%Г6" ( ^ ^ 2 0 / 2 ^ Отдел специального контроля Верховного Суда —^о^ийской Федерации МИНИСТЕРСТВО ю с т и ц и и РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (МИНЮСТ РОССИИ) Верховный Суд Российской Федерации Житная ул., д. 14, Москва, 119991 тел.: (495) 955-59-99, факс: (495) 955-57-79 На№ Настоящим направляются для сведения и использования в практической деятельности копии неофициального перевода на русский язык следующих постановлений Европейского Суда по правам человека:
\/ - по делу № 39602/05 «Федоренко против России» (вынесено 20 сентября 2011 г., вступило в силу 20 декабря 2011 г.), в котором установлены нарушения российскими властями п.п. 1 и 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) в связи с незаконным и необоснованным содержанием Федоренко И.С. под стражей в период с 27 апреля по 23 июня 2005 г. и в период с 26 апреля по 22 сентября 2006 г.
Одновременно Европейский Суд констатировал нарушение российскими властями п. 2 ст. 6 Конвенции в связи с несоблюдением принципа презумпции невиновности при вынесении Головинским районным судом г. Москвы постановления об избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу.
Вместе с тем, Европейский Суд отклонил как явно необоснованную жалобу заявителя на нарушение российскими властями п. 4 статьи 5 Конвенции, в связи с несвоевременным рассмотрением Московским городским судом кассационной жалобы заявителя на названное постановление Головинского районного суда г. Москвы;
- по делу № 7039/04 «Черкасов против России» (вынесено 18 октября 2011 г., вступило в силу 18 января 2012 г.), в котором установлено нарушение российскими властями статьи 3 Конвенции в связи с жестоким обращением с Черкасовым А.В. со стороны сотрудников Рамонского РОВД Воронежской области и необеспечением проведения эффективного расследования по данному факту;
Верховный Суд Российской Феде пет 2 30.03.2012 2 - по делу № 38047/04 «Шувалов против России» (вынесено 18 октября 2011 г., вступило в силу 18 января 2012 г.), в котором установлено нарушение российскими властями статьи 3 Конвенции в связи с жестоким обращением с Шуваловым Г.А. со стороны сотрудников ФБУ ИЗ № 34/4 ГУФСИН России по Волгоградской области и необеспечением проведения эффективного расследования по данному факту.
Просим рассмотреть вопрос о направлении копий названных постановлений в нижестоящие суды для учёта в практической деятельности (с направлением в наш адрес копии соответствующего сопроводительного письма к 26 апреля 2012 г.).
Приложение: на ^ л.
Руководитель Аппарата Уполномоченного Российской Федерации при Евроиен;
Суде по правам человека - заместителя Министра юстиции Российской Федерации Исп.: Пантелеева К.А.; тел. (495)677-09-65 А.М. Федоров Е1ЖОРЕАМ СОЦКТ ОР НУМАМ К1СНТ5 ССЛШ ЕУКОРЁЕММЕ ОЕ5 ОКОТТ5 ОЕ Е'НОММЕ ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ ДЕЛО «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» ПОСТАНОВЛЕНИЕ СТРАСБУРГ 20 сентября 2011 года Данное постановление вступит в силу в порядке, установленном пунктом 2 статьи 44 Конвенции. Может быть подвергнуто редакционной правке.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» I По делу «Федоренко против России», Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:
Нина Вайич, Председатель, Анатолий Ковлер, Пер Лоренсен, Элизабет Штайнер, Ханлар Гаджиев, Георг Николау, Мирьяна Назарова Трайковска, судьи, а также Сорен Нильсен, Секретарь Секции, проведя заседание за закрытыми дверями 30 августа 2011 года, вынес следующее постановление, утвержденное в вышеозначенный день:
ПРОЦЕДУРА 1. Дело было инициировано жалобой ^ 39602/05) против Российской Федерации, поданной в Суд 27 октября 2005 года в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - «Конвенция») гражданином Российской Федерации Федоренко Игорем Сергеевичем (далее - «заявитель»).
2. Интересы заявителя, которому была предоставлена юридическая помощь, представляли юристы Центра содействия международной защите, расположенного в г. Москве. Интересы Властей Российской Федерации (далее - «Власти») представляла В. Милинчук, бывший Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.
3. Заявитель жаловался, в частности, на незаконность содержания под стражей и отсутствие для этого достаточных оснований, несоблюдение требования безотлагательности рассмотрения кассационным судом его кассационной жалобы на постановление суда о применении к нему меры 2 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ <«Ш ДОРЕНКО против РОССИИ» пресечения в виде заключения под стражу и несоблюдение в отношении него принципа презумпции невиновности. Он ссылался на пункты 1, 3 и 4 статьи 5 и пункт 2 статьи 6 Конвенции.
4. 16 мая 2007 года Председатель Первой Секции принял решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке согласно правилу 41 Регламента Суда.
5. 3 сентября 2007 года Председатель Первой Секции решил уведомить Власти о данной жалобе. Также Суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с решением вопроса об её приемлемости (пуню 1 статьи 29).
ФАКТЫ I.
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА 6. Заявитель,! 976 года рождения, проживает в г. Санкт-Петербурге. В настоящее время он отбывает наказание в виде лишения свободы, будучи осужденным в совершении преступления, не связанным с настоящим делом.
А. Заключение заяви I ели иод с I ражу 7. 18 января 2005 года было возбуждено уголовное дело в связи с мошенничеством, совершенным неустановленными лицами с целью приобретения квартиры в г. Москве путем ее продажи от имени умершего владельца - преступлением, предусмотренным частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.
8. 27 апреля 2005 года заявитель был задержан по подозрению в совершении мошенничества и допрошен в качестве подозреваемого. Он отрицал свою причастность к совершению преступления.
9. В тот же день следственные органы обратились в Головинский районный суд I. Москвы (далее - «районный суд») с ходатайством о применении к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 3 10. 28 апреля 2005 года районный суд в составе судьи Б. удовлетворил ходатайство следователя и - со ссылкой на статьи 100 и 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации - санкционировал заключение заявителя под стражу, указав, что заявитель «совершил тяжкое уголовное преступление, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет», и что следственные органы имели основания полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться и воспрепятствовать проведению расследования.
Срок применения меры пресечения в постановлении не указывался.
11.3 мая 2005 года два адвоката заявителя подали от его имени кассационную жалобу на постановление от 28 апреля 2005 года с требованием о немедленном освобождении заявителя.
Они также заявили о несоблюдении презумпции невиновности в связи с указанием районного суда на то, что заявитель «совершил тяжкое уголовное преступление».
12. По утверждению Властей, кассационная жалоба от 3 мая 2005 года была получена районным судом в тот же день и затем была направлена в Московский городской суд для дальнейшего рассмотрения. Московский городской суд назначил судебное заседание на 17 мая 2005 года. 16 мая 2005 года Московский городской суд получил ходатайство заявителя, в котором он выражал желание принять личное участие в рассмотрении его кассационной жалобы. По утверждению Властей, Московский городской суд был вынужден перенести судебное заседание на 25 мая 2005 года, чтобы иметь возможность удовлетворить ходатайство заявителя.
13. 25 мая 2005 года Московский городской суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы заявителя и оставил в силе постановление от 28 апреля 2005 года. Суд отметил, что при назначении меры пресечения в виде заключения заявителя под стражу районный суд учел тот факт, что заявитель подозревался в совершении тяжкого уголовного преступления, и пришел к обоснованному А ПОС ГАНОВЛЕНИЬ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» выводу, что, находясь на свободе, заявитель мог продолжить заниматься преступной деятельностью.
Московский городской суд отклонил довод адвоката заявителя о том, что районный суд признал заявителя виновным, указав в своем решении от 28 апреля 2005 года, что он «совершил тяжкое уголовное преступление». В этой связи кассационный суд отметил, что это была, очевидно, «техническая ошибка».
Б. Содержание заявителя под стражей на период следствия 14. 4 мая 2005 года заявителю были официально предъявлены обвинения в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество).
15. 23 июня 2005 года по ходатайству следователя районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 18 июля 2005 года. Суд сослался на то, что заявитель обвинялся в совершении тяжкого преступления, и указал, что, находясь на свободе, заявитель мог скрыться от правосудия и воспрепятствовать установлению истины.
16. 14 июля 2005 года по ходатайству следователя районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 18 сентября 2005 года на том основании, что расследование не было завершено и все еще существовала необходимость проведения ряда следственных действий.
Суд отклонил возражение адвокатов заявителя о том, что заявитель ранее не судим и что он болен псориазом, суд отказал в удовлетворении ходатайства защитников об освобождении заявителя под залог, который обязался выплатить отец заявителя, или под расписку о невыезде. Суд отметил, что для отмены или изменения избранной в отношении заявителя меры пресечения не было никаких оснований, учитывая тот факт, что он обвинялся в совершении тяжкого уголовного преступления, и что, с учетом обстоятельств дела и личности заявителя, имелись основания полагать, что он может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 5 и препятствовать производству по уголовному делу. В удовлетворении кассационной жалобы заявителя на это постановление Московским городским судом было отказано в неустановленный день.
17. 15 сентября 2005 года районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 27 октября 2005 года.
Суд указал, в частности, что следственным органам требовалось больше времени для завершения расследования, что заявитель обвинялся в тяжком уголовном преступлении, и что характер выдвинутого против него обвинения и тот факт, что другие обвиняемые подозревались в совершении другого тяжкого преступления, давали суду основания полагать, что, в случае освобождения, заявитель мог продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться и воспрепятствовать производству по уголовному делу.
18. 24 октября 2005 года районный суд постановил, что заявитель должен оставаться под стражей до 18 ноября 2005 года. Суд сослался на те же осЕювания, а также на сложность уголовного дела заявителя.
19. 14 ноября 2005 года районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 18 января 2006 года, сославшись на те же основания. 14 декабря 2005 года Московский городской суд, рассмотрев постановление о продлении срока содержания в кассационном порядке, оставил его без изменения.
20. 12 января 2006 года районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 18 марта 2006 года. В своем постановлении суд сослался на тяжесть вменяемого заявителю в вину преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от пяти до десяти лет. 27 февраля 2006 года после рассмотрения в кассационном порядке это постановление было оставлено Московским городским судом без изменения.
21. 17 марта 2006 года районный суд постановил продлить срок содержания заявителя под стражей до 27 апреля 2006 года. По-видимому, суд не привел никаких 6 ПОСТАНОВЛЕНА ПО ДРЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» иных оснований, отличных от тех, что были приведены им ранее.
В. Содержание заявителя под стражей во время судебного разбирательства 22. 17 апреля 2006 года материалы дела заявителя были переданы в районный суд для рассмотрения по существу.
23. Постановлением от 26 апреля 2006 года районный суд назначил судебное заседание по делу и оставил меру пресечения заявителя без изменения. Срок содержания заявителя под стражей указан не был. Ходатайство заявителя об освобождении было отклонено на том основании, что первоначальное постановление о применении к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу было вынесено в соответствии с требованиями статей 97, 99 и 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и в настоящий момент суд не установил оснований для отмены или изменения меры пресечения, избранной в отношении заявителя, учитывая, в частности, необходимость обеспечения надлежащего осуществления уголовного судопроизводства. Кассационная жалоба заявителя на это решение была отклонена Московским городским судом 24 мая 2006 года.
24. 22 сентября 2006 года районный суд продлил срок срок содержания заявителя под стражей до 17 января 2007 года. По-видимому, районный суд привел схожие основания для своего решения. 30 октября 2006 года Московский городской суд, рассмотрев дело в кассационном порядке, оставил данное постановление в силе.
25. 25 декабря 2006 года Президиум Московского городского суда отменил судебные постановления от 26 апреля и 24 мая 2006 года в порядке надзора в связи с неправильным применением норм процессуального права, касавшихся лица, обвиняемого совместно с заявителем, и направил дело на новое рассмотрение. Суд также ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 7 постановил, что избранная в отношении заявителя мера пресечения должна быть оставлена без изменения.
26. 11 января 2007 года районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 17 апреля 2007 года, сославшись на отсутствие оснований для отмены или изменения избранной в отношении заявителя меры пресечения с учетом тяжести выдвинутых против него обвинений, его личности и «обстоятельств, которые были приняты судом во внимание при вынесении постановления о заключении заявителя под стражу и которые на настоящий момент не изменились». По утверждению Властей, 19 февраля 2007 года Московский городской суд, рассмотрев это постановление в кассационном порядке, оставил его в силе.
Г, Осуждение заявителя 27. Приговором от 16 апреля 2007 года районный суд признал заявителя виновным в совершении преступления и назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на четыре года и шесть месяцев.
28. 23 июля 2007 года Московский городской суд, рассмотрев дело в кассационном порядке, оставил приговор в силе, сократив срок наказания до четырех лет и трех месяцев лишения свободы.
II.
ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА А. Уголовно-процессуальный кодекс 29. С 1 июля 2002 года вопросы уголовного судопроизводства регулируются Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (Закон №. 174-ФЗ от 18 декабря 2001 года, далее - «Кодекс»).
7. Меры пресечения 30. «Мерами пресечения» являются: подписка о невыезде, личное поручительство, залог, заключение под 8 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЬЛУ «ФЕДОРЕНКО прошв РОССИИ» стражу (статья 98). При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения компетентный орган обязан установить, имеются ли «достаточные основания полагать», что обвиняемый скроется от следствия или суда, продолжит заниматься преступной деятельностью или воспрепятствовать производству по уголовному делу (статья 97). Также должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение и другие обстоятельства (статья 99). В исключительных случаях, при наличии оснований, предусмотренных статьей 97, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого с учетом обстоятельств, перечисленных в статье 99 (статья 100). При необходимости у подозреваемого или обвиняемого может быть взято обязательство о явке (статья 112).
2. Сроки содержания под стражей (а) Два вида содержания под стражей 31. В Кодексе проводится различие между двумя видами содержания под стражей: первый - «на период предварительного следствия», то есть в то время, как компетентный орган - дознаватель или следователь расследует дело, а второй - «на период судопроизводства» (или «в течение рассмотрения дела судом»), на стадии судебного разбирательства.
(б) Сроки содержания под стражей «на период предварительно следствия» 32. Мера пресечения в виде заключения под стражу может применяться только по решению суда в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении уголовного преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет (статья 108). Содержание под стражей при расследовании ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 9 преступлений не может превышать два месяца (статья 109).
Этот срок может быть продлен судьей на срок до шести месяцев (пункт 2 статьи 109). Дальнейшее продление срока может быть осуществлено судьей только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений (пункт 3 статьи 109). Продление срока свыше восемнадцати месяцев не допускается, а лицо, содержащееся под стражей, подлежит немедленному освобождению (пункт 4 статьи 109).
(в) Сроки содержания под стражей «на период рассмотрения дела судом» 33. С момента направления прокурором дела в суд первой инстанции подсудимый считается содержащимся под стражей «во время суда» (или «во время рассмотрения дела судом»). Срок содержания под стражей «во время рассмотрения дела судом» исчисляется до вынесения приговора. Как правило, он не может превышать шести месяцев, но по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях суд первой инстанции может продлить срок содержания под стражей один или несколько раз, каждый раз не более чем на три месяца (пункты 2 и 3 статьи 255).
3, Производство в суде кассационной инстанции 34. Если осужденный желает принять участие в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, то об этом указывается в его кассационной жалобе (пункт 2 статьи 375).
35. При поступлении уголовного дела с кассационной жалобой судья назначает дату, время и место судебного заседания. О дате, времени и месте судебного заседания стороны должны быть извещены не позднее 14 суток до дня судебного заседания (пункты 1 и 2 статьи 376).
Б. Судебная практика в Российской Федерации 10 1КХ ТАНОВЛЕНИТ ПО ДП1У «Ф! ДОШ НКО против РОССИИ» 36. В своем постановлении № 1 от 5 марта 2004 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», применявшегося в соответствующий период, Пленум Верховного Суда Российской Федерации отметил с учетом положений пункта 3 статьи 255 Кодекса, что при принятии решения о продлении срока содержания подсудимого под стражей суд должен привести обоснование необходимости дальнейшего содержания подсудимого под стражей и указать срок, на который он продлен, (пункт 16).
37. В своем определении № 245-0-0 от 20 марта 2008 года Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что он неоднократно повторял (определения №№ 14-П, 4-П, 417-0 и 330-О от 13 июня 1996 года, 22 марта 2005 года, 4 декабря 2003 года и 12 июля 2005 года соответственно), что при вынесении решения в порядке статей 100, 108, 109 и 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о заключении лица под стражу или о продлении срока содержания лица под стражей суд обязан, Шег аИа, исчислить и указать срок содержания под стражей.
ПРАВО I.
ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПОДПУНКТА (С) ПУНКТА 1 СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ 38. Заявитель жаловался, что содержание под стражей на основании постановлений суда от 28 апреля 2005 года, 26 апреля и 25 декабря 2006 года было незаконным, поскольку в этих постановлениях суд не определил сроков и не привел достаточных оснований для применения меры пресечения в виде заключения его под стражу. Это жалоба должна быть рассмотрена в рамках подпункт (с) пункта 1 стаъьи 5 Конвенции, который гласит следующее:
«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.
Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом' НОС I ЛНОВЛЕНИЬ ПО ДЕЛУ «ФЬДОРПНКО против РОССИИ» I I (с) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после ею совершения .» А. Доводы сторон 39. Заявитель утверждал, что в постановлении от 28 апреля 2005 года районный суд не указал срок при первоначальном разрешении вопроса о применении к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу, что создало ситуацию неопределенности относительно срока содержания под стражей и тем самым сделало его содержание под стражей, примененное этим судом, незаконным. Заявитель оспаривал довод Властей о том, что было ясно, что статья 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации была применима в его ситуации. Он утверждал в этой связи, что постановление от 28 апреля 2005 года не содержало ссылки на данную статью.
Он также утверждал, что статья 108 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации, которая, по утверждению Властей, не содержит требования к национальным судам указывать срок первоначального содержания лица под стражей, не соответствует требованию «качества закона», установленному в пункте 1 статьи 5.
40. Заявитель признал, что, как было указано Властями, из статьи 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следовало, что первоначальный период предварительного заключения на основании статьи 108 данного Кодекса не может превышать двух месяцев, факт, о котором, как правило, знают адвокаты, представляющие интересы заключенных. Однако он утверждал, что вышеуказанный срок, по сути, является максимальным сроком первоначального содержания под стражей и не должен применяться автоматически, как, повидимому, предположили Власти. Заявитель настаивал, что 12 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО протио РОССИИ» национальный суд должен принимать постановление по вопросу о продлении срока содержания под стражей в каждом случае индивидуально и что в отсутствие четко определенных сроков такого содержания соответствующее постановление суда не будет являться достаточным правовым основанием для применения данной меры пресечения.
41. Заявитель также утверждал, что 26 апреля 2006 года районный суд продлил срок его содержания под стражей «во время рассмотрения дела судом», не приведя достаточных оснований для такого решения и не указав срок заключения, заявитель утверждал также, что, отменив 25 декабря 2006 года постановление от 26 апреля 2006 года, оставленное в силе 24 мая 2006 года, Президиум Московского городского суда постановил, что мера пресечения в отношении заявителя должна оставаться без изенения, но не указал оснований для применения данной меры пресечения и её срок. По мнению заявителя, содержание его под стражей на основании вышеупомянутых постановлений представляло собой нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5 Конвенции.
42. Власти, со своей стороны, настаивали, что весь срок содержания заявителя под стражей совместим с принципом законности, предусмотренным подпунктом (с) пункта 1 статьи 5 Конвенции. В частности, что касается постановления от 28 апреля 2005 года, которым к заявителю была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, Власти указали, что районный суд сослался в своем постановлении на статью 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Власти утверждали, что данная правовая норма не устанавливает требования к национальным судам указывать срок в постановлении о применении к лицу меры пресечения в качестве заключения под стражу, так как из формулировки статьи 109 данного Кодекса следует, что срок такого содержания не может превышать двух месяцев. Власти настаивали, что адвокаты заявителя должны были знать о сроках, установленных статьей 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДН1У «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 13 Федерации и могли объяснить заявителю, что его содержание под стражей по постановлению суда от 28 апреля 2005 года продлится не более двух месяцев. Таким образом, Власти утверждали, что рассматриваемое постановление и срок содержания заявителя под стражей на основании этого постановления соответствовали требованиям подпункта (с) пункта 1 статьи 5 Конвенции.
43. Кроме того, Власти утверждали, что после того, как материалы дело заявителя были направлены в суд для рассмотрения 17 апреля 2006 года, его последующее содержание под стражей регулировалось статьей 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей сроки содержания под стражей во время рассмотрения дела в суде. Соответственно, даже если районный суд не указал срок содержания под стражей в своем постановлении от 26 апреля 2006 года, которым он применил меру пресечения в качестве содержания заявителя под стражей, было очевидно, что, в соответствии со статьей 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, этот срок не мог превышать шести месяцев с того момента, когда его дело было направлено в суд первой инстанции, и что по истечении этого срока суд первой инстанции мог продлить срок содержания под стражей «во время рассмотрения дела в суде» каждый раз не более чем на три месяца. Власти также утверждали, что тот факт, что 25 декабря 2006 года Президиум Московского городского суда отменил в порядке надзора постановление от 26 апреля 2006 года, оставленное в силе судом кассационной инстанции 24 мая 2006 года, не влиял на законность содержания заявителя под стражей во время рассмотрения дела в суде на основании этого постановления, учитывая, что при вынесении этого постановления районный суд действовал в пределах своей компетенции и что, в любом случае, рассматриваемое постановление было отменено в связи с неправильным применением норм процессуального права в отношении иного обвиняемого, а не заявителя.
14 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» Б. Оценка Суда 1. Приемлемость 44. Прежде всего, Суд отмечает, что заявитель жаловался на незаконность своего содержания под стражей на основании постановлений суда от 28 апреля 2005 года, 26 апреля и 25 декабря 2006 года. Что касается содержания под стражей на основании постановления суда от 28 апреля 2005 года, то срок содержания истек 23 июня 2005 года, когда было вынесено постановление о продлении срока содержания под стражей. Содержание под стражей на основании постановления суда от 26 апреля 2006 года продолжалось до 22 сентября 2006 года, когда районный суд вынес еще одно постановление о продлении срока содержания заявителя под стражей. Наконец, срок содержания заявителя под стражей на основании постановления от 25 декабря 2006 года прекратился 11 января 2007 года, когда районный суд еще раз вынес постановление о применении меры пресечения в качестве заключения заявителя под стражей во время рассмотрения дела в суде. Таким образом, Суд рассмотрит вопрос о законности содержания заявителя под стражей в отношении каждого из этих периодов.
45. Суд отмечает, что жалоба заявителя по поводу первых двух вышеуказанных периодов не является явно необоснованной по смыслу подпункта (а) пункта 3 статьи 35 Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
46. Что касается третьего периода, Суд отмечает, что 25 декабря 2006 года Президиум Московского городского суда отменил решение от 26 апреля 2006 года, оставленное в силе 24 мая 2006 года, и направил дело на новое рассмотрение. Президиум также постановил, что избранная в отношении заявителя мера пресечения «должна быть оставлена без изменения». Заявитель, по-видимому, утверждал, что, в отсутствие указания в постановлении от ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО про 1 ив РОССИИ» 15 25 декабря 2006 года каких-либо оснований для продления срока содержания под стражей, а также конкретного срока такого продления, содержание его под стражей после того, как было вынесено это постановление, не было законным по смыслу подпункта (с) пункта 1 статьи 5 до 11 января 2007 года, когда было вынесено новое постановление суда, которым мера пресечения, избранная в отношении заявителя, была оставлена без изменения. Однако из обстоятельств данного дела усматривается, что 22 сентября 2006 года Головинский районный суд г. Москвы продлил срок содержания заявителя под стражей на период рассмотрения дела в суде до 17 января 2007 года (см. выше пункт 24), и, следовательно, содержание заявителя под стражей в период с 25 декабря 2006 года по 11 января 2007 года было санкционировано данным постановлением.
Поскольку заявитель не оспаривал законность постановления от 22 сентября 2006 года, Суд считает, что содержание под стражей в период с 25 декабря 2006 года по 11 января 2007 года было законным по смыслу подпункта (с) пункта 1 статьи 5. Следовательно, Суд считает, что данная жалоба является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с подпунктом (а) пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
2. Существо жалобы (а) Содержание заявителя под стражей период с 27 апреля по 23 июня 2005 года в 47. Суд повторяет, что пункт 1 статьи 5 Конвенции, прежде всего, требует, чтобы содержание было «законным», что включает условие соблюдения установленного законом порядка. В данном вопросе Конвенция в основном отсылает к национальному законодательству и устанавливает обязательство соблюдать его материальные и процессуальные нормы, но, кроме того, она требует, чтобы любое лишение свободы соответствовало цели статьи 5, а именно защите физических лиц от произвола (см. недавнее 16 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЬЛУ «ФЬДОР! ИКС) против РОССИИ» постановление по делу «Медведев и другие против Франции» {МесЫейуеу апс1 01кегз V. Ргапсе) [ОС], жалоба № 3394/03, § 79, ЕСПЧ 2010-...). Для национальных властей, и, в частности, судов, на первом месте сюш толкование внутреннего права, и, в частности, норм процессуального характера, и Суд не будет подменять своим толкованием позицию национальных судов в условиях отсутствия произвола. Однако, так как в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Конвенции несоблюдение внутреннего законодательст ва может повлечь за собой нарушение положений Конвенции, отсюда следует, что Суд вправе и должен использовав определенные полномочия для рассмотрения вопроса о том, был ли соблюден закон (см.
«Тошев против Болгарии» (Тохкеу V. Ви1§апа), жалоба № 56308/00, § 58, постановление от 10 августа 2006 года, и «Штейн (Штайн) против России» {8Ыеуп (8(еш) V Кт$1а\ жалоба № 23691/06, §§ 89 и 94, постановление от 18 июня 2009 года).
48. В настоящем деле в постановлении от 28 апреля 2005 года Головинский районный суд г. Москвы применил в отношении заявителя меру пресечения в виде заключения под стражу, сославшись на статьи 100 и 108 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации. Суд также привел определенные основания для своего решения (см.
выше пункт 10). При этом районный суд не указал, как долго заявитель должен был оставаться иод стражей.
Относительно последнего факта Власти утверждали, чго статья 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не налагает на национальные суды обязательство указывать срок при вынесении постановления о применении к лицу меры пресечения в виде заключения под стражу. Суд отмечает, что данный ар1умент противоречит шлкованию соответствующего национального законодательства, приведенному Конституционным Судом Российской Федерации, который неоднократно подчеркивал, что национальные суды обязаны указывать срок при применении к лицу меры пресечения в виде заключения под стражу или при продлении срока содержания на любой ПОСТАНОВЛЕНИЕ НО ДЕЛУ «ФЕДОР! И КО против РОССИИ» 17 стадии уголовного судопроизводства (см. выше пункт 37).
Поэтому ясно, что без указания такого срока постановление суда от 28 апреля 2005 не соответствовало применимым нормам внутреннего уголовно-процессуального права.
49. Кроме того, Суд повторяет, что недостатки постановления о заключении под стражу необязательно делают содержание под стражей «незаконным» для целей пункта 1 статьи 5; Суд должен рассмотреть вопрос о том, были ли недостатки постановления в отношении заявителя равносильны «грубому и очевидному нарушению» в такой степени, чтобы он мог повлиять на законность срока содержания под стражей (см. «Моорен против Германии» (Моогем V. Сег/маму ) [СС], жалоба № 11364/03, § 84, ЕСПЧ 2009-..., и «Колеви против Болгарии» {Ко1е\1 \\ Ви1%апа), жалоба № 1108/02, § 177, постановление от 5 ноября 2009 года).
50. В данном случае выше было установлено, что в постановлении суда от 28 апреля 2005 года имелись недостатки в связи с тем, что в нем не был указан срок, в течение которого к заявителю по-прежнему должна была применяться мера пресечения в виде заключения под стражу. Суд отмечает довод Властей о том, что статья 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ясно предусматривает, что первоначальный срок содержания под стражей на время проведения предварительного расследования не может превышать двух месяцев. Суд также принимает во внимание тот факт, что заявитель признал, что ему было известно о данном положении. Однако Суд не убежден, что максимальный срок, предусмотренный статьей 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, должен безоговорочно применяться каждый раз, когда национальный суд применяет к лицу меру пресечения в виде заключения под стражу. Надо признать, что сам по себе этот период не представляется необоснованно долгим и может быть оправдан тем, что властям требовалось обеспечить надлежащее осуществление различных следственных действий. Тем не менее, Суд согласен с Конституционным Судом Российской Федерации в том, что 18 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» каким бы коротким ни был период содержания под стражей, он должен быть четко определен национальным судом, что является важной гарантией защиты от произвола. С учетом этого, Суд считает, что отсутствие указания на конкретные сроки содержания под стражей в постановлении районного суда от 28 апреля 2005 года было равносильно «грубому и очевидному нарушению», которое могло превратить содержание заявителя под стражей на основании этого постановления суда в произвольное и, следовательно, «незаконное» по смыслу подпункта (с) пункта 1 статьи 5.
51.
Соответственно, имело место нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5 в этой связи.
(б) Содержание заявителя под стражей в период с 26 апреля по 22 сентября 2006 года 52. Суд отмечает, что 26 апреля 2006 года Головинский районный суд г. Москвы продлил срок содержания заявителя под стражей, приведя определенные основания, но, не указав срока (см. выше пункт 23). Власти утверждают в этой связи, что, с учетом того, что дело заявителя было направлено в суд для рассмотрения 17 апреля 2006 года, с этого момента его содержание под стражей регулировалось положениями статьи 255 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации, которая устанавливала, что заявитель мог оставаться под стражей не более шести месяцев с того момента, когда его дело было передано в суд первой инстанции, и что после этого срок содержания под стражей должен быть продлен по решению суда на срок, не превышающий трех месяцев. Власти, повидимому, предполагали, что при таких обстоятельствах районному суду не требовалось указывать в постановлении от 26 апреля 2006 года срок содержания заявителя под стражей на период рассмотрения дела в суде.
53. Прежде всего, Суд отмечает, что 25 декабря 2006 года Президиум Московского городского суда отменил в порядке надзора постановление районного суда от 26 апреля 2006 года, оставленное в силе судом кассационной ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО про 1 ив РОССИИ» 19 инстанции 24 мая 2006 года, и направил дело на новое рассмотрение. Как подчеркивали Власти, Президиум Московского городского суда сослался в своем постановлении на некоторые процессуальные нарушения в отношении другого обвиняемого, а не заявителя. В этом контексте заявитель, безусловно, сохраняет статус «жертвы» от предполагаемого нарушения по смыслу статьи 34 Конвенции.
54. Кроме того, Суд отмечает, что выше в пункте 48 им было установлено, что национальное законодательство, согласно толкованию судебных органов Российской Федерации, содержало, в числе прочих непременных условий, условие, что содержание под стражей должно ограничиваться определенным сроком и что в отсутствие ограничения такого срока соответствующее постановление суда не может считаться соответствующим применимым нормам внутреннего уголовно-процессуального права (см., в подобном контексте, «Логвиненко против России» (Ьодутепко V. Кт81а), жалоба № 44511/04, § 37, постановление от 17 июня 2010 года). Суд считает, что этот вывод справедлив и в отношении постановления суда от 26 апреля 2006 года, и отвергает соответствующие доводы Властей.
55. Кроме того, Суд считает, что ситуация, в которой оказался заявитель в результате вынесения решения от 26 апреля 2006 года, была сравнима с ситуацией в результате вынесения постановления суда о г 28 апреля 2005 года, рассматривавшегося выше в пунктах 48-49. В частности, даже если предположить, что заявитель знал, что сроки, предусмотренные статьей 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, применимы, когда районный суд продлил срок его содержания под стражей 26 апреля 2006 года, то неясно - и Власти не предоставили никаких объяснений в этой связи, - знал ли заявитель о дате, когда его дело было передано в суд для рассмотрения, чтобы он мог вычислить шестимесячный срок содержания его под стражей на период рассмотрения дела в суде, предусмотренный вышеупомянутыми статьями. В любом 20 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» случае, как и в сделанном им выше выводе в пункте 50, Суд считает, что тот факт, что суд не указал срок, в течение которого заинтересованное лицо должно оставаться под стражей после того, как его дело передается в суд для рассмотрения, ставит :акое лицо в ситуацию неопределенности, так как шестимесячный срок является слишком долгим для того, чтобы безоговорочно применяться лишь на том основании, что уголовное дело было передано в суд для рассмотрения по существу.
Поэтому, по мнению Суда, содержание лица под стражей на основании такого постановления суда отчасти являтся произвольным.
56. С учетом вышеизложенного, Суд, таким образом, находит, что неуказание срока, на который было продлено содержание заявителя под стражей, в постановлении районного суда от 26 апреля 2006 года составило «грубое и очевидное нарушение», вследствие чего содержание заявителя под стражей в соответствии с этим постановлением являлось произвольным и, следовательно, «незаконным» по смыслу подпункта (с) пункта 1 статьи 5.
57.
Соответственно, имело место нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5 в этой связи.
И.
ПРЕДПОЛЛ1АЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 3 СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ 58. Заявитель жаловался, что национальные суды не смогли привести достаточных оснований для его продолжительного предварительного содержания под стражей. Он ссылался на пункт 3 статьи 5 Конвенции, который предусматривает:
«3. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с положениями подпункта (с) пункта 1 настоящей статьи ...
имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда...» А. Доводы сторон 59. Заявитель настаивал на том, чю при продлении срока его содержания под стражей национальные суды не ПОСТАНОВЛЕНИЕ НО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 21 привели достаточных относящихся к делу оснований. На протяжении всего периода содержания под стражей, как в период следствия, так и на период рассмотрения дела в суде, суды в основном ссылались на тяжесть выдвинутых против заявителя обвинений, указывая, что он обвиняется в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы. Заявитель утверждал, что, таким образом, он фактически содержался под стражей в ожидании наказания в виде лишения свободы.
60. Он также указал, что национальные суды утверждали, в общих чертах, что заявитель мог скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью или иным способом воспрепятствовать производству по уголовному делу. Тем не менее, они так и не указали оснований и не предоставили более подробные объяснения или доказательства в обоснование соответствующих постановлений.
Заявитель также утверждал, что национальные суды неоднократно пренебрегали его доводами в пользу его освобождения при условии применения другой меры пресечения. В частности, они никогда не принимали во внимание его доводы о том, что он может гарантировать свое надлежащее поведение в случае освобождения, отсутствие предыдущих судимостей, его сложившиеся социальные связи и положительные характеристики. Заявитель также утверждал, что содержание его под стражей длилось почти два года, и настаивал на том, что власти не проявили должного усердия при производстве по его уголовному делу. Таким образом, он утверждал, что национальные власти не обосновали его длительное содержание под стражей, в нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции.
61. Власти утверждали, что имелись относящиеся к делу и достаточные основания для дальнейшего содержания заявителя под стражей. По их утверждению, национальные суды учли тяжесть выдвинутых против заявителя обвинений и его личность. У них имелись основания полагать, что заявитель может скрыться от правосудия или иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, ввиду, 22 П О П АНОВЛЕНИЫК) Д1 ЛУ «ФЕДОРЕНКО прогни РОССИИ» в частности, того, что рассматриваемое уголовное дело было возбуждено против нескольких лиц, личность одного из этих лиц установить не удалось и никаких мер пресечения в отношении другого из них не применялось. Таким образом, Власти настаивали, что нарушение пункта 3 статьи 5 в настоящем деле отсутствует.
Б. Оценка Суда 1. Приемлемость 62. Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта (а) пункта 3 статьи 35 Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
2. Существо жалобы 63. Согласно сложившейся прецедентной практике Суда, при определении продолжительности срока содержания под стражей в свете требований пункта 3 статьи 5 Конвенции подлежащий рассмотрению период начинается с момента помещения обвиняемого под стражу и завершается днем вынесения приговора, хотя бы только судом первой инстанции (см. «Белевицкий против России» (Ве/^/АШу у. Лг/м/д), жалоба № 72967/01, § 99, постановление от 1 марта 2007 года).
64. В настоящем деле содержание заявителя под стражей длилось с 27 апреля 2005 года, когда он был задержан, до 16 апреля 2007 года, когда он был осужден судом первой инстанции, то есть в течение одного года, одиннадцати месяцев и двадцати дней. В этой связи Суд отмечает, что выше он установил, что содержание заявителя под стражей в период с 28 апреля по 23 июня 2005 года и с 26 апреля по 22 сентября 2006 года было незаконным и, следовательно, представляло собой нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5 Конвенции. В свете этих выводов, в принципе, может быть необходимым разрешение вопроса, с точки зрения пункта 3 статьи 5 Конвенции, достаточности и ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО Д1ЛУ «ФЕДОР1 НКО против РОССИИ» 23 относимости оснований, приведенных национальным судом в обоснование применения к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу в течение этих двух периодов.
Тем не менее, для полной ясности Суд считает целесообразным рассмотреть весь период содержания заявителя под стражей.
65. Суд готов признать, что содержание заявителя под стражей в настоящем деле могло изначально оправдываться обоснованным подозрением, что он причастен к совершению уголовного преступления. В этой связи Суд повторяет, что неизменность обоснованного подозрения в том, что задержанный совершил преступление, является определяющим условием ($1пе диа поп) законности дальнейшего содержания под стражей. Однако по прошествии времени оно перестает быть достаточным. В таких делах Суд должен установить, оправдывают ли продолжение лишения свободы другие основания, приведенные судебными органами. Если такие основания являются «относимыми» и «достаточными», Суд должен также удостовериться в том, что компетентные национальные органы проявили «особое усердие» в проведении уголовного судопроизводства (см. «Лабита против Италии» (ЬаЫт V. 1%а\у ) [ОС], жалоба № 26772/95, §§ 152-153, ЕС1ТЧ 2000-1У).
66.
В настоящем деле национальные суды санкционировали продление срока содержания заявителя под стражей десять раз, основываясь, в основном, на тяжести предъявленных ему обвинений и на опасности того, что в случае освобождения он скроется, окажет влияние на свидетелей, воспрепятствует ходу проведения расследования или повторно нарушит закон (см. выше пункты 15-21, 23-24 и 26).
67. Что касается ссылки судов на тяжесть обвинений как на решающий фактор, Суд неоднократно постановлял, что тяжесть обвинений не может сама по себе служить оправданием длительных сроков содержания под стражей (см., в том числе, «Худоеров против России» (КкиЗоуогоу V.
Лкдаш), жалоба № 6847/02, § 180, ССПЧ 2005-Х 24 ПОСТАНОВЛГНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЬДОРЕНКО про,ив РОССИИ» (выдержки)). Хотя суровость возможного приговора является важным фактором при оценке вероятности побега или повторного нарушения закона, необходимость продления срока лишения свободы не может оцениваться исключительно с абстрактной точки зрения, когда во внимание принимается одна лишь тяжесть преступления.
Также продление срока содержания под стражей не должно предвосхищать наказание в виде лишения свободы (см.
«Летелье против Франции» (ЬеЫПег V. Ргапсё), постановление от 26 июня 1991 года, § 51, Серия Л № 207;
«Панченко против России» {Рапскепко V. Кшзга), жалоба № 45100/98, § 102, постановление от 8 февраля 2005 года;
«Горал против Польши» {Сога1 V. Ро1апй), жалоба № 38654/97, § 68, постановление от 30 октября 2003 года; и «Илийков против Болгарии» (Пукоу V. Ви1%аг!а), жалоба № 33977/96, §81, постановление от 26 июля 2001 года). Это особенно важно в таких делах, как настоящее дело, где правовая квалификация фактов, а следовательно, и грозящего заявителю наказания, была определена обвинением без судебного исследования вопроса о том, подкрепляют ли собранные доказательства обоснованное подозрение в том, что заявитель совершил инкриминируемое преступление (см. «Рохлина против России» {КокЫта V. Яшма), жалоба № 54071/00, §66, постановление от 7 апреля 2005 года).
68. Остается установить, удалось ли национальным судам установить и убедительно продемонстрировать существование конкретных фактов в подтверждение своих выводов о том, что заявитель мог скрыться, оказать влияние на свидетелей, воспрепятствовать отправлению правосудия или совершить новое преступление. Суд повторяет в этой связи, что на национальных властях лежит обязанность установить существование конкретных фактов, которые могут стать основанием для продления срока содержания под стражей. Перекладывание бремени доказывания на задержанное лицо в таких случаях приравнивается к отмене положений статьи 5 Конвенции, которая признает содержание под стражей исключительным случаем ПОСТА! ЮВЛСНИГ I Ю ДЕЛУ «Ф\ ДОРЕНКО против РОССИИ» 25 отступления от права на свободу, допустимым лишь в строго определенных случаях, перечень которых является исчерпывающим (см. упоминавшееся выше постановление по делу Рохлиной {РокЫта ), § 67, и упоминавшееся выше постановление по делу Илийкова (Ш/коу), §§ 84-85).
69. Суд отмечает в этой связи, что национальные суды, главным образом, оценивали опасность того, что заявитель мог скрыться, оказать влияние на свидетелей, воспрепятствовать проведению расследования или повторно нарушить закон, преимущественно ссылаясь на «личность» заявителя и обстоятелыхва его уголовного дела. Однако национальные суды ни разу не дали подробной харак геристики личности заявителя, не раскрыли доказательств или конкретных фактов по делу заявителя, требующих продления срока содержания под стражей.
Судебные органы ни разу не указали, почему, несмотря на доводы, выдвинутые заявителем в обоснование своих ходатайств об освобождении, они считали, чго существует угроза его побега, оказания им влияния на свидетелей, воспрепятствования правосудию или повторного совершения нарушения и что этот риск является решающим фактором. Более того, предварительное следствие по настоящему делу завершилось 17 апреля 2006 года, но заявитель оставался под стражей еще один год, до 16 апреля 2007 года; в течение этого периода суды в своих решениях о продлении срока содержания заявителя под стражей на период рассмотрения уголовного дела в суде просто указывали, что оснований для отмены или изменения меры пресечения в отношении заявителя не имеется, так как «обстоятельства, которые были приняты судом во внимание при санкционировании применении к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу, не изменились» (см. выше пункты 23-24 и 26), Суд напоминает в этой связи, что если на начальных этапах расследования риск вмешательства обвиняемого в отправление правосудия мог оправдать содержание ею под стражей, то после того, как были собраны доказательства, это основание стало не таким очевидным (см. «Мамедова против России» (Матес/оуа у.
26 ПОСТАНОВЯТ-! 1ИЕ ПО ДЕЛУ «ФЬДОРЕНКО прогив РОССИИ^ Киззга), жалоба № 7064/05, § 79, постановление от 1 июня 2006 года).
70. Суд отмечает, ч ч о, рассматривая вопрос о законности и обоснованности содержания заявителя под стражей, национальные суды также ссылались на тот факт, что другие обвиняемые по данному делу подозревались в совершении другого тяжкого уголовного преступления (см.
выше пункт 17). Суд вновь повторяет в этой связи, что поведение сообвиняемого не может быть решающим фактором при оценке риска того, что заключенный скроется.
Такая оценка должна быть основана на личных характеристиках заключенного (см. упоминавшееся выше постановление по делу Мамедовой {Матеёоуа), § 76).
71. Кроме того, Суд подчеркивает, что, согласно пункту 3 статьи 5, при решении вопроса о том, подлежит ли лицо освобождению или заключению под стражу, власти обязаны рассмотреть альтернативные меры обеспечения явки этого лица в суд (см. «Сулаойя против Эстонии» (5и1ао/а у. ЕзТот'а), жалоба № 55939/00, § 64, постановление от 15 февраля 2005 года, и «Яблонски против Польши» ,]аЫотЫ У. Ро1апс1, жалоба № 33492/96, § 83, постановление от 21 декабря 2000 года). Представляется, что в течение рассматриваемого периода власти так и не рассмотрели возможность обеспечения явки заявителя при помощи применения других «мер пресечения» - таких как подписка о невыезде или залог - которые непосредственно предусмотрены законодательством Российской Федерации для обеспечения надлежащего осуществления уголовного судопроизводства, или что они, как минимум, не стремились объяснить в своих постановлениях, почему данные альтернативные меры пресечения не могут обеспечить надлежащий ход судебного разбирательства.
72. Принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении материалы, Суд не убежден, что постановления национальных судов были основаны на анализе всех относящихся к делу фактов. Суд согласен с заявителем в том, что власти не приняли во внимание доводы в пользу его освобождения во время рассмотрения П0С 1АН0ВЛЕНИТ ПО ДЕЛУ «ФНДОРЫ1КО прошв РОССИИ» 27 дела судом, такие как, например, отсутствие предыдущих судимостей или обязательство его отца внести сумму для освобождения заявителя под залог. При продлении срока содержания заявителя под стражей на основании одинаковых или аналогично сформулированных постановлений о заключении под стражу национальные власти не уделили должною внимания его индивидуальным обстоятельствам.
73. В целом, Суд считает, что, не сославшись на конкретные факты, имеющие отношение к делу, не рассмотрев возможность применения альтернативных «мер пресечения» и ссылаясь в основном на тяжесть обвинений, власти продлевали срок содержания заявителя под стражей по основаниям, которые не могут считаться «достаточными». Таким образом, власти не обосновали продление срока лишения свободы в отношении заявителя.
При таких обстоятельствах нет необходимости решать вопрос о том, являлось ли дело сложным, и о том, осуществлялось ли производство с «особым усердием».
74. С учетом вышеуказанного соображения, Суд устанавливает, что имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции.
III.
ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 4 СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ IV.
75. Заявитель жаловался, что его кассационная жалоба на постановление суда от 28 апреля 2005 года, которым к нему была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, не была рассмотрена судом кассационной инстанции безотлагательно. Он ссылался на пункт 4 статьи 5 Конвенции, который гласит:
«4. Каждый, кто лишен свободы в резулыате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлага I ел ьное рассмотрение судом правомерности его заключения под сграж> и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным».
76. Заявитель указал, что Московскому городскому суду потребовалось двадцать два дня на то, чтобы рассмотреть его кассационную жалобу от 3 мая 2005 года на 28 ПОСТА! ЮВЛЬНИЬ ПО Д1 ЛУ «Ф1 ДОР! 11КО прении РОС СИИ» постановление суда от 28 апреля 2005 года, которым была применена мера пресечения в виде заключения под стражу.
Он признал, что свое ходатайство об обеспечении его присутствия при рассмотрении его кассационной жалобы он внес 16 мая 2005 года, но утверждал, что не было никаких оснований откладывать рассмотрение его кассационной жалобы, первоначально назначенное на 17 мая 2005 года, на 25 мая 2005 года. По ею мнению, власти могли доставить его в судебное заседание на следующий день после того, как он внес ходатайство, с учетом того, что он находился под стажем, то есть под контролем государства. Таким образом, заявитель утверждал, что он не способствовал длительности рассмотрения его кассационной жалобы на постановление о заключении под стражу от 28 апреля 2005 года, и утверждал, что эта задержка была вызвана властями.
77. Власти настаивали, что задержек, связанных с властями, в рассмотрении кассационной жалобы заявителя от 3 мая 2005 года не было. Они заявили, в частности, что национальные власти первоначально назначили заседание суда кассационной инстанции на 17 мая 2005 года, поскольку они были связаны пунктом 2 статьи 376 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, который требует, чтобы стороны были проинформированы о времени и дате рассмотрения кассационной жалобы, по меньшей мере, за четырнадцать дней до судебного заседания. Однако 16 мая 2005 года, то есть за день до судебного заседания, заявитель подал ходатайство о своем личном присутствии на судебном заседании, и суд был вынужден отложить рассмотрение кассационной жалобы заявителя до 25 мая 2005 года, чтобы иметь возможность обеспечить его явку.
78. Кроме того, Власти утверждали, что в силу пункта 2 статьи 375 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, который, в соответепши с толкованием данной статьи, данным Копсти туциоппым Судом Российской Федерации, также применим в ситуации заявителя, заявитель должен был указам, в своей кассационной жалобе на постановление районного суда свое намерение принять ПОС IАНОВЛЕНИК ПО ДЕЛУ «ФЬДОРЬНКО прот ив РОССИИ» 29 участие в кассационном проиводстве. Кроме того, Власти отметили, что кассационная жалоба от 3 мая 2005 года не содержала никаких указаний в этой связи, хотя адвокаты заявителя, несомненно, знали о положениях пункта 2 статьи 375 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и могли проконсультировать заявителя по данному вопросу. Кроме того, Власти, по-видимому, утверждали, что заявитель умышленно внес свое ходатайство за день до судебного заседания, сделав попытку затянуть судебное разбирательство.
79. Таким образом, Власти настаивали, что они не несут ответственности за предположительно длительное рассмотрение кассационной жалобы от 3 мая 2005 года, и утверждали, что в настоящем деле не имело место нарушение пункта 4 статьи 5.
80. Суд напоминает, что пункт 4 статьи 5 Конвенции, гарантируя задержанным или содержащимся под стражей лицам право на возбуждение судопроизводства в целях оспаривания законности содержания под стражей, также предоставляет, после возбуждения такого судопроизводства, право на безотлагательное вынесение судебного решения по вопросу о законности содержания под стражей и его прекращения, если доказано, что содержание под стражей незаконно (см. «Мусял против Полыни» (Ми$'ю1 У. Ро1апс1), жалоба № 24557/94, § 43, ЕСПЧ 199941). Вопрос о том, было ли соблюдено право, гарантируемое пунктом 4 статьи 5, должен рассматриваться в свете обстоятельств каждого дела (см. «Ребок против Словении» (КекЬоск V. 81оуета), жалоба № 29462/95, § 84, ЕСПЧ 2000-ХП).
81. В настоящем деле стороны согласились, что защитник заявителя обжаловал постановление о первоначальном заключении под стражу от 28 апреля 2005 года 3 мая 2005 года и что рассмотрение данной кассационной жалобы Московским городским судом было назначено на 17 мая 2005 года, то есть в течение четырнадцати дней - срока, который представляется самым коротким законным сроком, возможным в соответствии с внутренним правом (см. выше пункт 35) - после получения 30 ПОСТАНОВЛЕНИИ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЬНКО ирожв РОССИИ» кассационной жалобы кассационным судом. Тем не менее, за день до заседания кассационного суда заявитель подал ходатайство с требованием, чтобы кассационный суд обеспечил его участие в судебном заседании. Последний удовлетворил ходатайство заявителя, но отложил судебное заседание до 25 мая 2005 года. Поэтому суду кассационной инстанции потребовалось двадцать два дня на то, чтобы рассмотреть кассационную жалобу заявителя на постановление о заключении его под стражу - срок, который сам по себе не представляется особенно длительным. Более того, ясно, что заявитель сам вызвал задержки в рассмотрении своей кассационной жалобы, подав ходатайство о личном участии в рассмотрении кассационной жалобы за день до того дня, на который было первоначально назначено заседание суда. В отсутствие объяснений со стороны заявителя в этой связи, Суд принимает довод Властей о том, что ничто не мешало заявителю, которому помогали два адвоката, выразить свое намерение принять участие в рассмотрении дела кассационным судом в кассационной жалобе от 3 мая 2005 года.
82. Кроме того, Суд не может согласиться с доводом заявителя о том, что не было необходимости откладывать судебное заседание, поскольку власти могли доставить его в суд на следующий день после того, как он внес ходатайство, с учетом того, что он находился под их контролем. В этой связи Суд не убежден, что от властей следует ожидать принятия мер к немедленной транспортировке в зал суда любого заключенного, который требует своего личного участия в судебном разбирательстве за день до назначенного судебного заседания, поскольку это не представляется достаточным уведомлением. Таким образом, Суд считает, что поведение заявителя действительно затянуло рассмотрение его кассационной жалобы и что в обстоятельствах настоящего дела данная его жалоба не поднимает вопрос о нарушении пункта 4 статьи 5 Конвенции.
ПОСТАНОВЛЕНА ИОЛ1 Л\ «Ф1 ДОР1 НКО прснив РОС СИИ» 31 83. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с подпунктом (а) пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
V.
ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 2 СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ 84. Заявитель жаловался, ссылаясь на пункт 2 статьи 6 Конвенции, что в постановлении районного суда от 28 апреля 2005 года, которым к нему была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, указывалось на то, что он совершил уголовное преступление, что нарушало презумпцию невиновности. Часть статьи 6, имеющая отношение к данному делу, гласит:
«2. Каждый обвиняемый в совершении уголовно! о преступления считается невиновным, до тех пор пока его виновность не будет установлена законным порядком».
А. Приемлемость 85. Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта (а) пункта 3 статьи 35 Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
Б. Существо жалобы 86. Заявитель указал, что рассматриваемое решение было принято до I ого, как ему официально были предъявлены обвинения, до того, как было завершено расследование, и прежде чем его уголовное дело было рассмотрено судом. Он утверждал, что, указав, что «он совершил тяжкое уголовное преступление», районный суд занял сторону обвинения и привлек его к уголовной ответственности до того, как ему было предъявлено уголовное обвинение, таким образом предопределив исход его уголовного дела.
87. Власти утверждали, что при рассмотрении кассационной жалобы заяви юля на постановление 32 ПОС1ЛИОВЛН1И1 ПОДЬЛУ «ФЕДОРЕНКОпрошнРОССИИ» районного суда от 28 апреля 2005 года Московский городской суд в своем постановлении от 25 мая 2005 года отклонил жалобу заявителя как необоснованную, заявив, в частности, что районный суд допустил «техническую ошибку», и не предрешил исход уголовного разбирательства в отношении заявителя. Власти настаивали, что нет никаких оснований полагать, что районный суд действовал недобросовестно или небрежно, указав, что заявитель «совершил тяжкое уголовное преступление».
88. Суд повторяет, что презумпция невиновности, закрепленная в пункте 2 статьи 6 Конвенции, является одним из элементов справедливого судебного разбирательства, проведения которого требует пункт 1 статьи 6 (см. «Аллепс дс Рибемон против Франции» (АНепе1 йе ШЪетоЫ V. Ргапсе), постановление от 10 февраля 1995 года, § 35, Серия А № 308, и «Арриго и Велла против Мальты» (Лт'§о апй УеПа V. Мака) (с1ес), жалоба № 6569/04, от 10 мая 2005 года). Этот принцип нарушается, если заявление государственного должностного лица в отношении лица, обвиняемого в совершении уголовного преступления, отражает мнение о его виновности до того, как его вина была доказана в соответсч вии с законом.
Наличие любой аргументации, намекающей на то, что должностное лицо считает обвиняемого виновным даже в отсутствие любого формального постановления, является достаточным основанием для этого. Необходимо провести фундаментальное разграничение между заявлением о том, что кто-либо лишь подозревается в совершении преступления, и ясным заявлением, в отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора, о том, что указанное преступление было совершено данным лицом. В этой связи Суд подчеркивает важность того, чтобы государственные должностные лица ответственно относились к формулировкам, до того момента, как лицо будет предано суду и осуждено за совершение преступления (см., в том числе, «Исмоилов и другие против России» {18тоИоу апй 01кег$ у. Кшз1а), жалоба № 2947/06, §§ 161 и 166, постановление от 24 апреля 2008 года). Вопрос о том, ПОСТАНОВЛЕ НИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕ! 1КО против РОССИИ» 33 противоречит ли заявление государственного должностного лица принципу презумпции невиновности, должен рассматриваться в контексте конкретных обстоятельств, в которых было сделано оспариваемое заявление (см.
«Дактарас против Литвы» (ОакШгаз У. ЬИкиата), жалоба № 42095/98, § 43, ЕСПЧ 2000-Х).
89. В настоящем деле Суд отмечаем что постановление, на которое жаловался заявитель, было вынесено на следующий день после того, как заявитель был задержан сотрудниками милиции. Хотя в то время против него не было выдвинуто никаких официальных обвинений, его задержание и заключение под стражу являлись частью расследования и превратили его в лицо, «которому было предъявлено обвинение в совершении уголовного преступления» по смыслу пункта 2 статьи 6. Оспариваемое заявление районного суда прямо связано с данным расследованием, поэтому пункт 2 статьи 6 применим в настоящем деле (см. «Аллене де Рибемон против Франции» (АИепеХ Зе ШЬетоШ у, Ргапсе), постановление от 10 февраля 1995 года, § 37, Серия А № 308).
90. Суд также отмечает, что в постановлении от 28 апреля 2005 года районный суд принял решение о применении к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражей, поскольку он «совершил тяжкое уголовное преступление, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет» (см. выше пункт 10). Заявление не ограничивалось описанием «подозрения» в отношении заявителя; в том его виде оно было представлено без всяких оговорок как установленный факт, что заявитель причастен к совершению тяжкого преступления.
91. Суд не может согласиться с доводом Властей о том, что «это была техническая ошибка», как заявил Московский городской суд при рассмотрении кассационной жалобы (см. выше пункт 13). В этой связи Суд отмечает, что кассационный суд не представил никаких объяснений относительно оснований, по которым он сделал соответствующий вывод. Он также не указал, можно ли 34 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОР1 НкО против РОССИИ» объяснить «ошибку», на ко юрую он ссылался, некорректным цитированием слов судьи Б. районного суда, либо опечаткой при подготовке печатной версии постановления от 28 апреля 2005 года, либо какими-то иными причинами. Более того, кассационный суд не предпринял никаких попы 1 ок к изменению соответствующей формулировки постановления районного суда, не исправив тем самым обжал)емый недочет.
92. В свете вышеизложенного, Суд считает, что формулировка постановления районного суда о! 28 апреля 2005 года и, в частности, его указание на го, что заявитель «совершил тяжкое уголовное преступление», в отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора были равносильны признанию виновности заявителя и нарушили его право на презумпцию невиновности.
93. Соответственно, имело место нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции.
VI.
ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ 94. Наконец, заявитель жар шалея, что он не был своевременно уведомлен о выдвинутых против него обвинениях в нарушение пункта 2 статьи 5 и подпункта (а) пункта 3 статьи 6 Конвенции.
95. Принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении материалы, Суд считает, что данная часть жалобы не содержит пр] I шаков нарушения положений Конвенции. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с подпунктом (а) пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
VII.
ПРИМЕНЕНИИ СТА1 ЬИ 41 КОНВЕН1 ЩИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «Ф1 Ч01Ч ИКС) против РОССИИ» 35 96. Статья 41 Конвенции предусматривав!:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий данного нарушения, С>д, в случае необходимости, присуждаем справедливую компенсацию потерпевшей сторона А. Ущерб /. Материальный ущс{ и 97. Заявитель требован. 463 473 российских рублей 22 копейки, около 11 400 с ро, в качестве компенсации материального ущерба, заяви к, чю его семья потратила эту сумму при отправке ему доголшпельного питания, одежды и сигарет во время содер>к1 ш под стражей и при покупке железнодорожных билетов Он шкже требовал 136 080 рублей (около 3 400 с ч } в качестве компенсации у Iраненного заработка за _и, период содержания под стражей.
98.
Власти оспо, ш зто требование как необоснованное.
99. Суд не усматриваем ч пи чинно-следственной связи между установленными н .с: иями и предполагаемым материальным ущербом, и ,,ом\ он отклоняет данное требование (см. «Иечюс про ли Л швы» (./еегш У ЬИкиата), жалоба № 34578/97, , и 1-й, ЕСПЧ 2000-1Х, и упоминавшееся выше носи < тление по делу Худоерова (А%кдкуогоу), §§219-21).
2. Моральный вред 100. Заявитель гр^ 50 евро за каждый из дней под стражей, как установил пункта 1 статьи 5, и 49 ()' прав в качестве компенсации 101. Власти оспорили утверждая, что буде: дось и* >мпенсации в размере 'о которых он содержался . ь нарушение подпункта (с) * ;а другие нарушения его /| .ьного вреда.
1 соование как чрезмерное, ,(знания нару1пения.
36 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ «ФЕДОРЕНКО против РОССИИ» 102. Суд отмечает, что им было установлено нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5 в связи с содержанием заявителя под стражей в период с 27 апреля по 23 июня 2005 года и в период с 26 апреля по 22 сентября 2006 года, а также нарушение пункта 3 статьи 5 и пункта 2 статьи 6 Конвенции. Заявитель должен был испытать душевные мучения и страдания в связи с этими нарушениями его прав, которые не могут быть компенсированы одним лишь фактом признания нарушения.
Принимая во внимание указанные соображения и, исходя из принципа справедливости, Суд считает разумным присудить заявителю 15 000 евро по этому основанию плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с данной суммы.
Б. Судебные издержки и расходы 103. Заявитель также требовал 81 000 рублей (около 2 000 евро) в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательства в национальных судах. Он приложил копии своих договоров с адвокатами и квитанции, подтверждающие, что в разное время он выплатил им различные суммы.
104.
Влас I и оспорили это требование как необоснованное.
105. В соответствии с прецедентной практикой Суда, заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек лишь в той мере, в какой было доказано, что они были понесены действительно, по необходимости и были разумными по размеру. В настоящем деле, принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении документы и вышеуказанные критерии, Суд считает, что указанные расходы действительно были понесены. Кроме того, Суд считает их сумму разумной. Таким образом, Суд присуждает 2 000 евро, то есть всю сумму, которую требовал заявитель, по этому основанию, сумму в размере за вычетом 850 евро, уже полученную в виде юридической помощи от Совета Европы, плюс любой налог на всю эту сумму, который может взиматься с заявителя.
110С1АНОВЛН!ИЬ П О Д 1 Л \ «ФЦД0Р1 Н к О прожн РОСС ИИ» 17 В. Проценты за просрочку платежа 106.
Суд считает целесообразным установить процентную ставку за просрочку пла I ежа в размере предельной годовой ставки по займам Европейского Центрального банка плюс три процента.
ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1. Объявляет жалобу на нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5, касающуюся содержания заяви 1еля под с I ражей в период с 27 апреля по 23 июня 2005 юда и в период с 26 апреля по 22 сентября 2006 юда, и жалобы на нарушение пункта 3 статьи 5 и пункта 2 статьи 6 приемлемыми, а остальную часть жалобы - неприемлемой;
2. Постановляет, что имело место нарушение подпункта (с) пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с содержанием заявителя под с I ражей в период с 27 апреля по 23 июня 2005 года и в период с 26 апреля по 22 сентября 2006 года;
3. Постановляет, 3 ста1ьи 5 Конвенции;
что имело место нарушение пункта 4. Постановляет, 2 статьи 6 Конвенции;
что имело место нарушение пункта 5. Постановляет, (а) что Государство-ответчик обязано в течение трёх месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 сшгьи 44 Конвенции выплатить заявителю в российских рублях по курсу, установленному на день выплаты, следующие суммы:
([) 15 000 евро (пятнадцать тысяч евро) в качестве компенсации морального вреда;
(п) 1 150 евро (одна тысяча с ю пятьдесят евро) в качестве возмещения судебных расходов и издержек;
38 ПОСТ АНОВЛ1 НИ! ПО ДГЛУ «Ф1 ДОРГ И КО против РОССИИ» (ш) любые налоги, в том числе налог па добавленную стоимость, которые могут взиматься с указанных выше сумм;
(б) что по истечении вышеупомянутых трёх месяцев на присужденные суммы будут начисляться простые проценты в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центральною банка плюс фи процента;
6. Отклоняет остальные требования заявителя о справедливой компенсации.
Сое гавлено на ан1 лийском языке, уведомление направлено в письменном виде 20 сентября 2011 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Сорен Нильсен Секретарь Секции Нина Вайич Председатель Палаты