ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №58-АПГ14-18с АПЕЛЛЯЦИОННОЕ г. Москва
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
20 о к т я б р я 2014 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Корчашкиной Т.Е., Кириллова В С .
при секретаре Горловой С В .
рассмотрела в закрытом судебном заседании 20 октября 2014 г. дело по иску Бабикова Дениса Викторовича к Дальневосточной транспортной прокуратуре о признании незаконным и отмене решения о прекращении допуска к государственной тайне, восстановлении допуска к государственной тайне, признании незаконным и отмене приказа Дальневосточного транспортного прокурора об увольнении, восстановлении на работе по апелляционной жалобе представителя Бабикова Дениса Викторовича Полякова Игоря Михайловича на решение Хабаровского краевого суда от 19 июня 2014 г., которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Корчашкиной Т.Е., объяснения представителя Бабикова Д.В. - Клёцкина А.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу представителя Дальневосточной транспортной прокуратуры Халипова А.В., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Бабиков Д.В. обратился в суд с иском к Дальневосточной транспортной прокуратуре о признании незаконным и отмене решения Дальневосточного транспортного прокурора от 3 октября 2013 г. о прекращении ему допуска к государственной тайне, восстановлении допуска к государственной тайне, 2 признании незаконным и отмене приказа Дальневосточного транспортного прокурора от 7 апреля 2014 г. № 171-к об увольнении, восстановлении на работе.
В обоснование исковых требований истец указал на то, что работал в органах прокуратуры с 1996 года, в том числе с 1 августа 2007 года проходил службу в составе Дальневосточной транспортной прокуратуры, имел допуск к сведениям, составляющим государственную тайну по второй форме.
Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 13 июля 2009 г. № 619-к Бабиков Д.В. был назначен на должность Приморского транспортного прокурора.
Решением Дальневосточного транспортного прокурора от 3 октября 2013 г. ему прекращен допуск к сведениям, составляющим государственную тайну.
Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 6 ноября 2013 г. № 1007-к Бабиков Д.В. освобожден от должности Приморского транспортного прокурора в связи с прекращением допуска к государственной тайне.
Приказом Дальневосточного транспортного прокурора от 7 апреля 2014 г. № 171-к Бабиков Д.В. уволен из Дальневосточной транспортной прокуратуры по пункту 10 части первой ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации - в связи с прекращением допуска к государственной тайне.
Истец считал прекращение ему допуска к государственной тайне и увольнение с работы в связи с прекращением такого допуска незаконными, ссылаясь на то, что нарушений принятых на себя обязательств, связанных с защитой государственной тайны и предусмотренных договором об оформлении допуска к государственной тайне от 4 мая 2011 г., он не допускал. Положения заключенного с ним трудового договора не предусматривают, что по должности Приморского транспортного прокурора необходимо наличие допуска к государственной тайне, и не содержат условие о расторжении трудового договора в связи с прекращением допуска к государственной тайне.
Решение о прекращении допуска к государственной тайне было принято по результатам служебной проверки, которая, по мнению истца, незаконно проведена в соответствии с требованиями приказа Генерального прокурора от 18 апреля 2008 г. № 70 «О проведении проверок (служебных расследований) в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации», поскольку предусмотренных указанным приказом оснований для проведения проверки не имелось. С приказом о проведении проверки и заключением по результатам ее проведения он ознакомлен не был, возможности представить объяснение ему не предоставили.
Кроме того, истец ссылался на то, что работодателем не был соблюден порядок расторжения трудового договора, поскольку об отсутствии вакантных должностей, не требующих допуска к государственной тайне, работодатель сообщил только после увольнения истца с работы. В то же время в период с момента прекращения истцу допуска к государственной тайне до момента 3 увольнения у работодателя имелись вакантные должности, не требующие допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, которые истцу предложены не были. На момент увольнения истец являлся нетрудоспособным, до увольнения ему не были предоставлены очередной и неиспользованный отпуска.
Указал также, что Генеральным прокурором Российской Федерации полномочия Дальневосточному транспортному прокурору на увольнение Приморского транспортного прокурора делегированы не были, в связи с чем Дальневосточный транспортный прокурор не вправе был принимать решение об увольнении.
Уточнив исковые требования, Бабиков Д.В. просил суд признать незаконными и отменить решение Дальневосточного транспортного прокурора от 3 октября 2013 г. о прекращении допуска к государственной тайне, приказ Дальневосточного транспортного прокурора от 7 апреля 2014 г. № 171-к об увольнении, восстановить ему допуск к государственной тайне и восстановить на работе в прежней должности.
Представители ответчика исковые требования не признали, заявили о пропуске истцом предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса РФ трехмесячного срока для обращения в суд с требованиями о признании незаконным и отмене решения о прекращении допуска к государственной тайне, восстановлении допуска к государственной тайне, указав на то, что решение о прекращении Бабикову Д.В. допуска датировано 3 октября 2013 г., а исковое заявление подано им в суд лишь 27 марта 2014 г. Кроме того, представители ответчика просили отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что решение о прекращении истцу допуска к государственной тайне и приказ об увольнении являлись законными и обоснованными.
Решением Хабаровского краевого суда от 19 июня 2014 г. в удовлетворении исковых требований Бабикова Д.В. отказано.
В апелляционной жалобе представителя Бабикова Д.В. - Полякова И.М.
содержится просьба об отмене решения суда первой инстанции, как незаконного и необоснованного, и принятии нового решения об удовлетворении иска.
Бабиков Д.В., извещённый о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился. На основании ч. 3 ст. 167, ч. 1 и 2 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит возможным рассмотреть дело в его отсутствие.
Суд апелляционной инстанции, проверив в соответствии со ст. 327 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, доводы апелляционной 4 жалобы и возражения на неё, исследовав имеющиеся в деле доказательства, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 40 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» служба в органах и организациях прокуратуры является федеральной государственной службой. Трудовые отношения работников органов и организаций прокуратуры регулируются законодательством Российской Федерации о труде и законодательством Российской Федерации о государственной службе с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом.
Основания прекращения службы в органах и организациях прокуратуры предусмотрены статьей 43 названного Федерального закона, из которой следует, что прокурорский работник может быть уволен по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации о труде, а также в случаях, перечисленных в пункте 1 данной статьи.
Согласно пункту 10 части первой статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор подлежит прекращению в случае прекращения допуска к государственной тайне, если выполняемая работа требует такого допуска.
Прекращение трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 10 части первой ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу.
Основания прекращения допуска должностного лица или гражданина к государственной тайне установлены статьями 22, 23 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5485-1 «О государственной тайне», в частности, допуск должностного лица или гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации в случае однократного нарушения им взятых на себя предусмотренных трудовым договором (контрактом) обязательств, связанных с защитой государственной тайны.
Аналогичное основание прекращения допуска гражданина к государственной тайне по решению должностного лица, принявшего решение о его допуске к государственной тайне, содержится в подпункте «б» пункта 15 Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2010 г. № 63.
Прекращение допуска должностного лица или гражданина к государственной тайне является дополнительным основанием для расторжения с ним трудового договора (контракта), если такие условия предусмотрены в трудовом договоре (контракте).
Судом установлено, что Бабиков Д.В. работал в органах прокуратуры Российской Федерации с 22 октября 1996 г., в том числе с 1 августа 2007 г.
проходил службу в составе Дальневосточной транспортной прокуратуры в должности Находкинского транспортного прокурора. 1 августа 2007 г. между 5 Дальневосточной транспортной прокуратурой и Бабиковым Д.В. заключен трудовой договор № 1пр, в соответствии с п. «в» раздела 3 которого прокурорский работник обязан соблюдать порядок работы со служебной информацией и сведениями, составляющими государственную и иную охраняемую тайну (т. 1 л.д. 14-18).
Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 13 июля 2009 г. № 619-к Бабиков Д.В. был назначен на должность Приморского транспортного прокурора, которая включена в номенклатуру должностей работников, подлежащих оформлению на допуск к совершенно секретным и секретным сведениям по Дальневосточной транспортной прокуратуре (т. 1 л.д. 11, 246, 247). Распоряжением Дальневосточного транспортного прокурора от 1 октября 2007 г. Бабикову Д.В. предоставлен допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, по второй форме (т. 1 л.д. 231 об.).
4 мая 2011 г. с истцом был заключен договор (контракт) об оформлении допуска к государственной тайне, который являлся приложением к трудовому договору от 1 августа 2007 г. № 1пр, и по условиям которого Бабиков Д.В.
принял на себя обязательства по защите сведений, составляющих государственную тайну, а также был предупрежден о том, что в случае даже однократного нарушения взятых на себя обязательств, его допуск к государственной тайне может быть прекращен, а трудовой договор с ним расторгнут (т. 1 л.д. 20-22).
Трудовой договор от 1 августа 2007 г. № 1пр не содержал условий о том, что прекращение допуска лица к государственной тайне является дополнительным основанием расторжения трудового договора, однако в силу п. 9 данного договора он мог быть прекращен по основаниям и в порядке, установленном Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» и Трудовым кодексом Российской Федерации.
Таким образом, при установлении работодателем факта нарушения Бабиковым Д.В. обязательств, связанных с защитой государственной тайны, его допуск к государственной тайне мог быть прекращен, а трудовой договор с ним расторгнут по основанию, предусмотренному пунктом 10 части первой статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации, - в связи с прекращением допуска к государственной тайне.
Разрешая спор и принимая решение об отказе в иске Бабикову Д.В., суд исходил из того, что у Дальневосточного транспортного прокурора имелись предусмотренные законом основания для прекращения истцу допуска к государственной тайне в связи с допущенными им нарушениями обязательств, связанных с защитой государственной тайны, и последующего увольнения в связи с прекращением такого допуска, при этом порядок прекращения допуска к государственной тайне и трудового договора, заключенного с Бабиковым Д.В.
ответчиком были соблюдены.
Из материалов дела видно, что на основании распоряжения заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 11 сентября 2013 г.
№ 392/66рр в Приморской и Находкинской транспортных прокуратурах 6 комиссией Генеральной прокуратуры Российской Федерации была проведена проверка состояния системы защиты информации. При проведении данной проверки в Приморской транспортной прокуратуре были выявлены нарушения Приморским транспортным прокурором Бабиковым Д.В. требований законодательства Российской Федерации при ведении секретного делопроизводства и обеспечении защиты информации, в связи с чем Дальневосточной транспортной прокуратуре предложено провести в отношении Бабикова Д.В. служебную проверку (т. 1 л.д. 233-239).
На основании приказа Дальневосточного транспортного прокурора от 26 сентября 2013 г. № 501-к (т. 1 л.д. 108, 109) и в соответствии с приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 18 апреля 2008 г. № 70 «О проведении проверок (служебных расследований) в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации» по выявленным Генеральной прокуратурой Российской Федерации фактам нарушений законодательства в Приморской транспортной прокуратуре комиссией Дальневосточной транспортной прокуратуры в период с 26 сентября по 3 октября 2013 г. была проведена служебная проверка, в ходе которой нарушения, указанные в справке Генеральной прокуратуры Российской Федерации, подтвердились.
Заключение по результатам служебной проверки от 3 октября 2013 г.
послужило основанием для принятия в отношении Бабикова Д.В.
Дальневосточным транспортным прокурором решения о прекращении допуска к государственной тайне (т. 1 л.д. 240-245).
Суд обоснованно отклонил довод истца о том, что оснований для проведения служебной проверки в порядке, предусмотренном вышеназванным приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 18 апреля 2008 г.
№ 70, не имелось, поскольку согласно п. 2 данного приказа проверке подлежит, в том числе информация, полученная из иных источников о совершении прокурорскими работниками органов и учреждений прокуратуры административных правонарушений, проступков, порочащих честь прокурорского работника, а также нарушений ими требований Присяги прокурора.
Требованиями Присяги, принесенной Бабиковым Д.В. при назначении на должность прокурора, предусмотрено, в том числе, соблюдение им законов, строгое хранение государственной и иной охраняемой законом тайны (т. 3 л.д. 8).
Следовательно, информация Генеральной прокуратуры Российской Федерации о нарушении Бабиковым Д.В. требований законодательства при ведении секретного делопроизводства, явилась правомерным основанием для проведения в отношении него проверки в соответствии с приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 18 апреля 2008 г. № 70.
Заключением служебной проверки от 3 октября 2013 г. установлены факты ненадлежащего исполнения Бабиковым Д.В. своих должностных обязанностей, нарушения требований законодательства о государственной 7 тайне, распоряжения Дальневосточного транспортного прокурора о соблюдении режима секретности в транспортных прокуратурах, выразившиеся в ненаправлении истцом в Дальневосточную транспортную прокуратуру жесткого диска, использовавшегося для работы с секретными документами, при смене этого диска, а также в непринятии мер по оборудованию режимного помещения в Приморской транспортной прокуратуре и выделению отдельного средства вычислительной техники для работы с секретными документами.
Как установлено судом и видно из материалов дела, распоряжением Дальневосточного транспортного прокурора от 9 марта 2010 г. № 12/9р «Об усилении контроля за режимом секретности в транспортных прокуратурах» (далее - распоряжение от 9 марта 2010 г. № 12/9р), принятым в соответствии с требованиями Инструкции по обеспечению режима секретности в Российской Федерации, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации 5 января 2004 г. № 3-1 (далее - Инструкция от 5 января 2004 г.
№3-1), на транспортных прокуроров в срок до 15 марта 2010 г. была возложена обязанность представить в Дальневосточную транспортную прокуратуру сведения о номерах жестких дисков и инвентарных номерах вычислительной техники, используемой для работы с секретными документами, а также информацию о проведенных мероприятиях, направленных для оборудования режимных помещений, принятии мер для согласования с органами Федеральной службы безопасности. Кроме того, в соответствии с названным распоряжением при смене жесткого диска транспортные прокуроры должны незамедлительно направлять его в Дальневосточную транспортную прокуратуру и информировать о серийном номере диска, на который происходит замена (т. 2 л.д. 104, 105).
Во исполнение данного распоряжения Бабиковым Д.В. в Дальневосточную транспортную прокуратуру была представлена докладная записка от 15 марта 2010 г. № 1-15/в-10 о намерении использовать для работы с секретными документами персональный компьютер с установленным на нем жестким диском с соответствующими инвентарным и серийным номерами (т. 1 л.д. 106), в связи с чем Дальневосточной транспортной прокуратурой в журнал учёта машинных носителей информации и машинных документов 22 марта 2010 г. были внесены представленные Бабиковым Д.В. сведения (т. 2 л.д. 165).
23 сентября 2013 г. и.о. Приморского транспортного прокурора в Дальневосточную транспортную прокуратуру был представлен акт от 30 декабря 2011 г. об уничтожении вышеуказанного жесткого диска, подписанный Бабиковым Д.В. и двумя его заместителями (т. 1 л.д. 107).
При этом в период с 22 марта 2010 г. по 30 декабря 2011 г., то есть до уничтожения жесткого диска, Бабиков Д.В. не ставил ответчика в известность о необходимости уничтожения жесткого диска, невозможности его передачи в Дальневосточную транспортную прокуратуру, а также о факте уничтожения жесткого диска, в связи с чем суд правильно признал факт ненаправления истцом жесткого диска, использовавшегося для работы с секретными 8 документами, в Дальневосточную транспортную прокуратуру нарушением установленного распоряжением 9 марта 2010 г. № 12/9р порядка осуществления транспортным прокурором контроля за обеспечением режима секретности.
Бабиковым Д.В. допущены и другие нарушения режима секретности. Так, в докладной записке от 15 марта 2010 г. № 1-151 в-10 Бабиков Д.В. указал об осуществляемых в Приморской транспортной прокуратуре мероприятиях, направленных на оборудование режимного помещения для работы с секретными документами, в предполагаемый срок - май 2010 г.
Однако как установлено комиссией Дальневосточной транспортной прокуратуры режимное помещение для хранения секретных документов ни в указанный срок, ни к моменту проведения в отношении Бабикова Д.В.
служебной проверки в нарушение требований п. 173, 176-179 Инструкции от 5 января 2004 г. № 3-1, оборудовано не было.
В ходе служебной проверки также было установлено и истцом не оспаривалось, что документы Приморской транспортной прокуратуры, содержащие сведения, составляющие государственную тайну, готовились на компьютере, который находился в пользовании другого структурного подразделения Дальневосточной транспортной прокуратуры, не прошел комплекса аттестационных мероприятий по требованиям безопасности информации и не имел в своем составе сертифицированных средств защиты информации. Указанные обстоятельства в нарушение пп. 17 п. 24 Инструкции от 5 января 2004 г. № 3-1 не исключали возможности ознакомления со сведениями, составляющими государственную тайну, других работников, не имеющих допуска к таким сведениям.
Принимая во внимание, что выводы, изложенные в заключении служебной проверки от 3 октября 2013 г., о ненадлежащем исполнении Бабиковым Д.В. своих должностных обязанностей, нарушении им требований законодательства о государственной тайне, распоряжения Дальневосточного транспортного прокурора о соблюдении режима секретности в транспортных прокуратурах нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, суд пришел к обоснованному выводу о том, что истцом допущено нарушение обязательств, связанных с защитой государственной тайны, поэтому у ответчика имелись предусмотренные законом основания для прекращения ему допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.
Доводы истца о том, что распоряжение Дальневосточного транспортного прокурора от 9 марта 2010 г. № 12/9р «Об усилении контроля за режимом секретности в транспортных прокуратурах», нарушение которого вменено истцу, являлось незаконным, суд правильно признал несостоятельными, указав, что в соответствии со ст. 18 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокуроры субъектов наделены полномочиями издавать распоряжения, обязательные для исполнения всеми подчиненными работниками. Кроме того, суд установил, что требования, содержащиеся в указанном распоряжении, соответствуют требованиям 9 Инструкции по обеспечению режима секретности, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 5 января 2004 г.
№ 3-1, которая, в свою очередь, была разработана во исполнение требований Закона Российской Федерации «О государственной тайне».
С Законом Российской Федерации «О государственной тайне», а также другими нормативными актами, регламентирующими защиту государственной тайны, Бабиков Д.В., как видно из материалов дела, был ознакомлен при заключении договора об оформлении допуска к государственной тайне и принял на себя обязательства их соблюдать (т. 1 л.д. 20, 21).
Судом дана надлежащая правовая оценка и доводам истца о том, что он не может нести ответственность за нарушения режима секретности, выразившиеся в непринятии мер по оборудованию режимного помещения и выделению отдельного средства вычислительной техники для работы с секретными документами, поскольку они вызваны ненадлежащим созданием условий и материально-техническим обеспечением со стороны работодателя.
Как установлено судом и видно из материалов дела, в компетенцию Бабикова Д.В. входило руководство деятельностью Приморской транспортной прокуратуры, контроль за ведением общего и секретного делопроизводства, решение вопросов материально-технического обеспечения, организация работы по исполнению приказов и распоряжений Генерального прокурора Российской Федерации, Дальневосточного транспортного прокурора (т. 2 л.д. 207).
Таким образом, Бабиков Д.В. как руководитель Приморской транспортной прокуратуры обязан был принять меры, направленные на защиту сведений, составляющих государственную тайну, при работе с секретными документами и хранении секретных документов, в том числе при необходимости поставить перед Дальневосточной транспортной прокуратурой вопрос о выделении компьютерной техники для работы с секретными документами, о производстве работ и выделении имущества для оборудования режимного помещения. Между тем доказательств того, что такие меры Бабиковым Д.В. были приняты, а Дальневосточной транспортной прокуратурой ему было отказано в оказании содействия по реализации этих мер, истец суду не представил, в связи с чем оснований полагать, что вина Бабикова Д.В. во вмененных ему нарушениях режима секретности отсутствовала, у суда не имелось.
Порядок прекращения Дальневосточным транспортным прокурором допуска Бабикова Д.В. к государственной тайне, предусмотренный Законом Российской Федерации «О государственной тайне» и Инструкцией о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2010 года № 63, судом проверялся, нарушений не установлено.
Решение Дальневосточного транспортного прокурора о прекращении допуска истца к государственной тайне правомерно оформлено ответчиком в соответствии с требованиями п. 45 Инструкции о порядке допуска 10 должностных лиц и граждан к государственной тайне - записью в позиции 8 карточки.
Проверяя законность изданного в отношении Бабикова Д.В. приказа Дальневосточного транспортного прокурора от 7 апреля 2014 г. № 171-к об увольнении, суд установил, что указанный приказ был издан на основании приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 6 ноября 2013 г.
№ 1007-к, которым Бабиков Д.В. был освобожден от занимаемой должности в связи с прекращением допуска к государственной тайне.
Установив, что допуск Бабикова Д.В. к государственной тайне прекращен правомерно, а вакантных должностей, не требующих наличия допуска к государственной тайне, в Дальневосточной транспортной прокуратуре на день его увольнения 7 апреля 2014 г. не имелось, суд пришел к правильному выводу о законности увольнения истца по пункту 10 части первой ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации.
Доводы истца о наличии у ответчика вакантных должностей, не требующих допуска к государственной тайне, были проверены судом и не нашли своего подтверждения.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что суд необоснованно отказал в привлечении к участию в деле Генеральной прокуратуры Российской Федерации, несостоятельна, поскольку исковые требования к Генеральной прокуратуре Российской Федерации истцом не заявлялись, приказ Генерального прокурора Российской Федерации об увольнении истца в рамках настоящего дела не обжаловался.
Принимая во внимание, что Бабиков Д.В. с заключением служебной проверки от 3 октября 2013 г. ознакомлен в судебном заседании Хабаровского краевого суда и каких-либо возражений по тексту этого заключения он не представил, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не усматривает достаточных оснований для отмены решения Хабаровского краевого суда в связи с неознакомлением Бабикова Д.В.
Дальневосточной транспортной прокуратурой с материалами служебной проверки в период проведения служебной проверки.
Другие доводы жалобы аналогичны тем, которые заявлялись истцом в суде первой инстанции, они были проверены судом первой инстанции при разбирательстве дела и правильно признаны не основанными на законе и не подтверждёнными материалами дела, по мотивам, подробно изложенным в решении суда.
С учётом изложенного Судебная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности решения суда первой инстанции. При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального и процессуального права, поэтому предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.
11 Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь ст. 328, 329, 330 ГПК РФ,
определила:
решение Хабаровского краевого суда от 19 июня 2014 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Бабикова Дениса Викторовича - Полякова Игоря Михайловича - без удовлетворения.