ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№205-Д13-9 ПОСТАНОВЛЕНИЕ г. Москва 21 марта 2013 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Коронец А.Н., изучив материалы уголовного дела и рассмотрев доводы надзорной жалобы осужденного Алихмаева М.Г. на приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда от 1 апреля 2011 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда от 26 мая 2011 г. в отношении военнослужащего Службы в н.п. Хунзах Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан сержанта Алихмаева Магомеда Гасановича, родившегося 20 февраля 1983 г. в г. Каспийске Республики Дагестан, несудимого, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 307 УК РФ, к штрафу в размере 10 000 рублей,
установил:
Алихмаев признан виновным в даче заведомо ложных показаний в судебном заседании.
Согласно приговору Алихмаев 29 июня 2010 г. в судебном заседании по делу прапорщика Саадуева, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 336 УК РФ, при допросе в качестве свидетеля отрицал, что, находясь за приоткрытой дверью кабинета, слышал оскорбительные выражения со стороны Саадуева в адрес полковника Мясникова, то есть дал заведомо ложные показания.
В соответствии с кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда от 26 мая 2011 г. приговор оставлен без изменения.
Постановлением судьи Северо-Кавказского окружного военного суда от 22 сентября 2011 г. Алихмаеву отказано в удовлетворении надзорной жалобы, с чем согласился председатель окружного военного суда.
2 В надзорной жалобе в Военную коллегию Верховного Суда Российской Федерации Алихмаев указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, поскольку постановлен на предположениях, не подтверждённых доказательствами, при этом утверждение осужденного о том, что он не слышал оскорбительных выражений ничем не опровергнуто.
По мнению осужденного, суд, сославшись на родственные отношения, пришёл к необоснованному выводу о его заинтересованности, направленной на освобождение Саадуева от уголовной ответственности.
Изучив материалы дела и рассмотрев доводы надзорной жалобы, полагаю, что имеются основания для возбуждения надзорного производства и направления жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции.
Как видно из материалов дела и судебных постановлений, суд, признавая показания Алихмаева в судебном заседании по уголовному делу в отношении Саадуева заведомо ложными, принял во внимание наличие родственных отношений между ними и показания потерпевшего и свидетелей Наймовича и Федотова, находившихся в помещении, где происходил разговор между Мясниковым и Саадуевым.
Полагаю, что названные обстоятельства нельзя признать достаточными и бесспорными для такого вывода суда, поскольку ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании не были установлены и исследованы объективные обстоятельства, которые могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора.
Так, в материалах уголовного дела не содержится данных о площади помещения, в котором происходил разговор между Мясниковым и Саадуевым, о взаимном их расположении, о конкретном месте нахождения Алихмаева, о присутствии в этом месте посторонних лиц и наличии помех для восприятия Алихмаевым происходящего в другом помещении.
Существенное значение для вывода о заведомой ложности показаний Алихмаева имеет также состояние слуха Алихмаева, однако суд не принял мер к функциональному исследованию, не допросил самого осужденного , медицинских работников и сослуживцев, а самостоятельно взял на себя несвойственную ему функцию определения физиологической возможности свидетеля слышать происходящее вне места его нахождения.
Судом не принято надлежащих мер к устранению имеющихся сомнений и истолкованию их в пользу осужденного.
Кроме того, представляется, что обжалуемый приговор не соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, одним из которых является обязательность изложения в описательно-мотивировочной части приговора вывода о форме вины.
Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 307 УК РФ, заключается в прямом умысле, поэтому суд в описательно-мотивировочной части приговора обязан был привести аргументы, подтверждающие, что Алихмаев, давая показания в судебном заседании, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления, что не было сделано судом.
3 При таких обстоятельствах вывод суда о виновности Алихмаева в даче заведомо ложных показаний не является бесспорным, поэтому считаю необходимым возбудить надзорное производство и передать жалобу вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании президиума СевероКавказского окружного военного суда.
Руководствуясь п. 2 ч. 3 ст. 406 УПК РФ, постановил:
возбудить надзорное производство по жалобе Алихмаева Магомеда Гасановича на приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда от 1 апреля 2011 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда от 26 мая 2011г. и передать жалобу вместе с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании президиума Северо-Кавказского окружного военного Судья Верховного Суда Российской Федерации . I (\ \ } /А \\пУ^Мл/^\ А.Н.Коронец