ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 75-АПП4-3 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва 2 сентября 2014г.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Кликушина А. А., судей Вавилычевой Т.Ю., Назаренко Т.Н.
при секретаре Секинаевой З.А.
с участием прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Исаевой Т.Ю.
рассмотрела в закрытом судебном заседании дело по заявлению гражданина Испании Фернандеса Переса Мигеля об усыновлении несовершеннолетнего Ларионова Данилы Михайловича по апелляционной жалобе Капцинеля Михаила Владленовича представителя гражданина Испании Фернандеса Переса Мигеля на решение Верховного Суда Республики Карелия от 20 июня 2014 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н., выслушав объяснения гражданина Испании Фернандеса Переса Мигеля и его представителя Капцинеля М.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Исаевой Т.Ю., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
гражданин Испании Фернандес Перес Мигель обратился в Верховный Суд Республики Карелия с заявлением об усыновлении несовершеннолетнего Ларионова Данилы Михайловича, 18 апреля 2010 года рождения, находящегося на воспитании в ГУЗ «Специализированный дом для детей с органическими поражениями ЦНС с нарушением психики» в г. Петрозаводске.
Представитель ГУЗ «Специализированный дом для детей с органическими поражениями ЦНС с нарушением психики» в 2 г. Петрозаводске Ватьялайнен М.Ю. дала согласие на усыновление Ларионова Данилы гражданином Испании Фернандесом Пересом Мигелем.
Представитель органа опеки и попечительства администрации Петрозаводского городского округа Токко Э.Г. поддержала заключение о возможности передать несовершеннолетнего Ларионова Данилу на усыновление заявителю, полагала, что удовлетворение заявления будет соответствовать интересам ребёнка. За время нахождения ребёнка в государственном учреждении передать его на воспитание в семьи граждан Российской Федерации не удалось.
Решением Верховного Суда Республики Карелия от 20 июня 2014 г. в удовлетворении заявления отказано.
В апелляционной жалобе Капцинеля М.В. - представителя гражданина Испании Фернандеса Переса Мигеля поставлен вопрос об отмене решения Верховного Суда Республики Карелия от 20 июня 2014 г., как незаконного и необоснованного.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё представителя прокуратуры Республики Карелия, выслушав объяснения представителя Капцинеля М.В., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Исаевой Т.Ю., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Ларионов Данила Михайлович родился 18 апреля 2010 г. в г. Медвежьегорске Медвежьегорского района Республики Карелия.
Согласно представленному свидетельству о рождении Ларионова Данилы 1-ГИ № 637876, выданному отделом ЗАГС Медвежьегорского района Республики Карелия, его матерью является Ларионова Алла Николаевна, отец ребёнка неизвестен.
Мать ребёнка 31 октября 2011 г. написала заявление о согласии на усыновление. На день рассмотрения дела в суде согласие на усыновление не отозвано.
Ларионов Данила находится на воспитании и государственном обеспечении в ГУЗ «Специализированный дом для детей с органическими поражениями ЦНС с нарушением психики» в г. Петрозаводске с 2 ноября 2010 года как ребенок, оставшийся без родительского попечения.
Из других близких родственников у Ларионова Данилы есть сестры Ларионова Диана, 1 января 2008 года рождения и Ларионова Тамара, 4 марта 2011 года рождения, которые проживают с матерью, а также дедушка Ларионов Николай Николаевич, 1953 года рождения, который согласно представленному акту отдела медико-социальной помощи администрации Медвежьегорского муниципального района ведёт асоциальный образ жизни, в силу чего не может быть опекуном ребенка.
За время нахождения ребёнка в детском доме ни мать, ни другие родственники не интересовались состоянием здоровья и развитием ребёнка, не посещали его, намерения забрать ребенка в семью не высказывали.
3 Из содержания медицинского заключения о состоянии здоровья Ларионова Данилы усматривается, что у него имеются задержка психоречевого развития, респираторно-аффективные приступы (ремиссия с 2012 года), судорожный синдром (сентябрь 2013 года), он принадлежит к группе риска по эпилепсии.
Согласно справке Министерства образования и науки Российской Федерации от 19 июля 2013 г. № 07- 4979.01 сведения о Ларионове Даниле находятся на учёте в государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей, с 31 января 2012 года. За это время не представилось возможности передать ребенка на воспитание в семью граждан Российской Федерации.
Органом опеки и попечительства администрации Петрозаводского городского округа выдавались направления трём гражданам Российской Федерации на посещение ребёнка, после посещения все отказались принять ребёнка в семью, ссылаясь на состояние его здоровья. Указанные действия были осуществлены в период с февраля по май 2012 года.
Советом по вопросам труда и благосостояния Правительства Галисии выдано решение, в котором со ссылкой на законодательство Испании объявлено о пригодности заявителя и его супруги в качестве кандидатов в усыновители, поскольку они полностью отвечают всем требованиям, предъявляемым к кандидатам в усыновители, что установлено согласно оценке данных, полученных при составлении психологического и социального отчётов.
Согласно рекомендации специалистов, участвующих в составлении психологического и социального отчёта, заявитель признан пригодными для усыновления одного несовершеннолетнего ребенка в возрасте до 4-х лет русского по происхождению.
Заявитель в период с 1 июня 2013 г. по 24 июля 2013 г. прошёл курсы подготовки лиц, желающих принять на воспитание в свою семью ребёнка, оставшегося без попечения родителей на территории Российской Федерации, о чём ему выдано свидетельство от 25 июля 2013 г. № 35/2013 организацией по вопросам международного усыновления «Инфансья и футур», имеющей соответствующее разрешение на проведение данных курсов. Программа курсов соответствует программе, утверждённой приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 20 августа 2012 г. № 623.
Супруга кандидата в усыновители также прошла курсы подготовки, что подтверждено свидетельством от 25 июля 2013 г. № 36/2013.
Заявитель работает преподавателем в учреждении среднего специального образования «Фрей Мартин Сармьенто» г. Понтеведры на постоянной основе, и его годовой доход составляет 25 435 евро.
Супруги проживают в квартире площадью 125 кв.метров, которая принадлежит на праве собственности заявителю.
Заявитель прошёл медицинское освидетельствование по месту своего проживания в поликлинике САЛУД 4 в марте 2014 года, ему выдано медицинское заключение, подписанное главным врачом медицинской 4 клиники и заверенное печатью главного врача и печатью клиники, из которого следует, что состояние его здоровья не препятствует усыновлению и последующему воспитанию им ребенка.
Заявителем представлено заключение от 28 марта 2014 г. о состоянии здоровья его супруги, из которого следует, что Балеа Алонсо Мария дель Пилар здорова, в ноябре 2008 года перенесла операцию по поводу инфильтрирующей протоковой карциномы правой молочной железы. До настоящего момента у нее нет остаточных признаков заболевания.
Наличие у супруги заявителя Балеа Алонсо Марии дель Пилар данного заболевания явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления супругов об усыновлении несовершеннолетнего Ларионова Данилы в 2012 году (решение Верховного Суда Республики Карелия от 21 декабря 2012 г.).
Заявитель состоит на учете в региональном банке данных кандидатов в усыновители с 18 марта 2013 года.
Из материалов дела видно, что Фернандесу Пересу Мигелю исполнилось 47 лет. Заявитель состоит в браке с Балеа Алонсо Марией дель Пилар с 8 июля 2011 г., которой тоже исполнилось 45 лет, детей от брака они не имеют. Согласие супруги заявителя на усыновление им ребенка, предусмотренное статьёй 133 Семейного кодекса Российской Федерации, имеется.
Кроме того, имеются согласие руководителя ГУЗ «Специализированный дом для детей с органическими поражениями ЦНС с нарушением психики» на усыновление ребёнка, а также заключение органа опеки и попечительства над несовершеннолетними администрации Петрозаводского городского округа от 10 июня 2014 года о том, что данное усыновление отвечает интересам ребёнка.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления гражданину Испании Фернандесу Пересу Мигелю об усыновлении несовершеннолетнего Ларионова Данилы, суд исходил из того, что в данном случае усыновление противоречит законодательству и не соответствует в полной мере интересам ребенка.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит данный вывод суда правильным, основанным на имеющихся в материалах дела доказательствах, а также нормах материального права.
Конвенцией о правах ребенка, принятой 44-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 20 ноября 1989 года (ратифицирована Постановлением Верховного Совета СССР от 13 июня 1990 года N 1559-1), провозглашено, что ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, в атмосфере счастья, любви и понимания (абзац шестой преамбулы Конвенции).
Семейный кодекс Российской Федерации в соответствии с положениями Конвенции о правах ребенка к основным началам (принципам) семейного законодательства относит принцип приоритета семейного 5 воспитания ребенка (пункт 3 статьи 1) и закрепляет право каждого ребенка жить и воспитываться в семье, насколько это возможно (пункт 2 статьи 54).
Согласно статей 61 и 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).
Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей.
Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом и нравственном развитии своих детей.
В силу пункта 2 статьи 124 Семейного кодекса Российской Федерации усыновление допускается только в интересах детей с соблюдением требований абзаца третьего пункта 1 статьи 123 Семейного кодекса Российской Федерации, т.е. с учетом этнического происхождения ребенка, принадлежности его к определенной религии и культуре, родного языка, возможности обеспечения преемственности в воспитании и образовании, а также с учетом возможностей обеспечить детям полноценное физическое, психическое, духовное и нравственное развитие.
Анализ вышеприведенных норм в их совокупности указывает на то, что в наибольшей степени интересам ребенка соответствует проживание и воспитание в семье, в которой присутствует оба родителя, поскольку именно такая семья позволяет создать наиболее полные условия для обеспечения семейного благополучия, ответственного родительства, обеспечения должной заботы о воспитании, образовании, развитии личности ребенка и сохранения его здоровья.
Судебная коллегия считает, что данные положения были в полной мере учтены судом при принятии решения об отказе в удовлетворении заявления гражданина Испании Фернандеса Переса Мигеля об усыновлении.
Судом установлено, что заявление об усыновлении несовершеннолетнего Ларионова Данилы, 18 апреля 2010 года рождения, подано только одним из супругов.
Суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что, с учетом малолетнего возраста ребенка, состояния его здоровья, усыновление ребенка одним заявителем (без участия супруги) не в полной мере будет способствовать созданию благоприятных условий для воспитания и развития усыновляемого, поскольку в малолетнем возрасте ребёнок в большей степени нуждается в матери, осуществляющей за ним основной уход и воспитание. Кроме того, сама по себе готовность супруги заявителя оказывать помощь в воспитании усыновлённого супругом ребёнка не возлагает на последнюю юридическую ответственность за ребенка.
Судебная коллегия соглашается с данным выводом.
В силу процессуального статуса Балеа Алонсо Марии дель Пилар судом первой инстанции при рассмотрении заявления об усыновлении не могла быть и не давалась оценка личности супруги заявителя как кандидата в усыновители, в том числе её состоянию здоровья, не выяснялся и не исследовался вопрос, сможет ли она обеспечить ребёнку такую защиту и заботу, которые необходимы для его благополучия. Супруга заявителя не 6 проходила каких-либо социально-психологических исследований в рамках инициированного заявителем усыновления.
На супругу заявителя также не может быть возложена ответственность за соблюдение условий жизни и воспитания усыновленного ребенка, предоставление отчетов, содержащих сведения о его психофизическом развитии и адаптации к новой семейной и социальной среде, и иной информации о нем, соблюдение обязательства по постановке усыновленного ребенка на учет в консульском учреждении государства происхождения, а также оказания содействия и предоставление возможности для обследования условий его жизни и воспитания, предусмотренных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 марта 2000 г. № 275 (в ред. от 10.02.2014) «Об утверждении правил передачи детей на усыновление (удочерение) и осуществления контроля за условиями их жизни и воспитания в семьях усыновителей на территории Российской Федерации и Правил постановки на учет консульскими учреждениями Российской Федерации детей, являющихся гражданами Российской Федерации и усыновленных иностранными гражданами или лицами без гражданства».
Судебная коллегия также считает, что само поведение и действия заявителя не позволяют прийти к выводу о его безупречности и открытости.
В соответствии с требованиями главы 19 Семейного кодекса Российской Федерации (Усыновление (удочерение) детей) на заявителя возложена обязанность по предоставлению суду документов, содержащих достоверные сведения обо всех обстоятельствах и требованиях, которые на дату обращения предъявляет семейное законодательство. В числе прочего, суду надлежит установить, участвовал ли ранее заявитель в инициировании какого-либо иного процесса, связанного с усыновлением, а также выяснить результаты рассмотрения таких дел. Требования касаются как внутреннего, так и международного усыновления.
Как видно из представленных суду первой инстанции документов, в них не упоминается об обращении заявителя и его супруги в Верховный Суд Республики Карелия в 2012 году с заявлением об усыновлении несовершеннолетнего Ларионова Данилы.
В судебном заседании установлено, что настоящий процесс инициирован заявителем после того, как он с супругой получил копию решения Верховного Суда Республики Карелия об отклонении заявленных им требований в декабре 2012 года. Основанием отклонения заявления было наличие у супруги заявителя онкологического заболевания, которое на период рассмотрения дела было определено в качестве препятствия для передачи несовершеннолетнего в семью усыновителей.
Заявителем было принято решение о самостоятельном обращении в Верховный Суд Республики Карелия с соответствующими требованиями без привлечения к участию в процессе его супруги.
В судебном заседании суда первой инстанции заявитель не отрицал, что преследуя цель усыновления ребенка из России, при обращении в суд не отразил факт отказа в удовлетворении требований, при этом он рассчитывал 7 на другой состав суда. Вместе с тем, предоставление указанной информации является обязательным.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2013 г. № 117 «Об утверждении перечня заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить (удочерить) ребёнка, принять его под опеку (попечительство), взять в приёмную или патронатную семью» были внесены изменения в закон, которые исключили заболевание супруги заявителя из перечня заболеваний, препятствующих усыновлению, что позволяло обратиться с соответствующим заявлением об усыновлении обоим супругам.
Несмотря на то, что препятствия к участию обоих супругов в процессе международного усыновления были устранены в феврале 2013 года, заявитель подал заявление в суд 19 мая 2014 г., при этом избрал способом разрешения своих требований единоличное обращение в суд, ссылаясь на то, что супруга в будущем обратится в компетентный суд Испании по процедуре внутреннего усыновления.
Данные действия не свидетельствуют о легальности и чистоте международного усыновления, поскольку делают невозможной юридическую проверку того, каким образом будет осуществляться уход и воспитание несовершеннолетнего ребёнка именно в полной семье.
В соответствии со статьёй 21 Конвенции о правах ребенка и статьёй 17 Декларации о социальных и правовых принципах, касающихся защиты и благополучия детей, особенно при передаче детей на воспитание и их усыновление на национальном и международном уровнях, утвержденной резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 3 декабря 1986 г., усыновление в другой стране может рассматриваться в качестве альтернативного способа ухода за ребёнком, если ребёнок не может быть передан на воспитание или помещен в семью, которая могла бы обеспечить его воспитание или усыновление, и если обеспечение какого-либо подходящего ухода в стране происхождения ребёнка является невозможным.
Пунктом 4 статьи 124 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что усыновление детей иностранными гражданами или лицами без гражданства допускается только в случаях, если не представляется возможным передать этих детей на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, либо на усыновление родственникам детей независимо от гражданства и места жительства этих родственников.
Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте «а» пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2006 г. № 8 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей», при подготовке дела к судебному разбирательству судье необходимо истребовать от органа опеки и попечительства документы, подтверждающие невозможность передачи ребенка на воспитание в семью граждан Российской Федерации или на усыновление родственникам ребенка независимо от гражданства и места жительства этих родственников, документ, подтверждающий наличие 8 сведений об усыновляемом ребенке в федеральном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей, а также документы, содержащие информацию о предпринятых органами опеки и попечительства, региональным и федеральным оператором мерах по устройству (оказанию содействия в устройстве) ребенка, оставшегося без попечения родителей, на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации (пункт 7 части 2 статьи 272 ГПК РФ, статья 6 Федерального закона от 16 апреля 2001 года N 44-ФЗ "О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей").
При исследовании названных документов следует, в частности, проверить: с какого времени сведения о ребенке находились в федеральном банке данных о детях, правильно ли были указаны сведения о ребенке (о его возрасте, состоянии здоровья и другие), предлагался ли он на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, либо на усыновление его родственникам и, если предлагался, то по каким причинам указанные лица отказались от принятия ребенка на воспитание в семью (на усыновление, под опеку (попечительство), в приемную семью, патронатную семью).
Материалами дела подтверждается и не оспаривался в суде первой инстанции представителем детского учреждения и представителем органа опеки и попечительства факт, что после вступления в законную силу решения Верховного Суда Республики Карелия с декабря 2012 года до даты обращения в суд с заявлением об усыновлении (19 мая 2014 г.) меры к дальнейшему устройству Данилы в семьи российской граждан не принимались, соответствующие направления не выдавались. Позиция органов опеки и попечительства о том, что данные о ребенке были размещены на соответствующем портале, куда имеет доступ неограниченный круг лиц, не позволяет сделать вывод о том, что со стороны органа опеки и попечительства были предприняты все возможные меры для устройства несовершеннолетнего ребенка в семьи российских граждан. С января 2013 года по 19 мая 2014 г. (день подачи в суд заявления об усыновлении) российские граждане состояли на учёте и обращались с просьбами ознакомить их с находящимися в государственном банке данных сведениями о детях, соответствующих их пожеланиям. Между тем Ларионов Данила никому из кандидатов в усыновители не предлагался. Этим самым был нарушен приоритет российских граждан на усыновление.
Ссылки в жалобе представителя заявителя на то, что после вступления в законную силу решения суда от 21 декабря 2012 г. заявителем был инициирован новый процесс усыновления того же ребёнка и 18 марта 2013 г.
заявитель вновь был поставлен на учет как кандидат в усыновители региональным оператором банка данных о детях - сиротах Республики Карелия, что являлось основанием к тому, что органы опеки и попечительства не могли предлагать Ларионова Данилу для передачи на воспитание в семью другим лицам, не могут быть приняты во внимание.
9 Отсутствие в семейном законодательстве, в постановлении Правительства Российской Федерации от 4 апреля 2002 г. № 217 (в ред. от 11.04.2006) «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей, и осуществлении контроля за его формированием и использованием», а также в Административном регламенте Министерства образования и науки Российской Федерации по исполнению государственной функции федерального оператора государственного банка данных о детях, оставшихся без попечения родителей, и выдаче предварительных разрешений на усыновление детей в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, утвержденном приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 12 ноября 2008 г. № 347, срока, в течение которого ребёнок не может быть предложен другим кандидатам в усыновители при наличии согласия на усыновление определёнными гражданами, свидетельствует о том, что усыновление должно быть произведено в кратчайшие сроки с целью обеспечить право ребёнка жить и воспитываться в семье.
Судебная коллегия считает, что с учётом интересов ребёнка столь длительное неучастие заявителя в жизни ребенка возлагало обязанность на органы опеки и попечительства по устройству Ларионова Данилы в иные семьи и в силу статьи 124 Семейного кодекса Российской Федерации преимущественно в семьи российских граждан, однако этого органами опеки сделано не было.
Таким образом, в течение более чем года процедура устройства ребёнка на воспитание в российские семьи была приостановлена, что противоречит его интересам.
При разрешении заявления об усыновлении приоритетный характер по отношению к вопросам материального обеспечения усыновителя имеет исследование вопросов, связанных с личностью усыновителя, его отношением к усыновляемому. Однако в материалах дела, кроме справки детского учреждения, содержащей выводы о том, что заявитель, общаясь на протяжении нескольких дней в июне 2013 года и в июле 2014 года с Ларионовым Данилом, установил с ним эмоциональный доверительный контакт, иных доказательств, свидетельствующих о том, что такой контакт между заявителем и усыновляемым был установлен, не имеется.
В материалах дела отсутствуют какие-либо фотографии и иные доказательства, подтверждающие факт общения заявителя с ребёнком и то, в какой обстановке происходили встречи с ним, как реагировал ребёнок на присутствие заявителя, был ли рад присутствию Фернандеса Переса Мигеля, ожидал ли новых встреч с ним и т.д.
Не были представлены и доказательства того, что Фернандес Перес Мигель продолжал находиться в контакте с ребёнком после вынесения Верховным Судом Республики Карелия 20 июня 2014 г. решения об отказе в усыновлении, интересовался его здоровьем и т.д.
Согласно статье 165 Семейного кодекса Российской Федерации при усыновлении на территории Российской Федерации иностранными 10 гражданами ребёнка, являющегося гражданином Российской Федерации, должно применяться не только законодательство государства, гражданином которого является усыновитель, но и в целях защиты прав и интересов усыновляемого ребёнка должны соблюдаться требования российского законодательства: статей 124 - 126, статьи 127 (за исключением абзаца восьмого пункта 1), статей 128 и 129, статьи 130 (за исключением абзаца пятого), статей 131 - 133 Семейного кодекса Российской Федерации.
При таких обстоятельствах положенные в обоснование отказа в удовлетворении заявления об усыновлении ребёнка ссылки суда на то, что между Российской Федерацией и Испанией отсутствует вступивший в силу и ставший обязательным для обеих сторон международный договор о сотрудничестве в области усыновления детей, в котором было бы закреплено право Российской Федерации на участие в решении вопроса о переустройстве ребёнка в другую семью, а в его отсутствие существует возможность переустройства усыновлённого ребёнка в семью лиц, состоящих в однополом браке, а также лиц, не состоящих в браке, что запрещено российским законодательством (абзац четырнадцатый пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации введён в действие Федеральным законом от 2 июля 2013 г. № 167-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей»), носят дополнительный характер.
Соответственно, доводы апелляционной жалобы о наличие уведомления Генерального директора по вопросам семьи и инклюзий государственного компетентного органа в сфере защиты детей автономного Сообщества Галисии от 25 марта 2014 г, а также письма Главного управления по вопросам семьи и детства Министерства здравоохранения, социального обеспечения и равенства Испании, которыми гарантируется соблюдение требований испанского и российского законодательства в случае помещения ребёнка в новую приёмную семью, не могут служить основанием для отмены вынесенного судебного постановления.
При таких обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого решения по доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, не имеется.
Мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, исчерпывающим образом изложены в решении суда и являются обоснованными.
Материалы дела исследованы судом полно и объективно, обстоятельства, имеющие значение для дела, определены судом правильно, всем установленным обстоятельствам дана надлежащая оценка, нормы материального права применены правильно, процессуальных нарушений, влекущих отмену решения, не установлено.
Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 327, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации 11
определила:
решение Верховного Суда Республики Карелия от 20 июня 2014 г.
оставить без изменения, апелляционную жалобу Капцинеля Михаила Владленовича - представителя гражданина Испании Фернандеса Переса Мигеля оставить без удовлетворения.
Председательствующий Судьи /ет >п