ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №26-807-18
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. М о с к в а < ш)у> ф е в р а л я 2 0 0 8 года Судья Верховного Суда Российской Федерации Зелепукин А.Н., рассмотрев истребованное по надзорной жалобе Оздоева М.А. дело по иску Оздоева М.А. к Государственному учреждению - региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Государственному учреждению - «Главное бюро медикосоциальной экспертизы Республики Ингушетия» о признании действий незаконными, взыскании страховых выплат и компенсации морального вреда,
установил:
Оздоев М.А. обратился в суд с указанным иском к ответчикам, в обоснование которого указал, что он, являясь инвалидом первой группы вследствие увечья, полученного в результате несчастного случая на производстве, на основании Федерального закона от 24 июля 1998 года №125ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» получает страховые суммы в возмещение вреда здоровью. 8 июля 2005 года Государственным учреждением - региональным отделением Фонда социального страхования РФ по Республике Ингушетия ему было предложено пройти освидетельствование в учреждении медико-социальной экспертизы, поскольку в его учетном деле отсутствует заключение о степени утраты трудоспособности, а индивидуальная Программа реабилитации не содержит сведений о необходимых ему отдельных видах дополнительных расходов. С октября 2005 года ответчиком приостановлены выплаты в счет компенсации дополнительных расходов, в связи с чем Оздоев М.А. просил признать указанные к действия органа социального страхования незаконными, обязать возместить стоимость расходов на лечебный массаж, средства гигиены, специальный медицинский уход, санаторно-курортное 2 лечение, за проезд к месту отдыха и обратно для него и сопровождающего лица, взыскать образовавшуюся задолженность по оплате расходов на дополнительное питание.
Решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 27 октября 2006 года исковые требования удовлетворены частично.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 25 января 2007 года указанное решение суда первой инстанции отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.
В надзорной жалобе Оздоев М.А. просит определение суда кассационной инстанции отменить, оставить в силе решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 27 октября 2006 года.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2007 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в порядке надзора.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.
Таких оснований в данном случае не имеется.
В силу пункта 1 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является видом социального страхования и предусматривает возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплату расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.
В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в редакции Федерального закона от 23 октября 2003 года №132-Ф3) обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на:
лечение застрахованного, осуществляемое на территории Российской Федерации непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности; приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода; посторонний (специальный медицинский и бытовой) уход за застрахованным, в том числе 3 осуществляемый членами его семьи; проезд застрахованного, а в необходимых случаях и на проезд сопровождающего его лица для получения отдельных видов медицинской и социальной реабилитации; медицинскую реабилитацию в организациях, оказывающих санаторно-курортные услуги, в том числе по путевке, включая оплату лечения, проживания и питания застрахованного, а в необходимых случаях оплату проезда, проживания и питания сопровождающего его лица и др.
В ходе рассмотрения настоящего спора судом установлено, что в соответствии с заключением Назрановской районной ВТЭК от 16 декабря 1993 года Оздоев М.А. является инвалидом первой группы в связи с трудовым увечьем, инвалидность установлена истцу бессрочно. В 2002 году при передаче учетного дела Оздоева М.А. из Пермского регионального отделения Фонда социального страхования РФ в региональное отделение Фонда социального страхования РФ по Республике Ингушетия в его материалах отсутствовало заключение учреждения медико-социальной экспертизы о степени утраты пострадавшим профессиональной трудоспособности;
индивидуальной Программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве к акту освидетельствования от 15 декабря 1993 года не были предусмотрены отдельные виды реабилитационных мероприятий, необходимость проведения которых подтверждается медицинскими показаниями. В связи с указанными обстоятельствами Государственным учреждением - региональным отделением Фонда социального страхования РФ по Республике Ингушетия Оздоеву М.А. было предложено пройти освидетельствование в учреждении медико-социальной экспертизы, а с октября 2005 года приостановлены страховые выплаты на дополнительные расходы в связи с отсутствием необходимых данных для их назначения.
Принимая решение по делу, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе его рассмотрения нашел свое подтверждение факт неправомерности действий Регионального отделения Фонда социального страхования РФ по Республике Ингушетия по направлению Оздоева М.А. для прохождения освидетельствования в учреждении медико-социальной экспертизы на предмет установления последнему степени утраты трудоспособности, поскольку инвалидность последнему, равно как и степень утраты профессиональной трудоспособности 100%, были установлены истцу в 1993 году бессрочно.
Отменяя указанное судебное решение, суд кассационной инстанции принял во внимание, что у ответчика отсутствовали правовые основания для направления Оздоева М.А. в учреждение медико-социальной экспертизы для прохождения переосвидетельствования на предмет установления степени утраты профессиональной трудоспособности. Однако на момент совершения оспариваемых действий личное учетное дело Оздоева М.А. не содержало каких-либо сведений о необходимых видах дополнительных расходов по программе реабилитации пострадавшего и по представленным в органы социального страхования индивидуальным Программам реабилитации Оздоева М.А. установить нуждаемость последнего в дополнительных расходах, на 4 оплату которых он претендует, а также определить их периодичность не представлялось возможным, ввиду их неполноты и противоречивости.
Принимая решение об отмене постановленного судебного решения и направлении дела на новое рассмотрение, судебная коллегия также исходила из того, что требует дополнительной проверки обоснованность иска в части взыскания с Регионального отделения Фонда социального страхования РФ по Республике Ингушетия компенсации за санаторно-курортное лечение, в том числе пройденное Оздоевым М.А. за счет собственных средств в санатории имени академика Н.Н.Бурденко, расположенном в городе Саки Республики Украина, поскольку в соответствии с пунктом 11 Порядка оплаты дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию лиц, пострадавших в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 апреля 2001 года №332, оплата дополнительных расходов на санаторно-курортное лечение пострадавшего по заключению государственного или муниципального медицинского учреждения осуществляется страховщиком в форме предоставления пострадавшему и сопровождающему его лицу (на основании заключения учреждения медико-социальной экспертизы) путевки на санаторнокурортное лечение в здравницах, расположенных на территории Российской Федерации, по перечню, утвержденному Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации, либо в здравницах, расположенных на территории государств - участников СНГ, аналогичных которым нет в Российской Федерации, и оплаты стоимости проезда к месту лечения и обратно.
Кроме того, судом кассационной инстанции указано на необходимость дополнительной проверки расчетов оплаты расходов, которые были положены судом в основу постановленного решения, учитывая представленную Оздоевым М.А. Программу реабилитации от 10 июля 2006 года, поскольку решение суда не содержит соответствующих выводов, обосновывающих размер подлежащих взысканию в пользу истца сумм.
В надзорной жалобе заявитель, оспаривая определение судебной коллегии, ссылается на то, что при его вынесении судом не было учтено наличие вступивших в законную силу судебных решений, обязательных для исполнения на всей территории Российской Федерации всеми без исключения органами государственной власти, должностными лицами и организациями, и возлагающих на ответчика обязанность по осуществлению страховых выплат в установленном размере.
Вместе с тем, как усматривается из материалов дела и судебного решения, обстоятельства, связанные с содержанием и порядком исполнения имеющихся судебных постановлений, в ходе разрешения спора также не были предметом проверки суда первой инстанции (решение Пермского областного суда от 8 июня 1995 года в материалах дела отсутствует), каких-либо выводов в этой части, кроме указания на наличие таких судебных постановлений, решение 5 суда не содержит, в связи с чем при новом рассмотрении дела заявитель вправе представить суду изложенные доводы и доказательства в обоснование правомерности заявленных им требований.
Таким образом, приведенные недостатки судебного решения не могли быть устранены на стадии рассмотрения дела в кассационном порядке, в связи с чем суд кассационной инстанции в силу предоставленных ему гражданским процессуальным законодательством полномочий отменил данное судебное постановление с направлением дела на новое рассмотрение и указал на необходимость вынесения законного и обоснованного решения, соответствующего фактическим обстоятельствам, установленным по настоящему делу.
С учетом изложенного и принимая во внимание, что при рассмотрении дела судом кассационной инстанции не было допущено существенного нарушения норм материального права или неправильного применения норм процессуального права, повлекших вынесение незаконного судебного постановления, отсутствие в надзорной жалобе обстоятельств, которые бы могли в силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса РФ явиться достаточным основанием к отмене обжалуемого судебного постановления, и руководствуясь статьей 383 Гражданского процессуального кодекса РФ,
определил:
в передаче дела по иску Оздоева М.А. к Государственному учреждению региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Государственному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы Республики Ингушетия» о признании действий незаконными, взыскании страховых выплат и компенсации морального вреда для рассмотрения по существу в суд^н^дзорной инстанции отказать.
^~ Xх 1 Судья Верховного Суда Российской Федерации ^^7/уН/п / ^ ^ {^УсЛ-^^Л^-У / А.Н. Зелепукин