ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 5-Дп 13-42 ПОСТАНОВЛЕНИЕ об отказе в удовлетворении надзорной жалобы г. Москва 26 июня 2013 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Истомина Г.Н., рассмотрев надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Малиновского В.В. о пересмотре приговора Пресненского районного суда г. Москвы от 4 апреля 2012 года, кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 4 июля 2012 года,
установила:
По приговору Пресненского районного суда г. Москвы от 4 апреля 2012 года Волков Сергей Сергеевич, 16 февраля 1966 года рождения, уроженец г. Москвы, несудимый по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 4 июля 2012 года приговор оставлен без изменения.
В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора РФ Малиновский В.В. просит об отмене состоявшихся судебных решений и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Указывает, что выводы суда об отсутствии в действиях Волкова состава вышеуказанного преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Утверждение суда о несущественности для Пархоменко С.Г. причиненного ей материального ущерба в размере 249000 руб. является несостоятельным, поскольку степень значительности материального ущерба не может быть определена без подробного исследования имущественного положения потерпевшей, а судом лишь установлен факт наличия в собственности семьи Пархоменко С.Г. иного недвижимого имущества. Вывод суда о том, что заключение предварительного договора купли-продажи с Дементьевой Е.Я. и договора-обязательства мены с Пархоменко С.Г. не являлось гарантией перехода квартиры в собственность потерпевшей либо Дементьевой, в связи с чем действия Волкова не повлекли нарушения гражданских прав Пархоменко С.Г., противоречит обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства. Волков, достоверно знавший о заключении с Пархоменко С.Г. указанного договора, который на тот момент недействительным признан не был, подписал предварительный договор купли-продажи этой же квартиры со своей тещей Дементьевой Е.Я.
В дальнейшем права по данному договору были переуступлены Никитину СВ., а разница между суммой денежных средств, поступивших на счет Департамента в качестве оплаты, и фактически полученными денежными средствами при отчуждении квартиры в пользу Никитина СВ., составившая 34 921 840 рублей, незаконно обращена в пользу Дементьевой Е.Я.
Данные обстоятельства подтверждают, по мнению автора представления, корыстную направленность действий Волкова. Указанными незаконными действиями Волкова нарушено право Пархоменко СГ. на заключение основного договора мены, в связи с чем она была лишена возможности своевременного улучшения жилищных условий, несмотря на выполнение всех своих обязательств по договору-обязательству мены. Тот факт, что в дальнейшем проверкой мэрии г. Москвы было установлено, что порядок представления жилья Пархоменко СГ. нарушен, а решением Головинского районного суда г. Москвы договор-обязательство мены жилых помещений от 16.10.2007 между Пархоменко СГ. и ДИПС признан незаключенным, не может повлиять на вывод о наличии либо отсутствии в действиях Волкова состава преступления, поскольку предметом разбирательства по уголовному делу являлся вопрос о правомерности действий Волкова при заключении договора купли-продажи с Дементьевой Е.Я. и дальнейшей переуступке прав требования Никитину С В . В ходе судебного заседания установлено, что ДИПС, УРИПС и ДГПР являлись правопреемниками друг друга. При этом Волков обладал сведениями и реквизитами, необходимыми для заключения данного договора, зачисления денежных средств на счет Департамента и последующей передачи квартиры только в силу занимаемой им должности заместителя руководителя ДГПР, а 2 использование Волковым наименования и печати ДИПС как раз свидетельствует об осознании противозаконного характера сделки. С учетом этого полагает, что в ходе судебного заседания установлено, что Волков как должностное лицо осознавал, что использует предоставленные ему служебные полномочия вопреки интересам службы, предвидел существенное нарушение прав и законных интересов Пархоменко С.Г., выразившихся в причинении ей материального ущерба и нарушении ее гражданских прав.
Суд безосновательно отверг доказательства, представленные стороной обвинения, - распоряжения, приказы, должностные регламенты, указав, что не усматривает необходимости для их подробной оценки, за исключением некоторых документов.
Судебными инстанциями не приведены конкретные доказательства, опровергающие показания Пышкина, не указано и обстоятельств, которые свидетельствовали бы о заинтересованности свидетеля в исходе дела и ввиду этого позволяли бы сомневаться в достоверности его показаний. Между тем, сообщенные им сведения подтверждаются имеющимися в материалах дела документами и вещественными доказательствами. Считает, что преступные действия Волкова повлекли существенное нарушение прав и законных интересов Пархоменко С.Г., выразившееся в причинении последней материального ущерба в размере перечисленных ею на счет ДИПС денежных средств во исполнение договора-обязательства мены жилых помещений, нарушении ее гражданских прав на заключение основного договора мены, возникших при заключении с ДИПС указанного предварительного договора, а также охраняемых законом интересов общества и государства, выразившихся в дискредитации органов исполнительной власти г. Москвы.
Кроме того, результатом преступных действий Волкова явилось обращение в пользу своей родственницы Дементьевой Е.Я. незаконно полученной разницы стоимости квартиры № 36 по адресу: г.Москва, ул.Остоженка, вл.
11/17, вл. 13/12 по договору №36/Остож-94/1419/3боб., образовавшейся при перечислении денежных средств на счет ДИПС в качестве оплаты по вышеуказанному договору купли-продажи, и фактически полученными денежными средствами при ее отчуждении по договору переуступки права Никитину СВ., которая составила 34 921 840 руб. Ссылка же суда на то, что в результате продажи квартиры Дементьевой в бюджет города поступила денежная сумма, в два раза превышающая сумму от договора с Пархоменко, безосновательна, поскольку это никак не опровергает того, что, незаконно заключив в интересах своей родственницы сделку по реализации квартиры, обремененной правами Пархоменко, Волков дискредитировал своими действиями органы исполнительной власти. Таким образом, судом при рассмотрении настоящего дела в нарушение принципа равноправия и состязательности сторон доказательства, представленные стороной обвинения, должным образом не опровергнуты, им дана односторонняя оценка. Вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, выводы суда не основаны на всей совокупности исследованных доказательств.
3 Рассмотрев надзорное представление с проверкой материалов уголовного дела, полагаю, что для его удовлетворения оснований не имеется.
Вывод суда об отсутствии в действиях Волкова состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, основан на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре суда доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку.
Согласно диспозиции ч. 1 ст. 285 УК РФ обязательным признаком данного состава преступления является существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.
По версии обвинения действия Волкова, который, используя свои должностные полномочия вопреки интересам службы из корыстной заинтересованности, незаконно заключил предварительный договор куплипродажи квартиры № 36 вл. 11/17, вл. 13/12 по ул. Остоженка г. Москвы Дементьевой ЕЯ., повлекли существенное нарушение прав и законных интересов Пархоменко С.Г., выразившееся в причинении последней материального ущерба в размере перечисленных ею на счет ДИПС денежных средств во исполнение договора-обязательства жилых помещений от 16 октября 2007 г., нарушение ее права на заключение основного договора мены.
Исследовав представленные стороной обвинения доказательства, суд установил, что договор - обязательства мены принадлежащей Пархоменко квартиры на квартиру № 36 по ул. Остоженка вл. 11/17, вл. 13/12 заключен с нарушением порядка заключения подобных договоров: без проведения МВК, при отсутствии протоколов комиссии об утверждении цены одного квадратного метра, без оценки квартир и утверждения цены зачетной квартиры. В связи с допущенными нарушениями Управление г. Москвы по обеспечению реализации инвестиционных проектов, контролю (надзору) в области долевого строительства обратилось в суд с иском к Пархоменко СГ.
о признании сделки недействительной.
Решением Головинского районного суда г. Москвы от 23 апреля 2012 года, вступившим в законную силу 8 июня 2012 года, договор-обязательство мены жилых помещений № 36/Отож-94/1619/36об. от 16 октября 2007 года, заключенный между Департаментом инвестиционных программ строительства г. Москвы и Пархоменко С.Г., признан незаключенным.
При этом, как правильно отмечено в приговоре, причиной обращения с иском в суд явились не действия Волкова по незаконному заключению с Дементьевой ЕЯ., предварительного договора купли-продажи квартиры № 36 по ул. Остоженка вл. 11/17, вл. 13/12, а нарушение установленного порядка по заключению договора-обязательства мены квартир.
4 Эти обстоятельства по существу не оспариваются в надзорном представлении, однако, по мнению автора представления, нарушение порядка представления жилья Пархоменко СГ. и признание решением Головинского районного суда г. Москвы незаключенным договораобязательства мены жилых помещений от 16.10.2007 между Пархоменко СГ.
и ДИПС, не может повлиять на вывод о наличии либо отсутствии в действиях Волкова состава преступления, поскольку предметом разбирательства по уголовному делу являлся вопрос о правомерности действий Волкова при заключении договора купли-продажи с Дементьевой Е.Я. и дальнейшей переуступке прав требования Никитину С В .
Между тем, данный довод представления не основан на законе, а также постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении, согласно которым результатом действий Волкова явилось существенное нарушение прав и законных интересов Пархоменко СГ. по улучшению жилищных условий.
Что касается причинения Пархоменко имущественного вреда в размере 249 000 рублей, то суд со ссылкой на п.п. 3.1.13 договора между ДИПС И Пархоменко С.Г., согласно которому в случае расторжения договора гражданин обязан представить Департаменту заявление с указанием реквизитов банковского счета, на который будут перечислены возвращаемые гражданину денежные средства, на то, что Пархоменко СГ. неоднократно направлялись уведомления с предложением получить указанную сумму денег со счета, на отказ потерпевшей получить деньги, обусловленный стремлением улучшить жилищные условия, на ее имущественное положение, обоснованно пришел к выводу, что перечисление Пархоменко СГ. на счет ДИПСа 249 000 рублей не может рассматриваться как причинение ей существенного вреда.
Данные обстоятельства судебная коллегия находит достаточными для разрешения вопроса о том, является ли имущественный вред в размере 249 000 рублей существенным для Пархоменко СГ.
Оспаривая этот вывод суда, автор представления указывает, что вывод о несущественности причиненного Пархоменко вреда сделан лишь, исходя из наличия в собственности Пархоменко недвижимого имущества, без подробного исследования имущественного положения потерпевшей. Однако какие обстоятельства надлежало суду исследовать, в исследовании каких доказательств, свидетельствующих об имущественном положении потерпевшей, отказано стороне обвинения, в представлении не отмечается.
Не имеется оснований и для признания необоснованным утверждения суда о том, что органы предварительного следствия, вменив в вину Волкову существенное нарушение прав и законных интересов государства и 5 общества, не указали в обвинительном заключении, в чем именно выразилась дискредитация исполнительной власти г. Москвы, ограничившись лишь цитированием закона и общими фразами.
Кроме того перечисление Дементьевой по договору суммы в размере 16 440 000 рублей, значительно превышающую поступившую от Пархоменко сумму в 249 000 рублей расценено судом как обстоятельство, не подтверждающее обвинение о дискредитации Волковым исполнительной власти г. Москвы.
Изложенное свидетельствует о том, что при отсутствии доказательств, подтверждающих факт причинения существенного вреда охраняемым законом правам и интересам Пархоменко С.Г., прав и законных интересов государства и общества, суд не вправе был постановить в отношении Волкова обвинительный приговор.
Приговор составлен судом в соответствии с требованиями ст. 3 0 3 - 3 0 6 УПК РФ. Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, в том числе показаниям свидетеля Пышкина И.И., на которые обращается внимание в представлении, суд дал в приговоре надлежащую оценку. В приговоре приведены все доказательства, в том числе распоряжения, приказы, должностные регламенты, на которые сторона обвинения сослалась как на доказательства виновности Волкова. Указание суда на то, что распоряжения и приказы, регламентирующие деятельность ДИПСа, УРИПСа и ДГПР, содержание которых никем не оспариваются, не нуждаются в дополнительном анализе, не свидетельствует о том, чо судом не дана оценка этим доказательствам.
При таких обстоятельствах оснований для возбуждения надзорного производства по доводам надзорного представления не нахожу.
Кроме того в соответствии со ст.405 УПК РФ пересмотр в порядке надзора оправдательного приговора допускается лишь в течение года по вступлении его в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены фундаментальные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на законность приговора.
Исходя из положений ч.З ст.405 УПК РФ к фундаментальным нарушениям относятся нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлекли за собой постановление приговора незаконным составом суда или вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей, а равно лишили участников уголовного судопроизводства возможности осуществления прав, гарантированных настоящим Кодексом, на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон либо существенно ограничили эти 6 права, если такие лишения или ограничения повлияли на законность приговора.
Такие нарушения закона при проверке материалов уголовного дела не выявлены, не указано о них и в надзорном представлении.
Доводы представления сводятся к иной оценке исследованных судом доказательств, на основании которой утверждается, что представленные стороной обвинения доказательства должным образом не опровергнуты, им дана односторонняя оценка. Эти обстоятельства, по мнению автора представления, свидетельствуют о нарушении судом закона, в результате чего потерпевшая Пархоменко С Г . была лишена возможности осуществления прав на справедливое судебное разбирательство, что повлияло на законность приговора.
Однако этот довод нельзя признать обоснованным. Несогласие стороны обвинения с оценкой доказательств, при отсутствии данных, свидетельствующих о том, что сторона обвинения была лишена возможности представления доказательств, не может быть расценено фундаментальным нарушением закона, влекущим отмену оправдательного приговора.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 406 УПК РФ, постановила:
отказать в удовлетворении надзорного представления заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Малиновского В.В. о пересмотре приговора Пресненского районного суда г. Москвы от 4 апреля 2012 года, кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 4 июля 2012 года.
Судья Верховного Суда Российской Федерации /^ ~~7/ (^^^Ь^, 7 Т.Н. Истомина