ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 5 - АПУ13 - 13сп АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 17 июня 2013 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе Председательствующего - Ворожцова С.А.
Судей - Сабурова Д.Э. и Шмаленюка СИ.
при секретаре - Поляковой А С .
рассмотрела в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Карповой Г.В. и апелляционные жалобы законного представителя несовершеннолетних потерпевших Шевченко В.А.
на приговор Московского городского суда от 20 февраля 2013 года, которым Лифанов Александр Владимирович, родившийся 3 декабря 1975 года в гор. Москве, несудимый:
оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ в связи с 1 неустановлением события преступления на основании вердикта коллегии присяжных заседателей о признании его невиновным.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Ворожцова С.А., выступление оправданного Лифанова А.В., адвоката Артемова А.Н., возражавших против удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя и жалобы законного представителя потерпевших и просивших оставить их доводы без удовлетворения, мнение прокурора Митюшова В.П., просившего приговор отменить по доводам апелляционного представления и жалобы, Судебная коллегия
установила:
органами предварительного расследования Лифанов А.В. обвинялся в мужеложстве и совершении иных действий сексуального характера с применением насилия и угрозой его применения к потерпевшему Шевченко Д.В., с использованием его беспомощного состояния, в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, а также в совершении иных действий сексуального характера в отношении Шевченко Н.В., с использованием её беспомощного состояния, в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, то есть в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377-ФЗ).
Вердиктом присяжных заседателей от 18 февраля 2013 года Лифанов признан невиновным в совершении этих преступлений и на основании этого вердикта оправдан судом на основании пп. 1 и 4 ч. 2 ст. 302, УПК РФ в связи с неустановлением события преступлений.
В апелляционном представлении государственного обвинителя ставится вопрос об отмене приговора в отношении Лифанова в связи с существенными нарушениями уголовного процессуального законодательства, повлиявшими на принятие объективного решения присяжными заседателями.
Автор представления полагает, что председательствующим не всегда принимались меры реагирования на допущенные нарушения.
В прениях сторон Артемов ставил под сомнение допустимость доказательств, Лифанов порочил показания потерпевшего Денисова. До присяжных заседателей доводились сведения, не относящихся к фактическим обстоятельствам. В 2 суде исследовались обстоятельств жизни Лифанова в период, не относящийся к рассматриваемым событиям, а именно проживание Лифанова с другими женщинами у которых были несовершеннолетние дети и взаимоотношения с ними.
По мнению автора представления в присутствии присяжных ставились под сомнение допустимость доказательств, компетентность экспертных учреждений и государственных обвинителей.
Лифанов, пороча исследованные экспертные заключения при допросе эксперта Романовой, кричал, что это обман.
В прениях высказывались предположительные суждения, не подтвержденные доказательствами, делались предположительные выводы о недостаточности доказательственной базы.
Обвинение было необоснованно ограничено в предоставлении доказательств, в частности в неполном объеме оглашены выводы заключения комплексной психолого-психиатрической экспертизы.
При снятии вопроса о влиянии на тонус сфинктера систематическое введение предметов в анальное отверстие, как повторно заданного, что повлияло на целостность восприятия присяжными.
В апелляционной жалобе законного представителя несовершеннолетних потерпевших также содержится просьба об отмене приговора. Доводы жалоб аналогичны доводам представления. Кроме того автор жалобы указывает в ней, что в судебном заседании допускались выкрики и реплики, до присяжных доводилась ложная, порочащая потерпевших информация. Защитник подсудимого указывал, что слова законного представителя потерпевших о том, что мать лишена родительских прав, неправда.
В возражениях на апелляционное представление адвокат Артемов А.Н.
и оправданный Лифанов А.В. просят не удовлетворять доводы представления государственного обвинителя и жалобы законного представителя несовершеннолетних потерпевших об отмене приговора.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, Судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя, лишь при наличии таких нарушений уголовно - процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.
3 Судебная допущено.
коллегия считает, что таких нарушений по делу не Коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями закона.
После формирования коллегии присяжных заседателей заявлений о роспуске образованной коллегии присяжных заседателей в виду тенденциозности ее состава от сторон, в том числе от стороны защиты, не поступило (т. 4 л. д. 144).
Данных о том, что в суде присяжных исследовались недопустимые доказательства или было отказано сторонам в исследовании доказательств, либо допущены иные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора, из материалов дела не усматривается.
Материалами дела не установлено, что со стороны председательствующего проявлялись предвзятость, необъективность или заинтересованность в исходе дела.
Требования ст. 15 УПК РФ не были нарушены.
Какие - либо данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимых, по делу не исследовались.
Во всех необходимых случаях председательствующий делал замечания выступающим и просил присяжных заседателей не учитывать подобные высказывания.
В частности, как видно из протокола судебного заседания (т. 4 л. д. 209) при оглашении государственным обвинителем заключения комплексной психолого - сексолого- психиатрической экспертизы председательствующей государственный обвинитель был обоснованно остановлен с разъяснением, что в присутствии присяжных заседателей выводы эксперта исследуются в части, соответствующей требованиям ст. ст. 252 и ч. 7 ст. 335 УПК РФ.
При допросе свидетеля Мещеряковой Н.В. председательствующая обоснованно остановила последнюю, и просила не доводить до сведения присяжных заседателей данные о своей личности, а присяжных просила не принимать во внимание данные о личности Мещеряковой в совещательной комнате при вынесении вердикта по делу (т. 4 л. д. 227).
4 При ответе на вопросы подсудимого эксперту Романовой, председательствующая обоснованно сняла вопрос Лифанова, поскольку тот носил предположительный характер и обратившись к присяжным заседателям просила тех не принимать и не учитывать информацию, содержащуюся в снятом вопросе подсудимого (т. 5 л. 18).
Также во время допроса эксперта Романовой председательствующая обоснованно сделала замечание подсудимому Лифанову за нарушение регламента судебного заседания, выразившегося в выкрике с места, дополнительно разъяснив ему положения ст. 258 УПК РФ.
При этом в полном соответствии с требованиями закона председательствующая обратилась к присяжным заседателям и просила их не принимать во внимание высказывание подсудимого при вынесении вердикта в совещательной комнате при вынесении вердикта и разъяснила, что во время допроса эксперта подсудимый не вправе ее перебивать (т. 5 л. д. 13).
Каких - либо других выкриков со стороны подсудимого, вопреки доводам представления и жалобы в судебном заседании допущено не было.
Председательствующей по этому поводу в полном соответствии с требованиями закона были рассмотрены замечания на протокол судебного заседания, поданные государственным обвинителем (т. 5 л. д. 80 - 81).
В соответствии с этим решением суда все вопросы государственного обвинителя и ответы на них в протоколе судебного заседания были отражены.
При уточнении сведений о лишении матери потерпевших родительских прав, председательствующей было сделано замечание участникам процесса и разъяснено присяжным, чтобы они не принимали эти сведения при вынесении вердикта (т. 4 л. д. 206).
Таким образом, как видно из материалов дела при допросе подсудимого, свидетелей, вопросов участников процесса, а том числе государственного обвинителя и защиты, суд в соответствии с требованиями закона председательствующая делала им замечания только в тех случаях, когда они касались обстоятельств, не подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей.
Согласно протоколу судебного заседания, председательствующая, вовремя прерывала выступающего, делала ему соответствующее замечание, обращаясь к присяжным заседателям, подчеркивала, что данные сведения не должны повлиять на их решение.
Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336 УПК РФ.
5 Доводы государственного обвинителя в представлении и жалобы законного представителя несовершеннолетних потерпевших о том, что в прениях сторон адвокат Артемов ставил под сомнение допустимость доказательств, Лифанов порочил показания потерпевшего Денисова, Судебная коллегия также находит не состоятельными.
В частности, как видно из протокола судебного заседания во время выступлениях в прениях адвоката Артемова о невозможности Лифановым совершения насильственных действий в отношении детей, адвокат была обосновано остановлена. Председательствующая сообщила, что последние высказывания не относятся к предмету доказывания по уголовному делу и просила присяжных заседателей не принимать это при вынесении вердикта в совещательной комнате (т. 5 л. д. 31).
Высказывания подсудимого Лифанова в прениях о том, что показания потерпевших ничем не подтверждены и не соответствуют действительности, а также суждения стороны защиты о недостаточности доказательственной базы, является ничем иным как позицией защиты и какого - либо вмешательства со стороны председательствующей не требовали.
Из протокола судебного заседания видно, что председательствующей были соблюдены требования уголовно-процессуального закона, определяющего пределы судебного разбирательства с участием присяжных заседателей при выслушивании прений сторон. Нарушения, как со стороны защиты, так и со стороны обвинения, а также подсудимого председательствующей пресекались в течение всего судебного процесса.
Обращаясь к присяжным заседателям с напутственным словом, председательствующая напомнила им о том, что вопросы, заданные свидетелям, подсудимому, которые председательствующей были сняты, и ответы на эти вопросы не должны учитываться при вынесении вердикта.
Также председательствующей было сказано, что все вопросы, которые не относились к предмету этого судебного разбирательства, а также некорректные, заданные повторно, направленные на выяснение обстоятельств, установление которых не входит в компетенцию присяжных заседателей, снимались, поэтому просила не обращать на них внимания в совещательной комнате при вынесении вердикта, а также на ту информацию, которая могла прозвучать.
Председательствующая просила не обращать внимания на прозвучавшие в ходе судебного разбирательства, как из уст участников процесса, так и допрошенных лиц, данные о личности подсудимого, о его семейном и материальном положении, состоянии здоровья его матери и 6 аналогичные сведения в отношении потерпевших и не принимать во внимание эти сведения при оценке доказательств в совещательной комнате.
Таким образом, в напутственном слове председательствующей были напомнены присяжным заседателям все противоречащих закону действиях сторон.
Кроме того, председательствующая выясняла у участников процесса, имеются ли у них возражения в связи с содержанием напутственного слова по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности, возражений со стороны обвинения не поступало (т.5 л.д. 36 - 37).
Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, были сформулированы судьей с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. При постановке вопросов перед присяжными заседателями судьей соблюдены требования ст. 338 и 339 УПК РФ.
Содержание сформулированных вопросов, предъявленного подсудимому обвинения, не выходит.
за рамки Вердикт полностью соответствует требованиям ст. 343 УПК РФ.
Противоречий в ответах на поставленные вопросы не имеется.
Таким образом, ни один из доводов кассационного представления удовлетворению не подлежит, поэтому каких - либо оснований отмены приговора, судебная коллегия не усматривает.
С учетом вышеизложенного, Судебная коллегия на находит оснований для отмены приговора в отношении Лифанова.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389-20, ст. 389-22, ст.
389-28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Московского городского суда от 20 февраля 2013 года с участием присяжных заседателей в отношении Лифанова Александра Владимировича оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Карповой Г.В. и апелляционную жалобу законного представителя несовершеннолетних потерпевших Шевченко В.А.
- без удовлетворения.
7 Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ, в Президиум Верховного Суда Российской Федерации в течение 1 года с момента его провозглашения.
Председательствующий Судьи 8