вх.№ //сцу^-,% Отдел специального контроля Верховного Суда Российской Федерации УПОЛНОМОЧЕННЫЙ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИ ЕВРОПЕЙСКОМ СУДЕ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКАЗАМЕСТИТЕЛЬ МИНИСТРА ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Председателю Верховного Суда Российской Федерации В.М. Лебедеву 119991, Москва, ул. Житная, 14, тел. (495) 677-09-40, факс (495) 677-06-93 «3~» еЛ*.сь*2 № -/•^•-•^М^-М 20^г Уважаемый Вячеслав Михайлович! 10 апреля 2012 г. вступило в силу «пилотное» постановление Европейского Суда по правам человека (далее - Европейский Суд) по жалобе «Ананьев и другие против России», которым установлено нарушение российскими властями статей 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) в отношении двух заявителей, а также констатировано наличие в Российской Федерации структурной проблемы бесчеловечных и унижающих достоинство условий содержания в следственных изоляторах (нехватка яичного пространства и спальных мест в камерах, ограничение на доступ к естественному свету и воздуху, непредоставление щжватности при пользовании санузлом и т.д.), а также отсутствие эффективных национальных средств гфавовойзаттгиты от оэответетвуютцих нарушении.

В целях устранения выявленных нарушений Европейский Суд обязал власти Российской Федерации:

1 В течение двенадцати месяцев со дня вступления «пилотного» постановления в силу принять меры по самостоятельному обеспечению возмещения причиненного вреда пострадавшим лицам по делам, подпадающим под действие «пилотного» постановления. Список дел по состоянию на 10 апреля 2012 г прилагается. По каждой вновь поступившей из Европейского Суда коммуникации двенадцатимесячный срок будет исчисляться от даты соответствующей коммуникации.

В этой связи необходимо:

* обеспечить надлежащие, отвечающие международным стандартам условия содержания в следственных изоляторах заявителей, жалобы которых 3 Верховный Суд российской федерации №089420/12 12.05.2012 2 подпадают под действие «пилотного» постановления (по делам, где заявители продолжают содержаться в учреждениях уголовно-исполнительной системы);

• рассмотреть вопрос о возможности направления в Европейский Суд мировых соглашений или односторонних деклараций о готовности российских властей самостоятельно, под контролем Европейского Суда, выплатить заявителям в связи с допущенными в отношении них нарушениями компенсацию причиненного вреда при условии исключения их жалоб из списка дел, подлежащих рассмотрению (с последующей, после принятия решения Европейским Судом, выплатой Минюстом России сумм компенсации).

2. В течение шести месяцев с даты вступления «пилотного» постановления в силу подготовить план действий, в котором предусмотреть комплекс мер общего характера по решению названной выше структурной проблемы бесчеловечных и унижающих достоинство условий содержания в следственных изоляторах (с указанием сроков исполнения соответствующих мероприятий), в том числе:

• по устранению и предотвращению в дальнейшем выявленных Европейским Судом нарушений (обеспечение взвешенного подхода к избранию меры пресечения в виде заключения под стражу и более широкое применение альтернативных мер пресечения; ремонт, реконструкция и строительство следственных изоляторов, их оснащение необходимым оборудованием, создание условий для прогулок на свежем воздухе; организация надлежащей медицинской помощи и др. аналогичные мероприятия; усиление контроля и надзора за соблюдением требований законодательства и международных стандартов в рассматриваемой области отношений, совершенствование действующего законодательства и ведомственной правовой регламентации вопросов содержания в следственных изоляторах и т. д.).

• по созданию новых и/или совершенствованию существующих средств правовой защиты, отвечающих требованиям, изложенным в «пилотном» постановлении (аналитические справки по данной проблематике с учетом выводов Европейского Суда прилагаются).

В связи с важностью проблемы, обозначенной Европейским Судом, и необходимостью осуществления согласованных действий рядом компетентных государственных органов, принято решение о создании рабочей группы по исполнению «пилотного» постановления.

Направляя копию «пилотного» постановления и подготовленные в Минюсте России аналитические документы, прошу поручить:

1. Рассмотреть вопрос о направлении представителя Верховного Суда Российской Федерации для участия в составе рабочей группы по исполнению «пилотного» постановления (с направлением в мой адрес предложений по соответствующей кандидатуре с указанием фамилии, имени и отчества и его контактных телефонов), обеспечив участие соответствующего представителя в первом заседании 21 мая в 11.00 в здании Минюста России по адресу: ул.

Житная, 14, 101 кабинет.

3 2. Подготовить и направить в мой адрес (в части компетенции):

- информацию о практике применения судами меры пресечения в виде заключения под стражу и применении альтернативных мер пресечения (с приведением статистических данных за 2012 г. в сравнительной динамике за последние 3 года и характерных примеров, свидетельствующих об изменении судебной практики с учетом выводов Европейского Суда);

- предложения по вопросу внесения изменений в УПК РФ и правоприменительную практику в части обеспечения взвешенного, соответствующего положениям Конвенции и практике Европейского Суда, подхода к избранию и продлению меры пресечения в виде заключения под стражу и более широкого применения альтернативных мер пресечения (с указанием конкретных предложений, если таковые имеются, и ориентировочных сроков их возможной реализации);

- информацию о практике рассмотрения судами в 2012 г. заявлений лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, на ненадлежащие условия их содержания под стражей (с приведением статистических данных в сравнительной динамике за последние три года, а также характерных примеров из судебной практики с приложением копий соответствующих судебных постановлений);

- предложения о внесении с учетом выводов Европейского Суда изменений и дополнений в действующее российское законодательство в целях создания и совершенствования существующих национальных средств правовой защиты, а также позицию относительно предложений по совершенствованию средств правовой защиты, отраженных в прилагаемой аналитической справке.

Буду благодарен за представление информации по кандидатуре представителя Верховного Суда Российской Федерации для участия в рабочей группе до 17 мая 2012 г., по другим обозначенным вопросам - до 15 июля 2012 г.

Приложение:

1. Копия неофициального перевода постановления Европейского Суда по жалобам №№ 42525/07 и 60800/08 «Ананьев и другие против Российской Федерации» от 10 января 2012 г. на ^ л , 2. Аналитические справки на ^ л.

О ^чФШ&Я Г.О. Матюшкин \ку§о^ШШ( Исп. Карпова Д.В. 677-09-65; Яровой И.С.; тел. 677-06-96 Аналитическая справка о средствах правовой защиты в Российской Федерации, в связи с «пилот­ ным» постановлением Европейского Суда по правам человека «Ананьев и другие против России» В «пилотном» постановлении «Ананьев и другие против России» Евро­ пейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд, ЕСПЧ, Суд), оцени­ вая соблюдение заявителями положений статьи 35 Конвенции о защите прав че­ ловека и основных свобод (далее - Конвенция) о предварительном (перед обра­ щением в Европейский Суд) исчерпании внутригосударственных средств право­ вой защиты, напомнил, что исчерпанию подлежат только эффективные средства правовой защиты.

Европейским Судом выработаны следующие общие принципы и крите­ рии, которыми он руководствовался при оценке эффективности нацио­ нальных средств правовой защиты.

• государства обязаны создать на национальном уровне систему защиты, дающую возможность охранять гарантированные Конвенцией права и предпола­ гающую устранение нарушений и адекватное возмещение причиненного вреда;

• данная система должна быть действенной и эффективной, а входящие в нее правозащитные механизмы - ясными, понятными и доступными;

• под отсутствием эффективного средства правовой защиты по смыслу статьи 13 Конвенции понимается не только отсутствие средства защиты как та­ кового, но и бездействие органа, к компетенции которого относится рассмотре­ ние жалобы о нарушении прав, а также бездействие государственных органов, ставшее следствием споров о компетенции;

• правовая защита должна быть эффективной как в теории, так и в облас­ ти практического применения;

• заявителю, как правило, требуется прибегать только к тем средствам правовой защиты, которые являются доступными, достаточными и эффектив­ ными для быстрого восстановления нарушенных прав и возмещения причинен­ ного вреда в связи с предполагаемыми нарушениями.

Применительно к механизмам компенсации причиненного вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей ЕСПЧ дополнительно на­ званы следующие принципы и критерии:

• процедуры, устанавливающие порядок рассмотрения заявлений о компенсации и принятие по ним решений, должны соответствовать требованиям справедливого рассмотрения по смыслу Конвенции; на заявителя не должно возлагаться чрезмерное бремя судебных расходов;

• заявление о компенсации должно быть рассмотрено в разумные сро­ ки;

• гражданин не должен доказывать наличие морального вреда, посколь­ ку последний в силу особенно сильной презумпции, является следствием самого нарушения;

• компенсация вреда, особенно морального, не должна зависеть от ус­ тановления вины должностного лица или соответствующего публичного образо- 2 вания, поскольку государство должно нести объективную ответственность за любые недостатки, связанные с необеспечением надлежащих условий содержа­ ния под стражей;

• размер компенсации не должен быть неразумным по сравнению с суммами, присуждаемыми Европейским Судом в аналогичных делах;

• должны быть предусмотрены соответствующие бюджетные ассиг­ нования с тем, чтобы обеспечить выплату присужденной компенсации;

• компенсация должна быть выплачена быстро после принятия реше­ ния о ее присуждении;

С учетом названных принципов и критериев Европейский Суд в «пилот­ ном» постановлении проанализировал имеющиеся в российском законодатель­ стве средства правовой защиты от нарушений, связанных с ненадлежащими ус­ ловиями содержания в следственных изоляторах.

I. Позиция Европейского Суда относительно судебных средств право­ вой защиты Подача заявления об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего в соответствии с главой 25 ГПК Российской Федерации • Европейский Суд отметил положительные стороны данного средства правовой защиты.

Суд, в частности, указал, что судебные разбирательства, возбужденные на основании главы 25 ГПК РФ, обеспечивают проведение судебного заседания, гарантирующего соблюдение законности и активное участие пострадавшего. Во время таких разбирательств суд может рассмотреть жалобу по существу, уста­ новить фактические обстоятельства дела и назначить компенсацию в размере, соответствующем характеру и тяжести нарушений. Подобные разбирательства проводятся с должным усердием и не за счет заявителя. Последующее судебное решение является обязывающим по отношению к органу государственной вла­ сти, не выполнившему своих обязательств, и может быть исполнено принуди­ тельно. В связи с изложенным Европейский Суд отметил, что он удовлетворен тем, что существующая правовая система обеспечивает рггта /асге доступность этого средства правовой защиты, и его способность, по крайней мере, теорети­ чески, обеспечить получение соответствующей компенсации (п. 109 постанов­ ления).

• Вместе с тем, Европейский Суд отметил, что данное средство правовой защиты не является эффективным по смыслу требований Конвен­ ции по следующим основаниям.

1. Эффективность данного средства правовой защиты, в частности, отно­ сительно переполненности мест содержания под стражей, не была убедительно продемонстрирована российскими властями (п. 110 постановления).

В этом контексте ЕСПЧ отметил, что ни в настоящем деле, ни по другим ранее рассмотренным делам, российскими властями не было представлено ни одного судебного решения, которое могло бы продемонстрировать, что заяви- 3 тель, прибегнув к данному средству правовой защиты, успешно восстановил свои права. По мнению Европейского Суда, средство правовой защиты, не при­ ведшее к возникновению значительного объема прецедентов и к удовлетворе­ нию большого количества жалоб в течение более чем восемнадцатилетнего су­ ществования, заставляет усомниться в его практической эффективности. Суд также отметил, что принятое в феврале 2009 г. постановление Пленума Верхов­ ного Суда Российской Федерации, в котором даны дополнительные разъяснения относительно возможности обжаловать действия (бездействие), приведшие к ненадлежащим условиям содержания, коренным образом не изменило порядка существующей процедуры и ее практическая эффективность остается не проде­ монстрированной.

В связи с данными выводами Европейского Суда следует признать, что практически все судебные решения, представленные Верховным Судом Россий­ ской Федерации и ФСИН России были вынесены в порядке искового производ­ ства, а не рассмотрения заявлений в порядке главы 25 ГПК РФ. В этой связи, действительно, не представилось возможным предоставить Европейскому Суду судебных актов, которыми бы признавались незаконными действия (бездейст­ вие) ФСИН России, ее территориальных органов, следственных изоляторов или должностных лиц и администрации данных органов и учреждений, а также ре­ шений, которыми бы на соответствующие органы и должностные лица возлага­ лась бы обязанность устранить имеющиеся нарушения и обеспечить надлежа­ щие условия содержания заявителей (в том числе применительно к переполнен­ ности камер).

2. Европейский Суд акцентировал внимание на том, что даже если бы су­ дами и были вынесены решения, обязывающие органы и учреждения ФСИН России и их должностных лиц устранить нарушения (например, в связи с пере­ полненностью камер), то принятие соответствующих мер неизбежно будет воз­ можно только за счет ухудшения ситуации других заявителей. То есть, по мне­ нию Суда, у рассматриваемого средства правовой защиты отсутствует превен­ тивная эффективность, что, как отмечено выше, нашло отражение в отсутствии многочисленных, в том числе успешных, примеров его использования (п. 111112 постановления).

ЕСПЧ обратил внимание на то, что исполнение решений, вынесенных в порядке главы 25 ГПК Российской Федерации, может быть не обеспечено ввиду правовых и практических препятствий. Судом в этой связи отмечено, что рас­ сматриваемые нормы не определяют вид мер, которые могут быть предписаны национальным судом для исправления ситуации заявителя, и при этом отсутст­ вует правоприменительная практика судов, которая давала бы понимание отно­ сительно данного вопроса. Европейский Суд счел, что невозможно понять, будет ли решение суда, вынесенное в порядке главы 25 ГК Российской Федерации, ог­ раничено только общим утверждением о том, что нарушение должно быть уст­ ранено, или оно может содержать указание на конкретные меры, как примени­ тельно к конкретной ситуации заявителя, так и применительно к общей пробле­ ме всей группы граждан, которые содержатся под стражей вместе с заявителем.

В связи с изложенным Европейский Суд, принимая во внимание структур­ ный характер проблемы ненадлежащих условий содержания под стражей (в пер- 4 вую очередь - переполненность следственных изоляторов) указал на необходи­ мость предоставления российским судам необходимых правовых инструментов, позволяющих им рассматривать как проблемы, лежащие в основе индивидуаль­ ных жалоб, так и воздействовать на факты массовых нарушений прав заключен­ ных в отдельно взятом изоляторе (п. 219 постановления).

С учетом данных выводов ЕСПЧ возникает и вопрос порядка исполнения соответствующих судебных актов. В частности, если обжалуются действия на­ чальника следственного изолятора в каком либо субъекте Российской Федера­ ции (например, в связи с переполненностью камеры или другими нарушениями условий содержания, вызывающих необходимость перевода подозреваемого или обвиняемого в другое учреждение или проведения каких-либо работ, требую­ щих выделения дополнительных бюджетных ассигнований), то очевидно, что исполнение такого решения без привлечения ФСИН России невозможно. Вместе с тем действующая редакция норм главы 25 ГПК РФ не предполагает (в отличие от искового производства) привлечение к слушаниям ФСИН России в качестве третьего лица на стороне ответчика. Очевидные трудности в этой связи возник­ нут на стадии исполнения. Во всяком случае, процесс исполнения, очевидно, ус­ ложнится и затянется. Здесь, как представляется, могут быть рассмотрены во­ просы межведомственной координации при исполнении судебных решений и подготовка каких-либо совместных инструктивных указаний.

3. Европейский Суд отметил, что по результатам рассмотрения жалобы в порядке главы 25 ГПК РФ может быть вынесено решение о признании обжалуе­ мых действий или бездействия незаконным и обязании устранить соответст­ вующие нарушения. При этом, как обратил внимание Суд, нормами главы 25 ГПК РФ не предусмотрена возможность потребовать и получить компенсацию в связи с нарушением, которое уже произошло.

ЕСПЧ отметил, что ему также неясно, может ли жалоба, поданная в соот­ ветствии с главой 25 ГПК РФ, быть объединена с обычным иском о возмещении ущерба в соответствии со статьями 151 и 1064 ГК РФ и может ли она быть рас­ смотрена в рамках того же разбирательства. И если объединение этих жалоб не­ возможно с точки зрения закона и судебной практики, это, по мнению Европей­ ского Суда, накладывает чрезмерное бремя на заявителя, которому необходимо будет сначала обратиться в суд по поводу своей основной жалобы (о признании незаконным действия или бездействия и устранении нарушений), а затем вновь обратиться с иском о взыскании компенсации в связи с имевшими место нару­ шениями. В этом контексте Европейский Суд счел, что жалоба, поданная в соот­ ветствии с главой 25 ГПК Российской Федерации, должна предусматривать воз­ можность предоставления компенсации в связи с теми нарушениями прав истца, которые уже имели место (п. 218 постановления).

4. Европейский Суд особо отметил проблемные, по его мнению, вопросы, касающиеся обеспечения исполнения судебных решений, вынесенных в порядке главы 25 ГПК РФ.

Проанализировав российское законодательство, Европейский Суд указал, что, по всей видимости, решения национальных судов, вынесенные в порядке главы 25 ГПК РФ, не подлежат принудительному исполнению судебными при­ ставами и поэтому на практике могут оставаться неисполненными.

5 Представляется, что данный вопрос требует проработки как применитель­ но к обозначенному Европейским Судом аспекту, так и применительно к проце­ дурам исполнения судебных решений о возложении обязанности выплатить компенсацию причиненного вреда в связи с ненадлежащими условиями содер­ жания (если будет признано, что решения в порядке главы 25 ГПК РФ могут возлагать на лицо, действия которого обжалуются, обязанность выплатить соот­ ветствующую компенсацию). Проблема порядка исполнения судебных решений о возложении обязанности произвести выплаты за счет средств бюджетной сис­ темы Российской Федерации уже обсуждалась в рамках исполнения «пилотно­ го» постановления ЕСПЧ по жалобе «Бурдов протии России», но так и не нашла своего разрешения.

В контексте механизмов обеспечения исполнения судебных решений в по­ рядке главы 25 ГПК РФ Европейский Суд рассмотрел эффективность примене­ ния статьи 315 УПК Российской Федерации. ЕСПЧ отметил, что российские власти убедительно не продемонстрировали и Европейский Суд, при рассмотре­ нии дел против России, также не наблюдал устойчивой практики привлечения к уголовной ответственности должностных лиц и государственных служащих за неисполнение судебных решений.

Таким образом, согласно выводам Европейского Суда, изложенным в «пи­ лотном» постановлении применительно к средству правой защиты, предусмот­ ренного главой 25 ГПК РФ, требуется внесение изменений в законодательство, дача разъяснений судам и усиление межведомственной координации на стадии исполнения судебных актов.

Средства правовой защиты, предусмотренные Гражданским кодексом Рос­ сийской Федерации (ст.ст. 16,151,1069,1100 ГК РФ) • Европейский Суд отметил положительные стороны данных средств правовой защиты.

ЕСПЧ отметил, что статистические данные, представленные российскими властями свидетельствуют о расширяющейся практике российских судов по на­ значению компенсации морального вреда в связи с неудовлетворительными ус­ ловиями содержания под стражей.

• Вместе с тем, Европейский Суд отметил, что данные средства правовой защиты не являются эффективными по смыслу Конвенции по сле­ дующим основаниям 1. ЕСПЧ отметил, что хотя возможность получения компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей на основании норм ГК РФ не исключается, но данные нормы не являются гарантией успешного разреше­ ния дела, поскольку присуждение компенсации обусловлено наличием вины го­ сударственных органов, их должностных лиц или государственных служащих.

Суд обратил внимание, что статьи 1070 и 1100 ГК Российской Федерации (содержат перечень случаев компенсации за счет государства материального ущерба и морального вреда независимо от вины причинителя) не предусматри­ вают возможности компенсации вреда независимо от вины государственных ор­ ганов, их должностных лиц и государственных служащих в связи с необеспече­ нием надлежащих условий содержания под стражей (п. 114 постановления). Та- 6 ким образом при рассмотрении соответствующих исков должны применяться положения ст. 1069 ГК Российской Федерации, которые требуют предоставле­ ние истцом доказательств того, что вред был причинен действиями или бездей­ ствием со стороны государственных органов и их должностных лиц.

В данном контексте ЕСПЧ обратил внимание на формалистический, по его мнению подход российских судов, основанный на требовании формальной неза­ конности действий (бездействия) государственных органов, их должностных лиц и государственных служащих. Как указал Европейский Суд, даже если большая часть аспектов содержания лица под стражей (размеры личного про­ странства в камере, освещение, питание, санитарные условия, оказание меди­ цинской помощи и др.) отвечают требованиям национального законодательства, в совокупности они могут приравниваться к бесчеловечному обращению по смыслу Конвенции (п. 115 постановления).

С другой стороны, как указал Европейский Суд, даже в случаях, когда истцы могут доказать то, что фактические условия содержания под стражей полностью или частично не соответствовали стандартам российского законода­ тельства, российские суды систематически отказывают заявителям в исках, при­ ходя к выводу, что ненадлежащие условия содержания под стражей вызваны не виновными действиями (бездействием) администрации места содержания под стражей, а существующей проблемой общего характера (например, недостаточ­ ным финансированием уголовно-исполнительной системы из бюджета).

В этой связи акцентировано внимание на правовых позициях, выработан­ ных практикой Европейского Суда, о том, что финансовые и технические труд­ ности, отсутствие намерения каким-либо образом унизить заявителя, не могут служить обстоятельствами, на которые власти могут ссылаться для снятия с себя обязательств по организации государственной пенитенциарной системы таким образом, чтобы обеспечить надлежащие условия содержания под стражей и уважение достоинства содержащихся под стражей лиц (п. 117 постановления).

2. Европейский Суд обратил внимание российских властей на то, что бре­ мя доказывания, налагаемое на заявителя в рамках рассмотрения дела о взыска­ нии компенсации, не должно быть чрезмерным. От заявителя может потребо­ ваться продемонстрировать наличие рпта {жле (не вызывающих сомнения) фак­ тов жестокого обращения и предоставить доступные ему доказательства (на­ пример, подробное описание условий содержания, показаний свидетелей, отве­ ты компетентных государственных органов на жалобы и запросы и т.д.). При этом обязанность опровержения доводов заявителя и представления суду дока­ зательств того, что условия содержания под стражей не нарушали требований статьи 3 Конвенции, должна возлагаться на российские компетентные органы.

Европейский Суд, давая рекомендации российским властям по совершен­ ствованию существующих средств правой защиты, обратил внимание на то, что рассмотрение исков о взыскании компенсации должно осуществляться в спра­ ведливых процедурах и в разумные сроки, а судебные расходы не должны нала­ гать на заявителя чрезмерное бремя.

Особый акцент сделан на том, что с учетом критериев, выработанных практикой Европейского Суда (изложены в первой части настоящей аналитиче­ ской справки), установление российским судом факта ненадлежащих условий 7 содержания под стражей создает прочную презумпцию того, что пострадавшему липу причинен моральный вред и этот вред является следствием самого нару­ шения (причем, это может быть следствием не только нарушений, допущенных администрацией следственного изолятора, но также, как было отмечено выше, и вытекать из существующей в стране структурной проблемы ненадлежащих ус­ ловий содержания под стражей). Поэтому, как отметил Европейский Суд, пре­ зумпция причинения морального вреда, по делам рассматриваемой категории должна найти отражение в национальном законодательстве, а присуждаемая компенсация морального вреда не должна ставится в зависимость от способно­ сти истца доказать причинение ему соответствующего вреда.

3. Как отметил Европейский Суд, его практика свидетельствует о том, что даже в делах, в которых российские суды присуждали компенсацию за ненадле­ жащие условия содержания под стражей, данная компенсация была слишком не­ значительной в сравнении с суммами, присуждаемыми Европейским Судом в подобных случаях.

В связи с изложенным Европейский Суд дал негативную оценку тому, что российские суды уменьшают суммы присуждаемой компенсации, ссылаясь на отсутствие у государства финансовых средств. Суд указал, что в подобных об­ стоятельствах нехватка средств не должна рассматриваться в качестве смягчаю­ щего обстоятельства. По мнению Европейского Суда, национальные суды долж­ ны выразить явное неодобрение в отношении действий (бездействия) государст­ венных органов, которые привели к необеспечению надлежащих условий со­ держания под стражей, и присудить пострадавшим лицам разумную и достаточ­ ную компенсацию с учетом фундаментальной важности нарушенного права, да­ же если это нарушение не было намеренным.

Представляется, что выводы Европейского Суда применительно к эффек­ тивности норм ГК РФ требуют проработки на предмет внесения в них необхо­ димых изменений и дополнений.

Кроме того, нуждаются в дополнительной проработке вопросы исполне­ ния решений о присуждении компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей в целях обеспечения бюджетных и организационных гарантий их исполнения в разумные сроки.

Другие компенсационные средства правовой защиты Европейский Суд, со ссылкой на прецедентные дела по другим странам, обратил внимание на то, что при определенных условиях формой надлежащей компенсации в связи с чрезмерно длительным судебным разбирательством и не­ обоснованно длительным содержанием заявителя под стражей, может быть смягчение наказания при привлечении пострадавших лиц к уголовной ответст­ венности.

Суд отметил, что ему еще не приходилось выносить решение по делу, в котором приговор заявителя был бы смягчен в связи с нарушениями статьи 3 Конвенции ввиду ненадлежащих условий содержания под стражей. Вместе с тем, Европейский Суд, сославшись на внесенный депутатом Государственной Думы Российской Федерации П.В. Крашенинниковым проект № 73983-5 попра- 8 вок к Уголовному кодексу Российской Федерации, счел необходимым обратить внимание российских властей на ряд следующих принципиальных моментов (пункты 223-226 постановления):

- средство предоставления компенсации в виде смягчения наказания ли­ цам, осужденным по приговору суда, неизбежно будет иметь ограниченную сферу действия, оно будет доступно только лицам осужденным по приговору суда, и не будет касаться лиц, которые были оправданы, дело которых было пре­ кращено, а также лиц, срок наказания которых оказался меньше срока их пред­ варительного содержания под стражей с поправкой на применимый смягчающий коэффициент;

- определяемая судами компенсация в виде смягчения приговора за счет сокращения срока наказания должна быть выражена в явной и измеримой фор­ ме;

- при определении данного вида компенсации судом должна быть дана ин­ дивидуальная оценка последствий нарушений прав по статье 3 Конвенции при­ менительно к конкретной ситуации заявителя;

- введение подобного рода компенсации может быть лишь частью ком­ плекса мер (в том числе по совершенствованию действующего законодательст­ ва), которые должны быть приняты российскими властями в целях решения структурной проблемы необеспечения надлежащих условий содержания под стражей.

П. Позиция Европейского Суда относительно эффективности внесу­ дебных средств правой защиты Подача жалобы в администрацию места содержания под стражей • Европейский Суд отметил, что данное средство правовой защи­ ты не является эффективным по смыслу Конвенции по следующим основа­ ниям.

Европейский Суд обратил внимание на то, что жалоба лица на ненадле­ жащие условия содержания под стражей неизбежно ставит под сомнение то, как администрация соответствующего места содержания под стражей справляется со своими обязанностями и исполняет требования закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». С учетом изложенного Европейский Суд счел, что администрация мест содержания под стражей не заинтересована в признании нарушения и удовлетворении жалобы заявителя и, соответственно, названное средство правой защиты не может оце­ ниваться в качестве эффективного внутригосударственного средства правовой защиты (пункты 100-101 постановления).

Представляется, что в связи с данными выводами Европейского Суда можно предоставить аргументированное, подкрепленное конкретными приме­ рами, обоснование эффективной деятельности по рассмотрению жалоб руково­ дителями учреждений уголовно-исполнительной системы, в которых содержатся лица, подавшие жалобу.

Одновременно представляется необходимым в плане действий, которые необходимо разработать в рамках исполнения «пилотного» постановления, вновь подробно разъяснить предоставленную российским законодательством 9 возможность для лиц содержащихся под стражей, подавать жалобы также в тер­ риториальные управление Федеральной службы исполнения наказаний и непо­ средственно во ФСИН России, которые не имеют той возможной заинтересо­ ванности, о которой отмечено в постановлении Европейского Суда.

Наряду с этим возможно рассмотреть вопрос о необходимости принятия мер по совершенствованию и оптимизации процедур рассмотрения жалоб лиц, содержащихся под стражей, на ненадлежащие условия содержания, и, при необ­ ходимости, запланировать и реализовать соответствующие меры.

Подача жалобы прокурору • Европейский Суд отметил положительные стороны данного средства правовой защиты.

Европейский Суд отметил, что он удовлетворен, что прокуроры в соответ­ ствии с Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» наделе­ ны широкими полномочиями по осуществлению надзора за исполнением зако­ нодательства и соблюдение прав граждан со стороны администраций в местах содержания под стражей.

Европейский Суд в позитивном ключе отметил реальные меры, которые принимаются прокурорами для обеспечения надлежащих условий содержания под стражей. При этом акцентировано внимание на том, что прокуроры наделе­ ны полномочиями по внесению документов прокурорского реагирования с тре­ бованием принятия мер по устранению выявленных нарушений и наказанию ви­ новных, а администрация соответствующих учреждений обязана выполнить со­ ответствующие требования прокуроров (п. 102-103 постановления).

• Вместе с тем, Европейский Суд отметил, что данное средство правовой защиты недостаточно эффективно в свете требований Конвен­ ции по следующим основаниям.

Как указал Европейский Суд, несмотря на то, что прокурорский надзор, несомненно, играет важную роль в обеспечении необходимых условий содержа­ ния под стражей, жалоба надзирающему прокурору не соответствует требовани­ ям к эффективному средству правовой защиты из-за процессуальных недостат­ ков, ранее обозначенных Судом в его прецедентной практике.

Как подчеркнул Европейский Суд, в законодательстве отсутствуют нормы, обязывающие прокурора рассматривать жалобы при непосредственном участии заявителя, заявитель не является стороной в процессе рассмотрения его жалобы органами прокуратуры (как это имеет место в ходе судебных разбирательств) и имеет право только на получение информации о том, каковы результаты рас­ смотрения соответствующей жалобы. Суд также отметил, что нормы законода­ тельства не предусматривают дальнейшее участие прокурора в последующих процедурах, что, по мнению Суда, является вопросом, касающимся отношений надзирающего прокурора и поднадзорного учреждения. Кроме того, как указал Европейский Суд, ему известны случаи, когда заявитель обращался с жалобой в прокуратуру, но не получал на нее никакого ответа (п. 104 постановления).

Представляется, что в рамках исполнения «пилотного» постановления возможно рассмотреть вопрос о принятии дополнительных мер по обеспечению 10 эффективности прокурорского надзора за соблюдением законодательства об обеспечении надлежащих условий содержания под стражей, а также соблюде­ нию установленного порядка рассмотрения жалоб лиц, содержащихся под стра­ жей. Возможно также рассмотрения вопроса о более широком участии заявителя в рассмотрении его жалобы.

В любом случае, представляется необходимым в отчете об исполнении «пилотного» постановления изложить мотивированную информацию о резуль­ татах прокурорского надзора за соблюдением законодательства об обеспечении надлежащих условий содержания в следственных изоляторах с приведением не только количественных показателей проведенных проверок, внесенных доку­ ментов прокурорского реагирования и результатов их рассмотрения, но и приве­ дением конкретных примеров, убедительно свидетельствующих об эффективно­ сти прокурорского надзора и реагирования (в том числе, при рассмотрении кон­ кретных обращений граждан).

Подача жалобы Уполномоченному по правам человека Европейский Суд отметил, что в некоторых рассмотренных им делах име­ ется информация о том, что лица, содержащиеся в следственных изоляторах, по­ давали жалобы на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение феде­ ральному или региональным Уполномоченным по правам человека и получили от них ответы на свои жалобы. Суд признал, что деятельность Уполномоченных, в том числе связанная с рассмотрением жалоб лиц, содержащихся под стражей, может способствовать общему улучшению условий содержания под стражей.

Вместе с тем, Европейский Суд указал, что обращение к Уполномоченно­ му не может рассматриваться в качестве эффективного средства правовой защи­ ты по смыслу Конвенции, поскольку Уполномоченный не вправе выносить обя­ зывающие решения, которые могли бы обеспечить восстановление нарушенных прав и компенсацию причиненного вреда.

Тем не менее, как представляется, данное средство правовой защиты, без­ условно, является важным, если рассматривать его не в качестве средства, кото­ рое надо исчерпать перед обращением в ЕСПЧ, а в качестве дополнительного и весьма эффективного правозащитного механизма.

Аналогичные подходы могут быть применены и к оценке деятельности наблюдательных комиссий по защите прав лиц, содержащихся под стражей.

В любом случае, представляется, что в отчете в КМСЕ о принятых мерах должна быть подробно отражена информация о функционировании данных пра­ возащитных механизмов с приведением конкретных примеров их эффективно­ сти и результативности.

Выводы Европейского суда относительно эффективности внутригосу­ дарственных средств правовой защиты Европейский Суд пришел к выводу, что существующая в Российской Фе­ дерации правовая система не располагает эффективными средствами защиты или комплексом таких эффективных средств, которые могли бы (каждое в от­ дельности и все в совокупности) использоваться для устранения и предотвраще- 11 ния нарушений, связанных с ненадлежащими условиями содержания под стра­ жей, а также предоставлять заявителю разумную и достаточную компенсацию в связи с соответствующими нарушениями.

Предложения по совершенствованию судебных средств правовой защиты от нарушений, связанных с ненадлежащими условиями содержания под стражей в связи с «пилотным» постановлением «Ананьев и другие против России» I. Судебные средства правовой защиты, позволяющие устранить на­ рушения, связанные с необеспечением надлежащих условии содержания под стражей и в заключении 1. В целях обеспечения эффективного исполнения судебных решений рас­ сматриваемой категории, в том числе решений, обязывающих устранить недос­ таточность необходимого личного пространства в камере, прогулок на свежем воздухе и других аналогичных нарушений, возможно дополнить статью 257 ГПК РФ (рассмотрение заявления об оспаривании решения, действия или без­ действия органа, должностного лица или государственного служащего) нормой, которая позволяла бы суду привлекать к участию в деле наряду с должностным лицом или органом, действия или бездействие которого обжалуются, также фе­ деральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контро­ лю и надзору в рассматриваемой сфере отношений. Применительно к случаям подачи жалоб на ненадлежащие условия содержания под стражей и в местах за­ ключения такими органом являются ФСИН России и МВД России.

Вариант 1. Оставить норму ст. 257 ГПК РФ в действующей редакции, но предусмотреть в ст. 258 ГПК РФ (решение суда и его реализация) положение, предоставляющее суду возможность привлечения на стадии исполнения соот­ ветствующего судебного решения федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в рассматриваемой сфере отношений (применительно к случаям подачи жалоб на ненадлежащие условия содержания и заключения под стражей таким органом является ФСИН России и/или МВД России).

Вариант 2. Оставить нормы ст.ст. 257 и 258 ГПК РФ в действующей ре­ дакции, но разработать и утвердить в установленном порядке инструктивные указания ФСИН России и МВД России по порядку исполнения соответствую­ щих судебных решений, предусматривающие участие названных органов в ис­ полнительных процедурах по делам рассматриваемой категории. В этих указа­ ниях в том числе может быть регламентирован порядок оперативного поступле­ ния во ФСИН России и МВД России копий соответствующих судебных реше­ ний. Например, предусмотрена обязательнность начальников учреждений ФСИН России или ИВС в случаях, когда устранение выявленных судом нару­ шений выходит за пределы их компетенции, в течение короткого срока направ­ лять копии соответствующих судебных решений во ФСИН России или МВД России с необходимыми предложениями.

12 2. В целях совершенствования и ускорения процедур принудительного ис­ полнения судебных решений, вынесенных в порядке главы 25 ГПК и обязываю­ щих устранить нарушения, связанные с необеспечением надлежащих условий содержания под стражей и в местах заключения (в случае отказа соответствую­ щего органа или должностного лица от добровольного исполнения таких реше­ ний), дополнить Федеральный закон от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об испол­ нительном производстве» нормами о порядке принудительного исполнения дан­ ной категории судебных решений.

Вариант. Разработать совместные инструктивные указания ФСИН России, ФССП России и МВД России о порядке принудительного исполнения решений, вынесенных в порядке главы 25 ГПК РФ и обязывающих устранить нарушения, связанные с необеспечением надлежащих условий содержания под стражей и в местах заключения.

П. Компенсаторные судебные средства правовой защиты 1. Компенсаторные средства правовой защиты, предусмотренные ст.ст. 1069,1100 ГК РФ 1. Дополнить Федеральный закон от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ «О содер­ жании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» нормами о том, что пострадавший имеет право на компенсацию материального ущерба и морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей и в местах заключения вне зависимости от наличия вины в действи­ ях должностных лиц и/или органов, действия которых обжалуются.

Соответствующие иски рассматриваются в общем порядке, установлен­ ном ст.ст. 131-244 ГПК РФ.

Вариант 1.

Дополнить Федеральный закон от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ «О содержа­ нии под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» нормами о том, что пострадавший имеет право на компенсацию материального ущерба и морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей и в местах заключения вне зависимости от наличия вины в действи­ ях должностных лиц и/или органов.

Порядок рассмотрения заявлений о выплате компенсации в связи с ненад­ лежащими условиями содержания под стражей и в местах заключения регламен­ тируется специальными нормами ГПК РФ (с внесением в ГПК РФ соответст­ вующих дополнений по типу главы 22.1 ГПК РФ, в которой установлен специ­ альный порядок рассмотрения заявлений о присуждении компенсации за нару­ шение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение су­ дебного постановления в разумный срок).

Вариант 2.

Внести дополнения в ГК РФ.

В частности, дополнить статьи 1069 (ответственность за вред, причинен­ ный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами) и 1100 ГК РФ (основания компенсации морального 13 вреда) положением о том, что компенсация гражданину в связи с ненадлежащи­ ми условиями содержания под стражей и/или в местах заключения осуществля­ ется независимо от вины допустивших нарушение лиц.

Порядок рассмотрения таких дел может осуществляться либо в соответст­ вии с нормами ст.ст. 131-244 ГПК РФ, либо по специальным нормам ГПК РФ (в зависимости от выбранной концепции).

Вариант 3.

Разработать и принять отдельный федеральный закон, в котором регла­ ментировать все вопросы, связанные с присуждением и выплатой компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей и в местах заклю­ чения, с внесением соответствующих изменений в ГПК РФ, касающихся рас­ смотрения дел рассматриваемой категории (по типу принятия Федерального за­ кона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судо­ производство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разум­ ный срок» с последующим внесением изменений в ГПК РФ).

2.

Компенсация вреда в рамках рассмотрения судом заявления об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государствен­ ной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, го­ сударственного или муниципального служащего (предлоэюение о внесении изменений в законодательство, предусматри­ вающих возможность компенсации вреда в рамках производства в поряд­ ке главы 25 ГПК РФ, отражено в «пилотном» постановлении, п. 218) Внести в ст. 257 ГПК РФ дополнение о том, что при подаче заявления об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного и му­ ниципального служащего одновременно может быть подан иск о компенсации причиненного вреда (по типу рассмотрения гражданского иска в уголовном про­ цессе). При этом к порядку рассмотрения указанных заявления и иска применять правила главы 25 ГПК РФ и нормы ст.ст. 131-244 ГПК РФ соответственно.

Вариант 1. Дополнить ст. 258 ГПК РФ положением о том, что суд может при вынесении решения по заявлению об оспаривании решения, действия (без­ действия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного и муниципального служащего возложить на соответствующий орган или должностное лицо обязанность не только устра­ нить выявленное нарушение, но и выплатить компенсацию причиненного вреда.

III.

Исполнение судебных решений о присуждении и выплате компенсации причиненного вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей и в местах заключения 1. Исполнение судебных решений о выплате компенсации, вынесен­ ных в порядке искового производства Исходя из критериев эффективности национальных средств правовой за­ щиты, выработанных практикой Европейского Суда, исполнительные процеду­ ры должны быть ясными, понятными и не чрезмерно обременительными для 14 должника, а компенсация должна быть выплачена быстро. В связи с изложен­ ным необходимо:

• предусмотреть бюджетные гарантии исполнения соответствующих судеб­ ных решений. В этой связи возможно дополнить Федеральный закон от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и об­ виняемых в совершении преступлений» нормой о том, что средства на вы­ плату компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей и в местах заключения ежегодно предусматриваются в федераль­ ном законе о федеральном бюджете на очередной финансовый год;

• предусмотреть механизмы ускорения исполнительных процедур. В этой связи возможно внести соответствующие изменения в Бюджетный кодекс Российской Федерации и в ГПК РФ (по типу изменений и дополнений в связи с принятием Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок») 2. Исполнение судебных решений, вынесенных в порядке главы 25 ГПК РФ, о возложении на должностное лицо или орган обязанно­ сти выплатить компенсацию (если будет признана необходимость внесения соответствующих изменений) Судебные акты, вынесенные в порядке главы 25 ГПК РФ и возлагающие на государственные органы и их должностных лиц обязанность произвести ка­ кие-либо выплаты, не подпадают под критерии актов, предусматривающих об­ ращение взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации.

Порядок их исполнения не предусмотрен Бюджетным кодексом Российской Фе­ дерации. Вместе с тем, исполнение таких актов осуществляется за счет бюджет­ ной системы. При этом в законодательстве не регламентировано, кому должен предъявляться (направляться судом по просьбе заявителя) исполнительный лист на исполнение, какие документы должны быть к нему приложены, в какие сроки и в каком порядке должны производиться необходимые исполнительные дейст­ вия.

В этой связи в целях обеспечения исполнения подобного рода решений (наряду с предложениями, изложенными в п. 1 раздела III) потребуется регла­ ментация порядка исполнения данных решений.

IV. После внесения изменений в законодательство возможна подготовка Пленума Верховного Суда Российской Федерации о рассмотрении судами дел, связанных с ненадлежащими условиями содержания под стражей и в местах за­ ключения, а в дальнейшем - обзора практики судов по рассмотрению заявлений об оспаривании действий (бездействия) государственных органов, их должност­ ных лиц и государственных служащих по делам рассматриваемой категории и о взыскании компенсации в связи с допущенными нарушениями.

Неофициальный перевод Е1ЖОРЕАМ СОУКТ ОР НУМАМ К1СНТ5 С01Ж ЕУКОРЁЕММЕ БЕЗ ВК01Т5 ВЕ Ь'НОММЕ ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ ДЕЛО «АНАНЬЕВ и ДРУГИЕ против РОССИИ» ^Жалобы №№ ^2Л2Л/07 ы 60^00/0^) ПОСТАНОВЛЕНИЕ г. СТРАСБУРГ 10 января 2012 года Данное постановление вступает в силу в порядке, установленном пунктом 2 статьи 44 Конвенции, Может быть подвергнуто редакционной правке.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 1 В деле «Ананьев и другие против России» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая палатой, в состав которой вошли:

Нина Вайич, Председатель, Анатолий Ковлер, Пер Лоренсен, Мирьяна Назарова Трайковска, Юлия Лаф франк, Линос-Александр Сицильянос, Эрик Мозе, судьи, и Сорен Нильсен, Секретарь Секции, рассмотрев жалобу в закрытом заседании 06 декабря 2011 года, вынес следующее постановление, утвержденное в тот же день:

ПРОЦЕДУРА 1. Дело инициировано двумя жалобами, поданными в Европейский Суд по правам человека в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее «Конвенция») против Российской Федерации тремя гражданами Российской Федерации, Сергеем Михайловичем Ананьевым (жалоба № 42525/07), Геннадием Геннадьевичем Башировым и Гульнарой Сайфуллаевной Башировой (жалоба № 60800/08) (далее - «заявители»), 14 сентября 2007 года и 10 ноября 2008 года соответственно.

2. Интересы заявителя Ананьева в Суде представляла О. Преображенская - специалист в области права, проживающая в г. Страсбурге. Интересы заявителей Баширова и Башировой в Суде представлял А. Анохин - адвокат, практикующий в г. Астрахани.

3. Власти Российской Федерации (далее - «Власти») были представлены в Суде Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г. Матюшкиным.

4. Заявители, в частности, утверждали, что они содержались под стражей в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях, и что в их распоряжении отсутствовали эффективные внутригосударственные средства правовой защиты.

5. 14 мая 2009 года Суд принял решение коммуницировать властям Российской Федерации жалобы заявителей, в которых поднимались конкретные дополнительные вопросы относительно структурного характера проблем, лежащих в основе их жалоб. Суд также принял решение о рассмотрении указанных дел в приоритетном порядке в соответствии с Правилом 41 Регламента Суда. Помимо этого, Суд решил уведомить стороны о том, что он также рассматривает вопрос о целесообразности применения процедуры 2 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» вынесения пилотного постановления (см. постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Брониовский против Польши» (ВгопюшЫ V. Ро\апд), жалоба № 31443/96, пункты 189-194 и резолютивную часть постановления, ЕСНК 2004-У; и постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Хуттен-Чапска против Польши» (НиКеп-Сгарзка V. Ро1апф, жалоба № 35014/97, ЕСНК 2006..., пункты 231-239 и резолютивную часть постановления).

6. Заявители и Власти представили свои замечания по вопросу приемлемости и по существу жалобы (пункт 1 Правила 59 Регламента Суда).

ФАКТЫ I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА 7. Все трое заявителей были заключены под стражу на стадии предварительного расследования и содержались в различных следственных изоляторах.

Подробное описание конкретных обстоятельств каждого дела представлено ниже.

А. Дело Ананьева 8. 27 декабря 2006 года Президиумом Смоленского областного суда вынесено постановление об отмене кассационного определения по уголовному делу в отношении Ананьева и передаче дела на новое рассмотрение. 20 января 2007 года Ананьев был переведен из исправительной колонии в следственный изолятор ИЗ-67/1 г. Смоленска, в котором содержался до 23 марта 2007 года.

9. До 21 марта 2007 года Ананьев содержался в камере № 170, впоследствии - в камере № 153. Площадь камеры № 170 составляла 15 кв. м., камеры № 153 - 10 кв. м. Указанные камеры были оборудованы 13 и 4 спальными местами соответственно.

10. В течение двух недель в январе и феврале 2007 года в камере № 170 содержалось 12 заключенных; в остальной период времени количество заключенных варьировалось от 15 до 21 человека. В камере № 153, совместно с Ананьевым, содержался еще один заключенный.

11. Власти представили справки, выданные 25 июня 2009 года начальником следственного изолятора, в которых перечислялись размеры камер и количество содержавшихся в них заключенных, двенадцать страниц книги количественного учета заключенных, содержащихся в изоляторе ИЗ-67/1, включавших в себя информацию ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 3 за период с 20 января по 23 марта 2007 года, а также фотографии камер №№153 и 170.

12. Ананьев представил письменные показания своих бывших сокамерников С. и Б. от 27 июня 2009 года, из которых следует, что в период с января по апрель 2007 года в камере № 170 содержалось до 24 человек.

13. 19 марта 2007 года Ананьев направил Генеральному прокурору Российской Федерации, прокурору г. Смоленска и начальнику Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Смоленской области жалобы на неудовлетворительные условия его содержания. 4 мая 2007 года прокурор г. Смоленска проинформировал Ананьева о том, что по его жалобам проведена соответствующая проверка, исполняющему обязанности начальника изолятора ИЗ-67/1 поручено устранить нарушения закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Б. Дело Баширова и Башировой 14. 29 апреля 2005 года Баширов и Баширова были задержаны и заключены под стражу. Баширова была освобождена под залог 17 мая 2005 года, а Баширов был переведен в следственный изолятор ИЗ-30/1 г. Астрахани. 11 марта 2008 года оба заявителя были признаны виновными в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, и приговорены к отбыванию наказания в виде восьми с половиной лет и шести лет лишения свободы соответственно. В этот же день Баширова была повторно заключена под стражу. 15 мая 2008 года Астраханский областной суд оставил приговор в отношении заявителей без изменения.

15. В изоляторе ИЗ-30/1 Баширов содержался в камере № 83 (в периоды с 3 мая по 1 июля 2005 года и с 27 декабря 2007 года по 22 апреля 2008 года), в камере № 69 (в периоды с 1 июля 2005 года по 11 января 2006 года и с 9 августа года по 30 октября 2006 года), в камере № 35 (в период с 11 января по 9 августа 2006 года), в камере № 79 (в период с 30 октября по 18 декабря 2007 года) и в камере № 15 (в период с 22 апреля по 21 мая 2008 года). В период с 18 по 27 декабря 2007 года Баширов проходил лечение в больнице У ФСИН России.

16. Баширова содержалась в том же изоляторе в камере № 52 (в период с 3 по 17 мая 2005 года), в камере № 40 (в период с 11 по 15 марта 2008 года) и в камере № 45 (в период с 15 марта по 7 июня 2008 года).

17. Камеры, в которых содержался Баширов, имели следующие характеристики:

• камера № 15: 23 кв. м., 10 спальных мест;

4 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» • камера № 35: 25 кв. м., 10 спальных мест;

• камеры №№ 69 и 83: 24 кв. м., 12 спальных мест;

• камера № 79: 25 кв. м., 12 спальных мест.

18. Камеры, в которых содержалась Баширова, имели следующие параметры:

• камера № 52: 24 кв. м., 10 спальных мест;

• камера № 50: 22 кв. м., 10 спальных мест;

• камера № 45: 19 кв. м., 6 спальных мест.

19. Стороны разошлись во мнениях относительно количества заключенных. Власти утверждали, что количество задержанных «не превышало количество спальных мест». Власти ссылались на справку, выданную начальником изолятора 29 июня 2009 года. Заявители указали следующие данные о количестве заключенных в камерах: в камере № 15 - 15 человек, в камере № 69 - 22 человека, в камерах №№ 35, 50 и 83 - по 14 человек, в камере № 79 - 20 человек, в камере № 52 в среднем - 30 человек, однако, в некоторые дни количество заключенных доходило до 40 человек, в камере № 4 5 - 9 человек.

20. Заявители представили выдержки из ежегодных докладов Уполномоченного по правам человека в Астраханской области. В докладе за 2005 год Уполномоченный подверг критике условия содержания в учреждениях уголовно-исполнительной системы г. Астрахани и Астраханской области:

«По данным Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Астраханской области в следственных изоляторах области в 2005 году ухудшилась обстановка с соблюдением элементарных прав лиц, содержащихся под стражей. В обоих следственных изоляторах значительно увеличилось количество подозреваемых и обвиняемых, и на конец года в указанных учреждениях их содержится в два раза больше, чем положено по нормам. Так, в следственном изоляторе [ИЗ-30/]1 г. Астрахани, при лимите наполнения в 642 человека, в течение года в среднем содержалось под стражей более I 031 человека (в 2004 году - 750 человек), а на конец года содержалось 1 300 человек.

Аналогичная ситуация имеет место и в следственном изоляторе [ИЗ-30/]2 в г. Нариманове... камеры следственных изоляторов были постоянно переполнены; при санитарной норме содержания лиц под стражей в 4 кв.м. на одного человека, на каждого, фактически, приходилось около 2-х кв. м.

Задержанным не хватало спальных мест, и они были вынуждены спать по очереди».

21. Доклад за 2006 год показал, что ситуация практически не улучшилась:

«К сожалению, приходится констатировать, что в истекшем 2006 году заметных изменений к лучшему здесь не произошло. Так, в представлении прокуратуры Астраханской области от 25 сентября 2006 года, направленном в адрес начальника Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Астраханской области отмечается, что условия содержания граждан в следственных изоляторах № 1 (г. Астрахань) и № 2 (г. Нариманов) «не отвечают требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности»... Все это усугубляется крайней ветхостью зданий (особенно это касается следственного ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 5 изолятора № 1 постройки 1822 года), а также существенным превышением лимита наполнения камер. Причем, динамика превышения лимита за последние три года отражает лишь ухудшение ситуации, о чем свидетельствуют цифры:

Следственный изолятор Лимит наполнения (чел.) ИЗ-30/1 ИЗ-30/2 Фактически содержалось на конец года (чел.) 2004 2005 2006 642 750 1 300 1 518 267 321 588 700 22. В докладе за 2007 год признается, что проблема переполненности изоляторов остается «серьезной», в изоляторе ИЗ-30/1 фактически содержалось 879 заключенных.

23. В докладе за 2008 год критике подверглись официально принятые стандарты:

«Официально признаваемый и считающийся допустимым лимит наполнения следственных изоляторов вызывает вопросы. Считается, что лимит наполнения следственного изолятора ИЗ-30/1 составляет 651 человек. Вместе с тем, общая жилая площадь всех камер составляет 2 232,4 кв. м. При простом делении этой цифры на 4 кв. м. (установленная законом норма санитарной площади камеры на 1 задержанного) получается, что лимит наполнения данного следственного изолятора - 558 человек. Всего же на 31 января 2008 года в следственном изоляторе № 1 фактически содержалось 689 заключенных».

24. Заявитель Баширов также представил копию ответа Астраханской областной прокуратуры от 28 февраля 2008 года, адресованного его адвокату, на жалобу относительно условий содержания под стражей, поданную другим заключенным, в котором указано следующее:

«29 февраля 2008 года заместитель районного прокурора и заместители начальника изолятора № 1 по материально-техническому обеспечению, режиму содержания и медицинской части провели комплексное техническое освидетельствование камеры № 79. На момент освидетельствования в камере № 79 имелось двенадцать спальных мест, но при этом в ней содержалось пятнадцать человек. В результате вышеупомянутого освидетельствования камеры № 79 также было установлено, что подобные нарушения имели место в большинстве камер следственного изолятора. В связи с переполненностью камер, ветхостью здания и другими нарушениями закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», районная прокуратура направила начальнику Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Астраханской области два представления уже в первом квартале 2008 года...».

6 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА А. Конституция Российской Федерации 25. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления (часть 1 статьи 21).

Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (часть 2 статьи 21).

Б. Закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (Федеральный закон № 103-ФЗ от 15 июля 1995 года) 26. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым (статья 4).

27. Местами содержания под стражей являются: (а) следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы; (б) изоляторы временного содержания органов внутренних дел; (в) изоляторы временного содержания пограничных органов (статья 7).

28. Подозреваемые и обвиняемые, в частности, имеют право:

• обращаться с просьбой о личном приеме к начальнику места содержания под стражей и лицам, контролирующим деятельность места содержания под стражей, во время нахождения указанных лиц на его территории (часть 3 статьи 17);

• обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов (часть 7 статьи 17);

• получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях (часть 9 статьи 17);

• на восьмичасовой сон в ночное время и на ежедневную прогулку продолжительностью не менее одного часа (части 10 и 11 статьи 17).

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУ1 ИЕ протии РОССИИ» 7 29. Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены и санитарии. Им предоставляется индивидуальное спальное место, выдаются постельные принадлежности, посуда, столовые приборы и средства гигиены.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23).

30. Надзор за исполнением законов в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых осуществляют Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры.

Администрация мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых обязана выполнять постановления соответствующего прокурора, касающиеся порядка содержания под стражей, установленного настоящим Федеральным законом (статья 51).

В. Закон «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» (Федеральный конституционный закон № 1-ФКЗ от 26 февраля 1997 года) 31. Уполномоченный рассматривает жалобы на действия государственных органов, органов местного самоуправления или их служащих, если ранее заявитель обжаловал эти действия в судебном либо административном порядке (часть 1 статьи 16).

32. По результатам рассмотрения жалобы Уполномоченный вправе обратиться в суд или к прокурору с заявлением в защиту прав и свобод, нарушенных решениями или действиями (бездействием) должностного лица, либо обратиться в компетентные государственные органы с ходатайством о возбуждении дисциплинарного или административного производства либо уголовного дела в отношении должностного лица, совершившего такое нарушение (часть 1 статьи 29).

33. По результатам обобщения итогов рассмотрения жалоб Уполномоченный вправе направлять государственным органам и органам местного самоуправления свои предложения общего характера, относящиеся к обеспечению прав и свобод граждан, или обращаться к субъектам права законодательной инициативы с предложениями об изменении и дополнении законодательства (статья 31).

Г.

Закон «О прокуратуре Российской Федерации» (Федеральный закон № 2202-1 от 17 января 1992 юда) 34. Должностные полномочия прокурора позволяют ему входить на территории и в помещения государственных органов, иметь доступ к их документам и материалам, вызывать должностных лиц и граждан 8 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» для объяснений, рассматривать и проверять жалобы и заявления о нарушении прав и свобод человека и гражданина, разъяснять порядок защиты таких прав и свобод, осуществлять надзор за исполнением законов, возбуждать производство об административном правонарушении в отношении должностных лиц, предостерегать о недопустимости нарушения закона и вносить представление об устранении выявленных нарушений закона (статьи 22 и 27).

35. Представление прокурора об устранении нарушений закона вносится в орган или должностному лицу и подлежит безотлагательному рассмотрению. В течение месяца со дня внесения представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона. О принятых мерах должно быть сообщено прокурору (статья 24) 36. Глава 4 регламентирует компетенцию прокуроров по надзору за исполнением законов администрациями органов и учреждений уголовно-исполнительной системы.

Прокуроры компетентны осуществлять проверки по вопросам законности нахождения лиц в местах содержания задержанных, соблюдения их прав и обязанностей, а также по вопросу условий их содержания (статья 32). В целях исполнения указанных полномочий прокуроры вправе посещать в любое время места содержания задержанных лиц, опрашивать задержанных и знакомиться с их личными делами, требовать от администрации создания условий, обеспечивающих соблюдения прав задержанных, требовать объяснения от должностных лиц и возбуждать производства об административных правонарушениях (статья 33) Постановления и требования прокуроров подлежат обязательному исполнению администрацией (статья 34).

Д. Гражданский процессуальный кодекс Федерации: обжалование незаконных решений Российской 37. Глава 25 устанавливает порядок судебного рассмотрения заявлений об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 10 февраля 2009 года жалобы подозреваемых, обвиняемых и осужденных на ненадлежащие условия содержания должны рассматриваться по правилам главы 25 (пункт 7).

38. Гражданин вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, если он считает, что нарушены его права и свободы, непосредственно в суд или в вышестоящий в порядке подчиненности орган или к должностному лицу (статья 254). Заявление может касаться любых решений, ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 9 действий (бездействия), в результате которых нарушены права и свободы гражданина, созданы препятствия к осуществлению гражданином его прав и свобод, на гражданина незаконно возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к ответственности (статья 255).

39. Заявление должно быть подано в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав. Срок подачи заявления может быть продлен судом при наличии существенных оснований (статья 256). Заявление рассматривается судом в течение десяти дней, при необходимости, в отсутствие ответчика - органа либо должностного лица (статья 257).

40. Обязанность по доказыванию законности оспариваемых решений, действий (бездействия) возлагается на орган или лицо, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие).

Суд вправе, при необходимости, истребовать доказательства по своей инициативе (пункт 20 Постановления № 2).

41. Суд, признав заявление обоснованным, принимает решение об обязанности соответствующего органа или должностного лица устранить в полном объеме допущенное нарушение прав и свобод гражданина (часть 1 статьи 258). Суд устанавливает срок для устранения нарушения с учетом характера дела, а также действий, которые следует совершить в целях устранения в полном объеме допущенного нарушения (пункт 28 Постановления № 2).

42. Решение суда направляется руководителю соответствующего органа, соответствующему должностному лицу либо в вышестоящий в порядке подчиненности орган или должностному лицу в течение трех дней со дня вступления решения суда в законную силу. В суд и гражданину должно быть сообщено об исполнении решения суда не позднее чем в течение месяца со дня получения решения (части 2 и 3 статьи 258).

Е. Гражданский кодекс Российской Федерации 43. Защита гражданских прав осуществляется различными способами, в том числе путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права (зшшз цио аШё), и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, компенсации морального вреда (статья 12).

44. Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и деловая репутация считаются личными «неимущественными правами» и «нематериальными благами», которые защищаются в соответствии с Гражданским Кодексом и другими законами в тех случаях и тех пределах, в каких использование 10 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» способов защиты гражданских прав, перечисленных в статье 12, вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (статья 150).

45. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (статья 151).

46. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (части 1 и 2 статьи 1064).

47. Государственные органы, органы местного самоуправления, а также их должностные лица несут ответственность за вред, причиненный гражданину в результате их незаконных действий (бездействия) (статья 1069). Вред, причиненный гражданину в результате; 1) незаконного осуждения или незаконного привлечения к уголовной ответственности; 2) незаконного применения меры пресечения; 3) незаконного привлечения к административной ответственности возмещается за счет казны Российской Федерации или за счет казны субъекта Российской Федерации независимо от вины должностных лиц (статья 1070).

48. Компенсация морального вреда осуществляется в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (статья 1099). Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен: 1) источником повышенной опасности; 2) в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения меры пресечения, незаконного наложения административного взыскания;

3) распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (статья 1100).

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» Ж. Положения Уголовно-процессуального Российской Федерации о заключении под стражу 11 кодекса 49. К «мерам пресечения» относятся: подписка о невыезде (из города или области), личное поручительство, залог, домашний арест и заключение под стражу (статья 98).

50. Заключение под стражу может быть санкционировано судом, если предъявленное обвинение влечет наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет при условии, что более мягкая мера пресечения не может быть применена (статья 108). Суд вправе санкционировать заключение под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый может скрыться, продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать проведению предварительного расследования или судебного разбирательства по уголовному делу (статья 97). К обстоятельствам, которые должны учитываться при избрании меры пресечения, помимо обстоятельств, указанных в статье 97, также относятся: тяжесть предъявленного обвинения, сведения о личности подозреваемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и иные обстоятельства (статья 98).

51. После задержания подозреваемый помещается под стражу «на время расследования». Максимально допустимый срок содержания под стражей «во время следствия» составляет 2 месяца, но в «исключительных случаях» он может быть продлен до 18 месяцев (части 1-3 статьи 109).

52. 29 октября 2009 года Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление № 22, регламентирующее применение мер пресечения, в том числе в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста. В частности, оно предусматривает, что предварительное заключение может быть избрано лишь при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения (пункт 2). При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судам следует давать оценку обоснованности подозрения в причастности соответствующего лица к совершению преступления (пункт 19). В случае продления срока содержания лица под стражей суды должны указать конкретные обстоятельства, обосновывающие продление срока, а также доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств (пункт 21). Кроме того, суды должны объяснить, почему нельзя применить более мягкую меру пресечения (пункт 26).

12 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 3. Статистические данные о применении меры пресечении в виде заключения под стражу и результатах соответствующих судебных разбирательств 53. Представленная Властями информация и статистические данные на веб-сайте Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (м^у^.саер.т) показывают количество дел, в рамках которых суды первой инстанции удовлетворили ходатайства прокуроров о заключении под стражу или продлении срока содержания под стражей, а также общее количество лиц, осужденных или оправданных судами первой инстанции (за исключением тех дел, производство по которым было прекращено до вынесения обвинительного или оправдательного приговора) в отчетном году:

200 7 200 8 2 200 9 0101 Количество удовлетворенных ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (% от общего количества) 223 412 (90,7%) 207 456 (90,1%) 187 793 (90,1%) 148 156 (90,0%) Количество отклоненных ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (% от общего количества) 22 936 (9,3%) 22 813 (9,9%) 20 623 (9,9%) 16 398 (10,0%) Количество удовлетворенных ходатайств о продлении срока содержания под стражей (% от общего количества) 194 307 (98,5%) 201 499 (98,1%) 208 760 (98,1%) 180 686 (97,9%) Количество отклоненных ходатайств о продлении срока содержания под стражей (% от общего количества) 3 013 (1,5%) 3 921 (1,9%) 4 059 (1,9%) 3 857 (2,1%) Количество дел, в рамках которых на момент начала судебного разбирательства ответчик(-и) находился(-ись) под стражей 206 281 191 696 177 047 нет данных Всего осужденных лиц 931 057 941 936 906 664 861 694 Всего оправданных лиц 10 216 10 027 9 179 9 138 1 Данные за 2010 год получены из оперативной отчетности за 12 месяцев 2010 года.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» И. Федеральная программа исполнительной системы развития 13 уголовно- 54. Постановлением № 540 от 5 сентября 2006 года Правительство Российской Федерации утвердило федеральную целевую программу под названием «Развитие уголовноисполнительной системы (2007-2016 годы)». В редакции последующих Постановлений Правительства описание программы выглядит следующим образом:

1. Характеристика проблемы «Современная уголовно-исполнительная система представляет собой совокупность учреждений и органов, исполняющих различные виды наказаний, и включает в себя 1060 учреждений, из них 844 исправительных учреждения, 7 тюрем, 209 следственных изоляторов. В настоящее время в указанных учреждениях содержатся более 812 тыс. человек.

Количество содержащихся в следственных изоляторах подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу (далее - подследственные), и осужденных к лишению свободы (далее - осужденные) в исправительных учреждениях не зависит от деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, а определяется главным образом уровнем преступности в стране и судебной практикой.

Согласно требованиям законодательства Российской Федерации размещение в камерах подследственных и осужденных производится с учетом их личности и психологической совместимости, а также пола и возраста...

Норма санитарной площади в камере в расчете на одного подследственного составляет 4 кв. метра.

В результате проделанной работы по строительству и реконструкции следственных изоляторов в рамках федеральной целевой программы «Реформирование уголовно-исполнительной системы на 2002-2006 годы» количество мест в следственных изоляторах, в которых условия содержания подследственных соответствуют законодательству Российской Федерации, к концу 2006 года будет доведено до 94,4 процента. Логическим продолжением этой работы будет являться федеральная целевая программа „Развитие уголовно-исполнительной системы (2007-2016 годы)" (далее - Программа).

Установленная норма санитарной площади в камере в расчете на одного подследственного в настоящее время реально обеспечивается только в учреждениях, расположенных в 40 субъектах Российской Федерации.

Следовательно, наполняемость следственных изоляторов превышает установленный лимит наполнения, причем в отдельных регионах весьма значительно. В 20 субъектах Российской Федерации норма санитарной площади в камере в расчете на одного подследственного составляет менее 4 кв. метров, а в 18 субъектах Российской Федерации (Республика Алтай, Республика Тыва, Республика Саха (Якутия), Чувашская Республика, Удмуртская Республика, Краснодарский, Пермский и Хабаровский края, Астраханская, Калужская, 14 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» Костромская, Курганская, Московская, Новосибирская, Свердловская, Смоленская, Томская и Тульская области) - менее 3 кв. метров, что является нарушением прав подследственных.

В 3 субъектах Российской Федерации (Республика Хакасия, Еврейская автономная область, Ямало-Ненецкий автономный округ) следственные изоляторы отсутствуют, что приводит к различным издержкам при исполнении меры пресечения в виде заключения под стражу и обеспечении следственных действий.

Значительная часть следственных изоляторов находится в старых зданиях. За последние годы из-за неудовлетворительного состояния произошло обрушение строительных конструкций режимных корпусов в следственных изоляторах Астраханской, Магаданской, Московской, Тамбовской, Читинской и других областей. В настоящее время рассматривается вопрос о прекращении эксплуатации двенадцати следственных изоляторов (Республика Дагестан, Республика Карелия, Чувашская Республика, Астраханская, Белгородская, Вологодская, Воронежская, Камчатская, Костромская, Свердловская, Тамбовская и Тульская области)...

Присоединение Российской Федерации в 1996 году к Уставу Совета Европы и в 1998 году - к Конвенции о защите прав человека и основных свобод актуализировало задачу приведения уголовно-исполнительной системы в соответствие с правовыми стандартами Совета Европы, которые в последние годы претерпели значительные изменения относительно содержания тюремного управления и обращения с заключенными... Учитывая, что минимум норматива санитарной площади, приходящейся на одного человека, определяется [Комитетом по предотвращению пыток, далее - КПП] в размере семи кв. метров, Европейский Суд по правам человека в своих решениях ориентируется на этот примерный стандарт при обустройстве камер. Как отмечается в комментариях Совета Европы к Европейским пенитенциарным правилам, есть основания полагать, что норма санитарной площади на одного заключенного будет определена КПП в пределах 9-10 кв. метров.

В настоящее время размер санитарной площади на одного подследственного соответствует международным стандартам только в 3 следственных изоляторах (Республика Дагестан, Республика Калмыкия, Камчатская область), однако 2 из них (Республика Дагестан и Камчатская область) из-за аварийного состояния подлежат закрытию...

2. Основная цель и задачи, сроки реализации, а также важнейшие целевые показатели Программы Целью Программы является приведение условий содержания подследственных и осужденных в соответствие с законодательством Российской Федерации для перехода к международным стандартам содержания подследственных в следственных изоляторах.

Задачами Программы являются:

• реконструкция и строительство следственных изоляторов, в которых условия содержания подследственных соответствуют законодательству Российской Федерации...

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 15 • строительство 26 следственных изоляторов, в которых условия содержания подследственных соответствуют международным стандартам.

Важнейшими [Приложение 1]:

целевыми показателями 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 Процент следственных изоляторов, в которых условия содержания соответствуют законодательству Российской Федерации 53,7 53,9 54,2 57,5 60 61,1 72,8 84,9 95,6 100 Процент следственных изоляторов, в которых условия содержания соответствуют международным стандартам 0,5 0,5 0,5 0,5 0,9 1,4 1,8 2,7 6,2 11,4 Наименование показателя целевого Программы являются 3. Программные мероприятия В течение 2007-2009 годов завершается строительство 7 новых следственных изоляторов, в которых условия содержания подследственных будут соответствовать законодательству Российской Федерации. Кроме того, завершается строительство 32 объектов следственных изоляторов, начатое в рамках федеральной целевой программы «Реформирование уголовноисполнительной системы на 2002-2006 годы». С 2010 года в 97 следственных изоляторах старого типа условия содержания подследственных приводятся в соответствие с законодательством. Российской Федерации.

Ведется строительство следственных изоляторов нового типа в 24 субъектах Российской Федерации (Республика Дагестан, Республика Карелия, Республика Тыва, Республика Хакасия, Чувашская Республика, Краснодарский, Пермский и Ставропольский края, Астраханская, Владимирская, Воронежская, Камчатская, Кемеровская, Костромская, Московская, Новосибирская, Самарская, Ленинградская, Свердловская, Томская, Тульская и Читинская области, ЯмалоНенецкий автономный округ, Еврейская автоном ная область и г. СанктПетербург). Условия содержания в этих следственных изоляторах будут соответствовать международным стандартам (норма санитарной площади на одного подследственного - 7 кв. метров).

К 2017 году общее количество следственных изоляторов с учетом возможного закрытия 12 из них возрастет до 230. Условия содержания подследственных в них будут соответствовать законодательству Российской Федерации, а в 26 следственных изоляторах - международным стандартам...

4. Обоснование ресурсного обеспечения Программы Ресурсное обеспечение Программы осуществляется за счет средств федерального бюджета. Общий объем финансирования Программы составляет 54 588 200 000 рублей [около 1 350 000 000 евро]...» 16 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» III. ПРИМЕНИМЫЕ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АКТЫ 55. Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые на первом Конгрессе Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшемся в Женеве в 1955 году, и одобренные Экономическим и Социальным Советом в его резолюции 663 С (XXIV) от 31 июля 1957 года и 2076 (ЬХП) от 13 мая 1977 года, в частности, предусматривают следующее:

«10. Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию...

11. В помещениях, где живут и работают заключенные:

а) окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции;

Ь) искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения.

12. Санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности.

13. Банные установки и количество душей должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог и был обязан купаться или принимать душ при подходящей для каждого климата температуре и так часто, как этого требуют условия общей гигиены, с учетом времени года и географического района, то есть, во всяком случае, хотя бы раз в неделю в умеренном климате.

14. Все части заведения, которыми заключенные пользуются регулярно, должны всегда содержаться в должном порядке и самой строгой чистоте.

15. От заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья...

19. Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами, снабженную отдельными спальными принадлежностями, которые должны быть чистыми в момент их выдачи, поддерживаться в исправности и меняться достаточно часто, чтобы обеспечивать их чистоту.

20. 1) Тюремное управление должно в обычные часы обеспечивать каждому заключенному пищу, достаточно питательную для поддержания его ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» здоровья и сил, имеющую приготовленную и поданную.

достаточно хорошее качество, 17 хорошо 2) Каждый заключенный должен располагать питьевой водой, когда он испытывает в ней потребность.

21. 1) Все заключенные, не занятые работой на свежем воздухе, имеют ежедневно право по крайней мере на час подходящих физических упражнений на дворе, если это позволяет погода.

45... 2) Перевозка заключенных в условиях недостаточной вентиляции или освещения или же в любых других физически излишне тяжелых условиях подлежит запрещению...».

56. Соответствующие извлечения из [ежегодных] общих докладов Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) звучат следующим образом:

Извлечение из второго общего доклада [СРТДпГ (92) 3] «46. Проблема переполненности тюрем имеет прямое отношение к компетенции ЕКПП, Если число заключенных превышает расчетную вместимость учреждения, это неблагоприятно сказывается на работе всех служб и деятельности данного учреждения; общее качество жизни в учреждении снижается и, возможно, значительно. Более того, переполненность тюрьмы, или ее отдельной части, может достигать такого уровня, который сам по себе является бесчеловечным или унижающим с физической точки зрения.

47. Удовлетворительная программа деятельности (работа, образование, спорт и т. д.) имеет решающее значение для благополучия заключенных...

Нельзя допускать, чтобы заключенные просто изнывали неделями, и даже месяцами, запертые в своих камерах, как бы хороши не были бытовые условия в этих камерах. ЕКПП считает, что следует стремиться к тому, чтобы лица, содержащиеся под стражей, могли проводить значительную часть дня (8 часов или больше) за пределами своих камер, занимаясь полезными видами деятельности различного характера...

48. Особо следует упомянуть пребывание на открытом воздухе.

Требование о том, чтобы заключенным разрешалось каждый день заниматься физическими упражнениями на открытом воздухе в течение как минимум одного часа, получило широкое признание как одна из основных гарантий...

Также, само собой разумеется, что сооружения для занятий на открытом воздухе должны быть достаточно просторными и, по возможности, обеспечивать укрытие при неблагоприятных погодных условиях...

49. Беспрепятственный доступ к нормальным санузлам и поддержание надлежащих стандартов гигиены являются существенными факторами гуманной обстановки...

50. ЕКПП хотел бы добавить, что его особенно беспокоит, когда ему приходится сталкиваться с переполненностью камер в сочетании с неудовлетворительной режимной деятельностью и ненадлежащим доступом к 18 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» санузлам и умывальникам в одном и том же учреждении. Совокупное воздействие таких условий может оказаться крайне пагубным для заключенных.

51. Для заключенных также очень важно поддерживать достаточно хороший контакт с внешним миром. Прежде всего, заключенным необходимо предоставить возможность сохранять отношения со своими семьями и близкими друзьями. Руководящим принципом должно стать содействие контактам с внешним миром. Любые ограничения таких контактов должны быть обоснованы исключительно интересами безопасности, которые можно подвергнуть оценке, или соображениями нехватки материальных ресурсов...» Извлечение из седьмого общего доклада [СРТ/1п1 (97) 10] «13. Как указывал ЕКПП в своем втором общем докладе (см. СРТЯпГ (92) 3, пункт 46), переполненность тюрем является вопросом, имеющим прямое отношение к компетенции ЕКПП. Когда тюрьма переполнена, заключенные содержатся в тесных и негигиеничных помещениях; пребывание в ней характеризуется постоянным отсутствием возможности уединиться (даже при отправлении таких насущных потребностей как пользование туалетом);

сокращением числа мероприятий, связанных с пребыванием вне камеры, что объясняется нехваткой персонала и необходимого оборудования;

перегруженностью медицинских служб; всевозрастающей напряженностью, а следовательно, и более частыми проявлениями насилия в отношениях между самими заключенными и между заключенными и персоналом. Данный перечень далеко не исчерпывающий.

ЕКПП был вынужден неоднократно констатировать, что следствием пагубного воздействия переполненности тюрем являются бесчеловечные и унижающие достоинство условия содержания...» Извлечение из одиннадцатого общего доклада [СРТ/1пГ(2001) 16] «28. Явление переполненности тюрем продолжает негативно сказывается на уголовно-исполнительных системах стран Европы, а также - в весьма значительной степени - на попытках улучшить условия содержания. Вопрос отрицательного влияния переполненности тюрем уже освещался в предыдущих общих докладах...

29. В ряде стран, которые посетил ЕКПП, особенно в Центральной и Восточной Европе, здание для заключенных часто состоит из общих помещений большой вместимости, в которых находится все или большая часть оборудования, используемого заключенными ежедневно, такого как спальные и жилые зоны, а также санитарные узлы. ЕКПП имеет возражения против самого принципа такой планировки зданий в закрытых тюрьмах, и эти возражения становятся еще более жесткими, когда - как это зачастую оказывается заключенные содержатся в данных помещениях в чрезвычайно стесненных и нездоровых условиях... Камеры большой вместимости неизбежно предполагают недостаток условий для уединения заключенных в их повседневной жизни... Все эти проблемы усиливаются, когда численность заключенных выходит за разумные пределы; кроме того, в подобной ситуации чрезмерная нагрузка на коммунальные системы, такие как умывальники и туалеты, и вентиляция, ПОСТАНОВЛЕН 1ИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 19 недостаточная для такого большого количества людей, также часто приводят к неудовлетворительным условиям содержания.

30. ЕКПП часто сталкивается с приспособлениями, такими как металлические ставни, перекладины или пластины, которые прикрепляются к окнам камер, лишают заключенных доступа к естественному свету и препятствуют попаданию свежего воздуха в помещение. Это особенно характерно для мест предварительного заключения. ЕКПП полностью согласен с тем, что особые меры безопасности, разработанные для предотвращения риска сговора и/или преступной деятельности, вполне могут оказаться необходимыми по отношению к отдельным заключенным... [Д]аже если подобные меры необходимы, они ни в коем случае не должны лишать заключенных естественного света и свежего воздуха. Это жизненно необходимые условия, на которые имеет право каждый заключенный; более того, их отсутствие приводит к возникновению условий, благоприятствующих распространению заболеваний, особенно туберкулеза...» 57. 30 сентября 1999 года Комитет министров Совета Европы принял рекомендацию № К (99) 22 «О проблеме переполненности тюрем и увеличения числа заключенных», которая, в частности, предусматривает следующее:

«Принимая во внимание, что переполненность тюрем и увеличение числа заключенных являются основной проблемой для администраций тюрем и системы уголовного правосудия в целом, как с точки зрения соблюдения прав человека, так и с точки зрения эффективности управления пенитенциарными учреждениями;

учитывая, что эффективность управления заключенными находится в прямой зависимости от таких факторов, как общая ситуация с преступностью, приоритеты в борьбе с преступностью, виды наказаний, предусмотренные в кодексах, суровость вынесенных приговоров, частота применения общественных санкций и мер воздействия, применение заключения под стражу, эффективность и результативность деятельности органов уголовного правосудия, и, в немалой степени, отношение общества к преступлению и наказанию...

рекомендует правительствам государств-членов:

- принять все необходимые меры к применению принципов, изложенных в приложении к настоящей Рекомендации, при пересмотре внутреннего законодательства и сложившейся практики в отношении переполненности тюрем и увеличения числа заключенных...

Приложение к Рекомендации № К (99) 22 /. Основополагающие принципы 1. Лишение свободы следует рассматривать в качестве крайней санкции или меры воздействия и, следовательно, применять только в тех случаях, когда вследствие особой тяжести преступления любые иные санкции и меры воздействия становятся явно неприменимыми.

20 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУ1 ИЕ против РОССИИ» 2.

Расширение тюремных комплексов должно быть скорее исключительной мерой, поскольку весьма маловероятно, что оно может стать долгосрочным решением проблемы переполненности тюрем. Тем государствам, где имеются в целом достаточные, но не отвечающие местным требованиям тюремные площади, следует стремиться к их более рациональному использованию...

//. Решение проблемы нехватки тюремных помещений 6. В целях предотвращения чрезмерной переполненности тюрем следует установить лимит наполнения для пенитенциарных учреждений.

7. В тех случаях, когда имеет место переполненность, особое внимание следует уделять принципам уважения человеческого достоинства, выполнению тюремной администрацией своих обязанностей по гуманному и позитивному обращению, четкому распределению обязанностей среди персонала и современным эффективным подходам в управлении. В соответствии с Европейскими тюремными правилами следует обращать особое внимание на размер пространства, доступного заключенным, гигиену и санитарные условия, обеспечение заключенных нормально приготовленной и поданной пищей в достаточном количестве, охрану здоровья заключенных и возможность пребывания на открытом воздухе.

8. В целях нейтрализации негативных последствий переполненности тюрем необходимо способствовать, насколько это возможно, общению заключенных со своими родственниками и максимальному использованию поддержки со стороны общества...

III. Меры, относящиеся к досудебной стадии Избежание уголовного судопроизводства - Уменьшение числа случаев заключения под стражу 10. Следует принять необходимые меры в целях наиболее полной реализации принципов, изложенных в Рекомендации № Я (87) 18, по упрощению уголовного правосудия; это подразумевает, что государства-члены, с учетом собственных конституционных принципов и правовых обычаев, в подходящих случаях будут прибегать к дискреционному уголовному преследованию (или иным мерам, имеющим те же цели) и использовать упрощенную процедуру и внесудебное урегулирование в качестве альтернатив традиционному уголовному преследованию, чтобы не проводить производство по уголовным делам полностью.

11. Число случаев заключения под стражу и длительность сроков содержания под стражей следует сократить до минимума, совместимого с интересами правосудия. Для этого государствам-членам необходимо обеспечить соответствие внутреннего законодательства и судебной практики соответствующим положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентному праву конвенционных контрольных органов, а также руководствоваться принципами, изложенными в Рекомендации № К (80) 11 «О заключении под стражу на время производства по уголовному делу», особенно, в части оснований для такого заключения.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 21 12. Следует максимально широко использовать меры, являющиеся альтернативой заключению под стражу, такие как: требование не покидать определенное место пребывания, ограничение на покидание или посещение определенного места без разрешения, залог или надзор и содействие со стороны органа, указанного судом. В этой связи следует обратить внимание на возможности контроля за исполнением требования о пребывании в определенном месте с помощью электронных устройств наблюдения.

13. Эффективному и в то же время гуманному применению заключения под стражу будут способствовать наличие достаточных финансовых и человеческих ресурсов и, при необходимости, разработка соответствующих процессуальных средств и управленческих технологий».

58. 11 января 2006 года Комитет министров Совета Европы принял рекомендацию Кес(2006)2 государствам-членам Совета Европы относительно европейских пенитенциарных правил, заменившую собой рекомендацию № К(87)3 относительно европейских пенитенциарных правил, с учетом изменений, которые произошли в уголовно-исполнительной политике, практике вынесения приговоров и в целом в управлении системой тюрем в Европе. Новая редакция Европейских пенитенциарных правил устанавливает следующие рекомендации:

«1. При обращении со всеми лицами, лишенными свободы, необходимо соблюдать права человека.

2. За лицами, лишенными свободы, сохраняются все права, кроме тех, которых они законно лишены на основании решения суда об их осуждении или заключении под стражу.

3. Ограничения, применяемые к лицам, лишенным свободы, должны быть минимально необходимыми и соразмерными легитимной цели их применения.

4. Содержание заключенных в условиях, ущемляющих права человека, не может быть оправдано недостатком ресурсов.

10Л. Европейские пенитенциарные правила применяются к лицам, заключенным под стражу или осужденным к наказанию в виде лишения свободы по решению или приговору судебного органа».

Размещение заключенных «18.1. Помещения, предназначенные для содержания заключенных, и, в частности, все помещения для сна, должны обеспечивать уважение человеческого достоинства и максимально возможную степень приватности, а также отвечать санитарно-гигиеническим требованиям, с учетом климатических условий и, в особенности, площади пола, объема помещения, уровня освещенности, наличия отопления и вентиляции.

22 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ прогив РОССИИ» 18.2. Во всех зданиях, предназначенных для проживания, работы или сбора заключенных:

а) окна должны иметь достаточно большую площадь, чтобы заключенные могли нормально читать и работать при естественном освещении, и обеспечивать доступ свежего воздуха, если помещение не оборудовано адекватной системой кондиционирования;

Ь) искусственное освещение должно отвечать принятым техническим нормам; и с) должна быть предусмотрена система сигнализации о тревоге, позволяющая заключенным незамедлительно связаться с персоналом.

18.4. Внутригосударственное законодательство должно предусматривать механизмы, не допускающие нарушения этих минимальных требований при переполнении пенитенциарных учреждений.

18.5. По общему правилу, на ночь заключенные должны быть размещены в индивидуальных камерах, за исключением случаев, когда они предпочитают находиться совместно с другими заключенными во время сна.

19.3. Заключенные должны иметь беспрепятственный доступ к санитарным узлам, отвечающим требованиям гигиены и обеспечивающим должный уровень приватности.

19.4. В целях поддержания общего уровня гигиены в учреждении, необходимое оборудование должно быть предусмотрено, чтобы обеспечить каждому заключенному возможность принимать ванну или душ при температуре, соответствующей местным климатическим условиям, и, по возможности, ежедневно, но не менее двух раз в неделю (или чаще, если это необходимо).

22.1. Заключенные обеспечиваются питательной едой с учетом их возраста, состояния здоровья, религиозных взглядов, культурных особенностей и характера работы.

22.4 Прием пищи организуется три раза в день с разумными интервалами.

22.5. Заключенные должны постоянно иметь доступ к чистой питьевой воде.

27.1. Каждый заключенный имеет право ежедневно, по крайней мере, на час занятий физическими упражнениями на открытом воздухе, если позволяют погодные условия.

27.2. При неблагоприятных погодных условиях следует предусмотреть иные возможности для занятия физическими упражнениями».

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 23 IV. ПРОМЕЖУТОЧНЫЕ РЕЗОЛЮЦИИ КОМИТЕТА МИНИСТРОВ СОВЕТА ЕВРОПЫ 59. 4 июня 2003 года Комитет министров Совета Европы принял промежуточную резолюцию СМ/КезБН(2003)123 в связи с постановлением Суда по делу «Калашников против России» (Ка1а$кткоу V. Киша) от 15 июля 2002 года, вступившего в силу 15 октября того же года. В ней говорилось, в частности, следующее:

«Отмечая, что общие меры, необходимые в соответствии данным постановлением, тесно связаны с проводимой в Российской Федерации реформой уголовной политики и пенитенциарной системы, и приветствуя прогресс, достигнутый в этом отношении;

отмечая с удовлетворением, в частности, знач ительное снижение переполненности следственных изоляторов (СИЗО) и, как следствие, улучшение санитарных условий, о чем свидетельствуют недавние статистические данные, представленные Комитету властями Российской Федерации [];

считая, тем не менее, что в этой области необходимы дополнительные меры для устранения структурных проблем, отмеченных в данном постановлении;

подчеркивая, в частности, важность оперативных действий со стороны властей для устранения переполненности СИЗО, в которых данная проблема все еще сохраняется (57 из 89 субъектов федерации), и приведения санитарногигиенических условий содержания в соответствие с требованиями Конвенции, ПРИЗЫВАЕТ власти Российской Федерации продолжать и улучшать проводимые реформы с целью приведения условий во всех следственных изоляторах в соответствие с требованиями Конвенции, изложенными, в частности, в постановлении по делу Калашникова, чтобы эффективно предотвращать подобные нарушения в будущем...» 60. 4 марта 2010 года Комитет министров Совета Европы принял промежуточную резолюцию СМ/К.езОН(2010)3 5 об исполнении тридцати одного постановления в отношении России, которые касались, главным образом, условий содержания в следственных изоляторах. В частности, она предусматривала следующее:

«Принимая во внимание постановления, в которых Суд признал условия содержания заявителей в следственных изоляторах (СИЗО) нарушающими статью 3 Конвенции как достигшие уровня унижающего достоинство обращения, в частности, в связи с недостатком личного пространства или с сочетанием переполненности с другими недостатками условий содержания, такими как: невозможность пользоваться туалетом в условиях приватности, отсутствие вентиляции, отсутствие доступа к естественному освещению и свежему воздуху, ненадлежащая организация системы отопления, несоблюдение основных санитарных требований;

напоминая также, что в ряде постановлений Суд признал нарушения статьи 5 Конвенции в связи с незаконным содержанием заявителей под стражей, ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» чрезмерной продолжительностью такого содержания в отсутствие соответствующих и достаточных оснований для этого, а также отсутствием эффективного судебного контроля над законностью содержания под стражей;

наконец, напоминая, что Суд также признал нарушения статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении условий содержания под стражей;

напоминая, что наличие структурных проблем и острая необходимость в комплексных мерах общего характера подчеркивались Комитетом и были признаны властями Российской Федерации с момента вынесения Судом постановления по делу «Калашников против России» в 2002 году...

О бытовых условиях содержания под стражей:

напоминая, что ... создание новых учреждений для содержания под стражей не может само по себе обеспечить решение проблемы переполненности пенитенциарных учреждений в долгосрочной перспективе и что данная мера должна сопровождаться иными мерами, направленными на снижение общего количества заключенных;

отмечая с удовлетворением в этой связи позицию российских властей относительно того, что решение проблемы переполненности СИЗО требует комплексного подхода, в том числе изменений в нормативной базе, практике ее применения и отношении к проблеме;

О количестве лиц, содержащихся под стражей:

Напоминая о неизменной позиции Комитета министров Совета Европы о том, что, в свете как презумпции невиновности, так и презумпции предпочтения свободы, содержание под стражей должно быть скорее исключением, чем правилом, причем самой крайней мерой, а также о том, что во избежание неуместного использования содержания под стражей необходимо обеспечить максимально широкий выбор альтернативных мер, предполагающих меньшие ограничения;

отмечая неоднократные заявления Президента Российской Федерации и иных высокопоставленных должностных лиц, включая Генерального прокурора и Министра юстиции Российской Федерации, о том, что тысячи лиц, содержащихся в СИЗО, — до 30% от всех лиц, содержащихся под стражей, подозреваются или обвиняются в совершении преступлений небольшой или средней степени тяжести;

приветствуя недвусмысленное стремление, подтвержденное на высшем политическом уровне, изменить данную неприемлемую ситуацию и принять для этого срочные законодательные и иные меры...

отмечая, что предоставленные статистические данные демонстрируют незначительное, но постоянное снижение общего количества заключенных;

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 25 отмечая также, что статистика все же отражает более широкое, хотя все еще ограниченное применение альтернативных мер пресечения российскими судами, прокурорами и следователями ...

О средствах правовой защиты в отношении жалоб на условия содержания в под стражей:

Напоминая о неизменной позиции Суда о том, что доступные средства правовой защиты считаются эффективными, если они могли бы предотвратить возникновение или продолжение нарушений или предоставить заявителю соответствующее возмещение;

отмечая, что статистические данные и несколько дел, представленные в Комитет, показывают расширяющуюся практику российских судов по назначению компенсации морального вреда в связи с неудовлетворительными условиями содержания под стражей;

отмечая также, что, в свете обсуждаемых проблем, любое средство правовой защиты компенсационного характера должно быть как можно больше дополнено иными средствами, которые могут предотвратить дальнейшие нарушения статьи 3 Конвенции;

отмечая в связи с этим информацию о средствах правовой защиты, предусмотренных российским законодательством в отношение рассматриваемых нарушений статьи 3 Конвенции;

отмечая, в частности, положения главы 25 Гражданского процессуального кодекса и Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года, предусматривающее возможность обжалования в суд действий или бездействия администрации следственного изолятора в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей;

учитывая при этом, что эффективность данного средства правовой защиты, в частности в отношении проблемы переполненности, еще не была продемонстрирована;

ПРИЗЫВАЕТ российские власти продолжать реализацию текущих реформ по приведению условий содержан ия в СИЗО в соотве гствие с требованиями Конвенции, с учетом стандартов и рекомендаций Европейского комитета по предотвращению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, ВЫРАЖАЕТ ОЗАБОЧЕННОСТЬ тем, что, несмотря на принятые меры, некоторые СИЗО в России все еще не могут предоставить личное пространство в размерах, гарантированных национальным законодательством, и остаются переполненными;

НАСТОЯТЕЛЬНО РЕКОМЕНДУЕТ российским властям отдавать предпочтение реформам, направленным на снижение количества лиц, содержащихся под стражей, и иным мерам по борьбе с переполненностью СИЗО, обеспечивая:

26 ПОСТА! ЮВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» • восприятие и использование содержания под стражей прокурорами и следователями в качестве исключительной меры, а также более широкое использование ими альтернативных мер пресечения;

• доступ на национальном уровне к эффективным средствам правовой защиты предупредительного и компенсационного характера, гарантирующим адекватное и достаточное возмещение в случае любого нарушения статьи 3 Конвенции из-за неудовлетворительных условий содержания под стражей...» V. ПИЛОТНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ В ОТНОШЕНИИ ПРОБЛЕМЫ ПЕРЕПОЛНЕННОСТИ МЕСТ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ В ПОЛЬШЕ 61. 22 октября 2009 года Суд принял пилотное постановление по делам «Орховский против Польши» {Огско^зЫ V. Ро1апй, № 17885/04) и «Норберт Сикорский против Польши» {ЫогЪегХ 8гког$Ы V. Ро1апй, № 17599/05), в которых он, со ссылкой на статью 46 Конвенции, пришел к выводу, что в течение многих лет, а именно: с 2000 года и, по крайней мере, до середины 2008 года, переполненность следственных изоляторов в Польше выявила структурную проблему в форме «практики, несовместимой с положениями Конвенции» (см. пункт 151 и пункты 155-156 постановления, соответственно).

62. 9 октября 2009 года польский парламент принял закон о внесении изменений в уголовно-исполнительный кодекс, который вступил в силу 6 декабря 2009 года. Он ввел ряд новых норм, регулирующих временное размещение лиц, содержащихся под стражей, в камерах, не обеспечивающих соблюдение установленной законом нормы личного пространства в три квадратных метра на одного человека.

63. В новой статье перечислены чрезвычайные ситуации, при которых начальник пенитенциарного учреждения может поместить задержанного на определенный период, не превышающий девяносто дней, в камеру, в которой на одного заключенного приходится меньше трех, но не менее двух, квадратных метров площади. К таким ситуациям относятся: военное положение, стихийные бедствия, эпидемии и угроза безопасности учреждения (пункт 2Ъ статьи 110).

В статье также определены категории заключенных, которые могут содержаться в таких условиях в течение срока, не превышающего четырнадцать дней: рецидивисты, лица, совершившие преступления на сексуального характера, беглецы, временно переведенные из других тюрем и т. д. (пункт 2с). Решение начальника пенитенциарного учреждения может быть обжаловано пенитенциарному судье (пункт 2а). Лицам, помещенным в камеру с ограниченным личным пространством, должны предоставляться дополнительные полчаса ПОСТАНОВЛЕНИЕ 1Ю ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 27 ежедневных прогулок и широкий спектр культурных, образовательных и спортивных мероприятий, проводимых вне камеры (пункт 2Ь).

64. 17 марта 2010 года Верховный суд Польши удовлетворил кассационную жалобу заключенного на решение об отклонении его иска о компенсации за нарушение его личных прав ввиду чрезвычайной переполненности тюрьмы (содержание шестнадцати заключенных в камере, рассчитанной на одиннадцать человек).

Верховный суд подтвердил, что право находиться под стражей в условиях уважения достоинства относится к личным правам и что нарушение таких прав должно компенсироваться за счет средств государственного бюджета.

Он установил, что тюремная администрация не смогла доказать наличие «особых обстоятельств» для размещения заключенных в уже переполненном на тот момент учреждении и, таким образом, действовала незаконно.

65. 12 октября 2010 года Суд вынес решения о неприемлемости жалоб «Латак против Польши» (ЬаШк V. Ро1апЗ, № 52070/08) и «Ломиньский против Польши» (ЬотшЫ V. Ро1апс1, № 33502/09) в свете указанного пилотного постановления. Он пересмотрел ситуации заявителей в свете вышеупомянутых изменений на национальном уровне и определил, что решение Верховного суда от 17 марта 2010 года стало существенным элементом, необходимым для консолидации предшествующей практики гражданских судов по делам, касавшимся исков о компенсации в связи с переполненностью тюрем (решение по жалобе Латака, пункт 80). Соответственно, заявители должны были требовать возмещения вреда на национальном уровне и подать гражданский иск о компенсации в польские суды (пункт 81 решения), и их жалобы в Суд были неприемлемыми по причине неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты (пункт 82 решения). Суд также отметил, что поправки к пункту 2 статьи 110 уголовно-исполнительного кодекса предоставили лицам, содержащимся под стражей, новые средства правовой защиты для оспаривания решений начальников пенитенциарных учреждений о сокращении свободного места в камерах. Следовательно, нельзя исключать, что заявители будут обязаны воспользоваться новым механизмом для подачи жалоб до обращения в Суд (пункт 87 решения).

28 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» ПРАВО I. ОБЪЕДИНЕНИЕ ЖАЛОБ 66. Прежде всего, Суд отмечает, что все заявители жаловались на предположительно бесчеловечные условия их содержания в следственных изоляторах России, а также на отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в этой связи.

Учитывая сходство жалоб заявителей, Суд считает, что, в интересах надлежащего отправления правосудия, жалобы следует объединить согласно пункту 1 правила 42 Регламента Суда.

II. ПРИЕМЛЕМОСТЬ А. Жалобы заявителей на условия их содержания под стражей и предполагаемое отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты 67. Суд начнет рассмотрение дела с проверки соблюдения критериев приемлемости, предусмотренных статьей 35 Конвенции, в каждой из жалоб. Пункт 1 Статьи 35 Конвенции гласит:

«Суд может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты, как это предусмотрено общепризнанными нормами международного права, и в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу».

1. Исчерпание защиты внутригосударственных средств правовой 68. Власти утверждали, что заявители не исчерпали внутригосударственных средств правовой защиты, поскольку они не обращались в российские суды с исками о компенсации морального вреда, причиненного им якобы бесчеловечными условиями содержания под стражей. Процедура подачи иска предусмотрена главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснена в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 10 февраля 2009 года. Статьи 151 и 1069 [Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации] позволяют требовать возмещения морального вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов. Согласно информации, полученной от российских судов, в период с 2006 года по первое полугодие 2009 года лица, содержащиеся под стражей, подали ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 29 1419 жалоб на ненадлежащие условия содержания в следственных изоляторах и исков о компенсации морального вреда. 505 из них были признаны неприемлемыми по процессуальным основаниям. Из рассмотренных по существу, 315 исков было удовлетворено и 599 отклонено.

69. Власти также отметили, что прокуроры обладают полномочиями по надзору за соблюдением законов в пенитенциарных учреждениях. Они проводят ежемесячные проверки следственных изоляторов, во время которых, в частности, проверяются условия содержания под стражей и оказания медицинской помощи. По мнению Властей, такие проверки являются эффективным средством правовой защиты, способным предотвратить и прекратить нарушения закона.

Это средство защиты доступно для всех лиц, содержащихся под стражей.

Заявитель Ананьев жаловался прокурору на неудовлетворительные условия содержания под стражей в камере № 160 и после вмешательства прокуратуры был переведен в другую камеру.

70. Суд полагает, что вопрос об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты тесно связан с существом жалобы заявителей на то, что в их распоряжении не имелось эффективного средства правовой защиты в отношении жалоб на бесчеловечные условия содержания под стражей. Таким образом, Суд считает необходимым приобщить возражения властей к существу жалобы заявителей на нарушение статьи 13 Конвенции (сравнить с пунктом 25 постановления от 10 мая 2007 года по делу «Бенедиктов против России» {ВепейгкШ V. Киша), № 106/02).

2. Соблюдение правила о шестимесячном сроке подачи жалобы 71. Суд повторяет, что, в отличие от возражений по вопросу неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, которые государство-ответчик обязано представить, он не может не учитывать правило о шестимесячном сроке лишь потому, что государство-ответчик не представило предварительных возражений на этот счет (см. постановление Европейского Суда от 29 января 2009 года по делу «Малтабар и Малтабар против России» (МаЫаЬаг апа1 МаШЬаг V. Киззга), жалоба № 6954/02, пункт 80;

решение Европейского Суда по жалобе № 34979/97 «Уолкер против Соединенного Королевства» (Жа1кег V. Хке 1/пйеа1 КгщЗот), ЕСНК 2000-1; а также постановление Европейского Суда по делу «Блечич против Хорватии» [БП] {В1ес1с V. СгоаИа), жалоба № 59532/00, пункт 68, ЕСНК 2006-...).

72. Как правило, шестимесячный срок исчисляется с момента вынесения окончательного решения по делу в процессе исчерпания 30 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» внутригосударственных средств правовой защиты.

Если в распоряжении заявителя не имеется эффективных средств правовой защиты, срок исчисляется со дня, когда происходили действия или были приняты меры, на которые жалуется заявитель, или со дня, когда заявителю стало известно о таких действиях, их последствиях или причиненном ими вреде (см. решение Европейского Суда от 2 июля 2002 года по жалобе № 76573/01 «Деннис и другие против 1 Соединенного Королевства» (Пептз апй Охкегз V. Хке 1/тХеа К1щйот)).

В случае наличия в деле «длящейся ситуации», шестимесячный срок исчисляется с момента прекращения действия таких обстоятельств (см.

постановление Европейского Суда от 26 июня 2008 года по делу «Селезнев против России» [Бе1етеу V. Киша\ жалоба № 15591/03, пункт 34, и решение Европейского Суда от 30 марта 2004 года по жалобе № 65550/01 «Коваль против Украины» (Коуа! V. 1/кгате)).

73. Суд отмечает, что Ананьев и Баширов провели весь срок содержания под стражей в следственных изоляторах и что не было каких-либо значительных изменений в условиях их содержания под стражей, а также перерывов срока их содержания под стражей в течение данного периода. Поскольку они представили свои жалобы в течение шести месяцев после окончания соответствующих сроков содержания под стражей, ими был соблюден критерий о шестимесячном сроке. С другой стороны, дело Башировой требует особого внимания со стороны Суда относительно соблюдения заявительницей правила о шестимесячном сроке.

74. В своей первоначальной жалобе, поданной 10 ноября 2008 года, Баширова указывала более короткий период содержания под стражей, завершившийся 17 мая 2005 года. В своих замечаниях относительно приемлемости и по существу жалобы, поданных 2 ноября 2009 года, она жаловалась по поводу другого срока содержания под стражей, который длился с марта по июнь 2008 года.

Суд должен решить вопрос о целесообразности дачи совокупной оценки двух сроков содержания под стражей в одном и том же учреждении.

75. Концепция «длящейся ситуации» относится к положению, когда имеют место продолжающиеся действия государства или от имени государства, в результате которых заявитель становится жертвой нарушения (см. постановление Европейского Суда по делу «Пости и Рахко против Финляндии» (РозХг апй Какко V. РМапф, жалоба № 27824/95, пункт 39, ЕСНК 2002-УП). Жалобы, источником которых являются конкретные события, произошедшие в определенные даты, не могут рассматриваться как затрагивающие длящуюся ситуацию (см. решение Европейского Суда от 25 ноября 2003 года по жалобе № 58825/00 «Невмержицкий против Украины» (Ыеутеп^гХзкгу V. 11кгате\ в которой заявитель подвергался принудительному кормлению, и решение Европейского Суда от ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 31 11 октября 2005 года по жалобе № 4353/03 «Тарариева против России» (Тагапуеуа V. Киша), в которой сыну заявительницы было отказано в предоставлении медицинской помощи). Тем не менее, в случае повторения одного и того же события, например, транспортировки заявителя из СИЗО в здание суда и обратно, даже если заявителя перевозили лишь в определенные дни, отсутствие каких-либо значительных изменений в условиях транспортировки, которым он постоянно подвергался, обусловило, по мнению Суда, наличие «длящейся ситуации», ввиду которых в компетенции Суда оказывается весь обжалуемый период времени (см. постановление Европейского Суда от 14 февраля 2006 года по жалобе № 78146/01 «Власов против России» (УХазоу У. Киззга), и постановление Европейского Суда от 9 декабря 2004 года по жалобе № 62936/00 «Моисеев против России» (Могзеуеу У. Киша).

Аналогичным образом, в случае, когда содержание заявителя под стражей в отделении милиции не было постоянным, а происходило через определенные промежутки времени, когда его доставляли к следователю для проведения допроса или других процессуальных действий, Суд признает, что, при отсутствии каких-либо значительных изменений в условиях его содержания под стражей, разделение срока его содержания под стражей на несколько периодов является необоснованным (см. постановление Европейского Суда от 1 июля 2010 года по делу «Недайборщ против России» {ЯейауЪотзксН V. Киша), жалоба № 42255/04, пункт 25). С другой стороны, отсутствие заявителя в изоляторе временного содержания по причине проведения определенных процессуальных действий не препятствует признанию Судом его содержания в данном учреждении непрерывным (см. постановление Европейского Суда от 20 октября 2005 года по делу «Романов против России» (Котапоу У. Кш$га\ жалоба № 63993/00, пункт 73, в которой заявитель провел один месяц вне следственного изолятора в психиатрическом учреждении). Тем не менее, если заявитель был освобожден, а впоследствии вновь задержан, Суд ограничивает рамки рассмотрения более поздним периодом (см. постановление Европейского Суда от 4 декабря 2008 года по делу «Белашев против России» (Ве!азкеу У. Киззга), жалоба № 28617/03, пункт 48; постановление Европейского Суда от 15 ноября 2007 года по делу «Гришин против России» {СпзЫп У. Киззга), жалоба №30983/02, пункт 83; и постановление Европейского Суда от 12 октября 2006 года по делу «Двойных против Украины» фуоупукк у. 1/кгате), жалоба № 72277/01, пункт 46).

76. В национальной системе заявитель редко находится под стражей в пределах одного и того же учреждения: обычно он или она проводит несколько первых дней в отделении милиции, затем его переводят в следственный изолятор на время проведения расследования и суда, и, в случае вынесения обвинительного приговора, он отбывает наказание в исправительной колонии.

32 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» Различные виды учреждений уголовно-исполнительной системы предназначены для различных целей и, соответственно, отличаются созданными в них материальными условиями. Таким образом, изоляторы временного содержания, которые располагаются в отделениях милиции, предназначены только для кратковременного содержания под стражей и зачастую не имеют удобств, необходимых для длительного содержания, например туалета, раковины или двора для прогулок (см., например, постановление Европейского Суда от 12 июня 2008 года по делу «Щебет против России» (8кскеЪеХ у. Киззга), жалоба № 16074/07, пункт 89), в то время как в исправительных колониях - в отличие от следственных изоляторов ограниченное пространство в помещениях отрядов компенсируется свободой передвижения, которой пользуются заключенные в дневное время суток (см. решение Европейского Суда от 16 сентября 2004 года №30138/02 «Нурмагомедов против России» {Иигта^отейоу V. Киззга)). Различие в материальных условиях содержания в учреждениях уголовно-исполнительной системы создает презумпцию того, что перевод заявителя в различные типы учреждений требует подачи отдельной жалобы в отношении условий содержания в предыдущем учреждении в течение шести месяцев со дня его перевода (см. постановление Европейского Суда от 14 октября 2010 года по делу «Волчков против России» (Уокккоу V. Киззга), жалоба № 45196/04, пункт 27; постановление Европейского Суда от 1 апреля 2010 года по делу «Гултяева против России» (ОиХгуауеуа у. Киззга), жалоба № 67413/01, пункт 148; постановление по делу Малтабара, приведенное выше, пункты 82-84, а также решение по делу Нурмагомедова, приведенное выше). Лишь в некоторых исключительных случаях, с учетом утверждения о переполненности камер в качестве основной характеристики условий содержания в обоих учреждениях, Суд признал существование «длящейся ситуации» во время пребывания заявителя, как в изоляторе временного содержания, так и в следственном изоляторе (см. постановление Европейского Суда от 8 апреля 2010 года по делу «Лутохин против России» (ЬиХокЫп у. Киззга), жалоба №12008/03, пункты 40-42;

постановление по делу Селезнева, приведенное выше, пункт 36, и постановление Европейского Суда от 19 июня 2008 года по делу «Гулиев против России» (СиНуеу у. Киззга), жалоба № 24650/02, пункт 33).

77. В течение всего времени, пока заявитель остается в пределах одного и того же типа учреждения уголовно-исполнительной системы и при условии, что материальные условия практически не меняются, не имеет значения его перевод из одной камеры в другую или из одного крыла здания в другое внутри одного и того же СИЗО (см.

постановление Европейского Суда от 16 декабря 2010 года по делу «Трепашкин против России (№ 2)» (Тгеразккгп у. Киззга (по. 2)), ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 33 жалоба №14248/05, пункты 108-109, и постановление Европейского Суда от 26 ноября 2009 года по делу «Назаров против России» (Ыагагоу V. Киша), жалоба № 13591/05, пункт 78), из одного следственного изолятора в другой в пределах одного региона (см.

постановление Европейского Суда от 16 декабря 2010 года по делу «Ромохов против России» (Котоккоу V. Киша), жалоба № 4532/04, пункт 74; постановление Европейского Суда от 10 июня 2010 года по делу «Мухутдинов против России» (МиккШсИпоу V. Кита), жалоба № 13173/02, пункт 77; постановление Европейского Суда от 22 апреля 2010 года по делу «Горощеня против России» {Согозкскепуа у. Киша), жалоба №38711/03, пункт 62;

и постановление Европейского Суда по делу Бенедиктова, приведенное выше, пункт 31) или даже в следственный изолятор в другом регионе (см.

постановление Европейского Суда от 8 июля 2010 года по делу «Александр Матвеев против России» (А1еЬапс1г МаШуеу V. Киша), жалоба № 14797/02, пункт 67, и постановление Европейского Суда от 15 октября 2009 года по делу «Бужинаев против России» (ВшШпауеу V. Киша), жалоба № 17679/03, пункт 23). Тем не менее, значительные изменения в режиме содержания, даже если они происходят в пределах одного учреждения, согласно постановлениям Суда, являются прекращением «длящейся ситуации», как указано выше, и шестимесячный срок, таким образом, должен рассчитываться с этого момента: например, в случае, если заявитель был переведен из общей камеры в одиночную (см. постановление Европейского Суда от 10 июня 2010 года по делу «Захаркин против России» (2аккагЫп V. Киша), жалоба № 1555/04, пункт 115) или из обычной камеры в медицинские части учреждений уголовно-исполнительной системы.

78. Мнение Суда о применении правила о шестимесячном сроке подачи жалоб, касающихся условий содержания заявителя под стражей, может быть изложено следующим образом: содержание заявителя под стражей следует рассматривать как «длящуюся ситуацию» до тех пор, пока он содержится в учреждении того же типа в практически одинаковых условиях. Короткие периоды, в течение которых заявитель находился за пределами учреждения для проведения допроса или других процессуальных действий, не влияют на непрерывный характер содержания под стражей. Тем не менее, освобождение заявителя или его перевод на режим содержания другого типа, в пределах или за пределами учреждения, свидетельствует об окончании «длящейся ситуации». Жалоба относительно условий содержания под стражей должна быть подана в течение шести месяцев с момента завершения обжалуемой ситуации или, при необходимости исчерпания эффективных средств правовой защиты, с момента вынесения окончательного решения в процессе такого исчерпания.

34 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 79. Рассматривая дело Башировой с учетом вышеизложенных принципов, Суд отмечает, что она находилась в следственном изоляторе дважды. Поскольку она была освобождена в период между двумя задержаниями, ее нахождение под стражей не считается «длящейся ситуацией», а подразделяется на два различных периода.

Жалоба в отношении первоначального периода содержания под стражей, после которого последовало ее освобождение, была подана спустя более трех лет после окончания данного периода, а жалоба о ее последующем пребывании в следственном изоляторе до перевода в исправительную колонию была представлена спустя более одного года после ее перевода. В обоих случаях жалобы были поданы более чем через шесть месяцев после окончания соответствующего срока содержания под стражей. Из этого следует, что они были представлены по истечении установленного срока и должны быть отклонены в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.

3. Предварительное заключение о касающихся условий содержания под эффективных средств правовой защиты приемлемости жалоб, страэюей и наличия 80. Суд установил, что вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты должен быть присоединен к существу жалобы в соответствии со статьей 13 Конвенции и что жалобы Башировой в связи с условиями ее содержания под стражей были представлены по истечении предусмотренного срока и являются неприемлемыми. Что касается остальной части жалоб заявителей, касающихся условий содержания под стражей и наличия эффективных внутригосударственных средств правовой защиты, Суд считает, что они поднимают серьезные вопросы факта и права в соответствии с Конвенцией, определение которых требует рассмотрения дела по существу. В связи с этим Суд полагает, что данные жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта «а» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Они также не являются неприемлемыми по каким-либо другим основаниям.

Б. Остальная часть жалоб заявителей 81. Заявители также предъявили дополнительные жалобы на якобы допущенные недостатки в ходе уголовного судопроизводства по возбужденным против них уголовным делам, их предварительного заключения, в решении имущественных вопросов, организации посещений супругов и других вопросах. Суд тщательно рассмотрел данные жалобы, принимая во внимание все имеющиеся в его распоряжении материалы, и считает, что в той степени, в которой эти жалобы относятся к компетенции Европейского суда, они не ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 35 свидетельствуют о нарушении прав и свобод, закрепленных Конвенцией и Протоколами к ней. Таким образом, данная часть жалобы должна быть отклонена на основании подпункта «а» пункта 3 и пункта 4 статьи 35 Конвенции.

В. Заключение по вопросу приемлемости 82. В свете вышеизложенного, суд признает приемлемой жалобу заявителей Ананьева и Баширова относительно условий их содержания под стражей в следственных изоляторах ИЗ-67/1 и ИЗ-30/1, а также относительно предполагаемого отсутствия эффективных внутригосударственных средств правовой защиты и присоединяет к существу жалобы замечания властей относительно предполагаемого неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты.

83. Кроме того, Суд объявляет неприемлемой остальную часть жалоб заявителей Ананьева и Баширова, а также все жалобы Башировой.

III. ДОВОДЫ СТОРОН ПО СУЩЕСТВУ ДЕЛА 84. Суд предложил сторонам высказать свои замечания о том, раскрьшают ли настоящие жалобы существующую структурную проблему, связанную с условиями содержания под стражей, которая подчеркивалась в различных аспектах предыдущих постановлений Суда (см. Приложение) и в решениях Комитета министров, а также воспользовались ли заявители эффективными внутригосударственными средствами правовой защиты в связи с жалобами о предполагаемых неудовлетворительных условиях их содержания под стражей. Замечания сторон могут быть обобщены следующим образом.

А. Власти 85. Власти утверждали, что жалобы заявителей на нарушение требований статей 3 и 13 Конвенции являются необоснованными. Они отметили, что российские власти прилагают значительные усилия по сокращению использования мер пресечения, связанных с лишением свободы. Президент Российской Федерации объявил «гуманизацию правосудия» и ускорение рассмотрения дел приоритетными для развития судебной системы. Власти объяснили, что Пленум Верховного Суда подготовил текст постановления, регулирующего применение мер пресечения, в том числе в виде лишения свободы, в котором разъясняется, что заключение под стражу должно применяться только в случае невозможности использования более 36 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» мягких мер пресечения (см. пункт 52 выше). Генеральная прокуратура Российской Федерации дала указание прокурорам излагать, в каждом случае вынесения постановления о содержании под стражей, конкретные обстоятельства, которые привели к невозможности использования более мягких мер пресечения. Статистика, приведенная в пункте 53 выше, показывает, что прокурорами и судами был принят избирательный подход при использовании мер, связанных с содержанием под стражей.

86. Для реализации Рекомендации № К (99) 22 (см. пункт 51 выше) с 1999 года по настоящее время российские власти проводят крупные реформы уголовно-исполнительной системы, направленные на сокращение общего количества заключенных. Данные меры включают внесение поправок в законы и положения, регулирующие функционирование уголовно-исполнительной системы, расширение сети следственных изоляторов и строительство новых камер, сокращение количества лиц, переходящих из одних следственных изоляторов в другие, а также координацию действий милиции, органов прокуратуры и судов с целью ускорения рассмотрения дел. В результате реализации этих мер количество заключенных в СИЗО сократилось с 282 000 лиц в 1999 году до 133 000 в январе 2009 года.

87. В 2002-2006 годах была реализована федеральная целевая программа реформирования уголовно-исполнительной системы. Это позволило администрациям учреждений уголовно-исполнительной системы дополнительно создать 13 100 мест. В 2006 году Правительство России утвердило новую целевую программу на период с 2007 по 2016 гг. (см. пункт 54 выше). За первые два года реализации программы в следственных изоляторах было создано более 3600 мест.

К концу 2008 года количество следственных изоляторов, отвечающих российским стандартам содержания под стражей, увеличилось до 34%.

Тем не менее, в 2009 году финансирование программы было сокращено на 30%, и дальнейшее сокращение еще на 45% ожидалось в 2010 году. С 1999 по 2009 гг. число следственных изоляторов увеличилось с 187 до 225, их проектная вместимость составляет от 112 500 до 151000 мест, а средняя площадь камеры в расчете на одного заключенного - от 1,6 до 4,5 квадратных метров. По состоянию на 1 июля 2009 года, в следственных изоляторах содержалось 133 200 заключенных, что составляет 88,2% от их вместимости. В шестидесяти семи регионах на одного заключенного отводится четыре и более квадратных метра площади камеры.

88. За последние четыре года общий объем инвестиций в капитальные и текущие ремонты СИЗО составил 1,5 млрд. рублей, что равно примерно 38 млн. евро. Камеры были оснащены ПВХ-окнами, системой принудительной вентиляции и новыми трубопроводами.

Стены были выкрашены в светлые тона. Металлические решетки были ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 37 сняты со всех окон, что обеспечило доступ свежего воздуха и естественного освещения.

89. Власти также утверждали, что законодательная база, регулирующая вопросы досудебного содержания под стражей, развивалась в свете рекомендаций Комитета по предупреждению пыток. Например, подследственным было предоставлено право совершать телефонные звонки своим родственникам; была прекращена практика содержания иностранных граждан в отдельных помещениях;

письма, направляемые федеральному и областным Уполномоченным по правам человека и в Европейский суд, были освобождены от цензуры; минимальное время для занятия физическими упражнениями для заключенных в ШИЗО было увеличено с 30 минут до одного часа.

Достигнуты улучшения в организации медицинского ухода и помощи.

Б. Заявители 90. Заявители настаивают на своих жалобах на нарушение требований статей 3 и 13 Конвенции. Они утверждали, что неудовлетворительные условия содержания под стражей в СИЗО представляют собой структурную проблему в России и что постоянные обращения в Суд в связи с этим вопросом представляют собой доказательство реальности и насущности данной проблемы. Хотя российские власти предприняли несколько незначительных и единичных мер по улучшению условий, эти меры оказались недостаточными из-за малого финансирования и широкого применения заключения под стражу в качестве меры пресечения.

91. Заявители отрицали, что в их распоряжении находились какие-либо эффективные внутригосударственные средства правовой защиты в отношении их жалоб. Следует признать, что жалобы, направленные в суд относительно незаконных действий со стороны администрации учреждений уголовно-исполнительной системы, в соответствии с положениями главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могли бы, по крайней мере, в теории, привести к объявлению данных действий незаконными и вынесению постановления суда с требованием к администрации учреждения исправить ситуацию. Тем не менее, на практике, задержанный, подавший такую жалобу во время своего нахождения в учреждении уголовно-исполнительной системы под полным контролем администрации данного учреждения, подвергается риску оказания давления на него со стороны администрации учреждения. Кроме того, все заключенные содержатся практически в одинаковых условиях, положение отдельного заявителя могло бы быть улучшено только за счет других заключенных или в ущерб им. Администрация учреждения уголовно-исполнительной системы не могла бы 38 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» выполнить предписания суда, если бы все или большинство заключенных подали жалобу в отношении условий их содержания.

92. Что касается возможности получения компенсации по причине неудовлетворительных условий содержания под стражей, заявители считают, что она не была должным образом определена в судебной практике, чтобы считаться эффективной. В любом случае, она не носит превентивного характера, и до подачи такой жалобы потенциальному заявителю пришлось бы находиться в неудовлетворительных условиях содержания в течение значительного периода времени. Кроме того, он бы также столкнулся с почти непреодолимой проблемой сбора соответствующих доказательств:

большинство потенциальных свидетелей были бы переведены в различные учреждения или исправительные колонии, расположенные в отдаленных регионах. Кроме того, установленной судебной практикой стал отказ заключенному-заявителю в возможности личного присутствия в суде для изложения своей позиции по делу (заявители сослались на дела «Артёмов против России» (Аг!уотоу у. Киша), жалоба № 14146/02, от 27 мая 2010 года; «Шилбергс против России» {8Ы1Ъег§8 V. Киша), жалоба № 20075/03, от 17 декабря 2009 г.; и «Скоробогатых против России» (8когоЬо§а(укк У. Киззга), жалоба №4871/03, от 22 декабря 2009 г.). Кроме того, было бы практически невозможным для задержанного получить копии журналов учета следственного изолятора, к которым у него нет доступа.

IV. ИСЧЕРПАНИЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ И ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ А. Общие принципы 93. Суд напоминает, что правило исчерпания всех внутригосударственных средств правовой защиты, о котором идет речь в статье 35 Конвенции, обязывает лиц, желающих добиться рассмотрения их жалобы против государства в Европейском Суде, вначале использовать средства правовой защиты, предусмотренные национальной правовой системой. Следовательно, до того, как у них была возможность рассмотреть дело по существу в рамках собственной правовой системы, государства освобождаются от ответственности перед международным органом. Это положение основывается на предположении, изложенном в статье 13 Конвенции (с которой оно тесно связано), о том, что в рамках национальной системы имеется эффективное средство правовой защиты для рассмотрения «спорной жалобы» согласно Конвенции и для ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 39 надлежащего восстановления нарушенных прав. Таким образом, важный аспект этого принципа состоит в том, что система правовой защиты, действующая в рамках Конвенции, является вспомогательной по отношению к национальным системам защиты прав человека (см.

постановление Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» [БП] (КиаЧа У. Ро1апф, жалоба № 30210/96, пункт 152, ЕСНК 2000-Х1;

и постановление Европейского Суда от 7 декабря 1976 года по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства» {Напйу$1йе у.

(ке 11пИей Шщйот), пункт 48, 8епез А № 24).

94. Заявителю, как правило, требуется прибегать только к тем средствам правовой защиты, которые являются доступными и достаточными для получения возмещения за предполагаемые нарушения. Существование рассматриваемых средств правовой защиты должно быть достаточно определенным не только в теории, но и на практике, поскольку, будучи лишенным определенности, оно не будет отвечать требованиям доступности и эффективности (см., Шег аИа, постановление Европейского Суда от 20 февраля 1991 года по делу «Вернилло против Франции» (УегпШо у. Ргапсе), пункт 27, 8епез А № 198; и постановление Европейского Суда от 18 декабря 1986 года по делу «Джонстон и другие против Ирландии» (ЗокпМоп апй 01кег8 У. 1ге1апд) пункт 22, 8епез А № 112). Для Властей Государства-ответчика, утверждающих в Суде, что средства правовой защиты не были исчерпаны, обязательным является доказывание их эффективности, наличия их не только в теории, но и на практике в рассматриваемый период времени, т.е. того, что они были доступными, способными обеспечить восстановление прав заявителя, а также дающими обоснованные надежды на успешное разрешение дела. Однако, как только данное бремя доказывания удовлетворено, наступает очередь заявителя доказывать то, что средство правовой защиты, на которое ссылаются Власти государства-ответчика, было фактически исчерпано, или было, по какой-либо причине, недостаточным или неэффективным при данных обстоятельствах, или что имели место особые обстоятельства, освобождающие его или ее от выполнения данного требования.

95. Европейский Суд хотел бы подчеркнуть, что при применении правила об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты должен надлежащим образом учитываться тот факт, что оно применяется в контексте системы защиты прав человека, которую согласились установить договаривающиеся государства.

Соответственно, Суд признал, что правило об исчерпании средств правовой защиты должно применяться с определенной степенью гибкости и без чрезмерного формализма (см. постановление Европейского Суда от 19 марта 1991 года по делу «Кардот против Франции» {Сагйо! у. Ргапсе) пункт 34, 8епез А № 200). Суд также признал, что это правило не является абсолютным и не может 40 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» применяться автоматически; чтобы определить, было ли это правило соблюдено, существенно важно принимать во внимание обстоятельства конкретного дела (см. постановление Европейского Суда от 6 ноября 1980 года по делу «Ван Остервейк против Бельгии» (Уап ОоШпууск У. Ве1$1ит), пункт 35, 8епез А № 40). Это означает, что Суд, среди прочего, должен реально принимать во внимание не только наличие формальных средств правовой защиты в правовой системе соответствующего Договаривающегося Государства, но также и общий контекст, в котором они применяются, а также личные обстоятельства заявителя (см. постановление Европейского Суда от 16 сентября 1996 года по делу «Акдивар и другие против Турции» (АкаЧуаг апй 0!кег$ у. Тигкеу), пункты 65-68, Сборник постановлений и решений Европейского Суда по правам человека {КероПз о$Зий%тгЫ§ апйОестот) 1996-1V).

96, Объем обязательств Договаривающихся Государств согласно требованиям статьи 13 Конвенции различен в зависимости от характера жалобы заявителя; «эффективность» «средства правовой защиты» в значении статьи 13 Конвенции не зависит от определенности благоприятного исхода для заявителя. В то же время средство правовой защиты, предусмотренное статьей 13 Конвенции, должно быть эффективным не только на практике, но и по закону, в смысле воспрепятствования предполагаемому нарушению или сохранению оспариваемого положения дел или предоставления достаточного возмещения за любое нарушение, которое- уже произошло. Если одно из средств правовой защиты в отдельности не удовлетворяет требованиям статьи 13 Конвенции, совокупность средств правовой защиты, предусмотренных национальным законодательством, может им отвечать (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» [БП], пункты 157-158; и постановление Европейского Суда от 10 апреля 2008 года по делу «Вассерман против России (№ 2)» (Шаззегтап у. Киша (по. 2)), жалоба № 21071/05, пункт 45).

97. В части жалоб на бесчеловечные или унижающие достоинство условия содержания под стражей, Суд уже отмечал, что возможны два варианта восстановления нарушенных прав: улучшение материальных условий содержания под стражей или предоставление компенсации за ущерб или убытки, понесенные вследствие таких условий (см. постановление Европейского Суда от 25 ноября 2010 года по делу «Роман Карасев против России» (Котап Кагазеу V. Киша), жалоба №30251/03, пункт 79; и упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бенедиктов против России», пункт 29).

Если заявитель содержался в условиях, противоречивших требованиям статьи 3 Конвенции, внутригосударственное средство правовой защиты, способное прекратить продолжающиеся нарушения его права не подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ прошв РОССИИ» 41 обращению, имеет первостепенное значение. Однако когда заявитель покидает учреждение, в котором он (она) содержался(-ась) в ненадлежащих условиях, то он (она) должен(-на) иметь право на компенсацию за нарушение, которое уже произошло.

98. Когда речь идет о фундаментальном праве на защиту от пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, превентивные и компенсационные средства правовой защиты должны дополнять друг друга для того, чтобы считаться эффективными. В отличие от дел, касающихся длительности судебных разбирательств или неисполнения судебных решений, где Суд чаще всего соглашался, что компенсационных средств правовой защиты может быть достаточно (см. решение Европейского Суда по жалобе «Мифсуд против Франции» [БП] (Мфиа1 V. Ргапсе), жалоба № 57220/00, пункт 17, ЕСНК 2002-VIII; постановление Европейского Суда по делу «Скордино против Италии (№ 1)» [БП] (ЗсогаЧпо У. 1ш!у (по.1)), жалоба № 36813/97, пункт 187, ЕСНК 2006-V; и постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)» (Вигйоу у. Киз$1а (по. 2)), жалоба № 33509/04, пункт 99, ЕСНК 2009-...), существование профилактического средства правовой защиты является необходимым условием для эффективной защиты от видов обращения, запрещенных статьей 3 Конвенции. Действительно, особое значение, придаваемое Конвенцией этому положению, требует от Государств-участников, по мнению Суда, создать, помимо компенсационных средств правовой защиты, эффективный механизм для немедленного прекращения таких видов обращения. Если бы дело обстояло иначе, возможность получения компенсации в будущем узаконила бы особенно тяжкие страдания в нарушение этого основного положения Конвенции и недопустимо ослабила бы юридическое обязательство государства по приведению стандартов содержания под стражей в соответствие с требованиями Конвенции.

99. Суд повторяет, что он изучил эффективность различных внутригосударственных средств правовой защиты, заявленных Властями Российской Федерации в ряде дел, касающихся ненадлежащих условий содержания под стражей заявителей, и счел их недостаточными во многих отношениях. Исходя из этого, он отклонил возражения Властей о неисчерпании всех внутригосударственных средств правовой защиты, а также установил нарушение требований статьи 13 Конвенции. Суд постановил, в частности, что Власти не продемонстрировали, какое именно возмещение мог получить заявитель путем обращения к прокурору, в суд или другой государственный орган, принимая во внимание, что проблемы, связанные с условиями содержания заявителя под стражей, повидимому, имели структурный характер и касались не одной только личной ситуации заявителя (см., среди недавних прецедентов, постановление Европейского Суда от 16 декабря 2010 года по делу 42 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» «Кожокарь против России» (Когкокаг у. Киша), жалоба № 33099/08, пункты 92-93;

постановление Европейского Суда от 7 октября 2010 года по делу «Скачков против России» {Зкасккоу у. Киша), жалоба № 25432/05, пункты 43-44; постановление Европейского Суда от 15 июля 2010 года по делу «Владимир Кривоносое против России» (УЫйгтгг КПУОПОЗОУ У. Киззга), жалоба № 7772/04, пункты 82-84; упоминавшееся вьппе постановление Европейского Суда по делу «Лутохин против России» (ЬШоШп у. Киззга), пункт 45;

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Скоробогатых против России» {8когоЪо%агукк у. Киззга), пункт 52; постановление Европейского Суда от 12 марта 2009 года по делу «Александр Макаров против России», жалоба № 15217/07, пункты 87-89; упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бенедиктов против России» (ВепейгЫоу у. Киззга), пункты 27-30; а также упоминавшееся выше решение Европейского Суда «Моисеев против России» [Могзеуеу У. Киззга). Тем не менее, Суд считает важным рассмотреть эти выводы в свете ситуации в российской правовой системе как на момент подачи индивидуальных жалоб в настоящем деле, так и на дату вынесения данного постановления. При этом он отклонится от своей обычной практики рассмотрения лишь тех средств правовой защиты, которые были заявлены Властями, а проведет глобальную оценку имеющихся средств правовой защиты в рамках национальной правовой системы, которые могут рпта /асге позволить потерпевшему лицу получить либо превентивное, либо компенсационное восстановление нарушенных прав.

Б. Анализ существующих внутригосударственных правовой защиты средств 1. Подача жалобы в администрацию места содержания под стражей 100. Закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» устанавливает право задержанного обращаться с просьбой о личном приеме к начальнику места содержания под стражей и лицам, контролирующим деятельность места содержания под стражей, с тем, чтобы донести до них свои жалобы (часть 3 статьи 17, приводившаяся в пункте 28 выше). Суд отмечает, что начальником места содержания под стражей является должностное лицо, возглавляющее место содержания под стражей, основной ответственностью которого является обеспечение надлежащих условий содержания под стражей, в то время как лица, контролирующие деятельность места содержания под стражей, ПОСТА1ЮВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 43 являются его непосредственными руководителями на региональном уровне. Отсюда следует, что жалоба на ненадлежащие условия содержания под стражей неизбежно ставит под сомнение то, как они справляются со своими обязанностями и исполняют требования закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

101. Соответственно, Суд не считает, что администрации мест содержания под стражей обладают достаточно независимыми точками зрения для удовлетворения требований статьи 13 (см. постановление Европейского Суда от 25 марта 1983 года по делу «Сильвер и другие против Соединенного Королевства» (8Иуег апй 01кегз у. Хке \]пИей Кгщйот), пункт 113, Зепез А № 61): при принятии решения по жалобе на условия содержания под стражей, за которые они несут ответственность, они, в сущности, дают оценку сами себе.

2. Подача жалобы прокурору 102. В правовой системе Российской Федерации прокуратуры правомочны осуществлять надзор за соблюдением действующих правовых норм со стороны администраций мест содержания под стражей, несут ответственность за этот надзор, а также имеют для этих целей штат сотрудников. Эта функция устанавливается в главе 4 закона «О прокуратуре Российской Федерации» (см. пункт 36 выше);

прокуроры наделены широкими полномочиями для выполнения этой задачи. Они могут посещать в любое время места содержания задержанных лиц, опрашивать задержанных и изучать документацию места содержания под стражей, получать заявления от сотрудников пенитенциарных учреждений и возбуждать производства в случае обнаружения нарушения требований закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Администрации мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых имеют юридическое обязательство по рассмотрению представлений прокурора об устранении выявленных нарушений и сообщении ему в течение одного месяца о принятых мерах (статья 51 закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и статья 24 закона «О прокуратуре Российской Федерации»).

103. Из информации, предоставленной Властями Российской Федерации Комитету министров в рамках исполнения тридцати одного постановления в отношении Российской Федерации по делам относительно условий содержания под стражей в следственных изоляторах, следует, что прокуроры провели 4290 проверок в следственных изоляторах в 2008 году и 4646 проверок в 2009 году. Во время этих проверок они выявили 1330 и 2491 случай ненадлежащих условий содержания под стражей, соответственно, и внесли 1998 и 44 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 1335 представлений, согласно которым на администрации мест содержания под стражей была возложена обязанность устранить выявленные нарушения. Они также возбудили 52 и 168 дел против администраций мест лишения свободы с тем, чтобы обязать их следовать национальному законодательству (см. пункт Ш.З в Приложении II к Промежуточной резолюции СМ/КезОН(2010)35).

104. Несмотря на то, что прокурорский надзор, несомненно, играет важную роль в обеспечении необходимых условий содержания под стражей, жалоба надзирающему прокурору не соответствует требованиям к эффективному средству правовой защиты из-за процессуальных недостатков, ранее обозначенных Судом в его прецедентном праве (см., например, постановление Европейского Суда от 1 апреля 2010 года по делу «Павленко против России» (Раукпко V. Киззга), жалоба № 42371/02, пункты 88-89; а также упоминавшиеся вьппе постановления Европейского Суда по делу «Александр Макаров против России», пункт 86, и по делу «Бенедиктов против России», пункт 29). В соответствии с частью 7 статьи 17 закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», задержанные вправе обращаться с жалобой в прокуратуру. Тем не менее, не существует юридических требований, обязывающих прокурора рассматривать жалобы или гарантировать свое активное участие в последующих слушаниях, что, несомненно, является вопросом, касающимся отношений надзирающего прокурора и подконтрольного учреждения. Заявитель не является стороной на слушаниях и имеет право только на получение информации о том, как надзирающий орган отреагировал на его жалобу. Кроме того, Суду известны случаи, когда заявитель обращался с жалобой в прокуратуру, но не получал на нее никакого ответа (см. постановление Европейского Суда от 29 января 2009 года по делу «Антропов против России» (АЫгороу V. Киззга), жалоба №22107/03, пункт 55). Так как подача жалобы прокурору на ненадлежащие условия содержания под стражей не всегда влечет за собой осуществление государством надзора, она не может считаться эффективным средством правовой защиты.

3. Подача жалобы уполномоченному по правам человека 105. Суд также обращает внимание на то, что в некоторых случаях задержанные подавали жалобы на бесчеловечные и унижающие достоинство условия содержания под стражей региональному или федеральному уполномоченному по правам человека (см., например, постановление Европейского Суда от 21 декабря 2010 года по делу «Гладкий против России» {01ааЫу у. Киззга), жалоба № 3242/03, пункт 67). Несмотря на то, что в этих случаях заявителям поступал личный ответ, Суд повторяет, что подача ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 45 жалобы уполномоченному по правам человека, как правило, не может считаться эффективным средством правовой защиты по смыслу статьи 35 Конвенции, поскольку уполномоченный не вправе выносить обязывающие решения, которые могли бы обеспечить получение возмещения (см. упоминавшееся выше посгановление по делу «Александр Макаров против России», пункт 84, с дальнейшими ссылками).

106. Для того чтобы средство правовой защиты считалось эффективным, оно должно предоставлять заявителю возможность получения возмещения. Тем не менее, как региональный, так и федеральный уполномоченный по правам человека не обладают необходимыми полномочиями для вынесения решений, имеющих обязательную юридическую силу, которые способствовали бы улучшению положения заявителя или являлись основой для получения компенсации. Их задача состоит в другом: на основании индивидуальных жалоб и другой доступной им информации они выявляют различные проблемы в области прав человека, отмечают их в ежегодных отчетах и совместно с районными или федеральными органами власти разрабатывают пути их решения (см. пункты 32 и 33 выше). Хотя их деятельность может способствовать общему улучшению условий содержания под стражей, уполномоченные, в силу их особой компетенции, не могут предоставлять возмещение в конкретных случаях в соответствии с требованиями Конвенции.

Следовательно, подача жалобы уполномоченному по правам человека не является эффективным средством правовой защиты.

4. Подача заявления о нарушении прав и свобод в суд 107. В силу положений главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, российские суды наделены надзорной юрисдикцией в отношении любого решения, действий или бездействия со стороны должностных лиц или органов государственной власти, которые допустили нарушение прав и свобод, либо препятствовали их осуществлению или затрудняли его. Подобные заявления должны подаваться в течение трех месяцев с момента предполагаемого нарушения и рассматриваться в ускоренном порядке в течение десяти дней со дня подачи. В ходе разбирательств заявитель должен доказать наличие вмешательства в его или ее права и свободы, в то время как орган государственный власти или должностное лицо, выступающие в качестве ответчика, должно доказать, что оспариваемое действие или решение было законным. Разбирательства должны проводиться в соответствии с общими правилами гражданского судопроизводства (см. пункты 37-40 выше).

108. Суд, признав заявление обоснованным, принимает решение об обязанности соответствующего органа государственной власти или 46 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» должностного лица устранить в полном объеме допущенное нарушение прав и свобод заявителя и устанавливает для этого определенный срок. Данный срок определяется с учетом характера нарушения и действий, необходимых для его устранения. В суд и заявителю должно быть сообщено об исполнении решения суда не позднее чем в течение месяца со дня получения решения соответствующим органом государственной власти или должностным лицом (см. пункты 41 и 42 выше).

109. Суд отмечает, что судебные разбирательства, возбужденные на основании главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обеспечивают проведение судебного заседания, гарантирующего соблюдение законности и активное участие пострадавшего. Во время таких разбирательств суд может рассмотреть жалобу по существу, установить фактические обстоятельства дела и назначить компенсацию в размере, соответствующем характеру и тяжести нарушений. Подобные разбирательства проводятся с должным усердием и не за счет заявителя. Последующее судебное решение является обязывающим по отношению к органу государственной власти, не выполнившему своих обязательств, и может быть исполнено принудительно. Таким образом, Суд удовлетворен тем, что существующая правовая система обеспечивает рггта/асге доступность этого средства правовой защиты, и его способность, по крайней мере, теоретически, обеспечить получение соответствующей компенсации.

110. Тем не менее, чтобы быть «эффективным», средство правовой защиты должно быть доступным не только в теории, но и на практике. Это означает, что Власти должны продемонстрировать практическую эффективность средства правовой защиты, приводя примеры из национальной судебной практики. Однако Власти Российской Федерации не представили ни одного судебного решения, которое могло бы продемонстрировать, что заявитель, прибегнув к данному средству правовой защиты, успешно восстановил свои права.

Суд, в свою очередь, не зафиксировал ни одного примера успешного использования данного средства правовой защиты ни в одном из дел, касающихся условий содержания под стражей в местах содержания под стражей. Отсутствие существующей судебной практики по этому вопросу является еще более непонятным в свете того, что Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, в том числе и глава 25, вступил в силу 1 февраля 2003 года и что глава 25 лишь обобщает и дублирует положения, касающиеся во многом схожей процедуры, уже закрепленной в законе № 4866-1 «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» от 27 апреля 1993 года. Средство правовой защиты, не приведшее к возникновению значительного объема прецедентов и к удовлетворению большого количества жалоб в течение его более чем ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ прогив РОССИИ» 47 восемнадцатилетнего существования, заставляет усомниться в его практической эффективности. Следует отметить, что, хотя постановление Пленума Верховного Суда, в котором упоминается право задержанных на основании главы 25 ГПК РФ подавать жалобы на условия их содержания под стражей, было принято только в феврале 2009 года, оно коренным образом не изменило порядка существующей процедуры и ее практическая эффективность все еще остается не продемонстрированной (см. Промежуточную резолюцию СМ/КезВН(2010)35, упоминавшуюся выше в пункте 60).

111. Более того, как Суд уже отмечал в ходе рассмотрения предыдущих дел, касающихся условий содержания под стражей, неудовлетворительное функционирование такого превентивного средства правовой защиты в условиях переполненности мест содержания под стражей во многом происходит из-за структурного характера проблемы. В контексте другой структурной проблемы в Российской Федерации, неисполнения вступивших в силу судебных решений, Суд уже пришел к выводу, что компетенция российских судов по вынесению решений о присуждении возмещения, предусмотренных главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в сущности, сводилась к вынесению деклараторных решений, повторяющих то, что уже и так было очевидно из первоначального решения, а именно обязанность государства выплатить имеющуюся у него задолженность (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 103). В рассматриваемом деле, как справедливо указали заявители, даже если бы они добились вынесения решения, обязывающего администрацию места содержания под стражей устранить нарушения их прав на индивидуальное спальное место и санитарные нормы площади, их личная ситуация в уже переполненном месте содержания под стражей могла бы быть улучшена только в ущерб другим заключенным. Начальник такого места содержания под стражей, очевидно, не смог бы исполнить большое количество одновременно вынесенных судебных решений, обязывающих его устранить нарушения прав заключенных хотя бы на четыре метра личного пространства.

112. Суд считает, что хотя глава 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в разъяснении постановления Пленума Верховного Суда от 10 февраля 2009 года, обеспечивает основательную теоретическую правовую базу для вынесения решений по жалобам заключенных на ненадлежащие условия содержания под стражей, она не соответствует требованиям к эффективному средству правовой защиты, поскольку ее превентивная эффективность на практике не была убедительно продемонстрирована.

48 ПОС ГАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 5. Требование о предоставлении компенсации 113. Суд должен решить, предусматривали ли конкретные положения Гражданского кодекса Российской Федерации эффективное средство правовой защиты, способное обеспечить потерпевшему получение компенсации за содержание под стражей в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях. Суд уже оценил данное средство правовой защиты в нескольких недавно рассмотренных делах, как в контексте пункта 1 статьи 35, так и статьи 13 Конвенции, и пришел к выводу, что оно является неэффективным. Суд установил, что, хотя возможность получения компенсации не исключается, средство правовой защиты не является гарантией успешного разрешения дела, в частности,, поскольку присуждение компенсации обусловлено установлением вины властей (см., например, упоминавшееся выше постановление Европейского Суда от 25 ноября 2010 года по делу «Роман Карасев против России» (Котап Кагазеу У. Киззга), жалоба №30251/03, пункты 81-85; упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Шилбергс против России», пункты 71-79;

постановление Европейского Суда 28 мая 2009 года по делу «Кокошкина против России» (Кокозккгпа у. Киззга), жалоба № 2052/08, пункт 52; упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Александр Макаров против России», пункты 77 и 87-89; и «Бенедиктов против России», пункты 29 и 30; см. также постановление по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункты 109-116).

114. Положения Гражданского кодекса Российской Федерации о гражданской ответственности предусматривают особые правила возмещения вреда, причиненного властями или официальными лицами. Статьи 1070 и 1100 содержат исчерпывающий список примеров прямой ответственности, в которых возмещение вреда из казны производится вне зависимости от наличия вины со стороны должностных лиц. В этом списке не упоминаются ненадлежащие условия содержания под стражей. Только незаконное возбуждение или проведение уголовного или административного разбирательства являются основаниями для прямой ответственности; во всех остальных случаях применяются общие положения статьи 1069, которые требуют от истца доказать, что вред был причинен посредством незаконных действий или бездействия со стороны властей или должностных лиц.

115. Суд уже критиковал ненадлежащий формалистический подход российских судов, основанный на требовании формальной незаконности действий властей. В деле «Александр Макаров против России» большая часть аспектов содержания заявителя Макарова под стражей, включая освещение, питание, оказание медицинской помощи, санитарные условия и т.п., отвечали требованиям национального законодательства, но в совокупности они приравнивались к бесчеловечному обращению, нарушающему требования статьи 3 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 49 Конвенции (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Александр Макаров против России», пункты 98-100).

Суд счел сомнительным то, что в ситуации, когда нормы государственного законодательства предписывают такие условия содержания под стражей, заявитель Макаров смог бы эффективно оспорить их в суде, и отметил, что такой подход российских судов не давал надежд на успешное разрешение данного гражданского иска, и счел данное средство правовой защиты теоретическим и иллюзорным, а не достаточным и эффективным (там же, пункты 88-89; см. также упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Сильвер и другие против Соединенного Королевства», приведенное выше, пункты 117—118, в котором полномочия английских судов были ограничены определением того, вьшолняла ли администрация места заключения свои обязанности согласно Акту о тюрьмах (Рпзоп Ас1) и внутреннему распорядку).

116. Даже в случаях, когда истец мог доказать то, что фактические условия содержания под стражей частично или полностью не соответствовали стандартам, предусмотренным применимым российским законодательством, российские суды систематически освобождали государственные власти от гражданской ответственности, устанавливая, что ненадлежащий характер условий содержания под стражей вызван не действиями или бездействием администрации места содержания под стражей, а структурной проблемой, например недостаточным финансированием уголовноисполнительной системы. Так, в деле «Скоробогатых против России», российские суды признали правильность утверждений заявителя Скоробогатых о крайней переполненности следственного изолятора, в котором он содержался, но отклонили его иск против государства, отметив, что переполненность была вызвана «объективными причинами» (см. упоминавшееся вьппе постановление по делу «Скоробогатых против России», пункты 17-18 и 31-32). В другом деле российские суды явно указали, что администрация следственного изолятора и государственные власти в целом не могли нести ответственности за нарушение в виде переполненности камер и ветхости следственного изолятора, вызванное отсутствием финансирования из государственного бюджета (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Артёмов против России», пункты 16-18 и 111-112). Схожая ситуация рассматривается в деле «Роман Карасев против России», в котором суды систематически освобождали власти от всякой ответственности, ссылаясь на «объективные причины» (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Роман Карасев против России», пункты 17, 24 и 82). По мнению Суда, требование заявителя не было удовлетворено не в силу отсутствия или необоснованности рассматриваемого вреда, а в силу положений применимого 50 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» законодательства, истолкованных и примененных государственными судами (там же, пункт 85). Суд счел данный подход, принятый российскими судами, неприемлемым, поскольку он дает возможность оставлять большое количество обоснованных дел, связанных с неудовлетворительными условиями содержания под стражей по причине отсутствия финансирования или ограниченных возможностей мест заключения, неразрешенным на национальном уровне (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Артёмов против России», пункт 112; также сравн. с постановлением Европейского Суда по делу «Орховский против Польши» (ОгсколузЫ у. Ро1апа*), жалоба № 17885/04, пункт 108, ЕСНК 2009-... (выдержки), в котором польские суды сочли политику сокращения пространства на одного человека в переполненных учреждениях для содержания под стражей соответствующей закону).

117. Суд также отметил, что даже в делах, в которых российские суды присуждали компенсацию за условия содержания под стражей, являвшихся неудовлетворительными с учетом требований государственного законодательства, такая компенсация была слишком незначительной в сравнении с суммами, присуждаемыми Европейским Судом в подобных случаях (см., например, упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Шилбергс против России», в котором заявителю присудили 1500 рублей, т.е. менее 50 евро, за содержание его под стражей в крайне холодной и влажной камере без достаточного освещения, пищи и без индивидуального спального места). В деле «Шилбергс против России» Суд также выразил обеспокоенность аргументацией российских судов, которые избрали сумму компенсации, ссылаясь, в частности, на «степень ответственности администрации и отсутствие у нее финансовых ресурсов». Суд признал, что, применяя компенсационный принцип, государственные суды могли присудить компенсацию, учитывая мотивы и поведение ответчика, а также обстоятельства, в которых было совершено правонарушение. Тем не менее, Суд напомнил о своих выводах, сделанных в ряде дел, о том, что финансовые и технические трудности, а также отсутствие намерения каким-либо образом унизить заявителя, не могли быть обстоятельствами, на которые власти могут ссылаться для снятия с себя обязательства по организации государственной пенитенциарной системы в таком виде, чтобы обеспечить уважение достоинства содержащихся под стражей (см. среди прочих постановление Европейского Суда от 1 июня 2006 года по делу «Мамедова против России» (МатеЗоуа V. Киззга), жалоба № 7064/05, пункт 63). Суд счел неуместным, что государственные суды уменьшают сумму компенсации, подлежащую выплате заявителю за нарушение, допущенное государством, ссылаясь на отсутствие средств у властей. Суд признал, что в подобных обстоятельствах нехватка средств у государства не должна ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 51 рассматриваться в качестве смягчающего фактора для его действий и, таким образом, не должна иметь значения для оценки вреда согласно компенсационному критерию. Также Суд подчеркнул, что государственные суды, как инстанция, обеспечивающая соблюдение личных прав и свобод, должны были выразить неодобрение в отношении неправомерных действий властей вплоть до присуждения разумной и достаточной компенсации заявителю, с учетом фундаментальной важности права, нарушение которого имело место, даже если бы они считали, что нарушение было не намеренным, а лишь неумышленным следствием действий властей. В итоге это будет являться признанием того, что государство не может пренебрегать индивидуальными правам и свободами и безнаказанно нарушать их (см', упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Шилбергс против России», пункты 71-79).

118. В свете приведенных выше рассуждений Суд убежден, что в нынешнем состоянии российское законодательство не позволяет гражданским истцам получить по гражданским искам возмещение ущерба при обоснованности их заявлений о бесчеловечных и унижающих достоинство условиях содержания под стражей. Таким образом, Суд не намерен менять свое мнение, изложенное в предшествующих делах, что гражданский иск о возмещении вреда, прочиненного в связи с бесчеловечными и унижающими достоинство условиями содержания под стражей, не удовлетворяет критериям эффективного средства правовой защиты, которое дает как разумную вероятность успешного исхода дела, так и достаточную компенсацию.

В. Выводы 119. В свете приведенных выше рассуждений Суд делает вывод о том, что в настоящее время существующая российская правовая система не располагает эффективным средством правовой защиты, которое могло бы использоваться для устранения или предотвращения указанного нарушения, а также предоставить заявителю разумную и достаточную компенсацию в связи с жалобой на неудовлетворительные условия содержания под стражей.

Соответственно, Суд отклоняет возражения Властей о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты и полагает, что заявители не располагали эффективным средством правовой защиты в отношении своей жалобы, в нарушение статьи 13 Конвенции.

52 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУ ГИЕ против РОССИИ» V.

ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ КОНВЕНЦИИ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 120. Заявители жалуются, ссылаясь на статью 3 Конвенции, на то, что они содержались в следственных изоляторах ИЗ-67/1 (Ананьев) и ИЗ-30/1 (Баширов) в условиях, которые были настолько неудовлетворительными, что представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение в нарушение следующих положений:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

А. Оценка доказательств и установление обстоятельств 7. Общие выводы 121. Европейский Суд напоминает, что утверждения о жестоком обращении должны быть подкреплены соответствующими доказательствами. Оценивая доказательства, Суд принял стандарт доказательств «вне всякого разумного сомнения». Однако он никогда не стремился заимствовать данный подход из внутригосударственной правовой системы, применяющей данный стандарт. Его целью является вынесение решений в случае нарушения Высокими Договаривающимися Сторонами обязательств, закрепленных в Конвенции, а не осуществление уголовного либо гражданскоправового преследования. На основании статьи 19 Конвенции специфика данной задачи заключается в обеспечении исполнения Договаривающимися Государствами своих обязательств в целях соблюдения основных прав, закрепленных Конвенцией, и обусловливает подход Европейского Суда к оценке доказательств и процессу доказывания. В ходе судебного разбирательства Европейский Суд не ограничен какими-либо процедурными барьерами по допустимости доказательств либо правилами их оценивания. Он принимает заключения, которые, с этой точки зрения, основаны на независимой оценке всех имеющихся доказательств, включая выводы, вытекающие из фактов и показаний сторон. В соответствии со сложившимся прецедентным правом доказательство может следовать из существующих в достаточной мере обоснованных, четких и согласующихся выводов или из аналогичных непротиворечивых презумпций фактов. Более того, требования к уровню обоснования, необходимому для достижения определенного вывода и, в связи с этим, распределение времени доказывания существенно связано со спецификой фактов, характером вынесенных предположений, а также ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 53 затрагиваемыми правами в соответствии с Конвенцией, (см. среди прочих дел Нахова и другие против Болгарии (Ыаскоуа апй 01кегз у. Ви1%апа) [БП], №№ 43577/98 и 43579/98, пункт 147, ЕСПЧ 2005-УП;

Илашку и другие против Молдавии и России (Лазси апй Огкегз V. МоШоуа аМКиззга) [БП], № 48787/99, пункт 26, ЕСПЧ 2004-УП; и 7 дело Акдивара и других (АЫгуаг апа Охкегз), приведенное выше, пункт 168).

122. Суд осознает объективные трудности, с которыми сталкиваются заявители при сборе доказательств для подтверждения своих жалоб на условия содержания под стражей. В силу ограничений, которые накладывает уголовно-исполнительный режим, заключенные в действительности не могут сделать снимки своих камер и предоставить точную информацию о размерах камер, температуре и освещенности. Однако заявитель должен предоставить подробное и логичное описание условий содержания под стражей, упоминая конкретные детали, например, дату перевода из одного учреждения в другое, что позволит Суду определить, не является ли жалоба явно необоснованной и является ли приемлемой на основании других критериев. Только достоверное и достаточно подробное описание заявленных унижающих достоинство условий содержания под стражей может представлять собой рпта /асге случай жестокого обращения и являться основанием для уведомления государства-ответчика о данной жалобе.

123. Суд несколько раз устанавливал, что в делах касающихся жалоб на неудовлетворительные условия содержания под стражей принцип а^ггтапН гпситЬМ ргоЬаНо (тот, кто заявляет о чем-либо, должен доказать это) применяется не строго, поскольку в таких случаях только государство-ответчик имеет доступ к информации, которая может подтвердить или опровергнуть данные доводы жалобы.

Следовательно, после того, как Суд уведомил власти Российской Федерации о жалобе заявителя, бремя сбора и предоставления соответствующих документов ложится на власти Российской Федерации.

Если власти не предоставляют убедительные доказательства в отношении условий содержания под стражей, то можно сделать выводы об обоснованности утверждений заявителя (см.

дело Губин против России (СиЫп у. Киззга), № 8217/04, пункт 56, 17 июня 2010 г., и дело Худоеров против России (Ккийоуогоу у. Киззха), № 6847/02, пункт 113, ЕСПЧ 2005-Х (выдержки)).

124. В предыдущих делах, касающихся условий содержания под стражей, степень раскрытия обстоятельств властями Российской Федерации была довольно низкой, и доказательства, представленные ими, обычно состояли из ряда справок, составленными руководителями учреждений, в которых содержались заявители, уже после того, как уведомление о жалобе было получено. Суд несколько раз указывал, что в таких справках отсутствуют ссылки на подлинную 54 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» документацию учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества и явно основывались на личных соображениях, а не на объективной информации, а потому, такие документы обладали слабой доказательственной значимостью (см. среди прочих дел Велиев против России (УеНуеу У. Киззга), № 24202/05, пункт 127, 24 июня 2010 г.; Игорь Иванов против России (1%ог Ъапоу у. Киззга), № 34000/02, пункт 34, 7 июня 2007 г.; и дело Белашева (Ве1азкеу), приведенное выше, пункт 52).

125. Суд подчеркнул, что в каждом деле власти Российской Федерации должны были надлежащим образом указать причины, по которым не представили оригиналы документов, в частности, касающиеся количества лиц, содержащихся под стражей одновременно с заявителем. Власти Российской Федерации зачастую давали объяснение, согласно которому, им сообщили о жалобе спустя длительный период времени, и документация учреждения была уничтожена по истечении срока хранения. В связи с этим Суд отметил, что уничтожение соответствующей документации не освобождает власти от обязанности подтверждать свои замечания об обстоятельствах надлежащими доказательствами. Более того, часто Суд устанавливал, что власти Российской Федерации халатно относились к ведению журналов учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, потому что некоторые из них фактически были уничтожены Властями уже после уведомления о жалобе, полученной Судом (см. Щербаков против России (8кскегЪакоу у. Киззга), № 23939/02, пункт 78, 17 июня 2010 г.; дело Гультяевой (ОиЫуауеуа), приведенное выше, пункт 154; и Новинский против России (МоутзЫу V. Киззга), № 11982/02, пункты 102-103, 10 февраля 2009 г.). В других делах власти Российской Федерации представили выдержки из подлинных документов учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, но они касались не рассматриваемых периодов содержания под стражей и были разбиты по времени, поэтому не представляли собой достоверное опровержение утверждений заявителя о переполненности камеры в рассматриваемый период времени (см. дело Губина (ОиЫп), пункт 54; дело Кокошкиной (Кокозккгпа), пункт 32, оба приведенные выше; и дело Сударков против России (8ийагкоу у. Киззга), № 3130/03, пункт 43, 10 июля 2008 г.).

126. Суд с сожалением отметил, что положения о функционировании отдела специального учета не публиковались и являются засекреченными как документы для внутреннего пользования. Соответственно, ограниченная информация, которой владеет Суд, об отчетности и статистических формах, используемых в российской пенитенциарной системе, основывается на образцах документов учреждений, которые власти Российской Федерации представили в прошлых и настоящих делах. Среди них книга количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе и ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 55 камерные карточки заключенных, представляют особую ценность для оценки жалобы на переполненность камеры.

127. Книга количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, заполняется утренней и ночной сменой сотрудников охраны с внесением информации о количестве заключенных в каждой камере. Информация, вносимая в таблицу, которая занимает целую страницу, включает номер камеры и две цифры, соответствующие количеству спальных мест в камере и фактическому количеству заключенных. Под ней расписываются дежурные охранники каждой смены.

128. Камерные карточки - это документы, расположенные в алфавитном порядке, которые заполняются по прибытии в следственный изолятор новых лиц, подлежащих содержанию под стражей. Они содержат имя, дату рождения, информацию о прошлых судимостях и о проводящемся уголовном судопроизводстве, а также список личных вещей вновь прибывшего, а также предметов, выданных в следственном изоляторе. Все перемещения из камеры в камеру записываются в отдельной таблице, которая содержит номер камеры и дату перемещения.

129. В совокупности, книга количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, и камерные карточки могут дать представление об общей ситуации с заполняемостью камер в изоляторе на момент рассматриваемых событий, а также о ситуации в камере заявителя. Они позволяют Суду установить, существует ли в учреждении проблема переполненности и насколько она серьезна, и, если лица, содержащиеся под стражей, распределялись по камерам неравномерно, была ли камера заявителя заполнена количеством людей, превышающим норму. Они также дают Суду возможность убедиться, что лица, чьи показания заявитель представил в подтверждение своих слов, действительно содержались под стражей вместе с заявителем в рассматриваемый период времени.

130. Признание полезности вышеуказанных документов для установления обстоятельств по делам о ненадлежащих условиях содержания под стражей, тем не менее, не умаляет другие доказательства, которые стороны могут представить в таком деле. Как было отмечено выше, в рамках разбирательств в Европейском суде нет процессуальных границ для приемлемости доказательств или предопределенных формул для оценивания. Установление Судом фактов основывается на общей оценке всех доказательств, в том числе на таких выводах, которые вытекают из обстоятельств и замечаний сторон.

56 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 2. Установление обстоятельств по отдельным делам (а) Дело Ананьева 131. Ананьев содержался в следственном изоляторе ИЗ-67/1 г.

Смоленска с 20 января по 23 марта 2007 г. В течение двухмесячного содержания под стражей он находился в камере 170 за исключением двух дней.

132. Площадь камеры № 170 составляла 15 кв. м, в ней имелось 13 спальных мест. Стороны признали, что камера была заполнена количеством людей, не предусмотренным для нее, и что количество лиц в камере достигало 21 человека. Это подтверждается замечаниями заявителя, письменными показаниями его сокамерников и выдержками из книги количественного учета лиц, содержащихся под стражей, представленными Властями.

133. Суд считает установленным, что Ананьев имел менее 1.25 кв. м личного пространства, и что количество лиц, содержащихся под стражей в этой камере, превышало количество доступных спальных мест.

(а) Дело Баширова 134. Баширов содержался в следственном изоляторе ИЗ-30/1 г.

Астрахани в течение более чем трех лет, с 3 мая 2005 г. по 21 мая 2008 г. Он содержался в пяти разных камерах и в течение одной недели в декабре 2007 г. находился в медицинской части.

135. Все камеры, в которых содержался Баширов имели одинаковую площадь, от 23 до 25 кв. м, камеры были оборудованы спальными местами для 10-12 человек. Что касается фактической заполненности камеры, Баширов указал количество, существенно превышающее количество спальных мест, в то время как власти Российской Федерации отрицали факт переполненности камер.

136. Суд отмечает, что в деле Баширова власти Российской Федерации не представили никаких подлинных документов, в которых было бы представлено фактическое количество содержащихся под стражей лиц или причины отсутствия таких документов. Власти Российской Федерации лишь сослались на справку, которая была выдана начальником следственного изолятора в июне 2009 г., т.е.

более чем спустя 4 года после начала срока содержания Баширова под стражей и спустя один год спустя после окончания этого срока. В справке не было указано фактическое количество лиц, содержащихся под стражей, в течение конкретного периода содержания под стражей Баширова; в ней лишь было указано, что «количество лиц, содержащихся под стражей, не превышало количество спальных мест». Поскольку Суд указывал в ряде случаев, когда власти Российской Федерации не представили подлинные документы, что ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 57 документы, составленные по истечении длительного периода времени, не могут рассматриваться как достаточно надежный источник, учитывая длительность истекшего периода.

137. С другой стороны, доводы Баширова о чрезмерной переполненности подтверждаются вьщержками из ежегодных отчетов уполномоченного по правам человека в регионе (ср. дело Гладкого (01айкху), пункт 67, и дело Романа Карасева, пункт 11, оба приведенные выше, в которых уполномоченный по правам человека Калининградской области сообщал о серьезной переполненности в следственном изоляторе ИЗ-39/1). В докладах за 2005-2008 год содержится информация о плохих санитарно-гигиенических условиях содержания в следственном изоляторе ИЗ-30/1. В них указано, что следственный изолятор всегда заполнен сверх установленных норм.

Фактическое количество лиц, содержащихся под стражей в конце 2005 года и 2006 года вдвое превышало норму. Несмотря на то, что ситуация несколько улучшилась к концу 2008 г, уполномоченный по правам человека указал, что нормативная численность заключенных была слишком высока, и не позволяла обеспечить соответствие санитарной норме 4 кв. м на человека.

138. Принимая во внимание материалы, представленные Башировым в подтверждение своих доводов, а также то обстоятельство, что власти Российской Федерации, в свою очередь, не представили никаких достоверных доказательств, Суд полагает, что камеры были переполнены, и что Баширову предоставлялось менее 2 кв. м личного пространства.

Б. Соблюдение требований статьи 3 Конвенции 1. Общие принципы 139. Как Европейский Суд неоднократно указывал, в статье 3 Конвенции закреплена одна из основополагающих ценностей демократического общества. Конвенция полностью запрещает применять пытки и бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание независимо от поведения потерпевшего (см., например, постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Лабита против Италии» (ЬаЪМа V. М1у), жалоба № 26772/95, пункт 119, ЕСНК 2000-1V). Чтобы подпадать под сферу действия статьи 3 Конвенции, жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня жестокости. Оценка указанного минимального уровня является относительной; она зависит от всех обстоятельств дела, таких, как длительность обращения, его физические и психологическое последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья потерпевшего (см., в том числе, постановление 58 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» Европейского Суда от 18 января 1978 года по делу «Ирландия против Соединенного Королевства» {1ге\апйу. Хке ХЗпИей' Кгщдот), пункт 162, Зепез А № 25).

140.

Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня жестокости, обычно подразумевает фактическое нанесение телесных повреждений либо причинение значительных физических или психических страданий. То или иное обращение может считаться унижающим достоинство и подпадать под действие запрета, содержащегося в статье 3 Конвенции, если оно унижает или позорит человека, обнаруживает неуважение к его человеческому достоинству, унижает его или вызывает у человека чувство страха, тоски или собственной неполноценности, способное преодолеть моральное и физическое сопротивление личности (см. постановление Европейского Суда по делу «Претти против Соединенного Королевства» (РгеЯу V. Же 1]пИей Кгщйот), № 2346/02, пункт 52, ЕСНК 2002-Ш, с дальнейшими ссылками).

141. В контексте лишения свободы Суд постоянно подчеркивал, что, чтобы наказание или связанное с ним обращение считались «бесчеловечными» «унижающими достоинство», соответствующие страдания и унижения должны в любом случае выходить за пределы неизбежных страданий и унижений, которым лицо подвергается при содержании под стражей. Государство должно обеспечить, чтобы лицо содержалось под стражей в условиях, которые совместимы с уважением его человеческого достоинства, чтобы порядок и способ исполнения такой меры не подвергали лицо моральным переживаниям и страданиям, интенсивность которых превышает неизбежный уровень страдания, присущий содержанию под стражей, и чтобы — принимая во внимание практические потребности, вытекающие из применения такой меры, как лишение свободы — здоровье лица и его благополучие обеспечивались бы надлежащим образом (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Кудла против Польши», пункты 92-94;

и постановление Европейского Суда от 13 июля 2006 года по делу «Попов против России» (Ророу V. Киша)^ жалоба № 26853/04, пункт 208).

142. При оценке условий содержания под стражей следует учитывать их последствия в совокупности, а также конкретные утверждения заявителя (см. постановление Европейского Суда по делу «Дугоз против Греции» (Вощог V. Огеесе), жалоба № 40907/98, пункт 46, ЕСНК 2001-II). Также должна учитываться длительность периода, в течение которого заявитель содержался в подобных условиях (см., в том числе, постановление Европейского Суда от 8 ноября 2005 года по делу «Альвер против Эстонии» (АЬег V. Е$$ота), жалоба №64812/01).

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ про гив РОССИИ» 59 (а) Переполненность 143. Критическая нехватка места в камере - очень важный аспект, который должен учитываться в целях установления того, были ли рассматриваемые условия содержания под стражей «унижающими достоинство» по смыслу статьи 3 Конвенции (см. постановление Европейского Суда от 7 апреля 2005 года по делу «Каралевичиус против Литвы» {Кага1еуШт V. ЬИНиата), жалоба № 53254/99, пункт 36).

144. Суд отмечает, что в Общих отчетах, опубликованных Комитетом по предупреждению пыток, не содержится явного указания на то, какое личное пространство должно считаться минимально допустимым для камер, где содержится несколько человек. Тем не менее, из отчетов, опубликованных по результатам посещения Комитетом по предупреждению пыток отдельных стран, и из рекомендаций, представленных по этим отчетам, следует, что желательным стандартом для государственных властей, а также их целью должно быть обеспечение четырех квадратных метров личного пространства в местах предварительного содержания под стражей (см., среди прочих, СРТ/М(2006) 24 [Албания], пункт 93; СРТ/М(2004) 36 [Азербайджан], пункт 87; СРТТптГ (2008) 11 [Болгария], пункты 55, 77;

СРТ/Ы (2008) 29 [Хорватия], пункты 56, 71; СРТ/Ы (2007) 42 [Грузия], пункты 42, 51, 61, 74; СРТ/Ы (2009) 22 [Литва], пункт 35;

СРТЯпГ (2006) 11 [Польша], пункты 87, 101, 111; СРТ/Ы" (2009) 1 [Сербия], пункт 49, и СРТЛпГ (2008) 22 [Бывшая югославская Республика Македония], пункт 38).

145. В связи с тем, что обеспечение четырех квадратных метров личного пространства остается желательным стандартом для содержания нескольких человек в одной камере, Суд уже приходил к выводу, что в случае, когда на заявителя приходится менее трех кв.

метров площади, переполненность является настолько сильной, что представляет собой нарушение требований статьи 3 (см., среди многих других примеров, постановления Европейского Суда по следующим делам: «Трепашкин против России (№ 2)», пункт 113, и «Кожокарь против России», пункт 96; «Светлана Казьмина против России» {Зуейапа Каътгпа у. Киша), жалоба № 8609/04, пункт 70, от 2 декабря 2010 года; «Ковалева против России» {КоуаЫуа у. Киша), жалоба № 7782/04, пункт 56, от 2 декабря 2010 года; «Роман Карасев против России», пункты 48^49; «Александр Леонидович Иванов против России» (МеЪапйг ЬеопгйоугсЪ 1уапоу у. Киззга), жалоба № 33929/03, пункт 35, от 23 сентября 2010 года; «Владимир Кривоносов против России», пункт 93, и «Губин против России», пункт 57; «Салахутдинов против России» (8а1аккиШпоу у. Киззга), жалоба № 43589/02, пункт 72, от 11 февраля 2010 года; «Денисенко и Богданчиков против России» (Ветзепко апй Во%йапсЫкоу У. Киша), жалоба № 3811/02, 60 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» пункт 98, от 12 февраля 2009 года; «Гулиев против России», пункт 32;

1 «Линд против России» (Ыпа У. Киша), жалоба № 25664/05, пункт 59, от 6 декабря 2007 года; «Кантырев против России» (КаШутеу у. Киша), №37213/02, пункты 50-51, от 21 июня 2007 года; «Андрей Фролов против России» (Апс1геу РГО1ОУ V. Киша), жалоба № 205/02, пункты 4749, от 29 марта 2007 года; «Лабзов против России» (ЬаЪгоу у. Киша), №62208/00, пункт 44, от 16 июня 2005 года; и «Майзит против России» (МаугИ У. Киша), № 63378/00, пункт 40, от 20 января 2005 года).

146. В некоторых прошлых делах количество содержащихся под стражей лиц превышало число спальных мест в камере, и нехватка жилого пространства усугублялась еще и отсутствием индивидуальных спальных мест. Заключенным приходилось спать по очереди (см. постановление Европейского Суда от 15 мая 2008 года по делу «Гусев против России» (Ошеу у. Киша), жалоба №67542/01, пункт 57; постановление Европейского Суда от 14 февраля 2008 года по делу «Дорохов против России» (ПогокНоу у. Киша), жалоба № 66802/01, пункт 58; постановление Европейского Суда от 15 ноября 2007 года по делу «Багель против России» (Ва§е1 У. Киша), жалоба №37810/03, пункт 61; постановление Европейского Суда от 18 октября 2007 года по делу «Бабушкин против России» (ВаЬшккт у. Киша), жалоба №67253/01, пункт 44; упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Игорь Иванов против России», пункт 36, по делу «Бенедиктов против России», пункт 36, по делу «Худоёров против России», пункт 106, по делу «Романов против России», пункт 77, и по делу «Лабзов против России», пункт 45; а также постановление Европейского Суда по делу «Калашников против России» (Шазкткоу у. Киша), № 47095/99, пункт 97, ЕСНК 2002-У1).

147. В случаях, когда в камере содержалось не такое большое количество лиц, но общая площадь камеры была мала, Суд отмечал, что, так как в ней размещались кровати, стол, и место, где находился туалет, маловероятно, что остальное пространство было достаточным для свободного перемещения по камере (см. постановление Европейского Суда от 27 января 2011 года по делу «Евгений Алексеенко против России» (Уеу%ету АЫЪеуепко У. Киша), жалоба №41833/04, пункт 87; постановление Европейского Суда от 20 января 2011 года по делу «Петренко против России» {РеХгепко у. Киша), жалоба №30112/04, пункт 39; упомянутые выше постановления Европейского Суда по делу «Гладкий против России», пункт 68, «Трепашкин против России (№ 2)», пункт 113; постановление Европейского Суда от 4 ноября 2010 года по делу «Арефьев против России» (Агефеу У. Киша), жалоба № 29464/03, пункт 59; и упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Лутохин против России», пункт 57).

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 61 148. При принятии решения о том, имело ли место нарушение положений статьи 3 из-за нехватки личного пространства, Суд должен учитывать следующие критерии:

(а) каждый заключенный под стражу, должен иметь индивидуальное спальное место;

(б) на каждого заключенного должно приходиться, по меньшей мере, 3 кв. м площади камеры; и (в) общая площадь камеры должна быть такой, чтобы заключенные могли свободно перемещаться между предметами мебели.

Несоблюдение какого-либо из этих критериев само по себе ведет к возникновению предположения, что условия содержания под стражей являлись унижающим достоинство обращением и нарушали положения статьи 3 Конвенции.

(б) Другие аспекты 149. В тех делах, где заключенные имели достаточное количество личного пространства, Суд отмечал другие аспекты материальных условий содержания под стражей как имеющие значение для оценки соблюдения этого положения. Такие аспекты, в частности, включают в себя возможность прогулок на открытом воздухе, естественное освещение и проветривание, наличие вентиляции, надлежащее отопление, возможность уединенного пользования туалетом и соблюдение элементарных санитарно-гигиенических норм. Таким образом, даже в тех делах, где заявитель содержался под стражей в большой камере, в которой на одного заключенного приходилось от трех до четырех кв. метров личного пространства, Суд устанавливал нарушение требований статьи 3, поскольку пространственный фактор дополнялся доказанным отсутствием вентиляции и освещения (см., например, постановление Европейского Суда от 12 июня 2008 года по делу «Власов против России» {У1азоу у. Киша), жалоба №78146/01, пункт 84; упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бабушкин против России», пункт 44; и постановление Европейского Суда от 19 июля 2007 года по делу «Трепашкин против России» (ТгеразкЫп У. Киша), № 36898/03, пункт 94).

(г) Прогулки на свежем воздухе 150. Среди других критериев, являющихся существенными для оценки условий содержания под стражей, особое внимание должно уделяться возможности и длительности прогулок на свежем воздухе, а также условиям, в которых заключенные могли их совершать. В Стандартах содержания под стражей, разработанных Комитетом по предупреждению пыток, особое внимание уделено возможности совершения прогулок на свежем воздухе. Возможность для каждого 62 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» заключенного совершать, по меньшей мере, одночасовую прогулку на свежем воздухе рассматривается в них как один из главных факторов обеспечения их благополучия, причем предпочтительно они должны совершаться в рамках более широкой программы деятельности заключенных, осуществляемой вне камер.

В Стандартах подчеркивается, что площадь прогулочного двора должна быть достаточно просторной, сам двор, по возможности, должен иметь защиту от осадков (см. пункт 48 второго Общего отчета, приведенного выше в пункте 56).

151. Суд нередко отмечал, что малая продолжительность прогулок на свежем воздухе, ограниченная одним часом в день, являлась фактором, еще больше ухудшающим положение заявителей, которым приходилось все время находиться в камере без какой-либо свободы передвижения (см. из недавних примеров постановления Европейского Суда по делу «Евгений Алексеенко против России», пункт 88, по делу «Гладкий против России», пункт 69, и по делу «Скачков против России», пункт 54). В одном из дел ситуация заявителя ухудшалась еще и тем, что прогулочный двор был закрыт на ремонт, и он был вынужден оставаться в камере более месяца (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Трепашкин против России», пункты 32 и 94).

152. Физические характеристики прогулочного двора также являются важным фактором при оценке Суда. В деле «Моисеев против России» (Могзеуеу У. Киша) площадь прогулочных дворов в следственном изоляторе г. Москвы превышала площадь камер всего на два квадратных метра, и заключенные с трудом могли совершать там прогулки. Дворы были окружены трехметровыми стенами, а верх был защищен металлическими решетками и мелкой сеткой. Суд счел, что ограниченное пространство в совокупности с отсутствием открытых мест снижало возможности прогулочных дворов, предназначенных для отдыха и восстановления (см. постановление Европейского Суда от 9 октября 2008 года по делу «Моисеев против России» (Могзеуеу у. Киша), жалоба № 62936/00, пункт 125).

(и) Доступность естественного освещения и свежего воздуха 153. Суд неоднократно подчеркивал важность предоставления заключенным беспрепятственного доступа к естественному освещению и свежему воздуху в камерах. До начала 2000-х годов следственные изоляторы в Российской Федерации оборудовались металлическими ставнями или пластинами, прибитыми к окнам, которые, по-видимому, предназначались для того, чтобы помешать общению заключенных. Как отметил Комитет по предупреждению пыток, такие приспособления не только мешали свободному доступу естественного освещения и свежего воздуха, но также создавали 1ЮСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 63 благоприятные условия для распространения болезней, в частности, туберкулеза (см. пункт 30 11-го Общего отчета, приведенного выше в пункте 56).

154. По мнению Суда, ограничение доступа естественного освещения и свежего воздуха ввиду наличия металлических жалюзи серьезно ухудшало положение заключенных, и без того находящихся в переполненных камерах, что являлось весомым свидетельством в пользу того, что в деле имело место нарушение требований статьи 3 Конвенции (см. упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Горощеня против России», пункт 71, по делу «Салахутдинов против России», пункт 73, по делу «Шилбергс против России», пункт 97; постановление Европейского Суда от 9 апреля 2009 года по делу «Григорьевских против России» (СгщогуеузМкк у. Киша), жалоба № 22/03, пункт 64; упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Александр Макаров против России», пункт 96, по делу «Белашев против России», пункт 59, по делу «Моисеев против России», пункт 125, «Власов против России», пункт 82; а также постановление Европейского Суда от 2 июня 2005 года по делу «Новоселов против России» (Ыоуозе1оу у. Киша), № 66460/01, пункт 44). Однако при отсутствии каких-либо указаний на переполненность или плохое функционирование вентиляции и искусственного освещения, неудобства, вызванные наличием жалюзи, сами по себе не превышали уровня жестокости, необходимого для признания наличия нарушения требований статьи 3 (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Павленко против России», пункты 81-82, а также постановление Европейского Суда от 9 декабря 2008 года по делу «Матюш против России» (МаЪутк V. Киша), жалоба № 14850/03, пункт 58).

155. Суд также пояснил, что свободный доступ свежего воздуха не следует путать с ненадлежащим режимом проветривания при суровых погодных условиях, в том числе в жару летом и в сильный мороз зимой. В некоторых делах заявители оказывались в крайне неблагоприятных условиях потому, что окна камеры были закрыты металлическими жалюзи, но в них не было стекол. В результате они страдали как от отсутствия естественного освещения и свежего воздуха, так и от низких температур в зимнее время, не имея возможности воспрепятствовать свободному проникновению морозного воздуха внутрь (см. упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Захаркин против России», пункты 125127, и по делу «Гультяева против России», пункты 159-162; а также постановление Европейского Суда от 31 июля 2008 года по делу «Старокадомский против России» {ЗШгокайотзШу V. Киша), жалоба №42239/02, пункт 45).

64 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» (Ш) Санитарно-гигиенические условия 156. Суд, как и Комитет по предупреждению пыток, полагает, что доступ к надлежаще оборудованным и гигиеничным санитарным узлам очень важны для поддержания чувства собственного достоинства заключенных (см. пункт 49 2-го Общего доклада, приведенного в пункте 56 выше). Гигиена и чистота являются не только неотъемлемой частью заботы человека о своем теле и уважения к окружающим, с которыми он находится в одном помещении в течение длительного времени, но также одним из условий и в то же время необходимостью для сохранения здоровья. Среда, пригодная для жизни человека, невозможна без доступа к туалету и сохранения тела в чистоте (см. пункт 15 Стандартных минимальных требований к обращению с заключенными и пункт 19.4 Европейских пенитенциарных правил, приведенные в пунктах 55 и 58 выше, соответственно).

157. Что касается доступа к туалету, Суд отмечал во многих делах, что в российских следственных изоляторах туалет располагается в углу камеры и либо ничем не огорожен от жилой площади камеры, либо отделен одной перегородкой высотой от 1 до 1,5 метров. Такая близость и неудобное расположение противоречат не только гигиеническим нормам, но также лишают заключенных возможности пользоваться туалетом в условиях приватности, поскольку при каждом пользовании туалетом они находятся на обозрении других заключенных, сидящих на своих кроватях, а также на обозрении охранников, наблюдающих через решетку (см., в том числе, упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Александр Макаров против России», пункт 97, по делу «Трепашкин против России», пункт 94, по делу «Гришин против России», пункт 94, и по делу «Калашников против России», пункт 99).

В одном из дел Суд счел, что отсутствие приватности, ввиду открытости зоны для отправления естественных нужд, являлось очень серьезным потрясением для заявителя, который страдал геморроем и был вынужден применять лекарства на виду у сокамерников и охранников (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Моисеев против России», пункт 124).

158. Суд нередко отмечал, что время для принятия душа, которое обычно отводится для заключенных в российских следственных изоляторах, ограничено периодом от 15 до 20 минут раз в неделю и явно является крайне недостаточным для надлежащего соблюдения правил гигиены. Порядок организации принятия душа не обеспечивал заключенным элементарной уединенности, поскольку они отводились в душ группами покамерно, а количества функционирующих душевых распылителей на всех не хватало (см. упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Горощеня против ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 65 России», пункт 71, по делу «Шилбергс против России», пункт 97, по делу «Александр Макаров против России», пункт 99, по делу «Селезнев против России», пункт 44, по делу «Гришин против России», пункт 94, а также по делу «Романов против России», пункт 79).

159. И наконец, необходимые санитарные мероприятия должны включать в себя меры по борьбе с грызунами, блохами, вшами, клопами и другими паразитами. Такие меры включают в себя надлежащую и достаточную дезинфекцию, предоставление чистящих средств и регулярное обеззараживание, а также проверку камер, в частности, белья, матрасов и мест приема пищи. Это является неотъемлемым элементом профилактики таких кожных заболеваний, как чесотка, которая, по всей видимости, была широко распространенным явлением в российских следственных изоляторах (см. упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Кожокарь против России», пункт 87, по делу «Щербаков против России», пункт 14, по делу «Бужинаев против России», пункт 17, по делу «Григорьевских против России», пункт 25, по делу «Белашев против России», пункты 34-35, по делу «Новоселов против России», пункт 23, и по делу «Калашников против России», пункты 18 и 29).

2. Применение указанных принципов к настоящему делу 160. Теперь Суд должен оценить, с учетом вышеупомянутых общих принципов и требований, свидетельствуют ли установленные факты о том, что в данном деле имело место нарушение требований статьи 3 Конвенции в отношении заявителей.

(а) Личное пространство 161. Настоящее дело касается условий содержания под стражей в двух разных следственных изоляторах - в следственном изоляторе ИЗ67/1 г. Смоленска и в следственном изоляторе ИЗ-30/1 г. Астрахани.

Суд посчитал установленным, в соответствии со стандартом, вытекающим из статьи 3 Конвенции, что в рассматриваемый период времени в обоих изоляторах заключенные испытывали острую нехватку личного пространства.

162. Заявитель Баширов содержался в следственном изоляторе г. Астрахани в условиях, при которых на одного заключенного приходилось не более двух квадратных метров площади (см. выше пункт 138). Положение заявителя Ананьева было еще хуже: не только размер личного пространства каждого заключенного составлял чуть больше одного квадратного метра, но и количество заключенных в камере значительно превышало количество спальных мест (см. выше пункт 133).

66 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» (б) Другие аспекты 163. С учетом доводов сторон, а также правовых и нормативных положений о режиме российских следственных изоляторов, действовавших в соответствующее время (см. выше пункт 26 и далее), Суд считает, что необходимо установить следующие дополнительные факторы.

164. Заявители имели возможность совершать ежедневные прогулки на открытом воздухе в течение одного часа. Окна не были оборудованы металлическими жалюзи или другими приспособлениями, препятствующими попаданию естественного освещения в камеру. В некоторых камерах имелась небольшая форточка, которую можно было открывать для проветривания. Камеры были дополнительно оборудованы искусственным освещением и вентиляцией.

165. Что касается санитарно-гигиенических условий, то обеденный стол и унитаз располагались в камерах заявителей, иногда совсем близко друг от друга - на расстоянии одного или полутора метров, С одной из сторон туалет был отделен перегородкой высотой около одного или полутора метров; по правилам, действовавшим в следственном изоляторе, не разрешалось полностью закрывать туалет дверью или занавеской так, чтобы его не было видно. В камерах, как правило, имелась проточная холодная вода; заключенные могли принимать душ один раз в семь-десять дней.

(в) Выводы 166. Установлено, что заявителям Ананьеву и Баширову предоставлялось менее трех квадратных метров личного пространства.

Они оставались в камере все время, за исключением одного часа, в течение которого они совершали прогулку на свежем воздухе, и были вынуждены принимать пищу и справлять естественные нужды в условиях тесноты. Что касается Баширова, то следует отметить, что в таких условиях он провел более трех лет. Таким образом, Суд считает, что заявители Ананьев и Баширов подверглись бесчеловечному и унижающему достоинство обращению в нарушение статьи 3 Конвенции.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 61 VI. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ 167. Статья 41 Конвенции предусматривает следующее:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.».

А. Материальный ущерб 168. Заявитель Баширов требовал выплаты процентов от той денежной суммы,, которая была изъята из его квартиры во время обыска в 2005 году. Власти Российской Федерации указали, что 17 июля 2009 г. районный суд поручил государственным органам вернуть ему эти деньги, но заявитель не представил судебным приставам исполнительный лист. Суд отмечает, что жалоба на нарушение требований статьи 1 Протокола № 1 была признана неприемлемой, и отклоняет данное требование о возмещении материального ущерба.

Б. Моральный вред 169. Заявитель Ананьев требовал в качестве компенсации морального вреда сумму в размере 2000 евро, а заявитель Баширов 50 000 евро.

170. Власти Российской Федерации сочли их требования завышенными.

171. Суд установил нарушение требований статьи 3 Конвенции в отношении обоих заявителей, которые подверглись бесчеловечному и унижающему достоинство обращению в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей. Суд также установил нарушение требований статьи 13 Конвенции, поскольку заявители не имели в своем распоряжении эффективных внутригосударственных средств правовой защиты.

172. Что касается компенсации в связи с нарушением требований статьи 3 Конвенции, Суд считает, что страдания и чувство отчаяния, которые пришлось испытать лицу, содержавшемуся под стражей в явно неудовлетворительных условиях, нельзя компенсировать одним лишь фактом установления нарушения. Продолжительность пребывания в таких условиях, несомненно, является самым главным фактором для оценки размера морального вреда. Также известно, что в начальный период адаптации к плохим условиям лицо испытывает особенно тяжелые психические и физические страдания. Принимая во 68 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» внимание основополагающий характер права, гарантируемого статьей 3, Суд считает целесообразным присудить Баширову 6000 евро за первый год содержания под стражей в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях и 3500 за каждый последующий год, то есть всего 13000 евро. Что касается Ананьева, то Суд считает разумным присудить ему в полном размере ту сумму, которую он требовал, то есть 2000 евро.

173. Что касается нарушения статьи 13, то Суд считает, что установление факта нарушения само по себе является достаточной справедливой компенсацией.

174. Принимая во внимание вышеуказанные принципы, Суд присуждает в качестве возмещения морального вреда сумму в размере 2000 евро Ананьеву и 13000 евро Баширову, плюс любые налоги, которыми могут быть взысканы с заявителей, и отклоняет остальные требования по этому основанию.

В. Расходы и издержки 175. Заявитель Ананьев не требовал возмещения расходов или издержек. Заявитель Баширов требовал 35800 рублей в качестве возмещения расходов на юридическую помощь, оказанную при производстве по уголовному делу в Российской Федерации и 11908 рублей в качестве возмещения затрат на копирование и почтовые расходы. Власти Российской Федерации утверждали, что расходы на юридическое сопровождение во внутригосударственных судах не связаны с предметом судебного разбирательства в Страсбурге, и что почтовыми квитанциями сумма расходов подтверждалась только в размере 4191 рубля.

176. В соответствии с выработанной практикой Суда, расходы и издержки не присуждаются в соответствии со статьей 41 до тех пор, пока не будет установлено, что они действительно были понесены, были необходимы, и их размер был разумен (см. постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Иатридис против Греции» (1а№&8 V. Огеесе) (справедливая компенсация), жалоба № 31107/96, пункт 54, ЕСНК 2000-Х1).

177. Что касается Баширова, то его жалобы частично были признаны неприемлемыми. Принимая во внимание документы, имеющиеся в распоряжении Суда, Европейский Суд считает разумным присудить Баширову сумму в размере 850 евро на оплату расходов по всем основаниям, плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с данного заявителя.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 69 Г. Процентная ставка при просрочке платежей 178. Суд считает приемлемым, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.

VII. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 46 КОНВЕНЦИИ 179. Суд отмечает, что, по всей видимости, в России ненадлежащие условия содержания под стражей являются повторяющейся проблемой, вследствие наличия которой Суд установил нарушения статей 3 и 13 Конвенции в более чем восьмидесяти постановлениях, принятых после вынесения первого постановления, в котором им был сделан такой вывод - в постановлении по делу Калашникова в 2002 году. Таким образом, Суд считает своевременным и уместным рассмотреть данное дело в соответствии со статьей 46 Конвенции, которая в части, имеющей отношение к настоящему делу, предусматривает следующее:

«1. Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются исполнять окончательные постановления Суда по делам, в которых они являются сторонами.

2. Окончательное постановление Суда направляется - министров, который осуществляет надзор за его исполнением...» Комитету А. Общие принципы 180. Европейский Суд напоминает, что статья 46 Конвенции, толкуемая с учетом статьи 1 Конвенции, возлагает на государствоответчика правовую обязанность принять под надзором Комитета министров целесообразные меры общего и/или индивидуального характера для обеспечения права заявителя, которое Европейский Суд признал нарушенным. Такие меры должны быть также приняты в отношении других лиц, находящихся в положении заявителя, особенно путем устранения проблем, которые повлекли вывод Европейского Суда (см. Постановление Большой палаты по делу «Скоццари и Джунта против Италии» (Зсоггап апа Сйшпа V. Иа1у), жалобы №№39221/98 и 41963/98, § 249, ЕСНК 2000-VIII; Постановление Большой палаты по делу «Кристин Гудвин против Соединенного Королевства» (Сплзппе ООООЧУШ V. Шкео! К т ^ а о т ) , жалоба №28957/95, § 120, ЕСНК 2002-У1; Постановление Европейского суда по делу «Лукенда против Словении» (Еикепаа V. 81оуеша), жалоба № 23032/02, § 94, ЕСНК 2005-Х; и Постановление Большой палаты по 70 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» делу «8. и Марпер против Соединенного Королевства» (8. апс1 Магрег V. Шйей Кшвёош), жалобы № 30562/04 и № 30566/04, § 134, ЕСНК 2008...). Эта обязанность последовательно подчеркивается Комитетом министров при осуществлении надзора за исполнением постановлений Европейского суда (см., в частности, Предварительные Резолюции БН (97) 336 по делам, связанным с длительностью разбирательств в Италии; ОН (99) 434 по делам, связанным с деятельностью сил безопасности в Турции; КезБН (2001) 65 по делу «Скоццари и Джунта против Италии; КезВН (2006) 1 по делам Рябых и Волковой).

181. С целью содействия эффективному исполнению своих постановлений в этом контексте Европейский Суд может использовать процедуру пилотного постановления, позволяющую ему прямо указать в постановлении на существование структурных проблем, составляющих основу нарушений, и указать конкретные меры или действия, которые следует принять государству-ответчику для их устранения (см. Постановление Большой палаты по делу «Брониовский против Польши» (Вгошо\У5к1 V. Ро1апс1), жалоба №31443/96, § 189 - 194 и резолютивная часть, ЕСНК 2004-У; и Постановление Большой палаты по делу «Хуттен-Чапская против Польши» (Нипеп-Сгарзка V. Ро1апф, жалоба № 35014/97, ЕСНК 2006... § 231 - 239 и резолютивная часть). Этот судебный подход применяется с надлежащим соблюдением соответствующих функций конвенционных органов: Комитет министров оценивает исполнение индивидуальных и общих мер в соответствии с пунктом 2 статьи 46 Конвенции (см., с необходимыми изменениями, Постановление Большой палаты по делу «Брониовский против Польши» (Вгопю\уз1а V. Ро1апо") (мировое соглашение), жалоба №31443/96, § 42, ЕСНК 2005-1Х; и Постановление Большой палаты от 28 апреля 2008 г. по делу «Хуттен-Чапска против Польши» (НиПеп-Сгарзка V. Ро1аш1) (мировое соглашение), жалоба № 35014/97, § 42).

182. Другой важной целью процедуры пилотного постановления является побуждение государства-ответчика к разрешению большого количества индивидуальных дел, вытекающих из той же структурной проблемы на национальном уровне, что соответствует принципу субсидиарности, который лежит в основе конвенционной системы.

Действительно, задача Европейского Суда, как определено статьей 19 Конвенции, то есть «обеспечение соблюдения обязательств, принятых на себя Высокими Договаривающимися Сторонами по настоящей Конвенции и Протоколам к ней», не обязательно наилучшим образом решается путем повторения тех же выводов в целом ряде дел (см., с необходимыми изменениями, Решение Европейского суда от 23 сентября 2008 г. по делу «Е.О. против Польши» (Е.О. V. Ро1апф, жалоба № 50425/99, § 27). Цель процедуры пилотного постановления заключается в содействии скорейшему и наиболее эффективному устранению сбоев, затрагивающих защиту указанных прав в ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 71 национальном правопорядке (см. Решение Европейского суда по делу «Волькенберг и другие против Польши» (АУо1кепЪег& и Оптегз V.

Ро1апо), жалоба № 50003/99, § 34, ЕСНК 2007-... (извлечения)). В то время как действия государства-ответчика должны быть направлены, прежде всего, на устранение такого сбоя и на введение, если это целесообразно, эффективных внутренних средств правовой защиты в отношении указанных нарушений, они также могут включать специальные решения, такие как мировые соглашения с заявителями или односторонние меры по возмещению, соответствующие требованиям Конвенции. Европейский Суд может решить отложить рассмотрение всех аналогичных дел, таким образом предоставив государству-ответчику возможность урегулировать их различными подобными способами (см., с необходимыми изменениями, упоминавшееся выше Постановление Большой палаты по делу «Брониовский против Польши», § 198; и Постановление Европейского суда от 22 декабря 2005 г. по делу «Ксенидес-Арестис против Турции» (Хешс1ез-Аге$г]з V. Тигкеу), жалоба № 46347/99, § 50).

183. Однако если государство-ответчик не принимает такие меры после вынесения пилотного постановления и продолжает нарушать Конвенцию, Европейский Суд вынужден возобновлять рассмотрение всех аналогичных поступивших жалоб и принимать по ним постановления с целью обеспечения эффективного соблюдения Конвенции (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 128).

Б. Наличие структурной проблемы, требующей применения процедуры пилотного постановления 184. С момента вынесения Судом первого постановления, касающегося бесчеловечных и унижающих достоинство условий содержания в российских следственных изоляторах (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Калашников против России»), Суд установил нарушение статьи 3 Конвенции в связи с аналогичными условиями содержания под стражей более чем в восьмидесяти делах (см. Приложение). В ряде таких постановлений Суд также пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении жалоб заявителей на неудовлетворительные условия их содержания под стражей. Согласно документальной базе данных Суда, в настоящее время имеется около двухсот пятидесяти достаточно серьезных жалоб против России, ожидающих рассмотрения, характерным свойством которых является наличие в них жалоб на неудовлетворительные условия содержания под стражей. Вышеуказанные цифры, взятые сами 72 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» по себе, свидетельствуют о существовании повторяющейся структурной проблемы (см., в том числе, постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Боттацци против Италии» {ВоПаггг У. Ш1у), жалоба № 34884/97, пункт 22, ЕСНК 1999-У;

упоминавшееся выше постановление по делу «Лукенда против Словении», пункты 90-93; а также постановление Европейского Суда от 2 сентября 2010 года по делу «Румпф против Германии» (Китр/ у. Сегтапу), жалоба № 46344/06, пункты 64-70).

185. Нарушения статьи 3 Конвенции, установленные в предыдущих постановлениях, а также нарушения, установленные в настоящем деле, были совершены в следственных изоляторах, расположенных в различных административных образованиях Российской Федерации и в различных географических регионах. Тем не менее, некоторые факты, лежащие в основе этих нарушений, по сути, были аналогичны: заключенные страдали от бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в связи с острой нехваткой личного пространства в камерах, нехваткой спальных мест, неоправданными ограничениями на доступ к естественному свету и воздуху, а также отсутствием возможности уединиться при использовании санитарного оборудования. Таким образом, по всей видимости, указанные нарушения не были вызваны отдельным происшествием и не объясняются особым стечением обстоятельств в этих делах, а были порождены широко распространенной проблемой, которая является следствием неудовлетворительной работы российской пенитенциарной системы и недостаточных правовых и административных гарантий защиты от запрещенных видов обращения. Эта проблема затронула и все еще может затронуть большое количество лиц, содержащихся в следственных изоляторах по всей России (сравн. с упоминавшимися выше постановлениями по делу «Брониовский против Польши», пункт 189, и по делу «ХуттенЧапска против Польши», пункт 229).

186.

Также следует напомнить, что обязательство безотлагательно улучшить «практически бесчеловечные условия» в местах предварительного содержания под стражей в соответствии с Рекомендацией К(87)3 относительно Европейских пенитенциарных правил (цит. в пункте выше 58) является одним из тех обязательств Российской Федерации, которые она должна была и обязалась выполнить при вступлении в Совет Европы (см. Мнение Парламентской Ассамблеи № 193 (1996), пункт 7 (1х)). В своей Резолюции 1277 (2002) о выполнении обязанностей и обязательств Российской Федерацией, Парламентская Ассамблея отметила факт резкого уменьшения количества заключенных в местах лишения свободы, но вместе с тем выразила сожаление по поводу условий содержания под стражей, в частности, по поводу переполненности исправительных учреждений, плохого медицинского обслуживания и IЮСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 73 недостатка финансирования. Ассамблея призвала власти Российской Федерации улучшить условия в местах предварительного содержания под стражей, обеспечить соблюдение Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания и выполнить рекомендации Комитета по предупреждению пыток (пункт 8 (IX)). В более позднем докладе Комиссии по надзору за выполнением обязанностей и обязательств Российской Федерацией (Пос. 10568, 3 июня 2005 года) отмечалось, что в результате массовых амнистий, использования альтернативных мер наказания и уменьшения количества наказаний в Уголовном кодексе, а также вследствие передачи полномочий прокуратуры по санкционированию предварительного содержания под стражей под стражей и продления его сроков судам и строительства новых следственных изоляторов, переполненность следственных изоляторов в среднем сократилась лишь на один процент по сравнению с нормальной вместимостью данных учреждений. Тем не менее, подробный анализ каждого региона показал, что в тридцати четырех регионах места предварительного содержания под стражей оставались переполненными в различной степени: в пятнадцати из них они переполнены менее чем на 20%, в шестнадцати - на 20-50%. В трех регионах — Республике Тыва, Читинской и Костромской областях — места предварительного содержания под стражей оставались еще более переполненными (пункты 204-210 доклада).

187. С момента вынесения постановления по жалобе Калашникова в 2002 году, проблема переполненности российских следственных изоляторов занимает важное место в повестке дня Комитета министров Совета Европы в соответствии со статьей 46 Конвенции. В своей первой Промежуточной резолюции, касавшейся исполнения постановления по жалобе Калашникова, Комитет министров отметил, что проблема переполненности следственных изоляторов присутствует в пятидесяти семи из восьмидесяти девяти российских регионов, и что для устранения данной проблемы и приведения санитарно-гигиенических условий содержания под стражей в соответствие с требованиями Конвенции необходимы срочные меры (Промежуточная резолюция СМ/КезОН(2003)123, упоминавшаяся в пункте 59 выше). Вторая Промежуточная резолюция, принятая в 2010 году, касалась исполнения постановлений по жалобе Калашникова и тридцати одной аналогичной жалобе, которые были вынесены Судом за это время (Промежуточная резолюция СМ/Ке8ВН(2010)35, упоминавшаяся в пункте 60 выше). В резолюции напоминалось, что наличие структурных проблем и насущной необходимости в принятии комплексных мер общего характера уже подчеркивалось Комитетом министров и признавалось властями Российской Федерации, и повторялось о необходимости комплексного подхода к поиску решений проблемы переполненности следственных 74 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» изоляторов, в том числе о необходимости внесения изменений в нормативно-правовую базу, юридическую практику и правовые отношения.

188. Власти Российской Федерации не отрицали существования структурной проблемы, связанной с переполненностью мест предварительного содержания под стражей. Значительность и актуальность этой проблемы признавались как в материалах, представленных властями по настоящему делу, так и в документах и справках, излагающих позицию по данному вопросу, принятых на национальном уровне, например, в таких, как Федеральная целевая программа «Развитие уголовно-исполнительной системы (2007-2016 годы)» от 5 сентября 2006 г. (цит. выше в пункте 54). В Программе прямо указывались обязательства Российской Федерации, принятые ею на себя при вступлении в Совет Европы, и нормы, установленные в отношении предварительного содержания под стражей Европейским Судом и Комитетом по предупреждению пыток; целью Программы являлось приведение условий содержания под стражей в соответствие с правовыми нормами Российской Федерации и последующий переход на международные стандарты. При оценке ситуации, сложившейся в пенитенциарной системе, в Программе отмечалось, что только в сорока российских регионах имеются учреждения, способные обеспечить размещение заключенных в соответствии с внутренней нормой санитарной площади, составляющей четыре квадратных метра на одного заключенного, в то время как в восемнадцати регионах в местах предварительного содержания под стражей на одного заключенного предоставляется менее трех квадратных метров.

Согласно ежегодным целевым показателям Программы, к 2011 году в соответствие с установленной в Российской Федерации нормой санитарной площади должно быть приведено шестьдесят процентов следственных изоляторов, а к 2016 году - сто процентов. Однако, что касается международного стандарта, составляющего семь квадратных метров на одного заключенного, то к 2011 году в соответствие с ним планировалось привести менее одного процента следственных изоляторов, а к 2016 году - только 11,4 процента.

189. Несмотря на заметную тенденцию к улучшению материальных условий содержания под стражей и сокращению количества заключенных, ожидающих судебного разбирательства, за последние годы проблема переполненности не стала менее актуальной.

Выводы Суда по настоящему делу и нескончаемый поток новых жалоб свидетельствуют о серьезности ситуации в некоторых следственных изоляторах, где заключенные до сих пор не имеют в своем распоряжении индивидуального спального места, как в случае Ананьева, а также выявляют отсутствие эффективных внутренних средств правовой защиты для того, чтобы положить конец продолжающемуся нарушению или получить компенсацию за уже ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 75 завершившийся период содержания под стражей. Суд сильно обеспокоен в связи с тем, что нарушения, установленные в настоящем постановлении, имели место через пять лет после того, как было вынесено постановление по жалобе Калашникова, в котором впервые была выявлена проблема переполненности, несмотря на обязательство государства-ответчика, предусмотренное статьей 46 Конвенции, принять под контролем Комитета министров необходимые компенсационные и превентивные меры как индивидуального, так и общего характера (сравн. с упоминавшимся выше постановлением по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 134).

190. Принимая во внимание повторяющийся и устойчивый характер данной проблемы, большое количество лиц, которых она уже затронула или еще может затронуть, и серьезную необходимость в безотлагательном предоставлении им достаточного возмещения на национальном уровне, Суд считает целесообразным применить в настоящем деле процедуру пилотного постановления (см.

упоминавшееся выше постановление Суда по жалобе «Бурдов против России (№ 2)», пункт 130, и постановление Европейского Суда от 10 мая 2011 г. по делу «Фингер против Болгарии» {Ргщег У. Ви1§апа), жалоба № 37346/05, пункт 128). Как уже подчеркивалось выше, простое повторение выводов Суда в аналогичных отдельных делах это не лучший способ достижения цели Конвенции. Таким образом, Суд считает необходимым устранить структурные проблемы, лежащие в основе нарушений прав человека, на более глубоком уровне, исследовать источник этих проблем и оказать государству-ответчику дополнительное содействие в поиске верных решений, а Комитету министров - содействие в надзоре за исполнением постановлений Суда (см. Резолюцию Комитета Министров Кез(2004)2 о постановлениях Европейского Суда, выявляющих проблемы системного характера, лежащие в основе нарушений прав человека, и Декларации, принятые Высокими Договаривающимися Сторонами на конференциях в г. Интерлакене и г. Измире).

В. Источник проблемы необходимые для ее решения и меры общего характера, 191. Суд признает, что повторяющиеся нарушения статьи 3, обусловленные неудовлетворительными условиями содержания в некоторых российских следственных изоляторах, являются широкомасштабными и сложными по своей природе. Они не вытекают из конкретной законодательной нормы или положения или конкретного пробела в законодательстве Российской Федерации.

Скорее, это многоаспектная проблема, существующая благодаря большому количеству негативных факторов как правового, так и 76 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «А11АНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» материально-технического характера. Некоторые из них - такие как недостаточное количество следственных изоляторов, их ветхость и плохое состояние, нерациональное использование ресурсов и непрозрачность управления изоляторами - могут брать начало в уголовно-исполнительной системе, тогда как другие — такие как чрезмерное и часто необоснованное применение меры пресечения в виде содержания под стражей, а не альтернативных мер пресечения, или отсутствие эффективных средств правовой защиты для обеспечения соответствия условий содержания российскому законодательству — являются следствием чего-то иного.

1. Пути улучшения условий содержания под стражей 192. Бесспорно, что вышеописанная ситуация в российских следственных изоляторах по-прежнему требует принятия комплексных мер общего характера на национальном уровне - мер, которые должны принимать во внимание большое количество лиц, затронутых в настоящее время этой проблемой. Суд приветствует те усилия, которые до сих пор прикладывались властями Российской Федерации с целью приведения условий содержания под стражей в следственных изоляторах в соответствие с внутренними и международными стандартами. В период с 2002 по 2006 гг. федеральная программа по реформированию уголовно-исполнительной системы предусматривала ремонт и реконструкцию ряда следственных изоляторов; ее результатом стало заметное увеличение количества мест и площади на одного заключенного. За ней последовала еще более грандиозная программа, утвержденная постановлением Правительства от 5 сентября 2006 года на период с 2007 по 2016 гг., которая, в частности, предусматривает строительство более двадцати новых следственных изоляторов, в которых лицам, находящимся в предварительном заключении, будет предоставляться семь квадратных метров личного пространства. И что самое важное, одна из целей программы состоит в том, чтобы к 2016 году все следственные изоляторы могли соответствовать требованию законодательства Российской Федерации о том, чтобы на одного человека приходилось четыре квадратных метра площади.

193. При этом Суд с сожалением отмечает, что другие меры для улучшения материальных условий содержания под стражей, которые могут быть реализованы в краткосрочной перспективе и при небольших дополнительных затратах, - например, такие, как заграждение туалетов, расположенных внутри камеры, с помощью занавесок или перегородок, снятие частых сеток с окон камер, препятствующих проникновению естественного освещения, и более частый прием душа — до сих пор не реализованы. Суд также отмечает, что принятие таких мер обсуждалось Комитетом министров в тесном ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 77 сотрудничестве с властями Российской Федерации (см. Промежуточные резолюции, упоминавшиеся выше в пунктах 59 и 60). Резолюции Комитета министров свидетельствуют о достижении определенного прогресса, а также указывают на то, что для решения проблемы рассматриваются и принимаются дополнительные меры.

194. Суд, как и Комитет министров, поддерживает позицию властей Российской Федерации относительно того, что решение проблемы переполненности следственных изоляторов требует комплексного подхода, в том числе, изменений в нормативной базе, практике и подходах (см. упоминавшуюся выше Промежуточную резолюцию Комитета министров СМ/КезПН(2010)35). Рассмотрев различные уже реализованные и еще находящиеся в процессе реализации меры, направленные на улучшение условий содержания под стражей на досудебной стадии разбирательства в Российской Федерации, Суд отмечает, что этот процесс поднимает ряд сложных правовых и практических вопросов, которые, в основном, лежат за пределами правовой функции Суда. В задачу Суда не входит предоставление консультаций государству-ответчику относительно такого сложного процесса реформ, не говоря уже о рекомендациях относительно определенного способа организации своей уголовной и уголовно-исполнительной системы. В то время, как процедура вынесения пилотного постановления сыграла важную роль в оказании помощи Договаривающимся государствам в выполнении своих обязательств по Конвенции, Суд не имеет возможности участвовать в таких реформах наряду с Комитетом министров или давать государству-ответчику распоряжения о принятии конкретных мер. Не соответствует это и его функции международного суда. Комитет министров лучше подготовлен и обладает большим количеством инструментов для осуществления контроля над мерами, которые должны быть приняты Россией для обеспечения надлежащих условий досудебного содержания под стражей в соответствии с Конвенцией (см., тиШНз тиШпсИз, упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии», пункт 115;

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по жалобе «Бурдов против России (№ 2)», пункты 136 и 137; и постановление Европейского Суда по делу «Юрий Николаевич Иванов против Украины» (Типу МШауеугск 1уапоу у. Пкгате), жалоба № 40450/04, пункты 90-92, ЕСНК 2009-... (выдержки)).

195. Тем не менее, приведенные выше соображения не означают, что Суд не может указать на существование общей проблемы или выразить особую озабоченность, что . может гарантировать внимательное рассмотрение проблемы со стороны государстваответчика с учетом выводов Суда по отдельным делам. Такие указания со стороны Суда являются полезными и целесообразными еще и потому, что они способствуют лучшему установлению сложных 78 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» структурных проблем, лежащих в основе нарушений, и принятию соответствующих решений в их отношении.

196. Таким образом, в целях настоящего постановления Суд считает важным обратить внимание на две такие проблемы, которые обязагельно должны быть рассмотрены властями Российской Федерации в рамках продолжающихся попыток решения проблемы постоянной переполненности следственных изоляторов. Первый вопрос касается тесной взаимосвязи между проблемой переполненности, которая должна рассматриваться в соответствии со статьей 3 Конвенции, и чрезмерной длительности досудебного содержания под стражей, которая, как было установлено Судом, является нарушением другого положения Конвенции, а именно статьи 5, в столь же значительном количестве дел против Российской Федерации. Второй, тесно связанный с первым, вопрос касается возможных дополнительных способов борьбы с переполненностью путем предварительных договоренностей и гарантий, касающихся помещения заключенных в переполненные следственные изоляторы.

(а) Сокращение случаев применения досудебного задержания 197. Постоянной и общей позицией всех органов Совета Европы является сокращение количества заключенных в следственных изоляторах в качестве наиболее целесообразного решения проблемы переполненности. Во многих постановлениях Суд повторял, что, учитывая презумпцию невиновности и презумпцию свободы, содержание под стражей на досудебной стадии должно быть скорее исключением, чем нормой, и применяться только в исключительных обстоятельствах (см., среди многих других примеров, постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Маккей против Соединенного Королевства» (МсКау у. 1ке 1]пг1ей Кгщдот), жалоба № 543/03, пункт 41, ЕСНК 2006-Х). Комитет по предупреждению пыток считает, что в контексте такой частой практики применения лишения свободы, которая сохраняется в Российской Федерации, «трата значительных денежных средств на здания учреждений обеспечивающих изоляцию от общества, не станет решением проблемы» (см. пункт 28 11-го Общего доклада, СРТ/Ы(2001)16), а также пропагандирует активный пересмотр политики предварительного содержания под стражей. Не так давно, в 2010 году, Комитет министров указал, что «создание новых мест для содержания под стражей не может само по себе обеспечить долгосрочное решение проблемы переполненности следственных изоляторов, и что эта мера должна сопровождаться другими, направленными на снижение общего количества заключенных» (см.

Промежуточную резолюцию СМ/Ке5ОН(2010)35, а также пункт 1(2) Приложения к Рекомендации К(99)22, упоминавшиеся выше в пункте 57).

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 79 198. Статистическая информация судебной системы Российской Федерации свидетельствует о значительном сокращении числа первичных ходатайств о заключении под стражу примерно на тридцать четыре процента в 2010 году по сравнению с 2007 годом (см. пункт 53 выше). Число ходатайств о продлении срока содержания под стражей также сократилось, но в значительно меньшей степени - всего лишь на восемь процентов за тот же четырехлетний период. Сокращение числа ходатайств о первичном заключении под стражу может быть истолковано как последствие недавно принятых мер, направленных на декриминализацию некоторых преступлений ненасильственного характера, а также как свидетельство более ограниченного подхода со стороны следственных органов к использованию предварительного содержания под стражей в качестве меры пресечения на досудебной стадии разбирательства. Хотя количество ходатайств от прокуроров уменьшилось в относительном выражении, их абсолютное число все еще остается слишком высоким.

199. Причиной для беспокойства является то, что в тот же период времени доля удовлетворенных или отклоненных судами ходатайств о применении меры пресечения в виде заключении под стражу остается на постоянном и чрезмерно высоком уровне и не изменилась, несмотря на снижение общего числа таких ходатайств. Действительно, в период с 2007 по 2010 год суды Российской Федерации вынесли постановления о заключении под стражу в более чем в девяноста процентах дел, в которых эта мера была запрошена следственными органами, а также удовлетворили ходатайства о продлении срока содержания под стражей примерно в девяноста восьми процентах случаев. В практическом смысле это означает, что ходатайство прокурора о заключении под стражу было отклонено лишь в отношении одного из десяти подсудимых и только один из пятидесяти обвиняемых, заключенных под стражу, был освобожден до начала судебного разбирательства. Во второй половине 2008 года залог был использован в 407 случаях, в первой половине 2009 года это число возросло до 599 (см. пункт II (4) Приложения II к Промежуточной резолюции СМ/Е.езБН(2010)3 5, упоминавшейся выше), что попрежнему составляет менее одного процента случаев, в которых подозреваемый был заключен под стражу. Статистика за 2010 год не свидетельствует ни о каких значительных изменениях в судебной практике, и доля отклоненных ходатайств о заключении или о продлении срока содержания под стражей увеличилась менее чем на 0,2 процента, несмотря на то, что 22 октября 2009 г. Верховный Суд Российской Федерации принял специальное постановление (см. пункт 52 выше), в котором он напомнил судам, что содержание под стражей должно назначаться только в том случае, если другие меры пресечения не могут быть применены.

80 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 200. Суд, со своей стороны, уже указал на неудовлетворительную работу судебной системы Российской Федерации ввиду чрезмерно длительного содержания под стражей без надлежащего обоснования.

Начиная с постановления по делу Калашникова, принятого в 2002 году, на сегодняшний день Суд установил нарушения обязательства гарантировать судопроизводство в разумный срок или освобождение из-под стражи до суда в соответствии с пунктом 3 статьи 5 Конвенции более чем в восьмидесяти делах против Российской Федерации, в которых национальные суды продлевали срок содержания заявителя под стражей, основываясь, в основном, на тяжести предъявленного обвинения и используя одни и ге же стереотипные формулы, без учета конкретных обстоятельств дела или рассмотрения альтернативных мер пресечения (см., среди многих других примеров, постановление Европейского Суда от 1 марта 2007 года по делу «Белевитский против России» (ВеЫуШЫу У. Киша), жалоба № 72967/01, пункт 99 и далее;

упомянутое выше постановление Европейского Суда по делу «Мамедова против России», пункт 72 и далее.; постановление Европейского Суда от 2 марта 2006 года по делу «Долгова против России» (Оо1$оуа у. Киша), жалоба № 11886/05, пункт 38 и далее;

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Худоёров против России», пункт 172 и далее; постановление Европейского Суда от 7 апреля 2005 года по делу «Рохлина против России» (КоккИпа V. Киша), жалоба № 54071/00, пункт 63 и далее;

постановление Европейского Суда от 8 февраля 2005 года по делу «Панченко против России» (Рапскепко V. Киша), жалоба № 45100/98, пункт 91 и далее; и постановление Европейского Суда по делу «Смирнова против России» (Зтггпоуа у. Киша), жалобы №№ 46133/99 и 48183/99, пункты 56 и далее, ЕСНК 2003-1Х (выдержки)). Суд, в частности, отметил, что «отсутствие аргументации не являлось случайным или краткосрочным упущением, а было обычным способом обращения с ходатайствами об освобождении из-под стражи» (см.

постановление Европейского Суда по делу «Худобин против России» (КкийоЫп у. Киша), жалоба № 59696/00, пункт 108, ЕСНК 2006-...

(выдержки)).

201. Неоправданное и чрезмерное использование меры пресечения в виде содержания под стражей на досудебной стадии уголовного разбирательства также было обозначено Комитетом министров в качестве структурной проблемы в Российской Федерации.

Ее существование подтверждается непрерывным потоком новых подобных жалоб в Суд, а также данными, доступными на национальном уровне, и тесно связано с проблемой переполненности следственных изоляторов (см. пункты 3 и 4 Меморандума «Содержание под стражей в Российской Федерации: меры, необходимые для исполнения постановлений Европейского Суда», подготовленного Департаментом по исполнению постановлений ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 81 Европейского Суда по правам человека СМ/1пЮН(2007)4 от 12 февраля 2007 г., а также Промежуточную резолюцию СМ/КезПН(2010)35, упомянутую выше). Комитет министров отметил неоднократные заявления Президента Российской Федерации и высокопоставленных должностных лиц государства, включая генерального прокурора и министра юстиции, о том, что до тридцати процентов лиц, содержащихся под стражей, не должны были быть лишены свободы, будучи подозреваемыми или обвиняемыми в преступлениях небольшой или средней тяжести, а также приветствовал ярко выраженное стремление, подтвержденное на высшем политическом уровне, изменить данную неприемлемую ситуацию и принять для этого срочные законодательные и другие меры (см. Промежуточную резолюцию СМ/КезОН(2010)35, упомянутую выше).

202. Суд приветствует шаги, которые уже были предприняты властями Российской Федерации для сокращения числа лиц, содержащихся под стражей на досудебной стадии уголовного судопроизводства. Он повторяет, что российским прокурорам следует дать указания по сокращению количества ходатайств о применении меры пресечения в виде содержания под стражей за исключением самых серьезных дел, связанных с насильственными преступлениями.

Тем не менее, вышеприведенная судебная статистика в совокупности с заключениями о нарушениях требований пункта 3 статьи 5 Конвенции в недавних постановлениях Суда и оценкой Комитета министров показывают, что успешное предотвращение переполненности следственных изоляторов зависит от дальнейших последовательных и долгосрочных мер по обеспечению полного соблюдения требований пункта 3 статьи 5 Конвенции. В дополнение к выводам Комитета Министров в Промежуточной резолюции СМ/КезОН(2010)3 5 и Рекомендации Кес(2006)13 о применении меры пресечения в виде содержания под стражей, об условиях, в которых оно должно осуществляться, и о мерах по предупреждению злоупотребления, Суд сильно сомневается, что существующие тенденции к применению лишения свободы в качестве меры пресечения могут быть изменены при отсутствии поправок, однозначно отражающих требования, вытекающие из статьи 5 Конвенции, к соответствующим положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Как Суд неизменно подчеркивал, первым среди этих требований является то, что презумпция во всех случаях должна быть в пользу освобождения и что содержание под стражей должно быть исключительной мерой, а не нормой. До вынесения обвинительного приговора обвиняемый должен считаться невиновным и может быть взят под стражу, только если было убедительно доказано со ссылкой на конкретные факты и показания, собранные обвинением, что (1) имеется обоснованное подозрение, что он совершил преступление, (п) существует 82 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» значительный риск побега, повторного совершения преступления, препятствования отправлению правосудия или угрозы общественному порядку, и (ш) эти риски не могут быть значительно снижены за счет использования освобождения под залог или путем применения любых других мер пресечения, не связанных с лишением свободы (см. пункты II (6)-(9) Рекомендации Кес(2006)13, а также, среди других примеров, постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Быков против России» (Вукоу У. Киша), № 4378/02, пункты 61-64, ЕСНК 2009-...; и упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Кудла против Польши», пункты 110 и далее).

203. Наконец, такие поправки к существующей законодательной базе должны сопровождаться эффективными мерами для реализации изменений в судебной практике. В качестве интересного примера Суд отмечает, что некоторые Договаривающиеся государства отреагировали на его постановления путем перераспределения должностных обязанностей и назначения специальных судей для вынесения решений о применении превентивных мер и осуществления контроля за соблюдением прав человека в уголовном судопроизводстве (см., в частности, Резолюцию СМ/КезВН(2009) 131 о выполнении постановлений Европейского Суда по делам «Лавентс против Латвии» и «Юрьеве против Латвии» (ЬауепК У. ЬаМа и Мг]еу$ у. ЬаЫа)\ см. также Резолюцию КезБН(2003)50 о выполнении постановления Европейского Суда по делу «Мюллер против Франции» (Ми11ег V. Егапсе), в результате которого был принят французский Закон о презумпции невиновности от 15 июня 2000 года, которым была введена должность судьи по вопросам задержания (]'и%е &е$ НЪегИз а йе 1а с1е1еп{юп)). Как подчеркивалось в Рекомендации Комитета министров (2004)4 от 12 мая 2004 г. о Конвенции и профессиональной подготовке, также необходимо соответствующим образом повышать квалификацию судей, участвующих в рассмотрении ходатайств о заключении под стражу.

(б) Временные меры для предотвращения и борьбы с переполненностью мест содержания под стражей 204. Реалистичный взгляд на ситуацию, которая складывается в настоящее время в российских следственных изоляторах, показывает, что значительное количество изоляторов все еще переполнены, а также выявляет другие отклонения от норм содержания под стражей, принятых в законодательстве Российской Федерации. Несмотря на заметное улучшение материальных условий содержания под стражей в течение последних лет и реализацию дополнительных мер, которые были запланированы и профинансированы, неудовлетворительные условия содержания под стражей, вероятно, сохранятся в течение еще нескольких лет (см., например, данные в Приложении II к Промежуточной Резолюции СМ/КезВН(2010)3 5 и в Федеральной ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 83 целевой программе «Развитие уголовно-исполнительной системы», приведенных выше). Такая ситуация требует скорейшего введения дополнительных правовых гарантий, способных предотвратить или хотя бы уменьшить существующую переполненность мест содержания под стражей, а также обеспечить эффективное соблюдение прав лиц, которые в них содержатся или будут содержаться.

205. Согласно Европейским пенитенциарным правилам, национальное законодательство должно устанавливать конкретные минимальные требования в отношении помещений для заключенных, при этом особое внимание должно уделяться жилому пространству, кубатуре воздуха, освещению, отоплению и вентиляции (правила 18.118.3). Таким образом, представляется целесообразным установить максимальную вместимость {питегиа с1ашш) для каждого следственного изолятора путем определения минимальной площади и объема в расчете на одного заключенного, которые, по крайней мере, соответствовали бы современным требованиям закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и периодически пересматривались с учетом развивающихся пенитенциарных стандартов. Кроме того, может быть определена функциональная вместимость, отличная от максимальной вместимости и основанная на возможности управления, безопасности и надлежащем функционировании режима с целью обеспечения беспрепятственного перемещения заключенных и перевода их в другие помещения в случае проведения частичного ремонта или других непредвиденных обстоятельств.

206. В целях обеспечения более строгого соблюдения правил, изложенных в законе, необходимо пересмотреть полномочия и обязанности администрации следственных изоляторов. В настоящее время, администрация следственного изолятора не имеет возможности отказать в приеме заключенного в случае переполненности изолятора.

Ситуация может быть улучшена путем создания такой возможности посредством введения правила о максимальной вместимости согласно описанию в предыдущем пункте, чтобы обеспечить возможность превышения функциональной вместимости следственных изоляторов только при строго определенных и исключительных обстоятельствах.

207. Тем не менее, закон может предусматривать специальные переходные меры, которые могут применяться в ходе общего улучшения условий содержания под стражей в следственных изоляторах. К примеру, Суд может указать на законодательные поправки, введенные в польский Кодекс об исполнении наказаний, принятый в результате вынесения пилотного постановления, касающегося условий содержания в польских тюрьмах (см.

вышеизложенные пункты 61 и далее). Важнейшими элементами специальных переходных мер должны быть: (1) короткий и 84 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» определенный срок; (и) судебный надзор; и (ИГ) возможность получения компенсации.

208. Предоставление только короткого срока, в течение которого будет происходить поиск места содержания под стражей с надлежащими условиями, обеспечило бы пребывание в несоответствующих условиях в течение не столь длительного времени, чтобы повлечь за собой нарушение требований стагьи 3.

Продолжительность переходного периода в каждом конкретном случае должна определяться судом с учетом конкретных фактических обстоятельств, но закон должен предусматривать максимальный срок содержания под стражей, который не может быть превышен ни при каких обстоятельствах. Закон должен также давать исчерпывающее определение ситуаций, в которых суд может назначить временное размещение лица, заключенного под стражу, в переполненном учреждении. И наконец, важно создать определенную форму компенсации за такое временное размещение в виде денежной выплаты, продления времени пребывания на открытом воздухе, расширения доступа к отдыху и активности вне камеры или сочетание вышеперечисленных форм компенсации.

209. Кроме того, Суд отмечает, что было бы целесообразно, если бы прокуроры и администрация следственных изоляторов могли использовать дополнительное время, полученное в результате применения переходных мер, и изучить возможности для освобождения мест в следственных изоляторах, что обеспечило бы надлежащие условия содержания под стражей. Сотрудничая друг с другом, они смогли бы должным образом установить для каких заключенных срок содержания под стражей подходит к концу, а также выявить заключенных, в отношении которых нет необходимости применять меру пресечения в виде содержания под стражей, и внести соответствующие предложения в судебные органы или в прокуратуру относительно их немедленного освобождения. Такие согласованные действия администраций мест содержания под стражей и органов прокуратуры являются важным элементом для снижения уровня переполненности и обеспечения надлежащих материальных условий содержания под стражей.

2. Создание эффективных средств правовой защиты 210. Кроме того, Суд повторяет, что заявители по данному делу являются потерпевшими от нарушения требований статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективных внутригосударственных средств правовой защиты, предназначенных для рассмотрения спорных жалоб на предположительно ненадлежащие условия содержания под стражей. Суд пришел к этому выводу после тщательного изучения ситуации, сложившейся в законодательстве ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 85 Российской Федерации. Суд также отметил структурный характер данной проблемы в российской правовой системе, установив, что в настоящее время она не позволяет потерпевшему ни прекратить имеющееся нарушение, ни получить надлежащую компенсацию за уже окончившийся период содержания под стражей в ненадлежащих условиях.

211. Учитывая время, прошедшее с момента вынесения им первых постановлений, затрагивающих данную проблему, Суд считает, что обязательства Российской Федерации в соответствии с Конвенцией предписывают ей без дальнейшего промедления создать эффективные внутригосударственные средства правовой защиты, требуемые в соответствии со статьей 13 Конвенции. Необходимость наличия таких средств правовой защиты становится все более актуальной, поскольку большое количество лиц, чьи основополагающие конвенционные права были нарушены, не имеют никакого другого выбора, кроме как обращаться за помощью, прибегая к продолжительному международному разбирательству в Суде. Данная ситуация противоречит принципу субсидиарности, являющемуся важным компонентом системы Конвенции (см. решение Европейского Суда по вопросу приемлемости жалобы «Демопулос и другие против Турции» {ВетороЫоз апй 01пегз V. Тигкеу), жалобы №№ 46113/99 и др., пункт 69, ЕСНК 2010-...; решение Европейского Суда от 23 сентября 2010 года по вопросу приемлемости жалобы «Наговицын и Нальгиев против России» 0?а%оуИ8уп апй Ыа^геу V. Кш8га\ жалобы №№ 27451/09 и 60650/09, пункт 40). Менее полное применение гарантий, изложенных в статье 13 Конвенции, в данном контексте неприемлемо повлияло бы на эффективное функционирование системы защиты прав человека, созданной в соответствии с Конвенцией, на национальном и международном уровнях (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии», пункт 121; и постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «МакФарлейн против Ирландии» (МсГаг!апе V. 1ге1апф, жалоба № 31333/06, пункт 112, ЕСНК 2010-..., с дальнейшими ссылками). Договаривающиеся государства постоянно подчеркивали необходимость создания эффективных внутригосударственных средств правовой защиты, не в последнюю очередь - в контексте повторяющихся дел, которые имеют жизненно важное значение для обеспечения долгосрочной эффективности Конвенции и влияют на нагрузку Суда (см. Рекомендацию Кес(2004)6 для государств-членов о совершенствовании внутригосударственных средств правовой защиты и декларации, принятые Высокими Договаривающимися Сторонами на конференциях в г. Интерлакене и г. Измире).

212. Суд повторяет, что он явно воздерживается от того, чтобы требовать от государства-ответчика принятия каких-либо конкретных 86 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» общих мер с целью приведения условий содержания в следственных изоляторах в соответствие с требованиями статьи 3 Конвенции.

Несмотря на выражение своей озабоченности и указание на возможные пути устранения существующих недостатков, Суд пришел к выводу, что, в свете характера затронутых вопросов, вынесение какого-либо предметного предписания в этой области выходит за рамки его судебной функции. Ситуация, тем не менее, является иной в вопросе нарушения требований статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении жалоб заявителей на ненадлежащие условия содержания под стражей. В соответствии со статьей 46 Конвенции, выводы Суда согласно данному положению требуют внесения четких и конкретных изменений в национальную правовую систему, которые позволяли бы всем лицам, находящимся в положении заявителей, на национальном уровне жаловаться на предполагаемые нарушения статьи 3 Конвенции, возникшие в результате неудовлетворительных условий содержания под стражей, и получать надлежащее и достаточное возмещение за такие нарушения.

213. Суд уже указывал на существующие недостатки российской правовой системы, и приводил принципы Конвенции, которыми должны руководствоваться власти при создании эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в соответствии с требованиями Конвенции. Следует напомнить, что, в соответствии со статьей 46 Конвенции, государство-ответчик имеет право выбирать средства, необходимые для соблюдения этих требований, под контролем Комитета министров. В целях оказания содействия властям в поиске подходящих решений Суд продолжит рассмотрение данного вопроса. Он будет оказывать данное содействие путем обращения к вопросу о превентивных средствах правовой защиты, а затем - к вопросу о компенсационных средствах правовой защиты.

(а) Превентивные средства правовой защиты 214.

Важной гарантией предотвращения нарушений, возникающих в результате ненадлежащих условий содержания под стражей, является эффективная система подачи задержанными жалоб в национальные органы власти (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Орховский против Польши», пункт 154).

Для того чтобы быть эффективной, система должна обеспечивать своевременное и предметное рассмотрение жалоб заключенных, гарантировать их эффективное участие в рассмотрении жалоб и предоставлять им широкий спектр юридических средств для устранения выявленных нарушений требований Конвенции.

215. Подача жалобы в орган, контролирующий содержание под стражей, как правило, является более действенным и быстрым ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 87 способом работы с жалобами, чем разбирательства в судах.

Соответствующие органы власти должны иметь полномочия на осуществление наблюдения в отношении нарушения прав заключенных. Название такого органа или его место в системе органов власти не является критичным при условии, что он будет независимым от органов уголовно-исполнительной системы, например таким как Независимые наблюдательные комиссии в Соединенном Королевстве (ранее - т.н. «советы посетителей») или Комиссии по рассмотрению жалоб (Ьек1а%соттг881е) в Нидерландах. В правовой системе Российской Федерации эта задача возложена на прокуратуру, которая является независимым органом и несет ответственность за контроль соблюдения администрациями мест содержания под стражей законодательства Российской Федерации.

216. Помимо независимости, контролирующий орган должен обладать полномочиями по рассмотрению жалоб с участием истца, и правом выносить обязательные к исполнению решения и решения, которые могут быть принудительно осуществлены в судебном порядке. Как Суд отмечал выше, Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» предоставили прокурорам надзорных инстанций широкие следственные полномочия и установили требование к администрациям мест содержания под стражей о представлении им отчетности об исполнении вынесенных ими решений. Тем не менее, подача жалобы прокурору не отвечает требованиям к эффективному средству правовой защиты, поскольку процесс ее рассмотрения не предусматривает участия заключенного. Суд считает, что для того, чтобы процедура рассмотрения жалобы надзирающим прокурором была совместима с такими требованиями, заявителю, по меньшей мере, должна быть предоставлена возможность высказывать свои замечания в отношении фактических замечаний администрации места содержания под стражей, представленных по запросу прокуратуры, задавать вопросы и направлять в прокуратуру дополнительные материалы. Рассмотрение жалобы не должно быть публичным или инициировать какое-либо устное разбирательство, но на прокурора должно возлагаться правовое обязательство по вынесению решения по жалобе в разумно короткие сроки.

217, Обращаясь теперь к возможности подачи жалобы в суд общей юрисдикции на нарушения прав и свобод в соответствии с положениями главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — «жалоба в соответствии с главой 25 ГПК РФ»), Суд отмечает, что судопроизводство по жалобе в соответствии с главой 25 ГПК РФ производится при наличии соответствующих гарантий его состязательности и принятии мер по проведению справедливого судебного разбирательства и 88 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» эффективному участию заявителя. Он также приветствует постановление Пленума Верховного Суда от 10 февраля 2009 года, которое явно характеризует жалобы на ненадлежащие условия содержания под стражей как жалобы в соответствии с главой 25 ГПК РФ. Суд не сомневается, что у данного вида жалоб имеется потенциал стать эффективным национальным средством правовой защиты, но при условии следующих оговорок.

218. Согласно Гражданскому процессуальному кодексу, по результатам рассмотрения жалобы, поданной в соответствии с главой 25 ГПК РФ, может быть вынесено решение о признании соответствующих действий или бездействия незаконными и требованию устранить допущенные нарушения. Не упоминается возможность потребовать или получить компенсацию в связи с нарушением, которое уже произошло. Равным образом неясно, может ли жалоба, поданная в соответствии с главой 25 ГПК РФ, быть объединена с обычным иском о возмещении ущерба в соответствии со статьями 151 и 1064 Гражданского кодекса и может ли она быть рассмотрена в рамках того же разбирательства. Если объединение этих жалоб невозможно с точки зрения закона и судебной практики, это накладывает чрезмерное бремя на истца, которому необходимо будет сперва обратиться в суд по поводу своей основной жалобы, а затем вновь обратиться с жалобой на незаконность действий пенитенциарного органа в тот же суд для возбуждения нового разбирательства в отношении получения компенсации. Суд считает, что жалоба, поданная в соответствии с главой 25 ГПК РФ должна предусматривать возможность предоставления компенсации в связи с теми нарушениями прав истца, которые уже имели место.

219, Кроме того, исполнение решения суда, вынесенного в соответствии с главой 25 ГПК РФ, может не произойти ввиду правовых и практических препятствий. Гражданский процессуальный кодекс не определяет вид мер, назначаемых судом для исправления положения, как Суд уже отмечал выше; также не существует прецедентов, которые могли бы дать указания относительно преобладающей судебной практики. Поэтому невозможно установить, будет ли решение суда, вынесенное в соответствии с главой 25 ГПК РФ, ограничено общим утверждением о том, что установленное нарушение будет устранено или что оно может содержать указания на конкретные меры, которые будут необходимы для борьбы с переполненностью мест предварительного содержания под стражей и другими формами жестокого обращения, затрагивающими не только заявителя, но и значительные группы заключенных. Принимая во внимание широкое распространение и структурный характер проблемы переполненности мест предварительного содержания под стражей, необходимо уделить внимание предоставлению российским судам соответствующих правовых инструментов, позволяющих им ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 89 рассматривать проблемы, лежащие в основе индивидуальных жалоб, и эффективно справляться с фактами массовых и одновременных нарушений прав заключенных ввиду ненадлежащих условий содержания в отдельно взятом следственном изоляторе.

220. Наконец, возникает важный вопрос в связи с принудительным исполнением определений суда, вынесенных в соответствии с главой 25 ГПК РФ, и отсутствием надлежащих санкций за их неисполнение. Недавно принятый Федеральный закон «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» от 30 апреля 2010 года не имеет отношения к судебным решениям, вынесенным в соответствии с главой 25 ГПК РФ, поскольку он позволяет субъекту исполнения обязательства лишь требовать денежной компенсации в связи с несвоевременным исполнением судебного решения в отношении выплаты денежных средств из государственного бюджета (см. упоминавшееся выше решение Европейского Суда по вопросу приемлемости жалобы «Наговицын и Нальгиев против России»), Кроме того, решения суда, вынесенные в соответствии с главой 25 ГПК РФ, по всей видимости, не подлежат обязательному исполнению судебными приставами. Отсюда следует, что такие определения суда на практике могут оставаться неисполненными. Следует отметить, что государственный служащий, который злостно не исполняет судебное решение, может быть привлечен к уголовной ответственности в соответствии со статьей 315 Уголовного кодекса Российской Федерации, однако Суд пока еще не наблюдал доказательств установившейся практики привлечения к уголовной ответственности виновных должностных лиц (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 104). Поэтому важно принимать меры, гарантирующие, что требование суда отчитаться перед последним об исполнении решения соблюдается.

(б) Компенсационные средства правовой защиты 221. Во всех случаях, когда нарушение статьи 3 Конвенции уже имело место, Суд считает, что государство должно быть готово признать данное нарушение и предоставить потерпевшему лицу какую-либо форму компенсации. Введения лишь превентивного средства правовой защиты явно не достаточно, поскольку средств, разработанных для предотвращения фактов переполненности мест предварительного содержания под стражей и иных нарушений статьи 3 Конвенции, будет явно недостаточно для исправления ситуации, в которой данное лицо уже подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению в течение определенного времени. Поэтому государство-ответчик должно ввести в применение 90 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» такое средство правовой защиты, которое может обеспечить предоставление компенсации за уже имевшие место нарушения. Суд хотел бы добавить, что введение эффективного средства предоставления компенсаций было бы особенно важным с учетом принципа субсидиарности, чтобы потерпевшие не были вынуждены систематически обращаться в Страсбургский суд с жалобами, которые требуют определения общих фактов или расчета сумм денежных компенсаций - поскольку оба данных вопроса должны, как в принципе, так и согласно сложившейся практике, относиться к национальной юрисдикции (см. упоминавшееся выше решение Европейского Суда по вопросу приемлемости жалобы «Демопулос и другие против Турции», пункт 69, а также, тиШИз тиШпсИз, постановление Большой палаты Европейского Суда по делу «Скордино против Италии (№ 1)» (ЗсогсНпо V. Па1у (по. 1)\ жалоба № 36813/97, пункт 188, ЕСНК 2006-У).

222. При определенных условиях, формой компенсации может быть смягчение наказания, предоставляемое обвиняемым в связи с нарушениями Конвенции, которые произошли во время привлечения их к уголовной ответственности. Суд ранее признал, что в делах, касающихся несоблюдения требования к разумному сроку, гарантированному пунктом 1 статьи 6 Конвенции, национальные власти могут предоставить надлежащее возмещение, в частности, за счет сокращения срока наказания заявителя в явной и измеримой форме (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии», пункт 128; решение Европейского Суда от 13 ноября 2003 года по вопросу приемлемости жалобы «Морби против Люксембурга» (МогЬу V. ЬихетЪоиг§), жалоба № 27156/02; постановление Европейского Суда от от 26 июня 2001 года по делу «Бек против Норвегии» (Веек V. Ыогм?ау), жалоба № 26390/95, пункты 27-28, и решение Европейской комиссии по правам человека от 1 июля 1998 года по вопросу приемлемости жалобы «Лоренс против Нидерландов» (Ьаигет V. Ые1кег1апй$Х жалоба № 32366/96). По мнению Суда, такое смягчение приговора также может явиться надлежащей компенсацией за нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в тех случаях, когда национальные власти не смогли должным образом рассмотреть дело заявителя, находившегося в условиях предварительного содержания под стражей (см. постановление Европейского Суда от 10 ноября 2005 года по делу «Дзелили против Германии» (ВхеИН V. Оегтапу), жалоба № 65745/01, пункт 83).

223. Суду еще не предоставлялось возможности выносить решение по делу, в котором приговор заявителя был бы смягчен в виде компенсации за нарушение статьи 3 Конвенции. Он отмечает, что, по данным официального бюллетеня Государственной Думы Российской Федерации, проект поправок к Уголовному кодексу в отношении положений о вынесении приговоров, внесенный на рассмотрение и ПОСТАНОВЛЕНИЕ 110 ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 91 подготовленный к первому чтению, предусматривает увеличенный учет времени предварительного содержания под стражей при его зачислении в срок приговора (проект закона № 73983-5 о внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса РФ). Предложение предусматривает, что срок предварительного содержания под стражей может умножаться на определенные стандартные поправочные коэффициенты и соответствующий период будет вычитаться из общей продолжительности срока лишения свободы. Принимая во внимание тот факт, что Суд не может выражать свое мнение о таком законодательном вопросе, он считает необходимым в этой связи вновь указать на требования, предъявляемые к эффективному средству правовой защиты, изложенные в пункте 94 выше, которые могут быть полезны властям Российской Федерации при реализации ими данного постановления, независимо от результатов, к которым приведет вышеуказанная законодательная поправка.

224. Во-первых, средство предоставления компенсации в виде смягчения наказания обязательно будет иметь ограниченную сферу действия, поскольку оно будет доступно лишь для тех лиц, которые осуждены и приговорены к лишению свободы на определенный срок.

Оно не обеспечивает соблюдение прав тех лиц, которые были оправданы или же осуждены, но срок наказания которых оказался меньше срока их предварительного содержания под стражей с поправкой на применимый коэффициент.

225. Во-вторых, суды должны признавать нарушение статьи 3 Конвенции достаточно четким образом и предоставлять компенсацию за данное нарушение за счет сокращения срока наказания, выраженную в явной и измеримой форме. Без конкретного пояснения в решениях национальных судов относительно той степени, в которой установление и признание нарушения статьи 3 Конвенции повлекло за собой снижение срока наказания, само по себе смягчение приговора не будет лишать данное лицо его статуса потерпевшего от нарушения (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Дзелили против Германии», пункт 85). Это требование к измеримости предполагает юридическую возможность для индивидуальной оценки последствий нарушения прав Конвенции и конкретного возмещения, которое должно быть предоставлено потерпевшему лицу.

Автоматическое смягчение наказания, рассчитываемое с помощью стандартных уменьшающих коэффициентов, вряд ли может быть совместимо с индивидуальной оценкой. Кроме того, следует учитывать, что автоматическое сокращение срока наказания для осужденных преступников в связи с их предыдущим пребыванием в местах предварительного содержания под стражей с ненадлежащими условиями содержания может негативно повлиять на восприятие уголовного наказания общественностью (см. постановление Европейского Суда от 10 мая 2011 года по делу «Димитров и Хаманов 92 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» против Болгарии» (РгтИгоу апй Натапоу V. Ви1$апа\ жалобы №№ 48059/06 и 2708/09, пункт 129).

226. Наконец, также представляется ясным, что, несмотря на тот факт, что автоматическое смягчение наказания в связи с бесчеловечными условиями содержания под стражей может рассматриваться как часть широкого спектра общих мер, которые должны быть приняты, само по себе оно, тем не менее, не сможет ни обеспечить окончательного решения существующей проблемы недостаточного количества средств правовой защиты, ни способствовать, в решающей степени, искоренению подлинных причин переполненности мест содержания под стражей, а именно чрезмерного использования меры пресечения в виде содержания под стражей и ненадлежащих условий содержания под стражей.

227. Что же касается возможности получения денежной компенсации за нарушение статьи 3 Конвенции, то в свете выводов Суда, изложенных в пунктах 113-118 выше, представляется маловероятным, чтобы эффективное средство компенсации могло начать функционировать должным образом без внесения изменений в положения национального законодательства в отношении некоторых важных вопросов (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 138).

Для обеспечения большей ясности и с учетом важности вопроса, Суд считает целесообразным дать властям указания в целях того, чтобы помочь им в выполнении своих обязанностей в соответствии с пунктом 1 статьи 46 Конвенции.

228. Денежная компенсация должна быть доступна любому лицу, подвергнувшемуся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению в нарушение статьи 3 Конвенции и подавшему жалобу в этом отношении. Суд подчеркивает, что бремя доказывания, налагаемое на заявителя в рамках разбирательств о предоставлении компенсации, не должно быть чрезмерным. От заявителя может потребоваться продемонстрировать наличие рпта /асге жестокого обращения и предоставить доступные ему доказательства, например подробное описание условий содержания, показания свидетелей и ответы со стороны надзорных органов. Затем власти должны будут опровергнуть обвинения в ненадлежащем обращении с помощью документальных свидетельств, которые могли бы продемонстрировать, что условия содержания заявителя не нарушали требований статьи 3 Конвенции. Процессуальные правила, регулирующие рассмотрение такой жалобы, должны соответствовать принципу справедливости, закрепленному в статье 6 Конвенции, включая рассмотрение в течение разумного срока, а правила, относящиеся к судебным расходам, не должны налагать чрезмерное бремя на заявителя жалобы, если его требования признаются ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ прошв РОССИИ» 93 оправданными (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии», пункт 125).

229. Установление несоответствия условий содержания под стражей требованиям статьи 3 Конвенции, на основе критериев, изложенных в пунктах 143-158 выше, имеет фактический характер и создает прочную правовую презумпцию о том, что данные условия привели к причинению морального вреда потерпевшему лицу.

Национальное законодательство в отношении компенсаций должно отражать существование данной презумпции, а не назначать компенсацию в зависимости от способности истца доказать вину конкретных должностных лиц или органов, а также факт незаконности их действий, как это происходит в настоящее время. Как Суд установил ранее, ненадлежащие материальные условия необязательно являются результатом действий или бездействия руководителей пенитенциарных учреждений или других должностных лиц, они могут происходить из-за структурных проблем национальной системы содержания под стражей, в то время как переполненность мест предварительного содержания под стражей может быть результатом недостатков, имеющих место за пределами пенитенциарной системы, например в судах или органах прокуратуры. В этой связи следует также напомнить, что даже в такой ситуации, где каждый аспект условий содержания соответствует национальному законодательству, их совокупный эффект может представлять собой бесчеловечное обращение (см. пункт 115 выше). Поэтому должно быть ясно, что ни высокий уровень преступности, ни нехватка ресурсов, ни прочие структурные проблемы не могут рассматриваться как обстоятельства, исключающие или смягчающие ответственность национальных властей за моральный вред, нанесенный по причине бесчеловечных или унижающих достоинство условий содержания под стражей. Как Суд неоднократно подчеркивал, обязанностью властей является организация своей пенитенциарной системы таким образом, чтобы она обеспечивала уважение достоинства заключенных, независимо от каких-либо финансовых или материально-технических трудностей (см., в частности, упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Евгений Алексеенко против России», пункт 87, и по делу «Мамедова против России», пункт 63).

230. Размер компенсаций, присуждаемых за моральный ущерб, не должен быть необоснованным по сравнению с суммами, присуждаемыми Судом по подобным делам. Принципы, изложенные Судом в пункте 172 выше, могут служить для властей Российской Федерации руководством при определении сумм компенсации. Право не подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению является настолько фундаментальным в системе защиты прав человека, что национальный орган или суд, рассматривающей дело, должны будут предоставить исключительно убедительные и 94 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» серьезные причины для обоснования своего решения о присуждении компенсации в меньшем размере или об отказе в предоставлении компенсации в качестве возмещения морального вреда (сравн. с упоминавшимся выше постановлением Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии», пункт 130).

231. Суд хотел бы подчеркнуть, что для того, чтобы быть понастоящему эффективным и совместимым с принципом субсидиарности, компенсационное средство правовой защиты должно действовать ретроспективно и обеспечивать возмещение в отношении нарушений статьи 3 Конвенции, которые имели место до его введения, как в ситуациях, когда содержание под стражей уже закончилось либо освобождением задержанного, либо переводом его на другой режим содержания под стражей, так и в ситуациях, когда задержанный все еще содержится в условиях, которые не отвечают требованиям статьи 3 Конвенции (сравн. с упоминавшимся выше постановлением Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии», пункт 131).

3. Срок для создания эффективных внутригосударственных средств правовой защиты 232. В данном деле Суд решил применить процедуру вынесения пилотного постановления, сославшись, в частности, на большое количество пострадавших лиц и настоятельную необходимость предоставить им безотлагательное и соответствующее возмещение на национальном уровне. Именно поэтому Суд убежден, что цель настоящего постановления может быть достигнута только в том случае, если в российскую правовую систему будут безотлагательно внесены необходимые изменения. Указание наиболее подходящего способа создания таких необходимых средств правовой защиты не является задачей Суда. Государство может либо изменить существующий спектр средств правовой защиты либо дополнить его новыми средствами защиты для обеспечения в действительно эффективного механизма предоставления возмещения в случае нарушения рассматриваемых конвенциональных прав в свете выводов Суда и рекомендаций, изложенных выше. Кроме того, обязанностью государства является обеспечить, под контролем Комитета министров, чтобы такое сочетание средств защиты удовлетворяло требованиям Конвенции, изложенным в настоящем постановлении, как в теории, так и на практике (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 140).

233. Какой бы подход ни выбрали власти, создание эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в связи с жалобами на ненадлежащие условия содержания под стражей может потребовать, по предварительной оценке Суда, более длительного периода времени, чем тот, что потребовался для создания ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 95 компенсационного средства правовой защиты в отношении неисполнения решений национальных судов, которое было предписано создать в пилотном постановлении по делу Бурдова (см.

упоминавшееся выше решение Европейского Суда по вопросу приемлемости жалобы «Наговицьш и Нальгиев против России», пункт 38). Суд убежден, что для принятия данных мер должен быть установлен разумный срок, учитывая важность и безотлагательность рассматриваемого вопроса и фундаментальный характер рассматриваемого права. Тем не менее, он не считает целесообразным указывать конкретные сроки введения в действие всего комплекса превентивных и компенсационных средств правовой защиты в связи с предполагаемыми нарушениями требований статьи 3 Конвенции, подразумевая, что это потребует подготовки соответствующих проектов законов, поправок и правил, затем их принятия и внедрения, а также соответствующей профессиональной подготовки государственных служащих. Комитет министров обладает большим количеством инструментов для выполнения такой задачи.

234. В свете вышеизложенного, Суд приходит к выводу, что российские Власти, в сотрудничестве с Комитетом министров, должны, в течение шести месяцев со дня вступления настоящего постановления в силу, указать временной период, в течение которого будут созданы превентивные и компенсационные средства правовой защиты от предполагаемых нарушений требований статьи 3 Конвенции в связи с бесчеловечными и унижающими достоинство условиями содержания под стражей.

Г. Предоставление возмещения по подобным делам 235. Суд повторяет, что одной из целей процедуры вынесения пилотного постановления является содействие скорейшему возмещению вреда, который должен быть компенсирован на национальном уровне большому количеству лиц, пострадавших от структурной проблемы, выявленной в пилотном постановлении (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 142). Пункт 6 Правила 61 Регламента Суда предусматривает возможность отложения рассмотрения всех аналогичных жалоб до принятия мер по исправлению ситуации государством-ответчиком. Суд хотел бы подчеркнуть, что данная отсрочка является возможностью, а не обязанностью, на что явно указывает формулировка «при необходимости», содержащаяся в тексте пункта 6 Правила 61, и различные подходы, использованные в предыдущих пилотных постановлениях (см.

упоминавшиеся выше постановления Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункты 96 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 143-146, где отсрочка касалась лишь тех жалоб, которые были поданы после вынесения пилотного постановления, или по делу «Румпф против Германии», пункт 75, где предоставление отсрочки не было признано необходимым).

236. Принимая во внимание фундаментальный характер права, защищаемого статьей 3 Конвенции, а также важность и актуальность жалоб на бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, Суд не считает целесообразным откладывать рассмотрение аналогичных дел. Напротив, Суд отмечает, что продолжение тщательного рассмотрения всех дел, связанных с ненадлежащими условиями содержания под стражей, будет регулярно напоминать государствуответчику о его обязательствах согласно Конвенции и, в частности, о тех его обязательствах, которые следуют из настоящего постановления (см. постановление Европейского Суда по делу «Румпф против Германии», в приводившейся выше цитате).

237. Кроме того, в отношении жалоб, которые были поданы до вынесения данного постановления, Суд считает, что было бы несправедливо, если бы заявители по таким делам, уже отбывшие срок содержания под стражей в предположительно бесчеловечных или унижающих достоинство условиях и в отсутствие эффективного национального средства правовой защиты, обратившиеся за помощью в Суд, были бы вынуждены еще раз представлять свои жалобы в адрес национальных властей, будь то на основании нового средства правовой защиты или каким-либо иным образом (сравн. с упоминавшимися выше постановлениями Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 144, и по делу «Латак против Польши», пункт 85).

238. Суд убежден, тем не менее, что вынесение решений в отношении сотен находящихся на рассмотрении аналогичных дел, будет длительным процессом, который может быть ускорен лишь путем эффективного реагирования государства-ответчика на настоящее постановление, в том числе путем основанного на фактическом материале надлежащего разрешения дел на внутригосударственном уровне посредством заключения мировых соглашений или вынесения односторонних предложений по исправлению ситуации. Ускоренное урегулирование конкретных дел на национальном уровне необходимо не только по причине серьезности утверждений заявителей относительно нарушений статьи 3 Конвенции, положениям которой придается фундаментальное значение в системе Конвенции. Необходимость такого урегулирования диктуется также принципом субсидиарности: как только Суд разъяснил обязательства государства-ответчика в соответствии с положениями Конвенции, последнее, в принципе, обязано предпринять необходимые меры по исправлению ситуации, поэтому Суд не должен ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 97 подтверждать факт установления им нарушения по многочисленным аналогичным делам.

239. Таким образом, Суд считает, что государство-ответчик должно предоставить надлежащую и достаточную компенсацию всем пострадавшим от бесчеловечных или унижающих достоинство условий содержания в следственных изоляторах (СИЗО), которые подали свои жалобы в Суд до вынесения настоящего постановления.

Такая компенсация должна быть предоставлена в течение двенадцати месяцев со дня вступления настоящего постановления в силу или со дня, когда жалоба будет доведена до сведения властей в соответствии с подпунктом «Ь» пункта 2 Правила 54 Регламента Суда, в зависимости от того, какое из вышеуказанных событий наступит позже. По мнению Суда, такая компенсация может быть достигнута, в частности, с помощью решений ай кос, таких как заключение мировых соглашений с заявителями или внесение односторонних предложений по исправлению ситуации в соответствие с требованиями Конвенции (см.

упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России (№ 2)», пункт 145). Следует напомнить, что соответствие условий содержания под стражей требованиям статьи 3 Конвенции будет оцениваться на основе критериев, определенных в настоящем постановлении (см. пункты 143-158 выше), и что суммы, присуждаемые в качестве компенсации морального вреда, будут определяться в свете прецедентного права Суда и принципов, изложенных выше в пункте 172.

240. Суд рассмотрит информацию, представленную властями в отношении возмещения, предлагаемого по каждому конкретному делу и, соответственно, решит вопрос о наличии обстоятельств, оправдывающих его дальнейшее рассмотрение.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1. Решил объединить жалобы в одно производство;

2. Признал приемлемыми жалобы заявителей Ананьева и Баширова на условия содержания под стражей в следственных изоляторах ИЗ-67/1 и ИЗ-30/1 и на отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в связи с указанными жалобами, объединил рассмотрение возражений Властей о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты с рассмотрением жалобы по существу и объявил остальную часть жалобы неприемлемой;

98 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 3. Постановил, что имело место нарушение статьи Конвенции в отношении заявителей Ананьева и Баширова;

3 А. Постановил, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции в отношении заявителей Ананьева и Баширова и отклонил возражения Властей о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты;

5. Постановил:

(а) что в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции государство-ответчик обязано выплатить следующие суммы, подлежащие переводу в российские рубли по курсу на день выплаты:

(Г) Ананьеву - 2 000 евро (две тысячи евро) в качестве компенсации морального вреда;

(и) Баширову - 13 000 (тринадцать тысяч евро) в качестве компенсации морального вреда и 850 евро (восемьсот пятьдесят евро) в качестве компенсации судебных расходов и издержек;

(б) что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации с вышеуказанной суммы выплачиваются простые проценты в размере, равном предельной учетной ставке Европейского центрального банка в течение периода выплаты процентов за просрочку плюс три процента;

6. Отклонил остальные требования Баширова о справедливой компенсации;

7. Постановил, что государство-ответчик, в сотрудничестве с Комитетом министров, должно в течение шести месяцев со дня вступления настоящего Постановления в законную силу, указать временной период, в течение которого будет создан комплекс превентивных и компенсационных средств правовой защиты, соответствующих требованиям, изложенным в настоящем Постановлении;

8. Постановил, что государство-ответчик должно предоставить возмещение всем лицам, пострадавшим от бесчеловечных или унижающих достоинство условий содержания в российских следственных изоляторах (СИЗО), которые подали свои жалобы в Суд до вынесения настоящего Постановления, в течение двенадцати месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу или со дня, когда жалоба будет доведена до сведения властей в соответствии с подпунктом «Ь» пункта 2 Правила 54 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 99 Регламента Суда, в зависимости от того, какое из вышеуказанных событий наступит позже.

Составлено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 10 января 2012 года в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.

Сорен Нильсен Секретарь Секции Нина Вайич Председатель 100 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» Приложение. Список постановлений Ниже приведен список вступивших в силу постановлений, вынесенных в отношении Российской Федерации, в которых было установлено по крайней мере одно нарушение статьи 3 Конвенции вследствие ненадлежащих условий содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе (СИЗО). Номер каждого следственного изолятора, город или регион его расположения, а также периоды содержания заявителя в изоляторе приведены в скобках.

1. «Калашников против России» (КаХазкткоу V. Кита), жалоба № 47095/99, ЕСНК 2002-У1 (ИЗ-47/1, г. Магадан, 19992000 гг.) 2. «Майзит против России» (МаугИ V. Кита), жалоба № 63378/00, постановление от 20 января 2005 г. (ИЗ-39/1, г. Калининград, 2000-2001 гг.) 3. «Новоселов против России» (ИоуозеЬу у. Кита), жалоба № 66460/01, постановление от 2 июня 2005 г. (ИЗ-18/3, г. Новороссийск, 1998-1999 гг.) 4. «Лабзов против России» (ЬаЪъоу у. Киша), жалоба № 62208/00, постановление от 16 июня 2005 г. (ИЗ-21/2, г. Цивильск, Чувашская Республика, 2000 г.) 5. «Романов против России» (Котапоу У. Кита), жалоба № 63993/00, постановление от 20 октября 2005 г. (ИЗ-48/2, г. Москва, 1999-2000 гг.) 6. «Худоёров против России» (КпиАоуогоу у. Киззга), жалоба № 6847/02, ЕСНК 2005-Х (выдержки) (ОД-1/Т-2, г. Владимир, 2000-2004 гг.) 7. «Мамедова против России» {Матейоуа V. Кита), жалоба № 7064/05, постановление от 1 июня 2006 г. (ИЗ-33/1, г. Владимир, 2004-2005 гг.) 8. «Попов против России» (Ророу у. Кита), жалоба № 26853/04, постановление от 13 июля 2006 г. (ИЗ-77/1, г. Москва, 2002-2004 гг.) 9. «Белевицкий против России» (Ве1еуНШу У. Кита), жалоба № 72967/01, постановление от 1 марта 2007 г. (ИЗ-77/3, г. Москва, 2001-2002 гг.) Ю.«Андрей Фролов против России» (Апйгеу РГОЬУ У.

Кита), жалоба № 205/02, постановление от 29 марта 2007 г.

(ИЗ-47/1, г. Санкт-Петербург, 1999-2003 гг.) 11.«Бенедиктов против России» (ВепеШШоу У. Кита), жалоба № 106/02, постановление от 10 мая 2007 г. (ИЗ-77/2 и ИЗ-77/3, г. Москва, 1999-2001 гг.) П0СТА1ЮВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 101 12.«Игорь Иванов против России» (1§ог 1уапоу у. Кита, жалоба № 34000/02, постановление от 7 июня 2007 г. (ИЗ-77/1 и ИЗ-77/2, г. Москва, 2000-2002 гг.) 13 .«Трепашкин против России» (Тгера$Шп V. Кита), жалоба № 36898/03, постановление от 19 июля 2007 г. (ИЗ-50/2, Московская область, 2005 г.) 14.«Бабушкин против России» (ВаЬтккт V. Кита), жалоба № 67253/01, постановление от 18 октября 2007 г. (ИЗ-52/1, г. Нижний Новгород, 2000 г.) 15.«Миронов против России» (Мггопоу у. Кита), жалоба № 22625/02, постановление от 8 ноября 2007 г. (ИЗ-50/9, Московская область, 2002 г.) * 16.«Гришин против России» (ОггзЫп У. Кита), жалоба № 30983/02, постановление от 15 ноября 2007 г. (ИЗ-24/1, г. Красноярск, 1999-2000 гг.) 17.«Багель против России» (Ва$е1 у. Кита), жалоба № 37810/03, постановление от 15 ноября 2007 г. (ИЗ-17/1, г. Барнаул, 2000-2003 гг.) 18.«Линд против России» (Ыпа1 V. Кита), жалоба № 25664/05, постановление от 6 декабря 2007 г. (ИЗ-77/2, г. Москва, 2004-2005 гг.) 19.«Дорохов против России» (Иогоккоу у. Кита), жалоба № 66802/01, постановление от 14 февраля 2008 г. (ИЗ-48/1, г. Москва, 1999 г.) 20.«Коробов и другие против России» (КОГОЬОУ апа1 01кегз V. Ки$$1а), жалоба № 67086/01, постановление от 27 марта 2008 г.

(ИЗ-37/1, г. Иваново, 1999-2001 гг.) 21.«Суховой против России» (8иккоуоу У. Кита), жалоба № 63955/00, постановление от 27 марта 2008 г. (ИЗ-33/1, г. Владимир, 2000 г.) 22.«Гусев против России» (Сизеу у. Кита), жалоба № 67542/01, постановление от 15 мая 2008 г. (ИЗ-47/1, г. СанктПетербург, 2000 г.) 23.«Власов против России» (У1а$оу у. Кита), жалоба № 78146/01, постановление от 12 июня 2008 г. (ИЗ-99/1 (также известный как ИЗ-48/4), г. Москва, 1999-2002 гг.) 24.«Гулиев против России» (СиНуеу у. Кита), жалоба № 24650/02, постановление от 19 июня 2008 г. (ИЗ-7/2, г. Сосногорск, Республика Коми, 2000-2002 гг.) 25.«Селезнев против России» {8е\ежеу У. Кита), жалоба № 15591/03, постановление от 26 июня 2008 г. (ИЗ-47/1, г. СанктПетербург, 2001-2003 гг.) 26.«Сударков против России» (8ийагкоу у. Кита), жалоба № 3130/03, постановление от 10 июля 2008 г. (ИЗ-77/2 и ИЗ-77/3, г. Москва, 2000-2002 гг.) 102 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 27.«Старокадомский против России» (ЕХагокайотзкгу У.

Кита), жалоба № 42239/02, постановление от 31 июля 2008 г.

(ИЗ-77/1, г. Москва, 2001-2005 гг.) 28.«Моисеев против России» (Могзеуеу у. Кита), жалоба № 62936/00, постановление от 9 октября 2008 г. («Лефортово», г. Москва, 2000-2002 гг.) 29.«Бузычкин против России» (ВигускЫп у. Киша), жалоба № 68337/01, постановление от 14 октября 2008 г. (ИЗ-52/1, г. Нижний Новгород, 1998-1999 гг., и ИЗ-48/3, г. Москва, 1999 г.) 30.«Белашев против России» (Ве1азкеу у. Кита), жалоба № 28617/03, постановление от 4 декабря 2008 г. (ИЗ-77/3, г. Москва, 2002-2003 гг.) 31.«Матюш против России» (Ма(ушк У. Кита), жалоба № 14850/03, постановление от 9 декабря 2008 г. (ИЗ-55/1, г. Омск, 1999-2003 гг.) 32.«Малтабар и Малтабар против России» (МакаЬаг апа1 МаЫаЬаг У. Кита), жалоба № 6954/02, постановление от 29 января 2009 г. (ИЗ-69/1, г. Тверь, 2000-2001 гг.) 33.«Андреевский против России» (АпйгеуеузЫу У. Кита), жалоба № 1750/03, постановление от 29 января 2009 г. (ИЗ-77/1, г. Москва, 2002-2005 гг.) 34.«Антропов против России» (Аыгороу V. Киззга), жалоба № 22107/03, постановление от 29 января 2009 г. (ИЗ-25/2, г. Уссурийск, Приморье, 2001-2003 гг.) 35.«Новинский против России» (Ыоугпзкгу у. Киша), жалоба № 11982/02, постановление от 10 февраля 2009 г. (ИЗ-63/1, г. Самара, 2001 г., и ИЗ-77/3, г. Москва, 2001 г.) 36.«Денисенко и Богданчиков против России» (Ветзепко 1 апа Во§с1апсШкоу У. Кита), жалоба № 3811/02, постановление от 12 февраля 2009 г. (ИЗ-77/2, г. Москва, 2001-2002 гг.) 37.«Бычков против России» (Вусккоу V. Кита), жалоба № 39420/03, постановление от 5 марта 2009 г. (ИЗ-77/2 и ИЗ-77/3, г. Москва, 2000-2003 гг.) 38.«Александр Макаров против России» (АЫЬапйг Макагоу V. Киззга), жалоба № 15217/07, постановление от 12 марта 2009 г.

(ИЗ-70/1, г. Томск, 2006-2007 г.) 39.«Любименко против России» (ЬуиЫтепко У. Киззга), жалоба № 6270/06, постановление от 19 марта 2009 г. (ИЗ-34/1, г. Волгоград, 2003-2008 гг.) 40. «Григорьевских против России» {ОгщогуеузЫкк у.

Киззга), жалоба № 22/03, постановление от 9 апреля 2009 г.

(ИЗ-36/2, г. Борисоглебск, 2001-2002 гг.) 41.«Попов и Воробьев против России» (Ророу апа1 УогоЪуеу у. Кизз1а), жалоба № 1606/02, постановление от 23 апреля 2009 г.

(ИЗ-25/1, г. Владивосток, 2000-2001 гг.) П0СТА1ЮВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АТ ТАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 103 42.«Губкин против России» (СиЬкгп У. Киззга), жалоба № 36941/02, постановление от 23 апреля 2009 г. (ИЗ-61/1, г. Ростов-на-Дону, 1998-2005 гг.) 43.«Кокошкина против России» (Кокозккгпа у. Киззга), жалоба № 2052/08, постановление от 28 мая 2009 г. (ИЗ-50/3, г. Серпухов, Московская область, 2006-2008) 44. «Штейн (Штайн) против России» (8Ыеуп (ЗХегп) у.

Киззга), жалоба № 23691/06, постановление от 18 июня 2009 г.

(ИЗ-70/1, г. Томск, 2004-2005 гг.) 45.«Бахмуцкий против России» (ВакктШвкгу у. Киззга), жалоба № 36932/02, постановление от 25 июня 2009 г. (ИЗ-61/1, г. Ростов-на-Дону, 1999-2005 гг.) 46.«Ананьин против России» (Апапугп У. Киззга), жалоба № 13659/06, постановление от 30 июля 2009 г. (ИЗ-34/1, г. Волгоград, 2003-2007 гг.) 47.«Бордиков против России» (ВогсИкоу у. Киззга), жалоба № 921/03, постановление от 8 октября 2009 г. (ИЗ-61/1, г. Ростовна-Дону, 2001-2003 гг.) 48.«Бужинаев против России» (Вигкгпауеу У. Киззга), жалоба № 17679/03, постановление от 15 октября 2009 г. (ИЗ-4/1, г. УланУдэ, Бурятия, 1998-2002 гг., и И-77/3, г. Москва, 2002 г.) 49.«Назаров против России» (Ыажгоу у. Киззга), жалоба № 13591/05, постановление от 26 ноября 2009 г. (ИЗ-33/1, г. Владимир, 2004-2005 гг.) 50.«Шилбергс против России» (8Ы1Ьег§з У. Киззга), жалоба № 20075/03, постановление от 17 декабря 2009 г. (ИЗ-39/1, г. Калининград, 2001-2003 гг.) 51.«Скоробогатых против России» {8когоЪо$а1укк У. Киззга), жалоба № 4871/03, постановление от 22 декабря 2009 г. (ИЗ-39/1, г. Калининград, 1998 г.) 52.«Мельников против России» (МеЫгкоу У. Киззга), жалоба № 23610/03, постановление от 14 января 2010 г. (ИЗ-69/1, г. Тверь, 2003-2004 гг.) 53 .«Салахутдинов против России» (8а\аккиШпоу У. Киззга), жалоба № 43589/02, постановление от 11 февраля 2010 г. (ИЗ-16/3, г. Бугульма, Татарстан, 2002 г.) 54.«Гультяева против России» (СиНуауеуа У. Киззга), жалоба № 67413/01, постановление от 1 апреля 2010 г. (ИЗ-62/1, г. Южно-Сахалинск, Сахалинская область, 2000-2002 гг.) 55.«Павленко против России» (Рау1епко У. Киззга), жалоба № 42371/02, постановление от 1 апреля 2010 г. (ИЗ-22/1, г. Барнаул, 2002 г.) 56. «Лутохин против России» (ЬШоккгп у. Киззга), жалоба № 12008/03, постановление от 8 апреля 2010 г. (ИЗ-47/1, г. СанктПетербург, 2001-2003 гг.) 104 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 57.«Горощеня против России» (Согозкскепуа у. Киззга), жалоба № 38711/03, постановление от 22 апреля 2010 г. (ИЗ-47/1, ИЗ-47/4, г. Санкт-Петербург, 1999-2004 гг.) 58.«Косицын против России» (КозИзуп У. Киззга), жалоба № 69535/01, постановление от 12 мая 2010 г. (ИЗ-39/1, г. Калининград, 1999-2000 гг.) 59.«Владимир Козлов против России» {УХаАгтгг Ког\оу у.

Киззга), жалоба № 21503/04, постановление от 20 мая 2010 г.

(ИЗ-77/3, г. Москва, 2001-2003 гг.) 60.«Артёмов против России» (АПуотоу У. Киззга), жалоба № 14146/02, постановление от 27 мая 2010 г. (ИЗ-39/1, г. Калининград, 1999-2000 гг. и 2003-2004 гг.) 61.«Мухутдинов против России (МиккиШпоу У. Киззга), жалоба № 13173/02, постановление от 10 июня 2010 г. (ИЗ-16/1 и ИЗ-16/2, г. Казань, Татарстан, 1999-2000 гг.) 62.«3ахаркин против России» (2аккагкгп У. Киззга), жалоба № 15 5 5/04, постановление от 10 июня 2010 г. (ИЗ-66/1, г. Екатеринбург, 1999-2003 гг.) 63.«Овчинников против России» (ОусЫпткоу У. Киззга), жалоба № 9807/02, постановление от 17 июня 2010 г. (ИЗ-49/1 (бывший ИЗ-47/1), г. Магадан, 1999-2003 гг.) 64.«Щербаков против России» (ЗкскегЪакоу у. Киззга), жалоба № 23939/02, постановление от 17 июня 2010 г. (ИЗ-71/1, г. Тула, 2000-2002 гг.) 65.«Губин против России» (СиЫп У. Киззга), жалоба № 8217/04, постановление от 17 июня 2010 г. (ИЗ-77/1, г. Москва, 2003-2004 гг.) 66.«Велиев против России» (УеНуеу у. Киззга), жалоба № 24202/05, постановление от 24 июня 2010 г. (ИЗ-33/1, г. Владимир, 2004-2007 гг.) 67.«Александр Матвеев против России» {Мекзапйг Магуеуеу V. Киззга), жалоба № 14797/02, постановление от 8 июля 2010 г.

(ИЗ-47/4, г. Санкт-Петербург, 2000-2002 гг., и ИЗ-77/3, г. Москва, 2001-2002 гг.) 68.«Владимир Кривоносов против России» (УШгтгг Кггуопозоу У. Киззга), жалоба № 7772/04, постановление от 15 июля 2010 г. (ИЗ-61/1, г. Ростов-на-Дону, 2001-2005 гг.) 69.«Данилин против России» (ВапШп у. Киззга), жалоба № 4176/03, постановление от 16 сентября 2010 г. (ИЗ-77/3 и ИЗ-77/5, г. Москва, 2000-2002 гг.) 70.«Александр Леонидович Иванов против России» (А1екзапйг Ьеопгйоугск Ьапоу у. Киззга), жалоба № 33929/03, постановление от 23 сентября 2010 г. (ИЗ-55/1, г. Омск, 20012003 гг.) ПОСТАНОВЛЕНИЕ IЮ ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» 105 71.«Скачков против России» (Зкасккоу у, Киззга), жалоба № 25432/05, постановление от 7 октября 2010 г. (ИЗ-77/2, г. Москва, 2001-2005 гг.) 72.«Волчков против России» (Уокккоу у. Киззга), жалоба № 45196/04, постановление от 14 октября 2010 г. (ИЗ-67/1, г, Смоленск, 1996-1998,2004-2006 гг,) 73.«Арефьев против России» (Аге^уеу у. Киззга), жалоба № 29464/03, постановление от 4 ноября 2010 г. (ИЗ-37/1, г. Иваново, 2003 г.) 74.«Роман Карасев против России» (Котап Кагазеу у.

Киззга), жалоба № 30251/03, постановление от 25 ноября 2010 г.

(ИЗ-39/1, г. Калининград, 1999-2002 гг.) 75.«Ковалева против России ( КоуаЫуа у. Киззга), жалоба № 7782/04, постановление от 2 декабря 2010 г. (ИЗ-61/1, г. Ростов-на-Дону, 2001-2005 гг.) 76.«Светлана Казьмина против России» (Зуейапа Кагтгпа У.

Киззга), жалоба № 8609/04, постановление от 2 декабря 2010 г.

(ИЗ-61/1, г. Ростов-на-Дону, 2001-2005 гг.) 77.«Кожокарь против России» (КогИокаг у. Киззга), жалоба № 33099/08, постановление от 16 декабря 2010 г. (ИЗ-71/1, г. Тула, 2006-2007 гг.) 78.«Ромохов против России» (Котоккоу у. Киззга), жалоба № 4532/04, постановление от 16 декабря 2010 г. (ИЗ-77/2 и ИЗ-77/3, г. Москва, 2002-2003 гг.) 79.«Трепашкин против России (№ 2)» (Тгеразккгп у. Киззга (по. 2)), жалоба № 14248/05, постановление от 16 декабря 2010 г.

(ИЗ-77/1, г. Москва, 2003-2004 гг., и ИЗ-50/2, Московская область, 2004-2005 гг.) 80.«Гладкий против России» {С1аШу у, Киззга), жалоба № 3242/03, постановление от 21 декабря 2010 г. (ИЗ-39/1, г. Калининград, 1998-2002 гг.) 81.«Петренко против России» (Ре1гепко V. Киззга), жалоба № 30112/04, постановление от 20 января 2011 г. (ИЗ-47/1, г. СанктПетербург, 2001-2004 гг.) 82.«Евгений Алексеенко против России» {Уеу%епгу Аккзеуепко у. Киззга), жалоба № 41833/04, постановление от 27 января 2011 г. (ИЗ-18/1, г. Ижевск, 2002-2004 гг.) 83.«Дорогайкин против России» (Вого§аукгп V. Киззга), жалоба № 1066/05, постановление от 10 февраля 2011 г. (ИЗ-22/1, г. Барнаул, 2004-2005 гг.) 84.«Царенко против России» (Тзагепко у. Киззга), жалоба № 5235/09, постановление от 3 марта 2011 г. (ИЗ-47/1, г. СанктПетербург, 2007-2009 гг.) 85.«Владимир Соколов против России» {Щайгтгг ЗОШОУ У.

Киззга), жалоба № 31242/05, постановление от 29 марта 2011 г.

106 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «АНАНЬЕВ И ДРУГИЕ против РОССИИ» (ИЗ-52/1, г. Нижний Новгород, 2003-2006 гг., и ИЗ-77/3, г. Москва, 2005 г.) 86.«Ильяди против России» (ПуаШ у. Киззга), жалоба № 6642/05, постановление от 5 мая 2011 г. (ИЗ-77/2, г. Москва, 2003-2004 гг.) 87.«Попандопуло против России» {Рорапйори1о У. Киззга), жалоба № 4512/09, постановление от 10 мая 2011 г. (ИЗ-47/1, г. Санкт-Петербург, 2005-2008 гг.) 8 8. «Вадим Ковалев против России» (Уайгт КоуаЫу у.

Киззга), жалоба № 20326/04, постановление от 10 мая 2011 г.

(ИЗ-61/1, г. Ростов-на-Дону, 2004-2006 гг.) 89.«Ходорковский против России» {Ккойогкоузкгу У. Киззга), жалоба № 5829/04, постановление от 31 мая 2011 г. (ИЗ-77/1, г. Москва, 2005 г.) 90.«Чудун против России» {Скийип V. Киззга), жалоба № 20641/04, постановление от 21 июня 2011 г. (ИЗ-17/1, г. Кызыл, 2000-2004 гг.) Список жалоб, подпадающих под действие «пилотного» постановления «Ананьев и другие против России» и коммуницированных властям Российской Федерации 1.

2.

3.

4.

5.

6.

7.

8.

9.

10.

11.

12.

13.

14.

15.

16.

17.

18.

19.

20.

21.

22.

23.

24.

25.

26.

27.

28.

29.

30.

31.

32.

33.

34.

35.

36.

37.

38.

39.

40.

41.

42.

43.

44.

№ 2258/06 «Жуков против России», ИЗ-66/2 в Свердловской области № 35644/08 «Кирсанов против России», ИЗ-29/2 в Архангельской области № 53399/08 «Шлыков против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области № 54427/08 «Исаев против России», ИЗ-44/1 в Костромской области № 54818/08 «Люфуме против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 58311/08 «Кравцов против России», ИЗ-77/1 в г. Москве № 1743/09 «Соловьев против России», ИЗ-23/1 в Краснодарском крае № 2610/09 «Лешуков против России», ИЗ-45/1 в Курганской области № 5167/09 «Комиссаров против России», ИЗ-3/5 в Республике Башкортостан № 10762/09 «Вахрушсв против России», ИЗ-18/1 в Республике Удмуртия № 12480/09 «Колесов против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 13944/09 «Сикстов против России», ИЗ-76/1 в Ярославской области № 19467/09 «Поднозов против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области № 22863/09 «Громович против России», ИЗ-61/1 в Ростовской области № 23440/09 «Воронин против России», ИЗ-73/1 в Ульяновской области № 26073/09 «Карбышев против России», ИЗ-38/2 в Иркутской области № 26123/09 «Большешапова против России», ИЗ-23/3 в Краснодарском крае № 26694/09 «Максутов против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области № 27551/09 «Солянников против России», ИЗ-25/1 в Приморском крае № 28505/09 «Истратов против России», ИЗ-77/3 в г. Москве № 28648/09 «Глухарев против России», ИЗ-69/3 в Тверской области № 29530/09 «Баранов против России», ИЗ-61/3 в Ростовской области № 3 1284/09 «Селяков против России», ИЗ-54/1 в Новосибирской области № 3 1824/09 «Жирко против России», ИЗ-25/4 в Приморском крае № 31963/09 «Ананьин против России», ИЗ-29/1 в Архангельской области № 41440/09 «Алешин против России», ОД-1/Т-2 во Владимирской области № 44081/09 «Ьазилев против России», ИЗ-63/1 в Самарской области № 45280/09 «Янцен против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 45707/09 «Зарецкий против России», ИЗ-70/1 в Томской области № 49617/09 «Шилов против России», ИЗ-54/1 в Новосибирской области № 49793/09 «Ефимов против России», ИЗ-54/1 в Новосибирской области № 51152/09 «Большаков против России», ИЗ-77/2 в г. Москве № 51816/09 «Галиуллин против России». И3-74/4 в Челябинской области № 52744/09 «Джанасв против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 52899/09 «Павлов против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 57914/09 «Полонский (2) против России», ИЗ-34/1 в Волгоградской области № 59867/09 «Тимофеев против России», ИЗ-16/3 в Республике Татарстан № 63395/09 «Скурятин против России», ИЗ-34/1 в Волгоградской области № 67288/09 «Медведев против России». ИЗ-70/1 в Томской области № 6042/10 «Фадеев против России». ИЗ-50/2 в Московской области № 7712/10 «Кязымов против России». ИЗ-70/1 в Томской области № 1001 1/10 «Маково! против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 14293/10 «Андрианов против России», ИЗ-77/5 в г. Москве № 18549/10 «Дудников против России», ИЗ-44/2 в Костромской области 2 №25015/ 0 «Кудрявцев против России», ИЗ-21/2 в Республике Чувашия №25051/ 0 «Чиржа против России», ИЗ-21/1 в Республике Чувашия №26414/ 0 «Ефимцев прошв России», ИЗ-77/3 в г. Москве № 27269/ 0 «Остапенко против России», ИЗ-34/1 в Волгоградской области № 28894/ 0 «Филимонов против России», ИЗ-11/3 в Республике Коми № 28928/ 0 «Корякин против России», ИЗ-72/1 в Тюменской области № 29289/ 0 «Гущин против России», ИЗ-47/4 в г. Санкт-Петербурге № 29348/ 0 «Серов против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области №39660/1 0 «Савинцев против России», ИЗ-66/1 в Свердловской области № 40622/ 0 «Зайцев против России», ИЗ-67/1 в Смоленской области №41244/ 0 «Фролов против России», ИЗ-11/3 в Республике Коми №43215/ 0 «Лобков против России», ИЗ-44/1 в Костромской области № 47840/ 0 «Мудров против России», ИЗ-25/1 в Приморском крае №49118/ 0 «Положенцев против России», ИЗ-25/1 в Приморском крае № 53612/ 0 «Николай Голубев против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области № 55328/ 0 «Плотников против России». ИЗ-54/1 в Новосибирской области № 55766/ 0 «Господарик против России», ИЗ-63/2 в Самарской области № 56270/ 0 «Рассолов против России», ИЗ-59/1 в Пермском крае № 56630/ 0 «Балабанов против России», ИЗ-16/1 в Республике Татарстан № 56802/ 0 «Арабажи против России», ИЗ-77/4 в г. Москве №56817/ 0 «Кириллов против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области № 57397/ 0 «Камша против России», ИЗ-77/2 в г. Москве № 60465/ 0 «Казанская против России», ИЗ-77/6 в г. Москве №61537/ 0 «Курносое против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области №61548/ 0 «Матюшкин против России», ИЗ-21/1 в Чувашской Республике № 62825/ 0 «Косторнова против России», ИЗ-11/1 в Республике Коми № 66202/ 0 «Хохлов против России», ИЗ-57/1 в Орловской области № 67482/ 0 «Сорокин (И) против России», ИЗ-34/1 в Волгоградской области № 68024/ 0 «Галикбеков против России», ИЗ-66/3 в Свердловской области № 68354/ 0 «Москалюк против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области №69571/ 0 «Семенчуков против России», ИЗ-61/1 в Ростовской области № 69659/ 0 «Попов прочив России». ИЗ-61/2 в Ростовской области № 70340/ 0 «Фирсов против России», И3-74/3 в Челябинской области №71306/ 0 «Дмитриев против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 874/11 «Морозов против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 878/11 «Финихип против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге №5234/1 «Качурин против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области № 6205/1 «Киряев прошв России», ИЗ-66/3 в Свердловской области № 6820/1 «Нечаев против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области №7951/1 «Соловьев против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге № 11312/ 1 «Гаджиев против России», ИЗ-5/3 в Республике Дагестан № 1324/ 1 «Аванесян против России», ИЗ-64/1 в Саратовской области № 1364/ 1 «Бабошин против России», ИЗ-11/1 в Республике Коми № 3776/ 1 «Ярцев прошв России», ИЗ-38/1 в Иркутской области № 5280/ 1 «Акбатыров против России», ИЗ-3/5 в Республике Башкортостан № 60977 1 «Савко против России», ИЗ-63/2 в Самарской области № 6151/ 1 «Секретарей против России», ИЗ-75/1 в Забайкальском крае № 8253/ 1 «Еремеечев против России», ИЗ-63/2 в Самарской области № 19395/ 1 «Филип против России», ИЗ-29/1 в Архангельской области 94. №19559/11 «I лухов против России», ИЗ-63/2 в Самарской области 95. №19780/11 «Дубов против России», ИЗ-21/1 в Чувашской Республике 96. №20546/11 «Ткачев прошв России», ИЗ-63/2 в Самарской области 97. №20662/11 «Сальников против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 98. №21056/11 «Норкин против России», ИЗ-52/1 в Нижегородской области 99. №21823/11 «Сахаров прошв России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 100. №29601/11 «Алексей Григорьев против России», ИЗ-70/1 в Томской области 101. №31041/11 «Кораткевич против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 102. №32186/11 «Чесноков против России», ИЗ-66/1 в Свердловской области 103. №33884/11 «Лемешев против России», ИЗ-40/1 в Калужской области 104. №36163/11 «Саблин против России», ИЗ-75/1 в Забайкальском крае 105. №38811/11 «Беспалов против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 106. №38818/11 «Захаров против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 107. №41366/11 «Осинова против России», ИЗ-67/1 в Смоленской области 108. №46232/11 «Николаенко прошв России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 109. №46526/11 «Расулов против России», ИЗ-27/1 в Хабаровском крае 110. №46637/11 «Подшивалов против России», ИЗ-74/3 в Челябинской области 111. №47895/11 «Стаеин против России». ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 112. №50149/11 «Журавлев против России», ИЗ-21/1 в г. Чебоксары Чувашской Республики 113. №51333/11 «Кумачев против России», ИЗ-50/6 в Московской области 114. №57112/11 «Ермалюга против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 115. №57669/11 «Гунко против России», ИЗ-63/2 в Самарской области 116. №57981/11 «Шебашев против России». ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 117. № 64465/11 «Михвиладзе против России», ИЗ-34/1 в Волгоградской области 118. №67579/11 «Бойко против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 119. № 67584/11 «Озерин против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 120. №71578/11 «Малюгин против России», ИЗ-47/1 в г. Санкт-Петербурге 121. №73160/11 «Логинов против России», ИЗ-50/3 в Московской области 122. №75152/11 «Паулс против России» ИЗ-38/1 в Иркутской области