ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №209-811-12
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
об отказе в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции г. Москва 28 октября 2011 года Судья Верховного Суда Российской Федерации Королев Л.А., изучив надзорную жалобу Трушиной В. С. на решение Краснознаменного гарнизонного военного суда от 1 октября 2010 г. и кассационное определение 3 окружного военного суда от 15 ноября 2010 г. по заявлению капитана запаса Трушиной Виктории Семеновны об оспаривании действий жилищной комиссии Московского военного института радиоэлектроники Космических войск (МВИРЕ КВ), связанных с решением вопроса о постановке ее на жилищный учет, а также действий начальника МВИРЕ КВ, связанных с исключением заявительницы из списков личного состава института в связи с увольнением в запас,
установил:
Капитан запаса Трушина ВС. оспорила в судебном порядке решения жилищной комиссии МВИРЕ КВ от 10 сентября и 8 декабря 2009 года, связанные с отказом в признании ее нуждающейся в улучшении жилищных условий, а также действия начальника МВИРЕ КВ, связанные с изданием приказа об исключении ее из списков личного состава института в связи с увольнением в запас.
Из материалов дела видно, что Трушина просила признать незаконными приказы начальника МВИРЕ КВ от 13 мая и 15 июня 2010 года в части ее исключения из списков личного состава института, отменить эти приказы и восстановить в списках личного состава, обеспечив всеми полагающимися видами довольствия, а также присоединить к основному отпуску одни сутки, как нереализованные в связи с увольнением в запас. Признать незаконными и отменить решения жилищной комиссии института от 10 сентября и 8 декабря 2009 года, и обязать жилищную комиссию признать Трушину нуждающейся в получении жилого помещения для постоянного проживания. Выплатить премию за образцовое выполнение воинского долга за период нахождения в распоряжении начальника института, выплатить денежную компенсацию взамен вещевого имущества, а также взыскать с МВИРЕ КВ в ее пользу денежную компенсацию морального вреда в сумме 150 000 рублей и 200 рублей за уплаченную государственную пошлину.
Решением Краснознаменского гарнизонного военного суда от 1 октября 2010 года заявление Трушиной было удовлетворено частично. На начальника МВИРЕ КВ была возложена обязанность выплатить Трушиной денежную компенсацию вместо положенных к выдаче предметов вещевого имущества, а в остальной части заявленных требований отказано.
Кассационным определением 3 окружного военного суда от 15 ноября 2010 года указанное выше решение Краснознаменского гарнизонного военного суда было оставлено без изменения, а кассационная жалоба представителя Трушиной - без удовлетворения.
Определением судьи 3 окружного военного суда от 23 мая 2011 года в удовлетворении надзорной жалобы Трушиной о передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции было отказано.
В надзорной жалобе, адресованной в Военную коллегию Верховного Суда РФ, Трушина, ссылаясь на неисследованность основного предмета спора, приводит требования п. 4 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, и указывает, что при увольнении с военной службы ей не были доведены сроки представления к увольнению, не было предложено каких-либо иных должностей, хотя она добросовестно относилась к исполнению обязанностей военной службы, и у нее еще не истек контракт. По мнению автора жалобы, как в решении, так и в определении суда кассационной инстанции не дано оценки многочисленным нарушениям порядка увольнения ее с военной службы, задержки оформления предписания и поздней отправки ее личного дела в военкомат.
Не согласна Трушина и с оценкой в судебных постановлениях ее требований, связанных с признанием ее нуждающейся в улучшении жилищных условий, поскольку, по ее мнению, жилищной комиссией не было принято решения об отказе, а поэтому она обратилась в суд только после того, как начальником института при ее увольнении были нарушены ее права, хотя на самом деле жилищная комиссия института никакого решения по ее жилищному вопросу, вопреки требованиям ЖК РФ и приказа №80 МО РФ, не принимала.
Вместе с тем, Трушина указывает на то, что она была признана нуждающейся в улучшении жилищных условий, в связи с этим на нее, как на члена семьи военнослужащего, а также как на военнослужащую, было выделено жилье, которым она до настоящего времени не обеспечена, а поэтому в нарушение ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» уволена с военной службы незаконно, в связи с этим не согласна с имеющимися в обжалованных судебных постановлениях выводами о том, что ее жилищные права не нарушены.
Выражает Трушина несогласие и с принятыми решениями в части отказа ей в удовлетворении требований, связанных с невыплатой надбавки за работу с секретными сведениями, а также в отказе компенсации морального вреда.
Изучив доводы надзорной жалобы и материалы гражданского дела, нахожу, что оснований для ее удовлетворения не имеется.
Как видно из принятых судебных решений, Трушиной было отказано в удовлетворении ее требований, связанных с увольнением с военной службы без предоставления жилого помещения, на основании того, что заявительница, достоверно зная о принятых жилищной комиссией института решениях по ее рапортам о признании нуждающейся, с декабря 2009 года по сентябрь 2009 года в судебном порядке их не обжаловала. Таким образом, она, как это правильно установил гарнизонный военный суд, в соответствии со ст. 256 ГПК РФ, пропустила установленный законом срок для обжалования, а уважительных причин для его восстановления установлено не было.
Тем не менее, в обжалованных Трушиной постановлениях верно указано, что ее жилищные права при увольнении с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями фактически нарушены не были.
Так, Трушина состояла на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий. В отношении нее жилищной комиссией института было принято решение об обеспечении жилым помещением задолго до ее увольнения с военной службы.
Тот факт, что Трушина реально не вселилась в предоставленные ей, как члену семьи военнослужащего, и как военнослужащей, жилые помещения в виде двух- и трехкомнатной квартир, от командования института не зависит.
Тем более, что Трушина, как это видно из ее рапорта от 3 августа 2009 года избрала местом жительства гор. Краснознаменск Одинцовского района Московской области. В связи с этим жилым помещением она должна обеспечиваться в соответствии со ст. 23 и, соответственно, п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Как усматривается из материалов дела, именно в избранном после увольнения с военной службы месте жительства Трушиной и ее супругу было выделено жилье, то есть в городе Краснознаменске.
Не соответствуют материалам дела утверждения автора надзорной жалобы, что судами не была дана оценка нарушениям порядка увольнения.
Вопреки мнению Трушиной из принятых судебных постановлений видно, что приведенным в настоящей жалобе доводам, со ссылкой на нормы действующего законодательства, была дана надлежащая, юридически грамотная и обоснованная оценка. Правильность решения и кассационного определения с этой точки зрения сомнений не вызывают.
Каких-либо фундаментальных нарушений порядка увольнения в отношении Трушиной командованием допущено не было, в связи с чем ей обоснованно было отказано гарнизонным военным судом в удовлетворении заявления, а впоследствии окружным военным судом - кассационной жалобы.
Не могут за собой влечь отмену принятых судебных постановлений ссылки Трушиной на то, что при увольнении с военной службы ей не были доведены сроки представления к увольнению, не было предложено каких-либо иных должностей, хотя она добросовестно относилась к исполнению обязанностей военной службы, и у нее еще не истек контракт.
Как военнослужащей, с выслугой более 17 лет, Трушиной доподлинно должны были быть известны установленные законодательством, регулирующим статус военнослужащих, сроки представления к увольнению с военной службы и исключению в связи с этим из списков личного состава.
Что касается ее добросовестного исполнения служебных обязанностей, то командованием института при издании приказа №90 от 13 мая 2010 года это было учтено в полном объеме.
Из материалов дела усматривается, что 13 марта 2010 года на заседании аттестационной комиссии МВИРЕ КВ было принято решение о целесообразности увольнения Трушиной с военной службы, однако данное решение заявительницей не оспаривалось, то есть не было предметом судебного разбирательства, а поэтому данный довод в настоящее время не может являться основанием для пересмотра обжалованных ею в порядке надзора судебных постановлений.
Не соответствует действующему законодательству довод Трушиной, касающийся невыплаты ей процентной надбавки как военнослужащей, допущенной к государственной тайне.
Согласно требованиям п. 100 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил РФ ежемесячная процентная надбавка военнослужащим, допущенным к государственной тайне, не выплачивается при их нахождении в распоряжении соответствующих командиров (начальников) и за время отпуска, предоставляемого при увольнении с военной службы. Выплата надбавки прекращается со дня, следующего за днем освобождения от воинской должности.
Так, из материалов дела и принятых судебных постановлений видно, что Трушина, в связи с проводимыми организационно-штатными мероприятиями, была выведена в распоряжение начальника МВИРЕ КВ, а перед исключением из списков личного состава части убыла в отпуск пропорционально прослуженному времени в году увольнения.
Ее ссылки на то, что при исполнении служебных обязанностей она имела доступ к секретным сведениям, не обязывают работников финансовой службы производить выплату данной надбавки, а свидетельствует лишь о том, что Трушина не докладывала лицам, ответственным за ее назначение в наряд, о невозможности несения ею службы, как того требовал п.4 служебных обязанностей, утвержденных 4 декабря 2009 года начальником Московского ВИРЭ КВ (л.д. 73).
Не вызывает сомнений правильность обжалованных Трушиной судебных постановлений в части разрешения требований возмещения морального вреда.
в соответствии со ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» моральный вред подлежит возмещения лишь при восстановлении военнослужащего на военной службе. Поскольку Трушина не оспаривала своего увольнения с военной службы в связи с организационноштатными мероприятиями, то ни у суда первой, ни у суда кассационной инстанций не было оснований для удовлетворения этих заявленных требований. Согласно же действующему гражданскому законодательству возмещение морального вреда, в соответствии со ст. 151 ГК РФ, производится, если нарушены личные неимущественные права гражданина либо произошло посягательство на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
Обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о причинении Трушиной морального вреда при ее исключении из списков личного состава, при рассмотрении ее заявления установлено не было, не усматривается их и из материалов гражданского дела и в настоящее время.
Таким образом, поскольку изложенные в надзорной жалобе доводы в соответствии с федеральным законом не могут повлечь за собой возможность отмены судебных постановлений, так как они вынесены без существенных нарушений норм материального или процессуального права, то в передаче надзорной жалобы капитана запаса Трушиной В.С. о пересмотре вынесенных по её заявлению указанных выше судебных постановлений Краснознаменского гарнизонного военного суда и 3 окружного военного суда надлежит отказать.
На основании изложенного, не находя оснований для изменения или отмены обжалованных Трушиной судебных постановлений, руководствуясь п. 1ч. 2 ст. 381, 383 ГПК РФ,
определил:
в передаче надзорной жалобы капитана запаса Трушиной ВС. о пересмотре решения Краснознаменского гарнизонного военного суда от 1 октября 2010 г. и кассационного определения 3 окружного военного суда от 15 ноября 2010 г. для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции отказать.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Л.А.Королев