ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№5-АПУ14-52#7 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва «22» октября 2014 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кулябина В.М., судей Скрябина К.Е., Дубовика Н.П., при секретаре Черниковой Ю.И., рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных Ермолаева Я.В., Ваеса Б.Д.Б.Я., адвоката Сычева С.А. на приговор Московского городского суда с участием коллегии присяжных заседателей от 13 сентября 2013 года, которым Ермолаев Ярослав Владимирович, родившийся 30 декабря 1969 года в г. Москве, несудимый, осужден за совершение шести преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, за каждое к 14 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений.
2 На основании ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 2 года, с установлением ограничений;
Ваес Бруно Дирк Барт Ян, родившийся 28 апреля 1978 года в г.Руселаере Королевство Бельгия, несудимый, осужден по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (преступление от 3 августа 2011 года) к 11 годам лишения свободы, по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (преступление от 4 августа 2011 года) к 12 годам лишения свободы.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно назначено 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
На основании п. «д» ч. 1, 2 ст. 97, п. «а» ч. 1 ст. 99, ст. 100 УК РФ в отношении Ермолаева Я.В. и Ваеса Б.Д.Б.Я. применены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у психиатра по месту отбывания наказания.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
На основании вердикта коллегии присяжных заседателей Ермолаев Я.В. признан виновным в совершении действий сексуального характера с использованием беспомощного состояния Черных ДМ., 12 апреля 2001 года рождения (три преступления), Оглоблина А.А., 25 января 2000 года рождения, Васильченко РФ., 29 ноября 1998 года рождения, не достигших четырнадцатилетнего возраста.
Ваес Б.Д.Б.Я. и Ермолаев Я.В. признаны виновными в совершении группой лиц по предварительному сговору действий сексуального характера с использованием беспомощного состояния Васильченко Р Ф . и Спиридонова ВВ., 9 июня 1999 года рождения, не достигших четырнадцатилетнего возраста.
Ваес Б.Д.Б.Я. признан виновным в совершении действий сексуального характера с использованием беспомощного состояния Васильченко РФ., не достигшего четырнадцатилетнего возраста.
3 Преступления совершены в г. Москве в сроки и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Заслушав доклад судьи Скрябина К.Е., выступления осужденных Ермолаева Я.В., Ваеса Бруно Дирка Барта Яна, адвокатов Шаповаловой НЮ.
и Сычева С.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление государственного обвинителя Самойлова ИВ., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
в апелляционных жалобах и дополнениях:
осужденный Ермолаев Я.В. просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение ввиду допущенных нарушений норм уголовно - процессуального законодательства. Приводит доводы о том, что доказательств его виновности не имеется, физического и психологического воздействия к потерпевшим не применялось. Оспаривает вывод суда о беспомощном состоянии потерпевших и невозможности потерпевших оказывать сопротивление. Обращает внимание на экспертные исследования в отношении психического состояния потерпевших, считает, что его действия ошибочно квалифицированны по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, при этом судом не применены положения ст. 10 УК РФ, не учтено время внесения изменений в Уголовный кодекс РФ, и инкриминированные действия подлежат квалификации по ст. 135 УК РФ. Указывает на ненадлежащую юридическую помощь со стороны адвоката Ломжиной.
Ссылается также на положительные характеристики, на достоверность собственных показаний о невиновности, на предвзятость суда и суровость назначенного наказания;
осужденный Ваес Бруно Дирк Барт Ян просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания. Указывает на то, что в присутствии присяжных заседателей были исследованы недопустимые доказательства, вопросный лист не содержал вопросов, которые могли исключить его ответственность или изменить на менее тяжкое преступление, вердикт противоречит доказательствам, исследованным в судебном заседании, действия неверно 4 квалифицированы по ст. 132 УК РФ. Считает, что в судебном заседании были оглашены недопустимые доказательства - протокол его допроса в качестве обвиняемого и протокол очной ставки с Васильченко. Приводит подробный анализ нарушений своих процессуальных прав в период предварительного расследования, заявляет о том, что не знал сущности подозрений и обвинений, процессуальные права ему не разъяснялись, в результате незаконного физического насилия он подписал протоколы без понимания их содержания. Обращает внимание на то, что по делу были нарушены сроки и процедура его задержания, не вручены и не были переведены процессуальные постановления, при допросе от 7 августа 2011 года отсутствовал адвокат, поэтому он был лишен возможности эффективно защищаться. Уровень владения языком переводчиком Плуталовым являлся недостаточным, в результате чего он также был лишен возможности общения с адвокатом. Следователем не было рассмотрено его ходатайство об отводе переводчика от 10 августа 2011 года, замена переводчика Плуталова произведена только после вступления в дело адвоката, владеющего английским языком. После проведения личного досмотра следователь прекратил применение видеозаписи и не зафиксировал ход допросов.
Протоколы следственных действий с участием переводчика Плуталова после подачи ходатайств об отводе являются недопустимыми доказательствами.
Отражает обстоятельства насилия и подписания им документов, оспаривает существо постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 25 июня 2012 года, заявляет о наличии препятствий для его обжалования. В судебном заседании перед присяжными заседателями были исследованы фотографии детской порнографии, которые не относились к предъявленным обвинениям, подлежащим исследованию с участием присяжных заседателей, являлись недопустимым доказательством, поскольку фототаблицы не содержались в 5 томах, предъявленных для ознакомления по окончании предварительного расследования, и по сообщению следователя не признавались вещественным доказательством. При формулировке вопросов, подлежащих рассмотрению присяжными заседателями, стороне защиты не было предоставлено времени для подготовки предложений, суд отклонил все предложенные стороной защиты отдельные вопросы, в том числе о нахождении потерпевших в беспомощном состоянии, при этом содержание вопроса № 13 касалось состояния двух потерпевших. Обращает внимание на экспертное заключение в отношении потерпевшего Спиридонова. Считает, что судом нарушено право на участие в судебном заседании, поскольку после удаления присяжных заседателей в совещательную комнату, он и его адвокаты были удалены из зала суда. В период судебного разбирательства не I ! I 5 принято необходимых мер для вызова потерпевшего Васильченко в судебное заседание, его законный представитель не могла исполнять обязанности, судом не проверено заявление потерпевшего, не были допрошены все лица, указанные в списке при обвинительном заключении.
Судом отклонено его ходатайство о нахождении в судебном заседании рядом с адвокатами. В своем выступлении в прениях сторон прокурор создавал предубеждение присяжных заседателей, что привело к вынесению незаконного вердикта. Оспаривает постановления председательствующего о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания. Указывает, что при назначении наказания суд сослался на отсутствие оснований для применения ст. 64 и 73 УК РФ, однако в отношении эпизода от 3 августа 2011 года назначил наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ;
адвокат Сычев С.А. в интересах осужденного Ваеса Б.Д.Б.Я. просит приговор отменить, постановить оправдательный приговор либо уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии подготовки к судебному разбирательству. Приводит доводы об отсутствии в действиях Ваеса Б.Д.Б.Я. в отношении несовершеннолетних потерпевших Васильченко и Спиридонова использования их беспомощного состояния. Указывает на то, что в нарушение ч. 2 ст. 338 УПК РФ суд отказал стороне защиты в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление, а именно вопроса о недоказанности понимания потерпевшими характера и значения совершаемых с ними действий, а поставленные перед присяжными вопросы отличались сложной грамматической конструкцией и не были понятны для них. По делу не было проведено комплексной психолого психиатрической экспертизы в отношении Спиридонова, и присяжные не вправе были решать вопросы о квалификации деяния, входящие в компетенцию суда. Кроме того, приводит доводы о том, что в судебном заседании исследован недопустимый протокол очной ставки с Васильченко, также в ходе предварительного расследования Ваесу не были вручены копии постановления о возбуждении уголовного дела и протокола задержания, не разъяснялись процессуальные права с переводом. В судебном заседании подсудимые и защитники были удалены из зала после удаления присяжных в совещательную комнату, что лишило их возможности наблюдения за исполнением требований о тайне совещательной комнаты, которую считает нарушенной. Ссылается также на искажение содержания протокола 6 судебного заседания. Кроме того, считает, что вопросы перед присяжными заседателями содержали требования юридической оценки и мотивов действий. Оспаривает квалификацию действий Ваеса, указывает, что ему инкриминировано деяние в редакции уголовного закона от 29 февраля 2012 года. В напутственном слове председательствующий сообщил неверное содержание уголовного закона в отношении понятия действий сексуального характера.
[ | 1 \ ' В своих возражениях государственный обвинитель Дядюра Д.В.
считает, что доводы апелляционных жалоб не подлежат удовлетворению.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит, что приговор подлежит изменению.
Как следует из протокола судебного заседания, судебное следствие по делу проведено с соблюдением требований ст. 243 и 335 УПК РФ, с учетом его особенностей в суде с участием присяжных заседателей. При этом председательствующий не ограничивал прав участников процесса и создал г необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, сохраняя объективность и беспристрастность.
Все заявленные ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями закона. Сведений о том, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании допустимых доказательств, в материалах дела не имеется.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, у председательствующего не имелось оснований для отказа государственному обвинителю в исследовании протоколов допроса несовершеннолетнего потерпевшего Васильченко РФ., протокола очной ставки между потерпевшим Васильченко Р Ф . и подозреваемым Ваесом Б.Д.Б.Я, протоколов осмотра и фототаблицы, а также других доказательств, которые были представлены присяжным заседателям, поскольку эти доказательства были получены с соблюдением требований закона.
Ходатайства стороны защиты о признании таких доказательств недопустимыми доказательствами получили надлежащее разрешение, существо доводов стороны защиты о нарушениях процедуры « ' I | 7 судопроизводства, на которые указано в содержании апелляционных жалоб, было тщательно проверено судом, выводы суда об отклонении заявленных ходатайств мотивированы в соответствующих постановлениях.
Как следует из материалов дела, допросы несовершеннолетнего потерпевшего Васильченко РФ. о сексуальном преступлении в отношении него, данные в период предварительного расследования, и его допрос в судебном заседании 4 сентября 2012 года были проведены с соблюдением соответствующей процедуры. Оглашение таких показаний при новом судебном рассмотрении соответствовало требованиям п. 3 ч. 2 ст. 281 УПК РФ. Как следует из материалов дела, потерпевший Васильченко является гражданином и проживает на территории Украины, письменно заявил об отказе явиться на новое судебное рассмотрение. В судебном заседании была допрошена его законный представитель Васильченко О.А., также являющаяся гражданкой Украины, которая подтвердила свое участие в проведении допросов потерпевшего и обстоятельства направления им сообщения в суд. Доводы апелляционных жалоб, оспаривающие достоверность показаний законного представителя Васильченко О.А., ее полномочия и подлинность заявления потерпевшего, ссылки на необходимость проведения иной проверки причин неявки Васильченко РФ., Судебная коллегия находит несостоятельными.
Показания потерпевшего Васильченко по эпизоду от 3 августа 2011 года не являлись единственным источником доказательств обвинений Ваеса и Ермолаева; в судебном заседании перед присяжными заседателями об этих обстоятельствах свидетельствовал также потерпевший Спиридонов.
Протоколы осмотра и фототаблица были исследованы в судебном заседании в силу доказательственного значения этих сведений для установления обстоятельств дела. Допустимость таких доказательств и источники их получения были проверены судом, возможность ознакомиться и участвовать в исследовании протоколов и фототаблицы стороне защиты, в том числе подсудимому Ваесу была обеспечена.
Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения доводов апелляционных жалоб о том, что в судебном заседании с нарушением законодательства был исследован протокол очной ставки между потерпевшим Васильченко и подозреваемым Ваесом от 15 августа 2011 года.
Ссылки на некомпетентность переводчика, на неосведомленность Ваеса в 8 отношении подозрений и обвинений при проведении следственных действий, на нарушение процедуры задержания, на применение насилия и необоснованность решения об отказе в возбуждении уголовного дела, на которые указано в апелляционных жалобах, проверялись судом первой инстанции, но не свидетельствуют о недопустимости исследованного протокола.
Доводы о том, что подозреваемый Ваес не понимал сущности очной ставки и содержания показаний несовершеннолетнего Васильченко являются несостоятельными, поскольку ему разъяснялось право не свидетельствовать против себя, он подробно излагал свою версию об обстоятельствах дела с участием адвоката, протокол подписан без замечаний всеми участниками очной ставки. Переводчик Плуталов участвовал в производстве по делу на основании соответствующего постановления следователя, имел диплом об образовании и квалификацию переводчика английского языка в сфере профессиональной коммуникации, был предупрежден об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод. Отвода переводчику при проведении следственного действия по мотиву его некомпетентности не было заявлено, и наличие обращения осужденного Ваеса от 10 августа 2011 года о предоставлении переводчика из Посольства Бельгии не влияет на результаты очной ставки. Посольство Королевства Бельгии следователем было уведомлено 8 августа 2011 года об избрании Ваесу меры пресечения.
Заявления о применении к Ваесу насилия являлись предметом соответствующей проверки, но телесных повреждений у осужденного не было обнаружено, жалоб он не предъявлял, по результатам проверки следователем вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 25 июня 2012 года.
Показания Ваеса при допросе в качестве подозреваемого от 7 августа 2011 года и в качестве обвиняемого от 15 августа 2011 года, которые были признаны недопустимыми доказательствами, не оглашались перед присяжными заседателями.
Показания подсудимого Ермолаева в период предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проведении очных ставок с потерпевшими, были оглашены после разрешения ходатайства и проверки в судебном заседании заявления о недопустимости таких показаний.
9 После исследования представленных доказательств и разрешения заявленных ходатайств все участники судебного заседания были согласны закончить судебное следствие.
Нарушений норм уголовно - процессуального законодательства иного характера, о чем имеются ссылки в жалобах, не допущено.
Ссылки апелляционных жалоб на то, что подсудимый Ваес, содержащийся под стражей, не имел возможности сидеть рядом со своим адвокатом в зале судебного заседания, не связаны с вопросами нарушения его процессуальных прав, повлиявшими на вердикт присяжных заседателей, и не являются основанием для отмены приговора. Соответствующее ходатайство подсудимого было разрешено судом первой инстанции. Как следует из материалов дела, в судебном заседании возможность реализации процессуальных прав подсудимому Ваесу была обеспечена в полном объеме, в том числе на конфиденциальные консультации со своими адвокатами без ограничений.
Обстоятельств, влекущих необходимость замены адвоката Ломжиной, которая защищала интересы Ермолаева и участвовала в судебном заседании по назначению, не содержится. При этом Ермолаев имел право пригласить любого избранного защитника.
Уголовное дело было назначено к судебному рассмотрению с участием присяжных заседателей по ходатайству обвиняемого Ермолаева, который настаивал на его удовлетворении и при проведении предварительного слушания, в ходе которого обвиняемый Ваес и его защитники возражений на рассмотрение дела в такой форме судопроизводства не заявляли.
Отсутствовали основания для изменения этой формы судопроизводства и после отмены приговора от 4 октября 2012 года.
Поданные на протокол судебного заседания замечания рассмотрены в соответствии с требованиями закона, ставить под сомнение существо принятого председательствующим решения по результатам их рассмотрения оснований не имеется.
Процедура проведения прений сторон соблюдена. Сведений о том, что государственные обвинители в своих выступлениях ссылались на 10 обстоятельства, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимых, не имеется.
Нарушений требований ст. 338 УПК РФ о порядке постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, не допущено. Как видно из протокола судебного заседания, стороне защиты была предоставлена возможность для оформления своих предложений и замечаний к вопросному листу, для чего объявлялся перерыв. Такой возможностью сторона защиты воспользовалась, представив председательствующему свои замечания и предложения, которые не были связаны с наличием фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимых за содеянное или влекущих за собой ответственность за менее тяжкое преступление.
Вопросы, подлежащие рассмотрению присяжными заседателями, были поставлены с соблюдением требований ст. 252, 339 УПК РФ, с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. Поскольку обвинение подсудимых в совершении инкриминированных преступлений включало использование малолетнего возраста потерпевших, судом правильно сформулировано содержание вопросов, в том числе об осведомленности потерпевших в вопросах половых отношений, понимании ими характера и значения совершаемых с ними действий и возможности оказания сопротивления.
Данных о том, что в вопросный лист были включены обстоятельства, выходящие за пределы предъявленного подсудимым обвинения, и по своему содержанию вопросы требовали от присяжных собственной юридической оценки, не имеется.
Напутственное слово, с которым председательствующий обратился к присяжным заседателям, соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ. В нем председательствующий напомнил присяжным заседателям об исследованных доказательствах, изложил позицию защиты, правильно разъяснил основные правила оценки доказательств, сущность принципа презумпции невиновности.
Возражение адвоката Сычева по содержанию напутственного слова в отношении объема изложения доказательств стороны обвинения и защиты отклонено судом, как не основанное на законе.
11 Вердикт коллегии присяжных заседателей вынесен в соответствии с положениями ст. 343 УПК РФ, является ясным и непротиворечивым.
Ссылки апелляционных жалоб на то, что во время постановления присяжными вердикта сторона защиты не находилась в зале судебного заседания, касаются организационных вопросов и не свидетельствуют о нарушении присяжными процедуры судопроизводства по делу. Сведений о нарушении тайны совещательной комнаты не имеется; из протокола судебного заседания следует, что коллегия присяжных в течение одного дня удалилась в совещательную комнату в 13.00 и возвратилась в зал судебного заседания в 16.25, а после внесения уточнений - в 16.41.
Особенности рассмотрения дел с участием коллегии присяжных заседателей, а также юридические последствия удовлетворения ходатайств, включая особенности обжалования и рассмотрения жалоб на приговор, осужденным разъяснялись.
Доводы апелляционных жалоб, связанные с вопросами установления фактических обстоятельств дела, в том числе ссылки на неправильность вердикта не подлежат рассмотрению, поскольку разрешение вопроса о доказанности обвинения и оценка исследованных судом доказательств являются в силу ст. 334 УПК РФ исключительной компетенцией коллегии присяжных заседателей.
Вместе с тем Судебная коллегия находит, что при квалификации отдельных установленных коллегией присяжных действий осужденных по п.
«б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, за исключением эпизода мужеложства от 31 июля 2011 года, судом первой инстанции неправильно применен уголовный закон.
В силу положений ч. 1 ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.
Вердиктом установлена виновность Ермолаева и Ваеса в совершении деяний в период июня - августа 2011 года, т.е. до введения в действие Примечаний к ст. 131 УК РФ Федеральным законом от 29.02.2012 N 14 - ФЗ.
Такие деяния с учетом их характера и значения без зависимости от состояния потерпевшего составляли объективную сторону признака состава развратных 12 действий в старой редакции закона, поэтому действия Ермолаева и Ваеса подлежат переквалификации на соответствующие части ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ).
Таким образом, Судебная коллегия считает необходимым переквалифицировать действия Ермолаева в отношении не достигших двенадцатилетнего возраста Черных, по каждому из трех преступлений, и Оглоблина с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч. 3 ст. 135 УК РФ; действия Ваеса и Ермолаева, совершенные группой лиц по предварительному сговору в отношении Васильченко и Спиридонова, не достигших четырнадцатилетнего возраста, по эпизоду от 3 августа 2011 года с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч.
4 ст. 135 УК РФ; действия Ваеса по эпизоду от 4 августа 2011 года в отношении Васильченко с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч. 2 ст. 135 УК РФ в указанной редакции.
Судебная коллегия находит, что по эпизоду в отношении Васильченко от 31 июля 2011 года установленные вердиктом действия Ермолаева, выразившиеся в совершении мужеложства с использованием беспомощного состояния потерпевшего, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, правильно квалифицированы по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ с учетом действия положений п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст.
131 и 132 УК РФ» об отграничении состава преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ, от состава преступления, предусмотренного ст. 134 УК РФ.
Наказание Ермолаеву за указанное преступление от 31 августа 2011 года назначено в соответствии с требованиями закона и является справедливым.
С учетом вносимых изменений в приговор наказание Ермолаеву и Ваесу подлежит смягчению, при этом Судебная коллегия принимает во внимание все влияющие на назначение наказания обстоятельства, в том числе в отношении Ваеса - признание его заслуживающим снисхождения за преступление от 3 августа 2011 года, т.е. правила ч. 1 ст. 65 УК РФ, а в отношении Ермолаева назначает и дополнительное наказание.
13 15 20 28 33 Руководствуясь ст.ст. 389 , 389 , 389 , 389 , 389 УПК РФ, Судебная коллегия 13
определила:
приговор Московского городского суда от 13 сентября 2013 года с участием присяжных заседателей в отношении Ермолаева Ярослава Владимировича и Ваеса Бруно Дирка Барта Яна изменить.
Переквалифицировать действия Ермолаева Я.В. по трем преступлениям в отношении Черных и одному преступлению в отношении Оглоблина с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч. 3 ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ), по которой назначить - 8 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, за каждое преступление.
Переквалифицировать действия Ермолаева Я.В. по эпизоду от 3 августа 2011 года в отношении Васильченко и Спиридонова с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч. 4 ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ), по которой назначить - 9 лет лишения свободы, с ограничением свободы на 1 год.
На основании ч.З ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 135 (4 преступления), ч. 4 ст. 135 ( в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ), п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (эпизод от 31 июля 2011 года), путем частичного сложения наказаний окончательно назначить Ермолаеву Я.В. - 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 2 года, установив ограничения: не уходить из дома в период с 22 часов до 6 часов, не изменять места жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы г. Москвы без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложить обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации.
Переквалифицировать действия Ваеса Б.Д.Б.Я. по эпизоду от 3 августа 2011 года с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч. 4 ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ), по которой назначить - 7 лет лишения свободы.
Переквалифицировать действия Ваеса Б.Д.Б.Я. по эпизоду от 4 августа 2011 года с п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на ч. 2 ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ), по которой назначить - 4 года лишения свободы.
14 На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 135, ч. 2 ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377 - ФЗ), путем частичного сложения наказаний окончательно Ваесу Б.Д.Б.Я. назначить - 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
В остальной части тот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных Ермолаева Я.В., Ваеса Б.Д.Б.Я., адвоката Сычева С.А. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи