ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №89-012-43 СС КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва 9 апреля 2013 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Коваля В.С, судей Кулябина В.М. и Земскова Е.Ю., при секретаре Зинченко В.И. рассмотрела в закрытом судебном заседании кассационные жалобы адвоката Ксенофонтова В.В. и осужденного Максимова Э.С. на приговор Тюменского областного суда от 20 сентября 2012 года, которым Максимов Эдуард Станиславович, рождения, уроженец г. Тюмени, несудимый, 10 декабря 1975 года осужден:
по ч. 1 ст. 285 УК РФ на 2 года лишения свободы, по п. «б», «г» ч.З ст.228-1 УК РФ в редакции (ФЗ от 27.07.2009 года №215-ФЗ) на 10 лет лишения свободы с лишением специального звания подполковника полиции и нагрудного знака «За заслуги», по ч. 1 ст. 30, п. «б», «г» ч.З ст.228-1 УК РФ в редакции (ФЗ от 27.07.2009 года №215-ФЗ) на 8 лет лишения свободы с лишением специального звания подполковника полиции и нагрудного знака «За заслуги», а также права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функции представителя власти на срок 5 лет.
2 В соответствии с ч.З ст. 69 УК РФ путем частичного сложения окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 11 лет с лишением специального звания подполковника полиции и нагрудного знака «За заслуги», а также права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функции представителя власти на срок 5 лет.
Заслушав доклад судьи Кулябина В.М., выступление осужденного и его защитника адвоката Пригодина ВВ., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Саночкиной Е.А. об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия
установила:
осужденный признан виновным в том, что работая в должности начальника отдела оперативной службы УФСКН РФ по Тюменской области, являясь должностным лицом, используя свое служебное положение и злоупотребляя своими должностными полномочиями, незаконно сбыл в 2009 году Бикбулатовой Д.Г. наркотическое средство героин общей массой 42,66г, а после ее задержания продолжал незаконно сбывать героин Вершининой А.Г., а также незаконно хранил с целью сбыта наркотическое средство героин массой 33,259г и гашиш массой 8,631 г, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов Российской Федерации, выразившееся в подрыве авторитета государственной власти в глазах граждан, нарушении охраняемых законом прав и интересов общества и государства.
В кассационных жалобах и дополнениях к ним осужденный и его защитник адвокат Ксенофонтов В.В. просят приговор отменить, производство по делу прекратить, указывая, что выводы суда не соответствуют материалам дела, а вина Максимова не доказана. Судом не установлено, что использование Максимовым служебных полномочий повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, общества или государства, в приговоре не указано в чем оно выразилось. Суд необоснованно принял в подтверждение вины Максимова протокол осмотра его кабинета, хотя это доказательство было получено с нарушением закона, в частности ст. 11, 177 УПК РФ. Осмотр был проведен до возбуждения уголовного дела без обоснования неотложности, права Максимову не 3 разъяснялись. Протокол следственного действия был составлен только спустя несколько дней, что лишило Максимова и понятых возможности сделать на него свои замечания в присутствии других участников. Понятой Стоякин показал, что он расписался в нем через несколько дней после проведения осмотра. Ничего об обстоятельствах осмотра он пояснить суду не смог. В протоколе указано, что была изъята карта Сбербанка «Виза» на имя Андреева, поэтому не ясно, откуда в деле появилась карта на имя Сергеева.
Эти нарушения влекут недействительность всех изъятых при осмотре вещественных доказательств. Суд также не учел доводов Максимова о невиновности. Нет доказательств снятия с банковского счета денег именно Максимовым. Наркотик, изъятый в кабинете, мог принадлежать сослуживцу Максимова Дудайто, который скрылся. Дубликат ключей от кабинета имелись и у других сотрудников, о чем показали ряд свидетелей. Они могли быть у Молина, с которым у Максимова сложились неприязненные отношения. Бикбулатова показала, что наркотик ей подкинули работники МВД. Другие ее показания не соответствуют показаниям по делу, по которому она была осуждена за сбыт наркотиков. На нее оказывали давление сотрудники наркоконтроля. Вершинина показала, что наркотик покупала у Анны, с которой неоднократно встречалась. В заключении эксперта (т.2 л.д.177) фигурирует заявление от 17.02.2009года, а в деле имеется только заявление от 18.08.06 года, которое и исследовалось. Из заключений экспертов за №222 (т.20 л.д. 140) и № 7518 (т.20 л.д.152) видно, что масса одного и того же наркотика различна: 0,85г и 0,762г. А в настоящее время стало известно, что наркотик, изъятый из кабинета,был утрачен. В связи с этим необходимо запросить материал служебной проверки по данному факту, осмотреть изъятый наркотик и назначить по нему новую экспертизу.
Суд не проверил обоснованность заведения на Максимова дела оперативного учета, по которому затем никаких оперативных мероприятий не проводилось, а осмотр его кабинета был проведен лишь спустя 4 месяца. Заключение экспертов о том, что 3 телефонных номера мог использовать один Максимов, не соответствует действительности. На Вершинину также оказывали давление сотрудники наркоконтроля, кроме того не проверялась ее вменяемость, хотя она лечилась от наркомании. Суд не дал оценки тому, что в 2009 году Максимов брал кредит на 100 тысяч рублей, что также свидетельствует об отсутствии у него незаконных доходов.
Председательствующий отказал защите предоставить время для подготовки в прениях, чем было нарушено право подсудимого на защиту. Приговор судом был оглашен в присутствии посторонних лиц, что повлекло разглашение секретных сведений и нарушение презумпции невиновности Максимова.
4 Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия приходит к следующему.
Виновность осужденного в содеянном подтверждена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании. Свидетель Бикбулатова показала суду, что Максимов, зная ее как негласного помощника УФСКН, предложил ей заниматься сбытом наркотиков. Для этого она получала от него героин через тайники, о которых узнавала по СМС - сообщениям, после перечисления денег на банковский счет некого Сергеева Андрея. Со слов Максимова, наркотик ей посылала женщина по имени Анна, но в действительности все вопросы Бикбулатова решала только с Максимовым, в том числе о цене наркотика, его качестве, размере партии и о получении наркотика в долг. Героин поступал в пачках из под сигарет, обернутых в полиэтилен и перевязанных нитками. Когда героин был низкого качества, сообщала об этом Максимову, и он обещал его улучшить. Анну не видела и ничего о ней не знает. Изъятый у нее героин был приобретен подобным образом, но сбыть его не успела (т.28 л.д. 105-111). Из показаний свидетеля Вершининой, оглашенных судом в связи с ее смертью, следует, что и она получала предложение о сбыте наркотиков от Максимова и совершала аналогичные действия. В сентябре от Анны пришло СМС сообщение о том, что счет в Сбербанке заблокирован и ей необходимо открыть новый счет, который она открыла в Альфа-Банке на имя своей матери Вершининой Т.Д., карту банка передала Анне через тайник, с ней никогда не встречалась.
Получаемый через тайник наркотик был в упаковках из под сигарет «Парламент» и «Винстон», завернутых в полиэтилен и замотан нитками (т.З л.д.37-46). Из показаний этих свидетелей следует, что телефонный номер 9129275036, с которого приходили все сообщения им передал Максимов.
Данные показания судом были тщательно проверены и обоснованно приняты в подтверждение виновности осужденного, поскольку они не только не противоречат, но и согласуются с другими материалами дела. Так, из показаний свидетелей Мамонтовой и Аверьяновой следует, что в 2009 году Максимову на основании его рапорта для нужд ОРД выдавался паспорт на имя Сергеева А.В. Согласно документам Сбербанка и заключению эксперта осужденным лично был оформлен счет на имя Сергеева А.В. для пользования картой Сбербанка (т.5 л.д.140-143,144-146, 184-188, т.20 л.д. 177181). Им же заключен договор от имени Сергеева А.В. на оказание услуг сотовой связи с использованием двух телефонных номеров (т.4 л.д.2). Из протокола осмотра служебного кабинета Максимова следует, что в нем было обнаружено наркотическое средство героин массой 33,259г и гашиш массой 5 8,631 г, пластиковая карта Сбербанка на имя Сергеева, пластиковая карта Альфа-Банка на имя Вершининой Т.Д., электронные весы, кофемолка, моток ниток, пластиковая ложка, 16 пачек из под сигарет «Парламент», разрезанные полиэтиленовые пакеты (т.2 л.д.27-41). Изъятая наряду с указанными предметами карта Сбербанка на имя Андреева какого - либо отношения к данному делу не имеет.
Кроме того выводы суда подтверждены содержанием журнала учета посетителей в здании УФСКН, протоколами осмотра текстов СМС сообщений, протоколами смс-соединений телефонного номера 9129275036, заключением специалистов о том, что данный номер и номер, зарегистрированный осужденным на имя Сергеева А.В., мог быть использован одним лицом с большой долей вероятности, выписками движения денежных средств по карте Сбербанка на имя Сергеева и карте Альфа-Банка на имя Вершининой, заключениями экспертов и другими доказательствами, анализ и существо которых подробно приведены в приговоре. При таких обстоятельствах суд обоснованно отверг все доводы осужденного о своей невиновности, как противоречащие материалам дела, не доверять которым нет никаких оснований. Все принятые в подтверждение выводов о виновности осужденного доказательства были судом тщательно проверены на предмет их относимости и допустимости, им была дана надлежащая оценка. Так, заключение о возможности использования одновременно двух номеров одним лицом, как обоснованно указал суд, был сделан на основе объективных сведений лицами, не заинтересованными в исходе дела, обладающими специальными познаниями, которые подробно и аргументированно мотивировали свои выводы.
Само по себе получение осужденным банковской ссуды в период совершения инкриминируемых ему действий никак не опровергает выводов суда о его виновности.
Доводы жалоб о том, что на Вершинину и других свидетелей обвинения для получения показаний оказывалось давление, а Вершинина могла быть невменяемой, поскольку на момент дачи показаний лечилась от наркомании, противоречат материалам дела. В частности из показаний свидетеля Кондеевой следует, что Вершинина, находясь в реабилитационном центре, не имела никаких признаков неадекватного поведения, показания давала добровольно. Более того, показания Вершинной подтвердила в суде свидетель Антонова, в том числе и указав о том, что все проблемы 6 Вершининой, связанные с получением наркотических средств через тайники посредством смс - сообщений разрешал начальник УФСБ Максимов, с которым Вершинина общалась по телефону.
Надуманными являются доводы о том, что наркотические средства, предметы, приготовленные для их взвешивания, расфасовки и упаковки, обнаруженные и изъятые в его кабинете при осмотре, могли принадлежать другим лицам или могли быть ему подброшены с целью фальсификации доказательств вины. Эти и другие заявления Максимова о невиновности являлись предметом проверки в судебном заседании и были обоснованно отвергнуты судом как противоречащие перечисленным выше доказательствам. Мотивы, по которым суд их обоснованно отверг, приведены в приговоре. Они полностью основаны на материалах дела. То обстоятельство, что согласно заключению экспертов, изъятые по делу наркотические средства принадлежали к разным партиям, могут свидетельствовать только о длительном характере преступной деятельности Максимова, связанной с незаконным сбытом наркотических средств, и не противоречат выводам суда, изложенным в приговоре. Согласно сведениям, содержащимся в заключениях экспертов о химическом исследовании наркотических средств, часть этих средств расходовалась в процессе исследования, что и влечет за собой несоответствие данных о массе изъятого и исследуемого героина.
Выводы суда о достаточности для признания осужденного виновным в совершении установленных судом деяний совокупности приведенных в приговоре доказательств являются правомерными. В связи с этим каких либо оснований для повторного осмотра изъятых по делу наркотических средств, их повторного экспертного исследования, приобщения материалов служебной проверки в отношении лиц, осуществлявших производство предварительного расследования, у суда не имелось. Не находит таких оснований и Судебная коллегия.
Осмотр служебного кабинета в здании УФСКН был проведен в соответствии с требованиями ст. 176 УПК РФ, допускающей проведение такого следственного действия до возбуждения уголовного дела в случаях, не терпящих отлагательства. Результаты его проведения свидетельствуют, что отложение следственного действия могло привести к утрате обнаруженных в осматриваемом помещении предметов преступления и других вещественных доказательств.
7 Нарушение правил составления протокола является обстоятельством, исключающим возможность его использования при доказывании только в случае, если они создали неустранимые сомнения в достоверности содержащихся в нем данных. Исследовав в судебном заседании показания свидетеля Стоякина ЮГ. о том, что он действительно присутствовал в качестве одного из двух понятых при осмотре служебного кабинета осужденного, подписал изготовленный на следующий день или через день протокол, к содержанию которого замечаний у него не имелось, а также видеозапись данного следственного действия, суд пришел к обоснованному выводу о правильности обстоятельств, изложенных в тексте протокола и отсутствии оснований для признания данного доказательства недопустимым.
Наказание осужденному назначено в пределах, соответствующих минимальным размерам санкции уголовного закона, по которому он признан виновным, и соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам его совершения и личности осужденного. При этом суд учел в качестве смягчающего наказание обстоятельств наличие у осужденного малолетних детей.
Действия осужденного Максимова были судом правильно квалифицированы по п. «б», «г» ч.З ст.228-1 и ч. 1 ст. 30, п. «б», «г» ч.З ст.228-1 УК РФ, как совершенные в отношении наркотических средств в особо крупном размере и с использованием своего служебного положения. Однако квалификация этих же действии еще и по ч.1 ст.285 УК РФ является излишней и подлежит исключению, поскольку других действий с использованием своих служебных полномочий, помимо связанных с незаконным оборотом наркотических средств, Максимов не совершал. Поэтому приговор в этой части следует изменить на основании п.З ч.1 ст.379 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона и исключить из него осуждение Максимова Э.С. за данное преступление, поскольку все содеянное им полностью охватывается п. «б», «г» ч.З ст.228-1 и ч. 1 ст.
30, п. «б», «г» ч.З ст.228-1 УК РФ и не образует совокупности с преступлением, предусмотренным ст.285 УК РФ.
Кроме того, в связи с нарушением уголовно-процессуального закона приговор подлежит изменению в части решения вопроса о судьбе вещественных доказательств.
Суд, принимая решение в соответствии со ст. 81 УПК РФ об уничтожении телефонов Нокиа и Самсунг, изъятых у осужденного, в 8 нарушение требований ст. 7 УПК РФ свой вывод об этом не мотивировал и не учел, что согласно п.1 чЛ ст. 81 УПК РФ, под орудиями преступления понимаются предметы, непосредственно использованные в процессе совершения преступления в целях достижения преступного результата, при условии, что их использование имело непосредственное отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления. Однако то обстоятельство, что именно эти телефонные аппараты непосредственно применялись Максимовым в процессе посягательства в целях достижения преступного результата, то есть использовались им при совершении действий, образующих объективную сторону состава преступления, судом установлено не было. При таких обстоятельствах решение суда в части уничтожения изъятых у осужденного телефонных аппаратов следует признать необоснованным и подлежащим отмене.
В соответствии со ст. 379, 381 УПК РФ нарушение уголовнопроцессуального закона, повлиявшее на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора, является основанием для отмены или изменения судебного решения.
В остальной части Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора по данному делу не имеется.
Председательствующим были приняты все меры для обеспечения состязательности и равноправия сторон. Из протокола судебного заседания следует, что стороны принимали равное участие в обсуждении всех возникающих в рассмотрении дела вопросов и исследовании представленных суду доказательств. Каких-либо ограничений осужденному в реализации его прав, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, не допускалось.
Довод жалоб о нарушении судом права на защиту осужденного, выразившегося в не предоставлении защите времени для подготовки к судебным пренияму противоречит материалам дела. Из протокола судебного заседания следует, что суд, с учетом мнения сторон, предоставил им для подготовки к прениям период времени с 21 до 30 августа 2012года (т.28 л.д.183). Вопреки доводам жалоб о необоснованном провозглашении всего текста приговора, вопрос о порядке провозглашения приговора в случаях рассмотрения дела в закрытом судебном заседании, согласно ч.7 ст.241 УПК РФ, отнесен к исключительной компетенции суда. Как следует из приобщенного к материалам дела текста выступления в судебном заседании осужденного, он ссылается на неполноту протокола судебного заседания и 9 его несоответствие ходу судебного заседания. Эти доводы являются надуманными и противоречат материалам дела, из которого следует, что Максимов с заявлением об ознакомлении с протоколом судебного заседания или о получении его копии не обращался, соответственно с протоколом не знакомился и свои замечания на него в установленном порядке, предусмотренном правилами ст.260 УПК РФ, не подавал, в связи с чем оснований для их рассмотрения не имеется. Кроме того, выступление осужденного хотя и озаглавлено как дополнения к кассационной жалобе, однако ходатайств о приобщении его в качестве дополнительной кассационной жалобы осужденный в подготовительной части судебного заседания не заявлял. В ходе кассационного рассмотрения Максимов заявил ходатайство о приобщении его к материалам дела в качестве письменного текста своего выступления в судебном заседании, которое было удовлетворено.
Наказание осужденному назначено на основании всех требований закона и соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам его совершения и личности осужденного.
Поэтому оснований считать его несправедливым вследствие суровости не имеется. Каких-либо обстоятельств, которые бы суд не учел при назначении ему наказания, в жалобе не приводится, не находит таковых и Судебная коллегия.
Учитывая изложенное и РФ, Судебная коллегия, руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК определила'.
приговор Тюменского областного суда от 20 сентября 2012 года в отношении Максимова Эдуарда Станиславовича изменить.
Исключить из него осуждение Максимова Э.С. за преступление, предусмотренное ч.1 ст.285 УК РФ.
На основании ч.З ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «б», «г» ч.З ст.228-1 и ч. 1 ст. 30, п. «б», «г» ч.З ст.228-1 УК РФ, путем частичного сложения окончательно назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет 6 месяцев с лишением специального звания подполковника полиции и нагрудного знака «За заслуги», а также права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функции представителя власти на срок 5 лет.
10 Вещественные доказательства - телефоны Нокия и Самсунг, возвратить осужденному Максимову Э.С.
В остальной части приговор оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного и его защитника без удовлетворения.
Председательствующий Судьи: