ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №41-КГ13-12
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва 10 и ю н я 2 0 1 3 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Назарова А.М., изучив по материалам истребованного дела кассационную жалобу Аникиной А.А. на определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 июня 2012 года по делу по иску Аникиной Аллы Алексеевны к Государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страховых выплат по потере кормильца,
установила:
Аникина А.А. обратилась в суд с иском к Государственному учреждению Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страховых выплат по потере кормильца, ссылаясь на то, что она являлась супругой Аникина В.Г., умершего 13 ноября 2008 года. Причина смерти супруга связана с профессиональным заболеванием, полученным им в результате исполнения трудовых обязанностей на предприятиях ОАО «Ростовуголь». Получаемое супругом при жизни страховое возмещение в размере 12 796 руб. и пенсия по старости 5 725 руб. 10 коп. значительно превышали размер пенсии, получаемой истцом в сумме 4 871 руб., и являлись для неё основным и постоянным источником средств существования, в связи с чем истец, уточнив заявленные требования, просила суд установить факт нахождения её на иждивении мужа Аникина В.Г. на день его смерти 13 ноября 2008 года, назначить ежемесячные страховые выплаты с 1 апреля 2009 года в 2 размере 7 230 руб. ежемесячно с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.
Ответчик иск не признал.
Решением Шахтинского городского суда от 15 мая 2012 года заявленные требования удовлетворены. Установлен факт нахождения Аникиной А.А. на иждивении супруга Аникина В.Г. на день его смерти 13 ноября 2008 года.
Ответчик обязан назначить страховые выплаты Аникиной А.А. с 1 апреля 2009 года в размере 7 230 руб. 02 коп. с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 июля 2012 года названное решение суда отменено, вынесено новое решение, которым Аникиной А.А. отказано в удовлетворении требований к Государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страховых выплат по потере кормильца.
В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос о ее передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации и отмене состоявшегося по делу судебного постановления.
По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При изучении доводов кассационной жалобы Аникиной А.А. по материалам истребованного дела установлены основания для передачи кассационной жалобы Аникиной А.А. с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции указал на то, что истец не могла находиться на иждивении мужа, так как имела самостоятельный и постоянный источник дохода - пенсию в размере 4 871 руб., социальные выплаты, размер которых за 2008 год составил 5 814 руб.
Кроме того, судебная коллегия также указала на то, что Аникина А.А. не доказала факт расходования средств, получаемых умершим супругом, на нужды истца.
Оспаривая законность обжалуемого судебного постановления, заявитель кассационной жалобы указывает на то, что при рассмотрении настоящего дела 3 судом апелляционной инстанции допущено такого рода существенное нарушение норм материального права, повлиявшее на исход дела, которое может быть устранено только путем его пересмотра в кассационном порядке.
Согласно абзацу 2 части 2 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного лица в результате наступления страхового случая имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.
В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.
В связи с этим подлежит установлению одновременно наличие двух признаков: постоянность источника средств существования и установление того, что такой источник является основным для существования лица.
Как указывает в кассационной жалобе Аникина А.А., суд первой инстанции пришел к выводу о том, что представленные доказательства, с достоверностью подтверждающие факт постоянного предоставления ей умершим супругом средств к существованию, а также указывающие на то, что доходы супруга являлись основным источником средств к ее существованию.
Суд апелляционной инстанции при постановлении нового решения не опровергнул эти доводы, указав на то, что размер её ежемесячной пенсии не ниже прожиточного минимума, а также на то, что истец не доказала факт расходования средств, получаемых умершим супругом, на собственные нужды, в частности на приобретение лекарств для её лечения.
Однако согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного может быть предоставлено и в том случае, если решением суда будет установлено, что при жизни застрахованный оказывал нетрудоспособным лицам постоянную помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, несмотря на имеющийся у этих лиц собственный ДОХОД.
Кроме того, как разъясняется в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 года № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение», установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение, в том числе для возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В 4 тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал стипендию, пенсию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.
Таким образом, само по себе наличие у нетрудоспособного лица, каковым является Аникина А.А. (пенсионер по старости), получающего материальную помощь от другого лица, иного дохода (пенсии) не исключает возможности признания его находящимся на иждивении.
Как указано в кассационной жалобе, Аникин В.Г. получал трудовую пенсию по старости в размере 5 725 руб. 10 коп., ежемесячную страховую выплату в размере 12 796 руб. Общий доход семьи равнялся 23 392 руб., из него собственный ежемесячный доход истца составлял лишь 4 871 руб.
Кроме того, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что Аникина А.А. не доказала факт расходования средств, получаемых супругом, на свои нужды.
Между тем в соответствии с положениями статей 34 и 35 Семейного кодекса Российской Федерации определяется понятие совместной собственности супругов, куда входят и полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). При этом владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.
Приведенные доводы заслуживают внимания, в связи с чем кассационную жалобу Аникиной А.А. с делом следует передать для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 381 и 384 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определила:
кассационную жалобу Аникиной А.А. с делом передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Судья Верховного Суда Российской Федерации /7 /Л ^ / * М. Назаров,