1 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№ 2-о 12-5 сп КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Город Москва 25 июня 2012 года.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Степалина В.П.
судей - Каменева Н.Д. и Матросова В.М.
при секретаре Кочкине Я.В.
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению государственного обвинителя Проворовой О.В., кассационной жалобе законного представителя потерпевшей Матвеевой Л.Н.
на приговор Вологодского областного суда с участием присяжных заседателей от 13 апреля 2012 года, которым СЕРЯКОВ КОНСТАНТИН АЛЕКСАНДРОВИЧ, 26 июня 1990 года рождения, уроженец деревни Абакшино, Вологодского района, Вологодской области, гражданин Российской Федерации, несудимый, оправдан по ст. 132 ч. 4 п. «б» УК РФ на основании ст. 302 ч.
2 п. п. 3, 4 УПК РФ за отсутствием состава преступления на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей. За оправданным Серяковым К.А. признано право на реабилитацию.
Решён вопрос о вещественных доказательствах.
2 Заслушав доклад судьи Степалина В.П., выступления прокурора Прониной Е.Н., полагавшей приговор суда отменить по поддержанным доводам кассационного представления, адвоката Некипел овой М.В. в защиту оправданного Серякова К. А., полагавшей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
при изложенных в обвинении обстоятельствах, Серяков К.А.
обвинялся в том, что 17 сентября 2011 года, около 00 часов 30 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в комнате квартиры 14 дома 7 «а» по улице Парковая посёлка Молочное города Вологды совершил насильственные действия сексуального характера в отношении малолетней Матвеевой Натальи, 27 июня 2006 года рождения. На основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей по делу в отношении Серякова К.А. был постановлен оправдательный приговор.
В кассационном представлении государственный обвинитель Проворова О.В. просит приговор суда отменить, а уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. Указывает, что потерпевшая в силу 5-ти летнего возраста не смогла присутствовать в судебном заседании и в целях опровержения версии стороны защиты, стороны обвинения заявила ходатайство о представлении присяжным заседателям фотографий сестёр Матвеевых, на которых они стоят вместе, чтобы коллегия чисто визуально могла представить, как сестры смотрятся вместе и исходя из этого сделать вывод о возможности их перепутать. Однако, в нарушение ст. ст.
244, 271 УПК РФ председательствующий необоснованно отказал в удовлетворении данного ходатайства, чем ограничил право стороны обвинения на представление доказательств, что существенно повлияло на ответы присяжных заседателей. В ходе судебного следствия сторона защиты неоднократно подвергала сомнению допустимость доказательств, чем незаконно воздействовала на присяжных заседателей. Так, при даче показаний подсудимый Серяков К.А. в присутствии присяжных заседателей пояснил, что первые показания давал оперативному сотруднику, который приехал к нему в тюрьму и сказал, чтобы во всём признался и начал обрабатывать, и несмотря на замечание председательствующего вновь пояснил, что давал показания со слов следователя.
Государственный обвинитель просил сделать ещё замечание подсудимому, однако председательствующий проигнорировал и не 3 рассмотрел данное ходатайство, а также вопреки требованиям закона разрешил процессуальный вопрос, рассмотрел в присутствии присяжных заседателей ходатайство стороны защиты об оглашении показаний подсудимого. Кроме этого, сам председательствующий задавал подсудимому не входящие в предмет доказывания вопросы о том, когда тот был задержан, допрошен, арестован и отпущен, что могло породить сомнения у присяжных заседателей о допустимости представляемых стороной обвинения доказательств, повлиять на ответы присяжных заседателей, а действия председательствующего могли быть расценены как поддержка стороны защиты. В прениях адвокат привёл статистические данные о том, что 80-85 % подсудимых отказываются от своих явок с повинной, чем фактически подверг сомнению представленные стороной обвинения допустимые доказательства. В нарушение ч. ч. 2, 3 ст. 340 УПК РФ председательствующий достаточно детально разъяснил присяжным заседателям, что необходимо исключить из вопроса № 1, если они будут придерживаться позиции стороны защиты, несколько раз повторил, что необходимо исключить слова «осознавал» и «затем ввело палец своей руки в анальное отверстие потерпевшей». Такое подробное и неоднократно разъяснение на обстоятельствах дела, по которому присяжные заседатели должны вынести вердикт, недопустимо, председательствующий должен был ограничиться разъяснениями о возможности исключения тех слов, которые признают недоказанными. Указанные нарушения могли повлиять на вердикт присяжных заседателей, которые слова председательствующего могли расценить, как мнение принять соответствующее решение. В нарушение ч. 2 ст. 345 УПК РФ председательствующий не устранил противоречия и неясности в вердикте. При ответе на вопрос № 1 присяжные заседатели фактически не установили в действиях Серякова К.А. никакого состава преступления, поскольку исключили все ключевые слова о возрасте потерпевшей. Из результата голосования 11 за и 1 против не понятно голосовал ли один присяжный заседатель за то, что не доказан факт деяния или против исключения указанных слов. Если один присяжный заседатель отрицательным ответом проголосовал, что не доказано деяние, то результат голосования по вопросу № 2 также должен быть 11 за и 1 против, однако по этому вопросу присяжные заседатели проголосовали единодушно. Отсутствие уточнения по вопросу № 1 повлекло неясность по вопросу № 2.
Также, исходя из логики ответа на вопрос № 1, результат голосования по вопросу № 3 должен быть за 11 и против 1 или единодушно, однако присяжные заседатели проголосовали 8 за и 4 4 против, поэтому непонятно, за что проголосовали четверо присяжных заседателя. Кроме этого, в 12 часов 52 минуты коллегия присяжных заседателей вышла из совещательной комнаты для получения разъяснений, старшина в письменном виде передал председательствующему вопрос, который не был озвучен, после чего председательствующий у своего стола дал какие-то пояснения старшине, а потом непосредственно всей коллегии без выяснения мнения сторон. Учитывая вопрос коллегии присяжных заседателей о том, могут ли они заменить слово «осознавал» на слово «не осознавал», в соответствии со ст.
344 УПК РФ председательствующий должен был дать разъяснения присяжным заседателям о возможности осуждения Серякова К.А. по ст. 135 УК РФ, что не было сделано. В нарушение ч. 4 ст. 341 УПК РФ при получении разъяснения двое из присяжных заседателей высказали своё мнение «не виновен», на что председательствующий сказал, что их мнение сейчас не оглашается и направил коллегию в совещательную комнату.
В кассационной жалобе законный представитель малолетней потерпевшей Матвеевой Н. Матвеева Л.Н. просит приговор суда отменить. Указывает, что присяжные заседатели приняли непонятное решение в связи с тем, что были введены в заблуждение, поскольку в выступлении адвокат довёл до них из других дел, хотя должен был анализировать только исследованные доказательства по рассматриваемому делу, и в судебном заседании было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны обвинения о представлении присяжным заседателям фотографий обеих её дочерей, из которых следует, что потерпевшая ещё ребёнок и её нельзя спутать с взрослой девушкой.
В возражении на кассационное представление оправданный Серяков К.А. указывает о своём несогласии с ним.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных представления и жалобы, возражения, судебная коллегия не находит оснований к отмене оправдательного приговора суда.
В соответствии с ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его 5 представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.
Таких нарушений уголовно-процессуального закона в кассационном представлении и в кассационной жалобе не указано, и по делу не установлено.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами государственного обвинителя в кассационном представлении и законного представителя в кассационной жалобе о нарушении при судебном разбирательстве требований ст. ст. 244, 271, 335 УПК РФ.
Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено с учетом требований ст. ст. 15, 244 УПК РФ о состязательности и равенстве прав сторон, ст. 335 УПК РФ, определяющей особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.
Все представленные сторонами доказательства с участием присяжных заседателей были исследованы, а заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим в установленном законом порядке. Данных о том, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании допустимых доказательств, не имеется. При окончании судебного следствия стороны дополнений не имели (т. 3, л.д. 134).
Доводы в кассационном представлении государственного обвинителя и в кассационной жалобе законного представителя о необходимости отмены приговора суда в связи с тем, что потерпевшая в силу 5-ти летнего возраста не смогла присутствовать в судебном заседании, а председательствующий в нарушение ст. ст.
244, 271 УПК РФ отказал в удовлетворении ходатайства стороны обвинения о представлении присяжным заседателям фотографий потерпевшей Матвеевой Н. и её сестры Матвеевой А., чем было ограничено право стороны обвинения на представление доказательств, и это существенно повлияло на ответы присяжных заседателей, являются несостоятельными, так как не основаны на законе и противоречат материалам дела.
В соответствии со ст. 244 УПК РФ в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равными правами, в том числе на представление доказательств и заявление ходатайств, и согласно ст. 271 УПК РФ председательствующий, выслушав мнения 6 участников судебного разбирательства, рассматривает каждое заявленное ходатайство и удовлетворяет его либо выносит постановление об отказе в удовлетворении ходатайства, а лицо, которому судом отказано в удовлетворении ходатайства, вправе заявить его вновь в ходе дальнейшего судебного разбирательства.
Суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон.
Указанные требования уголовно-процессуального закона судом не нарушены.
Из протокола судебного заседания следует, что малолетняя потерпевшая Матвеева Н. не участвовала и не допрашивалась в судебном заседании в связи с ходатайством об этом законного представителя Матвеевой Л.П., с чем был согласен и государственный обвинитель, при этом сторона обвинения возражала по ходатайству стороны защиты о демонстрации присяжным заседателям потерпевшей Матвеевой Н.
Ходатайство государственного обвинителя о демонстрации перед присяжными заседателями 2 фотографий председательствующим было рассмотрено в установленном законом порядке. В удовлетворении данного ходатайства обоснованно отказано, поскольку фотографии не признавались доказательствами по делу, неизвестна дата их изготовления, непрофессиональная печать могла повлиять на размеры, изображение лиц. Выводы председательствующего об этом мотивированы в постановлении.
Вновь в ходе дальнейшего судебного разбирательства такого ходатайства сторона обвинения не заявляла. При этом, из протокола судебного заседания также следует, что по ходатайству государственного обвинителя были оглашены протоколы освидетельствования потерпевшей Матвеевой Н.А. и её сестры свидетеля Матвеевой А.А., в которых указаны, в том числе сведения об их росте, весе, и государственный обвинитель представлял присяжным заседателям для обозрения фототаблицы к данным протоколам с фотографиями потерпевшей и свидетеля (т. 3, л.д. 109110, 114-119).
С учётом изложенного, судебная коллегия находит, что право стороны обвинения на представление доказательств в судебном заседании председательствующий не ограничивал.
Несостоятельными, как противоречащими материалам дела, являются также доводы государственного обвинителя в 7 кассационном представлении о необходимости отмены приговора суда в связи с нарушением закона при допросе подсудимого Серякова К.А.
Из протокола судебного заседания следует, что допрос подсудимого Серякова К.А. проведён в соответствии с требованиями ст. ст. 275, 276, 335 УПК РФ.
Государственный обвинитель в ходе допроса подсудимого Серякова К.А. заявил ходатайство об оглашении явки с повинной и показаний в качестве подозреваемого на предварительном следствии, которое было председательствующим удовлетворено.
Ответ подсудимого Серякова К.А. о том, что первые показания дал оперативному сотруднику, который приехал к нему в тюрьму и говорил, чтобы во всём признался, был вызван вопросом государственного обвинителя, выяснявшего причину дачи подсудимым в судебном заседании других показаний, чем на предварительном следствии. Председательствующий правильно прервал допрос и сделал замечание подсудимому, который пояснил, что когда давал показания вообще ничего не помнил, давал со слов следователя. В связи с этим государственный обвинитель попросил сделать ещё одно замечание подсудимому, а адвокат Некипелова М.В. попросила объявить перерыв. Председательствующий объявил перерыв для консультации подсудимого с адвокатом, и после перерыва в судебном заседании оглашение показаний подсудимого на предварительном следствии было продолжено. Государственный обвинитель никаких заявлений не делал (т. 3, л.д. 129-130).
Доводы государственного обвинителя в кассационном представлении о необходимости отмены приговора суда в связи с тем, что ходатайство стороны защиты об оглашении показаний подсудимого на предварительном следствии председательствующим разрешено в присутствии присяжных заседателей, являются несостоятельными, так как не основаны на законе и противоречат материалам дела.
Согласно ч. 6 ст. 335 УПК РФ, если в ходе судебного разбирательства возникает вопрос о недопустимости доказательств, то он рассматривается в отсутствие присяжных заседателей.
Требования указанного уголовно-процессуального закона председательствующим не нарушены.
Из протокола судебного заседания следует, что допрос подсудимого Серякова К.А. в судебном заседании проводился согласно установленному порядку исследования доказательств, 8 предложенному государственным обвинителем.
Никто из участников судебного разбирательства, в том числе и государственный обвинитель, не заявляли ходатайств о признании недопустимыми доказательствами показаний подсудимого на предварительном следствии. По ходатайству государственного обвинителя была оглашена часть показаний Серякова К.А. на предварительном следствии, а после этого адвокат Непипелова М.В.
просила огласить все показания Серякова К.А. на предварительном следствии, против чего сторона обвинения не возражала (т. 3, л.д.
93-97).
Несостоятельными, как противоречащими материалам дела, являются и доводы государственного обвинителя в кассационном представлении о том, что председательствующий допрашивал подсудимого Серякова К.А. с нарушением закона, задавал ему не входящие в предмет доказывания вопросы, и это могло породить сомнения у присяжных заседателей в допустимости представляемых стороной обвинения доказательств, повлиять на их ответы, а действия председательствующего могли быть расценены как поддержка стороны защиты.
Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий перед тем, как разрешить адвокату Некипеловой М.В. огласить 3 протокола допроса Серякова К.А. на предварительном следствии в разные дни, уточнил у подсудимого, когда он был задержан и допрошен (т. 3, л.д. 130-131).
Судебная коллегия находит, что само по себе такое уточнение председательствующим не даёт основания для вывода о том, что председательствующий допрашивал подсудимого по не относящимся к делу вопросам, а также не может служить основанием к отмене приговора суда.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами в кассационном представлении государственного обвинителя и в кассационной жалобе законного представителя Макеевой Л.Н. о том, что при выступлении в прениях адвокат Некипелова М.В.
нарушила требования закона, которые должны влечь отмену приговора суда, поскольку эти доводы противоречат материалам дела.
Из протокола судебного заседания следует, что прения сторон, последнее слово подсудимого соответствуют требованиям ст. ст. 292, 336, 337 УПК РФ.
9 Председательствующий в необходимых случаях останавливал адвоката Некипелову М.В., когда она говорила о не относящихся к делу обстоятельствах. Данных о том, что адвокат не подчинялась распоряжениям председательствующего, нет (т. 3, л.д.
145-155).
Первый раз председательствующий остановил адвоката Некиелову М.В., когда она говорила о свойствах памяти человека после употребления спиртных напитков. При этом, судебная коллегия отмечает, что такое высказывание адвоката Некипеловой М.В. было обусловлено версией подсудимого о том, что он был пьяный и плохо вспоминает события того дня.
Второй раз председательствующий остановил адвоката Некипелову М.В., когда она говорила о поведении подсудимого после происшедшего, в частности сказала о том, что подсудимый не скрывался, ходил на работу и понял о том, что перепутал потерпевшую с сестрой тогда, когда ему через несколько дней позвонила сестра потерпевшей, что потерпевшая была допрошена только спустя 11 дней. Председательствующий предложил адвокату говорить лишь в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.
Третий раз председательствующий остановил адвоката Некипелову М.В., когда она сказала о том, что 80-85 процентов подсудимых отказываются от явок с повинной, и обратился с просьбой к присяжным заседателям не принимать во внимание при вынесении вердикта данное обстоятельство. При этом судебная коллегия отмечает, что такое высказывание адвокат Некипелова М.В. допустила при анализе доказательств, когда она, отвергая версию обвинения, в частности сказала, что государственный обвинитель предложил присяжным заседателям признать в качестве доказательства явку с повинной подсудимого, но он её не подтвердил.
Нет также никаких данных, на что имеется ссылка в кассационной жалобе законного представителя Макеевой Л.Н., о том, что адвокат Некипелова М.В. в своей речи приводила примеры из других уголовных дел и вводила таким способом в заблуждение присяжных заседателей.
Из протокола судебного заседания следует, что адвокат Некипелова М.В. в своей речи не приводила никаких примеров из других уголовных дела, но когда говорила о позиции подсудимого по предъявленному обвинению, в частности о том, что он 10 заблуждался, кто перед ним находится, смоделировала несколько примеров на ошибку. Сторона обвинения возражений не заявляла.
Доводы государственного обвинителя в кассационном представлении о том, что вердикт присяжных заседателей был неясным и противоречивым, а председательствующий в нарушение ч. 2 ст. 345 УПК РФ не устранил противоречия и неясности в вердикте, являются несостоятельными, поскольку противоречат материалам дела и не основаны на законе.
Из материалов дела следует, что вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствует требованиям ст. ст.
338, 339, 341-345 УПК РФ. Замечаний по вопросному листу сторона обвинения не имела (т. 3, л.д. 75-76, 156).
Согласно ст. 343 УПК РФ, если присяжным заседателям при обсуждении в течение 3 часов не удалось достигнуть единодушия, то решение принимается голосованием, и ответы вносятся в вопросный лист непосредственно после каждого из соответствующих вопросов с указанием после ответа результат подсчета голосов.
Данный уголовно-процессуальный закон не устанавливает требований о том, чтобы присяжные заседатели указывали количество голосов в ответах на вопросы в зависимости от результата подсчёта количества голосов на первый вопрос.
Поэтому, у председательствующего не было оснований для возвращения присяжных заседателей для внесения каких-либо изменений в результаты подсчёта их голосов при ответах на вопросы № 2 и № 3 и приведение в соответствие с результатом подсчёта голосов при ответе на вопрос № 1.
Также у председательствующего не было оснований для возвращения присяжных заседателей для устранения неясностей в вердикте, поскольку каких-либо неясностей в ответах присяжных заседателей на поставленные вопросы не установлено.
Из вердикта присяжных заседателей по делу следует, что по каждому из поставленных вопросов имеется ответ присяжных заседателей и указано количество голосов за ответ и количество голосов против ответа.
Не основаны на законе и противоречат материалам дела также доводы государственного обвинителя в кассационном представлении о том, что когда в 12 часов 52 минуты коллегия 11 присяжных заседателей вышла из совещательной комнаты для получения разъяснений, старшина в письменном виде передал председательствующему вопрос, который не был озвучен, после чего председательствующий у своего стола дал какие-то пояснения старшине, а потом непосредственно всей коллегии без выяснения мнения сторон, при этом не разъяснил присяжным заседателям возможность осуждения Серякова К.А. по ст. 135 УК РФ.
Согласно ч. ч. 1-4 ст. 344 УПК РФ, если в ходе совещания присяжные заседатели придут к выводу о необходимости получить от председательствующего дополнительные разъяснения по поставленным вопросам, то они возвращаются в зал судебного заседания и старшина обращается к председательствующему с соответствующей просьбой. Председательствующий в присутствии сторон дает необходимые разъяснения, после этого присяжные заседатели возвращаются в совещательную комнату для вынесения вердикта.
Требования указанного уголовно-процессуального закона председательствующим не нарушены.
Из протокола судебного заседания следует, что в 12 часов 52 минуты коллегия присяжных заседателей вышла из совещательной комнаты в зал судебного заседания, и старшина обратился к председательствующему с вопросом о том, могут ли они заменить слово «осознавал» на слово «не осознавал» и как правильно это сделать. Председательствующий разъяснил присяжным заседателям, что вносить дополнения в вопросный лист они не имеют права, но если они признают недоказанными какие-либо обстоятельства, то указывают, за исключением каких слов не доказано. Нет никаких данных о том, что якобы старшина в письменном виде передал председательствующему вопрос, который не был озвучен, что председательствующий у своего стола дал какие-то пояснения старшине и лишь затем обратился к коллегии.
Выяснение мнения сторон в данном случае не требовалось, Согласно ч. 2 ст. 344 УПК РФ председательствующий выслушивает мнение сторон лишь в случаях необходимости внесения соответствующих уточнений в поставленные вопросы, либо дополнения вопросного листа новыми вопросами.
Из протокола судебного заседания следует, что при вынесении вердикта никаких уточнений либо дополнений в вопросный лист не вносилось. Оснований для разъяснения присяжным заседателям о возможности осуждения Серякова К.А.
по ст. 135 УК РФ у председательствующего не было.
12 Доводы государственного обвинителя в кассационном представлении о том, что в нарушение ч. 4 ст. 341 УПК РФ при получении разъяснения двое из присяжных заседателей высказали своё мнение «не виновен», на что председательствующий сказал, что их мнение сейчас не оглашается и направил коллегию в совещательную комнату, противоречат протоколу судебного заседания, в котором записи о таких обстоятельствах нет (т. 3, л.д.
157-158, 190) Приобщённое к протоколу судебного заседания напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ.
Доводы государственного обвинителя в кассационном представлении о том, что в нарушение ч. ч. 2, 3 ст. 340 УПК РФ председательствующий достаточно детально разъяснил присяжным заседателям, что необходимо исключить из вопроса № 1, если они будут придерживаться позиции стороны защиты, несколько раз повторил, что необходимо исключить слова «осознавал» и «затем ввело палец своей руки в анальное отверстие потерпевшей», что слова председательствующего могли быть расценены присяжными заседателями, как мнение принять соответствующее решение и это могло повлиять на их вердикт, являются несостоятельными, поскольку противоречат тексту напутственного слова, в котором нет указания о таких обстоятельствах.
Из текста напутственного слова следует, что председательствующий разъяснил присяжным заседателям, что если они придут к убеждению, что ответ не полностью отражает вывод, к которому они пришли, то могут исключить какие-то слова, указать, «да, доказано, за исключением слов ...», что присяжные заседатели при вынесении обвинительного вердикта вправе изменить обвинение в сторону благоприятную для подсудимого, признать виновным в части обвинения. Стороны не заявляли возражений по напутственному слову председательствующего (т. 3, л.д. 63-73, 157, 202,203).
Оправдательный приговор постановлен председательствующим в соответствии с требованиями ст. 351 УПК РФ, определяющей особенности в суде с участием присяжных заседателей.
Нарушений закона, влекущих отмену оправдательного приговора суда с участием присяжных заседателей, не установлено.
13 Руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Вологодского областного суда с участием присяжных заседателей от 13 апреля 2012 года в отношении Серякова Константина Александровича оставить без изменения, а кассационные представление и жал<$5у - без удовлетворения.
Председательствующий Судьи Справка: председательствующая по делу Полуэктова С.А.