ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №53-В10-14
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва 9 д е к а б р я 2010 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Пирожков В.Н., изучив надзорную жалобу администрации Железнодорожного района в г. Красноярске по материалам истребованного гражданского дела по заявлению Одинцева Д.Н., Гусаровой Л.В. о признании отказа Управления образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска недействительным,
установил:
Одинцев Д.Н. и Гусарова Л.В. обратились в суд с названным заявлением. В обоснование своих требований указали, что их несовершеннолетнему сыну Одинцеву А.Д., 31 декабря 2002 года рождения, принадлежит !4 доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: г. Красноярск, ул. Щорса, д. 66, ком. 521. С целью улучшения жилищных условий ребенка Одинцев Д.Н. и Гусарова Л.В. обратились в Управление образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска с заявлением о даче согласия на заключение договора мены доли Одинцева А.Д. в праве собственности на данную комнату на Уг доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: г. Красноярск, ул. Новосибирская, д. 33, кв. 2, которая принадлежит Одинцеву Д.Н., то есть отцу ребёнка. Однако заинтересованным лицом заявителям в испрашиваемом было отказано.
Указанные действия заинтересованного лица Одинцев Д.Н. и Гусарова Л.В.
считали незаконными, нарушающими права их малолетнего сына.
Решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 15 марта 2010 года отказ Управления образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска в выдаче распоряжения, разрешающего заключение договора мены, признан недействительным.
На администрацию Железнодорожного района г. Красноярска возложена обязанность устранить допущенное нарушение.
2 Определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 2 июня 2010 года решение суда первой инстанции изменено, обязанность по устранению нарушения прав заявителей возложена на Управление образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска. В остальной части решение оставлено без изменения.
Определением судьи Красноярского краевого суда от 17 сентября 2010 года в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции отказано.
По запросу судьи Верховного Суда РФ от 27 октября 2010 года дело истребовано в Верховный Суд РФ.
В надзорной жалобе ставится вопрос о ее передаче для рассмотрения в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский процессуальный кодекс РФ) по результатам изучения надзорной жалобы или представления прокурора судья выносит определение об отказе в передаче надзорной жалобы или представления прокурора для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса РФ).
Таких оснований для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора по доводам надзорной жалобы, изученным по истребованному делу, не установлено.
Из материалов гражданского дела усматривается, что несовершеннолетнему сыну Одинцева Д.Н. и Гусаровой Л.В. - Одинцеву А.Д., 31 декабря 2002 года рождения, принадлежит ХА доли в праве собственности на комнату в общежитии общей и жилой площадью 12 кв. м., расположенную по адресу: г. Красноярск, ул. Щорса, д. 66, комн. 521.
Одинцев Д.Н. (отец Одинцева А.Д.) является собственником однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: г. Красноярск, ул. Новосибирская, д. 33, кв. 2, общей площадью 40.9 кв.м., в том числе жилой площадью 17,4 кв.м.
В целях улучшения жилищных условий ребенка его родители обратились в Управление образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска с заявлением о предоставлении согласия на заключение договора х мены /г доли в праве собственности на комнату, принадлежащей несовершеннолетнему Одинцеву А.Д. на х/г доли в праве собственности на квартиру по ул. Новосибирской, принадлежащей его отцу.
3 Однако Управлением образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска заявителям в испрашиваемом было отказано со ссылкой на пункт 3 статьи 37 Гражданского кодекса РФ.
Не согласившись с названными действиями заинтересованного лица, Одинцев Д.Н. и Гусарова Л.В. обратились в суд, которым постановлены указанные выше решения.
В надзорной жалобе, поданной в Верховный Суд РФ, администрация Железнодорожного района г. Красноярска указывает на неприменение судом пункта 3 статьи 37 Гражданского кодекса РФ, что, по мнению заявителя надзорной жалобы, является существенным нарушением норм материального права. Однако данный довод не влечет отмену принятых судом решений по следующим основаниям.
Частью 3 статьи 60 Семейного кодекса РФ установлено, что при осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (статья 37 Гражданского кодекса РФ).
Пункт 2 статьи 37 Гражданского кодекса РФ при определении порядка управления имуществом подопечного отсылает к Федеральному закону «Об опеке и попечительстве» от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ.
Согласно части 2 статьи 19 названного Федерального закона органы опеки и попечительства дают опекунам и попечителям разрешения и обязательные для исполнения указания в письменной форме в отношении распоряжения имуществом подопечных.
В силу пункта 3 части 1 статьи 20 Федерального закона № 48-ФЗ недвижимое имущество, принадлежащее подопечному, не подлежит отчуждению, за исключением отчуждения по договору мены, если такой договор совершается к выгоде подопечного. Для заключения в соответствии с частью 1 данной статьи сделок, направленных на отчуждение недвижимого имущества, принадлежащего подопечному, требуется предварительное разрешение органа опеки и попечительства, выданное в соответствии со статьей 21 указанного Федерального закона (часть 2 статьи 20 Федерального закона «Об опеке и попечительстве»).
Однако пунктом 3 статьи 37 Гражданского кодекса РФ установлено императивное правило, в силу которого опекун, попечитель, их супруги и близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, а также представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и супругом опекуна или попечителя и их близкими родственниками.
Из анализа приведенных предписаний закона следует, что Одинцев Д.Н. и Гусарова Л.В. не вправе были заключать договор мены долей в праве собственности на жилые помещения со своим несовершеннолетним сыном, поскольку согласно статье 14 Семейного кодекса РФ являются близкими 4 родственниками, а договор мены в силу главы 31 Гражданского кодекса РФ является возмездным.
Между тем согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 8 июня 2010 года № 13-П, из содержания абзаца второго пункта 1 статьи 28 и пунктов 2 и 3 статьи 37 Гражданского кодекса РФ не вытекает право органов опеки и попечительства произвольно запрещать сделки по отчуждению имущества несовершеннолетних детей, совершаемые их родителями. Напротив, в соответствии с общими принципами права и требованиями статей 2, 17 и 38 (часть 2) Конституции РФ решения органов опеки и попечительства в случаях их обжалования в судебном порядке подлежат оценке судом исходя из конкретных обстоятельств дела.
В этой связи, поскольку суд на основе полного и всестороннего исследования доказательств по делу пришел к выводу о совершении договора мены долей в праве собственности на жилые помещения между Одинцевым А.Д.
и его отцом - Одинцевым Д.Н. к выгоде несовершеннолетнего, учитывая принцип правовой определенности, предполагающий, что акт суда, который уже вступил в законную силу, может быть изменен или отменен в порядке надзора лишь в исключительных случаях, когда в результате ошибки, допущенной в ходе предыдущего разбирательства и предопределившей исход дела, существенно нарушены права и законные интересы, защищаемые в судебном порядке, которые не могут быть восстановлены без устранения или изменения ошибочного судебного акта, оснований для пересмотра оспариваемых судебных решений в порядке надзора по правилам статьи 387 Гражданского процессуального кодекса РФ не усматривается.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 381 и 383 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определил:
отказать в передаче надзорной жалобы администрации Железнодорожного района в г. Красноярске по заявлению Одинцева Д.Н., Гусаровой Л.В. о признании отказа Управления образования администрации Железнодорожного района г. Красноярска недействительным для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским де^ам Верховного Суда Российской Федерации.
Судья Верховного Суда Российской Федерации З.Н. Пирожков