ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 48-АПУ14-5 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 18 февраля 2014 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Коваля В С , судей Бирюкова Н.И. и Тришевой А.А.
при секретаре Воронине М.А.
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам осужденных Горностаева М.В., Штарка Д.П., Ермакова А.Н., Иванова Б.Ю., Чистякова А.А. и адвокатов Зиновьева В.Г., Котлецовой Л.А., Чукиевой Б.З., Бобро Т.В. на приговор Челябинского областного суда от 10 января 2013 года, а также по апелляционной жалобе осужденного Штарка Д.П. на постановление Челябинского областного суда от 27 сентября 2013 года об отклонении замечаний на протокол судебного заседания.
По приговору Челябинского областного суда от 10 января 2013 года Горностаев Максим Владимирович, 14 марта 1979 года рождения, уроженец г. Челябинска, ранее судим: 1)16 мая 2005 года по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 3 годам лишения свободы; 2) 26 мая 2006 года по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 13 июня 1996 года), с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от 16 мая 2005 года, к 6 годам лишения свободы; 3)11 июля 2006 года по ч. 1 ст. 327 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от 26 мая 2006 года, к 6 годам 2 месяцам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 24 мая 2010 года на 1 год 9 месяцев 4 дня, осужден по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 24 июля 2011 года) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы;
по ч. 1 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 25 августа 2011 года) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы;
по ч. 1 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 15 сентября 2011 года) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы;
по ч. 2 ст. 228 УК РФ (преступление от 23 ноября 2011 года) к 5 годам лишения свободы.
На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ему назначено 10 лет лишения свободы.
В соответствии с п. «в» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к вновь назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 11 июля 2006 года окончательно Горностаеву М.В. назначено 11 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима;
Штарк Дмитрий Павлович, 1 декабря 1970 года рождения, уроженец г. Челябинска, ранее судим 4 мая 2011 года по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года, осуязден по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 24 июля 2011 года) с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам лишения свободы;
по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 9 августа 2011 года) с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам лишения свободы;
по ч. 1 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 25 августа 2011 года) с применением ст. 64 УК РФ к 5 годам лишения свободы.
На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ему назначено 5 лет 6 месяцев лишения свободы.
В соответствии с ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору от 4 мая 2011 года окончательно Штарку Д.П. назначено 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;
Ермаков Андрей Николаевич, 23 мая 1972 года рождения, уроженца г. Малоярославец Калужской области, ранее судим: 1) 20 июня 2000 года по пп. «а», «б», «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. ФЗ от 13 июня 1996 года, в том числе с проникновением в жилище), к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожден 25 декабря 2002 года в связи с заменой неотбытого срока наказания на исправительные работы сроком 1 год 7 месяцев 3 дня; 2) 23 августа 2007 года по ч. 2 ст. 159 УК РФ, с применением ст.
70 УК РФ, с присоединением неотбытого наказания по приговору от 20 июня 2000 года, к 2 годам 3 месяцам лишения свободы; 3) 13 сентября 2007 года по ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожден 24 марта 2010 года условно-досрочно на 8 месяцев 26 дней, осужден по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 24 июля 2011 года) к 8 годам лишения свободы;
по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 9 августа 2011 года) к 8 годам лишения свободы;
по ч. 1 ст. 30, пп. «а», «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (приготовление к незаконному сбыту метамфетамина и марихуаны) к 5 годам лишения свободы.
На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ему назначено 9 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии особого режима;
Иванов Борис Юрьевич, 25 ноября 1976 года рождения, уроженец г. Челябинска, судим: 1)13 ноября 2001 года по пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 13 июня 1996 года), п. «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 13 июня 1996 года), ч. 1 ст. 228 УК РФ к 10 годам лишения свободы с последующими изменениями, внесенными в приговор постановлением от 27 августа 2004 года, в соответствии с которым действия переквалифицированы на ч. 1 ст. 228 УК РФ (в ред. ФЗ от 8 декабря 2003 года) и пп.
«а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 13 июня 1996 года), на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 8 лет 9 месяцев лишения свободы, освобожден 2 апреля 2009 года условно-досрочно на 7 месяцев 8 дней;
постановлением от 29 августа 2012 года действия переквалифицированы на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 7 марта 2011 года) без изменения наказания; 2) 22 сентября 2011 года по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 7 годам лишения свободы со штрафом 80 000 руб., осужден по ч. 1 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 25 августа 2011 года) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы.
На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения с наказанием по приговору от 22 сентября 2011 года окончательно Иванову Б.Ю. назначено 10 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом 80 000 руб.;
Трегубенкова Юлия Эдуардовна, 18 января 1985 года рождения, уроженка г. Челябинска, несудимая, осуждена по ч. 2 ст. 228 УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;
Чистяков Александр Александрович, 1 февраля 1985 года рождения, уроженец г.
Челябинска, ранее судим: 1)3 августа 2009 года по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы; 2) 12 октября 2009 года по 5 п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освобожден условнодосрочно 6 мая 2011 года на 1 год 3 месяца 2 дня; 3) 30 ноября 2011 года по ч. 1 ст. 166 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, осужден по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 31 августа 2011 года) к 8 годам лишения свободы.
На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору от 30 ноября 2011 года, окончательно Чистякову А.А. назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Все преступления квалифицированы по уголовному закону в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года № 87-ФЗ.
Заслушав доклад судьи Тришевой А.А., изложившей обстоятельства дела, содержание апелляционных жалоб и возражений на них, объяснения осужденных Горностаева М.В., Штарка Д.П., Ермакова А.Н., Иванова Б.Ю., Чистякова А.А. и Трегубенковой Ю.Э., выступление адвокатов Пригодина ВВ., Баранова А.А., Долматовой С.Д., Сачковской Е.А., Анпилоговой Р.Н. и Чиглинцевой Л.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Филипповой Е.С. об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия
установила:
осужденные признаны виновными в незаконном обороте наркотических средств, в частности:
Горностаев М.В., Штарк Д.П., Ермаков А.Н. и Бельков В.А. в покушении на незаконный сбыт наркотического средства (героина) в крупном размере, совершенном в составе организованной группы;
Штарк Д.П., Ермаков А.Н. и Бельков В.А. в покушении на незаконный сбыт наркотического средства (героина) в особо крупном размере, совершенном в составе организованной группы;
Горностаев М.В., Штарк Д.П. и Иванов Б.Ю. в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства (героина) в особо крупном размере, совершенном в составе организованной группы;
6 Горностаев М.В. в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства (героина) в особо крупном размере, совершенном в составе организованной группы;
Ермаков А.Н. и Бельков В.А. в приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств (марихуаны и метамфетамина) в крупном размере, совершенном группой лиц по предварительному сговору;
Чистяков А.А. в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства (героина) в особо крупном размере, совершенном по предварительному сговору с лицом, осужденным по другому приговору;
Трегубенкова Ю.Э. в незаконных приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства (героина) в особо крупном размере;
Горностаев М.В. в незаконных приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства (героина) в особо крупном размере.
Преступления совершены на территории обстоятельствах, изложенных в приговоре.
г.
Челябинска при В апелляционных жалобах (основных и дополнениях к ним):
адвокат Бобро Т.В. в интересах осужденного Горностаева М.В., оспаривая законность и обоснованность приговора, указывает, что в основу вывода о виновности Горностаева М.В. положены телефонные переговоры, содержание которых не свидетельствует о наличии предварительной договоренности на сбыт наркотических средств и не указывает на то, что Горностаев М.В. состоял в организованной группе. Указывает также, что суд сослался на показания Чистяковой Е.И. в ходе предварительного следствия, от которых в суде та отказалась со ссылкой на применение в отношении ее недозволенных методов ведения следствия. Считает, что исследованными в суде доказательствами установлено, что Горностаев М.В. приобретал героин у Чистяковой Е.И. для личного потребления. Настаивает на том, что в приговоре отсутствуют доказательства , указывающие на причастность Горностаева М.В. к преступлениям от 24 июля 2011 года, 25 августа 2011 года, 14 сентября 2011 года, в связи с чем по обвинению в совершении указанных преступлений Горностаева М.В. просит оправдать;
осужденный Горностаев М.В., не отрицая, что при задержании у него был обнаружен и изъят героин, утверждает, что предназначался он не для сбыта, а для личного потребления. Обращает внимание, что следствием не установлено лицо, которому он планировал сбыть это наркотическое средство. Полагает, что суд не мог ссылаться на показания Чистяковой Е.И., от которых та отказалась. Считает, что суд не разобрался в деле, принял сторону обвинения, не обнаружил своевременно отсутствие в деянии признаков преступного сообщества и не возвратил уголовное дело 7 прокурору, лишь после отказа государственного обвинителя от обвинения в этой части вынес постановление о частичном прекращении уголовного дела.
Полагает, что данное обстоятельство указывает на необъективность суда при рассмотрении дела. Указывает на необъективное отражение хода судебного разбирательства в протоколе судебного заседания, а принесенные им замечания необоснованно отклонены председательствующим судьей.
Считает, что судом не в полной мере исследованы смягчающие наказание обстоятельства, в частности состояние его здоровья, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка и престарелых родителей;
осужденный Штарк Д.П., оспаривая законность приговора, утверждает, что он не был знаком с Горностаевым М.В. и Ивановым Б.Ю., соответственно и не мог состоять с ними в организованной группе. Обращает внимание на мизерные размеры приобретенных наркотических средств, что, по его мнению, указывает на то, что фактически они приобретались для личного потребления. Полагает, что судом неправильно применен уголовный закон, в частности им не приняты во внимание положения Федерального закона от 1 марта 2012 года, которым сдвинуты границы общественно опасных последствий при незаконном обороте наркотических средств.
Находит ошибочным вывод суда о том, что Федеральный закон от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ не улучшает положение осужденных и не имеет обратной силы. Полагает, что при учете судом положений названного федерального закона, его действия подлежали квалификации по закону, предусматривающему более мягкое наказание. Считает, что в силу требований ст. 62 УПК РФ судья Мосина В.П. должна была самоустраниться от разбирательства дела, так как в рамках уголовного дела, возбужденного 9 апреля 2007 года по факту подделки решения Курчатовского районного суда г. Челябинска, она была признана потерпевшей, в то время как он подозревался в совершении этого преступления. Обращает внимание, что в основу приговора положены показания Чистяковой Е.И., статус которой до конца не был определен судом, в частности при допросе в суде она не была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, что существенно могло изменить содержание ее показаний, в том числе в отношении его. В то же время ходатайство Чистяковой Е.И. о допуске к участию в деле защитника судом было отклонено. Настаивает на том, что Чистякова Е.И., давая показания в ходе предварительного следствия, оговорила его, в связи со сложившимися личными неприязненными отношениями. Полагает, что его причастность к деятельности организованной группы в сфере незаконного оборота наркотических средств не установлена. Ссылается на противоречивость доказательств, положенных в основу вывода о его виновности. Указывает на иные нарушения при производстве по делу, в частности ссылается на расхождения между оригиналом обвинительного заключения и его копией, врученной ему, что, 8 по его мнению, являлось основанием для возвращения дела прокурору.
Указывает также на несвоевременное ознакомление с постановлениями о назначении экспертиз и с заключениями экспертов, полагает, что по указанным мотивам заключения экспертов не имеют доказательственной силы. С учетом приведенных доводов ставит вопрос об отмене приговора и направлении уголовного дела прокурору для устранения допущенных при производстве по делу нарушений закона. Утверждает, что в протоколе судебного заседания не нашли отражения существенные события, имевшие место, искажено содержание его выступлений и реплик, не отражен факт заявления им ходатайств, в том числе об исследовании вещественных доказательств, при этом принесенные им на протокол замечания необоснованно отклонены председательствующим судьей, в связи с чем ставит вопрос об отмене постановления судьи о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания. Считает, что при назначении наказания судом не были учтены существенные обстоятельства, касающиеся его личности и состояния здоровья, что повлияло на законность итогового решения, которое является несправедливым вследствие чрезмерной строгости назначенного наказания. Ставит вопрос об отмене приговора в отношении его и направлении дела в этой части на новое рассмотрение в Ленинский районный суд г. Челябинска. Обжалует принятое судом при постановлении приговора решение об изменении меры пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Считает, что законных оснований для принятия такого решения у суда не имелось. Полагает, что при решении этого вопроса судом не учтено его поведение в ходе производства по делу, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, а также рождение сына и нахождение на его иждивении сына, жены и престарелой матери. С учетом приведенных доводов просит приговор в части принятого решения о мере пресечения изменить и до вступления приговора в законную силу установить ранее избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении;
адвокат Чукиева Б.З. в интересах осужденного Ермакова АН., оспаривая законность приговора, указывает, что суду не представлено доказательств, достаточных для вывода о виновности осужденного, который фактически лишь откликнулся на просьбу Малышенковой ОС. помочь приобрести наркотические средства, передав ее просьбу Белькову В.А., который и выдал ей принадлежащие им наркотические средства. Полагает, что имела место провокация со стороны сотрудников оперативных служб.
Обращает внимание, что в основу приговора положены показания осужденного Ермакова А.Н., которые им были даны в ходе предварительного следствия и от которых в суде он отказался. Полагает, что Чистякова Е.И.
оговорила осужденного, в том числе в совершении преступлений в составе 9 преступного сообщества. Считает, что действия Ермакова А.Н., который приобретал наркотические средства для личного потребления, суду надлежало квалифицировать по ч. 2 ст. 228 УК РФ. Просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение;
осужденный Ермаков АН., не оспаривая обоснованности осуждения в приготовлении к незаконному сбыту марихуаны и метамфетамина, указывает, что в остальной части обвинения выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Высказывает сомнения относительно правильности оценки его действий по эпизодам от 24 июля 2011 года и 9 августа 2011 года, полагая, что размер героина составлял крупный, но не особо крупный размер. Настаивает на том, что при квалификации содеянного суду следовало принять во внимание новые значения крупного и особо крупного размера наркотических средств, установленные постановлением Правительства от 23 ноября 2012 года. Со ссылкой на показания Чистяковой Е.И. в суде, а также свидетелей Кудрявцевой Е.А. и Бабина К.Б. оспаривает обоснованность осуждения по квалифицирующему признаку совершения преступлений в составе организованной группы. Утверждает, что с Ивановым Б.Ю., Трегубенковой Ю.Э. и Чистяковыми он не был знаком, со Штарком Д.П. хотя и был знаком, но не имел с ним никаких дел. Считает, что суд не мог ссылаться на содержание телефонных переговоров, так как по заключению эксперта установить, идет ли речь о наркотических средствах, невозможно. Полагает, что суд опирался на версию следствия, в основе которой лежат первичные показания осужденного Белькова В.А. и свидетелей Кудрявцевой Е.А., Бабина К.Б., добытые с использованием незаконных способов. Указывает на нарушения при заключении досудебного соглашения; обращает внимание на заказной характер уголовного дела и заинтересованность в этом сотрудников оперативных служб и следователя, которые, используя средства массовой информации, представили обычных потребителей наркотических средств в качестве сообщества по незаконному обороту наркотических средств. Просит приговор в отношении его отменить, материалы в этой части выделить в отдельное производство и передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции;
осужденный Иванов Б.Ю., выражая несогласие с постановленным в отношении его приговором, указывает, что имело место нарушение права на справедливый и беспристрастный суд. Утверждает, что героин приобретал у Чистяковой Е.И. исключительно для личного потребления. Обращает внимание, что доказательств, свидетельствующих о его намерении сбыть этот героин, суду не было представлено, в связи с чем полагает, что его действия подлежали квалификации по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Считает, что содержание телефонных переговоров, на которые суд сослался, обосновывая вывод о его виновности, не доказывает наличие у него умысла на незаконный 10 сбыт героина 25 августа 2011 года. Полагает, что не может служить доказательством его виновности также и предыдущий приговор, по которому он признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств. Обращает внимание, что при аналогичных обстоятельствах был изъят героин у Горностаева М.В., однако его действия судом квалифицированы как незаконное хранение героина без цели сбыта. Считает, что суд неверно применил уголовный закон при оценке его действий, не приняв во внимание постановление Правительства РФ № 1215 от 23 ноября 2012 года «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств...», согласно которому героин массой 18,891 грамма уже не является особо крупным размером. Просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 228 УК РФ. В дополнительной жалобе Иванов Б.Ю. ставит вопрос об исключении квалифицирующего признака совершения преступлений организованной группой, полагая, что в судебном заседании не установлены такие признаки организованной группы, как устойчивость связей между ее членами и распределение обязанностей.
Утверждает, что с Горностаевым М.В. знаком с детства, у Чистяковой Е.И.
приобретал героин для личного потребления, а со Штарком Д.П. не был знаком. Считает, что вывод суда о приготовлении к незаконному сбыту героина построен на предположениях и недопустимых доказательствах.
Полагает, что показания Чистяковой Е.И., данные после заключения ею досудебного соглашения, не могут быть использованы в качестве доказательства его виновности, так как она оговорила его. Высказывает предположение о возможных нарушениях при проведении оперативнорозыскных мероприятий. Настаивает на том, что действия сотрудников оперативных служб при осуществлении в отношении его оперативнорозыскных мероприятий 25 августа 2011 года носили провокационный характер. Указывает на нарушения закона, выразившиеся в допросе свидетелей Курочкина А.В. и Подкорытова С.Ю., не имеющих отношения к делу. Ссылается на иные нарушения при производстве по делу. Указывает на несвоевременное ознакомление с постановлениями о назначении судебных экспертиз и с заключениями экспертов. Со ссылкой на несоответствие листов дела в том или ином томе уголовного дела, высказывает предположение о возможной фальсификации его материалов. Высказывает мнение о наличии неприязненных отношений с председательствующим судьей Мосиной В.П., на что, по его мнению, указывает назначение чрезмерно сурового наказания.
Полагает, что при назначении наказания не учтено состояние его здоровья, наличие на иждивении малолетних детей, а также сложившееся в семье положение. Считает, что указанные обстоятельства в совокупности позволяли применить к нему положения ст. 64 УК РФ либо 73 УК РФ.
Просит приговор отменить и оправдать его по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, либо 11 переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 228 УК РФ, исключить рецидив и применить положения ст. 64 УК РФ;
адвокат Котлецова Л.А. в интересах осужденного Чистякова А.А.
ставит вопрос об отмене приговора со ссылкой на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение уголовного закона и нарушение уголовно-процессуального закона. Обращает внимание, что в основу приговора положены показания сотрудников оперативных служб, а также телефонные переговоры, анализ содержания которых не позволяет утверждать, что Чистяков А.А. занимался незаконным сбытом героина, как и то, что полученный от матери через Трегубенкову Ю.Э. героин он намеревался сбыть. Обращает внимание, что лица, которым Чистяков А.А. якобы сбывал героин, не установлены. Считает, что суд не в полной мере привел в приговоре мотивы, на основании которых он критически отнесся к показаниям Чистяковой Е.И. в суде и положил в основу приговора ее показания, полученные в ходе предварительного следствия, не дав оценки заявлению последней в суде о применении незаконных методов ведения следствия. Считает, что назначенное Чистякову А.А. наказание не соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного и личности осужденного. Просит приговор в отношении Чистякова А.А.
отменить и дело передать на новое разбирательство в суд первой инстанции;
осужденный Чистяков А.А., отрицая причастность к незаконному сбыту наркотических средств, утверждает, что с лицами, признанными виновными в рамках настоящего уголовного дела, он знаком не был.
Настаивает на том, что, являясь потребителем наркотиков, вынужден был приобретать их, в том числе у матери, исключительно для себя. Помимо этого указывает на несправедливость приговора вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания. Полагает, что судом не приняты во внимание его заболевания, которые относятся к числу неизлечимых. Просит с применением положений ст. 64 УК РФ смягчить назначенное ему наказание;
адвокат Зиновьев В.Г. в интересах осужденной Трегубенковой Ю.Э. указывает, что постановленный в отношении осужденной приговор является незаконным и необоснованным. Считает, что в материалах дела отсутствуют сведения о том, что Трегубенкова Ю.Э. была осведомлена о наличии героина в пакете с фруктами, переданном ей Чистяковой Е.И. для Чистякова А.А. Полагает, что мать и сын Чистяковы «в слепую» использовали Трегубенкову Ю.Э. для перевозки героина, о чем она не догадывалась. Полагает, что умысел Трегубенковой Ю.Э. на незаконное приобретение и хранение героина в особо крупном размере не доказан, поэтому ее действия подлежали квалификации по ч. 1 ст. 228 УК РФ.
! 12 Считает, что фактически она выступила пособником в приобретении героина, в связи с этим ее действия надлежало квалифицировать также и по ч. 5 ст. 33 УК РФ. Полагает, что в приговоре суд, хотя и привел смягчающие наказание обстоятельства, однако в должной мере их не учел при назначении наказания. Считает, что суд исказил мотивы, по которым малолетний ребенок осужденной находится у родителей отца ребенка. Полагает, что судом необоснованно отказано в применении в отношении Трегубенковой Ю.Э. положений ст. 82 УК РФ. Просит приговор в отношении Трегубенковой Ю.Э. изменить, переквалифицировать ее действия с ч. 2 ст.
228 УК РФ на ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ, по которой назначить наказание, не связанное с лишением свободы, либо применить к ней положения ст. 73 УК РФ об условном осуждении, либо предоставить отсрочку исполнения приговора на основании ст. 82 УК РФ;
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Лаптиев Ю С . указывает на несостоятельность приведенных в них доводов и просит оставить их без удовлетворения, а приговор, как законный и обоснованный, без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.
Судом верно установлены фактические обстоятельства дела, связанные с незаконным оборотом наркотических средств. Являются правильными и выводы суда о виновности осужденных в совершении инкриминированных им преступлений, которые подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами: взаимоуличающими показаниями осужденных Горностаева М.В., Штарка Д.П., Ермакова А.Н., Белькова В.А. и Трегубенковой Ю.Э. в ходе предварительного следствия, а также показаниями осужденных в суде, подробный анализ которых приведен в приговоре. Показания осужденных в части, признанной судом достоверной, согласуются с показаниями сотрудников УФСКН РФ по Челябинской области Гавриленко А.С., Пронина М.С., Аюпова Р.Ш. об обстоятельствах проведения оперативно-розыскных мероприятий в связи с полученной информацией о незаконном обороте наркотических средств, задержания причастных к этому лиц, обнаружения при них наркотических средств и их изъятия; показаниями свидетелей Малышенковой О С , Такунцева Р.С., Бабина К.Б., оглашенными показаниями свидетеля Кудрявцевой Е.А. о неоднократном приобретении наркотических средств у осужденных;
показаниями Чистяковой Е.И., уголовное дело в отношении которой выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения, об источниках приобретения наркотических средств, способах их распространения членами созданной ею преступной группы, механизме 13 распределения полученной прибыли и лицах, причастных к незаконному сбыту наркотических средств.
Помимо этого, вина осужденных подтверждается протоколами выемки и добровольной выдачи наркотических средств, заключениями экспертов, проводивших судебно-химические, судебно-фоноскопические и другие судебные экспертизы, материалами оперативно-розыскных мероприятий, сведениями о детализации телефонных соединений, записями телефонных переговоров осужденных, протоколами осмотров, выемок, обысков и другими доказательствами, которым в приговоре дана надлежащая оценка.
Доводы осужденных о том, что в судебном заседании не нашел подтверждения квалифицирующий признак совершения преступлений в составе организованной группы, несостоятельны.
В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. При этом об устойчивости преступной группы свидетельствуют постоянство форм и методов преступной деятельности, распределение функций между членами группы, стабильность состава группы и длительность ее существования.
В судебном заседании достоверно установлено, что созданная Чистяковой Е.И. преступная группа обладала всеми признаками, характерными для организованной группы.
Об устойчивости группы, в частности свидетельствует наличие в ее составе организатора, разработавшего особый механизм руководства, отличающийся применением мер конспирации при строжайшем их соблюдении всеми членами группы в целях предотвращения возможного задержания сотрудниками правоохранительных органов. Так, в ходе ведения переговоров членам группы запрещалось использовать слова, значение которых могло быть истолковано как наркотические средства, с этой целью были разработаны специальные термины, понятные только членам группы, которые использовались ими при подготовке и совершении преступлений. С той же целью систематически менялись аппараты мобильной связи и используемые абонентские номера; приобретаемые членами группы сим-карты регистрировались на посторонних лиц; в распоряжении членов группы одновременно находилось несколько аппаратов мобильной связи с разными абонентскими номерами.
Незаконный сбыт наркотических средств осуществлялся с использованием так называемых «закладок», которые готовились заранее. Получаемые от 14 реализации наркотических средств денежные средства перечислялись членами группы на банковский счет руководителя группы Чистяковой Е.И., зарегистрированный тоже на постороннее лицо. В целях конспирации некоторые члены группы не были осведомлены об отдельных деталях планируемых преступлений, не знали о других входящих в ее состав членах, выполняя строго отведенную каждому роль. На постоянной основе осуществлялась проверка возможного наружного наблюдения сотрудниками правоохранительных органов за членами группы.
Кроме того, среди членов преступной группы были четко распределены роли, что также указывает на устойчивость связей и сплоченность входящих в ее состав участников. Так, Чистякова Е.И.
осуществляла руководство группой, координировала действия ее участников, планировала мероприятия по организации сбыта героина крупными партиями, осуществляла сбор денежных средств, распределяла полученный доход, используя его часть на функционирование группы; Горностаев М.В.
осуществлял функции по подбору и вербовке новых участников группы, расширению рынка сбыта путем поиска и вовлечения новых потребителей, помимо этого, занимался приобретением сим-карт и их регистрацией на посторонних лиц, контролировал своевременность расчетов за героин, лично собирал деньги от других членов группы и передавал их Чистяковой Е.И.;
Штарк Д.П. осуществлял перевозку наркотических средств к специально оборудованным местам, так называемым «закладкам», проводил мероприятия, связанные с обеспечением безопасности участников организованной группы от возможного преследования правоохранительными органами, контролировал своевременность возврата денежных средств членами группы; Ермаков А.Н. получал под контролем Горностаева М.В. или Штарка Д.П. наркотические средства партиями, доставлял их к месту жительства Белькова В.А., где совместно с последним фасовал на порции и сбывал непосредственно потребителям; Иванов Б.Ю. занимался получением и перевозкой наркотических средств к местам хранения с целью последующего сбыта, проверкой качества новых партий героина путем личного употребления, расширением рынка сбыта героина путем поиска новых потребителей.
Финансовая выгода членов группы состояла в том, что Чистякова Е.И.
приобретала героин партиями от 50 до 100 грамм из расчета 550 руб. за 1 грамм, которые по более высокой цене передавала другим членам группы, которые, в свою очередь, осуществляли розничный сбыт героина непосредственным его потребителям по еще более высокой цене, при этом часть денежных средств, полученных от сбыта предыдущих партий, использовалась на приобретение новых партий героина.
15 Об устойчивости созданной Чистяковой Е.И. преступной группы свидетельствуют также относительно длительный период времени ее существования (с мая 2011 года по 15 сентября 2011 года), а также неоднократность совершения преступлений в указанный период.
С учетом приведенных обстоятельств Судебная коллегия находит обоснованным вывод суда о том, что незаконный сбыт наркотических средств осуществлялся осужденными Горностаевым М.В., Штарком Д.П., Ивановым Б.Ю., Ермаковым А.Н. в составе организованной группы. По приведенным в приговоре мотивам суд признал установленным, что Чистяков А.А. и Трегубенкова Ю.Э. не входили в состав организованной группы, а входивший в ее состав Ермаков А.Н. некоторые преступления совершил вне деятельности данной организованной группы.
Тот факт, что некоторые члены организованной группы не были знакомы с другими ее участниками, не ставит под сомнение обоснованность вывода суда о совершении Горностаевым М.В., Штарком Д.П., Ивановым Б.Ю., Ермаковым А.Н. преступлений в составе организованной группы, поскольку данный факт обусловлен особенностями вида деятельности группы, связанного со сбытом наркотических средств, свободный оборот которых запрещен под угрозой уголовной ответственности. Так, Ермаков А.Н. и Иванов Б.Ю. занимались сбытом героина независимо друг от друга, при этом каждый из них получал героин от Чистяковой Е.И. под контролем других членов группы (Горностаева М.В. и Штарка Д.П.), деятельность которых, в свою очередь, координировала и контролировала Чистякова Е.И.
При такой организации деятельности группы, продиктованной, в том числе необходимостью соблюдения условий конспирации, не требовалось непосредственного контакта одних членов группы, занятых сбытом героина, с другими ее членами, действовавшими самостоятельно.
Доводы Горностаева М.В. о том, что в преступной группе он не состоял, наркотические средства приобретал для личного потребления, опровергаются уличающими показаниями Чистяковой Е.И. и Ермакова А.Н.
в ходе предварительного следствия, собственными показаниями Горностаева М.В. в ходе предварительного следствия, показаниями свидетеля Такунцева Р.С. об активной роли Горностаева М.В. в распространении наркотических средств, материалами оперативно-розыскных мероприятий, в том числе содержанием записей телефонных переговоров, которые велись между осужденными при подготовке и совершении преступлений.
Аналогичные доводы осужденного Иванова Б.Ю. опровергаются показаниями Чистяковой Е.И. о том, что Иванова Б.Ю. вовлек в созданную ею преступную группу Горностаев М.В., который лично контролировал 16 действия Иванова Б.Ю., связанные со сбытом героина, принимал меры к тому, чтобы своевременно производились расчеты, а после реализации Ивановым Б.Ю. партии героина, Горностаев М.В. приезжал к ней домой, чтобы получить свою долю прибыли. В ходе очных ставок с Горностаевым М.В. и Ивановым Б.Ю. Чистякова Е.И. подтвердила, что именно Горностаев М.В. вовлек Иванова Б.Ю. в преступную группу, кроме того, пояснила, что Иванову Б.Ю. она отдавала героин по 700 руб. за 1 грамм, при этом 100 руб.
с каждого грамма, переданного Иванову Б.Ю., имел Горностаев М.В.
Суд правомерно сослался на показания свидетелей Подкорытова СЮ.
и Курочкина А.В., а также на вступивший в законную силу приговор Калининского районного суда г. Челябинска от 27 января 2012 года в отношении Иванова Б.Ю., которыми опровергается утверждение Иванова Б.Ю. о том, что сбытом наркотических средств он никогда не занимался.
Не вызывает сомнений обоснованность вывода суда о виновности Горностаева М.В. в совершении в составе организованной группы приготовления к незаконному сбыту героина массой 47,59 граммов, который, кроме показаний Чистяковой Е.И., принимавшей непосредственное участие в совершении этого преступления, подтвержден показаниями свидетеля Гавриленко А.С, а также материалами оперативно-розыскных мероприятий, содержанием телефонных переговоров осужденных, протоколами изъятия наркотических средств, заключениями экспертов и другими приведенными в приговоре доказательствами.
Вопреки доводам осужденного Штарка Д.П. о непричастности к незаконному обороту наркотических средств, неосведомленности о существовании преступной группы и ее деятельности, его вина в совершении инкриминированных преступлений, кроме вышеприведенных доказательств, подтверждается показаниями Чистяковой Е.И. в ходе предварительного следствия о том, что Штарк Д.П., еще находясь в следственном изоляторе, оказывал ей содействие в сбыте героина, в частности направил к ней сбытчика героина Паата, через которого она познакомилась с Горностаевым М.В., по освобождении из заключения Штарк Д.П. принимал активное участие в деятельности группы, возил ее на автомашине марки «ВАЗ-21099» за героином, доставлял героин к местам «закладок», при этом, как и все другие члены группы, он имел прибыль, которой распоряжался самостоятельно;
показаниями Ермакова А.Н., последовательно утверждавшего в ходе предварительного следствия, что именно Штарк Д.П.
привозил наркотические средства к заранее оговоренному месту и контролировал своевременность расчетов с Чистяковой Е.И.; показаниями Белькова В.А. о том, что героин Ермакову А.Н. поставлял Дима по прозвищу «Ленин», которого впоследствии узнал как Штарка Д.П.
17 Кроме того, сам осужденный Штарк Д.П. при допросе в качестве обвиняемого признал вину в получении 9 августа 2011 года от Чистяковой Е.И. партии героина для последующего сбыта через Ермакова А.Н. и Белькова В.А. (л.д. 31 т. 16.) и подтвердил свои показания в ходе очной ставки с Чистяковой Е.И. (л.д. 35- 37 т. 16).
Доводы Штарка о том, что свидетелями обвинения неверно указан цвет автомобиля Чистяковой Е.И., как синий, тогда как он ездил на автомашине зеленого цвета, не убедительны. Согласно информации, представленной МРЭО ГИБДД ГУ МВД РФ по Челябинской области, в 2011 году в собственности Чистяковой Е.И. имелась автомашина марки «ВАЗ-21099» сине-зеленого цвета с регистрационным знаком о 098 КН 174.
В судебном заседании достоверно установлено, что именно на данном автомобиле Штарк Д.П. привозил партии наркотических средств Чистяковой Е.И., а затем мелкие партии героина доставлял к местам «закладок» для последующей передачи другим членам группы.
Утверждение осужденного Штарка Д.П. о том, что он передвигался на других автомашинах со ссылкой на показания свидетеля Гайыбова Т.Ш., не опровергает установленный судом факт использования им для перевозки наркотических средств автомобиля Чистяковой Е.И., с которой в то время он состоял в фактических брачных отношениях.
Доводы осужденных Штарка Д.П. и Иванова Б.Ю. о том, что Чистякова Е.И., при допросах в ходе предварительного следствия, оговорила их, преследуя свои личные цели, проверены судом и отвергнуты, как не нашедшие подтверждения.
Вопреки доводам жалоб допросы Чистяковой Е.И. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании проводились с соблюдением норм уголовно-процессуального закона. В приговоре всем показаниям Чистяковой Е.И. дана надлежащая оценка, при этом в нем приведены мотивы, по которым суд критически отнесся к ее показаниям, данным в суде. В судебном заседании Чистякова Е.И. не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, поскольку допрашивалась она по правилам допроса свидетеля, но с особенностями, обусловленными тем, что она являлась лицом, которое осуждено за те же преступления, в совершении которых обвинялись осужденные. Поскольку допрос Чистяковой Е.И. по вопросам, связанным с деятельностью созданной ею преступной группы, затрагивал права и интересы как ее самой, так и сына - Чистякова А.А., ей были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ о праве не свидетельствовать против самого себя и близких родственников. Кроме того, до нее была доведена 18 информация о том, что положения чч. 6 и 8 ст. 56 УПК РФ об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний на нее не распространяются. Чистяковой Е.И. дважды было разъяснено, что как свидетель она вправе иметь адвоката, однако от услуг адвоката она отказалась. С учетом приведенных обстоятельств Судебная коллегия не может согласиться с доводом о том, что суд не определился с достаточной ясностью в вопросе о процессуальном статусе Чистяковой Е.И., как и с утверждением о нарушении права на защиту Чистяковой Е.И. при ее допросе в судебном заседании.
Доводы адвоката Чукиевой Б.З. о том, что Ермаков А.Н. не имел цели незаконного сбыта героина Малышенковой О.С, он лишь откликнулся на просьбу последней о помощи в приобретении героина и передал ей через Белькова В.А. приготовленные для личного потребления наркотические средства, опровергаются показаниями осужденного Белькова В.А. о том, что совместно с Ермаковым А.Н. он занимался сбытом героина, который небольшими партиями привозил им Штарк Д.П., в его квартире они расфасовывали героин на порции и продавали наркозависимым лицам, при этом у них имелось 15-20 постоянных покупателей; в том числе Малышенкова О.С.; показаниями свидетеля Малышенковой О.С. о неоднократном приобретении героина у Ермакова А.Н. и Белькова В.А., другими доказательствами.
Нельзя признать убедительными доводы Ермакова А.Н. о нарушении условий заключенного с ним досудебного соглашения о сотрудничестве, применении в отношении его недозволенных методов ведения следствия. Как видно из материалов дела, в ходе предварительного следствия Ермаковым А.Н. действительно было выражено желание о заключении со следствием досудебного соглашения о сотрудничестве, и такая возможность ему была предоставлена. Однако впоследствии он отказался выполнять условия соглашения, в связи с этим уголовное дело, выделенное в отношении его в отдельное производство, было соединено с основным уголовным делом, как это и предусмотрено законом. Утверждение Ермакова А.Н. о нарушении права на защиту при допросах в ходе предварительного следствия опровергается материалами дела, из содержания которых следует, что его допросы проводились с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, в присутствии адвоката, до начала допроса ему разъяснялись положения ст. 46 и 47 УПК РФ и он предупреждался об использовании этих показаний в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от них. Из содержания его показаний следует, что вину в предъявленном обвинении он признал полностью, подробно изложил обстоятельства сбыта героина в составе организованной группы, изобличая других участников преступления, в частности Горностаева М.В. и Штарка Д.П.; а в ходе очных I ! 19 ставок с Малышенковой О.С, Бельковым В.А. и Штарком Д.П. настаивал на своих показаниях.
Являются надуманными доводы жалоб о провокации со стороны сотрудников оперативных служб в ходе организации и проведения оперативно-розыскных мероприятий. Как установлено судом, все оперативно-розыскные мероприятия были проведены с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ при наличии у оперативных служб достоверной информации о направленности умысла осужденных на сбыт наркотических средств, сформировавшегося независимо от действий сотрудников оперативных подразделений, имевших достоверные данные о подготовительных к совершению преступлений мероприятиях. Результаты ОРМ предоставлены органам расследования в порядке, установленном ведомственными нормативными актами. В соответствии со ст. 89 УПК РФ материалы оперативно-розыскных мероприятий проверены судом с точки зрения их соответствия требованиям, предъявляемым к доказательствам.
Каких-либо нарушений при проведении оперативно-розыскных мероприятий, оформлении их результатов и предоставлении органам расследования для использования в качестве доказательств не установлено.
Что касается доводов Чистякова А.А. о том, что, направляя Трегубенкову Ю.Э. к матери, он не ставил ее в известность относительно героина, лишь просил ее забрать пакет с фруктами; героин приобрел у матери для личного потребления; сбытом наркотических средств не занимался, то они продиктованы избранным им способом защиты от предъявленного обвинения. Между тем приведенные доводы осужденного полностью опровергаются оглашенными показаниями Чистяковой Е.И. о том, что по предварительному звонку сына, который нигде не работал и просил у нее героин для реализации наркозависимым лицам, она неоднократно передавала ему наркотические средства, в том числе 31 августа 2011 года через Трегубенкову Ю.Э., с которой он состоял в фактических брачных отношениях;
оглашенными показаниями Трегубенковой Ю.Э. о том, что в ее присутствии Чистякову А.А.
неоднократно поступали звонки от незнакомых ей лиц, которые просили помочь приобрести героин, после чего он выезжал на место встречи и передавал им героин; данными, полученными при прослушивании телефонных переговоров, из содержания которых следует, что Чистяков А.А. занимался сбытом героина девушке по имени Ирина, при этом Чистякова Е.И. предупреждала его о мерах предосторожности, Чистяков А.А. же уверял ее, что им используется безопасный способ сбыта героина через «закладки»; актом личного досмотра от 31 августа 2011 года, согласно которому при досмотре Трегубенковой Ю.Э. в находящемся при ней черном 20 пакете обнаружена пачка из-под сигарет с пятью полиэтиленовыми свертками с порошкообразным веществом; заявлением Трегубенковой Ю.Э.
при личном досмотре о том, что в пачке из-под сигарет находится героин, который ей передала мать ее сожителя - женщина по имени Лена;
заключениями экспертов, согласно которым изъятое при личном досмотре Трегубенковой Ю.Э. вещество является героином.
Приведенные и иные содержащиеся в приговоре доказательства опровергают и доводы адвоката Зиновьева В.Г. о том, что Чистяковы «вслепую» использовали Трегубенкову Ю.Э., которая не знала о наличии в переданном ей пакете героина.
По приведенным в приговоре мотивам действия Трегубенковой Ю.Э.
суд правильно квалифицировал по ч. 2 ст.228 УК РФ. Оснований для квалификации ее действий по ч. 5 ст.ЗЗ, ч.1 ст. 228 УК РФ, о чем ставится вопрос в жалобах, не имеется. Действиям других осужденных судом дана правильная правовая оценка. Судебная коллегия не усматривает оснований для переквалификации действий Ермакова А.Н. и Иванова Б.Ю. на ст. 228 УК РФ, о чем они просят в жалобах, поскольку судом достоверно установлено, что героин приобретался ими с целью последующего сбыта.
Судом обоснованно при квалификации содеянного применен уголовный закон в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года № 87-ФЗ. Доводы осужденных о неверном определении судом размеров наркотических средств, как крупных и особо крупных, и неправильном применении уголовного закона при квалификации их действий, безосновательны.
Действующая редакция уголовного закона, предусматривающая ответственность за незаконный сбыт наркотических средств в крупном и значительном размерах, устанавливает более строгое наказание, поэтому в силу требований ст. 10 УК РФ обратной силы не имеет и применению не подлежит.
Что касается довода о несвоевременном ознакомлении осужденных с постановлениями о назначении судебных экспертиз и с заключениями экспертов, то данное обстоятельство не может рассматриваться в качестве процессуального нарушения, влекущего отмену приговора. Уголовнопроцессуальный закон не устанавливает срока, в течение которого обвиняемому должны быть предоставлены для ознакомления указанные процессуальные документы. Из материалов дела следует, что в большинстве случаев с постановлениями о назначении судебных экспертиз обвиняемые были ознакомлены до начала производства экспертизы. При этом им были разъяснены положения ст. 198 УПК РФ и была предоставлена возможность реализовать права, предусмотренные названной нормой, в частности право I 21 на постановку дополнительных вопросов, право отвода экспертов.
Осужденный Иванов Б.Ю. воспользовался предоставленным правом при ознакомлении с постановлением о назначении судебно-лингвистической экспертизы от 20 января 2012 года, заявив ходатайство о постановке перед экспертом дополнительного вопроса. Однако данное ходатайство следователем отклонено в связи с тем, что поставленный Ивановым Б.Ю.
дополнительный вопрос не относится к предмету экспертного исследования (л.д. 133,138,139,161 т. 8). Другие осужденные предоставленными ст. 198 УПК РФ правами не воспользовались.
Довод осужденного Штарка Д.П. о возможных нарушениях при изъятии наркотических средств, их последующем осмотре и признании вещественными доказательствами не основано на материалах уголовного дела, из содержания которых следует, что выемка наркотических средств во всех случаях проводилась в установленном УПК РФ порядке, в присутствии понятых, с соблюдением правил изъятия, упаковки, осмотра и предоставления в экспертное учреждение. Законность проведения указанных следственных действий не вызывала сомнений у Штарка Д.П., который, ознакомившись при выполнении требований ст. 217 УПК РФ с содержанием протоколов следственных действии, о каких-либо нарушениях не заявил и знакомиться с вещественными доказательствами не пожелал. В ходе судебного следствия ходатайств об исследовании вещественных доказательств также не заявлял.
Вопреки доводам жалоб обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями УПК РФ, его копии вручены осужденным в установленные сроки и надлежащего качества. Тот факт, что его копии изготовлены более мелким шрифтом, чем сам оригинал, и двухсторонней печатью, не свидетельствует о нарушении права осужденных на защиту, поскольку содержание обвинительного заключения осталось неизменным.
Безосновательно утверждение Иванова Б.Ю. о том, что уголовное дело неоднократно сшивалось, расшивалось, фабриковалось, о чем, по его мнению, свидетельствует изменение количества листов в томах 10,13,16,17,18, появление дополнительного тома 21, которого не было при ознакомлении с материалами дела. Как следует из материалов дела, требования ст. 217 УПК РФ с осужденными выполнялись дважды. Это было вызвано тем, что уголовное дело по обвинению Ермакова А.Н. и Чистяковой Е.И. первоначально было выделено в отдельное производство и направлено на рассмотрение в Челябинский областной суд в порядке особого производства в связи с заключенным досудебным соглашением о сотрудничестве. В судебном заседании Ермаков А.Н. отказался от рассмотрения дела в особом порядке, в связи с этим выделенное в отношении 22 его дело было возвращено прокурору для соединения с основным уголовным делом (л.д. 1-14 т. 21). В связи с присоединением материалов, ранее выделенных в отношении Ермакова А.Н., произошло увеличение объема основного уголовного дела, в результате этого том 20, в котором содержалось 65 листов, составил 207 листов, кроме того, был сфомирован дополнительный том 21, содержащий 205 листов, а также том 22 на 98 листах. Осмотр содержания указанных томов показал, что в них действительно находятся материалы ранее выделенного в отдельное производство уголовного дела. Поскольку ранее эти материалы имели свою нумерацию, то после соединения с основным уголовным делом указанные листы заново были пронумерованы. Имеющиеся в связи с этим исправления нумерации листов в названных томах не могут свидетельствовать о фальсификации материалов дела, как утверждается в жалобе Иванова Б.Ю.
Довод Иванова Б.Ю. о том, что в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела сведения о количестве листов в томах 10,13,16,17,18 не соответствуют фактическому количеству листов в этих томах, также не указывает на фальсификацию материалов дела. Из приобщенной к уголовному делу докладной следует, что при изготовлении печатного текста протокола ознакомления Иванова Б.Ю. с материалами уголовного дела от 27 июня 2012 года, а затем и при изготовлении протокола повторного его ознакомления с материалами дела от 10 августа 2012 года, следователь допустил техническую ошибку, неверно указав в нем общее количество листов, содержащихся в томах 10, 13, 16, 17, 18. Данное обстоятельство не повлекло нарушение права на защиту осужденного, которому уголовное дело было предоставлено для ознакомления в подшитом виде с пронумерованными листами в соответствии с фактическим количеством листов в каждом томе.
Отсутствие в томе 15 листа 24 тоже не свидетельствует о фальсификации материалов уголовного дела. Согласно акту от 3 сентября 2013 года, при ознакомлении с материалами уголовного дела осужденного Штарка Д.П. было обнаружено, что в томе 15 лист 23 не подшит, а лист 24 отсутствует. Согласно описи к данному тому, отсутствующий лист указан как протокол задержания Иванова Б.Ю. от 26 августа 2011 года. В связи с утратой названного листа из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области была истребована копия протокола задержания Иванова Б.Ю. от 26 августа 2012 года, которая приобщена к материалам уголовного дела (л.д. 195-196 т. 38).
Не нашел подтверждения при проверке довод осужденного Иванова Б.Ю. о нарушениях при его задержании по подозрению в совершении преступления и допросе в качестве подозреваемого.
23 Тот факт, что личный обыск Горностаева М.В. проведен спустя 40 минут после его задержания, сам по себе не указывает на какое-либо нарушение. Осужденный Иванов Б.Ю., ссылаясь в жалобе на данное обстоятельство, не указал, в чем именно он усматривает нарушение закона.
Более того, самим Горностаевым М.В. законность задержания, как и обоснованность обыска, который проводился в отделении УФСКН, куда он был доставлен после задержания, не оспариваются.
Предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда не имелось.
Что касается замечаний на протокол судебного заседания, поданных осужденным Штарком Д.П., то они рассмотрены судом в установленном ст. 260 УПК РФ порядке и отклонены по мотивам, приведенным в постановлении от 27 сентября 2013 года. Законность принятого решения не вызывает сомнений, в нем приведены обстоятельства, обосновывающие вывод суда о том, что принесенные осужденным замечания носят надуманный характер. В связи с этим Судебная коллегия не находит оснований для отмены постановления суда от 27 сентября 2013 года.
Не вызывает сомнений и обоснованность решения суда, принятого по результатам рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания, поданных осужденным Горностаевым М.В.
Судебная коллегия не может согласиться с доводом Штарка Д.П. о необоснованном изменении ему при постановлении приговора меры пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Такое решение судом принято в целях обеспечения исполнения постановленного в отношении Штарка Д.П. обвинительного приговора, по которому ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 7 лет с отбыванием в исправительном учреждении.
Несостоятельны доводы осужденных Горностаева М.В., Иванова Б.Ю.
и Штарка Д.П. о необъективности суда при разбирательстве дела, заинтересованности председательствующего судьи Мосиной В.П. в исходе дела. Как следует из протокола судебного заседания, председательствующим судьей были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных законом прав.
Стороны не ограничивались судом в предоставлении доказательств, приводимых в подтверждение своих аргументов либо в опровержение доводов противной стороны. Заявленные сторонами ходатайства рассмотрены судом в установленном порядке и по ним приняты решения с 24 приведением решение.
соответствующих мотивов, обосновывающих принятое Неубедительна ссылка Штарка Д.П. в обоснование довода о личной заинтересованности судьи Мосиной В.П. на то, что в рамках уголовного дела, возбужденного 9 апреля 2007 года по факту подделки печати Курчатовского районного суда г. Челябинска и выписки из протокола судебного заседания по уголовному делу в отношении Ижко А.С, он был признан подозреваемым, а судья Мосина В.П. допрашивалась в качестве потерпевшей. Из дополнительно представленных суду апелляционной инстанции материалов следует, что в рамках уголовного дела № 582316, которое постановлением СУ при УВД Калининского района г. Челябинска от 10 декабря 2007 года приостановлено производством ввиду неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, Штарк Д.П. не признавался подозреваемым и в таком качестве не допрашивался, как Мосина В.П. не допрашивалась в качестве потерпевшей.
Из объяснений Мосиной В.П. следует, что со Штарком Д.П. ранее она знакома не была, при рассмотрении в 2007 году уголовного дела в отношении Ижко А.С. она не видела в зале суда Штарка Д.П. и его фамилию в связи с событиями, связанными с подделкой печати Курчатовского районного суда и протокола судебного заседания, не запомнила. Таким образом, обстоятельств, препятствующих участию судьи Мосиной В.П. в производстве по настоящему уголовному делу, не имелось.
С этим был согласен Штарк Д.П., который в судебном заседании ходатайств об отводе судьи Мосиной В.П. не заявлял. В ходе судебного следствия заявлений о необъективности и предвзятости судьи Мосиной В.П.
от него также не поступало. Довод о том, что судье Мосиной В.П. следовало самоустраниться от рассмотрения данного дела, возник у Штарка Д.П.
только после постановления в отношении его обвинительного приговора, результаты которого не удовлетворили его, о чем он прямо указал в жалобе, заявив о чрезмерной суровости назначенного ему наказания.
Является голословным и утверждение осужденного Иванова Б.Ю. о неприязненных отношениях с судьей Мосиной В.П., сложившихся в связи с проживанием в одном доме. По смыслу закона, судья не может участвовать в производстве по делу, если имеются обстоятельства, дающие основание полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела (ч. 2 ст. 61 УПК РФ). Каких-либо фактов, указывающих на заинтересованность судьи в исходе рассматриваемого ею уголовного дела, в жалобах не содержится.
При назначении осужденным наказания судом в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной 25 опасности преступлений, конкретные обстоятельства дела и роль каждого в совершении преступлений, данные о личности виновных, поведение после совершения преступлений, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние наказания на условия жизни осужденных и их семей.
Все обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, в том числе приведенные в апелляционных жалобах, исследованы судом и в полной мере учтены при назначении наказания.
Суд не установил обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, совершенных Ермаковым А.Н., Ивановым Б.Ю., Чистяковым А.А., и не усмотрел оснований для применения в отношении их положений ст. 64 УК РФ.
Учитывая обстоятельства совершения деяний, которые относятся к тяжким и особо тяжким преступлениям, данные о личности осужденных, конкретные действия каждого из них при совершении преступлений, суд пришел к обоснованному выводу о том, что исправление осужденных возможно только в условиях изоляции от общества. В связи с этим оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не усмотрел.
Вопрос о возможности изменения категории преступлений на менее тяжкую обсуждался судом, который не нашел оснований для применения в отношении осужденных положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.
При назначении наказания Трегубенковой Ю.Э. суд признал совокупность смягчающих наказание обстоятельств исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности совершенного преступления, в связи с чем применил положения ст. 64 УК РФ. Вместе с тем оснований для применения в отношении ее положений ст. 73 и 82 УК РФ не усмотрел.
Наказание Штарку Д.П. назначено с применением ст. 64 УК РФ, в связи с этим оно не может быть признано чрезмерно суровым.
Судебная коллегия находит, что назначенное осужденным наказание соразмерно содеянному и является справедливым.
Таким образом, по мотивам, приведенным в апелляционных жалобах, оснований для отмены приговора либо его изменения не имеется. Нарушений закона, влекущих безусловную отмену итогового судебного решения, не допущено.
26 На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.18, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
постановление Челябинского областного суда от 27 сентября 2013 года в отношении Штарка Дмитрия Павловича, а также приговор Челябинского областного суда от 10 января 2013 года в отношении Горностаева Максима Владимировича, Штарка Дмитрия Павловича, Ермакова Андрея Николаевича, Иванова Бориса Юрьевича, Трегубенковой Юлии Эдуардовны, Чистякова Александра Александровича оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных и их защитников - без удовлетворения.
Председательствующий Судьи