ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 48-АПУ13-56СС АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва 21 января 2014 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Коваля В.С, судей Воронова А.В. и Тришевой А.А.
при секретаре Рудновой А.О.
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционной жалобе осужденного Сибагатулина Д.Ф. на приговор Челябинского областного суда от 1 ноября 2013 года, по которому Сибагатулин Даниил Фаритович, 30 декабря 1974 года рождения, уроженец г. Челябинска, несудимый, осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ) к наказанию в виде штрафа в размере 300 000 руб. с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания «майор полиции».
Принято решение о взыскании с Сибагатулина Д.Ф. в пользу Управления на транспорте МВД РФ по Уральскому Федеральному округу в счет возмещения материального ущерба 9 100 руб.
2 По делу решен вопрос о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Тришевой А.А., изложившей обстоятельства дела, содержание апелляционной жалобы и возражений на нее, объяснения осужденного Сибагатулина Д.Ф. по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, мнение прокурора Саночкиной Е.А., просившей об отмене приговора ввиду противоречивости положенных в его основу доказательств с направлением уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд иным составом со стадии судебного разбирательства, Судебная коллегия
установила:
Сибагатулин Д.Ф. признан виновным в присвоении, то есть в хищении чужого имущества, вверенного ему, совершенном с использованием служебного положения.
Преступление совершено в период с июня 2007 года по 25 сентября 2007 года в г. Челябинске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе осужденный Сибагатулин Д.Ф. оспаривает законность и обоснованность приговора со ссылкой на то, что судом неверно установлены фактические обстоятельства дела. Утверждает, что хищения денежных средств, вверенных ему для выплаты денежного содержания агенту Земскову, не совершал. Настаивает, что перед уходом в очередной отпуск он передал агенту Земскову денежное содержание за май, июнь и июль 2007 года через резидента Шувалова, который должен был отобрать у того расписки и агентурные сообщения. Утверждает, что по возвращении из отпуска получил от резидента Шувалова указанные документы, в том числе расписки Земскова о получении денег, на основании которых списал с подотчета денежные средства.
Настаивает на том, что сведениями о родственниках агента Земскова он не располагал, никогда в контакты с ними не вступал, телефонных переговоров не вел, о смерти агента Земскова узнал в конце 2007 года. Опровергает показания свидетелей Терских Г.Н. и Колотова Б.Н. (сестры и брата агента Земскова) о том, что в конце мая 2007 года звонил и сообщил им о смерти Земскова. В связи с этим считает, что судом необоснованно в основу вывода о его виновности в хищении денежных средств положены показания свидетелей Терских Г.Н. и Колотова Б.Н., которые содержат существенные противоречия и не подтверждены объективными данными. Ставит под сомнение допустимость заключения эксперта, проводившего судебно-почерковедческую экспертизу, ввиду недоброкачественности и недостаточности представленных для исследования образцов почерка, а также в связи с предположительным характером вывода о том, что рукописные тексты и подписи от имени агента Земскова в расписках от 27 июня 2007 года и 20 июля 2007 года выполнены им.
Обращает внимание, что другие агенты, в том числе резидент Шувалов, через 3 которого он передавал деньги Земскову, на причастность к составлению указанных расписок не проверялись, ходатайства же стороны защиты о допросе эксперта отклонены, вопрос о назначении дополнительной экспертизы судом не инициировался, хотя такие основания у суда имелись. Полагает, что суд дал неверную оценку показаниям свидетелей Амерханова Т.Н., Гамова Е.В., Киселева И.А., Коротыча В.Ю., которые в судебном заседании подтвердили его показания о том, что агент Земсков состоял на связи с резидентом Шуваловым, с которым, в свою очередь, работал он, а также о существующей практике передачи агентам денежного содержания через их резидентов. Считает, что он не может нести уголовную ответственность за присвоение вверенных денежных средств, так как в материалах дела отсутствуют документы с его подписью о возложении на него полной материальной ответственности за сохранность вверенного имущества. Указывает на неверное изложение показаний свидетеля Киселева И.А. в протоколе судебного заседания, при этом принесенные им замечания необоснованно отклонены председательствующим судьей. На основании приложенного к жалобе протокола опроса свидетеля Киселева И.А., полученного защитником в рамках своих полномочий, ставит вопрос об отмене постановления от 29 ноября 2013 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания. Обращает внимание, что в приговоре не уточнено время и место совершения преступлений. Утверждает, что в указанное в приговоре время, он находился в очередном отпуске с выездом в г. Адлер, данный довод не подтвержден и не опровергнут судом, отказавшем в удовлетворении ходатайств стороны защиты об истребовании соответствующих подтверждающих документов. Просит обвинительный приговор суда первой инстанции отменить и постановить в отношении его оправдательный приговор.
В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Терехина О.А. указывает на несостоятельность приведенных в ней доводов, просит оставить ее без удовлетворения, а приговор, как законный и обоснованный, без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, Судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными при производстве по уголовному делу.
В представленном суду апелляционной инстанции протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о том, что подсудимый Сибагатулин Д.Ф.
выступил с последним словом. В деле не имеется и данных о том, что подсудимый выразил в какой бы то ни было форме свое волеизъявление по данному вопросу.
4 Согласно п. 7 ч. 2 ст. 389 УПК РФ непредоставление подсудимому последнего слова является существенным нарушением уголовнопроцессуального закона, влекущим отмену приговора.
Из содержания и смысла ч. 1 ст. 38922 УПК РФ следует, что в случае, если в ходе разбирательства уголовного дела допущено нарушение уголовнопроцессуального закона, которое неустранимо в суде апелляционной инстанции, то приговор подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое разбирательство в суд первой инстанции.
Учитывая, что допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся в непредоставлении подсудимому Сибагатулину Д.Ф. последнего слова, устранить в суде апелляционной инстанции не представляется возможным, приговор подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе со стадии судебного разбирательства.
При новом рассмотрении уголовного дела суду первой инстанции необходимо устранить выявленное нарушение закона. Помимо этого следует проверить доводы осужденного, содержащиеся в его жалобах, в том числе о противоречивости положенных в основу приговора доказательств, необоснованности решений суда при рассмотрении ходатайств стороны защиты, которые, как показало изучение материалов уголовного дела, заслуживают внимания.
Так, признавая Сибагатулина Д.Ф. виновным в присвоении вверенных денежных средств в сумме 9100 руб. путем составления фиктивных документов о выдаче агенту Колотову А.Н. (агентурный псевдоним «Земсков») денежного содержания за выполненную работу в июне и июле 2007 года, суд указал, что на момент составления указанных документов Сибагатулину Д.Ф. было известно, что в мае 2007 года агент Земсков умер.
Обосновывая вывод о том, что Сибагатулин Д.Ф. еще в мае 2007 года знал о смерти агента Земскова, суд сослался на показания свидетеля Терских Г.Н. (сестры агента Земскова), согласно которым ее брат Александр, не имея постоянного места жительства, иногда приходил к ней и проживал у нее некоторое время. В связи с употреблением спиртных напитков он исчезал на неопределенное время, а затем вновь появлялся. В мае 2007 года они с братом Борисом разыскивали Александра, но нигде найти не могли. В конце мая 2007 года на ее домашний телефон позвонил мужчина, представившийся «Данилом из милиции с железной дороги», который спросил о местонахождении Александра. Она сообщила, что сама разыскивает Александра и собирается ехать в морг. Примерно через неделю Данил вновь позвонил и сообщил, что Александра он нашел в морге и что тот уже похоронен. Вскоре после этого, она 5 поехала в морг, где на основании журнала регистрации поступивших трупов ей подтвердили факт смерти Александра 16 мая 2007 года от алкогольного цирроза печени.
Между тем из справки ГБУЗ ЧОБСМЭ от 22 августа 2013 года, приобщенной к материалам дела по ходатайству стороны защиты, следует, что в регистратуру указанного учреждения Терских Г.Н. обратилась 8 ноября 2007 года и ей была выдана справка для дальнейшего оформления свидетельства о смерти Колотова А.Н., иных сведений об обращениях граждан, в том числе Терских Г.Н. и Сибагатулина Д.Ф., по вопросам, связанным с поступлением, исследованием, выдачей и оформлением документов по трупу № 1769 (Колотова А.Н.) не имеется (л.д. 85 т. 4).
Свидетель Михаленя А.А. пояснил суду, что в октябре или ноябре 2007 года, узнав от агента под псевдонимом «Деловой» о смерти агента под псевдонимом «Земсков», он позвонил сестре последнего, телефон которой имелся у него в связи с тем, что ранее длительное время агент Земсков состоял в агентурной связи с ним. Он сообщил Терских Г.Н. о слухах по поводу смерти Земскова, и спросил у нее, действительно ли Александр умер, на что та ответила, что не знает, умер брат или нет, так как тоже давно его не видела (л.д. 24 т. 5).
По обстоятельствам, на которые ссылается в своих показаниях свидетель Михаленя А.А. и из которых следует, что в октябре 2007 года Терских Г.Н. еще не знала о смерти брата, последняя не допрошена. По факту обращения Терских Г.Н. в регистратуру ГБУЗ ЧОБСМЭ 8 ноября 2007 года, а не в маеиюне 2007 года, как утверждала она в своих показаниях, последняя пояснила суду: «Я может быть уже не помню» (л.д. 86 т. 5).
Возникшие противоречия не устранены судом. Между тем установление времени, когда Терских Г.Н. стало известно о смерти брата, которое судом связывается с периодом, когда об этом стало известно также и Сибагатулину Д.Ф., имеет существенное значение для правильного разрешения дела, так как Сибагатулин Д.Ф. обвиняется в том, что заведомо зная, что агент Земсков умер, оформил документы на выдачу ему денежного содержания, на основании которых списал с подотчета и присвоил 9100 руб.
Установление данного обстоятельства имеет значение и для подтверждения либо опровержения версии Сибагатулина Д.Ф., согласно которой, уходя в июле 2007 года в очередной отпуск с выездом в г. Адлер и не зная о смерти агента Земскова, он передал ему денежное содержание за май, июнь, июль 2007 года через резидента Шувалова, которого попросил собрать с Земскова расписки в получении денег и агентурные сообщения. По возвращении из отпуска он получил от резидента Шувалова указанные 6 документы, на основании которых составил справки от 27 июня 2007 года и от 20 июля 2007 года о выдаче денежного содержания агенту Земскову, по которым отчитался за расходование денежных средств в сумме 9100 руб.
Осенью 2007 года он предпринимал попытки найти агента Земскова, который длительное время не выходил на связь, а в декабре того же года узнал, что тот умер.
Данная версия Сибагатулина Д.Ф. судом не проверена. Так, при назначении судебно-почерковедческой экспертизы вопрос о возможном выполнении рукописных текстов и подписей от имени Земскова в расписках от 27 июня 2007 года и от 20 июля 2007 года резидентом Шуваловым, на которого ссылается осужденный, не ставился, а заявленные в связи с этим стороной защиты ходатайства отклонены.
Суд не принял во внимание и не дал какой-либо оценки тому факту, что агентурное сообщение № 242с, датированное 25 июня 2007 года и выполненное, согласно заключению эксперта, самим агентом Земсковым, умершим 16 мая 2007 года, принял резидент Лисин. Из протокола осмотра рабочего дела агента Земскова следует, что надписи в верхней части листа, в том числе и дата, выполнены одним почерком, а сам текст сообщения и подпись «Земсков» выполнены другим почерком (л.д. 115 т. 1). Несмотря на имеющуюся возможность установления лица, принявшего от Земскова агентурное сообщение № 242с от 25 июня 2007 года, личность резидента Лисина не установлена. Об обстоятельствах получения указанного агентурного сообщения от агента Земскова, лично составившего и подписавшего его, резидент Лисин не допрошен. Его причастность к возможному составлению рукописного текста и подписи от имени Земскова в расписке от 27 июня 2007 года также не проверена.
Вызывает сомнение и обоснованность вывода суда со ссылкой на экспертное заключение о том, что рукописный текст и подписи от имени агента Земскова в расписках от 27 июня 2007 года и 20 июля 2007 года выполнены Сибагатулиным Д.Ф.
Указанное экспертное заключение в части, касающейся исследования названных документов, содержит противоречия. Так, из содержания пункта 1 исследовательской части заключения следует, что рукописный текст и подписи от имени Земскова в расписках, имеющихся в справках от 27 июня 2007 года и 20 июля 2007 года, выполнены агентом Земсковым (л.д. 17-18 т. 2). Согласно же выводам, рукописные тексты и подписи от имени агента Земскова в расписках, находящихся в справках от 27 июня 2007 года и от 20 июля 2007 года, вероятно, выполнены Сибагатулиным Д.Ф. (л.д. 23 т. 20).
7 Опровергая довод осужденного о том, что денежное содержание агенту Земскову он передал через резидента Шувалова, с которым состоял в агентурной связи, суд сослался на показания свидетеля Тихонова А.А. о том, что с резидентом Шуваловым работал исключительно он, не нуждаясь в третьих лицах.
Показания свидетелей Киселева И.А., Михаленя А.А., Амерханова Т.Н., Коротыча В.Ю., подтвердивших показания осужденного о том, что агент Земсков состоял на связи с резидентом Шуваловым, с которым, в свою очередь, работал Сибагатулин Д.Ф., суд отверг, сославшись на дружеский характер взаимоотношений свидетелей с подсудимым. Между тем согласно сведениям, содержащимся в рабочем деле резидента Шувалова, в период с 10 июня 2006 года по 23 октября 2010 года агентурные сообщения от резидента Шувалова принимал только Сибагатулин Д.Ф. (л.д. 200-205 т. 1). Эти доказательства в суде не исследовались, при допросе свидетеля Тихонова А.А. не использовались и в приговоре не оценивались.
В приговоре суд не оценил и иные данные, содержащиеся в рабочем деле резидента Шувалова и согласующиеся с показаниями осужденного Сибагатулина Д.Ф. о том, что перед уходом в очередной отпуск он встречался с резидентом Шуваловым, которому передал денежное содержание агента Земскова, а по возвращении из отпуска, получил от Шувалова агентурные сообщения и расписки Земскова.
Так, по имеющимся в рабочем деле резидента Шувалова сведениям, Сибагатулин Д.Ф. действительно имел встречу с резидентом Шуваловым 5 июля 2007 года, при этом следующая встреча Сибагатулина Д.Ф. и резидента Шувалова состоялась только 20 сентября 2007 года (л.д. 203 т. 1).
С учетом этих сведений суду надлежало проверить также и утверждение осужденного Сибагатулина Д.Ф. о нахождении в июле-августе 2007 года в очередном отпуске, однако достаточных мер по установлению данного обстоятельства судом не было принято, а ходатайства стороны защиты об истребовании документов, в том числе в ПТК «Розыск-Магистраль», отклонены.
При повторном рассмотрении уголовного дела изложенные обстоятельства подлежат проверке. Следует проверить и иные доводы, содержащиеся в основной и дополнительных апелляционных жалобах осужденного.
Принимая решение об отмене обвинительного приговора с передачей уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия считает необходимым избранную в отношении Сибагатулина Д.Ф.
меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.
8 С учетом изложенного, руководствуясь ст. 38915, 38917, 38920, 38922, 38928 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Челябинского областного суда от 1 ноября 2013 года в отношении Сибагатулина Даниила Фаритовича отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе со стадии судебного разбирательства.
Меру пресечения Сибагатулину Д.Ф. оставить прежнюю - подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Председательствующий Судьи