ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №20-011-22 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 22 сентября 2011 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Пелевина Н.П., судей Ворожцова С.А. и Шалумова М.С., при секретаре Кошкиной А.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осужденного Мамаева Р.К. на приговор Верховного суда Республики Дагестан от 10 июня 2011 года, которым Мамаев Руслан Камалутдинович, родившийся 10 апреля 1988 года в с. Какашура Карабудахкентского района Дагестанской АССР, гражданин РФ, ранее судимый:
03.12.2009 Карабудахкентским районным судом РД по ст. 158 ч. 2 пп. «а», «б», «в», 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год, осужден:
по ч. 2 ст. 134 УК РФ (эпизод в сауне) к 5 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
ч. 2 ст. 134 УК РФ (эпизод в гостинице) к 6 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.
2 В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено наказание 9 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
На основании ч. 4 ст. 74 и ст. 70 УК РФ условное осуждение по приговору от 03.12.2009 отменено и путем частичного присоединения неотбытого наказания по указанному приговору назначено окончательное наказание 10 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
Срок наказания постановлено исчислять с 5 июня 2010 г. с зачетом времени нахождения осужденного под стражей в период предварительного следствия.
Взыскано с осужденного в пользу законного представителя потерпевшей - Алихановой Р.Р. 70 000 руб. в порядке компенсации морального вреда, причиненного преступлениями.
Заслушав доклад судьи Шалумова М.С., объяснения осужденного Мамаева Р.К. в режиме видеоконференцсвязи, защитника Каневского Г.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Соломоновой В.А., полагавшей оставить приговор без изменения, Судебная коллегия
установила:
Мамаев Р.К. признан виновным в половых сношениях с Алихановой Д.Н., заведомо не достигшей 14-летнего возраста, имевших место 12 января 2010 г. в помещении сауны развлекательного комплекса «Приморская», расположенного на территории Ленинского района г. Махачкалы, а затем в период с 12 по 14 января 2010 г. в гостинице «Бутри», находящейся на территории Карабудахкентского района РД.
Преступления совершены изложенных в приговоре.
им при обстоятельствах, подробно В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный Мамаев Р.К., не оспаривая фактов половых сношений с потерпевшей в сауне и гостинице, высказывает несогласие с приговором как незаконным и необоснованным, ссылаясь на то, что в его основу положены непоследовательные и противоречивые показания потерпевшей Алихановой о том, что она до вступления в половую связь сообщала ему о своем 13-летнем возрасте и учебе в школе.
3 Подробно анализируя и сравнивая показания потерпевшей на предварительном следствии и в судебном заседании, детально описывает в жалобе все имеющиеся, по его мнению, противоречия в показаниях потерпевшей относительно тех или иных обстоятельств дела. Обращает внимание на то, что потерпевшая хорошо понимала то, что она делает, и заранее планировала свои встречи с ним, а ее показания свидетельствуют о стремлении оправдать свое поведение перед близкими.
В первоначальных показаниях она сначала пояснила, что он не спрашивал ее о возрасте, затем утверждала, что говорила ему о том, что 15 января 2010 г. ей исполнится 18 лет, затем стала говорить, что уже в сауне перед вступлением в половую связь сообщила ему о том, что ей 13 лет и что она учится в школе, а при повторном судебном разбирательстве стала утверждать, что сказала о своем возрасте ему и Гайдарову еще по пути в сауну. Однако его адвокат не заявил ходатайства об оглашении предыдущих показаний Алихановой, а он не знал о наличии у него такого права.
Ссылаясь на показания эксперта-психолога Гасанова К.З., делает вывод о том, что Алиханова не была откровенна в ответах на вопросы экспертапсихолога и заранее была к ним подготовлена.
На этом основании полагает показания потерпевшей о том, что она сообщала ему о своем 13-летнем возрасте, недостоверными, и утверждает, что исходя из внешнего вида Алихановой, ее поведения и разговоров с нею, он был уверен в том, что она совершеннолетняя.
Кроме того, не согласен с тем, как суд оценил в приговоре показания свидетелей Расуловой М.М., Маммаева Ж.Р., Гайдарова М.Г., необоснованно отвергнув их ввиду заинтересованности свидетелей. В то же время, показаниям свидетеля Исрапилова И.Ю. какой-либо оценки не дано.
Высказывает сомнения относительно того, что в судебном заседании допрашивалась именно Гаджимурадова Ж.Г. - классный руководитель потерпевшей, поскольку никакие документы от нее судом не истребовались, а также относительно обстоятельств составления школьной характеристики на потерпевшую.
Далее осужденный указывает на допущенные, по его мнению, нарушения уголовно-процессуального закона: необоснованное отклонение заявленного им отвода государственному обвинителю; предупреждение матери потерпевшей об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний; допрос потерпевшей в судебном заседании в его отсутствие; отказ суда дождаться адвоката Алиярова А.З., об участии которого по назначению суда он ходатайствовал, и который был временно занят в других судебных процессах.
С учетом приведенных доводов просит приговор отменить, дело прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления.
4 Изучив уголовное дело, проверив и обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным, но подлежащим изменению за несправедливостью вследствие чрезмерной суровости наказания, а кассационную жалобу осужденного подлежащей частичному удовлетворению.
В судебном заседании Мамаев свою вину в указанных преступлениях не признал, и показал, что, вступая в половую связь с потерпевшей, знал с ее слов, что ей исполнилось 18 лет, об этом же свидетельствовали внешний вид и поведение потерпевшей, о своем несовершеннолетии потерпевшая ему не говорила, и он этого не предполагал.
Несмотря на занятую Мамаевым позицию, суд пришел к обоснованному выводу о его виновности в половых сношениях с лицом, заведомо не достигшим 14-летнего возраста, который подтверждается достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, подробно изложенных в приговоре, и опровергающих в полном объеме приведенные выше показания Мамаева.
Так, потерпевшая Алиханова Д.Н., которой на момент случившегося еще не исполнилось 13 лет, в судебном заседании дала подробные показания об обстоятельствах вступления с нею в половую связь Мамаева. Она подтвердила, что действительно сначала, при первом общении по телефону с Мамаевым, сказала ему, что ей 18 лет. Однако затем, отвечая на вопросы Мамаева о ее возрасте, она призналась, что ей 13 лет и что она учится в 6-м классе. Этот разговор происходил в помещении сауны до того, как Мамаев совершил с нею половой акт. На наводящий вопрос защитника о том, говорила ли Алиханова Мамаеву о своем 13-летнем возрасте в машине по дороге в сауну, потерпевшая сначала ответила, что говорила, однако после оглашения ее первоначальных показаний, уточнила, что сказала Мамаеву об этом в помещении сауны, когда он стал домогаться ее.
Из показаний Алихановой на предварительном следствии (т. 1 л.д. 4148), оглашенных в судебном заседании по ходатайству защитника и полностью подтвержденных ею, следует, что они являются аналогичными и не содержат существенных противоречий с ее показаниями в суде. На предварительном следствии она также утверждала, что о своем 13-летнем возрасте сказала Мамаеву в сауне до того, как он вступил с нею в половую связь. Также она назвала следователю причины, в силу которых ее показания частично не сходятся с предыдущим объяснением, которое отбиралось у нее в спешке и было записано неточно.
5 Исследовав, проверив и оценив показания потерпевшей в совокупности с заключениями судебно-медицинской экспертизы, судебно-психологической экспертизы, и другими доказательствами, суд обоснованно признал эти показания достоверными, положив в основу приговора, за исключением утверждений потерпевшей о том, что Мамаев совершил половые акты против ее воли путем применения физического насилия, и привел в приговоре мотивы своих решений.
С данными решениями и мотивами их принятия Судебная коллегия полагает возможным согласиться, поскольку признанные судом достоверными показания Алихановой Д.Н. в целом являются последовательными, не содержат существенных противоречий, и подтверждаются другими материалами дела, а основания для оговора потерпевшей Мамаева не установлены.
Мать потерпевшей Алиханова Р.Р., классный руководитель Гаджимурадова Ж.Г. показали, что потерпевшая Алиханова внешне не сильно отличается от сверстниц и выглядит не старше 13-14 лет.
Проанализировав данные показания и убедившись во время судебного заседания в том, что внешний облик Алихановой Д.Н. действительно свидетельствует о недостижении ею 14 лет, суд пришел к обоснованным выводам о том, что малолетний возраст потерпевшей являлся очевидным для окружающих, в том числе для самого подсудимого, и, кроме того, он заведомо знал со слов потерпевшей о недостижении ею 14 лет до момента вступления с нею в половую связь. Поведение Алихановой, на которое обращает внимание Мамаев в кассационной жалобе, исследованное и оцененное судом в приговоре, также не давало каких-либо оснований полагать об ее ином, более взрослом, возрасте.
В этой связи Судебная коллегия полагает, что приведенные в кассационной жалобе доводы осужденного о недоказанности его умысла на вступление в половую связь с малолетней не основаны на материалах дела и полностью опровергаются ими.
Все доказательства надлежащим образом проверены и оценены судом.
При этом суд подробно мотивировал в приговоре, почему он принял вышеперечисленные доказательства, положив их в основу приговора, и отверг как недостоверные показания подсудимого Мамаева в свою защиту, а также критически отнесся к отдельным показаниям свидетелей Гайдарова М.Г., Маммаева Д.Р., Расуловой М.М., и сведениям, содержащимся в школьной характеристике на Алиханову Д.Н. Вопреки утверждению осужденного, суд правильно привел показания свидетеля Исрапилова И.Ю. в числе достоверных и не вызывающих сомнений, поскольку они содержат 6 сведения об обстоятельствах встреч Мамаева с Алихановой, и не противоречат уточненным показаниям потерпевшей о том, что разговор о ее малолетнем возрасте происходил не в машине, а в сауне.
Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.
Квалификация действий осужденного по каждому эпизоду, совершенному с самостоятельным умыслом, является правильной, основанной на исследованных в судебном заседании доказательствах и установленных судом фактических обстоятельствах дела, и соответствует требованиям уголовного закона.
В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому, его защитнику либо потерпевшей и ее законному представителю в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено, а доводы осужденного о наличии таких нарушений не соответствуют материалам дела.
Так, из протокола судебного заседания следует, что, поскольку Мамаев и его родственники не заключили соглашение на защиту с адвокатом Алияровым А.З., ему была назначена в качестве защитника адвокат Гаджимурадова Э.М., против участия которой Мамаев не возражал (т. 3 л.д.
207,209).
Защитник Гаджимурадова Э.М. предварительно изучила материалы дела, принимала активное участие в судебном разбирательстве, в интересах осужденного задавала вопросы потерпевшей и свидетелям, заявляла различные ходатайства, в том числе об оглашении показаний потерпевшей на предварительном следствии, вызове дополнительных свидетелей защиты, выступала в прениях, просив признать Мамаева невиновным, а Мамаев в последнем слове заявил, что полностью поддерживает выступление адвоката (т. 3 л.д. 250-251). Все это свидетельствует о том, что право Мамаева на защиту было обеспечено в полном объеме. Ему также разъяснялись все его процессуальные права, и он ими активно пользовался.
Заявленный подсудимым отвод государственному обвинителю рассмотрен судом и обоснованно отклонен, поскольку обстоятельств, исключающих повторное участие данного обвинителя в рассмотрении данного дела, не установлено.
7 Законному представителю потерпевшей Алихановой Р.Р. судом до начала допроса разъяснено право не свидетельствовать против себя и своих близких, и только после того, как она согласилась давать показания, в установленном законом разъяснена под расписку уголовная ответственность свидетеля.
Допрос потерпевшей производился в отсутствие подсудимого в соответствии с требованиями ст. 280 УПК РФ. После допроса Мамаев ознакомился с записью в протоколе судебного заседания показаний Алихановой, заданными ей адвокатом вопросами и заявленными адвокатом ходатайствами, и, при необходимости, имел возможность сам заявить какиелибо ходатайства или замечания, однако этого не сделал.
Обстоятельства, связанные с составлением школьной характеристики на Алиханову, были выяснены судом с достаточной полнотой, с этой целью допрошена классный руководитель Гаджимурадова Ж.Г., личность которой была предварительно установлена.
Гражданский иск разрешен судом в соответствии нормами материального и процессуального права. Размер компенсации морального вреда определен с учетом характера и степени причиненных потерпевшей Алихановой и ее матери нравственных страданий, при соблюдении требований разумности и справедливости.
Что же касается назначенного Мамаеву наказания, то оно, по мнению Судебной коллегии, является по своему размеру явно несправедливым вследствие чрезмерной суровости, поскольку назначено без учета тяжести преступления и личности осужденного.
Согласно приговору, суд, рассматривая вопрос о наказании, не установил наличие отягчающих наказание Мамаева обстоятельств, в то же время признал смягчающим обстоятельством наличие у него на иждивении малолетней дочери, а также указал о том, что по месту работы и жительства Мамаев характеризуется положительно. Никаких отрицательных сведений о личности и поведении Мамаева суд не установил и в приговоре не привел.
Каких-либо мотивов, по которым суд при таких обстоятельствах решил назначить Мамаеву по каждому эпизоду преступлений наказания, близкие к максимальным пределам санкции части 2 статьи 134 УК РФ, предусматривающей наказание от 3 до 7 лет лишения свободы, в приговоре не содержится.
8 По этим причинам назначенные Мамаеву как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений и приговоров наказания подлежат смягчению.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного суда Республики Дагестан от 10 июня 2011 года в отношении Мамаева Руслана Камалутдиновича изменить:
смягчить наказания, назначенные по ч. 2 ст. 134 УК РФ (эпизод в сауне) до 4 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, по ч. 2 ст.
134 УК РФ (эпизод в гостинице) до 5 лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.
В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначить наказание 6 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к данному наказанию неотбытого наказания по приговору Карабудахкентского районного суда Республики Дагестан от 03.12.2009 назначить окончательное наказание 7 (семь) лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
В остальном приговор оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного Мамаева Р.К. - без удовлетворения.
Председательствующий Судьи а