(неофициальный перевод)
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЯТАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "БОЙЧЕНКО (BOYCHENKO) И ГЕРШКОВИЧ (GERSHKOVICH)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба № 62866/00)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 28 июня 2007 года)
Европейский суд по правам человека (Пятая секция), заседая Палатой в составе:
П. Лоренсена, Председателя Палаты,
С. Ботучаровой,
К. Юнгвирта,
Р. Марусте,
А. Ковлера,
Х. Боррего Боррего,
М. Виллигера, судей,
а также при участии К. Вестердийк, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 5 июня 2007 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 62866/00, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее - Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданами Российской Федерации Александром Александровичем Бойченко и Владиславом Владимировичем Гершковичем (далее - заявители) 27 октября 2000 г.
2. Интересы заявителей были представлены А. Кемишевым - юристом, работающим в г. Москве. Власти Российской Федерации были первоначально представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым, а впоследствии - новым Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека В.В. Милинчук.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
3. Заявители, Александр Александрович Бойченко и Владислав Владимирович Гершкович - граждане Российской Федерации, 1953 и 1971 годов рождения, соответственно, проживающие в г. Москве.
4. 14 мая 1993 г. Министерство финансов Российской Федерации выпустило в обращение облигации внутреннего государственного валютного займа III серии. 15 января 1999 г. первый заявитель приобрел две облигации совокупной номинальной стоимостью 200000 долларов США каждая, а второй заявитель - 21 облигацию совокупной номинальной стоимостью 2010000 долларов США.
5. 14 мая 1999 г. наступил срок выплаты по облигациям, и заявители предъявили их для погашения.
6. 11 июня 1999 г. заявители были проинформированы, что Внешэкономбанк, выступающий в качестве платежного агента Правительства Российской Федерации, отказался производить погашение облигаций, сославшись на Письмо Министерства финансов Российской Федерации от 14 мая 1999 г. № 11-02-09. В Письме Министерство финансов Российской Федерации просило держателей облигаций III серии воздерживаться от представления указанных облигаций для погашения в течение шести месяцев в связи с неблагоприятной экономической ситуацией в стране, в то время как Министерство финансов Российской Федерации взяло на себя обязательство договориться об условиях реструктуризации долга в течение этого периода времени.
7. 29 ноября 1999 г. Правительство Российской Федерации издало Постановление № 1306, которое предусматривало обмен существующих облигаций III серии на новые облигации двух видов с периодом погашения в четыре и восемь лет.
8. Неустановленного числа заявители обратились в суд с иском к Правительству Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации и Внешэкономбанку, требуя возмещения номинальной стоимости облигаций и ущерба. Они также ходатайствовали об отложении оплаты государственной пошлины.
9. 22 марта 2000 г. Пресненский районный суд г. Москвы присудил заявителям суммы в размере номинальной стоимости облигаций и отказал в удовлетворении их требований о возмещении ущерба. Первому заявителю была присуждена сумма в размере 200000 долларов США, а второму - 2010000 долларов США.
10. 6 июня 2000 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда отказала в удовлетворении кассационной жалобы Министерства финансов Российской Федерации и оставила решение суда первой инстанции без изменения.
11. 17 июля 2000 г. заявители представили исполнительные документы во Внешторгбанк<*>.
--------------------------------
<*>По-видимому, в тексте Постановления допущена ошибка. В данном тексте речь идет о Внешэкономбанке (прим. переводчика).
12. 20 июля 2000 г. Внешторгбанк отказался выполнять требования, содержавшиеся в исполнительных документах, сославшись на протест о пересмотре в порядке надзора соответствующих судебных постановлений, принесенный прокурором г. Москвы. Требование заявителей об ознакомлении с протестом было оставлено без удовлетворения.
13. 10 августа 2000 г. прокурор г. Москвы принес протест о пересмотре судебных постановлений, принятых в пользу заявителей, в порядке надзора.
14. 28 сентября 2000 г. президиум Московского городского суда удовлетворил надзорный протест. Президиум отменил Решение Пресненского районного суда г. Москвы от 22 марта 2000 г. и Определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 июня 2000 г. на том основании, что суды нижестоящих инстанций неверно истолковали нормы права и не приняли решения по вопросу о государственной пошлине, и направил дело на новое рассмотрение.
15. 6 апреля 2001 г. Пресненский районный суд г. Москвы рассмотрел требования заявителей и оставил их без удовлетворения.
16. 22 мая 2001 г. Пресненским районным судом г. Москвы было принято дополнительное решение об оплате заявителями государственной пошлины.
17. Неустановленного числа кассационная жалоба заявителей на Судебное решение от 6 апреля 2001 г. была оставлена без удовлетворения.
18. 21 ноября 2002 г. в результате рассмотрения жалобы заявителей прокурор г. Москвы принес надзорный протест на судебные постановления, принятые по делу заявителей.
19. 24 декабря 2002 г. президиум Московского городского суда рассмотрел протест и оставил Судебное решение от 6 апреля 2001 г. без изменений. В рамках того же пересмотра президиум Московского городского суда отменил Дополнительное решение от 22 мая 2001 г., касавшееся оплаты государственной пошлины, и направил дело в этой части на новое рассмотрение.
20. 11 августа 2003 г. Пресненский районный суд г. Москвы прекратил производство по делу об уплате государственной пошлины.
21. 6 июня 2005 г. заместитель Председателя Верховного суда Российской Федерации принес надзорный протест на Судебное решение от 6 апреля 2001 г.
22. 8 августа 2005 г. Президиум Верховного суда Российской Федерации решил отложить рассмотрение дела, по-видимому, до принятия Конституционным Судом Российской Федерации постановления по данному вопросу.
23. В июле 2006 г. стороны проинформировали Европейский суд о том, что рассмотрение дела Президиумом Верховного суда Российской Федерации было отложено в связи с тем, что в производстве Конституционного Суда Российской Федерации находилось дело, касавшееся аналогичного вопроса. С тех пор никакой информации от сторон о развитии дела Европейскому суду представлено не было.
II. Применимое внутригосударственное законодательство
24. Статья 11 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, действовавшего в рассматриваемый период, предусматривала, что суды субъектов Российской Федерации и Верховный суд Российской Федерации осуществляют надзор за судебной деятельностью всех нижестоящих судов.
25. Согласно статьям 319, 320 и 327 Гражданского процессуального кодекса РСФСР ряд должностных лиц мог в любое время по жалобе стороны судебного разбирательства или по своей инициативе принести в вышестоящий суд протест о пересмотре в порядке надзора вступившие в законную силу постановления нижестоящих судов как по вопросам применения и толкования материального, так и процессуального права.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции
26. Заявители жаловались, ссылаясь на статью 6 Конвенции, на принятие президиумом Московского городского суда Постановления от 28 сентября 2000 г., в соответствии с которым вступившее в законную силу судебное решение, вынесенное в их пользу, было отменено. статья 6 в части, применимой в настоящем деле, предусматривает:
"1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... справедливое и публичное разбирательство дела... судом".
27. Власти Российской Федерации утверждали, что решения, принятые в пользу заявителей, были ошибочными, поскольку национальные суды неверно истолковали и применили нормы права, и, следовательно, их отмена является обоснованной. Они отметили, что судебные решения были отменены с целью исправления судебной ошибки. Они не представили комментариев относительно нового пересмотра дела в порядке надзора в 2005 году и последующего развития дела.
28. Заявители не согласились с доводами властей Российской Федерации, утверждая, что их право на получение средств, присужденных соответствующим судебным решением, не было восстановлено.
A. Приемлемость жалобы
29. Европейский суд отмечает, что данные жалобы не являются явно необоснованными по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалобы не являются неприемлемыми по иным основаниям. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми.
B. Существо жалобы
30. Европейский суд напоминает, что право на судебное разбирательство, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете преамбулы к Конвенции, в соответствующей части которой принцип господства права признается частью общего наследия Договаривающихся государств. Одним из основополагающих аспектов господства права является принцип правовой определенности, который, среди прочего, требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло бы быть оспорено (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Брумареску против Румынии" ({Brumarescu}<*>v. Romania), жалоба № 28342/95, ECHR 1999-VII, § 61).
--------------------------------
<*>Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
31. Европейский суд установил нарушение принципа правовой определенности и права на суд в деле "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia, жалоба № 52854/99, ECHR 2003-IX), где вступившее в законную силу и подлежащее обязательному исполнению решение суда, принятое в пользу заявительницы, было отменено на основании неправильного толкования норм права вышестоящим судом по протесту, принесенному председателем областного суда, чье полномочие по принесению такого протеста не ограничено каким-либо сроком, таким образом, что судебные решения подлежат опротестованию в течение неопределенного срока (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 51 - 58).
32. Возвращаясь к обстоятельствам данного дела, Европейский суд отмечает, что, удовлетворив протест, принесенный прокурором г. Москвы, президиум Московского городского суда полностью проигнорировал все судебное разбирательство, окончившееся вступившим в законную силу и подлежащим обязательному исполнению Судебным решением от 22 марта 2000 г., оставленным без изменения судом кассационной инстанции 6 июня 2000 г. и, следовательно, ставшим res judicata<*>. Европейский суд не усматривает оснований для того, чтобы отступить от своих выводов, сделанных в упоминавшемся выше деле "Рябых против Российской Федерации". Европейский суд приходит к выводу, что отмена указанных судебных постановлений в результате пересмотра дела в порядке надзора с целью исправления предполагаемой судебной ошибки нарушила принцип правовой определенности, гарантированный пунктом 1 статьи 6 Конвенции.
--------------------------------
<*>Принцип "res judicata" предполагает - описывая это в упрощенном виде - недопустимость повторного рассмотрения однажды решенного дела или дела по тождественному вопросу со вступившим в законную силу решением (прим. переводчика).
33. Следовательно, в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение статьи 1
Протокола № 1 к Конвенции
34. Заявители, ссылаясь на положения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, утверждали, что отмена в порядке надзора вступившего в законную силу судебного решения, принятого в их пользу, представляла собой необоснованное вмешательство в их право на беспрепятственное пользование своим имуществом. Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции предусматривает:
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов и штрафов".
35. Доводы сторон в отношении предполагаемого нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, по сути, те же, что и приведенные в отношении пункта 1 статьи 6 Конвенции.
Приемлемость жалобы
36. В той части, в которой жалобы заявителей касаются исхода судебного разбирательства по гражданско-правовому делу, Европейский суд отмечает, что рассмотрение дела было возобновлено и дело находится в производстве судов Российской Федерации. Следовательно, Европейский суд полагает, что он не должен принимать решение относительно того, содержат ли факты, на которые ссылаются заявители, признаки нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
37. Таким образом, данная жалоба является преждевременной и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
38. Наконец, заявители жаловались на то, что Постановление президиума Московского городского суда от 28 сентября 2000 г. нарушило их право на эффективное средство правовой защиты, гарантированное статьей 13 Конвенции, и что данное Постановление представляло собой злоупотребление правами, что противоречит положениям статьи 17 Конвенции.
39. Учитывая имеющиеся в распоряжении Европейского суда материалы дела, а также его компетенцию в отношении указанных жалоб, Суд приходит к выводу, что они не содержат признаков какого-либо нарушения прав и свобод, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней. Следовательно, данная часть жалобы подлежит отклонению как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
IV. Применение статьи 41 Конвенции
40. В соответствии со статьей 41 Конвенции:
"Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Ущерб
41. Каждый заявитель требовал возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда. Первый заявитель в возмещение материального ущерба требовал 37600 долларов США, то есть совокупную номинальную стоимость облигаций внутреннего государственного валютного займа III серии, и 141818 долларов США в качестве процентов за пользование чужими денежными средствами и штрафных санкций. Второй заявитель в качестве возмещения материального ущерба требовал 386000 долларов США, то есть совокупную номинальную стоимость облигаций внутреннего государственного валютного займа III серии, а также 1431807 долларов США в качестве процентов за пользование чужими денежными средствами и штрафных санкций. В качестве компенсации морального вреда каждый заявитель требовал присудить ему 10000 долларов США.
42. Власти Российской Федерации утверждали, что требования заявителей являются чрезмерными и необоснованными.
43. Европейский суд отмечает, что требования заявителей о возмещении материального ущерба связаны с предполагаемым нарушением их права на беспрепятственное пользование имуществом. В свете своего вывода о том, что данная жалоба является неприемлемой, Европейский суд отклоняет данную часть требований. Что касается компенсации морального вреда, Суд полагает, что заявители испытали разочарование и чувство несправедливости в результате отмены вступившего в законную силу судебного решения, принятого в их пользу. Следовательно, учитывая принцип справедливости, он присуждает каждому заявителю 2000 евро в качестве компенсации морального вреда, а также сумму налогов, подлежащих начислению на присужденные средства.
B. Расходы и издержки
44. Заявители не требовали возмещения судебных расходов и издержек, понесенных ими в ходе разбирательства по делу в судах Российской Федерации и Европейском суде. Следовательно, Европейский суд не присуждает им возмещение по данному основанию.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
45. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) объявил приемлемой жалобу на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отменой судебного решения в порядке надзора, а остальную часть жалобы неприемлемой;
2) постановил, что в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отменой Решения Пресненского районного суда г. Москвы от 22 марта 2000 г., оставленного без изменений судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда 6 июня 2000 г.;
3) постановил:
a) что власти Российской Федерации должны выплатить каждому заявителю в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 2000 евро (две тысячи евро) в качестве компенсации морального вреда, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства;
b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
4) отклонил остальную часть требований заявителя по справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении было направлено 28 июня 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского суда.
Председатель Палаты Суда
Пэр ЛОРЕНСЕН
Секретарь Секции Суда
Клаудиа ВЕСТЕРДИЙК
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIFTH SECTION
CASE OF BOYCHENKO AND GERSHKOVICH v. RUSSIA
(Application No. 62866/00)
JUDGMENT<*>
(Strasbourg, 28.VI.2007)
--------------------------------
<*>This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Boychenko and Gershkovich v. Russia,
The European Court of Human Rights (Fifth Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr P. Lorenzen, President,
Mrs S. Botoucharova,
Mr K. Jungwiert,
Mr R. Maruste,
Mr A. Kovler,
Mr J. Borrego Borrego,
Mr M. Villiger, judges,
and Mrs C. Westerdiek, Section Registrar,
Having deliberated in private on 5 June 2007,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 62866/00) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by two Russian nationals, Mr Aleksandr Aleksandrovich Boychenko and Mr Vladislav Vladimirovich Gershkovich ("the applicants"), on 27 October 2000.
2. The applicants were represented by Mr A. Kemishev, a lawyer practising in Moscow. The Russian Government ("the Government") were initially represented by Mr P. Laptev, the former Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights, and subsequently by their Representative, Mrs V. Milinchuk.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
3. The applicants, Mr Aleksandr Aleksandrovich Boychenko and Mr Vladislav Vladimirovich Gershkovich, are Russian nationals, who were born in 1953 and 1971 respectively and live in Moscow.
4. On 14 May 1993 the Ministry of Finance of Russia issued "Series III" domestic hard currency bonds (облигации внутреннего государственного валютного займа III серии). On 15 January 1999 the first applicant acquired bonds of a total nominal value 200,000 United States dollars (USD) and the second applicant acquired bonds of a total nominal value USD 2,010,000.
5. On 14 May 1999 the bonds matured and the applicants presented them for redemption.
6. On 11 June 1999 the applicants were informed that Vnesheconombank acting as the Government"s agent refused to redeem the bonds, referring to a letter of the Ministry of Finance of 14 May 1999 No. 11-02-09 advising the holders of Series III bonds to refrain from presenting the bonds for redemption for a period of six months in the light of the unfavourable economic situation in the country. In the same letter the Ministry undertook to negotiate restructuring of the debt during this period.
7. On 29 November 1999 the Government of Russia issued Order No. 1306 which provided for the existing Series III bonds to be converted into new bonds of two types with four and eight year maturity periods.
8. On an unspecified date the applicants brought civil proceedings against the Government, the Ministry of Finance and Vnesheconombank seeking recovery of the nominal value of the bonds and damages. They also asked the court to defer the payment of the court fees.
9. On 22 March 2000 the Presnenskiy District Court of Moscow awarded the applicants the nominal value of the bonds and dismissed the claim for damages. The first applicant was awarded USD 200,000 and the second applicant was awarded USD 2,010,000.
10. On 6 June 2000 the Moscow City Court dismissed the appeal lodged by the Ministry of Finance and upheld the judgment.
11. On 17 July 2000 the applicants submitted writs of execution to Vneshtorgbank.
12. On 20 July 2000 Vneshtorgbank refused to comply with the writs of execution, referring to an application for supervisory review of the judgments which was to be lodged by the Prosecutor of Moscow. The applicants" request to see the application was refused.
13. On 10 August 2000 the Prosecutor of Moscow lodged an application for supervisory review of the judgments.
14. On 28 September 2000 the Presidium of the Moscow City Court granted the application. The Presidium quashed the judgment of 22 March 2000 and the appeal decision of 6 June 2000 on the grounds that the courts had erred in interpretation of the law and failed to rule on the issue of payment of court fees, and remitted the case for a fresh examination.
15. On 6 April 2001 the Presnenskiy District Court examined and dismissed the applicants" claim in full.
16. On 22 May 2001 the Presnenskiy District Court delivered an additional judgment ordering the applicants to pay court fees.
17. On an unspecified date the applicants" appeal against the judgment was dismissed.
18. On 21 November 2002, following a request by the applicants, the Prosecutor of Moscow lodged an application for supervisory review of the judgments.
19. On 24 December 2002 the Presidium of the Moscow City Court examined the application and upheld the judgment of 6 April 2001. In the same proceedings it quashed the judgment of 22 May 2001 concerning the payment of court fees and remitted it for a fresh examination.
20. On 11 August 2003 the Presnenskiy District Court discontinued the proceedings concerning the court fees.
21. On 6 June 2005 the Deputy President of the Supreme Court of the Russian Federation lodged an application for supervisory review of the judgment in the applicants" case.
22. On 8 August 2005 the Presidium of the Supreme Court decided to adjourn its examination of the case, apparently pending a ruling from the Constitutional Court on the matter.
23. In July 2006 the parties informed the Court that the examination of the case by the Presidium of the Supreme Court was adjourned in connection with a case pending before the Constitutional Court of the Russian Federation which concerned a similar issue. Since then the parties provided no information to the Court about the development of the case.
II. Relevant domestic law
24. Section 11 of the Code of Civil Procedure of 1964 (Гражданский процессуальный кодекс РСФСР), as in force at the relevant time, provided that regional and higher courts could conduct supervisory review of the activities of the lower courts.
25. According to Sections 319, 320 and 327 of the Code, certain senior judicial officers could, at any time, at request of the person concerned or on their own motion, lodge with a higher court an application for supervisory review of a final decision of a lower court on points of law and procedure.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 of the Convention
26. The applicants complained under Article 6 of the Convention about the decision of 28 September 2000 by which the Presidium of the Moscow City Court quashed on supervisory review the final judicial decision in their favour. Article 6, insofar as relevant, reads as follows:
"1. In the determination of his civil rights and obligations... everyone is entitled to a fair and public hearing..."
27. The Government alleged that the decisions in the applicants" favour had been erroneous in that the domestic courts wrongly interpreted and applied the relevant law and that therefore the quashing had been justified. They contended that the decisions had been reversed with a view to correct a judicial error. They made no comments concerning the new supervisory review of the case in 2005, or the subsequent procedural steps.
28. The applicants contested the Government"s submissions and claimed that their right to the judicial award had not been restored.
A. Admissibility
29. The Court notes that these complaints are not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that they are not inadmissible on any other grounds. They must therefore be declared admissible.
B. Merits
30. The Court reiterates that the right to a fair hearing before a tribunal as guaranteed by Article 6 § 1 of the Convention must be interpreted in the light of the Preamble to the Convention, which, in its relevant part, declares the rule of law to be part of the common heritage of the Contracting States. One of the fundamental aspects of the rule of law is the principle of legal certainty, which requires, among other things, that where the courts have finally determined an issue, their ruling should not be called into question (see {Brumarescu} v. Romania [GC], No. 28342/95, § 61, ECHR 1999-VII).
31. The Court has found a violation of the above principle of legal certainty and of the right to a court in the case of Ryabykh v. Russia (Ryabykh v. Russia, No. 52854/99, ECHR 2003-IX) where a final and binding judgment in the applicant"s favour was set aside, on the ground of misinterpretation of the law, by a higher court in supervisory review proceedings following an application by a president of a regional court, whose power to make such applications was not subject to any time-limit, so that judgments were liable to challenge indefinitely (see Ryabykh, cited above, §§ 51 - 58).
32. Turning to the circumstances of the present case the Court observes that, by allowing the application lodged by the Prosecutor of Moscow, the Presidium of the Moscow City Court set at naught an entire judicial process which had ended in a final and binding judicial decision of 22 March 2000, upheld on appeal on 6 June 2000, and was thus res judicata. The Court finds no reason to depart from its reasoning in the aforementioned Ryabykh case. It concludes that the setting aside of that decision in supervisory review proceedings for the sake of correcting an alleged judicial error violated the principle of legal certainty enshrined in Article 6 § 1 of the Convention.
33. There has accordingly been a violation of Article 6 § 1 of the Convention.
II. Alleged violation of Article 1 of Protocol No. 1
to the Convention
34. The applicants complained under Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention that the quashing on supervisory review of the final judicial awards in their favour also constituted an unjustified interference with their right to the peaceful enjoyment of their possessions. Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention reads as follows:
"Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties."
35. The parties" submissions under this head were the essentially the same as above.
Admissibility
36. In so far as the applicants" complaints concern the outcome of the civil proceedings, the Court notes that the examination of their case has resumed and the proceedings are pending before the domestic courts. The Court, therefore, considers that it is not called upon to decide whether the facts alleged by the applicant disclose any appearance of a violation of Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention.
37. It follows that therefore this complaint is premature and this part of the application must be rejected pursuant to Article 35 §§ 1 and 4 of the Convention.
III. Other alleged violations of the Convention
38. Lastly, the applicants complained that the ruling of the Presidium of the Moscow City Court of 28 September 2000 violated their right to an effective remedy guaranteed by Article 13 of the Convention, and that it constituted an abuse of rights prohibited by Article 17 of the Convention.
39. Having regard to all the material in its possession, and in so far as these complaints fall within its competence, the Court finds that they do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. It follows that this part of the application must be rejected as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
IV. Application of Article 41 of the Convention
40. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
A. Damage
41. The applicants each claimed a compensation of pecuniary and non-pecuniary damage. The first applicant"s claims in respect of pecuniary damage included 37,600 United States dollars (USD) representing the nominal value of the bonds and USD 141,818 of accrued interest, plus penalties. The second applicant"s claims in respect of pecuniary damage included USD 386,000 representing the nominal value of the bonds and USD 1,431,807 of accrued interest, plus penalties. In respect of non-pecuniary damage the applicants each claimed USD 10,000.
42. The Government contested the applicants" claims as excessive and unfounded.
43. The Court notes that the applicants" claims as regard pecuniary damage related to the alleged violation of their right to the peaceful enjoyment of possessions. In view of the above finding that this complaint is inadmissible, the Court rejects this part of the claims. As regards non-pecuniary damage, it considers that the applicants must have suffered frustration and a feeling of injustice as a consequence of the reversal of the final judicial decision in their favour. Accordingly, making its assessment on an equitable basis, it awards the applicants 2,000 euros each for non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on that amount.
B. Costs and expenses
44. The applicants did not make any claim in respect of the costs and expenses incurred before the domestic courts or in the proceedings before the Court. Accordingly, the Court makes no award under this head.
C. Default interest
45. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint under Article 6 § 1 concerning the quashing of the judgment by way of supervisory review admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention on account of the quashing of the judgment of 22 March 2000, upheld on appeal on 6 June 2000;
3. Holds
(a) that the respondent State is to pay each applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 2,000 (two thousand euros) in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicants" claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 28 June 2007, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Peer LORENZEN
President
Claudia WESTERDIEK
Registrar