ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №20-012-1 1 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 31 мая 2012 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Скрябина К.Е.
судей Истоминой Г.Н. и Шалумова М.С.
при секретаре Кошкиной А.М.
рассмотрела в судебном заседании от 31 мая 2012 года кассационные жалобы осужденного Ражаева М.В. и его защитника Магомадова М.Д. на приговор Верховного суда Республики Дагестан от 30 января 2012 года, которым Ражаев Мансур Висаитович, родившийся 12 марта 1977 года в г. Грозный Чечено-Ингушской АССР, не судимый, осужден по ст. 279 УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ст. 317 УК РФ к пожизненному лишению свободы.
По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено пожизненное лишение свободы.
2 На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного приговором Верховного суда Чеченской Республики от 4 апреля 2008 года окончательно назначено пожизненное лишение свободы в исправительной колонии особого режима.
Срок наказания исчислен с 8 августа 2007 года.
Ражаев осужден за участие в вооруженном мятеже в целях насильственного изменения конституционного строя Российской Федерации и нарушения территориальной целостности Российской Федерации, а также за посягательство на жизнь военнослужащего Эрднеева Б.О. в целях воспрепятствования законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечения общественной безопасности и из мести за такую деятельность.
Преступления совершены им в сентябре 1999 года на территории Новолакского района Республики Дагестан при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., объяснения осужденного Ражаева М.В., его защитника адвоката Германозашвили ВВ., поддержавших доводы кассационных жалоб об отмене приговора, мнение прокурора Прониной Е.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия
установила:
В кассационной жалобе адвокат Магомадов М.Д. указывает на несоответствие выводов суда о виновности Ражаева в участии в вооруженном мятеже и посягательстве на жизнь военнослужащего Эрднеева фактическим обстоятельствам дела.
Подробно приводя показания Ражаева в судебном заседании, автор жалобы отмечает, что Ражаев не принимал участия в нападении на территорию Дагестана с чеченскими боевиками и убийстве солдата.
Явку с повинной он нгписал под диктовку оперативных работников ОРБ ЧР и сотрудников администрации колонии.
На воспроизведенной в судебном заседании видеозаписи отражен момент посещения им боевиков в лесополосе, куда он и его напарник привезли воду по просьбе Джамбула га. На этой записи видно, что у него нет боевого снаряжения, его нет в колонне боевиков, которые строем следуют в неизвестном направлении. На этой видеозаписи не запечатлен момент казни солдата азиатской внешности. Запечатлен лишь тот момент, когда Ражаев уложил солдата на землю, склонился к нему с ножом, именно в этот момент к нему подошел боевик в маске, взял нож и казнил солдата.
Явка с повинной Ражаева от 19 мая 2010 года вызывает сомнение, довод Ражаева о написании ее под диктовку не опровергнут, в силу ч. 2 ст.
3 74 УПК РФ явка с повинной не является доказательством, и она не могла быть положена судом в основу приговора.
Необоснованно положены судом в основу приговора и показания Ражаева в качестве подозреваемого от 15 июля 2010 года, в качестве обвиняемого от 23.10.2010 года, поскольку в них не содержатся сведения, уличающие его в совершении преступлений.
Из предъявленной на обозрение Ражаеву видеозаписи он указал на промежуток времени с 00 мин. 42 секунд до 00 минут 48 секунд, когда он привез воду по просьбе парня по имени Джамбулат и на промежуток времени с 12 минут 22 секунд до 13 минут 08 секунд, когда он вынужденно совершает действия, направленные на лишение жизни солдата Эрднеева и добровольно прекращает их, осознавая возможность доведения их до конца.
Показания Ражаева подтвердил допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Мукаев. Однако, суд взял за основу показания Мукаева на предварительном следствии, хотя они не содержат сведений, уличающих Ражаева в совершении преступлений.
Необоснованно суд сослался в приговоре и на показания не допрошенного по настоящему делу Хасаева Т.А., на противоречивые показания на предварительном следствии Дандаева, который не подтвердил их в судебном заседании, и совместно со своим защитником заявили ходатайство о признании их недопустимым доказательством в связи с нарушением его права на участие в допросе адвоката.
Кроме того, суд ука^ал в приговоре, что показания Ражаева о непричастности к преступлениям опровергаются показаниями потерпевших и многочисленных свидетелей - жителей с. Тухчар, не раскрыв при этом в нарушение требований ст. 307 УПК РФ содержание показаний указанных лиц.
Необоснованно исследованы в судебном заседании вступившие в законную силу приговоры Верховного суда Республики Дагестан в отношении Хасаева, Мукаева, Дандаева, и им придано преюдициальное значение, хотя в них нет доказательств вины в отношении Ражаева.
Довод Ражаева о добровольном прекращении действий по лишению жизни Эрднеева следует расценивать как добровольный отказ. Бесспорных и достаточных доказательств виновности Ражаева не имеется.
Но даже если и согласиться с выводом суда о его виновности, то с учетом данных о личности Ражаева, наличии у него малолетних детей, отсутствия судимости суд не имел оснований для назначения пожизненного лишения свободы.
Просит приговор отменить, «оправдать» Ражаева, освободив его из-под стражи с правом реабилитации.
Об этом же ставит вопрос в своей кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный Ражаев М.В., приводя при этом аналогичные доводы о непричастности к совершению преступлений, за которые он осужден, о допущенных судом нарушениях требований ст. 307 УПК РФ при составлении 4 приговора, при оглашении приговоров в отношении Хасаева, Мукаева и Дандаева, на нарушения закона при допросе в качестве свидетеля Дандаева.
Давая подробный анализ и оценку исследованным доказательствам:
явке с повинной, своим показаниям на предварительном следствии, показаниям Мукаева, Хасаева, Дандаева, обращает внимание на то, что они не содержат сведений о его причастности к совершению преступлений, а также на противоречивость и предположительный характер показаний свидетелей.
Полагает, что показания указанных лиц не подтверждают его виновность, а, напротив, свидетельствуют в его пользу.
Отраженные же в протоколах их допросов на предварительном следствии сведения о том, что он поднес нож к голове солдата, противоречат содержанию видеозаписи.
Протокол видеозаписи с участием переводчика показывает, что он добровольно отказался от убийства солдата азиатской внешности. На видеозаписи не отображен сам процесс казни солдата, видеозапись прекращается в тот момент, когда он выпрямился и стал озираться по сторонам, то есть, когда он прекратил действия, направленные на убийство солдата.
Показания свидетеля Мукаева неправильно приведены в приговоре, он не давал в судебном заседании показаний о том, что каждый, кто брался за казнь солдата, завершал ее до конца.
Признавая явку с повинной допустимым доказательством, суд сослался в приговоре на материалы уголовного дела, которые не были исследованы в судебном заседании.
Вывод суда о том, что он поменял фамилию, имя, отчество с целью избежать уголовной ответственности, что эта замена имела место после 2002 года, является необоснованным. Утверждает, что поменял свои анкетные данные по семейным обстоятельствам в конце 1999 года.
Судом искажены в приговоре показания свидетеля Ахмадовой, что его звали «Вали», полагает, что суд упустил последнюю букву имени «д» для того, чтобы придать правдоподобность показаниям Дандаева и Мукаева о том, что одного из боевиков звали Али.
Неправильным считает и вывод суда о том, что между его действиями, направленными на казнь солдата, и действиями Умара Карпинского, направленными на казнь шестого солдата, прошло 10 секунд. Это, по его мнению, не может соответствовать действительности, так как видеозапись велась отрывками, а время, отображенное на видеозаписи, показывает продолжительность самой видеозаписи, а не продолжительность и последовательность событий. Кроме того между его действиями и действиями Умара Карпинского видеозапись оборвана. После того как он уложил солдата, а затем выпрямился во весь рост, видеозапись обрывается, а затем начинается с отображения мужчин, лежащих на земле с окровавленными лицами и Умара Карпинского, совершающего казнь шестого солдата. С учетом этого считает, что невозможно установить 5 реальное время между его действиями и действиями Карпинского. Суд же, установив это время в 10 секунд, ошибся.
Содержание видеозаписи о том, что мужчина, уложив солдата азиатской внешности на землю, приложил к его горлу нож, неправильно отражено в приговоре, оно не соответствует видеозаписи, при просмотре которой видно, что он не подносил нож ни к горлу, ни к голове потерпевшего, а как только уложил солдата на землю, сразу распрямился.
Кроме того судом при рассмотрении дела допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.
В ходе предварительного слушания его ходатайство о вызове и допросе в судебном заседании свидетеля Вагапова Р.Ш. удовлетворено. Однако, несмотря на принятое решение, суд не принял мер для обеспечения явки этого свидетеля в судебное заседание.
Председательствующим в нарушение права защитника первым задать вопросы подсудимому, стал первым его допрашивать по обстоятельствам дела, стараясь при этом уличить его в совершении преступлений.
Обращает внимание на то, что видеозапись, приобщенная к материалам уголовного дела в отношении него, и видеозапись, приобщенная к материалам уголовного дела в отношении Дандаева, отличаются качеством изображения, продолжительностью, а также последовательностью отображенных событий, но этот факт оставлен судом без внимания.
В нарушение закона демонстрация фотографий с его изображением, а также просмотр видеозаписи казни солдат произведены до его допроса, что нарушает его право на защиту и влечет отмену приговора.
Председательствующий в судебном заседании фактически взял на себя функцию обвинения, допрашивал его, стараясь подвергнуть сомнению его показания и опровергнуть его доводы.
Не согласен он и с решением, принятым председательствующим по результатам рассмотрения замечаний, поданных им и его защитником на протокол судебного заседания.
Суд проигнорировал выдвинутые им в свою защиту доводы.
В частности, он пояснял, и это подтверждается справками, что он с 1995 года по 1997 год работал в ОВД Заводского района г. Грозного, а в сентябре 1999 года работал в МВД Чеченской Республики, что не является незаконным вооруженным формированием, как об этом указано в приговоре.
Он на законных основаниях находился на посту около с. Герзель Чеченской Республики, будучи одетым в камуфляжную одежду, имея при себе табельное оружие. При просмотре видеозаписи, на которой изображены боевики, видно, что он в отличие от других одет в футболку, на нем нет разгрузки с боекомплектом и автомата, что подтверждает его показания о том, что он подъехал к боевикам с коллегой по работе и оставил свое оружие в автомашине. Нет его и в колоне боевиков, выдвинувшихся в сторону Дагестана, не было его и в числе боевиков, напавших на блокпост военнослужащих около с. Тухчар 5 сентября 1999 года.
6 Полагает, что фрагмент записи, на которой изображен момент убийства солдата азиатской внешности боевиком в маске по имени Ислам, о чем он неоднократно заявлял, умышленно вырезан.
Вывод суда со ссылкой на показания Хасаева и Дандаева о том, что никто не препятствовал казни солдат, опровергается видеозаписью, на которой слышно, что кто-то выступал против казни, словами в промежутке записи с 12 мин. 09 сек. до 12 мин. 20 сек. с просьбой не бить автоматом, а также показаниями Мукаева о том, что он просил не убивать солдат.
Приговор постановлен судом через сутки после истечения срока содержания его под стражей, в связи с чем считает незаконным содержание его под стражей с 29 августа 2011 года. После постановления приговора суд необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства об ознакомлении со всеми материалами уголовного дела.
С учетом этого считает выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, судом не учтены существенные обстоятельства, допущены нарушения закона, что повлекло вынесение необоснованного и несправедливого приговора.
В возражениях на кассационную жалобу адвоката государственный обвинитель Лозицкий В.И. просит оставить приговор без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденного в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.
Доводы жалоб о непричастности Ражаева к убийству военнослужащего Эрднеева не основаны на материалах дела и опровергаются следующими доказательствами.
Так, сам осужденный Ражаев пояснил в судебном заседании, что присутствовал на месте казни пленных солдат вооруженных сил Российской Федерации. После того как казнили четверых солдат Умар «Карпинский» передал ему нож и потребовал казнить пятого солдата. Взяв нож, он подошел к лежащему солдату азиатской внешности, поднял его с земли, схватил за воротник, отвел в сторону, применив к нему физическую силу, уложил солдата на землю, зажал между ног и наклонился над ним с ножом.
Однако он не смог убить солдата, подошел Ислам и незнакомый ему боевик, Ислам забрал у него нож и перерезал горло тому солдату. После этого он с одним из боевиков оттащил труп этого солдата в сторону.
В подтверждение правдивости своих показаний об отказе от убийства Эрднеева, осужденный Ражаев как в судебном заседании, так и в кассационной жалобе, ссылается на видеозапись казни военнослужащих, на 7 которой не зафиксирована казнь солдата Эрднеева, что, по его мнению, подтверждает его непричастность к убийству потерпевшего.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб о том, что суд дал неправильную оценку приобщенной к материалам делам и просмотренной в судебном заседании видеозаписи, на которой отражен ход казни российских военнослужащих, и неправильно сослался на нее как на доказательство виновности Ражаева.
Как следует из протокола осмотра видеозаписи и просмотренной в судебном заседании видеозаписи, в промежутке времени с 12 минут 59 секунд до 13 минут 10 секунд изображен мужчина, одетый полностью в камуфлированную одежду с ножом в правой руке. Этот мужчина хватает за воротник второго мужчину, укладывает его на землю лицом вниз, сам становится над ним так, что лежащий мужчина находится у него между ног, затем мужчина в камуфлированной одежде с ножом в правой руке наклоняется над лежащим, в это время за кадром слышна речь и мужчина с ножом в руке выпрямляется и оглядывается.
Далее в промежутке времени с 13 минут 20 секунд до 14 минут 25 секунд производится съемка лежащих на земле у бетонного столба с окровавленными шеями мужчин, далее видеокамера переводится сначала на лежащего на земле без признаков жизни мужчину, а затем на лежащего на земле без признаков жизни Эрднеева, после чего продолжается съемка лежащих у бетонного столба окровавленных мужчин, затем к одному из лежащих у столба мужчин подходит мужчина, одетый в камуфлированную одежду с ножом в правой руке, берет его за голову и производит ножом режущее движение по шее.
Из показаний потерпевшего Эрднеева О.О., которому в ходе предварительного следствия была продемонстрирована видеозапись, следует, что на видеозаписи в промежутке времени 12 мин. 47 секунд изображен его сын Эрднеев Б.О., к нему подошел парень кавказской внешности, поднял сына за воротник, отвел в сторону, уложил на землю, зажал его между ног, затем в промежутке времени с 13 минут 28 секунд до 13 минут 31 секунды на видеозаписи изображен на земле его сын с перерезанным горлом без признаков жизни.
В судебном заседании Ражаев пояснил, что на кадрах в промежутке времени с 12 минут 59 секунд до 13 минут 10 секунд изображен он с ножом в руке и солдат азиатской внешности, которого он уложил на землю, а в промежутке записи с 15 минут 44 секунд до 15 минут 57 секунд также изображен он вместе с другим боевиком он тащит за ноги труп солдата азиатской внешности, которого убил Ислам.
8 Процесс лишения жизни потерпевшего Эрднеева действительно не изображен на видеозаписи. Однако, вопреки доводам жалобы Ражаева, данные, свидетельствующие о прерывании и возобновлении видеозаписи казни солдат в судебном заседании не установлены.
При просмотре видеозаписи видно, что лицо, производившее съемку казни солдат, переводит камеру с одного объекта на другой.
В судебном заседании было исследовано заключение эксперта от 17 сентября 2010 года по результатам исследования оптического диска с видеозаписью убийства военнослужащих, согласно которому видеосъемка событий, запечатленных на гредставленной на исследование видеокассете, проводилась в один промежуток времени с одной и той же точки, видеосигнал поступал на видеозаписывающий аппарат с одной видеокамеры.
По качеству видеозаписи исследуемая видеограмма не содержит ярко выраженных помех и искажений изображения, которые вносили бы неоднозначность в смысловое содержание зафиксированных на видеокассете происходящих событий. Исследуемая видеограмма является непрерывной, на всем ее протяжении остановок счетчика фреймеров воспроизводящего видеоплеера не выявлено, признаков монтажа изображения, в пределах разрешающей способности аппаратуры, имеющейся в распоряжении экспертов, не выявлено, (т. № 13 л.д. 213, т. № 8 л.д. 227-234) Приведенным заключением эксперта, содержанием видеозаписи опровергаются доводы жалобы Ражаева о том, что в месте, куда он отвел потерпевшего в сторону, склонился над ним с ножом и выпрямился, запись была прервана, убийство Эрднеева боевиком по имени Ислам вырезано, а затем возобновлена в момент казни шестого солдата Умаром Карпинским.
Проанализировав содержание видеозаписи, протокола ее осмотра, суд обоснованно пришел к выводу о том, что между действиями Ражаева, направленными на лишение жизни Эрднеева и действиями Умара Карпинского, направленными на казнь шестого солдата, прошло 10 секунд, при этом поведение Ражаева было свободным, естественным, нож в его руке находился с самого начала казни, его действия в отношении Эрднеева, которого он отвел в сторону, с применением физической силы уложил на землю, зажал между ног, склонился над ними с ножом, были уверенными, а их характер явно свидетельствует о намерении Ражаева лишить потерпевшего жизни.
Доводы Ражаева, поддержанные им в кассационных жалобах, о том, что осужденный действовал по принуждению Умара Карпинского, суд обоснованно отверг по указанным мотивам.
9 Принимая во внимание тот факт, что в момент, когда Ражаев отвел в сторону Эрднеева, уложил на землю, зажав его между ног, рядом с ними других лиц не было, а также, исчисляемый секундами промежуток времени между изображением действий Ражаева, направленными на причинение смерти Эрднееву, изображением трупа Эрднеева и изображением действий Умара Карпинского, направленными на убийство шестого солдата, суд обоснованно пришел к выводу о том, что за это время никто другой, кроме Ражаева, не имел возможности совершить убийство Эрднеева.
Этот вывод суда подтверждается и показаниями Мукаева и Дандаева, данными ими на предварительном следствии, содержание которых подробно приведено в приговоре, и из которых следует, что солдата азиатской внешности убил боевик, который отвел его в сторону, уложил на землю, наклонился над ним и поднес нож к голове.
Хотя Мукаев и Дандаев пояснили, что не видели сам момент убийства, в то же время Мукаев пояснил в судебном заседании, и эти его показания правильно приведены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания, что боевики, которые брались за казнь солдат, доводили свои действия до конца, а Дандаев пояснил, что в тот же день от других боевиков ему стало известно, что боевик по имени Али перерезал горло ножом солдату азиатской внешности.
Умар Карпинский никого не принуждал участвовать в казни солдат, он предложил боевикам, у которых погибли близкие родственники, отомстить за них, зарезав пленных солдат, после чего боевики добровольно приняли участие в казни солдат.
Хотя в судебном заседании Мукаев и Дандаев и не опознали Ражаева, однако на представленной им видеозаписи они указали именно на Ражаева, называя его боевиком по имени Али.
Показания Мукаева и Дандаева о действиях, совершенных боевиком по имени Али, а именно о том, что он наклонился с ножом к солдату азиатской внешности, поднеся нож к его голове, вопреки доводам жалоб соответствуют видеозаписи, из которой следует, что в тот момент, когда Ражаев наклонился над Эрднеевым, то нож, который осужденный держал в правой руке, находился в непосредственной близости от головы потерпевшего.
Допрошены были Мукаев и Дандаев на предварительном следствии с соблюдением закона. Дандаев в качестве подозреваемого и обвиняемого был допрошен с участием защитника, перед допросом его в качестве свидетеля 24 января 2011 года ему было разъяснено право пригласить защитника для участия в допросе, однако он такого ходатайства не заявил. По окончании 10 допросов Дандаев своей подписью заверил правильность отраженных в протоколах показаний. При таких данных суд правильно признал показания Мукаева и Дандаева допустимыми доказательствами и сослался на них в приговоре.
Не основаны на материалах дела и доводы жалоб о непричастности Ражаева к участию в незаконном вооруженном формировании.
Как следует из оглашенной в судебном заседании явки с повинной от 19 мая 2010 года, Ражаев, отбывая наказание в ФБУ ИЗ-5/3 УФСИН России по Омской области, явился с повинной и указал, что в сентябре 1999 года он участвовал в вооруженном нападении на с. Тухчар Новолакского района Республики Дагестан в составе бандформирования общей численностью до 100 человек под руководством заместителя министра Умара Эдилсултанова, при себе имел огнестрельное оружие - автомат Калашникова и пистолет Макарова с боеприпасами к ним - из которого производил выстрелы в сторону поста федеральных сил, находящегося у селения. В явке с повинной он назвал лица, которые также принимали участие в нападении на с. Тухчар.
В указанном протоколе явки с повинной также отмечено, что написана она собственноручно, без психического, морального и психологического воздействия.
Оценивая протокол явки с повинной, суд вопреки доводам жалобы не ссылался на материалы дела, неисследованные в судебном заседании, а исходил только из отраженных в протоколе сведений, и правильно отметил в приговоре, что принята она была старшим оперуполномоченным оперативной группы ФБУ УФСИН России по Омской области майором внутренней службы Е.И. Ровинским во время отбывания Ражаевым наказания, что сведения, о которых сообщил Ражаев, Ровинский Е.И. не мог знать.
При таких данных суд правильно признал сделанное Ражаевым заявление добровольным и сослался на него в приговоре как на явку с повинной в участии в вооруженном мятеже.
Будучи допрошенным на предварительном следствии и в судебном заседании Ражаев не отрицал, что находился в месте расположения вооруженной группы боевиков в районе с. Тухчар.
Изложенное Ражаевым в явке с повинной признание участия в вооруженном мятеже соответствует показаниям допрошенных в судебном заседании Мукаева, Дандаева, содержание и анализ которых подробно приведены в приговоре, и из которых следует, что Ражаев, которого они называют боевиком по имени Али, в составе вооруженного формирования принимал участие в нападении на блокпост в районе с. Тухчар.
При предъявлении Мукаеву видеозаписи, на которой изображены боевики, он указал на боевика Али, одетого в камуфлированную форму, и 11 кепку с черной повязкой, этот боевик изображен в группе с другими боевиками, с которыми разговаривает, а также стоящим рядом с Умаром Карпинским, на видеозаписи в промежуток времени с 15 мин 14 секунд до 15 минут 16 секунд он изображен одетым полностью в камуфлированную одежду, камуфлированную кепку с черной повязкой, в разгрузку черного цвета, а на плече у него автомат Калашникова.
Дандаев, просмотрев предъявленную ему видеозапись, также пояснил, что на ней в группе с другими боевиками, а также рядом с Умаром Карпинским изображен боевик Али, одетый в камуфлированную одежду и кепку с черной повязкой.
Приведенными доказательствами опровергаются доводы жалоб о том, что Ражаев в расположение боевиков прибыл по просьбе знакомых жителей с. Карпинка, чтобы доставить им воду, а также с целью вывоза с территории Дагестана убитых и раненых боевиков.
В судебном заседании, в том числе показаниями свидетеля Ахмадовой СМ., было установлено, что ранее Ражаев имел другие фамилию, имя, отчество, а именно, Ахмадов Валид Вахаевич.
С учетом показаний Мукаева и Дандаева о том, что во время вооруженного вторжения в Республику Дагестан Ражаева называли Али, что созвучно его имени Валид, а не Мансур, суд обоснованно пришел к выводу о том, что он изменил свои анкетные данные после участия в вооруженном мятеже и посягательстве на жизнь военнослужащих.
При таких обстоятельствах суд обосновано признал Ражаева виновным в посягательстве на жизнь военнослужащих в целях воспрепятствования их законной деятельности и из мести за такую деятельность и активном участии в вооруженном мятеже в целях насильственного изменения конституционного строя Российской Федерации и нарушении территориальной целостности Российской Федерации и правильно квалифицировал его действия по ст. 317, ст. 279 УК РФ.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, из материалов дела не усматривается.
Все представленные сторонами доказательства исследованы с достаточной полнотой. То обстоятельство, что судом не был допрошен свидетель Вагапов, не может поставить под сомнение вывод суда о виновности Ражаева.
Судебное заседание проведено с соблюдением принципа состязательности сторон.
Первой доказательства представила сторона обвинения, после чего доказательства предоставила сторона защиты. В этой связи исследование письменных материалов дела, в том числе и видеозаписи до допроса подсудимого не противоречит закону.
12 Из протокола судебного заседания следует, что вопросы задавались судом допрашиваемым лицам после выяснения всех вопросов сторонами, а потому доводы жалоб о том, что председательствующий выполнял в ходе судебного заседания функцию обвинения, нельзя признать обоснованными.
Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку, приведя мотивы, в силу которых одни доказательства им отвергнуты, а другие признаны достоверными, положив в основу приговора лишь допустимые доказательства.
Оглашение в судебном заседании приговоров в отношении Хасаева, Мукаева, Дандаева, осужденных за посягательство на жизнь военнослужащих, и ссылка в приговоре на установленные обстоятельства, вступившие в законную силу, соответствует требованиям ст. 90 УПК РФ.
Доводы жалобы Ражаева о том, что приобщенная к материалам дела видеозапись казни солдат отличается от видеозаписи, приобщенной к материалам уголовного дела Дандаева, противоречит протоколу судебного заседания, из которого следует, что судом по заявлению Дандаева были просмотрены обе видеозаписи, после чего Дандаев пояснил, что они не имеют различий, (т. 13 л.д. 200).
Приговор составлен с соблюдением требований ст. 307 УПК РФ.
Показания свидетелей отражены в приговоре правильно в соответствии с протоколом судебного заседания. То обстоятельство, что суд, излагая показания свидетеля Ахмадовой СМ., указал, что Ражаева в школе звали по имени «Вали» вместо «Валид», как отражено в протоколе судебного заседания, не свидетельствует о незаконности приговора.
Изложение в приговоре в обобщенном виде показаний свидетелей жителей с. Тухчар, из которых следует, что поясняя о нападении 5 сентября чеченских боевиков, и о казни взятых в плен шести солдат, они не сообщили о конкретных действиях боевиков по убийству солдат, не противоречит закону.
Замечания на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим с соблюдением требования ст. 260 УПК РФ.
По указанным мотивам судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по доводам жалоб.
Наказание назначено осужденному с учетом характера и степени общественной опасности свершенных им преступлений, данных о его личности, всех обстоятельств дела, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.
13 Смягчающие обстоятельства: явка с повинной, наличие пяти малолетних детей в полной мере учтены судом при назначении Ражаеву наказания.
Принимая во внимание обстоятельства содеянного Ражаевым, суд правильно признал отягчающими обстоятельства, предусмотренные п.п. «б», «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ.
Вывод суда о необходимости назначения Ражаеву наказания в виде пожизненного лишения свободы мотивирован судом в приговоре и является обоснованным.
При таких данных судебная коллегия не находит оснований для признания назначенного осужденному наказания несправедливым и для его смягчения, о чем ставится вопрос в жалобе.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного суда Республики Дагестан от 30 января 2012 года в отношении Ражаева Мансура Висаитовича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Ражаева М.В. и его защитника Магомадова М.Д. - без удовлетворения.
Председательствующий Судьи: