ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №209-Д 11-7 ПОСТАНОВЛЕНИЕ г. Москва *%% июня 2011 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Соловьев А.И., рассмотрев материалы истребованного уголовного дела и надзорную жалобу защитника - адвоката Лебедевича А.В. в интересах осужденного Кондратьева Алексея Ивановича на приговор Балашихинского гарнизонного военного суда от 13 ноября 2010 года и определение 3 окружного военного суда от 15 декабря 2010 года,
установил:
Балашихинский гарнизонный военный суд приговором от 13 ноября 2010 года признал Кондратьева виновным в совершении действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов гражданина с причинением тяжких последствий, то есть в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности, связанные с выполнением административно-хозяйственных и организационнораспорядительных функций на государственной службе и в органах местного самоуправления сроком на 2 (два) года. Кроме того, с осужденного в доход 2363 военного госпиталя в счет возмещения причиненного ущерба, связанного с лечением потерпевшего, взыскано 14 299 руб. 70 коп.
3 окружной военный суд определением от 15 декабря 2010 года названный приговор оставил без изменения, а кассационную жалобу защитника - адвоката Лебедевича А.В. - без удовлетворения.
Судья 3 окружного военного суда постановлением от 24 февраля 2011 года в удовлетворении надзорной жалобы защитника - адвоката Лебедевича А.В. на указанные судебные постановления по уголовному делу в отношении Кондратьева отказал, с чем согласился председатель этого же суда.
2 В надзорной жалобе, адресованной в Военную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, защитник-адвокат Лебедевич А.В. указывает, что приговор, в нарушении ч. 4 ст. 302 УПК РФ, основан не на доказательствах, а на предположениях. Так, свидетели Прокофьев, Сорокин, Шагулов и Прохоров лишь подтверждают показания осужденного Кондратьева о том, что накануне случившегося у последнего состоялся телефонный разговор с погибшим Овчаровым. Однако эти показания не свидетельствуют о том, что Кондратьев давал указание Овчарову заправить баллон азотом. Напротив, согласно не опровергнутым пояснениям Кондратьева, последний передал команду Овчарову баллон не заправлять, а поставить его на территории станции.
Не являются доказательствами, по мнению автора жалобы, и показания свидетеля Гришакова, который, не являясь очевидцем случившегося, выразил только свое мнение относительно действий Овчарова.
Показания свидетелей Синицына, Павлова и Нестерова, по утверждению автора жалобы, не могут быть положены в основу приговора, поскольку они заинтересованы в исходе дела, а показания свидетеля Павлова опровергаются пояснениями свидетеля Лаврова и тем, что Павлов не смог объяснить причину опасения своего увольнения.
Что же касается показаний эксперта Нестеренко, то при его допросе в ходе предварительного следствия и судебного заседания, давая по существу оценку действиям Кондратьева, как преступным, он вышел за пределы своей компетенции. Данное им заключение по результатам исследования поведения Кондратьева на «детекторе лжи» не может свидетельствовать о виновности последнего в предъявленном ему обвинении, поскольку отсутствуют прямые доказательства противоправности в его действиях.
Защитник-адвокат также считает, что приговор не соответствует требованиям, закрепленным в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре» и «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий». В частности, в приговоре не получили должную оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого. Не выяснил суд и не привел в приговоре нормативно - правовые акты, регулирующие права и обязанности Кондратьева, нарушение которых привело к наступлению смерти Овчарова.
Перечисленные же в приговоре нормативно - правовые акты, по мнению адвоката, носят формальный характер и не соответствуют разъяснениям пленумов Верховного Суда Российской Федерации.
Судом, по мнению автора жалобы, нарушены и нормы действующего законодательства, регламентирующие принципы назначения справедливого наказания с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, а также обстоятельств, влияющих на исправление осужденного. В частности, ранее Кондратьев к уголовной ответственности не привлекался, по службе характеризуется 3 положительно, на иждивении имеет малолетнего ребенка, жена не работает, потерпевший не настаивал на реальном лишении свободы. Кроме того, содеянному способствовало ненадлежащее исполнение отдельными должностными лицами своих служебных обязанностей.
С учетом изложенного, автор надзорной жалобы просит возбудить надзорное производство и передать его жалобу для разрешения по существу в суд надзорной инстанции.
Изучив материалы дела и доводы надзорной жалобы, прихожу к следующим выводам.
В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым.
Как видно из материалов уголовного дела, в ходе всего производства по делу бесспорно установлено, что рядовой Овчаров В.А., являясь начальником компрессорной станции - водителем войсковой части 32936, 23 июля 2009 года сразу же после разговора по мобильному телефону с находившимся в командировке начальником группы газообеспечения - начальником станции этой же части лейтенантом Кондратьевым А.И., вопреки запрету на заправку азотом баллона для гражданского лица, установленному старшим прапорщиком Синицыным Р.Н., исполнявшим обязанности Кондратьева во время командировки последнего, произвел на неисправной установке СГУ7КМ заправку баллона азотом, что обусловило взрыв и его гибель.
При таких данных для определения причинно-следственной связи между содержанием состоявшегося разговора Кондратьева с Овчаровым и наступившей затем гибелью последнего судам первой и второй инстанций надлежало в должной степени учесть неправомерное поведение самого Овчарова, допустившего грубую неосторожность, и принять это обстоятельство как при установлении виновности офицера Кондратьева в совершении общественно опасного деяния, так и при назначении ему вида и размера наказания в случае признания в его действиях состава преступления.
Однако это обстоятельство, как видно из приговора и кассационного определения, судами проигнорировано.
Учитывая изложенное, а также доводы надзорной жалобы адвоката Лебедевича, полагаю, что они заслуживают внимания.
Руководствуясь п. 2 ч. 3 ст. 406 УПК РФ, постановил:
1.Возбудить надзорное производство по уголовному делу в отношении Кондратьева Алексея Ивановича.
2.Передать надзорную жалобу защитника - адвоката Лебедевича А.В., действующего в интересах осужденного Кондратьева Алексея Ивановича, на приговор Балашихинского гарнизонного военного суда от 13 ноября 2010 4 года и определение 3 окружного военного суда от 15 декабря 2010 года вместе с уголовным делом на рассмотрение в президиум 3 окружного военного суда.
Судья Верховного Суда Российской Федерации ГЛ А.И. Соловьев