^ ф ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 71п13пр ПОСТАНОВЛЕНИЕ об отказе в удовлетворении надзорной жалобы г. М о с к в а <<^7» м а р т а 2 0 1 3 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Дзыбан А.А., изучив надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. о пересмотре постановления Тульского областного суда от 31 октября 2012 года и кассационного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2012 года в отношении Белова Сергея Владимировича,
УСТАНОВИЛ:
постановлением Тульского областного от 31 октября 2012 года Белову Сергею Владимировичу, родившемуся 15 ноября 1975 года в пос. Скуратово г. Тулы, совершившего в состоянии невменяемости запрещенные уголовным законом общественно-опасные деяния, предусмотренные ч.2 ст. 162, п. «в» ч.4 ст. 162, пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, изменено применение принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа на амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра по месту жительства сроком на 6 месяцев.
Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2012 года постановление в отношении Белова С В . оставлено без изменения.
В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. поставлен вопрос об отмене постановления и кассационного определения в отношении Белова С В . и 2 направлении материала на новое рассмотрение. При этом указано, что медицинской комиссией был сделан вывод, что Белов по своему психическому состоянию в настоящее время социальной опасности не представляет, в продлении принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа не нуждается.
Суд, согласившись с выводами данной медицинской комиссии, принимая решение об изменении Белову принудительной меры медицинского характера с принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа на амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра, не принял во внимание, что данное заключение дано без глубокого и всестороннего обследования, полного анализа всех материалов дела и медицинских документов о состоянии здоровья Белова и надлежащего исследования личности последнего.
При этом судом, несмотря на небольшой временной промежуток и тяжесть поставленного диагноза, оставлены без внимания результаты освидетельствования Белова от 01 марта 2010 года, согласно которым тот по своему психическому состоянию представляет повышенную опасность для общества.
Выявленное у Белова патологическое влечение к алкоголю в раннем возрасте, перешедшее в хроническое, требует применения активных мер медицинского характера, комплекса лечебно-реабилитационных мероприятий.
Тем более что в судебном заседании ни врач-докладчик, ни законный представитель Белова не выразили уверенности в надлежащем поведении последнего, в случае употребления им алкоголя, под влиянием которого он может вновь совершить общественно опасное деяние, а так же в добровольном приеме лекарственных препаратов.
Вывод суда о том, что у Белова отсутствует тяга к алкоголю, как указано в надзорном представлении, не основан на материалах дела. Белов находился в психиатрическом стационаре в течение 7 лет, то есть в фактической изоляции от общества, не имея доступа к алкоголю. Как и всякая другая болезнь, алкоголизм не возникает и не проходит вдруг, а имеет свои доклинические проявления - бытовое пьянство. Тем более что по медицинскому заключению в описании психического состояния у Белова «волевые побуждения значительно снижены». При этом какого-либо медикаментозного лечения от алкоголизма в отношении Белова не применялось, о чем свидетельствуют заключения как от 1 марта 2010 года, так и от 1 октября 2012 года.
Кроме того, в описательной части медицинского заключения № 296 указано, что реальных планов на будущее у Белова нет. В резолютивной части имеется вывод, что Белов строит планы на будущее. Врач - докладчик в судебном заседании объяснил это технической ошибкой. Данное 3 противоречие, по мнению автора надзорного представления, вызывает сомнение в объективности заключения, что в свою очередь подтверждает тот факт, что решение о переводе Белова на амбулаторное лечение является преждевременным.
Принимая во внимание имеющиеся противоречия между указанными выше заключениями, которые невозможно преодолеть в судебном разбирательстве путем допроса экспертов, необходимо, как указано в надзорном представлении, назначить повторную либо дополнительную судебно-медицинскую экспертизу Рассмотрев надзорное представление с проверкой материалов дела, оснований для его удовлетворения не нахожу.
С доводами надзорного представления о том, что решение суда о переводе Белова на амбулаторное лечение является преждевременным, согласиться нельзя.
В соответствии с ч.З ст. 102 УК РФ и ч.б ст.445 УПК РФ, суд прекращает или изменяет применение принудительной меры медицинского характера в случае такого психического состояния лица, при котором отпадает необходимость в применении ранее назначенной либо возникает необходимость в назначении иной принудительной меры медицинского характера.
Как видно из материалов дела, в ходе судебного разбирательства при рассмотрении ходатайства психиатрической больницы об изменении Белову принудительной меры медицинского характера с принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа на амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра, суд тщательно исследовал все материалы дела, в том числе постановления о назначении, изменении принудительных мер медицинского характера от 23 марта 2010 года, 23 марта 2011 года, 10 октября 2011 года, 25 апреля 2012 года (л.д.23-24 т.5, л.д. 55-56 т.5, л.д.88-89 т.5, л.д. 124-126 т.5) и акт медицинского освидетельствования Белова № 296 от 1 октября 2012 года, из которых следует, что состояние здоровья Белова постепенно улучшается.
Согласно акту медицинского освидетельствования № 296 от 1 октября 2012 года, комиссия врачей-психиатров пришла к заключению, что Белов, страдающий шизофренией, параноидная форма, непрерывное течение, послабление процесса, на фоне выраженного эмоционально-волевого дефекта психики (психопатоподобного), находится в состоянии ремиссии, на что указывает стабильность его психического состояния, ровное настроение, отсутствие галлюцинаторно-бредовой симптоматики, агрессивных поступков и мыслей, положительные установки на продолжение амбулаторного лечения 4 в психиатрическом диспансере по месту жительства, наличие реальных планов на будущее, ровные доброжелательные взаимоотношения с родственниками, критическое отношение к совершенному общественноопасному деянию и болезни, поэтому Белов по своему психическому состоянию в настоящее время социальной опасности не представляет, в продлении принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа не нуждается. Однако для более полной социальной адаптации ему необходим контроль и поддержка со стороны психоневрологического диспансера, а также продолжение медикаментозной терапии, в связи с чем он нуждается в амбулаторном принудительном лечении и наблюдении у психиатра по месту жительства. По своему психическому состоянию Белов способен к соблюдению предписанного режима в амбулаторных условиях.
Представитель психиатрического стационара врач-докладчик Игнатов В.В. в судебном заседании подтвердил данные выводы комиссии врачейпсихиатров, пояснив при этом, что при составлении исследовательской части заключения им была допущена ошибка и указано, что планов на будущее Белов не строит.
Законный представитель Белова Т.А. показала, что у нее, ее дочери, внука с Беловым сложились доброжелательные отношения. Он стал нормально с ними общаться. У них двух комнатная квартира. Белов будет проживать в ее (Беловой) комнате. Ее дочь и внук согласны со вселением Белова в их квартиру. Он намерен помогать ей в домашнем хозяйстве и в работе на даче. Как пенсионерка она имеет возможность постоянно контролировать поведение Белова, в случае ухудшения состояния его здоровья или приема алкоголя поставит вопрос о его госпитализации в психиатрический стационар.
Сам Белов также подтвердил наличие у него планов на будущее, пояснив, что намерен помогать матери по хозяйству и работать грузчиком.
Суд, исследовав вышеуказанные доказательства, правильно признал, что противоречий, недостаточной ясности и полноты в заключении № 296, которые могли бы повлечь назначение дополнительной или повторной судебно-психиатрической экспертизы, не усматривается.
Доводы надзорного представления о необоснованности вывода суда об отсутствии у Белова тяги к алкоголю проверялись судом и признаны противоречащими материалам дела, в том числе акту медицинского освидетельствований № 296 от 1 октября 2012 года, объяснениям врачадокладчика Игнатова В.В., законного представителя Беловой Т.А. и самого Белова, из которых усматривается, что у Белова тяга к спиртному отсутствует, Белова Т.А. намерена и имеет возможность осуществлять контроль за ним, кроме того контроль за состоянием здоровья Белова будет осуществляться со стороны психоневрологического диспансера.
Кроме того, согласно требованиям ч.2 ст.405 УПК РФ, пересмотр в порядке надзора указанного постановления и кассационного определения в отношении Белова по основаниям, влекущим за собой ухудшение его положения, допускаются в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены фундаментальные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на законность судебных решений.
Фундаментальных нарушений уголовно-процессуального указанных в ч.З ст.405 УПК РФ, по данному делу не установлено.
закона, С учетом вышеизложенного, оснований для отмены постановления Тульского областного суда и кассационного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в отношении Белова Сергея Владимировича не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь п.1 ч.З ст. 406 УПК РФ, ПОСТАНОВИЛ:
отказать в удовлетворении надзорного представления заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. о пересмотре постановления Тульского областного суда от 31 октября 2012 года и кассационного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2012 года в отношении Белова Сергея Владимировича.
Судья Верховного Суда Российской Федерации /м~) /I А.А.Дзыбан