Дело Л« 25 - 0 0 6 - 10 сп КАССАЦИОННОЕ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 26 апреля 2006 гола Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Россий­ ской Федерации в составе председательствующего Галиуллина З.Ф.

судей - Ламинцевой С.А. и Побрызгаевой Е.В.

рассмотрела в судебном заседании от 26 апреля 2006 года уголовное дело по кассационному представлению государственного обвинителя Мухамеджановой Р.А. на приговор суда присяжных Астраханского областно­ го с\ да от 3 марта 2006 года, которым Кравченко Дмитрий Александрович, родившийся 4 января 1979 года в г. Самара, неработающий, судимый 16 мая 2002 года по ст.

111ч.1 УК РФ, ст. 167 ч.2 УК РФ на 6 лет 6 месяцев лишения, осво­ божденный условно - досрочно 11 июня 2004 года, оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. сг. 131 ч.З п. «в», ст . 132 ч.З п. « в» УК РФ в связи с неустановлением события преступления на основании оправдательного вердикта, вынесен­ ного присяжными заседателями.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ламинцевой С.А., мнение прокурора Аверкиевой В.А, об отмене приговора по доводам кассационного пред­ ставления и направлении дела на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

органами предварительного следствия Кравченко обвинялся в из­ насиловании, совершенном с использованием беспомощного состояния потерпевшей Антоновой М., 1996 года рождения, а также в совершении в отношении нее иных действий сексуального характера с применением на- силия к потерпевшей, с использованием беспомощного состояния потер­ певшей, совершенных в отношении лица, заведомо не достигшего четыр­ надцатилетнего возраста.

Преступления, как указывают органы предварительного следствия, были совершены 26 сентября 2005 года в г. Астрахани.

В кассационном представлении государственный обвинитель ставит вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Автор представления считает, что по делу допущены существен­ ные нарушения уголовно - процессуального закона, которые могли по­ влиять на выводы присяжных заседателей. Соответствующее воздействие на присяжных заседателей, по мнению государственного обвинителя, оказывал и адвокат в защиту Кравченко.

В дополнительном кассационном представлении государст­ венный обвинитель указывает о том, что адвокат в речи допустила не­ верную, « направленную» трактовку уголовно - правого понятия изнаси­ лования. Это высказывание, как указывает автор представления, не вы­ звало никакой реакции со стороны председательствующего, хотя не мог­ ло не оказать воздействия на присяжных заседателей.

Далее автор представления ссылается на то, что адвокат в речи касалась вопросов, которые не подлежат разрешению присяжными засе­ дателями, и которые формировали у присяжных заседателей искаженное мнение по предъявленному обвинению.

По этим основаниям автор представления находит, что имеются законные основания для отмены приговора.

Автор представления также указывает о том, что имеются основа­ ния для вывода о том, что Кравченко имел незаконные контакты с при­ сяжными заседателями, в том числе, в целях воздействия на них.

В возражениях на кассационное представление Кравченко Д.А. просит оставить его без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного пред­ ставления и возражений на него, судебная коллегия считает, что приговор подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 385 УПК РФ, если при рассмотрении дела были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, которые по- влияли на ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы, оправдательный приговор, постановленный на основании оп­ равдательного вердикта присяжных заседателей, по представлению про­ курора подлежит отмене.

Как следует из протокола судебного заседания, подсудимый Кравченко в ходе представления доказательств обвинения неоднократно высказывал фразы о незаконности способов их получения, пытаясь уве­ сти следствие в русло обсуждения вопросов о том, как шло предвари­ тельное следствие, при этом все высказывания Кравченко сводились к одной идее - все доказательства обвинения фальсифицированы.

После допроса потерпевшей в судебном заседании (она допраши­ валась в отсутствие Кравченко) последний, ознакомившись с ее показа­ ниями, в присутствии присяжных заседателей заявил, что «потерпевшая говорила все по заранее выученному тексту».

В ходе прений Кравченко также пытался воздействовать на при­ сяжных заседателей, в частности, несмотря на замечания председательст­ вующего, он сослатся на неисследованные в судебном заседании доказа­ тельства, из которых якобы следовало, что психическое состояние п о ­ терпевшей не позволяет ей адекватно оценивать происшедшее.

Далее, как правильно указано в кассационном представлении про­ курора, при произнесении напутственного слова, в момент напоминания председательствующим доказательств обвинения, Кравченко спровоци­ ровал конфликт с председательствующим, при этом суть конфликта сво­ дилась к тому, что он именовал себя жертвой произвола правоохрани­ тельных органов.

Подобное поведение Кравченко не могло не оказать соответст­ вующего влияния на присяжных заседателей.

Как правильно указано в кассационном представлении прокурора, воздействие на присяжных заседателей неоднократно оказывалось и ад­ вокатом подсудимого, как со ссылкой на неисследованные доказательст­ ва, так и высказыванием фраз, которые были направлены на формирова­ ние у присяжных заседателей искаженного мнения о содержании понятия «изнасилование».

Так, выступая с речью перед присяжными заседателями, адвокат «по - своему» изложила трактовку понятия изнасилование, заявив о том, что «введение полового члена в преддверие влагалища изнасилованием не является; что тот факт, что действенная плева у потерпевшей не нару­ шена, свидетельствует о том, что насильственного акта не было» (2 л.д. 124).

Эти высказывания адвоката, не соответствующие требованиям закона, не вызвали реакции со стороны председательствующего, хотя оказали воз­ действие на присяжных заседателей.

Следующее высказывание адвоката в речи - о том, что « из показаний по­ терпевшей установлено, что к ней не применялось насилие» (т.2 л.д. 124), исказило показания потерпевшей по делу, нарушило требования ч. 2 ст.

336 УПК РФ и оказало воздействие на присяжных заседателей, создавая у них мнение о несостоятельности обвинения по данному делу в изнаси­ ловании при отсутствии насилия.

Однако, и это высказывание не вызвало реакции со стороны председа­ тельствующего.

Таким образом, в кассационном представлении прокурора правильно ука­ зывается о том, что адвокат в прениях беспрепятственно использовала не­ законные способы воздействия на присяжных заседателей.

Выше изложенные обстоятельства, приведенные в кассационном представлении государственного обвинителя, свидетельствуют о том, что на присяжных заседателей подсудимым и его адвокатом в судебном за­ седании было оказано незаконное воздействие, которое, как правильно утверждается в кассационном представлении, повлияло на вынесение объективного вердикта, что является основанием для отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение.

Что касается доводов кассационного представления государствен­ ного обвинителя о возможном контакте Кравченко с присяжными заседа­ телями, то судебная коллегия находит, что они не подтверждаются мате­ риалами дела и являются предположением.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Астраханского областного суда от 3 марта 2006 года в отношении Кравченко Дмитрия Александровича отменить и дело напра­ вить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательст­ ва в тот же суд, но в ином составе судей.

ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ