1пк10

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств Дело №1пк10 г.Москва «20» января 2010 г.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Председательствующего - Серкова П.П., членов Президиума - Давыдова В.А., Кузнецова В.В., Магомедова М.М., Нечаева В.И., Свиридова Ю.А., Соловьева В.Н., Хомчика В.В. рассмотрел уголовное дело в отношении Мирилашвили М.М. по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств.

По приговору Ленинградского окружного военного суда от 1 августа 2003 года МИРИЛАШВИЛИ МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ, родившийся 1 мая 1960 года в селе Кулаши Самтредского района Республики Грузии, ранее не судимый, осужден к лишению свободы: по ч.З ст.ЗЗ, п.п. «а», «ж» ч.2 ст. 126 УК РФ на 10 лет; по ч.З ст.ЗЗ, п.п. «а», «ж» ч.2 ст. 127 УК РФ на 3 года.

1 На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание Мирилашвили М.М. назначено в виде лишения свободы сроком на 12 лет в исправительной колонии строгого режима.

Кроме того, Мирилашвили М.М. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.З ст.ЗЗ, ч.1 ст. 139 УК РФ, по которой освобожден от наказания за истечением сроков давности на основании ч.8 ст.302 УПК РФ.

Он же оправдан по ст. 119 УК РФ на основании п.1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ и по п.п. «а», «в», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ.

Кассационным определением Военной коллегии Верховного Российской Федерации от 5 ноября 2003 года приговор изменен:

Суда уголовное дело по обвинению Мирилашвили М.М. по ч.З ст.ЗЗ, п.п. «а», «ж» ч.2 ст. 126 УК РФ в организации похищения потерпевшего Григолашвили прекращено на основании примечания к ст. 126 УК РФ; определено считать Мирилашвили М.М. осужденным по ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «ж» ч. 2 ст. 126 УК РФ к лишению свободы на 7 лет, а по совокупности совершенных преступлений - к лишению свободы на 8 лет в исправительной колонии строгого режима; приговор в части осуждения Мирилашвили М.М. по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 139 УК РФ на основании ст. 78 УК РФ отменён, дело производством прекращено.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

По этому же делу осужден Петров В.А., оправданы Казмирчук Е.И., Деменко А.Н., Кузьменко С.Д., Могутов В.В., Полунин Н.Я., Сидлер М.Г.

В представлении Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. поставлен вопрос о возобновлении производства по данному уголовному делу в отношении Мирилашвили М.М. ввиду новых обстоятельств.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Соловьева А.И., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора и кассационного определения, мотивы представления, выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г., предложившего отменить приговор и кассационное определение, а дело в отношении Мирилашвили М.М. передать на новое судебное рассмотрение, объяснения адвокатов Афанасьева А.Я. и Падвы Г.П., полагавших необходимым отменить состоявшиеся судебные решения и прекратить производство по делу в отношении Мирилашвили М.М. за непричастностью его к совершению вмененных ему преступлений, Президиум Верховного Суда Российской Федерации 2

установил:

по приговору Мирилашвили М.М. признан виновным в совершении преступлений при следующих обстоятельствах.

Утром 7 августа 2000 года Мирилашвили М.М., получив телефоннс:

сообщение о похищении своего отца - Мирилашвили М.Г., в 23 часу этого же дня прибыл из Израиля в г. Санкт-Петербург в свой офис, расположенный по адресу:

ул. Тверская, д.8. Узнав, что к похищению отца, совершенному в СанктПетербурге 7 августа 2000 года, причастны граждане Республики Грузия, и убедившись, что розыск похищенного осуществляется правоохранительными органами, Мирилашвили М.М., не желая действовать законными методами по освобождению отца, организовал не установленную следствием группу лиц непосредственных исполнителей - для розыска похитителей, проживающих в г.

Санкт-Петербурге, их похищения из жилища с целью установления места нахождения отца и его освобождения, а в случае пребывания в жилище иных лиц, лишить последних возможности покинуть квартиру до освобождения отца, то есть незаконно лишить их свободы.

Получив данные указания от Мирилашвили М.М., непосредственные исполнители в количестве 4-5 человек 8 августа 2000 года, около 2 часов ночи, прибыли к квартире № 66 дома 15 по ул.Благодатной, где находились хозяйка квартиры Маргвелашвили М.Р. с малолетним сыном Гигой, 22 декабря 1996 года рождения, а также Двали Р.А. и Какушадзе К.Г.

Действуя по ранее полученным от Мирилашвили М.М. указаниям и в интересах последнего, не установленные следствием лица, представившись работниками милиции и предъявив неустановленное удостоверение, незаконно проникли в квартиру, против воли проживающей там Маргвелашвили М.Р., введя Двали Р.А. в заблуждение, под предлогом необходимости его явки в милицию захватили последнего и доставили в помещение офиса Мирилашвили по вышеуказанному адресу, где удерживали Двали Р.А. помимо его воли.

После захвата Двали Р.А. несколько членов руководимой Мирилашвили М.М. группы из числа не установленных следствием лиц, по согласованию с организатором остались в квартире для удержания хозяйки квартиры Маргвелашвили М.Р. с малолетним ребенком, сковав ее наручниками, не давая потерпевшей возможности покинуть жилище и обратиться за помощью, и получения от него указаний в отношении Какушадзе К.Г. как лица, возможно причастного к похищению отца Мирилашвили М.М.

Выполняя указания Мирилашвили М.М., неустановленные лица не выпускали Двали из помещения офиса, осуществляли его охрану, и, с ведома Мирилашвили М.М., пытаясь выяснить у потерпевшего местонахождение похищенного отца Мирилашвили М.М., избили Двали, причинив потерпевшему побои. Избив Двали и не получив от него данных о похитителях отца и местонахождении последнего, Мирилашвили М.М., предполагая, что к похищению его отца может быть причастен Какушадзе К.Г., дал указание не установленным следствием лицам похитить его и доставить к нему в офис по тому же адресу.

Действуя в интересах Мирилашвили М.М. и по его указанию, не установленные следствием лица через час вновь явились в ту же квартиру, где под предлогом необходимости явки в милицию захватили Какушадзе К.Г., и доставили его в офис Мирилашвили М.М., в одном из помещений которого уже находился Двали Р.А.

Доставив в офис второго похищенного, не установленные следствием лица, незаконно ограничивая свободу захваченного Какушадзе, охраняли его, не выпуская из помещения, а затем, с ведома Мирилашвили М.М., требуя сообщить местонахождение похищенного отца, избили его, причинив побои.

Похитив Двали Р.А. и Какушадзе К.Г. и не получив от них к утру 8 августа 2000 года информации о месте нахождения похищенного отца, Мирилашвили М.М. дал указание не установленным следствием лицам незаконно проникнуть в квартиру 195 дома 5 по ул. Белы Куна в г. Санкт-Петербурге и похитить Григолашвили М.И., который был установлен членами группы, руководимой Мирилашвили М.М., как лицо, возможно причастное к похищению отца.

Выполняя это указание Мирилашвили М.М., не установленные следствием лица 8 августа 2000 года, около 09 часов, прибыли в квартиру по месту нахождения Григолашвили М.И. Представившись работниками милиции, они путем обмана незаконно проникли в жилище Григолашвили, против воли проживающих там лиц, предъявив ему неустановленное удостоверение, под предлогом необходимости явки Григолашвили М.И. в милицию захватили его и на автомашине марки «Мерседес» доставили в одно из помещений офиса Мирилашвили М.М. Там не установленные следствием лица, с ведома Мирилашвили и в его присутствии, применяя насилие и угрозы, требовали назвать местонахождение отца Мирилашвили М.М.

Причинив Григолашвили побои, они переместили потерпевшего на другой этаж в том же здании, где лично Мирилашвили М.М., требуя назвать местонахождение своего отца, нанес Григолашвили М.И. один удар кулаком по лицу.

В связи с освобождением отца Мирилашвили в 18 часу 8 августа 2000 года, похищенный Григолашвили и удерживаемые Маргвелашвили и ее малолетний сын в качестве заложников были освобождены.

4 Таким образом, похищенный Григолашвили незаконно удерживался в офисе с 09 до 18 часов, а потерпевшая Маргвелашвили и ее малолетний сын были незаконно лишены свободы в квартире № 66 дома 15 по ул.Благодатной с 02 часов до 18 часов 8 августа 2000 года. При этом, в момент освобождения Григолашвили в офисе на ул. Тверской, д.8 ему, по распоряжению Мирилашвили М.М., были выданы не установленным следствием лицом документы, принадлежащие похищенным Двали и Какушадзе, трупы которых 13 июля 2001 года были обнаружены у Южной ТЭЦ г.Санкт-Петербурга.

Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в своем Постановлении от 11 декабря 2008 года по делу «Мирилашвили против России» установил нарушение властями Российской Федерации параграфа 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) в связи с нарушением права Мирилашвили М.М. на справедливое судебное разбирательство.

При этом в постановлении Европейский Суд указал, что при рассмотрении уголовного дела в отношении Мирилашвили суд первой инстанции отказал в принятии в качестве доказательств письменных показаний и заявлений Маргвелашвили, Григолашвили и Кервалишвили, представленных защитой подсудимого, и признал их неприемлемыми по формальным обстоятельствам.

Указанные показания были получены защитой путем опроса названных главных свидетелей со стороны обвинения, находящихся за пределами территории России.

Европейский Суд при этом обратил внимание на то, что защита, по сравнению с обвинением, была поставлена в неблагоприятное положение, так как обвинение имело возможность непосредственно допросить свидетелей, а защита была лишена этой возможности. Кроме того, защите не было разрешено предъявить письменное заявление свидетеля, относящееся к существу производства и к его предыдущим показаниям. При конкретных обстоятельствах дела, а именно при том, что Мирилашвили М.М. не имел возможности допросить нескольких главных свидетелей в суде или, по крайней мере, на этапе предварительного судебного расследования, отказ принять их письменные показания и заявления, полученные защитой, не является обоснованным.

При этом Европейский Суд отметил, что если обвиняемый предпочитает активную защиту, он должен иметь право на поиск и предъявление доказательств «при тех же условиях», что и обвинение.

Учитывая важность присутствия участников уголовного процесса при проведении следственных действий, Европейский Суд сделал вывод о том, что рассматриваемое производство в целом не соответствует требованиям «справедливого разбирательства».

5 В представлении Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. поставлен вопрос о возобновлении производства по делу ввщг7 новых обстоятельств в связи с установленным Европейским Судом нарушением параграфа 1 статьи 6 Конвенции в отношении Мирилашвили М.М. при рассмотрении данного дела судами Российской Федерации.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев представление, находит, что производство по уголовному делу в отношении Мирилашвили М.М. подлежит возобновлению.

В соответствии с ч.1 ст.413 УПК РФ вступившие в законную силу приговор, определение и постановление суда могут быть отменены и производство по делу возобновлено ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Установленное Европейским Судом нарушение положений Конвенции при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела согласно п.п. «б» п.2 ч.4 ст.413 УПК РФ является основанием для возобновления производства по этому делу ввиду новых обстоятельств в порядке, установленном главой 49 УПК РФ.

Поскольку Европейский Суд в своем решении от 11 декабря 2008 года по жалобе № 6293/04 «Мирилашвили против России» установил нарушение положений параграфа 1 статьи 6 Конвенции, производство по данному делу в отношении Мирилашвили М.М. подлежит возобновлению ввиду новых обстоятельств.

Вместе с тем Президиум не находит оснований для отмены или изменения состоявшихся судебных решений в отношении Мирилашвили М.М.

По смыслу ст.ст. 413,415 УПК РФ в их взаимосвязи решение об отмене или изменении вступивших в законную силу приговора, определения или постановления суда Президиум Верховного Суда Российской Федерации принимает в тех случаях, когда установленное Европейским Судом нарушение Конвенции позволяет сделать вывод о незаконности, необоснованности или несправедливости судебных решений.

Установленное Европейским Судом нарушение положений Конвенции не свидетельствует о том, что приговор и кассационное определение в отношении Мирилашвили М.М.

являются незаконными, необоснованными и несправедливыми.

Европейский Суд признал в постановлении, что судебные инстанции Российской Федерации при вынесении судебных постановлений по делу Мирилашвили М.М. действовали, в основном, в соответствии с национальным законодательством.

6 Вывод Европейского Суда в пункте 226 постановления о том, что «...защита, по сравнению с обвинением, была в неблагоприятном положении, тогда как обвинение имело возможность непосредственно допросить свидетелей, защита была лишена этой возможности» не может служить достаточным основанием для признания приговора Ленинградского окружного военного суда 1 августа 2003 года и определения Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 2003 года неправосудными.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора Ленинградского окружного военного суда по делу Мирилашвили М.М. и материалов уголовного дела, судом были приняты все необходимые меры по вызову в суд из Республики Грузия потерпевших Маргвелашвили, Григолашвили и свидетеля Кервалишвили, что отметил и Европейский Суд.

Европейский Суд в постановлении констатировал, что во время судебного заседания военный суд отправил грузинским органам власти письмо с просьбой обеспечить присутствие на судебном разбирательстве потерпевших Григолашвили, Маргвелашвили и свидетеля Кервалишвили, но безрезультатно. В такой ситуации, делает далее вывод Суд, российские суды нельзя винить в нежелании грузинских органов власти взаимодействовать.

Признав, что военный суд приложил разумные усилия для обеспечения присутствия названных лиц на судебном разбирательстве, Европейский Суд одновременно сделал вывод о том, что невозможность для заявителя (Мирилашвили М.М.) допросить их лично скорее можно объяснить определенными объективными обстоятельствами, не подвластными российским органам власти.

Заявления, отобранные от них адвокатами осужденного, в которых они отказались от данных ими на стадии предварительного следствия показаний, оглашены в ходе судебного разбирательства и несмотря на возражения стороны обвинения приобщены к материалам дела.

Европейский Суд установил, что отказ суда принять письменные показания и заявления от указанных лиц, полученные защитой, не является обоснованным. В то же время в тексте постановления указано, что, высказавшись таким образом, Суд хотел бы подчеркнуть, что не занимает позицию по возможной оценке таких заявлений и показаний, поскольку это является прерогативой внутренних судов.

Окружной военный суд дал надлежащую правовую оценку дополнительно поступившим протоколам опроса защитниками Маргвелашвили, Григолашвили и Кервалишвили, суть которой заключается в следующем.

По смыслу ч.З ст. 86 УПК РФ защитник вправе собирать доказательства, в том числе и путем опроса лиц с их согласия, которые не являются свидетелям.1 7 (потерпевшими) в установленном порядке. Маргвелашвили, Григолашвили и Кервалишвили к моменту проведения защитником Афанасьевым и по его поручению адвокатом Республики Грузия их опроса уже являлись потерпевшими и свидетелем по делу, в связи с чем могли быть допрошены только в установленном законом порядке. Указанные лица были не только допрошены следователем, но их показания тщательно исследовались в судебном заседании, а поэтому их последний опрос защитником в интересах своего подзащитного является недопустимым.

Такую оценку суда Верховный Суд Российской Федерации при рассмотрении кассационных жалоб осужденного Мирилашвили М.М. и шести его защитников признал правомерной и соответствующей требованиям уголовнопроцессуального закона.

В полном соответствии со ст.75 УПК РФ суд первой инстанции признал недопустимыми доказательствами заявления потерпевших Маргвелашвили, Григолашвили, его супруги - свидетеля Джимшиашвили - и свидетеля Кервалишвили об отказе от своих показаний, данных в ходе предварительного следствия, поскольку они поступили в суд вне процедуры, предусмотренной уголовно-процессуальным законом, чему в приговоре дана убедительная оценка.

При таких обстоятельствах, установленное Европейским Судом нарушение Конвенции при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела в отношении Мирилашвили М.М. не является основанием для отмены либо изменения судебных решений.

На основании изложенного и руководствуясь Президиум Верховного Суда Российской Федерации ч.5 ст. 415 УПК РФ, постановил:

1. Представление Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. удовлетворить.

2. Возобновить производство по данному уголовному делу в отношении Мирилашвили М.М. ввиду новых обстоятельств.

3. Приговор Ленинградского окружного военного суда от 1 августа 2003 года, кассационное определение Военной коллегией Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 2003 года в отношении Мирилашвили Михаила Михайловича оставить без изменения.

Председательствующий