ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 46-В09-35
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Москва / У ф е в р а л я 2010 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Горохов Б.А., изучив надзорную жалобу Жирновой М.Н. по материалам истребованного дела по иску Жирновой М.Н. к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда РФ в Кировском районе г. Самары о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости в связи с педагогической деятельностью,
установил:
Жирнова М.Н. обратилась в суд с иском к Государственному учреждению Управлению Пенсионного фонда РФ в Кировском районе г. Самары о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости в связи с педагогической деятельностью, указав, что ответчиком отказано в удовлетворении ее заявления о назначении досрочной трудовой пенсии по старости со ссылкой на отсутствие требуемого специального стажа, так как ответчиком не были включены в ее специальный стаж период работы с 03.01.1997 г. по 15.01.1998 г. в должности воспитателя Муниципального дошкольного образовательного учреждения № 238, а также период ее нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 11.11.1992 г. по 17.08.1995 г.
Не соглашаясь с отказом в назначении такой пенсии, Жирнова М.Н.
просила обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском районе г. Самары включить в ее стаж, дающий право на досрочную трудовую пенсию по старости, вышеуказанные спорные периоды, а также период ее работы с 23 по 26 декабря 2008 года в том же учреждении и назначить досрочную трудовую пенсию по старости со дня обращения - с 26 декабря 2008 года.
Решением Кировского районного суда г. Самары от 09 июля 2009 года исковые требования Жирновой М.Н. удовлетворены.
2 Определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 11 августа 2009 года данное решение суда первой инстанции отменено в части включения в специальный стаж периода ухода истицей за ребенком с 11.11.1992 г. по 17.08.1995 г. и возложения на ответчика обязанности назначения истице досрочной пенсии, и вынесено в отмененной части новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в указанной части. В остальной части решение суда оставлено без изменения.
В надзорной жалобе Жирновой М.Н. ставится вопрос о ее передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения надзорной жалобы или представления прокурора судья выносит определение об отказе в передаче надзорной жалобы или представления прокурора для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Таких оснований для пересмотра судебного постановления в порядке надзора по доводам надзорной жалобы, изученным по материалам истребованного дела, не установлено.
Из материалов дела следует, что 17 августа 1992 года истица Жирнова М.Н. родила дочь Марию.
Приказом Самарского металлургического производственного объединения № 1165-к от 15.09.1992 г. ей был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, начиная с 11.11.1992 г. по 17.07.1995 г.
В надзорной жалобе Жирнова М.Н. просит отменить определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 11 августа 2009 года и оставить в силе решение Кировского районного суда г.
Самары от 09 июля 2009 года, указывая, что данное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда принято с существенным нарушением материального закона, поскольку судом кассационной инстанции не принято во внимание, что на момент рождения ею ребенка и издания приказа о предоставлении ей отпуска по уходу за ребенком действовала редакция статья 167 КЗоТ РСФСР, которая предусматривала включение отпуска по уходу за ребенком в специальный стаж. Поэтому ее исковые требования о включении в специальный стаж периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком, а соответственно и о назначении пенсии, по ее мнению, подлежали удовлетворению.
3 С данными доводами надзорной жалобы согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном толковании норм трудового законодательства и неверном понимании обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора.
Так, согласно статье 167 КЗоТ РСФСР в редакции, действовавшей до 06.10.1992 года - вступления в силу Закона РФ от 25.09.1992 г. № 3543-1»0 внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде», период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком подлежал включению в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Эта же норма, статья 167 КЗоТ РФ, в редакции указанного закона РФ не предусматривала включение периода нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком в специальный стаж.
Из этого следует, что время нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком включался в специальный стаж только в случае, если он был предоставлен до 6 октября 1992 года, и, соответственно, значимым обстоятельством для разрешения дел такой категории является дата начала такого отпуска. При этом дата рождения ребенка и дата издания приказа о предоставлении такого отпуска, на что имеется ссылка в надзорной жалобе, не являются значимыми обстоятельствами для рассмотрения данных исковых требований.
С учетом вышеприведенных норм закона и того, что истица находилась в отпуске по уходу за ребенком с 11 ноября 1992 г. суд кассационной инстанции правильно пришел к выводу о необоснованности включения судом первой инстанции периода нахождения истицы в таком отпуске в ее специальный стаж и правомерно отменил решение суда в этой части.
Подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской федерации (в редакции от 30.12.2008 г. № 319-ФЗ) установлено, что трудовая пенсия по старости назначается лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста.
Поскольку такой стаж истицы составляет менее 25 лет, суд кассационной инстанции обоснованно отменил решение суда первой инстанции и в части возложения на ответчика обязанности назначить истице досрочную трудовую пенсию по старости.
По вышеуказанным основаниям суд кассационной инстанции при правильном применении норм материального права принял в отмененной части законное новое решение об отказе Жирновой М.Н. в иске о возложении на ответчика обязанности включения в специальный стаж периода нахождения истицы в отпуске по уходу за ребенком с 11.11.1992 г. по 17.08.1995 г. и назначения ей досрочной трудовой пенсии по старости.
Учитывая, что при рассмотрении данного дела судом кассационной инстанции не были допущены существенные нарушения норм материального или процессуального права, оснований для передачи надзорной жалобы Жирновой М.Н.
для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь статьями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 381 и 383
определил:
отказать Жирновой М.Н. в передаче надзорной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Судья Верховного Суда Российской Федерации <^Гг-^ ^^1*<^ Б.А.Горохов