№ 34-В06-79
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
21 а в г у с т а 2 0 0 6 г о д а г. М о с к в а Судья Верховного Суда Российской Федерации Горшков В.В., рассмотрев истребованное по надзорной жалобе представителя Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилина Е.Р.
дело по иску Гапеенко Е.В. к Акционерному коммерческому Сберегательному банку Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 о понуждении к исполнению обязательств; по встречному иску Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 к Гапеенко Е.В. о расторжении договора детского целевого вклада,
установил:
6 февраля 1993 г. и 5 января 1994 г. в Мурманском отделении № 8627 Сберегательного банка Российской Федерации Гапеенко Е.В. были открыты на имя сына - Гапеенко И.Ю. детские целевые вклады (лицевые счета № Н99, № И44Н374) сроком на 10 лет под 80 % и 190 % годовых. С 1 июля 1994 г.
банком процентная ставка по вкладам стала снижаться и с 25 августа 1997 г.
составляла 16 % годовых. Считая действия банка незаконными, Гапеенко Е.В.
просила суд обязать ответчика начислить процентную ставку по вкладам в размере не ниже действовавшей на момент открытия вкладов. Встречный иск о расторжении договоров банковских вкладов Гапеенко Е.В. признала в полном объеме, согласна с расторжением договоров с момента вступления решения суда в законную силу.
Представитель ответчика иск Гапеенок Е.В. не признал, встречные исковые требования поддержал.
Решением Октябрьского районного суда г. Мурманска от 17 декабря 2003 г. исковые требования сторон удовлетворены.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 11 февраля 2004 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В надзорной жалобе представитель Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации просит состоявшиеся по делу, судебные постановления, отменить в части удовлетворения исковых требований Гапеенко Е.В. и вынести в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении иска.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2006 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Дело надлежит передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - президиум Мурманского областного суда.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.
В надзорной жалобе заявитель - представитель ответчика указывает, что при рассмотрении дела судом были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся, по мнению ответчика, в следующем.
Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из того, что ответчик был не вправе в одностороннем порядке изменять проценты по детскому целевому вкладу и вноситель вклада - Гапеенко Е.В. не была ознакомлена с условием договора о праве Сберегательного банка Российской Федерации в одностороннем порядке изменять процентную ставку по детскому целевому вкладу.
Между тем, по мнению заявителя, эти выводы суда основаны на неправильном толковании и применении норм материального права и не соответствуют обстоятельствам дела.
Как указывает в надзорной жалобе заявитель, договоры банковского вклада были заключены 6 февраля 1993 г. и 5 января 1994 г., то есть до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статьей 395 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего на момент заключения договоров банковского вклада, было установлено, что граждане могут хранить денежные средства в государственных трудовых сберегательных кассах и в других кредитных учреждениях, распоряжаться вкладами, получать по вкладам доход в виде процентов или выигрышей, совершать безналичные расчеты в соответствии с уставами кредитных учреждений и изданными в установленном порядке правилами.
Согласно статьям 28, 29 и 38 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 г. (в редакции от 24 июня 1992 г.) «О банках и банковской деятельности в РСФСР» было установлено, что отношения между банком и клиентами носят договорный характер; банк вправе самостоятельно устанавливать процентные ставки по операциям банков, а также определять условия, на которых они осуществляют операции по приему вкладов от населения.
Право банка самостоятельно изменять процентные ставки по целевым вкладам на детей, закреплено в Инструкции от 30 июня 1992 г. № 1-Р «О порядке совершения учреждениями Сберегательного банка Российской Федерации операций по вкладам населения» (пункт 1.6).
Согласно пункту 2 статьи 57 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, действовавших на момент заключения договоров, одностороннее изменение условий договора не допускается, за исключением случаев, предусмотренных договором или законом.
Запрет на односторонне изменение банком процентных ставок введен пунктом 3 статьи 838 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, вступившего в силу после заключения вышеуказанных договоров.
Обратной силы данное положение закона не имеет.
В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 26 января 1996 г.
«О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» часть вторая Кодекса применяется к обязательственным отношениям, возникшим после введения ее в действие. По обязательственным отношениям, возникшим до 1 марта 1996 г., часть вторая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.
Согласно пункту 3 статьи 838 Гражданского кодекса Российской Федерации определенный договором банковского вклада размер процентов на вклад, внесенный гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока либо по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, не может быть односторонне уменьшен банком, если иное не предусмотрено законом.
Следовательно, по детским целевым вкладам, заключенным с гражданами после 1 марта 1996 г., банки не вправе уменьшать размер процентов, даже в тех случаях, когда условие об одностороннем уменьшении банком размера процентов включено в договор банка с гражданиномвкладчиком.
Между тем, по детским целевым вкладам, заключенным до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, изменение банком процентной ставки является возможным и после 1 марта 1996 г., если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору детского целевого вклада содержалось в конкретном договоре, и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке, поскольку на период заключения этих договоров действовавшим законодательством банку предоставлялась возможность устанавливать в договоре условие о понижении процентной ставки, и это условие на основании статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации сохраняет свою силу после установления законодателем иных правил, обязательных для сторон.
Заявитель в надзорной жалобе указывает, что на момент заключения вносителем вклада и банком договоров целевого вклада на имя Гапеенко И.Ю.
оформление вклада согласно пункту 1.14 Инструкции Сберегательного банка Российской Федерации от 30 июня 1992г. № 1-Р подтверждалось выдачей вкладчику либо лицу, вносящему вклад, сберегательной книжки. Нормы об обязательном оформлении договора банковского вклада в письменной форме, в том числе и целевого вклада на детей, появились в законодательстве позднее, а именно по истечении более двух лет после заключения между сторонами по делу договоров целевого вклада на детей.
Так, статья 836 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 которой устанавливает требование о заключении договора банковского вклада в письменной форме, введена в действие Федеральным законом от 26 января 1996 г. № 15-ФЗ с 1 марта 1996 г. Норма об оформлении привлечения денежных средств во вклады договором в письменной форме была предусмотрена частью 2 статьи 36 Федерального закона от 3 февраля 1996 г. № 17-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О банках и банковской деятельности в РСФСР», вступившего в силу с 5 февраля 1996 г.
В надзорной жалобе указывается также, что все условия договора целевого вклада, в том числе условие о праве довложения денежных средств во вклад, о сроке хранения вклада, о размере процентной ставки по вкладу определялись на момент заключения договоров банковского вклада Инструкцией № 1-Р, с чем вноситель вклада был согласен, заключая указанные договора.
По мнению заявителя, суд неправильно признал несущественной запись вносителя вклада, сделанную при открытии вклада, о согласии с условиями договоров целевого вклада. Суд не учел и не применил нормы законодательства о толковании договора.
Статьей 59 Основ гражданского законодательства Союза ССР и статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при толковании договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.
В надзорной жалобе представитель Сберегательного банка Российской Федерации указывает, что из буквального толкования собственноручной записи Гапеенко Е.В. на карточках лицевых счетов «с условиями вклада ознакомлена» следует, что вноситель вклада была ознакомлена с условиями договоров и согласна с предлагаемыми банком условиями указанного выше вклада, включая условие о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки в зависимости от уровня инфляции и доходов банка.
Такая запись, совершенная при заключении договоров, по мнению заявителя, является безусловным и полным доказательством согласия на заключение договоров на условиях, определенных банком в Инструкции № 1 Р и не допускает исключений, позволяющих предположить заключение договоров на иных условиях.
Ссылка суда на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 февраля 1999 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 г. «О банках и банковской деятельности» в связи с жалобами граждан О.Ю. Веселяшкиной, А.Ю. Веселяшкина и Н.П.Лазаренко» в обоснование вывода об отсутствии у банка права снижать размер процентной ставки по целевым вкладам на детей, заключенным между истицей и ответчиком, не может быть признана состоятельной.
Правоотношения по договорам целевого вклада на детей возникли в феврале 1993 г., то есть в период действия иных положений указанного закона, а именно статей 28 и 38, которые в редакции Закона РСФСР от 2 декабря 1990 г. № 395-1 наделяли банк правом в одностороннем порядке изменять размер процентной ставки по вкладам.
Указанные выше доводы заслуживают внимания, в связи с чем дело вместе с надзорной жалобой представителя Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилина Е.Р. и настоящим определением следует передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции.
На основании изложенного, руководствуясь статьей 384 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определил:
дело по иску Гапеенко Е.В. к Акционерному коммерческому Сберегательному банку Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 о понуждении к исполнению обязательств; по встречному иску Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 к Гапеенко Е.В. о расторжении договора детского целевого вклада передать для рассмотрения по существу в президиум Мурманского областного суда.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Копия в е р н а :
Ответственный секретарь . Верховного С у д а РФ В.В. Горшков