ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№ 11-О10-144 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
гор.Москва 2 ноября 2010 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кузнецова ВВ., судей Кондратова П.Е. и Тришевой А.А., при секретаре Ядренцевой Л.В.
рассмотрела в судебном заседании 2 ноября 2010 года кассационные жалобы защитников Солиева Ш.Ш. - адвоката Нагиева Р.О. и Рябининой Е.З. на определение Верховного Суда Республики Татарстан от 20 сентября 2010 года, согласно которому признано законным и обоснованным постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 4 августа 2010 года о выдаче Республике Узбекистан Солиева Шокиржона Шавкатовича, родившегося 3 сентября 1974 года в г. Кува Ферганской области Узбекской ССР, гражданина Республики Узбекистан, обвиняемого правоохранительными органами Республики Узбекистан в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а, б» ч. 3 ст. 159, ч. 1 ст. 242, п. «а» ч. 3 ст. 244.1, ч. 1 ст. 244.2 УК Республики Узбекистан.
Заслушав доклад судьи Кондратова П.Е., выступления в защиту интересов Солиева Ш.Ш. адвоката Морозовой и защитника Рябининой Е.З., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора 2 Копалиной П.Л., предлагавшей определение суда оставить без изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия
установила:
как следует из представленных материалов, Солиев Ш.Ш. обвиняется правоохранительными органами Республики Узбекистан в организации преступного сообщества, в посягательстве на конституционный строй Республики Узбекистан, в изготовлении и распространении материалов, содержащих угрозу общественной безопасности и общественному порядку, в руководстве религиозной экстремистской, сепаратистской, фундаменталистской организацией и участии в ее деятельности.
24 декабря 2009 года в отношении Солиева Ш.Ш. были вынесены постановления о привлечении к участию в уголовном деле в качестве обвиняемого и об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу, а также об объявлении его в розыск.
15 июля 2010 года обвинение в отношении Солиева Ш.Ш. было дополнено, в результате чего, в конечном счете, ему было предъявлено обвинение по пп. «а, б» ч. 3 ст. 159, ч. 1 ст. 242, п. «а» ч. 3 ст. 244.1, ч. 1 ст.
244.2 УК Республики Узбекистан.
30 марта 2010 года при обращении за разрешением на временное проживание в г. Казани Солиев Ш.Ш. был задержан как лицо, находящееся в розыске, а 1 апреля 2010 года по решению Вахитовского районного суда г.
Казани Республики Татарстан в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу для обеспечения последующей его экстрадиции.
30 апреля 2010 года Генеральная прокуратура Республики Узбекистан, руководствуясь ст. 56 Конвенции (Минской) о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 года, обратилась в Генеральную прокуратуру Российской Федерации с просьбой о выдаче гражданина Республики Узбекистан Солиева Ш.Ш. для привлечения его к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных пп. «а, б» ч. 3 ст. 159, ч. 1 ст. 242, п. «а» ч. 3 ст. 244.1, ч. 1 ст. 244.2 УК Республики Узбекистан, 23 июня 2010 года заместитель Генерального прокурора Российской Федерации вынес постановление о выдаче Солиева Ш.Ш. правоохранительным органам Республики Узбекистан для уголовного преследования по обвинению в совершении указанных преступлений.
Проверив по жалобе Солиева Ш.Ш. и его защитника - адвоката Нагиева Р.О. указанное постановление, коллегия судей Верховного Суда Республики Татарстан в своем определении от 20 сентября 2010 года признала его законным и обоснованным.
В кассационной жалобе на названное определение Верховного Суда Республики Татарстан адвокат Нагиев Р.О., оспаривая его законность и обоснованность, ссылается, в частности, на то, что на момент рассмотрения 3 судом вопроса о законности и обоснованности решения о выдаче Солиева Ш.Ш. для уголовного преследования Солиев Ш.Ш. оставался лицом, ходатайствующим о признании его беженцем, т.к. принятое Управлением ФМС России по Республике Татарстан решение об отказе в предоставлении ему статуса беженца было обжаловано и не вступило в силу. Просит определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан и постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации отменить.
Защитник Солиева Ш.Ш. Рябинина Е.З. в своей кассационной жалобе, настаивая на признании определения Верховного Суда Республики Татарстан незаконным и необоснованным, указывает на то, что судом не была дана должная оценка тому обстоятельству, что согласно ч. 1 ст. 10 Закона «О беженцах» и ч. 1 ст. 33 Конвенции ООН «О статусе беженцев» не допускается выдача иностранным государствам лица, ходатайствующего о признании его беженцем. Полагает ошибочным вывод суда о том, что в Узбекистане Солиев Ш.Ш. не преследовался по политическим мотивам, т.к.
этот вывод правомерен только по отношению к периоду его проживания на родине, осуществляющееся же в настоящее время его преследование носит как раз политический характер. Ссылается на то, что согласно данным, приводимым в документах ООН и различных неправительственных организаций, в Республике Узбекистан к подследственным и осужденным широко применяются пытки, что грозит и Солиеву Ш.Ш. Обращает внимание на то, что в ряде постановлений ЕСПЧ признается, что сам факт заключения лица под стражу создает для него риск подвергнуться запрещенному обращению. Просит определение Верховного Суда Республики Татарстан и постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации в отношении Солиева Ш.Ш. отменить, производство по материалу прекратить, освободив Солиева Ш.Ш. из-под стражи.
В возражениях на кассационные жалобы прокурор Семушин А.В., полагая определение Верховного Суда Республики Татарстан от 20 сентября 2010 года законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.
Проверив представленные материалы, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит определение Верховного Суда Республики Татарстан об отказе в удовлетворении жалобы Солиева Ш.Ш. на постановление заместителя Генерального прокурора РФ от 20 сентября 2010 года о его выдаче подлежащим отмене по следующим основаниям.
Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя, должны быть законными, обоснованными и мотивированными, что предполагает, в частности, необходимость отражения в принимаемом по делу решении всех значимых для его принятия обстоятельств, указания подтверждающих наличие этих 4 обстоятельств доказательств, а также приведения мотивов, по которым одни из доказательств (доводов) были положены в основу решения, а другие отвергнуты.
Сформулированные в указанной норме уголовно-процессуального закона предписания при принятии Верховным Судом Республики Татарстан решения по жалобам на постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 4 августа 2010 года о выдаче Солиева Ш.Ш.
выполнены не были.
В частности, судом не была дана адекватная правовая оценка тому факту, что еще до принятия решения о его выдаче Солиев Ш.Ш. обратился в УФМС России по Республике Татарстан с ходатайством о предоставлении ему статуса беженца в Российской Федерации, что подтверждается направленным Солиеву Ш.Ш. уведомлением УФМС России по Республике Татарстан от 31 мая 2010 года о принятии его ходатайства к рассмотрению 28 мая 2010 года. На момент вынесения заместителем Генерального прокурора Российской Федерации постановления о выдаче Солиева Ш.Ш. Республике Узбекистан решение по данному ходатайству еще не было принято, и, следовательно, в это время Солиев Ш.Ш. находился в статусе лица, ходатайствующего о признании беженцем (подп. 2 п. 1 ст. 1 Федерального закона от 19 февраля 1993 года № 4528-1 «О беженцах») и в силу п. 1 ст. 10 Федерального закона «О беженцах» не мог быть возвращен против его воли на территорию государства своей гражданской принадлежности при наличии обстоятельств, указанных в подп. 1 п. 1 ст. 1 названного Закона.
Верховный Суд Республики Татарстан, принимая решение о признании постановления заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 4 августа 2010 года о выдаче Солиева Ш.Ш. законным и обоснованным, не дал оценку указанному обстоятельству и, более того, сам вынес определение по делу в условиях, когда жалоба Солиева Ш.Ш. на отказ УФМС России по Республике Татарстан в удовлетворении его ходатайства еще не была рассмотрена и на него в соответствии с п. 4 ст. 10 Федерального закона «О беженцах» продолжали распространяться положения законодательства о правах и обязанностях лица, ходатайствующего о признании беженцем.
Кроме того, приведенные положения Федерального закона «О беженцах», корреспондируя ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, запрещающей пытки и бесчеловечное или унижающее человеческое достоинство обращение или наказание, а также ст.
33 Конвенции ООН о статусе беженцев 1951 года, устанавливающей, что договаривающиеся государства не будут никоим образом высылать или возвращать беженцев в страны, где их жизни или свободе угрожает опасность вследствие их расы, религии, гражданства, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений, предполагают необходимость установления судом при принятии решения о выдаче наличия обстоятельств, исключающих угрозу применения в отношении выдаваемого лица пыток или преследования его за убеждения.
5 Между тем при проверке Верховным Судом Республики Татарстан законности и обоснованности решения о выдаче Солиева Ш.Ш. властям Республики Узбекистан указанные вопросы должным образом не исследовались. В частности, судом не дана оценка тому обстоятельству, что в материалах производства отсутствуют даже официальные заверения запрашивающей Стороны о принимаемых на себя обязательствах исключить в отношении Солиева Ш.Ш. применение пыток и иное бесчеловечное или унижающее человеческое достоинство обращение, а также преследование его по признаку политических, религиозных или иных убеждений.
Согласно ч. 1 ст. 462 УПК РФ Российской Федерации может выдать иностранному государству иностранного гражданина или лицо без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации для уголовного преследования за деяния, которые являются уголовно наказуемыми по уголовному закону Российской Федерации и законам иностранного государства, направившего запрос о выдаче лица; если же деяние, послужившее основанием для запроса иностранного государства о выдаче, в соответствии с уголовным законодательством Российской Федерации не является преступлением, выдача лица, в силу п. 6 ч. 1 ст. 464 УПК РФ, не допускается.
Констатируя в определении от 20 сентября 2010 года, что деяния, в совершении которых обвиняется Солиев Ш.Ш., подпадают под действие ч. 1 ст. 210, ст. 278, ч. 1 ст. 280, ч. 1 ст. 282.2 УК РФ, Верховный Суд Республики Татарстан не оценил критически различия, которые существуют между предписаниями указанных норм уголовного законодательства Российской Федерации и нормами уголовного законодательства Республики Узбекистан, по которым Солиеву Ш.Ш. предъявлено обвинение. Между тем, если ст. 159 УК Республики Узбекистан, устанавливающая ответственность за посягательства на конституционный строй Республики Узбекистан, запрещает «публичные призывы к неконституционному изменению существующего государственного строя, захвату власти или отстранению от власти законно избранных или назначенных представителей власти либо к неконституционному нарушению единства территории Республики Узбекистан, а равно изготовление, хранение с целью распространения или распространение материалов такого же содержания», то соответствующая ей в Уголовном кодексе РФ ст. 278 «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти» устанавливает запрет на «действия, направленные на насильственный захват власти или насильственное удержание власти в нарушение Конституции Российской Федерации, а равно направленные на насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации».
Имеются существенные различия в законодательных определениях составов и других преступлений, в совершении которых обвиняется Солиев Ш.Ш.; причем эти различия касаются основных признаков (в частности, насильственного характера совершаемых действий), в отсутствие которых согласно российскому законодательству деяние не может признаваться преступным.
6 Имеющиеся расхождения в конструкциях уголовно-правовых запретов по законодательству Республики Узбекистан и Российской Федерации должны были учитываться при оценке предъявленного Солиеву Ш.Ш.
обвинения как основания для его выдачи властям Республики Узбекистан.
Сделано это, однако, не было.
При таких недостатках принятого судом решения об оставлении без удовлетворения жалоб Солиева Ш.Ш. и его адвоката Нагиева Р.О. оно не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением материалов на новое судебное рассмотрение для проверки оснований и условий для выдачи Солиева Ш.Ш. Республике Узбекистан и обеспечения гарантий его прав, в том числе права просить о предоставлении ему статуса беженца.
В целях обеспечения разрешения запроса Республики Узбекистан о выдаче Солиева Ш.Ш., а в случае его удовлетворения - и исполнения принятого решения в отношении Солиева Ш.Ш. следует избрать меру пресечения в виде заключения под стражу.
Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
определение Верховного Суда Республики Татарстан от 20 сентября 2010 года в отношении Солиева Шокиржона Шавкатовича отменить.
Направить материал на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.
Избрать в отношении Солиева Шокиржона Шавкатовича меру пресечения в виде заключения под стражу на срок по 30 декабря 2010 года включительно.
Председательствующий Судьи: