результаты анализов крови заявителя. Согласно журналу судебно-медицинской лаборатории результат заявителя на реакцию ВИЧ был положительным.
24. 30 ноября 1998 г. психиатр вновь осмотрел заявителя и признал его вменяемым. В неустановленный день в декабре 1998 г. администрацией следственного изолятора была получена медицинская карта заявителя, содержавшая сведения за период до помещения В.В. Худобина под стражу, в которой было указано необходимое заявителю лечение. В частности, заявителю были предписаны антиконвульсанты (финлепсин, конвулекс) и лечение от гепатита (рибоксин, парсил).
25. 23 декабря 1998 г. заявитель прошел еще один медицинский осмотр, в ходе которого были подтверждены ранее установленные диагнозы и по результатам которого было указано, что "заявитель способен принимать участие в судебных заседаниях и в следственных действиях".
26. Во время содержания под стражей заявитель страдал от пневмонии, гепатита, панкреатита, эпилепсии и других тяжелых заболеваний. По причине заболеваний заявителя неоднократно помещали в инфекционное отделение медицинской части следственного изолятора. Как указывала администрация следственного изолятора, заявитель находился в медицинской части следственного изолятора в периоды с 24 декабря 1998 г. по 22 марта 1999 г., с 20 апреля по 18 мая 1999 г., с 19 июля по 12 августа 1999 г., с 17 сентября по 28 сентября 1999 г.
27. Неоднократно представители защиты информировали суд, администрацию следственного изолятора и другие органы государственной власти о тяжелом состоянии здоровья заявителя. Так, 18 января 1999 г. представители заявителя обратились с требованием о проведении всестороннего медицинского обследования заявителя. 22 января 1999 г. отец заявителя направил запрос в следственный изолятор о назначении нового обследования заявителя независимым врачом, приглашенным стороной защиты. Однако администрация следственного изолятора отказала в удовлетворении этого запроса.
28. Во время судебного разбирательства заявитель прошел три медицинских обследования состояния психического здоровья. 15 июня 1999 г. врачами было установлено, что заявитель был невменяем в момент совершения инкриминируемых ему действий. В медицинском заключении указывалось, в частности, что заявитель "страдал от хронического психического заболевания в форме эпилепсии с полиморфными приступами и умственными расстройствами и явными помутнениями рассудка с тенденцией к приему наркотиков". В медицинском заключении от 19 октября 1999 г. было подтверждено, что заявитель был невменяем и нуждался в принудительном медицинском лечении.
1. Доводы заявителя
29. 26 апреля 1999 г. приблизительно в 10 часов 40 минут у заявителя случился приступ эпилепсии. Как следует из письменных показаний, подписанных сокамерниками заявителя, им пришлось разжать челюсти заявителя и вставить между ними деревянную ложку, чтобы не дать заявителю задохнуться. Затем пришел дежурный фельдшер и передал сокамерникам заявителя шприц с неизвестным лекарством, который они вкололи заявителю в ягодицу. Отец заявителя обратился с жалобой к администрации следственного изолятора, которая ответила, что заявителю была оказана медицинская помощь "в медицинской процедурной комнате".
30. В мае 1999 г. заявитель переболел корью и пневмонией. 26 июня 1999 г. у заявителя случился еще один приступ эпилепсии. Его перевели в психиатрическое отделение следственного изолятора, где некоторое время он находился под амбулаторным наблюдением и получал антиконвульсанты. Отец заявителя в своем Письме от 2 августа 1999 г. Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации указал, что 6 июля 1999 г. у заявителя случился еще один приступ эпилепсии, но медицинской помощи ему оказано не было.
31. 15 июля 1999 г. заявитель заболел бронхопневмонией. По утверждениям отца заявителя, врачи следственного изолятора начали лечение заявителя только через десять дней после того, как появились симптомы заболевания.
32. 17 июля 1999 г. в следственном изоляторе у заявителя против его воли была взята кровь на анализы. Отец заявителя обжаловал эти действия в администрацию следственного изолятора. В Письме от 16 августа 1999 г. администрация следственного изолятора указала, что анализ крови был взят шприцом с одноразовой иглой.
33. 21 июля 1999 г. отец заявителя направил