ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №38-010-34 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 02 декабря 2010 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Магомедова М.М., судей Пелевина Н.П. и Шалумова М.С.
при секретаре Кошкиной А.М.
рассмотрела в закрытом судебном заседании 02 декабря 2010 года кассационные жалобы осужденного Шадманова С.Ш. и его защитника Капраловой И.Б. на приговор Тульского областного суда от 12 июля 2010 года, которым Шадманов Сергей Шамильевич, родившийся 26 июля 1988 года в с. Архангельское Каменского района Тульской области, ранее судимый 10 декабря 2009 г. Ефремовским районным судом Тульской области по ст.ст. 30 ч. 3 и 131 ч. 1, 132 ч. 1, 69 ч. 3 УК РФ к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, наказание не отбыто, осужден:
по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ к 9 годам лишения свободы;
по п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ к 9 годам лишения свободы.
2 В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено 11 лет лишения свободы.
В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору от 10 декабря 2009 г.
определено окончательное наказание в виде 12 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Срок наказания постановлено исчислять с 24 октября 2009 г.
Заслушав доклад судьи Шалумова М.С., объяснения осужденного Шадманова С.Ш. в режиме видеоконференцсвязи, и его защитника Капраловой И.Б., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Коваль К.И., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
Шадманов С.Ш.
признан виновным в изнасиловании несовершеннолетней Синдеевой К.С, 9 августа 1993 г. рождения, и совершении в отношении нее действий сексуального характера с применением насилия.
Преступления совершены им в период с 21 часа 30 минут 23 октября 2009 года до 00 часов 50 минут 24 октября 2009 года в селе Архангельское Каменского района Тульской области при указанных в приговоре обстоятельствах.
В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Шадманов С.Ш.
высказывает несогласие с приговором как незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным на основании недостоверных показаний потерпевшей Синдеевой и с нарушениями норм уголовно-процессуального закона.
Полагает, что судом не принято во внимание то, что потерпевшая сама пришла к ним в заброшенное здание, обнималась с ним, не противясь его ухаживанию, и затем добровольно осталась с ним наедине, хотя слышала, что другие ребята собрались уходить, и имела возможность уйти из здания, где они находились, что подтвердил в суде свидетель Малахов П.П. Эти обстоятельства опровергают доводы потерпевшей о том, что ранее она боялась его, так как он присылал ей СМС-сообщения с угрозами изнасилования.
В суде она пояснила, что не сразу рассказала о случившемся матери и отчиму, а значит, отчим оказывал на нее физическое воздействие и заставил написать заявление и оговорить его. В этой связи считает, что Синдеева изначально не желала привлекать его к уголовной ответственности, а инициатором обращения в милицию был ее ранее судимый отчим Горяинов С , 3 что потерпевшая не оспаривала в судебном заседании и потому отказалась от каких-либо материальных претензий к нему.
Имевшиеся у потерпевшей телесные повреждения могли образоваться при трении о неровную поверхность в месте, где происходил контакт между ними, и где, со слов потерпевшей, валялись стекла, палки и т.п.
Суд в нарушение ст. 17 УПК РФ взял за основу показания Синдеевой на предварительном следствии, а не в судебном заседании, в котором она отказалась давать показания и пояснила, что не желает его наказывать, и что сама вступила с ним в действия сексуального характера. При ее допросе суд оказывал на нее давление, задавая наводящие вопросы.
Суд необоснованно принял в качестве достоверных показания свидетеля Бобровой Е.М., являющейся близкой подругой потерпевшей, о том, что якобы Синдеева не знала о его нахождении в здании, что противоречит показаниям данного свидетеля на предварительном следствии и показаниям самой потерпевшей. В то же время, не учтены показания представителя органа опеки и попечительства о том, что Синдеева не робкая девушка и может постоять за себя, а также то обстоятельство, что она могла взять на месте какой-нибудь предмет и ударить его по голове, однако почему-то не сделала этого. Ее доводы об оказании ему активного сопротивления опровергаются также заключением экспертизы от 3 ноября 2009 г. Судом не учтено, что в момент происшедшего он был пьяным, а потерпевшая трезвой.
Не приняты во внимание судом и заключения экспертиз от 19 ноября, 16 декабря и 28 декабря 2009 г., которые в совокупности с другими письменными доказательствами по делу не опровергают его доводы о добровольности полового контакта между ним и потерпевшей. По мнению осужденного, бесспорные и убедительные доказательства насильственного вступления им в половую связь с Синдеевой и совершения с нею иных насильственных действий сексуального характера отсутствуют.
Обращает внимание на допущенные, по его мнению, процессуальные нарушения: уголовное дело по п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ вопреки положениям ч.
3 ст. 20 УПК РФ возбуждено при отсутствии заявления потерпевшей об этом, она в своем заявлении просила привлечь его к уголовной ответственности лишь за изнасилование, поэтому по данному обвинению он подлежит оправданию;
доказательства, положенные в основу приговора, собраны следователем до возбуждения уголовного дела; его допрос в качестве подозреваемого проводился в нарушение норм УПК РФ в ночное время, с 1 часа 30 минут до 4 часов 30 минут, когда он ввиду сильной усталости хотел спать, и поэтому оговорил себя; освидетельствование потерпевшей проведено с нарушением требований ч. 3 ст. 180 УПК РФ; заключения экспертиз вынесены с нарушением ч. 1 ст. 204 УПК РФ; суд продлил срок его содержания под стражей при отсутствии особой сложности уголовного дела; при ознакомлении с материалами дела были нарушены требования ст. 217 УПК РФ, а также не 4 произведен ряд следственных действий; допросы в судебном заседании несовершеннолетних свидетелей проводились без их законных представителей и с нарушением ч. 1 ст. 191 УПК РФ.
Утверждение прокурора о добровольности его показаний при проверке на месте необоснованно, так как там находились сотрудники РОВД, которые оказывали на него давление.
В нарушение ч. 3 ст. 69 УК РФ суд назначил ему окончательное наказание 12 лет, тогда как оно не могло превышать наполовину максимального срока и должно составлять 7 лет 6 месяцев. При назначении наказания суд не учел позицию потерпевшей, просившей не наказывать его;
влияние наказания на исправление осужденного, условия его жизни и семьи, в которой осталась одна мать; его молодой возраст; последствия происшедшего;
в результате определил ему чрезмерно суровое наказание, не соответствующее обстоятельствам дела.
На основании приведенных доводов просит пересмотреть приговор и смягчить назначенное ему наказание по совокупности преступлений.
В кассационной жалобе в интересах осужденного Шадманова С.Ш.
адвокат Капралова И.Б. приводит полностью аналогичные доводы и также просит пересмотреть приговор и смягчить назначенное Шадманову наказание по совокупности преступлений.
В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Чуканова В.А. указывает на несостоятельность приведенных в них доводов и просит оставить приговор без изменения.
Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а кассационные жалобы не подлежащими удовлетворению.
Виновность Шадманова в совершении инкриминированных ему преступлений подтверждается достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре. Все доказательства надлежащим образом проверены и оценены судом.
В судебном заседании Шадманов, не признавая своей вины в преступлениях, в то же время не отрицал факты вступления в половую связь с потерпевшей в естественной и оральной формах, однако утверждал, что действовал с согласия потерпевшей.
5 В связи с существенными противоречиями в показаниях Шадманова стороной обвинения в установленном законом порядке были оглашены сведения, сообщенные Шадмановым на предварительном следствии в ходе его допроса в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте, в которых он признавал применение насилия в отношении потерпевшей.
Вопреки доводам Шад манова, его допрос производился в дневное время 25 октября 2009 г. с 08.05 до 08.45, на следующий день после задержания, протокол допроса подписан подозреваемым и его защитником без замечаний (т.
3 л.д. 10-14). В ходе судебного разбирательства также проверены и не нашли своего объективного подтверждения доводы Шадманова о самооговоре вследствие морального и физического воздействия сотрудников милиции.
Поэтому суд обоснованно признал сведения, сообщенные Шадмановым в ходе допроса в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте, достоверными и допустимыми доказательствами и положил их в основу приговора.
Признание Шадманова на предварительном следствии подтверждено показаниями потерпевшей Синдеевой и другими доказательствами по делу.
Данные доказательства полностью опровергают последующие доводы осужденного о добровольном характере его половой связи с потерпевшей.
Так, суд, допросив Синдееву и исследовав ее показания на предварительном следствии, пришел к обоснованным выводам об их правдивости, непротиворечивости, и отсутствии с ее стороны оговора осужденного. Вопреки утверждениям осужденного, Синдеева в судебном заседании не только не отказывалась давать показания, но и достаточно подробно рассказала об обстоятельствах совершенных в отношении нее преступлений (т. 5 л.д. 85-90). Согласно этим показаниям, Синдеева не соглашалась вступать в половую связь с Шадмановым и не провоцировала его на такие действия, а половые акты с нею были совершены Шадмановым против ее воли с применением насилия. О случившемся она сразу же сообщила матери и отчиму, в тот же день написала заявление в милицию.
Она не отрицала, что сама пришла в здание, где находились Шадманов и другие лица, так как не ожидала от Шадманова противоправных действий, однако сама с ним не обнималась, а это он ее приобнял; на то, что другие лица ушли, не обратила внимания. В процессе противоправных действий Шадманова в отношении нее оказывала ему посильное сопротивление. Синдеева действительно заявляла в суде, что не желает наказывать Шадманова, так как простила его. Однако данные обстоятельства, а также показания свидетеля Малахова, на которые ссылается осужденный, о том, что Малахов громко сообщил о том, что они уходят домой, никак не ставят под сомнение показания потерпевшей о примененном к ней насилии.
Как видно из протокола судебного заседания, наводящие вопросы потерпевшей суд не задавал и никакого давления не оказывал.
6 Освидетельствование Синдеевой было проведено сразу после ее обращения в милицию, в полном соответствии с процедурой, установленной ст.
179 УПК РФ. Кроме того, согласно требованиям указанной статьи, в случаях, не терпящих отлагательства, данное следственное действие может производиться до возбуждения уголовного дела. Характер и локализация обнаруженных у потерпевшей телесных повреждений соответствуют описанным ею насильственным действиям Шадманова.
Не ставят под сомнение показания потерпевшей и сведения, сообщенные суду представителем органа опеки и попечительства о личности Синдеевой.
Показаниям свидетеля Бобровой суд дал надлежащую оценку как правдивым, поскольку они подтверждены данными о телефонных соединениях и другими доказательствами. В судебном заседании сторона защиты не заявляла о том, что эти показания противоречат первоначальным показаниям Бобровой, и не ходатайствовала об оглашении последних, поэтому ссылку Шадманова на противоречивость и недостоверность показаний Бобровой следует признать необоснованной. Более того, из протокола судебного заседания следует, что Боброва не давала таких показаний, о которых Шадманов указывает в жалобе, а поясняла, что о нахождении Шадманова в здании они с Синдеевой знали, но не побоялись идти туда, поскольку там были и другие ребята (т. 5 л.д. 99).
Отсутствие у Шадманова при его освидетельствовании телесных повреждений, установленное заключением судебно-медицинской экспертизы от 3 ноября 2009 г., на которое ссылается осужденный, не опровергает доводов потерпевшей о насильственном характере действий Шадманова в отношении нее, так как она не утверждала, что оказывая сопротивление, причинила ему повреждения. Что касается заключений других экспертиз (от 19 ноября, 16 декабря и 28 декабря 2009 г.), то суд сослался на них как на подтверждающих сам факт вступления осужденным в половую связь с потерпевшей. Все заключения экспертиз по своей форме и содержанию соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.
Исходя из этих материалов суд пришел к обоснованным выводам о виновности Шадманова.
Суд мотивировал в приговоре, почему он принял вышеперечисленные доказательства, положив их в основу приговора, и отверг как недостоверные показания Шадманова в свою защиту.
Квалификация действий осужденного является правильной, основанной на исследованных в судебном заседании доказательствах и установленных судом фактических обстоятельствах дела.
7 В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Не установлено существенных нарушений уголовнопроцессуального закона и со стороны органов предварительного следствия.
Уголовное дело по п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ возбуждено в соответствии с нормами ст.ст. 20, 21 УПК РФ. Поскольку уголовное преследование за данное преступление осуществляется в публичном порядке, заявления или согласия потерпевшего на возбуждении такого дела не требуется. Предусмотренная ст.
217 УПК РФ процедура ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами оконченного расследованием дела соблюдена в полном объеме.
Сроки содержания Шадманова под стражей продлевались в установленном законом порядке.
Нарушений положений ч. 1 ст. 191 УПК РФ, на которые ссылается осужденный, и ст. 280 УПК РФ, которой регламентируется допрос несовершеннолетнего свидетеля в судебном заседании, не установлено. Возраст всех допрошенных свидетелей составлял 17 лет, поэтому законом вопрос о необходимости участия в их допросе педагога и законного представителя отнесен на усмотрение суда.
Наказание Шадманову как за каждое преступление, так и по их совокупности назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, всех обстоятельств дела, и сведений о личности виновного, оно полностью отвечает требованиям ст.ст. 6, 60 и 69 УК РФ, и потому является справедливым. Мнение осужденного о максимальном сроке возможного наказания по совокупности преступлений ошибочно, так как основано на неправильном толковании положений ч. 3 ст. 69 УК РФ.
Сведения о личности осужденного, на которые он ссылается в жалобе, не предусмотрены ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих обстоятельств, и суд обоснованно не признал их таковыми. Мнение потерпевшей по поводу наказания подсудимого не является для суда обязательным.
Поэтому приведенные в кассационной жалобе доводы осужденного Шадманова о чрезмерной суровости наказания также нельзя признать заслуживающими внимания.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
* приговор Тульского областного суда от 12 июля 2010 года в отношении Шадманова Сергея Шамильевича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Шадманова С.Ш. и защитника Капраловой И.Б. - без удовлетворения.
Председательствующий Судьи жж^