ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№70-АПУ13-4СП АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва 3 0 июля 2013 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Коваля В.С., судей Земскова Е.Ю. и Тришевой А.А.
при секретаре Воронине М.А.
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам адвокатов Кравцовой Н.В. и Ереминой Н.В. в интересах осужденного Малышева В.В. на приговор Суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28 марта 2013 года, по которому Малышев Виталий Валентинович, 30 мая 1972 года рождения, уроженец г.
Новокузнецка Кемеровской области, судим 24 июня 2008 года по ч. 3 ст. 30, ч.
3 ст. 159 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, наказание отбыто 23 октября 2010 года, осужден по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 год с установлением ограничений, приведенных в приговоре.
2 Постановлено взыскать с Малышева В В . в пользу потерпевшей Бронниковой В.В. в счет компенсации морального вреда 300 000 руб.
По делу решен вопрос о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Тришевой А.А., изложившей обстоятельства дела, содержание апелляционных жалоб и возражений на них, выступление адвоката Коновалова В.П., защитника Самусенко И.И., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах, мнение прокурора Химченковой М.М. об оставлении приговора без изменения, а апелляционных жалоб - без удовлетворения, Судебная коллегия
установила:
Малышев В.В. вердиктом коллегии присяжных заседателей признан виновным в изнасиловании несовершеннолетней Бронниковой В.В., совершенном с применением насилия и с угрозой его применения.
Преступление совершено 30 декабря 2011 года в г. Салехарде ЯмалоНенецкого автономного округа при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционных жалобах адвокаты Кравцова Н.В. и Еремина Н.В., оспаривая законность приговора, указывают на нарушения уголовнопроцессуального закона при судебном разбирательстве уголовного дела, которые выразились в исследовании в присутствии присяжных заседателей недопустимых доказательств, в частности показаний осужденного Малышева В.В., которые он давал в судебном заседании 27 февраля 2012 года при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей и которые, по их мнению, получены в результате физического насилия со стороны сотрудников оперативных служб. По мнению защиты, доведенная до присяжных заседателей информация о том, что в ходе предварительного следствия Малышев В.В. содержался под стражей, могла вызвать у них предубеждение относительно виновности последнего в этом преступлении.
Считают, что суд необоснованно исключил из числа доказательств, подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей, сведения о внешнем облике, одежде и кожных повреждениях потерпевшей, содержащиеся в протоколе медицинского освидетельствования, которое проводилось с целью установления состояния опьянения потерпевшей.
Указывают, что в присутствии присяжных заседателей были допрошены сотрудники полиции Аширбаев М.Ф. и Косенко А.Н., показания которых касались процессуальных вопросов. Кроме того указывают, что в ходе допроса названных свидетелей государственным обвинителем в присутствии присяжных заседателей было проведено опознание потерпевшей с 3 нарушением установленного законом порядка производства данного следственного действия. Считают, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении показаний потерпевшей в ходе предварительного следствия в части, касающейся места нахождения мобильного телефона, в виду наличия противоречий в них.
Указывает на нарушение закона при провозглашении напутственного слова, выразившееся в неверном изложении показаний потерпевшей. Помимо этого указывает, что присяжные заседатели удалились в совещательную комнату, имея при себе средства сотовой связи. С учетом приведенных доводов ставят вопрос об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство в ином составе суда.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит, что приговор постановлен в соответствии с обвинительным вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанным на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу.
Изучение материалов уголовного дела показало, что отбор присяжных заседателей и формирование коллегии произведены в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом и в апелляционных жалобах данное обстоятельство не оспаривается.
Судебное следствие проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей.
В присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.
Из протокола судебного заседания усматривается, что председательствующим судьей были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав.
Вопреки утверждениям в жалобах стороны не были ограничены в возможности представлять доказательства в обоснование своей позиции, равно как и приводить аргументы в опровержение доводов другой стороны.
Каждое представленное сторонами доказательство исследовалось в судебном заседании с достаточной полнотой, фактов оглашения недопустимых доказательств либо иных, не подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей, доказательств допущено не было.
4 Доводы стороны защиты о том, что судом необоснованно в присутствии присяжных заседателей исследовались показания Малышева В.В., данные в судебном заседании при решении вопроса о продлении меры пресечения и содержащиеся в протоколе судебного заседания Салехардского городского суда от 27 февраля 2012 года, несостоятельны.
Поскольку в ходе разбирательства уголовного дела Малышев ВВ.
отрицал факт совершения полового акта с потерпевшей, в связи с чем государственным обвинителем было заявлено ходатайство об оглашении его показаний, данных в ходе предварительного следствия, в том числе при продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, председательствующим судьей было принято решение об удовлетворении данного ходатайства и оглашении в присутствии присяжных заседателей протокола судебного заседания Салехардского городского суда от 27 февраля 2012 года в части, касающейся пояснений Малышева В.В. о совершении с потерпевшей добровольного полового акта и его информированности относительно возраста потерпевшей.
Обоснованность принятого решения не вызывает сомнений, поскольку названный протокол судебного заседания, об оглашении которого ходатайствовал государственный обвинитель, получен органами предварительного следствия в установленном уголовно-процессуальным законом порядке: истребован из компетентного органа, осмотрен с составлением соответствующего протокола, приобщен к уголовному делу как «иной документ», содержащий пояснения Малышева В.В. об обстоятельствах совершения полового акта и, следовательно, соответствует требованиям ст. 74 и 84 УПК РФ.
В связи с заявлением стороны защиты о незаконном воздействии на Малышева В В . в ходе предварительного следствия судом исследовался вопрос и о допустимости данного доказательства, при этом установлено, что пояснения об обстоятельствах совершения полового акта Малышевым В.В.
даны добровольно, в присутствии защитника, в условиях открыто проводимого судебного заседания.
Учитывая, что названный протокол был оглашен присяжным заседателям только в части, касающейся пояснений Малышева В.В. о фактических обстоятельствах преступления, то довод о недопустимости исследования данного процессуального документа в присутствии присяжных заседателей является несостоятельным.
5 Судебная коллегия не может согласиться и с утверждением, что доведенная присяжным заседателям информация о том, что в ходе предварительного следствия в отношении Малышева В.В. избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, могла вызвать у них предубеждение относительно виновности подсудимого. Закон не содержит запрета и допускает возможность рассмотрения уголовного дела с участием присяжных заседателей в отношении лица, находящегося под стражей, в том числе в зале судебного заседания.
Доводы апелляционных жалоб о том, что сотрудники полиции Аширбаев М.Ф. и Косенко А.Н. в присутствии присяжных заседателей допрошены по вопросам, связанным с задержанием Малышева В.В., являются надуманными.
Как следует из материалов уголовного дела, сотрудники отдела вневедомственной охраны ОМВД по г. Салехарду Косенко А.Н. и Аширбаев М.Ф. не входили в состав следственно-оперативной группы по расследованию преступления, не выполняли, а в силу занимаемой должности и не могли выполнять какие-либо розыскные мероприятия в рамках данного уголовного дела, в связи с этим и давать показания о проводимых при производстве по делу следственных действиях не могли.
Из содержания показаний Косенко А.Н. и Аширбаева М.Ф.
усматривается, что во время следования на служебном автомобиле по г. Салехарду к ним обратилась молодая женщина, которая сообщила об изнасиловании и указала на водителя автомобиля марки «Гранд Чероки» как на лицо, совершившее это преступление.
Таким образом, сотрудники органов внутренних дел Косенко А.Н. и Аширбаев М.Ф. были вовлечены в процесс производства по настоящему уголовному делу как очевидцы преступления и допрошены в судебном заседании по обстоятельствам, связанным с поведением потерпевшей и осужденного непосредственно после совершения преступления, то есть по вопросам, отнесенным к компетенции присяжных заседателей.
Безосновательны доводы стороны защиты о том, что государственным обвинителем с нарушением установленного порядка было проведено в судебном заседании опознание потерпевшей Бронниковой В В . свидетелями Косенко А.Н., Аширбаевым М.Ф. и другими.
Как усматривается из протокола судебного заседания, фактически государственным обвинителем в рамках допроса указанных лиц был поставлен уточняющий вопрос, ответ на который предполагал признание или 6 непризнание допрашиваемыми лицами факта нахождения в зале судебного заседания молодой девушки, обратившейся к ним 30 декабря 2011 года с сообщением об изнасиловании.
Не может быть признан нарушением закона и факт исключения из числа доказательств, подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей, сведений о внешнем виде потерпевшей, содержащихся в протоколе медицинского освидетельствования от 30 декабря 2011 года № 3120, которое проводилось с целью установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения (л.д. 178 т.1).
Ходатайствуя об оглашении этих сведений в присутствии присяжных заседателей, сторона защиты исходила из того, что в названном протоколе отсутствуют сведения о наличии повреждений на одежде и теле потерпевшей, что, по мнению защиты, опровергает предъявленное Малышеву В В . обвинение в применении насилия к потерпевшей.
Между тем, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в отсутствие присяжных заседателей был допрошен заведующий отделением ГБУЗ «Ямало-Ненецкий психоневрологический диспансер» Бродский А.В., который пояснил, что проводимое в психоневрологическом диспансере освидетельствование направлено исключительно на установление факта употребления алкоголя или иных психоактивных веществ, например, наркотических средств. Поскольку выявление последних возможно, в том числе путем обнаружения у обследуемого характерных повреждений в виде следов от инъекций, то в протоколе, который составляется по результатам освидетельствования, отражаются эти сведения, как служащие дополнительным обстоятельством, подтверждающим факт употребления наркотических средств. Что же касается иного рода телесных повреждений, выявление которых предполагает, в том числе обнажение обследуемого, то ведомственными нормативами актами, регламентирующими порядок производства освидетельствования с целью установления состояния опьянения, предписано, что такое освидетельствование не охватывает случаи судебно-медицинской экспертизы, которая должна проводиться в ином порядке на основании постановления судебно-следственных органов.
Таким образом, в протоколе медицинского освидетельствования, проводимого с целью установления состояния опьянения, наличие у обследуемого лица телесных повреждений отражается только в том случае, если это необходимо для подтверждения результатов обследования.
7 С учетом показаний специалиста Бродского А.В. суд пришел к обоснованному выводу о том, что вопрос о наличии телесных повреждений, а также характере, локализации и степени тяжести относится к компетенции судебно-медицинского эксперта, а не врача-нарколога, в задачи которого входит установление факта употребления алкоголя и состояния опьянения.
Отказывая в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении содержащихся в указанном протоколе сведений, суд правильно указал, что ранее в присутствии присяжных заседателей исследовалось заключение судебно-медицинского эксперта о наличии у потерпевшей Бронниковой В В . телесных повреждений в виде кровоподтека тыльной части левой кисти и ссадины правого предплечья, поэтому оглашение протокола медицинского освидетельствования от 30 декабря 2011 года, проведенного с целью установления состояния опьянения потерпевшей, в котором отсутствуют такие сведения, могло бы ввести в заблуждение присяжных заседателей, а разъяснение им причины возникшего противоречия потребовало бы исследования вопросов процедуры проведения медицинского освидетельствования, что недопустимо в силу прямого запрета закона. При таких обстоятельствах принятое судом решение об отклонении ходатайства стороны защиты является законным.
Судебная коллегия находит обоснованным также и решение председательствующего, которым отклонено ходатайство стороны защиты об оглашении показаний потерпевшей в части, касающейся места нахождения сотового телефона в комнате, где было совершено преступление, поскольку существенных противоречий в ее показаниях, данных в ходе следствия и в суде, не имелось. Кроме того, ее показания в этой части не относятся к существу предъявленного Малышеву ВВ. обвинения, а по своему содержанию не подтверждают и не опровергают обстоятельства совершения преступления.
Вопросный лист составлен в соответствии с требованиями ст. 338 УПК РФ в рамках предъявленного обвинения, с учетом результатов судебного следствия, прений сторон. В апелляционных жалобах полнота и правильность сформулированных в нем вопросов не оспариваются.
Напутственное слово соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, в нем председательствующий судья напомнил присяжным заседателям об исследованных в судебном заседании доказательствах, не выражая при этом своего отношения к ним, не анализируя их и не делая каких-либо выводов.
Заявлений о тенденциозности напутственного слова от сторон не поступало.
8 Что касается довода жалоб о том, что содержание ряда доказательств приведено в напутственном слове без достаточной полноты, а некоторые экспертные заключения, об исследовании которых ходатайствовала сторона защиты, вовсе не упомянуты в нем, о чем адвокатом Ереминой Н.В. было высказано замечание также и в судебном заседании, то они безосновательны.
В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в напутственном слове председательствующий судья лишь кратко напоминает содержание исследованных в судебном заседании доказательств.
Как следует из протокола судебного заседания, председательствующий судья разъяснил присяжным заседателям, что при ответах на поставленные перед ними вопросы они должны исходить из содержания исследованных в судебном заседании доказательств, не уделяя больше внимания тем деталям, которые были упомянуты председательствующим судьей, и меньше тем, которые, возможно, были упущены им (л.д. 194 т. 7).
Вопреки доводам жалоб в напутственном слове приведены все экспертные заключения, которые были представлены на исследование присяжным заседателям.
Утверждение в жалобах о том, что в напутственном слове неверно изложены показания потерпевшей в части описания тряпки, в которую Малышев В В . произвел семяизвержение, не соответствует протоколу судебного заседания.
Так, в судебном заседании потерпевшая Бронникова В.В. пояснила, что она не может точно описать эту тряпку, «вроде была белая в цветочек или голубая в цветочек» (л.д. 76 т. 7). Из оглашенных в связи с противоречиями показаний потерпевшей, данных ею в ходе предварительного следствия, усматривается, что Малышевым В.В. использовалась «тряпка белого цвета, в цветок небольших размеров» (л.д. 79 т. 7). Содержание этих показаний потерпевшей в точном соответствии с тем, как они были изложены ею в показаниях в ходе следствия, а затем в суде, и было доведено до сведения присяжных заседателей в напутственном слове (л.д. 182 т. 7).
Тот факт, что потерпевшая Бронникова ВВ. при допросе в присутствии присяжных заседателей пояснила, что не помнит, давала ли в ходе предварительного следствия показания об информированности Малышева ВВ. относительно ее возраста, а после оглашения показаний, данных ею в ходе предварительного следствия, заявила, что у нее, вероятно, не спросили об этом, не может рассматриваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о том, что в присутствии присяжных заседателей 9 исследовались процедурные вопросы, связанные с особенностями допроса потерпевшей.
Вопреки доводам адвоката Коновалова В.П. при производстве допроса несовершеннолетней потерпевшей Бронниковой ВВ.
в ходе предварительного следствия, а ее законного представителя Егоровой ОН. - в судебном заседании, нарушений закона допущено не было. Не установлено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона и при допросе свидетелей Косенко А.Н. и Буторина И.И.
Довод о том, что присяжные заседатели удалились в совещательную комнату, имея при себе средства сотовой связи, является голословным, так как объективно ничем не подтвержден.
Действия осужденного квалифицированы правильно.
Соответствует требованиям закона и назначенное ему наказание, размер которого определен с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, а также смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.
Таким образом, по мотивам, приведенным в апелляционных жалобах, оснований для отмены или изменения приговора, не имеется.
Вместе с тем приговор подлежит изменению по иным основаниям.
Суд, назначая Малышеву В.В. дополнительное наказание в виде ограничения свободы, установил ему предусмотренные ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничения, в том числе обязанность «не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования», однако не уточнил наименование муниципального образования, за пределы которого осужденному запрещается выезжать.
Между тем по смыслу закона, в приговоре должно быть обязательно указано наименование муниципального образования, за пределы территории которого осужденному к ограничению свободы запрещается выезжать.
Судебная коллегия считает необходимым приговор изменить, уточнив в нем содержание возложенного ограничения «не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования» указанием на территорию муниципального образования «город Салехард» ЯмалоНенецкого автономного округа.
10 На основании изложенного, руководствуясь ст. 389 , 389 , 389 РФ, Судебная коллегия УПК
определила:
приговор Суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28 марта 2013 года в отношении Малышева Виталия Валентиновича изменить, уточнить содержание возложенной на него обязанности «не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования» указанием на территорию муниципального образования «город Салехард» ЯмалоНенецкого автономного округа.
В остальном приговор оставить без изменения, кассационные жалобы адвокатов Ереминой Н.В. и Кравцовой Н.В. - без удовлетворения.
Председательствующий Судьи