ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№56-АПУ13-27 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. М о с к в а « 22 » о к т я б р я 2013 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судей Зеленина СР.
Ермолаевой Т.А.,Боровикова В.П.
при секретаре Малаховой Е.И.
рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осуждённых Зайцева И.С, Рыбкина М.Г., адвокатов Новикова О.Ю., Терешкиной О.А. на приговор Приморского краевого суда от 26 июля 2013 года, по которому ЗАЙЦЕВ Иван Сергеевич, 19 марта 1989 года рождения, уроженец гор. Партизанск Приморского края, ранее судимый 1.04.2011 г.
Партизанским городским судом Приморского края по п.«в» ч.2 ст. 161 УК РФ (в ред. Федерального Закона № 26-ФЗ от 7.03.2011 г.) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, без штрафа и ограничения свободы. Постановлениями этого же суда от 5.10.2011 г. и 3.04.2012 г. испытательный срок продлевался каждый раз на 3 месяцаосуждён по п.«а» ч.З ст. 132 УК РФ на 9 лет лишения свободы. На основании ч.5 ст.74 УК РФ Зайцеву Ивану Сергеевичу условное осуждение по приговору Партизанского городского суда Приморского края от 1.04.2011 г.
отменено. В соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров частично присоединена неотбытая часть наказания по предыдущему приговору суда от 1.04.2011 г. и окончательно назначено Зайцеву Ивану Сергеевичу наказание в виде лишения свободы сроком на 10 (десять) лет в исправительной колонии строгого режима без лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью и с ограничением 2 свободы сроком на 1 год с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ следующих ограничений: по отбытию основного наказания не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы Партизанского городского округа Приморского края без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы; обязать являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, 2 раза в месяц для регистрации.
РЫБКИН Михаил Геннадьевич, 7 мая 1987 года рождения, уроженец гор. Партизанск Приморского края, несудимыйосуждён по п.«а» ч.З ст. 132 УК РФ на 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима без лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью и с ограничением свободы сроком на 1 год с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ следующих ограничений: по отбытию основного наказания не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы Партизанского городского округа Приморского края без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы; обязать являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, 2 раза в месяц для регистрации;
Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., выступления осуждённых Зайцева И.С. и Рыбкина М.Г., выступления адвокатов Филиппова С.Г., Шевченко Е.М., поддержавших позицию подзащитных, выступление прокурора Кузнецова СВ., просившего оставить приговор без изменения, судебная коллегия
установила:
по приговору суда Зайцев И.С. и Рыбкин М.Г. признаны виновными в том, что группой лиц совершили действия сексуального характера с применением насилия и с угрозой его применения в отношении несовершеннолетней Порошиной А.С, 11.01.1996 года рождения, соединённые с угрозой убийством.
Преступление совершено 23 мая 2012 года, при изложенных в приговоре обстоятельствах, в г.Партизанске Приморского края.
В апелляционных жалобах:
-адвокат Терёшкина О.А., в защиту осуждённого Зайцева И.С.
выражая несогласие с обвинительным приговором, оспаривает квалификацию действий Зайцевым И.С по квалифицирующему признаку «в отношении несовершеннолетней», поскольку Зайцев И.С. не знал о возрасте потерпевшей 3 до начала совершения в отношении нее насильственных действий. Адвокат указывает, что судом не дана оценка тому факту, что Зайцев И.С. находился в состоянии алкогольного опьянения, ссылается на то, что у суда не было оснований приводить в качестве доказательств очные ставки с потерпевшей.При назначении наказания не в полной мере учтены смягчающие обстоятельства и данные о личности ее подзащитного. Адвокат просит изменить приговор, переквалифицировать действия Зайцева на ч.2 ст. 132 УК РФ и назначить наказание с применением ст.64 УК РФ.
-адвокат Новиков О.Ю. в защиту осужденного Рыбкина М.Г., выражает несогласие с обвинительным приговором, считает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, утверждает, что в ходе предварительного следствия по делу допущены нарушения уголовнопроцессуального закона, считает неправильной квалификацию содеянного Рыбкиным М.Г., а назначенное Рыбкину М.Г. наказание чрезмерно суровым, ссылаясь, в том числе, на мнение потерпевшей по этому вопросу. Адвокат указывает на то, что текст предъявленного Рыбкину М.Г. обвинения не содержит сведений о том, что кто- либо из осужденных угрожал потерпевшей убийством и вменяя указанный признак, суд вышел за рамки предъявленного обвинения. Адвокат ссылается и на то, что государственный обвинитель в прениях просил этот признак исключить. Защита считает, что суд необоснованно пришел к выводу о том, что Рыбкин и применял насилие и угрожал его применением, полагает, что у суда не было оснований приводить в качестве доказательств очные ставки с потерпевшей.По мнению адвоката, выводы о том, что преступление совершено в отношении несовершеннолетней безосновательны. Будучи неоднократно допрошенной, потерпевшая не предупреждалась об уголовной ответственности, показания Рыбкина от 25 мая 2012 года не могут быть признаны допустимым доказательством. По мнению адвоката, необходимо исключить квалифицирующий признак совершение преступления «группой лиц», т.к. действия осужденных носили разрозненный характер. Адвокат просит отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение.
-осужденные Рыбкин М.Г. и Зайцев И.С, выражают несогласие с обвинительным приговором, указывают на то, что судом не приняты во внимание показания потерпевшей в полном объеме, в ходе предварительного следствия по делу допущены нарушения уголовно-процессуального закона, судом в основу приговора положены доказательства, полученные с нарушением закона. В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный Зайцев И.С.
указывает на неправильную, по его мнению, квалификацию совершенного им преступления по квалифицирующему признаку «в отношении несовершеннолетней», поскольку потерпевшая Порошина А.С сообщила свой возраст после совершенных в отношении нее насильственных действий сексуального характера; кроме того полагает, что он и Рыбкин М.Г.
действовали разрозненно, также считает, что судом необоснованно не принято во внимание оказание помощи потерпевшей во время приступа эпилепсии.
4 Осужденный Зайцев И.С. ставит вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение иным составом суда. В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный Рыбкин М.Г. просит отменить приговор и направить дело на новое расследование, ссылаясь на показания потерпевшей Порошиной в суде о том, что убийством ей никто не угрожал и о своем несовершеннолетнем возрасте она сообщила осужденным уже после совершения в отношении нее действий сексуального характера.
Государственным обвинителем принесены возражения на апелляционные жалобы осужденных и адвокатов, поскольку изложенные в них доводы необоснованны и подлежащат отклонению.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит оснований для отмены либо изменения приговора.
Вывод суда о доказанности вины осужденных соответствует материалам дела и подтвержден приведенными в приговоре доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с положениями ст.ст. 17,88 УПК РФ, в частности, показаниями потерпевшей об обстоятельствах совершения в отношении нее преступных деяний, показаниями самих осужденных, данных ими в ходе расследования дела и в судебном заседании, показаниями свидетеля Лайко Е.Г., свидетелей Вильчинского В.И., Тетерятниковой И.И., протоколом осмотра места происшествия и другими приведенными в приговоре доказательствами.
В приговоре тщательно проанализировав показания осужденных Рыбкина и Зайцева, данные ими на различных стадиях расследования дела и в судебном заседании, оценив их в совокупности с другими доказательствами, суд сделал обоснованный вывод о том, что следственные действия с Зайцевым И.С. и Рыбкиным М.Г. (допросы,очные ставки) проводились в установленном законом порядке, в том числе с участием адвокатов, в необходимых случаях понятых, протоколы составлены надлежащим образом, подписаны всеми участниками следственных действий, никто из которых не делал замечаний ни по процедуре проведения следственных действий, ни по содержанию зафиксированных показаний.
Излагая и анализируя показания осужденных, данных в ходе расследования дела и в судебном заседании суд в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ привел мотивы, по которым признал одни из них достоверными и отверг другие.
Обстоятельства преступления и характер совершавшихся действий, о которых Зайцев И.С. и Рыбкин М.Г. дали показания при допросе в качестве подозреваемых, как правильно отметил суд, согласуются с их показаниями, данными в ходе проверки показаний на месте, в процессе которой Зайцев И.С и Рыбкин М.Г. показания давали добровольно, без оказания на них какого-либо давления. Свои показания Зайцев И.С. полностью подтвердил при допросе в качестве в качестве обвиняемого, а также на очной ставке с Рыбкиным М.Г.
5 Оснований для исключения их из числа доказательств не имеется.
Неоднократно отмеченные защитником Новиковым О.Ю. нарушения при проверке показаний Рыбкина М.Г. на месте, связанные с порядком конвоирования задержанного лица, не свидетельствуют о недопустимости протокола проверки показаний на месте.
Допросы Зайцева И.С. и Рыбкина М.Г. также проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в присутствии профессиональных адвокатов-защитников, представлявших их интересы, то есть в условиях, исключающих возможность оказания на них какого-либо противоправного воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов. В ходе допросов осужденные имели возможность заявить о причинах оговора или самооговора, либо о ненадлежащем осуществлении защиты.
Заявлений о принуждении к даче показаний в ходе предварительного расследования от осужденных не поступало.
Доводы осужденного Рыбкина И.Г. о несвоевременном признании Порошиной потерпевшей по делу, безосновательны. Данные доводы исследованы судом первой инстанции. Как было установлено при рассмотрении дела, процессуальное положение Порошиной А.С. оформлено в соответствии с требованиями закона постановлением о признании ее потерпевшей (т. 2 л.д. 1-2). Ошибка в дате его вынесения, как признано судом, является очевидным техническим упущением (т. 2 л.д.204).С мотивированными суждениями суда в этой части нет оснований не согласиться.
Доводы осужденных о нарушении их права на защиту нельзя признать обоснованными. Допросы Зайцева И.С и Рыбкина М.Г. проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в присутствии профессиональных адвокатов-защитников, представлявших их интересы.
Защиту осужденного Зайцева И.Св судебном заседании по назначению осуществляла адвокат Терешкина О.А. Осужденный Зайцев И.С.указал, что он согласен с тем, чтобы его защиту осуществляла адвокат Терешкина О.А. и заявил о том, что в услугах другого адвоката не нуждается (т.5 лд.18).
Как видно из протокола судебного заседания адвокаты поддерживали позицию своих подзащитных по обсуждаемым вопросам и ходатайствам, задавали допрашиваемым лицам вопросы, принимая активное участие в исследовании доказательств по делу. Осужденные не заявляли в судебном заседании ходатайств об отказе от адвокатов либо их замене по мотивам ненадлежащего оказания юридической помощи.
Доводы о том, что осужденные потерпевшей убийством не угрожали безосновательны и опровергаются показаниями последней о том, что Зайцев И.С. ударил ее головой о стол, от чего ей было больно, удерживал ее за волосы, угрожал избиением, что она воспринимала реально ввиду ранее примененной к ней физической силы и показаниями осужденного Зайцева И.С, о том, что он насильно удерживал потерпевшую за волосы и подтягивал ее голову для совершения насильственных действий сексуального характера.
Суд пришел к правильному выводу о том, что место и время совершения 6 преступления, наличие у Зайцева И.С. ножа и его намерения в связи с этим, превосходство осужденных над потерпевшей по возрастному, половому, количественному и физическим признакам, субъективное восприятие угроз потерпевшей, свидетельствуют о том, что у Порошиной А.С имелись реальные основания опасаться высказывавшихся Зайцевым И.С. угроз применения насилия, как и угроз убийством. Фактические обстоятельства и предшествующее поведение Зайцева И.С, в том числе и его манипуляции с ножом, свидетельствовали о реальности его намерений применить соответствующее насилие, в том числе в рамках угрозы убийством, что вызывало у потерпевшей страх и опасения за свою жизнь. Наличие этих же признаков в действиях Рыбкина М.Г. суд также признал обоснованным ввиду того, что их с Зайцевым И.С. действия носили совместный и согласованный характер.
Доводы о том,что действия осужденных носили разрозненный, несогласованный характер не основаны на материалах дела.
Как установлено судом, потерпевшая находилась в квартире с двумя осужденными вопреки ее желанию, о чем она сообщала как Зайцеву И.С, так и Рыбкину М.Г. Насильственные сексуальные действия в отношении Порошиной А.С. совершались Зайцевым И.С. в присутствии Рыбкина М.Г. и наоборот. Действиям друг друга осужденные не препятствовали, а Зайцев И.С.
содействовал Рыбкину М.Г. в реализации его преступного умысла насильственным удержанием потерпевшей за волосы, а также приведением ее в подавленное состояние собственными противоправными действиями. Рыбкин М.Г. осознавал это обстоятельство, поскольку присутствовал при всех действиях Зайцева И.С, совершавшихся им в отношении Порошиной А.С. И, согласившись с предложением Зайцева И.С, вслед за ним осуществил свой преступный умысел против воли потерпевшей.
Таким образом, квалифицирующий признак насильственных действий сексуального характера «совершение их группой лиц» нашел свое подтверждение и обоснованно вменен в вину осужденным.
Доводы о том, что осужденные до начала насильственных действий в отношении потерпевшей не были осведомлены о ее несовершеннолетнем возрасте, в том числе и со ссылкой на показания потерпевшей в судебном заседании, нельзя признать состоятельными. Данный вопрос был предметом тщательного исследования в суде первой инстанции.
Так, из оглашенных показаний подозреваемого Зайцева И.С. и Рыбкина М.Г. следует, что о несовершеннолетнем возрасте потерпевшей они были осведомлены еще до начала в отношении нее насильственных действий.
Суд обоснованно признал оглашенные показания Зайцева И.С. и Рыбкина М.Г. допустимыми доказательствами. Изменение показаний суд обоснованно расценил как способ смягчить ответственность либо избежать ответственности за содеянное.
В приговоре приведен подробный анализ показаний потерпевшей Порошиной, в совокупности с другими доказательствами, в частности с 7 показаниями самих осужденных в ходе расследования уголовного дела, на основании которого суд пришел к правильному выводу о том, что потерпевшая Порошина сообщила осужденным о своем несовершеннолетнем возрасте до начала в отношении нее насильственных действий.
Суд обоснованно положил в основу приговора оглашенные показания потерпевшей Порошиной А.С, которые согласуются с иными доказательствами, в том числе, с показаниями самих осужденных.
Доводы о недопустимости показаний потерпевшей Порошиной А.С, как полученных с нарушением уголовно- процессуального закона, несостоятельны.
Оглашенные и исследованные в судебном заседании показания потерпевшей Порошиной А.С. получены в соответствии с требованиями ст. ст.
189, 190, 191 УПК РФ, поскольку потерпевшая, достигшая 11 января 2012 года 16-тилетнего возраста, предупреждалась в установленном законом порядке об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний, ей разъяснялись права и обязанности в соответствии с ее процессуальным положением, в том числе положения п. 3 ч.2 ст. 42 УПК РФ и аналогичные положения ст. 51 Конституции РФ, что удостоверено ее подписью, а также было реализовано ее право на участие в допросе законного представителя. О неясности прав, значения предупреждения ее об уголовной ответственности, невозможности участия в допросе потерпевшая не заявляла.
Факт ознакомления с показаниями и правильность их записи, а равно отсутствие замечаний по процедуре проведения допроса потерпевшая, а также иные участники допроса удостоверили собственноручными подписями и соответствующими записями, о давлении на потерпевшую не заявляли.
Склонности Порошиной А.С к патологическому фантазированию и повышенной внушаемости экспертами установлено не было (т. 2 л.д. 134-137), что не противоречит показаниям законного представителя Порошиной О.Л., а также свидетелей Лайко Е.Г. и Тетерятниковой И.И. Установленные экспертами признаки легкой умственной отсталости Порошиной А.С. не лишали ее способности понимать характер и значение совершавшихся с нею действий.
Очные ставки с участием потерпевшей проведены в соответствии с требованиями ст. 192 УПК РФ. Оснований для исключения их из перечня доказательств не имеется. Присутствие в ходе данного следственного действия защитников осужденных исключало возможность какого-либо ограничения прав и законных интересов как Порошиной А.С, так и самих осужденых, которые активно пользовались своим правом возражать против показаний изобличающей их в преступлении потерпевшей.
Показания Порошиной А.С, данные в ходе расследования уголовного дела, в части демонстрации Зайцевым И.С. кухонного ножа в преступных целях согласуются с показаниями свидетеля Тетерятниковой И.И.,которой со слов Порошиной А.С.известно об угрозах ножом в квартире, где она подвергалась насилию. Показания потерпевшей об удержании ее в квартире, а также о характере совершавшихся в отношении нее действий согласуются и с 8 показания свидетелей Вильчинского В.И., Лайко Е.Г., а также законного представителя Порошиной О.Л.
Данных о заинтересованности потерпевшей в оговоре осужденных в ходе предварительного расследования, с которыми она ранее знакома не была, при рассмотрении дела судом установлено не было. Не усматривает таких данных и судебная коллегия.
Доводы осужденного Рыбкина М.Г. о ненадлежащем осуществлении его защиты адвокатом Щербина Г.И., несостоятельны.
Осужденный Рыбкин М.Г.ходатайств о замене адвоката в связи с ненадлежащим осуществлением его защиты не заявлял. Данных о каких-либо действиях защитника вопреки интересам Рыбкина М.Г. в материалах дела не имеется.
Доводы о наличии противоречий в позиции защиты у Зайцева И.С. и его защитника адвоката Крикса ОС. на предварительном следствии относительно оценки Зайцевым возраста потерпевшей, не основаны на материалах дела.
Отказ Зайцева И.С. от услуг этого адвоката не был связан с расхождениями в позиции защиты или наличием иных действий защитника вопреки интересам Зайцева И.С.
Оценив все собранные по делу доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных и дал их действиям правильную юридическую оценку по п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ .Выводы суда надлежаще аргументированы и мотивированы.Состояние алкогольного опьянения Зайцева И.С, на которое имеется ссылка в жалобах, не влияет на квалификацию совершенного им преступления.
Наказание осужденным Рыбкину М.Г. и Зайцеву И.С. назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному, с учетом данных о личности каждого из осужденных,роли и степени участия в совершенном преступлении, с учетом всех смягчающих обстоятельств, в том числе и тех, на которые имеется ссылка в апелляционных жалобах. Мнение потерпевшей относительно меры наказания судом, вопреки доводам защиты,отражено в приговоре. Наказание Зайцеву И.С.назначено в пределах минимальной санкции закона, по которому он осужден, а Рыбкину М.Г. в размере, приближенном к минимальной санкции уголовного закона. Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, не усматривает их и судебная коллегия. Оказание помощи потерпевшей Зайцевым И.С. в связи со случившимся у нее приступом эпилепсии не было признано судом смягчающим обстоятельством по приведенным в приговоре мотивам, которые признаются судебной коллегий правильными.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законных, обоснованных и справедливых судебных решений в отношении осужденных по делу и влекущих отмену приговора, не установлено.
9 В силу изложенного, руководствуясь ст.ст.38913 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Приморского краевого суда от 26 июля 2013 года в отношении Зайцева Ивана Сергеевича и Рыбкина Михаила Геннадьевича оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ, в Президиум Верховного Суда Российской Федерации в течение одного года с момента его провозглашения.
Председательствующий