[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ЧЕТВЕРТАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "S.C. ПРОТИВ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА"
(Жалоба N 60958/00)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА
(Страсбург, 15 июня 2004 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу "S.C. против Соединенного Королевства" Европейский суд по правам человека (Четвертая секция), заседая Палатой в составе:
М. Пеллонпяя, Председателя Палаты,
Сэра Николаса Братца,
В. Стражнички,
Й. Касадеваля,
С. Павловского,
Х. Боррего Боррего,
Э. Фуры-Сандстрем, судей,
а также при участии М. О'Бойла, Секретаря Секции Суда,
заседая 25 мая 2004 г. за закрытыми дверями,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 60958/00), поданной 9 июля 2000 г. в Европейский суд против Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии подданным Соединенного Королевства S.C. (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Председатель Палаты удовлетворил просьбу заявителя не раскрывать его имя (пункт 3 правила 47 Регламента Европейского суда).
2. Интересы заявителя в Европейском суде, которому была предоставлена юридическая помощь, представляли А. Тодд (A. Todd) и Х. Гоу (H. Gow), практикующие юристы из г. Ливерпуля (Liverpool). Власти Соединенного Королевства были представлены Уполномоченным Соединенного Королевства при Европейском суде по правам человека Э. Уилмотом (E. Willmott), Министерство иностранных дел и по делам Содружества.
3. Заявитель утверждал, что в силу своего юного возраста и низких интеллектуальных способностей он не мог эффективно принимать участие в судебном разбирательстве по своему делу, что нарушало положения пункта 1 статьи 6 Конвенции.
4. Жалоба была передана на рассмотрение в Четвертую секцию Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента Европейского суда в рамках данной Секции была образована Палата для рассмотрения дела (пункт 1 статьи 27 Конвенции).
5. Решением от 30 сентября 2003 г. Палата объявила жалобу приемлемой для рассмотрения по существу.
6. После согласования со сторонами Палата решила, что в проведении слушания по существу дела нет необходимости (пункт 3 in fine правила 59 Регламента), стороны ответили в письменном виде возражения на доводы друг друга; кроме того стороны представили в письменном виде свои доводы по существу дела и относительно требований заявителя в соответствии со статьей 41 Конвенции (пункт 1 правила 59 Регламента Европейского суда).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
7. Заявитель родился в 1988 году и проживает в г. Мерсисайд (Merseyside).
8. Согласно материалам, представленным сторонами, обстоятельства данного дела заключались в следующем.
9. В июне 1999 года заявитель, которому исполнилось 11 лет, и 14-летний мальчик по имени Л.А. (L.A.) подошли на улице к 87-летней женщине. Заявитель попытался отобрать у женщины сумку, вследствие чего она упала на землю и сломала левую руку. Заявитель убежал, а Л.А. остался с пострадавшей. Заявителю было предъявлено обвинение в попытке разбойного нападения. В качестве защиты он ссылался на то, что действовал под давлением Л.А., который ему угрожал.
10. В июле 1999 года с учетом других правонарушений заявитель на основании приказа о передаче под надзор на два года был направлен на попечение местных органов власти и передан приемным родителям (без формального усыновления).
11. В августе 1999 года Суд по делам несовершеннолетних (Youth Court), учитывая совершенные заявителем преступления, в числе которых были разбойное нападение, кража со взломом, кража и поджог, счел, что в случае признания заявителя виновным в попытке разбойного нападения, было бы целесообразно назначить ему наказание в виде лишения свободы, и передал его дело в Суд короны (Crown Court). После передачи дела на рассмотрение в суд законные представители заявителя получили два заключения экспертов. Первое заключение было подготовлено доктором Ронаном Бреннаном (Ronan Brennan), судебным психиатром по делам несовершеннолетних, который в сентябре 1999 года беседовал с заявителем в течение 20 минут, пока заявитель не прекратил этот разговор. Кроме того, 11 октября 1999 г. заявителя обследовала доктор Диана Бэйнс (Diane Baines), клинический психолог-консультант.
12. В своем заключении доктор Бреннан отметил, inter alia:
"Оценка психического состояния
В течение нашей непродолжительной беседы [заявитель] неподвижно сидел на стуле. Он казался растерянным и часто просил меня повторить вопрос, заявляя, что не понимает меня. Он занял оборонительную позицию, когда вопросы касались семьи, и неопределенно рассказывал о своем обучении в школе. Он неохотно обсуждал свое преступное поведение, спрашивая меня, зачем нужно было это обсуждать.
В итоге, повторив, что ему это надоело и что он голоден, он сообщил мне, что не будет больше отвечать на мои вопросы, и пожелал уйти. Так как его нежелание продолжать беседу и обследование было очевидным, я согласился с ним.
Мнение
Вследствие нежелания этого молодого человека участвовать в процедуре оценки и невозможности получить дополнительную информацию о развитии его личности и его биографических данных было чрезвычайно трудно составить четкое представление относительно его проблем и нужд.
Исходя из имеющейся ограниченной информации следует, что с раннего возраста у [заявителя] наблюдались отклонения в поведении, которые выражались в низкой успеваемости в школе и отсутствии общения со сверстниками. ... Неизменный характер причиняющего вред и социально неприемлемого поведения [заявителя] соответствует диагнозу нарушение поведения асоциального типа.
Из психологического заключения Дианы Бэйнс ясно... что [у заявителя] были серьезные трудности с обучением. Общий интеллектуальный коэффициент его умственных способностей (IQ) составлял 56 (0.2nd centile), вербальный коэффициент - 63 (1st centile) и невербальный коэффициент 55 (0.1st centile). Такие значения сопоставимы с его низкой успеваемостью в школе, и их можно считать последствием нарушенного процесса его школьного обучения. Диана Бэйнс отмечает, что поскольку познавательные способности [заявителя] находились на уровне восьмилетнего, а не одиннадцатилетнего ребенка, его "мыслительные способности значительно ограничены". ...
Очевидно, что у [заявителя] есть ряд сложных проблем, которые необходимо решать в рамках приказа о передаче на попечение на определенный срок. ...
Предположительно, что, если согласованный комплекс мер по опеке не удовлетворит сложные образовательные и эмоциональные потребности [заявителя], то возникнет потенциальный высокий риск повторного совершения им неправомерных действий. Однако на данный момент я считаю, что, если альтернатива наказанию в виде лишения свободы представляется возможной, то необходимо долгосрочное попечение с постоянным местом жительства и с соответствующим комплексом образовательных мер.
Рекомендации
1. Трудно проанализировать вопросы, связанные со способностью [заявителя] участвовать в судебном процессе, так как он практически не обсуждал со мной совершение правонарушения. Тем не менее, основываясь на имеющейся у меня информации и на результатах психологического тестирования, я пришел к заключению, что, с учетом всех факторов, [заявитель] сознавал свои действия и их неправомерный характер. Однако на осознание им последствий этих действий могли негативным образом повлиять его трудности с обучением и низкие мыслительные способности. В целом я считаю, что [заявитель] способен принимать участие в судебном процессе, хотя, очевидно, ему придется подробно объяснять весь ход судебного разбирательства в манере, соответствующей его низким познавательными способностями.
2. [Заявителя] необходимо передать под присмотр (Supervision Order) на максимально длительный срок с целью решения его эмоциональных и образовательных проблем и исправления его неправомерного поведения.
3. Я считаю, что, если это возможно, то долгосрочное попечение необходимо рассматривать как преимущественную меру по отношению к наказанию в виде лишения свободы.
4. Копия заключения Дианы Бэйнс, с ее согласия, должна быть направлена в школу [заявителя] с тем, чтобы разработать соответствующий комплекс образовательных мер для удовлетворения его сложных потребностей".
13. В своем заключении от 18 октября 1999 г. Диана Бэйнс отметила следующее:
"Обследование [заявителя] проводилось в присутствии работника судебной системы по делам молодежи (Youth Justice Worker) в медицинском амбулаторно-поликлиническом учреждении. Он был дружелюбен и отзывчив, не требовал чрезмерного внимания к своей личности. Он, в основном, понимал то, что от него требовали, хотя некоторые объяснения приходилось повторять, а иногда его нужно было подталкивать к тому, чтобы он продолжал. ...
[Заявитель] прошел тест WISC-III (Интеллектуальная шкала Векслера для тестирования детей и подростков [Wechsler Intelligence Scale for Children] - 3-е издание), предназначенный для диагностики уровня умственных способностей в целях решения проблем как вербального и невербального характера. ... В целом, у [заявителя] отмечалось значительное отставание в развитии. Его вербальный интеллектуальный коэффициент несколько выше, чем невербальный интеллектуальный коэффициент, однако значение обоих показателей равны или ниже единицы.
Баллы, набранные [заявителем] по вербальной шкале (Verbal Scale), лишь незначительно превышали среднее значение метрической шкалы (Digit Span), показывая достаточно хороший уровень развития механической памяти. На таком же уровне находились его способности производить устные вычисления по "Арифметическому" тесту (Arithmetic). Баллы по остальным субтестам были значительно ниже среднего, что свидетельствовало о низком развитии вербальных мыслительных способностей. Особую сложность у [заявителя] вызвал тест "Словарный запас" (Vocabulary), направленный на умение давать определение понятиям; результаты этого субтеста находились на уровне развития 6-летних детей.
В общем, результаты субтестов невербальной шкалы [заявителя] были хуже, чем результаты вербальных субтестов. По данной шкале его возраст соответствует точке между 6 годами 2 месяцами и 6 годами 6 месяцами. Его подход к заданиям, основанным на понимании зрительно-пространственных отношений, был значительно слабым, и он не всегда выполнял необходимые функции.
Грамотность [заявителя] была проверена при помощи Объективного теста Векслера на чтение [Wechsler Objective Reading Dimensions - WORD], который показал, что способности [заявителя] читать и произносить отдельные слова без контекста находились на уровне, соответствующем его общему интеллекту. С субтестом "Понимание" (Reading Comprehension) он справился менее успешно, чем от него ожидали, но такой результат необходимо соотносить с его нарушенным учебным процессом.
Вывод
В настоящее время у [заявителя] наблюдаются серьезные трудности с обучением, которые проявляются, главным образом, в его способностях выполнять задания, основанные на визуальном восприятии предметов. ... Если выразить когнитивные способности [заявителя] в возрастном эквиваленте, то они находятся на уровне между возрастом в 6 лет 2 месяца и возрастом в 8 лет 2 месяца, что означает, что его мыслительные способности значительно являются ограниченными...".
14. В декабре 1999 года состоялось предварительное судебное слушание по делу. В своих доводах адвокат заявителя ссылался на статьи 3 и 6 Конвенции и настаивал на прекращении судебного разбирательства на том основании, что оно было бы проведено с нарушением судебной процедуры вследствие низкой способности заявителя концентрировать внимание и его низкого уровня образования, что означало, что он будет неспособен в полной мере осознавать ход судебного разбирательства и принимать в нем участие. Суд отклонил данное ходатайство адвоката, указав, inter alia:
"Я не считаю, что рассмотрение дела [заявителя] в Суде короны свидетельствует о бесчеловечном или унижающем человеческое достоинство обращении или является несправедливым. Согласно процессуальным нормам, обычно применяемым в настоящее время в Судах короны при рассмотрении дел в отношении несовершеннолетних, судебное разбирательство в суде присяжных будет проводиться максимально неформальным образом с соблюдением требований справедливого судебного разбирательства. Отменялось ношение париков и мантий судьями и адвокатами. Вопрос, представленный присяжным на рассмотрение, будет достаточно простым. Нет никаких оснований полагать, что в суде присяжных [заявителю] будет сложнее давать свои показания, чем в Суде по делам несовершеннолетних. На основании представленных материалов дела [заявитель] мне кажется "опытным" ребенком, чьи умственные недостатки в значительной степени являются результатом того, что он провел два важных года, когда формировалась его личность, вне системы образования.
Я сомневаюсь в том, что существует публичный интерес добиваться судебного преследования [заявителя], учитывая тот факт, что за совершение правонарушений, включая неоднократные разбойные нападения, в отношении [заявителя] уже вынесен приказ о передаче под присмотр сроком на два года. Мне стало известно, что с даты вынесения этого Судебного приказа от 1 июля 1999 г. (в этот период [заявитель] также был передан на попечение местным органам власти), он совершил несколько иных правонарушений (и признался в этом). Он был передан приемным родителям, которые в сентябре отметили у [заявителя] некоторое улучшение (согласно заключению доктора Бреннана). Но в настоящее время они не желают более содержать его, считая его неуправляемым. При данных обстоятельствах абсолютно понятно, почему Суд короны стремится рассмотреть дело [заявителя] в судебном порядке.
Кроме того, в ходе разбирательства Х. Гоу в качестве одного из аргументов указал на то, что [заявитель] не способен участвовать в судебном процессе. В своем письменном заключении доктор Бреннан не поддержал данный аргумент, однако, как мне сообщили, в ходе состоявшейся позже встречи с адвокатом [заявителя] выраженная доктором Бреннаном позиция по этому вопросу была неопределенной, и его устные показания могли бы это подтвердить, несмотря на то что с сентября (с того времени, когда мальчик уже, в любом случае, отказывался сотрудничать) он не наблюдал [заявителя]. Дополнительного письменного заключения не было представлено. Х. Гоу не придал значения тому факту, что, прежде чем суд присяжных сможет вынести решение относительно неспособности его подзащитного участвовать в судебном процессе, потребуются показания двух медицинских специалистов; а также тому факту, что Д. Бэйнс не является медицинским специалистом. Он попросил меня перенести дату [судебного разбирательства]