ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 66-011-93 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 19 июля 2011 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судей при секретаре Червоткина А.С.
Ведерниковой О.Н., Зыкина В.Я.
Никулищиной А.А.
рассмотрела кассационное представление старшего помощника прокурора Васильева В.Ю. на определение Иркутского областного суда от 16 мая 2011 года, которым отменено постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 25 февраля 2011 года о выдаче Ниязова Ахмаджона Тошалиевича, 10 июня 1961 года рождения, гражданина Республики Узбекистан, для привлечения его к уголовной ответственности по п. «а» ч.З ст. 244-1 и ч.2 ст.244-2 УК Республики Узбекистан.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Ведерниковой О.Н., выступление адвоката Карпухина С В . и защитника Рябининой Е.З. об оставлении определения без изменения, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Кривоноговой Е.А. об отмене определения, судебная коллегия 2
установила:
Постановлением заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 25 февраля 2011 года было частично удовлетворено ходатайство Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан о выдаче правоохранительным органам Республики Узбекистан Ниязова А.Т. для привлечения его к уголовной ответственности за изготовление и распространение материалов, содержащих угрозу общественной безопасности и общественному порядку и за создание, руководство, участие в религиозных, экстремистских, сепаратистских, фундаменталистких или иных запрещенных организациях.
Ниязов А.Т. и его защитник - адвокат Скопинцев М.Д. обжаловали данное постановление в Иркутский областной суд.
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 16 мая 2011 года постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 25 февраля 2011 года о выдаче Ниязова А.Т.
правоохранительным органам Республики Узбекистан для привлечения его к уголовной ответственности отменено.
В кассационном представлении старший помощник прокурор Васильев В.Ю. считает, что обжалуемое определение подлежит отмене ввиду неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона, указывает на то, что Ниязов А.Т. гражданином Российской Федерации не является, имеет гражданство Республики Узбекистан, по политическим убеждениям или по признаку расы, вероисповедания, гражданства, национальности, принадлежности к определенной группе не преследовался и не преследуется, за предоставлением ему политического убежища, а также за приобретением статуса беженца в России до его задержания правоохранительными органами не обращался, правоохранительными органами Республики Узбекистан 27.04.2010 г. в отношении Ниязова А.Т.
вынесены постановления о привлечении к участию в качестве обвиняемого, при этом не может быть принято во внимание имеющееся в материалах не заверенное Генеральной прокуратурой Республики Узбекистан постановление о привлечении Ниязова в качестве обвиняемого (т.1 л.д.1112), вынесенное тем же самым следователем от того же числа и по тому же делу, которое было прислано в суд для сведения, в обоснование данного довода ссылается на требования Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22.01.1993 г.
Кроме того, прокурор считает, что вывод суда о том, что Ниязов А.Т. не подлежит выдаче в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, противоречит исследованным в суде материалам и судом неверно применен п.4 ч.1 ст.464 УПК РФ; выводы суда о том, что в случае выдачи Ниязова А.Т. он может подвергнуться пыткам, не основаны на 3 исследованных в судебном заседании материалах, ссылки на постановления Европейского суда по правам человека не имеют отношения к Ниязову А.Т., поскольку эти судебные решения выносились в отношении других лиц по обстоятельствам, относящимся к их конкретным уголовным делам; также указывает на наличие гарантий от имени Генерального прокурора Республики Узбекистан, согласно которым Ниязов в случае его выдачи не будет подвергнут пыткам, насилию, другому жестокому, бесчеловечному или унижающему честь и достоинство человека обращению, право на защиту будет ему обеспечено. Считает, что препятствий к выдаче Ниязова А.Т., предусмотренных ст.464 УПК РФ, не имеется. Просит определение отменить, материал в отношении Ниязова направить на новое судебное рассмотрение иным составом суда.
В возражениях на кассационное представление адвокат Шиверский СН. и общественный защитник Рябинина Е.З. просят определение оставить без изменения, а кассационное представление - без удовлетворения.
Проверив материалы об отказе в выдаче Ниязова А.Т. правоохрани тельным органам Республики Узбекистан, обсудив доводы кассационного представления и возражений на них, изучив материалы, приобщенные к делу в заседании суда кассационной инстанции по ходатайству сторон, судебная коллегия полагает необходимым кассационное представление оставить без удовлетворения.
В соответствии с п.4 ст.464 УПК РФ выдача лица не допускается, если в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено или приговор не может быть приведен в исполнение вследствие истечения сроков давности или по иному законному основанию;
Это положение закона корреспондирует ст. 10 Европейской конвенции о выдаче 1957 года и п. «б» ч.1 ст.57 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года, которые ратифицированы Российской Федерацией, и в силу положений ч.4 ст. 15 Конституции РФ, являются составной частью правовой системы страны, обладая приоритетом перед федеральными законами.
Согласно имеющемуся в представленных материалах постановлению о привлечении Ниязова в качестве обвиняемого от 27 апреля 2010 года (т.2. л.д.20), он обвиняется в том, что по предварительному сговору с другими лицами в период с 2000 по 2009 годы создал на территории Кувинского района Ферганской области организацию «Ислом жиходчилари» (Воины ислама), которую в качестве «Амира» возглавил Нажмитдинов, и совместно с активными членами организации «Исламское движение Узбекистана» Исланходжаевым Равшаном (по кличке Шокир), Фахрутдиновым Рухитдином, Махмудовым Шавкатом, занимались исламизацией общества в Узбекистане и дестабилизацией общественно- 4 политической обстановки, активно участвуя в пропаганде идей данной организации, и в её интересах публично призывая к неконституционному изменению существующего государственного строя, захвату власти, отстранению от власти законно избранных и назначенных представителей. Кроме того, Ниязов с сокрытием от таможенного контроля незаконно перемещал через границу Республики Узбекистан и распространял материалы, пропагандирующие религиозный экстремизм, сепаратизм, фундаментализм, а также занимался изготовлением, хранением и распространением сведений, литературы, СДдисков аналогичного содержания. Эти действия Ниязова в указанном постановлении, квалифицированы по ч.1 ст. 242, ст. 216, п. «а» ч.З ст. 244-1, ч. 2 ст.
244-2, ч.1 ст.246, п. «б» ч.З ст. 159 УК Республики Узбекистан.
Постановлением заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 25 февраля 2011 года (т.2 л.д.41-43) частично было удовлетворено ходатайство Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан и Ниязов был выдан правоохранительным органам этой республики для привлечения его к уголовной ответственности за изготовление и распространение материалов, содержащих угрозу общественной безопасности и общественному порядку по п. «а» ч.З ст. 244-1 УК Республики Узбекистан, что является наказуемым по российскому уголовному законодательству и соответствует ч.1 ст. 280 УК РФ (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности) и за создание, руководство, участие в религиозных, экстремистских, сепаратистских, фундаменталистских или иных запрещенных организациях по ч..2 ст. 244-2 УК Республики Узбекистан, что является наказуемым по российскому уголовному законодательству и соответствует ч.2 ст.282-2УК РФ (участие в деятельности экстремистской организации).
В выдаче Ниязова для привлечения к уголовной ответственности за контрабанду по ч.1 ст. 246 УК РУз; незаконную организацию общественных объединений или религиозных организаций по ст. 216 УК РУз; посягательства на конституционный строй Республики Узбекистан по п. «б» ч.З ст. 159 УК РУз;
организацию преступного сообщества по ч.1 ст. 242 УК РУз этим же постановлением было отказано.
Вместе с тем, в представленных материалах имеется и другое постановление о привлечении Ниязова в качестве обвиняемого (т.1 л.д.11-12), вынесенное тем же самым следователем от того же числа и по тому же делу, в котором указано, что Ниязов, являясь активным членом незаконной религиозной экстремистской организации «Ваххабизм» с 1996 по 1998 годы принимал активное участие во всех проводимых этой организацией запрещенных законом мероприятиях, занимался вовлечением в эту запрещенную организацию новых членов на территории Республики Узбекистан и Ферганской области. Кроме того, Ниязов во главе руководителей организации «Ваххабизм» Бобожонова У., Максудова О. и других, войдя в преступный сговор с другими членами 16 февраля 1999 года в городе Ташкенте, используя незаконно приобретенное огнестрельное оружие, участвовал в террористических актах. Эти действия Ниязова в указанном постановлении также 5 как и в первом постановлении, квалифицированы по чЛ ст. 242, ст. 216, п. «а» ч.З ст.
244-1, ч. 2 ст. 244-2, ч.1 ст.246, п. «б» ч.З ст. 159 УК Республики Узбекистан, то есть по тем же составам преступлений.
Таким образом, в материалах дела имеется два постановления о привлечении Ниязова А.Т. в качестве обвиняемого, вынесенные одним и тем же следователем, в один и тот же день и одному и тому же делу, тексты которых содержат существенные различия.
Проанализировав содержание данных постановлений о привлечении Ниязова в качестве обвиняемого, суд пришел к мнению, что различия в их содержании нельзя отнести на счет неточного перевода с узбекского языка на русский, поскольку содержание этих текстов разнится между собой по существу тех действий, за которые Ниязова намерены привлечь к уголовной ответственности в Республики Узбекистан.
В результате, суд пришел к обоснованному выводу о невозможности установить, за какие именно действия Ниязов будет привлечен к уголовной ответственности в случае выдачи его правоохранительным органам Республики Узбекистан.
Кроме того, принимая решение по данному делу, суд учел, что из текстов постановлений о возбуждении уголовного дела, об объявлении в розыск, об избрании мера пресечения, представленных запрашивающей стороной (т.1 л.д. 1314, 15-16,17-18), Ниязову инкриминируется участие именно в событиях, относящихся к периоду 1996 -1999 г.г., а уголовное дело возбуждено СУ УВД Ферганской области 31 марта 2010 года.
Однако, в этом случае в соответствии с законодательством Российской Федерации, Ниязов не подлежит уголовной ответственности по тем преступлениям, в совершении которых он обвиняется, в связи с истечением срока давности, что согласно п. 4 ч. 1 ст. 464 УПК РФ является основанием для отказа в выдаче лица.
Доводы кассационного представления о том, что не заверенное Генеральной прокуратурой Республики Узбекистан постановление о привлечении Ниязова в качестве обвиняемого (т.1 л.д.11-12), вынесенное тем же самым следователем от того же числа и по тому же делу, не может быть принято во внимание, являются несостоятельными.
Указанное постановление заверено подписями должностных лиц СУ УВД Ферганской области и ЛОВД на ст. Иркутск и скреплено печатью Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры, вследствие чего является официальным документом, оснований не доверять которому у суда не имелось.
На основе анализа противоречий в документах, имеющихся в деле, суд пришел к выводу о несоответствии инкриминируемых Ниязову в Республике Узбекистан действий его же действиям, за которые заместителем Генерального прокурора 6 Российской Федерации он выдан правоохранительным органам Республики Узбекистан, что лишило суд права признать экстрадицию Ниязова законной.
Ссылки в кассационном представлении на требования Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22.01.1993 г. в части действительности документов, принимаемых на территориях государств-участников данной конвенции, являются несостоятельными.
Согласно ст. 13 указанной выше Конвенции документы, которые на территории одной из Договаривающихся Сторон изготовлены или засвидетельствованы учреждением или специально на то уполномоченным лицом в пределах их компетенции и по установленной форме и скреплены гербовой печатью, принимаются на территориях других Договаривающихся Сторон без какого-либо специального удостоверения.
Судя по постановлению о привлечении Ниязова в качестве обвиняемого (т.1 л.д.11-12), вьшесенному тем же самым следователем от того же числа и по тому же делу, на нем имеется гербовая печать на узбекском языке, а сам документ заверен печатью Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры.
Доводы кассационного представления о том, что данный документ был прислан в суд для сведения и является недействительным, поскольку не имеет гербовых печатей Генеральной прокуратуры России ской Федерации и Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан, что является нарушением конвенционных требований, не могут быть приняты во внимание.
Восточно-Сибирская транспортная прокуратура является структурным подразделением Генеральной прокуратуры Российской Федерации и не доверять документам, заверенным печатью официального органа страны, у суда оснований не имелось.
Вопросы соблюдения внутреннего регламента направления в суд документов, истребуемых в порядке проверки экстрадиционных материалов, относятся к исключительной компетенции Генеральной прокуратуры Российской Федерации и сомневаться в подлинности представляемых в официальном порядке органами прокуратуры документов суд не вправе.
С учетом изложенного, с доводом кассационного представления о том, что препятствий к выдаче Ниязова А.Т., предусмотренных ст.464 УПК РФ, не имеется, нельзя согласиться.
Кроме того, следует учитывать, что статья 464 УПК РФ не содержит полного перечня всех оснований для отказа в выдаче.
Дополнительные основания для отказа в выдаче предусмотрены в отдельных федеральных законах и международных договорах РФ, в том числе в ст. 10 7 Федерального закона РФ «О беженцах» лицо, согласно которой лицо, ходатайствующее о признании беженцем не может быть возвращено против его воли на территорию государства своей гражданской принадлежности (своего прежнего обычного местожительства) при наличии обоснованных опасений стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства, национальности, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений.
При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что постановление заместителя Генерального прокурора РФ от 25 февраля 2011 года нельзя признать законным, поскольку данное решение принято после подачи ходатайства Ниязова о признании его беженцем и до принятия окончательного решения по указанному ходатайству.
Доводы представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации, принимавшего участие в заседании суда кассационной инстанции, о том, что Ниязов до настоящего времени решение УФМС России об отказе в предоставлении ему статуса беженца не обжаловал, просившей приобщить документы, подтверждающие указанные доводы, не могут быть приняты во внимание, поскольку не подтверждаются материалами дела, в которых имеется копия жалобы Ниязова от 02 мая 2011 года на решение УФМС по Иркутской области об отказе в признании беженцем на территории РФ (т.2 л.д. 190-193).
Поскольку сведений о принятии окончательного решения по данному вопросу в материалах дела не имелось и суду кассационной инстанции такие сведения представлены не были, судебная коллегия приходит к выводу, что судом принято правильное решение о наличии основания для отказа в выдаче, предусмотренных Федеральным законом «О беженцах», которое сохраняет свою значимость до настоящего времени.
Также, при принятии обжалуемого определения, суд правомерно сослался на положения международных договоров Российской Федерации, в том числе, статью 3 Конвенции о защите прав человека и основных свободах 1950 г., содержащую запрет пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, а также ст. 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 года, которая содержит прямой запрет высылать, возвращать или выдавать какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток.
Указанные выше международные договоры ратифицированы российской Федерацией и в силу ч.4 ст. 15 Конституции РФ обладают приоритетом перед федеральными законами.
В обоснование своих выводов о том, что экстрадиция Ниязова правоохранительным органам Республики Узбекистан влечет за собой серьезную 8 опасность подвергнуть его пыткам или бесчеловечному, унижающему достоинство обращению, суд сослался на постановления Европейского Суда по правам человека по делам «Исмаилов против России» от 24 апреля 2008 года, «Муминов против России» от 11 декабря 2008 года, «Юлдашев против России» от 8 июля 2010 года, в которых данный международный судебный орган пришел к выводу, что жестокое обращение с заключенными в Узбекистане является широко распространенной и устойчивой практикой, а дипломатические заверения не являются достаточными для обеспечения защиты против риска обращения с заключенными.
Доводы представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации, принимавшего участие в заседании суда кассационной инстанции о том, что суд не принял во внимание решение Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2003 года, которым организация «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), в сотрудничестве с которым обвиняется Ниязов, признана террористической и ее деятельность запрещена на территории Российской Федерации, также не могут служить основанием для отказа в выдаче, поскольку обоснованность предъявленных Ниязову А.Т. обвинений в обжалуемом судебном решении не оспаривается.
Принимая решение по данному вопросу, Судебная коллегия учитывает, что 05 мая 2011 года Председатель Палаты Европейского Суда по правам человека принял решение о применении по жалобе № 27843/11 «Ниязов против Российской Федерации» правила 39 Регламента суда (обеспечительные судебные меры), в соответствии с которым предписал властям Российской Федерации воздерживаться от каких-либо действий по высылке/экстрадиции/депортации или иному принудительному перемещению Ниязова А.Т. в Республику Узбекистан пока жалоба не будет рассмотрена Европейским Судом.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
определение Иркутского областного суда от 16 мая 2011 года в отношении Ниязова Ахмаджона Тошалиевича оставить без изменения, кассационное представление - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи: