1 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 78-АПУ 14-13 сп АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Город Москва 2 апреля 2014 года.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Степалина В.П.
судей - Микрюкова ВВ. и Яковлева В.К.
при секретаре Алексеенковой В.Ю.
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Сынковой Л.В. на приговор Санкт-Петербургского городского суда с участием присяжных заседателей от 11 февраля 2014 года, которым КЛИМАС ВИКТОР ЧЕСЛАВОЧ, 15 июля 1964 года рождения, уроженец города Удомля, Калининской области, гражданин Российской Федерации, ранее судимый 14 сентября 2004 года по приговору Санкт-Петербургского городского суда по ст. ст.
33 ч. ч. 4, 5, 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. «з» УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 5 лет лишения свободы, освобождён условно-досрочно по определению Тосненского городского суда Ленинградской области от 5 сентября 2007 года, оправдан по: ст. 132 ч. 4 п. «б» УК РФ в связи не установлением события преступления на основании ст. 302 ч. 2 п. 1 УПК РФ. За оправданным Климасом Б.Ч. признано право на реабилитацию.
По делу решён вопрос о вещественных доказательствах.
2 Заслушав доклад судьи Степалина В.П., выступления прокурора Федченко Ю.А., полагавшей приговор суда отменить по доводам апелляционного представления, адвоката Ефимчикова ВВ., полагавшего приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, Климас В.Ч. обвинялся в том, что в период времени с 8 часов до 10 часов 17 минут 11 марта 2013 года, в квартире 58 дома 15 по улице Васи Алексеева города Санкт-Петербург, совершил насильственные действия сексуального характера в отношении Новинской Д.С., 9 июля 2000 года рождения, воспользовавшись беспомощным состоянием потерпевшей, не достигшей четырнадцатилетнего возраста.
На основании вынесения по данному обвинению в отношении Климаса В.Ч. коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта по делу постановлен оправдательный приговор.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Сынкова Л.В. просит оправдательный приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение со стадии подготовки к судебному разбирательству. По мнению автора представления, состав суда был незаконный, поскольку согласно изменений, внесённых в ст. 30 УПК РФ Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 432-ФЗ, уголовное дело подлежало рассмотрению судьёй единолично или коллегией из трёх судей, а не судом с участием присяжных заседателей, и на момент внесения этих изменений закона суд не начал рассматривать уголовное дело, при этом в судебном заседании 23 декабря 2013 года подсудимый Климас В.Ч. ходатайствовал о рассмотрении дела судьёй единолично, мотивируя тем, что осуществлявший его защиту адвокат Можаев Е.И. «навязал» ему мнение о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, но председательствующий данное ходатайство не удовлетворил. В материалах дела отсутствуют сведения о разъяснении законному представителю и потерпевшей права заявлять ходатайства и отводы при формировании коллегии присяжных заседателей, чем были нарушены их права. В ходе судебного следствия сторона защиты допускала существенные 3 нарушения уголовно-процессуального закона. Во вступительном заявлении адвокат Павлов В.И. сказал, что указанные стороной обвинения действия расцениваются тяжелее убийства, что априори от присяжных заседателей требует необходимости взять на себя ответственность не за определение вины, а за назначенное наказание, что от них требуется трактовать уголовный закон, раскрыть его понятия и определить, являются ли действия, в которых подсудимый обвиняется, преступлением, что закон не раскрывает понятия насильственных действий сексуального характера и присяжные заседатели должны очень внимательно оценить, относятся ли те действия, доказательства которым будет представлять сторона обвинения, к преступлению, в котором обвиняется подсудимый, чем призвал присяжных заседателей ответить на юридические вопросы. Информированность потерпевшей Новинской Д.С. о судимости Климаса В.Ч. явилась одним из мотивов, по которому она не рассказала о совершённом в отношении неё преступлении сразу, и данный мотив был указан в ходе её допроса на предварительном следствии, но до присяжных заседателей не была доведена эта значимая и достоверная информация, что существенно повлияло на их ответы на поставленные перед ними вопросы. При допросе 21 января 2014 года адвокат Павлов В.И. задал потерпевшей Новинской Д.С.
вопрос вызывали ли к ней вчера следователя, и этот вопрос мог вызвать у присяжных заседателей сомнение, что потерпевшая рассказала не обстоятельства известные ней, а которые она узнала от следователя или государственного обвинителя. В судебном заседании 22 января 2014 года адвокат Павлов В.И. обратил внимание присяжных заседателей на то, что на прошлом судебном заседании потерпевшая вела себя расковано, формируя у присяжных заседателей заранее предубеждение в правдивости её показаний. В ходе допроса свидетеля стороны обвинения Косточкиной Л.С. после оглашения её показаний на предварительном следствии в связи с противоречиями, адвокат Павлов В.И. заявил вне установленного процессуального порядка о том, что противоречий в показаниях свидетеля не имеется, что на следствии и в суде не разъясняется примечание к ст. 307 УК РФ, и такой оценкой показаний свидетеля заранее вне совокупности всех доказательств мог повлиять на мнение присяжных заседателей. В нарушение ч. 8 ст. 335 УПК РФ председательствующий удовлетворил ходатайство подсудимого о доведении до присяжных заседателей выводов заключения психологической экспертизы в части ответа на 15-й вопрос об отсутствии признаков нарушений психосексуального развития, чем 4 была поставлена оценка виновности подсудимого в конкретных действиях в зависимость от наличия или отсутствия у него заболевания. В прениях адвокат Павлов В.И. дал оценку не фактическим обстоятельствам дела, а пытался дискредитировать представленные доказательства, государственного обвинителя и председательствующего: обратил внимание присяжных заседателей на то, что наказание за насильственные действия сексуального характера строже, чем за убийство, тем самым присяжные заседатели могли сделать вывод о несправедливости наказания за инкриминируемое подсудимому преступление по сравнению с убийством; сказал, что в одном из судебных заседаний председательствующий заметил, что никого не интересует истина по делу, и что в связи с этим объективная истина по делу никого не интересует и положения закона не разъясняются; создал картину общего предубеждения к подсудимому со стороны правоохранительных органов, пытаясь вызвать жалость к нему, сказал, что жестокость закона нужна в отношении настоящих насильников и педофилов, но он не видит никаких оснований привлекать к уголовной ответственности подсудимого, и данным высказыванием поставил под сомнение процессуальные действия органов следствия; поставил под сомнение необходимость строгого наказания и особую тяжесть преступления, которое вменялось подсудимому, сказал, что присяжным заседателям необходимо решить действительно ли подсудимый совершил преступление и является ли оно особо тяжким, и надо ли строго наказывать, просил установить, был ли состав преступления, действительно ли подсудимый совершил действия, как педофил и насильник, или его обвиняют с целью улучшить статистику, что жестокость закона нужна в отношении настоящих насильников и педофилов; исказил слова государственного обвинителя и эксперта Романова, сказал, что по словам государственного обвинителя отклонений в отношении к склонности к педофилии не обнаружено, и что при допросе эксперта все убедились об отсутствии у подсудимого отклонений в области педофилии, и это высказывание могло сформировать у присяжных заседателей мнение о невозможности совершения подсудимым сексуального насилия и о его невиновности; сказал, что встречаются случаи оговора, из-за чего может случиться прецедент в отношении невиновного человека, пытался поставить перед присяжными заседателями не относящиеся к их полномочиям вопросы юридической квалификации, соразмерности и справедливости наказания; подвергал сомнению действия председательствующего и государственного обвинителя, 5 говорил, что государственный обвинитель нарушал пределы вопросов, относящихся к полномочиям присяжных заседателей, а защитник этого не делал, вступал в пререкания с председательствующим, высказывал о нарушении уголовнопроцессуального и уголовного закона, регламента судебного заседания со стороны председательствующего и государственного обвинителя; довёл до присяжных заседателей информацию, связанную с личностью подсудимого, способную вызвать сочувствие, говорил, что подсудимый находится год в СИЗО, что у него маленький ребёнок, и это не могло не оказать давление на присяжных заседателей. Полагает, что хотя председательствующий останавливал адвоката Павлова В.И. во время судебного следствия и прений сторон, обращался к присяжным заседателям с просьбами не принимать данные обстоятельства во внимание при вынесении вердикта, систематическое доведение защитником до присяжных заседателей указанных сведений могло повлиять на принятие решения по делу.
В возражении на апелляционное представление адвокат Павлов В.И. и оправданный Климас В.Ч., указывают о своём несогласии с ним.
Проверив материалы дела, обсудив доводы в апелляционном представлении и возражении, судебная коллегия не находит оснований к отмене оправдательного приговора суда.
В соответствии с ч. 1 ст. 389-25 УПК РФ, оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.
Таких нарушений уголовно-процессуального закона в апелляционном представлении не указано, и по делу не установлено.
6 Судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя в апелляционном представлении о том, что состав суда был незаконный, так как согласно изменений, внесённых в ст. 30 УПК РФ Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 432-ФЗ, уголовное дело подлежало рассмотрению судьёй единолично или коллегией из трёх судей, а не с участием присяжных заседателей, и на момент этих изменений закона суд не начал рассматривать уголовное дело, при этом председательствующий не удовлетворил заявленное в судебном заседании 23 декабря 2013 года ходатайство подсудимого Климаса В.Ч. о рассмотрении дела судьёй единолично.
Эти доводы материалам дела.
не основаны на законе и противоречат Федеральный закон № 432-ФЗ, которым внесены изменения в УПК РФ, в том числе в ст. 30 УПК РФ, был принят 28 декабря 2013 года, официально опубликован 30 декабря 2013 года и вступил в силу по истечении десяти дней после дня его официального опубликования.
Уголовное дело поступило в Санкт-Петербургский городской суд 15 ноября 2013 года, а 20 ноября 2013 года постановлением судьи было назначено предварительное слушание на 26 ноября 2013 года, которое проведено в этот день с учётом требований ст. 325 УПК РФ, определяющей особенности проведения в суде с участием присяжных заседателей. Обвиняемый Климас В.Ч. подтвердил заявленное им на предварительном следствии ходатайство о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей. По результатам предварительного слушания судьёй было вынесено постановление о назначении дела к слушанию с участием присяжных заседателей на 23 декабря 2013 года и в этот день было открыто судебное заседание, проведена подготовительная часть судебного заседания, в процессе чего разрешены заявленные сторонами ходатайства, сформирована коллегия присяжных заседателей, после чего объявлен перерыв, и с 21 января 2014 года началось судебное следствие (т. 3, л.д. 99, 105-106, 114-122, 140-162, 209).
Что касается ходатайства подсудимого Климаса В.Ч. о рассмотрении дела судьёй единолично, то из протокола судебного заседания следует, что это ходатайство было заявлено после 7 предварительного слушания, а именно, в подготовительной части судебного заседания 23 декабря 2013 года. Председательствующий правильно отказал в удовлетворении этого ходатайства подсудимого, поскольку согласно ч. 5 ст. 325 УПК РФ постановление судьи по результатам предварительного слушания о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей является окончательным и последующий отказ подсудимого от рассмотрения дела с участием присяжных заседателей не принимается. При этом, сам государственный обвинитель, ссылаясь на указанный уголовнопроцессуальный закон, также просил оставить ходатайство подсудимого без удовлетворения, а 21 января 2014 года, когда началось судебное следствие, не заявлял никаких ходатайств относительно состава суда (т. 3, л.д. 129, 141-142, 209-211).
В материалах дела нет каких-либо данных, подтверждающих доводы подсудимого Климаса В.Ч. о том, что при заявлении им ходатайства о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, осуществлявший его защиту адвокат Можаев Е.И.
«навязал» ему мнение о рассмотрении дела таким составом суда.
Сам подсудимый Климас В.Ч. никаких заявлений о таком обстоятельстве не делал. На предварительном слушании участвовал не адвокат Можаев Е.И., а адвокат Виноградов Ю.Ю., и в ходе предварительного слушания обвиняемый Климас В.Ч. пояснил суду, что решение по заявлению ходатайства о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей он принял добровольно. По просьбе обвиняемого Климаса В.Ч. ему было предоставлено дополнительное время для консультации с защитником, а после перерыва он заявил, что поддерживает своё ходатайство о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей (т. 3, л.д. 74, 116).
Из вышеизложенного следует, что суд приступил к рассмотрению уголовного дела в судебном заседании до принятия указанного Федерального закона № 432-ФЗ, уголовное дело рассмотрено законным составом суда с участием присяжных заседателей по ходатайству обвиняемого Климаса В.Ч., и его право на выбор состава суда при рассмотрении уголовного дела не нарушено.
Кроме этого, ст. 389-25 УПК РФ не предусматривает отмену оправдательного приговора постановленного на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей даже и 8 в случае установления факта нарушения права обвиняемого на выбор состава суда.
Доводы государственного обвинителя в апелляционном представлении об отмене оправдательного приговора суда в связи с нарушением прав потерпевшей и законного представителя из-за отсутствия в материалах дела сведений о разъяснении потерпевшей и её законному представителю права заявлять ходатайства и отводы при формировании коллегии присяжных заседателей, являются несостоятельными, так как противоречат материалам дела.
Из протокола судебного заседания следует, что коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. ст. 328-333 УПК РФ. Каких-либо ходатайств, заявлений о нарушении прав кого-либо из участников судебного разбирательства, в том числе от государственного обвинителя, не поступало.
Потерпевшая Новинская Д.С. и её законный представитель Новинская И.С. сообщили суду, что они не будут участвовать при формировании коллегии присяжных заседателей, и в судебное заседание 23 декабря 2013 года, когда была сформирована коллегия присяжных заседателей, не явились. Это сообщение в судебном заседании председательствующий довёл до сведения сторон. Никто из участников судебного разбирательства, в том числе государственный обвинитель, не возражали провести формирование коллегии присяжных заседателей в их отсутствие. Кроме этого, председательствующий во вступительном заявлении сообщил кандидатам в присяжные заседатели, что потерпевшая и её законный представитель воспользовались своим правом и не пожелали участвовать при формировании коллегии присяжных заседателей. 21 января 2014 года потерпевшая и законный представитель явились в судебное заседание, каждой из них были разъяснены права, они отводов не заявляли, в том числе не заявляли отвод кому-либо из присяжных заседателей, а также не имели никаких ходатайств (т. 3, л.д. 144, 210-211).
Данные обстоятельства в апелляционном представлении государственный обвинитель не оспаривает.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя в апелляционном представлении о 9 том, что в ходе судебного следствия сторона защиты допускала существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену оправдательного приговора суда.
Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено с учетом требований ст. ст. 15, 244 УПК РФ о состязательности и равенстве прав сторон, ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, ст. 335 УПК РФ, определяющей особенности в суде с участием присяжных заседателей.
Все представленные сторонами доказательства были исследованы в судебном заседании, а заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим в установленном законом порядке. Данных о том, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании допустимых доказательств, не имеется.
При окончании судебного следствия председательствующий опрашивал стороны, желают ли они дополнить судебное следствие. Никто из участников судебного разбирательства, в том числе государственный обвинитель, дополнений не имели (т. 4, л.д. 22).
Доводы государственного обвинителя в апелляционном представлении о том, что во вступительном заявлении адвокат Павлов В.И. призвал присяжных заседателей ответить на юридические вопросы, противоречат материалам дела.
Из протокола судебного заседания следует, что в соответствии с ч. 3 ст. 335 УПК РФ адвокат Павлов В.И. во вступительном заявлении высказал согласованную с подсудимым позицию по предъявленному обвинению и мнение о порядке исследования доказательств. Что касается обращения адвоката Павлова В.И. к присяжным заседателям с просьбой внимательно отнестись к оценке доказательств, что действия описанные стороной обвинения, расцениваются тяжелее убийства, то оно определялось высказанной перед этим позицией стороны защиты о несовершении подсудимым действий, в которых он обвиняется. Кроме этого, председательствующий останавливал адвоката Павлова В.И., а также разъяснял присяжным заседателям, что наказание за преступление установлено законом.
10 Также позицией стороны защиты определено обращение адвоката Павлова В.И. во вступительном заявлении о том, что закон не раскрывает понятия насильственных действий сексуального характера и присяжные заседатели должны очень внимательно оценить, относятся ли те действия, доказательства которым будет представлять сторона обвинения, к преступлению, в котором обвиняется подсудимый.
После вступительного заявления защитника председательствующий обратился к присяжным заседателям с разъяснением, что изложенная адвокатом информация является версией стороной защиты.
При этом, судебная коллегия отмечает, что и после вступительного заявления государственного обвинителя председательствующий обращался к присяжным заседателям с аналогичным разъяснением о том, что изложенная государственным обвинителем информация является версией стороны обвинения (т.
3,л.д.213).
С учётом изложенного, судебная коллегия находит, что нет никаких оснований для выводов, которые государственный обвинитель сделал в апелляционном представлении о том, что адвокат Павлов В.И. во вступительном слове указал о прямой связи между установлением вины подсудимого присяжными заседателями и необходимостью тем самым именно им строго наказать подсудимого, что априори требует от присяжных заседателей необходимости взять на себя ответственность не за определение вины, а за назначенное наказание, призвал присяжных заседателей к ответу на вопрос, требующий юридической оценки при вынесении вердикта.
Вопреки доводам государственного обвинителя в апелляционном представлении, в материалах дела нет сведений о существенных нарушении стороной защиты уголовнопроцессуального закона, влекущих отмену оправдательного приговора суда, при допросах потерпевшей Новинской Д.С. и свидетеля обвинения Косточкиной Л.С.
Из протокола судебного заседания следует, что потерпевшая Новинская Д.С. была допрошена 21 января 2014 года в соответствии 11 с требованиями ст. ст. 277, 280, 281, 335 ч. ч. 7, 8 УПК РФ, и после допроса покинула зал судебного заседания (т. 3, л.д. 219-226).
Доводы государственного обвинителя в апелляционном представлении о том, что информированность потерпевшей Новинской Д.С. о судимости Климаса В.Ч. явилась одним из мотивов, по которому она не рассказала о совершённом в отношении неё преступлении сразу, и данный мотив был указан в ходе её допроса на предварительном следствии, но эта значимая и достоверная информация не была доведена до присяжных заседателей, что существенно повлияло на их ответы на поставленные перед ними вопросы, являются несостоятельными.
Эти доводы не основаны на требовании ч. 8 ст. 335 УПК РФ о запрете исследования с участием присяжных заседателей фактов прежней судимости подсудимого, поскольку такие данные способны вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимого.
При этом, из протокола судебного заседания следует, что при допросе в присутствии присяжных заседателей потерпевшая Новинская Д.С. сообщила о причине задержки сообщения о происшедшем с ней. А именно, на вопрос адвоката Павлова В.И. о том, почему она сразу не рассказала о происшедшем, потерпевшая Новинская Д.С. ответила, что боялась подсудимого.
Что касается вопроса адвоката Павлова В.И. к потерпевшей Новинской Д.С. «к вам вчера вызывали следователя», то он был снят председательствующим, и судебная коллегия не находит снований для вывода, который государственный обвинитель сделал в апелляционном представлении о том, что этот вопрос мог вызвать у присяжных заседателей сомнение в том, что потерпевшая рассказала не известные ней обстоятельства, а обстоятельства, которые она узнала от следователя или государственного обвинителя. Каких-либо данных в материалах дела нет, и сам государственный обвинитель в апелляционном представлении не указывает.
Также из протокола судебного заседания следует, что свидетель Косточкина Л.С. была допрошена 22 января 2014 года в соответствии с требованиями ст. ст. 278, 281, 335 ч. ч. 7, 8 УПК РФ (242-249).
12 По окончании допроса свидетеля Косточкиной Л.С.
сторонами, по ходатайству государственного обвинителя часть её показаний на предварительном следствии были оглашены в судебном заседании в связи с наличием существенных противоречий, и стороны задали потерпевшей ещё несколько вопросов. Адвокат Павлов В.И. высказал мнение, что противоречий в показаниях свидетеля не имеется, но председательствующий остановил его и сделал ему замечание, разъяснил, что оценку показаний можно давать только в судебных прениях. В продолжение адвокат Павлов В.И. сказал, что на следствии и в суде не разъясняется примечание к ст. 307 УК РФ, но председательствующий повторно остановил его. После этого адвокат Павлов В.И. сказал, что он хочет сделать заявление в отсутствие присяжных заседателей, и они по распоряжению председательствующего покинули зал судебного заседания. В отсутствие присяжных заседателей адвокат Павлов В.И. сказал, что на следствии и в суде не разъясняется примечание к ст. 307 УК РФ, и на основании этого он считает, что нет значительных разногласий между показаний свидетеля. Председательствующий разъяснил, что защитник не вправе оспаривать процессуальное решение, не подлежащее самостоятельному обжалованию. Затем судебное заседание было продолжено с участием присяжных заседателей, стороны вопросов к свидетелю Косточкиной Л.С. не имели, и она покинула зал судебного заседания.
С учётом изложенного, оснований для вывода, который государственный обвинитель сделал в апелляционном представлении о том, что указанные обстоятельства могли повлиять на мнение присяжных заседателей, судебная коллегия не находит.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя в апелляционном представлении о том, что в судебном заседании 22 января 2014 года адвокат Павлов В.И. формировал у присяжных заседателей заранее предубеждение в правдивости показаний потерпевшей Новинской Д.С.
Из протокола судебного заседания следует, что потерпевшая Новинская Д.С. была допрошена 21 января 2014 года, а 22 января 2014 года была допрошена её тётя свидетель Косточкина Л.С. В процессе допроса она на вопросы государственного обвинителя пояснила, потерпевшая Новинская Д.С. дружит с её дочерью Косточкиной М.С., которая более разговорчивая, чем потерпевшая, 13 что потерпевшая иногда обманывала, поэтому она сомневается в показаниях потерпевшей о действиях Климаса В.Ч., что потерпевшую могла подговорить оговорить подсудимого её дочь, которая недолюбливала его изначально, что несколько раз слышала, как потерпевшая говорила, что жалеет, что рассказала о такой ситуации. Ответами свидетеля Косточкиной Л.С. на вопросы государственного обвинителя был обусловлен вопрос адвоката Павлова В.И. о том, почему свидетель пришла к выводу о том, что потерпевшая могла оговорить подсудимого, и на этот вопрос свидетель ответила, потому, что потерпевшая долго молчала, а в последнее время говорит, что жалеет о том, что так всё произошло.
После этого адвокат Павлов В.И. стал задавать очередной вопрос и сказал, что на прошлом судебном заседании потерпевшая Новинская Д.С. вела себя расковано. Председательствующий остановил адвоката Павлова В.И., чтобы не давал оценку поведению потерпевшей, сделал замечание (т. 3, л.д. 242-244).
Из изложенного следует, что при допросе свидетеля Косточкиной Л.С. адвокат Павлов В.И. не обращался к присяжным заседателям, и судебная коллегия не находит оснований для вывода, который сделан государственным обвинителем в апелляционном представлении, о том, что адвокат Павлов В.И. формировал заранее предубеждение у присяжных заседателей в правдивости показаний потерпевшей Новинской Д.С.
Также судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя в апелляционном представлении о том, что нарушение ч. 8 ст. 335 УПК РФ председательствующий удовлетворил ходатайство подсудимого о доведении до присяжных заседателей выводов в отношении него заключения психологической экспертизы в части ответа на вопрос 15 об отсутствии признаков нарушений психосексуального развития, что этим была поставлена оценка виновности подсудимого в конкретных действиях в зависимость от наличия или отсутствия у него заболевания.
Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий удовлетворил ходатайство подсудимого и разрешил огласить заключение эксперта в части ответа на вопрос 15 об отсутствии признаков педофилии, поскольку ответ непосредственно связан с предъявленным обвинением в педофильном поведении.
При этом по ходатайству 14 государственного обвинителя в судебном заседании по данному вопросу был также допрошен эксперт Романов СП., проводивший экспертизу Кроме этого, по ходатайствам государственного обвинителя также были исследованы заключение эксперта в части ориентации потерпевшей Новиковой Д.С. в вопросах сексуальной сферы, заключение эксперта в отношении подсудимого Климаса В.Ч. в части выявленных реакций по информации обстоятельств совершения действий в отношении потерпевшей (т. 4, л.д. 5-6, 1422).
Судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя в апелляционном представлении о необходимости отмены оправдательного приговора суда в связи с тем, что адвокат Павлов В.И. в ходе судебных прений существенно нарушил уголовно-процессуальный закон, в частности, дал оценку не фактическим обстоятельствам дела, а пытался дискредитировать государственного обвинителя, представленные доказательства, председательствующего, вступал в пререкания, высказывал о нарушении закона и регламента судебного заседания, ставил под сомнение процессуальные действия органов следствия, создавал картину общего предубеждения к подсудимому со стороны правоохранительных органов, чем оказывал давление на присяжных заседателей, поскольку эти доводы противоречат материалам дела, в которых нет таких данных.
Из протокола судебного заседания следует, что прения и реплики сторон соответствуют требованиям ст. ст. 15, 244, 292, 336, 337 УПК РФ.
В необходимых случаях председательствующий останавливал адвоката Павлова В.И., обращался с просьбами не затрагивать вопросы, не имеющие отношения к делу, не критиковать законодательство, и другими, делал замечания, а также обращался к присяжным заседателям с соответствующими разъяснениями не принимать во внимание услышанные обстоятельства при вынесении вердикта. В частности, когда защитник говорил о том, что наказание за насильственные действия сексуального характера предусмотрено от 12 до 20 лет, а за убийство от 6 лет, что в России изменилось законодательство о судебной системе, что прецедент существует в Англии, что подсудимый год находится в СИЗО, и о других обстоятельствах.
15 Что касается ряда других высказываний адвоката Павлова В.И. в прениях, на которые имеются ссылки в апелляционном представлении, то судебная коллегия находит, что они были определены позицией стороны защиты о невиновности подсудимого. В частности, о том, что защитник не считает, что подсудимый совершил деяния, указанные в статье, по которой его обвиняют, что он не видит никаких оснований привлекать к уголовной ответственности своего подзащитного, что присяжным заседателям нужно разобраться действительно ли подсудимый совершал те действия, в которых его обвиняют и есть ли в его действиях состав преступления, и надо ли его строго наказывать, что возможен оговор и может случиться прецедент в отношении невиновного человека, что никого не интересует объективная картина происходящего по делу, и о других. При этом, в подтверждение своей позиции адвокат Павлов В.И. ссылался на исследованные доказательства, а при допущенных неточностях председательствующий останавливал его, делал соответствующие разъяснения (т. 4, л.д. 28-34).
Вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст. ст. 338, 339, 341-345 УПК РФ (т. 4, л.д. 40-41).
Напутственное слово председательствующего, приобщённое к протоколу судебного заседания, соответствует требованиям ст.
340 УПК РФ. В том числе, председательствующий обратился к присяжным заседателям с разъяснением, чтобы они вынесли вердикт лишь на основании представленных им доказательств, ещё раз обратился к ним с просьбой не принимать во внимание при вынесении вердикта услышанные обстоятельства, по которым он делал замечания, услышанные некоторые данные о личности подсудимого, о нахождении его под стражей. Возражений по напутственному слову председательствующего от сторон не поступило (т. 3, л.д. 182-201, т. 4, л.д. 36).
Приговор постановлен председательствующим в соответствии с требованиями ст. 351 УПК РФ, определяющей особенности в суде с участием присяжных заседателей.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену оправдательного приговора суда с участием присяжных заседателей, не установлено.
16 Руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Санкт-Петербургского городского суда с участием присяжных заседателей от 11 февраля 2014 года в отношении Климаса Виктора Чеславоча оставить без изменения, а апелляционное представление - без Удовлетворения.
Председательствующий Судьи Справка: председательствующий по делу Шидловский В.Р.