ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № _34-АПУ14-2сп АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 3 марта 2014 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Магомедова М.М.
судей Истоминой Г.Н. и Ворожцова С.А.
при секретаре Поляковой А.С.
с участием государственного обвинителя - старшего прокурора апелляционного управления Генеральной прокуратуры РФ Митюшова В.П.;
защитников осужденного - Кузьмина Д.Ю. и Антас К.А., Лысачека В.Н., Киселева А.В., рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Свидовича О.А. и его защитников адвокатов Антас К.А., Кузьмина Д.Ю., Лысачека В.Н., на приговор Мурманского областного суда с участием присяжных заседателей от 17 декабря 2013 года, которым Свидович Олег Анатольевич, родившийся 11 ноября 1964 года в г. Сыктывкаре Республики Коми, несудимый 1 осужден к лишению свободы за совершение четырех преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27.12.2009 г. № 377-ФЗ) сроком на 13 лет с лишением права заниматься педагогической и иной трудовой деятельностью в учреждениях и организациях, связанных с обучением и воспитанием несовершеннолетних детей сроком на 10 лет и с ограничением свободы на 1 год за каждое; по ч. 2 ст. 135 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2009 г. № 215-ФЗ) сроком на 4 года с лишением права заниматься педагогической и иной трудовой деятельностью в учреждениях и организациях, связанных с обучением и воспитанием несовершеннолетних детей сроком на 6 лет.
По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с лишением права заниматься педагогической и иной трудовой деятельностью в учреждениях и организациях, связанных с обучением и воспитанием несовершеннолетних детей сроком на 15 лет и с ограничением свободы на 2 года.
Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание обжалуемого приговора и доводы апелляционной жалобы, выступление осужденного Свидовича О.А. и его защитников Антас К.А., Кузьмина Д.Ю., Лысачека В.Н., Киселева А.В., поддержавших доводы жалоб об отмене приговора, выступление государственного обвинителя Митюшова В.П., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
Свидович осужден за совершение развратных действий в отношении не достигшего четырнадцатилетнего возраста Борисова Д.С. 25 марта 1997 года рождения и за совершение действий сексуального характера в отношении не достигших двенадцатилетнего возраста Николаева М.С. 1 декабря 2002 года рождения и Залевского Д.Н. 4 апреля 2001 года рождения.
Преступления совершены им период с 31 октября 2009 года по 23 октября 2011 года в п. Никель, п. Видяево Мурманской области и в г.
Мурманске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе защитники осужденного Антас К.А. и Кузьмин Д.Ю. указывают на то, что при рассмотрении уголовного дела в отношении Свидовича были допущены существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, что повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.
2 Указывают, что дело рассмотрено незаконным составом суда, что выразилось в нарушении принципа неизменности состава суда. Подготовку к судебному заседанию, в также предварительное слушании е провел судья Вахрамеев Д.Ф., а со стадии формирования коллегии присяжных заседателей в рассмотрении дела участвовал судья Венедиктов А.А.
При формировании коллегии присяжных заседателей также были допущены нарушения закона.
Списки кандидатов в присяжные заседатели не содержали необходимых сведений о кандидатах. Председательствующий лишил сторону защиты возможности задать вопросы каждому из оставшихся кандидатов в присяжные заседатели.
По ходатайству стороны обвинения в вопросный лист были включены вопросы о беспомощном состоянии потерпевших, разрешение которых требует специальных знаний в области юриспруденции, В вопросном листе объективная стороны каждого из преступлений в отношении потерпевших Борисова и Залевского является аналогичной по смыслу и содержанию и описана как развратные действия, в связи с чем полагают, что квалификация действий в отношении и Залевского как действий сексуального характера противоречит фактическим обстоятельствам.
Обращают также внимание на допущенные в ходе расследования дела нарушения закона: Свидовичу, начиная с 23 января 2013 года, 7 раз было предъявлено обвинение в совершении 5 преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 135 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ без возбуждения уголовных дел по двум преступлениям в отношении Залевского на территории п. Видяево.
Уголовные дела по указанным преступлениям были возбуждены только 27 мая 2013 года, то есть спустя 4 месяца. Совершенные следователем по возбуждению уголовных дел процессуальные действия является, по мнению авторов жалобы, незаконными, направленными на сокрытие допущенных ранее грубейших нарушений уголовно-процессуального закона.
Кроме того после возбуждения уголовных дел Залевский Д.Н. не признавался потерпевшим по дополнительно возбужденным уголовным делам.
Данные обстоятельства, препятствующие рассмотрению дела судом, доведенные стороной защиты до сведения председательствующего путем подачи жалобы, были оставлены без рассмотрения, и не нашли отражения в приговоре.
В обвинительное заключение включено в качестве доказательства заключение экспертов № 305 от 02.05.2012 года в отношении потерпевшего Николаева М.Е., которое признано недопустимым доказательством.
Нарушен судом и принцип состязательности и равенства сторон. Так, суд, признав незаконными действия следователя по осмотру и признания з видеокассет и дисков вещественными доказательствами, вопреки этому дал согласие на представление данных видеокассет присяжным заседателям, и в напутственном слове обозначил их как вещественные доказательства, введя присяжных заседателей в заблуждение.
Не учтено судом и нарушение следователем прав обвиняемого Свидовича при назначении комплексной психолого-психиатрической экспертизы.
В связи с допущенными нарушениями закона просят приговор в отношении Свидовича отменить и направить дело прокурору Мурманской области для устранения нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, неустранимых в суде апелляционной инстанции.
В апелляционной жалобе защитник осужденного Лысачек В.Н. также считает, что судом нарушены права подсудимого Свидовича. Судом не удовлетворено ни одно ходатайство об исключении из числа доказательств заключений экспертов, полученных с нарушением закона.
В судебном заседании отсутствовали состязательность и равноправие сторон. Суд отдал предпочтение стороне обвинения, которая пыталась восполнить недостаток доказательств отрицательной характеристикой личности подсудимого. В ходе судебного следствия стороной обвинения неполностью, а выборочно зачитывались выводы экспертов, а в прениях государственный обвинитель так расплакалась, что у присяжных также появились слезы, все это не пресекалось судом и повлияло на объективность присяжных заседателей в принятии решении и сформировало отрицательное отношение к подсудимому.
Суд ограничил подсудимого в предъявлении доказательств, вызове свидетелей, формировании коллегии присяжных заседателей. Как стало впоследствии известно, старшина коллегии присяжных заседателей имеет родственника, работающего в прокуратуре.
Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное рассмотрение.
Об этом же ставит вопрос в своей апелляционной жалобе и дополнении к ней и осужденный Свидович О.А.
По доводам жалобы в ходе следствия были нарушены его права при назначении комплексной психолого-психиатрической экспертизы.
Он не был ознакомлен с постановлением о назначении этой экспертизы, лишен возможности заявить отвод экспертам, права заявить ходатайство о постановке дополнительных вопросов, права о производстве экспертизы в конкретном экспертном учреждении, нарушено также его право на защиту, выразившееся в незаконном отстранении от участия в деле его защитника Лысачека, что установлено решением Кольского районного суда. С нарушением закона произведен и обыск, протокол которого был утерян, а 4 впоследствии найден соседями, передан адвокату Лысачек, который передал его следователю. В протоколе обыска не указаны индивидуальные признаки кассет, а только их количество.
Председательствующим необоснованно отклонены ходатайства стороны защиты об установлении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела: ему не позволили огласить л.д. 208 в т. № 2 - журнал регистрации выписки из общежития «Урица», рукописный список номеров на л.д. 211, которые занимала их команда и команды других городов, отказано в приобщении схемы размещения номеров общежития «Урица».
Необоснованно отказано ему в допросе свидетелей Чугунковой и Масюк, которые могли подтвердить его слова, а также свидетеля Сунагатовой Л.В., которая могла дать показания об оказании следователем давления на несовершеннолетнего Борисова и его законного представителя, в оглашении показания несовершеннолетнего свидетеля Бабкина Р. В сваязи с противоречиями в его показаниях.
Судом не допрошены потерпевшие Николаев и Залевский, что существенно ограничило его право на защиту.
В обвинительном заключении содержится ссылка на недопустимые доказательства: заключение эксперта от 02.05. 2012 г., поддельный протокол допроса понятого Харламова В В .
Его действия в октябре 2011 года необоснованно квалифицированы по закону в редакции от 29.02.2012 года по признаку использования беспомощного состояния потерпевших.
Нарушены его права и в отборе кандидатов присяжные заседатели, из 16 избранных в состав коллегии присяжных заседателей им удалось задать вопросы только 8.
Выступая в прениях, представитель потерпевшего Залевская назвала его «гиббоном», что вызвало негативное к нему отношении.
Государственный обвинитель в прениях также «облила его грязью», а в конце заплакала, а вместе с ней заплакали два присяжных заседателя, однако председательствующий не остановил их, не сделал замечания.
Полагает, что судом был нарушен принцип состязательности сторон, поскольку из 18 заявленных стороной защиты ходатайств удовлетворено только 4, а из 17 заявленных стороной обвинения ходатайств удовлетворено 14. Его алиби не проверено в судебном заседании. Его ходатайство о допросе с использованием «детектора лжи» отклонено следователем.
Перед присяжными заседателями незаконно поставлены вопросы о том, что он «заведомо знал возраст потерпевших», что в ходе судебного следствия не устанавливалось, о «беспомощном состоянии», ответ на который требует специальных медицинских познаний.
Нарушена судом тайна совещательной комнаты, в которую вошел судебный пристав за вещами запасного присяжного заседателя Зыбиной.
Кроме того присяжные заседатели выходили на улицу курить.
5 Считает, что допущенные нарушения закона влекут отмену приговора.
Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, Судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 7, ч. 8 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными статьей 334 настоящего Кодекса.
Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого.
Эти требования закона нарушены судом по настоящему делу.
Как следует из материалов дела, Свидовичу предъявлено обвинение в совершении развратных действий в отношении не достигшего четырнадцатилетнего возраста Борисова Д.С, совершение действий сексуального характера в отношении не достигших двенадцатилетнего возраста Николаева М.С. и Залевского Д.Н.
При этом из постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения не следует, что Свидович в ходе совершения данных преступлений использовал видеокассеты с записями порнографического содержания.
Несмотря на то, что исследование видеозаписей порнографического содержания не требовалось для установления каких-либо фактических обстоятельств, относящихся к обвинению Свидовича, а сам факт их изъятия по месту его жительства не мог ни подтвердить, ни опровергнуть причастность Свидовича к совершению преступлений, председательствующим было удовлетворено ходатайство стороны обвинения об исследовании в присутствии присяжных заседателей видеокассет и дисков с записями порнографического содержания, изъятых в ходе обыска 13 апреля 2012 года по месту жительства осужденного.
Далее с 16 часов 25 минут до 16 часов 40 минут в присутствии присяжных заседателей были воспроизведены фрагментарно и без звука 6 содержащиеся на одном ОУО-диске и семи видеокассетах записи с детализированным показом гомосексуальных половых актов между мужчинами, а также с детализированным показом сцен порнографического содержания, детализированным показом половых органов и половых актов, (т. 14 л.д. 80-81).
Не вызывалось необходимостью установления фактических обстоятельств предъявленного Свидовичу обвинения и исследование в присутствии присяжных заседателей заключения комплексной судебной сексолого-психолого-психиатрической комиссии экспертов в части выводов экспертов, которые по существу содержат оценку личности осужденного.
До присяжных заседателей государственным обвинителем были доведены сведения о том, что Свидовичу свойственны развитое самолюбие, потребность в признании его со стороны окружающих, высокая, но неустойчивая самооценка, эгоцентричность, непосредственность и непринужденность поведения, склонность к спонтанным формам реагирования без достаточной гуманности своих поступков и их последствий, эмоциональная неустойчивость, конфликтность, чувствительность к критическим замечаниям окружающих, при этом его ранимость сочетается с раздражительностью, упрямством склонностью к самооправданию, внешнеобвиняющим формам реагирования преимущественно защитного характера, желание нравиться окружающим.
Указанные особенности, по заключению экспертов, могли проявиться в поведении Свидовича О.А. при совершении им противоправных действий, однако не оказывали существенного влияния на его поведение в исследуемой ситуации.
Продолжая представлять доказательства, государственный обвинитель заявила ходатайство о допросе в присутствии присяжных заседателей в качестве свидетеля Квиринга А.Г., являющегося сексопатологом, психологом, психиатром, специалистом в области патологических отклонений, связанных с сексуальной деятельностью человека, который может пояснить о последствиях, которые наступают в результате применения насилия к подросткам и детям.
Между тем, Свидовичу не было предъявлено обвинение в причинении вреда здоровью и состоянию психики потерпевших Борисова Д.С, Николаева М.Е. и Залевского Д.Н.
Данное обстоятельство, и также возражения стороны защиты о том, что Квиринг А.Г., не обладающий какими-либо сведениями по рассматриваемому делу, не может быть допрошен в качестве свидетеля, о 7 том, что о «педофилии» в обвинительном заключении не сказано, в связи с чем комментарии специалиста создадут негативную обстановку вокруг подсудимого, оставлены председательствующим без должного внимания, и государственному обвинителю разрешено было допросить Квиринга АС. в качестве свидетеля в присутствии присяжных заседателей.
В результате допроса указанного свидетеля до сведения присяжных заседателей были доведены подробные характеристики педофилии, признаки этого заболевания, их проявление. Рассказал свидетель о том, как устанавливается такой диагноз, о процедуре проведения экспертного исследования по «вопросникам» и по характеру действий человека, назвал причины совершения действий сексуального характера взрослым человеком с детьми и подростками.
Отвечая на вопрос государственного обвинителя, о том, обязательно ли действия, связанные с сексуальным домогательствами к детям, совершают лица, признанные педофилами, свидетель пояснил, что чаще всего диагноз «педофилия» устанавливается позже. К тому же чаще многие педофилы имеют семьи, своих детей, то есть семейное положение не влияет на характер сексуального влечения человека. Они живут в обычных семьях, воспитывают детей, но периодически у них бывают периоды влечения к детям. Не зря пытаются принять закон о принудительной кастрации педофилов. Само это пройти не может. Подобные лица, даже получив наказание, все равно, как показывает практика, возвращаются к этим действиям.
Отвечая на вопрос государственного обвинителя о том, достаточно ли лицам, страдающим педофилией, получение сексуального удовлетворения от простого соприкосновения с половыми органами, без совершения полового акта, свидетель пояснил, что критерий сексуального возбуждения и удовлетворения различен, у некоторых лиц хватает даже телефонных разговоров, сексуальное удовлетворение может быть даже психоэмоциональным.
Далее свидетель пояснил, что ему приходилось общаться с детьми, которые подвергались сексуальному насилию, такие дети имеют отклонения в психике. «Общемировая статистика говорит о том, что 70 % детей, над которыми были совершены насильственные действия, к 21 году имеют серьезные душевные заболевания, такие как шизофрения, маниакальнодепрессивный психоз, посттравматический синдром. Такие пациенты, которые подверглись насилию в детском возрасте, склонны к алкоголизации, к наркомании, к девиантному поведению. 25 % тех лиц, над которыми в детстве совершили сексуальное насилие, совершили самоубийство. Все отклонения в психике у лиц, которые в детстве подверглись сексуальному насилию, лечатся, но это приобретает хронический характер. Такие лица наши пациенты на всю оставшуюся жизнь».
8 Изложенное свидетельствует о том, что председательствующий вопреки требованиям ч. 7, ч. 8 ст. 335 УПК РФ допустил исследование в присутствии присяжных заседателей доказательств, не относящихся к установлению фактических обстоятельств дела.
Оценивая приведенные доказательства в прениях, государственный обвинитель заявила следующее:
«В судебном заседании вам была представлена комплексная судебная сексолого - психолого - психиатрическая экспертиза в отношении Свидовича.
Выводы ее таковы: Свидович каких-либо расстройств в сексуальной сфере (в том числе педофилии) не выявляет... Мнение специалистов необходимо учитывать. Но есть ряд обстоятельств, которые нельзя сбрасывать со счетов.
В судебном заседании допрошен сексопатолог Квиринг А.Г., который нам пояснил, что педофилия - это медицинский термин, это заболевание, которое предполагает интерес взрослого человека к подросткам, разница в возрасте не менее 5 лет, длится это влечение в течение 6 месяцев и носит неоднократный характер.
Для установления такого диагноза проводится опрос пациента.
При этом если пациент обладает определенным интеллектом, понимает цель и последствия проведенного исследования, то, безусловно, он будет отрицать факты совершения им подобных преступных действий, убеждать в том, что сексуальный интерес к подросткам у него отсутствует. Кроме того, у больных имеется период ремиссии, в течение которого определить этот диагноз крайне сложно.
Но есть и такие случаи, когда сексуальные преступления совершаются лицами с сексуальной расторможенностью, и это следствие не болезни, а распущенности, в результате общения с подобными людьми, просмотр фильмов и пр. Такие лица могут поддерживать одновременно сексуальные отношения и с женщинами, и с детьми (мальчиками). Одно другому не мешает.
Поэтому заключение экспертов в отношении Свидовича следует оценивать не отдельно от других доказательств, а в их совокупности, то есть в сравнении с другими доказательствами.
В этой связи уместно вспомнить доказательства - видеокассеты, представленные вашему вниманию. Они как раз и определяют интерес Свидовича.
Это видеокассеты и диск, которые были изъяты в квартире, принадлежащей подсудимому.
Думаю не надо вам об этих «плёнках» напоминать. Это явно порнографические видеофильмы, причем большинство из них содержит гомосексуальные сцены. ...
Я соглашусь, допущу даже, что в этой квартире на момент проведения обыска не было видеомагнитофона, при помощи которого можно было бы 9 просматривать видеокассеты. Пусть будет так. Они появились в этой квартире гораздо раньше, когда видеомагнитофон и такой формат был актуален.
Интерес к этим кассетам порнографического, а самое главное гомосексуального характера, появился у Свидовича очень-очень давно.
Тогда, когда эти кассеты использовались повсеместно. Тогда он их и начал смотреть.
Безусловно, эти видеокассеты ставят Свидовича не в выигрышное положение. Он очень активно отстаивает свою позицию и отрицает принадлежность этих кассет ему.
Помните, как он отреагировал, когда мы все - таки посмотрели кассеты.
Свидович стал оправдываться, говорить, что это кассеты принадлежат Тимофееву Олегу, отнял он их у подростков, которые взяли их у своих родителей. Он так разволновался, что слово "гомосексуальные" не мог проговорить с первого раза. Ему явно было стыдно!...
Эти кассеты принадлежали Свидовичу, он принес их в свою квартиру, смотрел их (неважно, когда это было). Они повлияли на вкусы и пристрастия Свидовича. Эти кассеты - свидетельство извращенного интереса Свидовича к гомосексуальной теме, а учитывая диск под названием «Школьники», на котором изображены молодые юноши, то и к подросткам.
Уверена, что вот эта совокупность представленных вам доказательств свидетельствует о сексуальной расторможенности и распущенности Свидовича. Она, совокупность, дополняется показаниями Дениса, Матвея и Даниила, который раз убеждает нас в том, что Свидович мог, желал и совершил преступления в отношении потерпевших.
Свидович наверняка будет ссылаться на то, что за столь короткое время совершая такие действия, которые ему вменяются, он не смог бы получить сексуального удовлетворения. А в случае с Матвеем, он только поцеловал ребенка и все.
Еще раз хочу вернуть вас к показаниям Квиринга. Он объяснил, что в данном случае необходимо отличать сексуальное возбуждение и сексуальное удовлетворение. Кому-то достаточно общения по телефону на сексуальные темы, кому - то это не достаточно. Это очень индивидуально.
Но из показаний Квиринга следует, что основной мотивацией совершения действий сексуального характера является сексуальное влечение.
Свидович находился в «цветнике». Свои сексуальные потребности он мог реализовывать сиюминутно. Возможно, что за столько лет он приноровился быть быстрым и ловким.
Еще один немаловажный факт, который установили посредствам допроса Квиринга. Человек, склонный к совершению действий сексуального характера в отношении детей - общительный, душа компании, внимательный, упредительный, совершенно не замкнутый человек! Не 10 кажется ли вам, что это точное описание Свидовича? Мне кажется, что даже Олег Анатольевич узнал себя в какой-то момент во время описания портрета человека, способного совершать сексуальные действия. И это ему очень не понравилось. Да так не понравилось, что он стал прерывать Квиринга, чтобы тот прекратил его описывать.
Мне кажется, что даже без специальных познаний это очевидно.
Человек, который хочет заполучить в свои сети ребенка должен быть к нему добр и внимателен, чтобы не спугнуть его. ... Он создавал определенный образ, вжился в роль и до сих пор продолжает играть. Не знаю как вам, а мне кажется, он переигрывает! Особенно когда пытается завоевать вашу симпатию.» Подробно со ссылкой на показания свидетеля Квиринга остановился государственный обвинитель и на последствиях, которые могут наступить у детей, подвергшихся сексуальному насилию, (т. 14 л.д. 322-325) Приведенное выступление государственного обвинителя в прениях, свидетельствует о том, что сторона обвинения выводы о доказанности причастности Свидовича к совершению действий сексуального характера, построила на характеристике личности подсудимого, пытаясь, вопреки выводам комиссии экспертов убедить коллегию присяжных заседателей в том, что Свидович в действительности является педофилом, однако ему удалось комиссию экспертов ввести в заблуждение. Со ссылкой на доказательства, не относящиеся к предмету доказывания: показания свидетеля Квиринга, который не обладал никакой информацией по обстоятельствам предъявленного Свидовичу обвинения, не принимал участия в обследовании потерпевших; с указанием на изъятые у подсудимого видеокассеты, которые не использовались им при совершении инкриминируемых ему деяний, государственный обвинитель дал негативную оценку личности Свидовича как человека «сексуально расторможенного, распущенного», который, оказавшись в обществе детей, может и готов совершить действия сексуального характера.
Не вправе был ссылаться государственный обвинитель и на возможные отдаленные последствия для состояния психического здоровья потерпевших, как на результат примененного в отношении них сексуального насилия. Свидовичу не было предъявлено обвинение в том, что его действия повлекли или могли повлечь наступление таких последствий, а кроме того эти утверждения стороны обвинения носят характер предположения, и не подтверждены какими-либо допустимыми доказательствами.
Приведение же в качестве доказательства таких последствий показаний допрошенного в качестве свидетеля Квиринга, который возможность наступления последствия обосновал общемировой статистикой, не основано на законе.
11 Данные обстоятельства в совокупности с характеристикой Свидовича, как человека распущенного, интересующегося продукций порнографического содержания, склонного к педофилии, безусловно вызвали предубеждение коллегии присяжных заседателей в отношении подсудимого, и как правильно отмечается в жалобах, повлияли на содержание ответов на поставленные перед ними вопросы.
Несмотря на нарушение стороной обвинения закона об особенностях рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей, председательствующий не остановил государственного обвинителя, не сделал замечание, и не обратил внимание присяжных заседателей на то, что они не должны принимать во внимание прозвучавшую информацию о личности Свидовича.
Не сделал председательствующий замечание и законному представителю Залевской А.В., которая, выступая в прениях, назвала подсудимого «гиббоном», (т. 14 л.д. 326) Нарушены судом и требования ч. 5 ст. 339 УПК РФ, согласно которым не могут ставиться отдельно либо в составе других вопросы, требующие от присяжных заседателей юридической квалификации статуса подсудимого (о его судимости), а также другие вопросы, требующие собственно юридической оценки при вынесении присяжными заседателями своего вердикта.
Как правильно отмечается в жалобах и следует из материалов дела, формулировка вопросов № 5, 6 о доказанности события преступления в отношении малолетнего Николаева и доказанности участия Свидовича в совершении этого преступления сформулированы с использованием юридических терминов.
В указанных вопросах были употреблены формулировки в соответствии с диспозицией ст. 132 УК РФ о том, что Свидович в целях удовлетворения своей половой потребности совершил действия сексуального характера в отношении малолетнего Николаева с использованием беспомощного состояния потерпевшего, который в силу возраста не мог понимать характера совершаемых с ним действий.
Между тем, вывод о направленности умысла, о сексуальном либо ином характере действий подсудимого обязан сделать председательствующий на основании установленных присяжными заседателями фактических обстоятельств.
Такое содержание вопросного листа, требовало от присяжных заседателей не только ответить на вопрос о том, какие конкретно действия совершены подсудимым, но и дать им оценку, установить их 12 характер в соответствии с диспозицией ст. 132 УК РФ, мотивы и цели, которыми он руководствовался, а также оценить состояние потерпевшего как беспомощное, что недопустимо.
Аналогичные нарушения допущены председательствующим и при формулировке вопросов № 9, 10, 13, 14, 17,18 по эпизодам преступлений в отношении Залевского Д.Н.
При формулировке вопросов № 1, 2 по обвинению Свидовича в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 135 УК РФ в отношении малолетнего Борисова Д.С, председательствующий также предложил присяжным заседателям дать оценку действиям подсудимого, с точки зрения того являются ли они развратными.
Однако, исходя из действий в отношении Борисова, Залевского и Николаева, имеющих общие признаки, присяжным заседателям, без юридического образования, сложно было решить вопрос, являются ли действия Свидовича в отношении малолетних потерпевших развратными либо действиями сексуального характера.
Кроме того установление вердиктом факта совершения развратных действий и действий сексуального характера по существу лишает сторону защиты возможности обжаловать правильность решения председательствующего о квалификации действий осужденного.
Допущенные в ходе судебного разбирательства существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем несоблюдения процедуры судопроизводства, могли повлиять на содержание данных присяжными заседателями ответов, на вынесение законного и обоснованного судебного решения, являются в силу п. 2 ст. 389 15 УПК РФ основанием отмены приговора и направления дела на новое судебное разбирательство.
В связи с тем, что Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 432ФЗ в п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ внесены изменения, в соответствии с которыми уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 4 ст. 132 УК РФ не могут рассматриваться с участием присяжных заседателей, дело в отношении Свидовича подлежит направлению со стадии назначения судебного заседания для решения вопроса о составе суда.
Обсуждая вопрос о мере пресечения в отношении Свидовича, Судебная коллегия не находит оснований для ее изменения в связи с тяжестью предъявленного ему обвинения, а также тем, что в ней не отпала необходимость, не изменились обстоятельства, послужившие основанием для ее избрания.
13 На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Мурманского областного суда с участием присяжных заседателей от 17 декабря 2013 года в отношении Свидовича Олега Анатольевича отменить.
Уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии назначения судебного заседания.
Меру пресечения в отношении Свидовича Олега Анатольевича оставить содержание под стражей до 3 июня 2014 года.
Председательствующий Судьи:
14