ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Д е л о № 22-В07-4
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. М о с к в а « мая 2007 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Г.А.Колычева, рассмотрев истребованное по надзорной жалобе представителя Министерства внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания Дамбеговой А.Б. дело по иску Хумарова Т.А. к Министерству внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания о взыскании задолженности по дополнительному денежному содержанию,
установила:
Хумаров Т.А. обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что во время прохождения службы в органах внутренних дел в период с марта 1996 года по 2002 год выполнял задачи по обеспечению правопорядка и общественной безопасности в условиях чрезвычайного положения и по ликвидации последствий осетино-ингушского вооруженного конфликта, в связи с чем ему полагаются льготы и компенсации, предусмотренные Законом РФ «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территориях государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах». Между тем, ответчиком периоды его фактического участия в выполнении вышеназванных задач определены не полностью, в связи с чем, просил суд признать за ним право на получение дополнительных компенсационных выплат за выполнение задач по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта октябряноября 1992 года в период с марта 1996 года по 2002 год исходя из числа календарных дней каждого месяца, за вычетом времени нахождения в отпуске и взыскать задолженность с учетом индексации. Кроме того, просил суд взыскать с ответчика денежную компенсацию за непредоставленные санаторнокурортные путевки из расчета их средней стоимости, засчитать в выслугу лет для назначения пенсии период с марта 1996 г. по август 1998 г. из расчета один месяц службы за три месяца.
Решением Ленинского районного суда г. Владикавказа от 03.06.2005 г.
исковые требования Хумарова Т.А. были частично удовлетворены, а именно:
за Хумаровым Т.А. было признано право на дополнительные компенсационные выплаты за выполнение задач по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта в период с марта 1996 года по 2002 год, исходя из количества календарных дней каждого месяца за вычетом времени нахождения Хумарова Т.А. в отпуске, командировке, периодов болезни и учебы; с МВД Республики Северная Осетия - Алания в пользу Хумарова Т.А. взыскана денежная сумма в размере 226 776 тысяч рублей; суд обязал МВД Республики Северная ОсетияАлания засчитать Хумарову Т.А. в выслугу лет для назначения пенсии период фактического участия в выполнении задач по ликвидации последствий осетиноингушского конфликта с марта 1996 года по 2002 год в льготном исчислении из расчета один день выполнения задач за три дня службы.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Северная Осетия - Алания от 28.06.2005 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В надзорной жалобе представитель Министерства внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания Дамбегова А.Б. просит судебные постановления, состоявшиеся по данному делу, отменить.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 08.12.2006 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Дело надлежит передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - президиум Верховного суда Республики Северная Осетия Алания.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.
В надзорной жалобе представитель Министерства внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания Дамбегова А.Б. указывает на то, что судом были допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся, по ее мнению, в следующем.
Разрешая спор и признавая за Хумаровым Т.А. право на дополнительные компенсационные выплаты, суд исходил из того, что Хумаров Т.А., который проходит службу в органах внутренних дел МВД Республики Северная Осетия - Алания, в период с марта 1996 года по 2002 год выполнял задачи в условиях чрезвычайного положения и по ликвидации последствий осетино-ингушского вооруженного конфликта, в связи с чем имеет право на предоставление дополнительных льгот и компенсаций в соответствии с Законом РФ от 21 января 1993 года № 4328-1 «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах».
При этом суд сослался на то, что характер выполнения служебных задач в течение указанного времени не изменялся, в том числе и в дни, указанные в приказе Министра внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания № 264 л/с от 8 октября 2003 года, которым истец был включен в список лиц, выполнявших задачи по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта.
С таким выводом суда согласиться нельзя. В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 21 января 1993 года № 4328-1 «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах» военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, а также военнослужащим-офицерам, прапорщикам, мичманам, военнослужащим сверхсрочной службы, проходящим военную службу и не заключившим контракта о прохождении военной службы постоянно или временно выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, на период выполнения этих задач устанавливаются оклады по воинским должностям и оклады по воинским званиям в двойном размере.
Статьей 2 указанного Закона предусмотрено, что военнослужащим, выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, для назначения пенсии засчитывается в выслугу лет и трудовой стаж один месяц военной службы за три месяца.
Действие настоящего Закона распространено на лиц рядового и начальствующего состава, курсантов и слушателей учебных заведений Министерства внутренних дел Российской Федерации, выполняющих задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах.
Постановлением Правительства РФ от 31 марта 1994 года № 280 «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций», принятым в соответствии со ст. 7 вышеуказанного закона, предусмотрено, что дополнительные гарантии и компенсации предоставляются военнослужащим и сотрудникам органов внутренних дел, принимавшим участие в выполнении задач по нормализации обстановки, восстановлению законности и правопорядка в условиях чрезвычайного положения, либо в местностях, отнесенных к зонам вооруженного конфликта.
Пунктом 2 Постановления определено предоставлять сотрудникам дополнительные гарантии и компенсации только за время фактического выполнения ими задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо, местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта.
Периоды выполнения военнослужащими и сотрудниками задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах оформляются приказами командиров воинских частей, начальников штабов, оперативных и иных групп.
Пунктом 3 этого Постановления установлено, что сотрудники органов внутренних дел, выполняющие указанные задачи на территории Республики Северная Осетия и Ингушской Республики, находятся в условиях чрезвычайного положения (в ред. Постановления Правительства РФ от 28.03.2001 N237).
Указом Президента РФ от 19 октября 1996 года № 1474, Постановлениями Правительства РФ № 343 от 15 апреля 1995 года, № 501 от 23 апреля 1996 года, № 1276 от 28 октября 1996 года, приказами МВД России № 74 от 28 февраля 1995 года и № 629 от 29 ноября 1996 года определены задачи, решение которых сотрудниками органов внутренних дел, проходившими службу на территории Республики Северная Осетия, отнесено к выполнению задач при вооруженных конфликтах, а именно: обеспечение охраны зданий, занимаемых Временным Государственным комитетом, жилых городков и других мест компактного проживания строителей, складских и производственных баз подрядных организаций, строящихся и восстанавливаемых объектов, а также сопровождение и охрана грузов при перевозке по территориям Республики Северная Осетия и Ингушской Республики;
обеспечение безопасности вынужденных переселенцев;
обеспечение возвращения вынужденных переселенцев в места их прежнего постоянного проживания на территориях Республики Северная Осетия Алания и Республики Ингушетия, обеспечение персональной охраны полномочного представителя Президента РФ; обеспечение общественной безопасности, охрана объектов жизнеобеспечения; обеспечение безопасности административно-территориальных границ Республики Северная Осетия Алания и Республики Ингушетия в целях недопущения проникновения на их территории незаконных вооруженных формирований, транспортировки оружия и боеприпасов, принятия мер по разоружению незаконных формирований и изъятию незаконно хранящегося оружия у населения.
Из анализа указанных нормативных актов следует, что дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом РФ от 21 января 1993 года № 4328-1, предоставляются сотрудникам органов внутренних дел за фактическое участие в выполнении задач по нормализации обстановки, восстановлению законности и правопорядка на территории, где в соответствии с законодательством Российской Федерации введено чрезвычайное положение или данная местность, отнесена к зоне вооруженного конфликта. В связи с чем указанные выплаты должны производиться тем лицам, которые реально выполняли указанные задачи и за все время их выполнения. При этом само по себе прохождение сотрудником органов внутренних дел службы на территории Северо-Кавказского региона и выполнение им возложенных на него служебных обязанностей еще не означает фактическое выполнение задач в условиях вооруженного конфликта или в условиях чрезвычайного положения.
Таким образом, фактическое выполнение задач, решение которых отнесено к выполнению задач при вооруженных конфликтах или в условиях чрезвычайного положения, должно быть доказано по делу в соответствии с требованиями гражданского процессуального закона.
Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст.60 ГПК РФ).
Представитель МВД Республики Северная Осетия-Алания в надзорной жалобе указывает на то, что ссылка суда на то, что в силу занимаемой должности Хумаров Т.А. выполнял оперативные и иные мероприятия, характер и специфика которых соответствует перечню задач по ликвидации последствий осетино-ингушского вооруженного конфликта, не состоятельна. Доказательств участия в выполнении задач в условиях чрезвычайного положения Хумаровым Т.А. в суд представлено не было. Однако, льготы и компенсации предоставляются не просто за выполнение должностных обязанностей, а за выполнение задач, связанных непосредственно с ликвидацией последствий осетино-ингушского конфликта.
Также, по мнению представителя МВД Республики Северная ОсетияАлания судом не учтен тот факт, что несение службы в выходные и праздничные дни, а также сверхурочная работа оплачивается в соответствии с трудовым законодательством и специальными нормами, регулирующими оплату труда сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации.
Выполнение Хумаровым Т.А. задач, возложенных на него в связи с прохождением службы в органах внутренних дел, само по себе не является выполнением задач по ликвидации последствий осетино-ингушского вооруженного конфликта в условиях чрезвычайной ситуации, следовательно, признание за Хумаровым Т.А. права на получение дополнительных компенсационных выплат, исходя из числа календарных дней каждого месяца, неправомерно.
В соответствии с приказом МВД РФ № 229 от 30.06.1994 г. временем фактического выполнения задач считается период непосредственного участия в выполнении задач по нормализации обстановки.
Не состоятельна и ссылка суда на Положение о денежном довольствии сотрудников органов внутренних дел, утвержденное приказом МВД РФ № 750 от 30.09.1999 г., так как данное Положение определяет общий порядок выплаты заработной платы сотрудникам органов внутренних дел. Порядок оплаты дополнительных компенсационных выплат, предусмотренных за службу в зоне вооруженного конфликта, данным Положением не регулируется. Выплата компенсаций производится за конкретно определенные задачи и за конкретный период, который устанавливается в соответствии с Постановлением Правительства РФ № 280 от 31.03.1994 г. и Федеральным законом № 4328-1 от 21.03.1993 г.
Приведенные доводы заслуживают внимания, в связи с чем, дело вместе с надзорной жалобой Министерства внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания и настоящим определением следует направить для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции.
г На основании изложенного, руководствуясь статьей 384 Гражданского процессуального кодекса РФ,
определила:
дело по иску Хумарова Т.А. к Министерству внутренних дел Республики Северная Осетия - Алания о взыскании задолженности по дополнительному денежному содержанию, направить для рассмотрения по существу в президиум Верховного суда Республики Северная Осетия - Алания.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Копия верна:
ттстстг.енный секретарь Верховного Суда Р Ф Г.А.Колычева