ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №44-Д 11-9 ПОСТАНОВЛЕНИЕ о возбуждении надзорного производства г. М о с к в а « у » и ю л я 2011г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Толкаченко А.А., изучив надзорную жалобу адвоката Рычаговой Ю.В. о пересмотре приговора Индустриального районного суда г. Перми от 28 июля 2010 года и кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 23 сентября 2010 года,
установил:
по приговору Индустриального районного суда г. Перми от 28 июля 2010 года, Бердов Александр Николаевич, 12 мая 1978 года рождения, уроженец г. Перми, не судимый, осужден по ст. 228-1 ч.З п. «г» УК РФ к 8 годам лишения свободы; по ст.
228 ч.2 УК РФ к 4 годам лишения свободы. На основании ст. 69 ч.З УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно осужденному назначено 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 23 сентября 2010 года приговор оставлен без изменения.
По приговору суда Бердов признан виновным и осужден за незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, а также за незаконное хранение без цели сбыта наркотического средств в особо крупном размере.
Преступления осужденным совершены 14 мая 2010 года в г. Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
2 В надзорной жалобе адвокат Рычагова Ю.В., оспаривая законность и обоснованность состоявшихся в отношении Бердова судебных решений, ссылается на допущенные органами следствия существенные нарушения норм УПК РФ, выразившиеся в том, что дело в отношении Бердова по ст. 228-1 ч.З п.
«г» УК РФ не было возбуждено, что влечет признание доказательств, положенных в основу обвинения Бердова по ст. 228-1 ч.З п. «г» УК РФ, как недопустимых. Помимо этого в жалобе адвокат указывает, что в основу приговора положены противоречивые показания свидетеля Сокирко;
доказательств того, что наркотические средства, изъятые у Бердова и Сокирко, имеют один источник происхождения судом не приведено; не установлена судом и конкретная масса наркотического средства, приобретенного Сокирко у Бердова, а также утверждает, что выводы суда о виновности Бердова в незаконном сбыте наркотических средств основаны на предположениях.
Изучив уголовное дело, полагаю необходимым возбудить надзорное производство и передать надзорную жалобу адвоката Рычаговой Ю.В. на рассмотрение президиума Пермского краевого суда по следующим основаниям.
Как установлено судом в приговоре, в период до 14 мая 2010 года Бердов и неустановленное следствием лицо вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на незаконный сбыт наркотических средств и распределили между собой роли в совершении преступления. Осуществляя задуманное Бердов и неустановленное следствием лицо в один из дней до 14 мая 2010 года при неустановленных обстоятельствах незаконно приобрели героин массой не менее 8,521 грамм, с целью последующего незаконного сбыта, а также для личного употребления. Далее, как установлено судом, по предварительной договоренности с неустановленным следствием лицом, Бердов сбыл лицу, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, героин массой 3,636 грамм за 2500 рублей, а оставшееся наркотическое средство массой 4,885 грамм Бердов продолжал хранить для личного потребления до задержания его сотрудниками милиции.
Указанные действия осужденного Бердова судом квалифицированы по ст.
228-1 ч.З п. «г» УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, а также по ст. 228 ч.2 УК РФ как незаконное хранение наркотических средств без цели сбыта в особо крупном размере.
Вместе с тем, как видно из материалов дела, уголовное дело в отношении Бердова № 2345 было возбуждено по ст. 228 ч.2 УК РФ по факту обнаружения у Бердова в ходе его личного досмотра героина массой 4,885 грамм.
Что же касается факта сбыта Бердовым лицу, дело в отношении которого выделено в отдельное производство ( Сокирко), героина массой 3,636 грамм, то из материалов дела усматривается, что следователь постановлением от 21.06.2010 года выделил из уголовного дела № 2343, возбужденного в отношении Сокирко, уголовное дело в отношении Бердова по ст. 228-1 ч.З п.
«г» УК РФ, присвоив ему № 2960, а затем своим постановлением от 23.06. 2010 3 года, указав в нем, что 21.06.2010 года было возбуждено уголовное дело № 2960, соединил его в одно производство с уголовным делом № 2345/10, возбужденным также в отношении Бердова. При этом в постановлении о соединении уголовных дела следователь указал, что в совершении преступлений по данным уголовным делам подозревается Сокирко А.В.
Таким образом, из материалов дела следует, что дело в отношении Бердова по факту сбыта им лицу, дело в отношении которого выделено в отдельное производство ( Сокирко) наркотического средства массой 3,636 грамм не возбуждалось.
Вместе с тем, в соответствии со ст. 154 ч.З УПК РФ, выделение уголовного дело производится на основании постановления следователя или дознавателя. Если уголовное дело выделено в отдельное производство для производства предварительного расследования нового преступления или в отношении нового лица, то в постановлении должно содержаться решение о возбуждении уголовного дела в порядке, предусмотренном ст. 146 настоящего Кодекса.
Данные положения уголовно-процессуального закона не были приняты во внимание судом первой инстанции при выделении из уголовного дела, возбужденного в отношении Сокирко, уголовного дела в отношении нового лица, Бердова, по признакам преступления, предусмотренного ст. 228-1 ч.З п.
«г» УК РФ.
Суд кассационной инстанции, признавая факт отсутствия в постановлении следователя решения о возбуждении уголовного дела в отношении Бердова по ст. 228-1 ч.З п. «г» УК РФ, тем не менее, указал в своем определении, что по смыслу данного действия выделение означает разделение уголовного дела на два и решение о возбуждении нового уголовного дела является излишним, тем более, что это выделенное уголовное дело было соединено затем в одно производство с другим, связанным с ним уголовным делом в отношении Бердова.
Между тем, данные выводы суда кассационной инстанции не основаны на законе.
Более того, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, стадия возбуждения уголовного дела является обязательной; актом возбуждения уголовного дела начинается публичное уголовное преследование от имени государства в связи с совершенным преступленным деянием, что обеспечивает последующие процессуальные действия органов дознания, предварительного следствия, суда и одновременно влечет необходимость обеспечения права на защиту лица, в отношении которого осуществляется обвинительная деятельность. При этом уголовнопроцессуальный закон не содержит норм, позволяющих привлекать лицо в качестве подозреваемого или обвиняемого, а также изменять и дополнять ранее предъявленное обвинение в связи с совершением им преступления, по признакам которого дело не возбуждалось.
Напротив, Уголовнопроцессуальный кодекс Российской Федерации, предполагает необходимость соблюдения общих положений статей 140,146 и 153, в силу которых, при 4 наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, должно быть вынесено постановление о возбуждении уголовного дела, которое при наличии других уголовных дел о совершенных тем же лицом преступлениях может быть соединено с ними в одном производстве.
Как видно из материалов дела, предварительное следствие в отношении Бердова проводилось по факту возбуждения в отношении него уголовного дела по ст. 228 ч.2 УК РФ. Именно за незаконное хранение наркотических средств Бердову и было, затем предъявлено обвинение.
Что же касается преступления, предусмотренного ст. 228-1 ч.З п. «г» УК РФ, инкриминируемого Бердову, то данное преступление по своим признакам отличается от ранее предъявленного, осужденному, и образует, таким образом, самостоятельное преступление, по которому необходимо проводить предварительное расследование.
Кроме того, суд, в обоснование своих выводов о виновности Бердова в незаконном сбыте наркотических средств Сокирко, сослался в приговоре лишь на показания свидетеля Сокирко о том, что он договорился с Пановым о покупке 5 грамм героина за 2500 рублей. Однако на встречу пришел не Панов, а Бердов, который и передал ему наркотические средства. После того как его задержали сотрудники милиции, он согласился изобличить сбытчиков, позвонил Панову, попросил еще 5 грамм героина и договорился о встрече.
Через некоторое время он увидел, что из дома вышел Бердов. На него он и указал сотрудникам милиции, сообщив, что Бердов несет ему героин.
Вместе с тем, изложенные свидетелем обстоятельства противоречат выводам суда, установленным в приговоре о том, что у задержанного Бердова, на которого указал Сокирко, было обнаружено и изъято наркотическое средство, которое, как установил суд, осужденный хранил для личного потребления.
Помимо этого, в своих показаниях в ходе следствия Сокирко утверждал, что героин ему вынес первый раз не Бердов, а Панов.
Однако данные показания свидетеля не были исследованы в судебном заседании и имеющиеся противоречия не выяснены и не оценены.
Не были обнаружены у Бердова и денежные средства в сумме 2500 рублей, полученные от Сокирко за сбыт последнему героина.
Что же касается ссылки суда на показания свидетеля Атаманова, то его показания являются лишь производными от показаний свидетеля Сокирко.
Кроме того, суд, установив, что изначально Бердовым совместно с неустановленным следствием лицом был приобретено 8,521 грамм, из которых часть была сбыта Сокирко, а часть обнаружена у Бердова, тем не менее, не принял во внимание и надлежащим образом не оценил тот факт, что героин, изъятый у Бердова и изъятый у Сокирко имели разную упаковку. При этом экспертиза, относительно установления является ли изъятый у Бердова и Сокирко героин тем наркотическим средством, которое, как установлено судом, было приобретено Бердовым и неустановленным следствием лицом с целью сбыта и личного потребления, не проводилась.
5 Квалифицируя действия осужденного по признаку совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, суд в приговоре указал на согласованность действий Бердова и неустановленного следствием лица.
Между тем, преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.
Однако доказательств того, что Бердов и неустановленное следствием лицо заранее договорились о сбыте наркотических средств, судом в приговоре не приведено. Отсутствуют они и в материалах дела.
В соответствии с законом обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, он должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.
При таких обстоятельствах, изложенные в надзорной жалобе доводы адвоката Рычаговой Ю.В. о пересмотре состоявшихся в отношении Бердова А.Н. судебных решений являются достаточными для рассмотрения ее судом надзорной инстанции.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 406 УПК РФ, постановил:
возбудить надзорное производство по жалобе адвоката Рычаговой Ю.В. о пересмотре приговора Индустриального районного суда г. Перми от 28 июля 2010 года и кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 23 сентября 2010 года в отношении Бердова А.Н.
Передать надзорную жалобу адвоката Рычаговой Ю.В. вместе уголовным делом на рассмотрение президиума Пермского краевого суда.
Судья Верховного Суда Российской Федерации уу //~~~ х-—у.
/ ^ А. А. Толкаченко с