5-037/02

/з ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Кассационное определение № 5-037/02 г. Москва.

30 марта 2006 г.

Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего генерал-лейтенанта юстиции Захарова Л.М.

и судей генерал-майора юстиции Ш а л я к и н а А.С., генерал-майора юстиции Коронца А Н .

рассмотрела в судебном заседании от 30 марта 2006 г. уголовное дело по кассацион­ ным жалобам защитника-адвоката Кржечковского Р.Г. и потерпевшего Ибрагимова А.А. на приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 14 декабря 2005 г., согласно которому оперуполномоченный Рутульского отделения Управления Феде­ ральной службы безопасности РФ по Республике Дагестан лейтенант Рамазанов Залимхан Рамазанович, родившийся 13 де­ кабря 1974 г. в г. Махачкале, несудимый, на военной службе в органах ФСБ РФ в качестве офицера с октября 1996 года, осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на 3 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти и выполнением организационно-распорядительных функций, сроком на два года.

Одновременно отказано в удовлетворении гражданских исков потерпевшего Ибрагимова А.А. к Управлению ФСБ по Республике Дагестан о возмещении матери­ ального ущерба, вреда по случаю потери кормильца, почтово-телеграфных расходов по делу и морального вреда.

Заслушав доклад генерал-майора юстиции Коронца А.Н., объяснение защит­ ника-адвоката Кржечковского Р.Г. и мнение старшего военного прокурора управления Главной военной прокуратуры Бойко СИ., полагавшего необходимым приговор от­ менить, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации 2 у с т а н о в и л а :

Рамазанов осужден за превышение должностных полномочий, повлекшее су­ щественное нарушение прав и законных интересов гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное с применением насилия.

Согласно приговору, в 16 часу 7 марта 1998 г. Рамазанов, выясняя у достав­ ленного из дома в служебное помещение отделения ФСБ в с. Рутул Республики Даге­ стан Ибрагимова обстоятельства его конфликта с одним из сотрудников отделения и будучи недовольным ответом Ибрагимова, ударил его кулаком в верхнюю челюсть слева.

В результате этого насилия Ибрагимову были причинены кровоподтек и сса­ дины левой щеки, не расценивающиеся как вред здоровью.

В кассационной жалобе защитника-адвоката Кржечковского Р.Г. ставится во­ прос об отмене приговора и прекращении дела в связи с тем, что в его основу положе­ ны недопустимые доказательства.

По мнению защитника, признательные показания находящегося под стражей Рамазанова 11 марта 1998 г. даны в отсутствие защитника, хотя в соответствии с ч. 2 ст. 75 УПК РФ участие защитника обязательно, несмотря на отказ от него.

Суд не учел, что показания свидетелей Халикова, Эмирбекова и Эмирагаева противоречивы и были даны после их освобождения из-под стражи и дачи Рамазановым показаний об избиении Ибрагимова Эмирбековым.

Кроме того, судом приняты противоречивые решения, заключающиеся в том, что непоследовательные показания указанных свидетелей о действиях Рамазанова по­ сле нанесения удара оставлены без внимания, а факт нанесения им удара безмотивно положен в основу приговора.

По утверждению защитника, выводы комиссии ФСБ по результатам служеб­ ной проверки не могут быть признаны доказательством по делу, поскольку сведения получены должностным лицом за пределами предварительного следствия.

Согласно кассационной жалобе потерпевшего Ибрагимова А.А., приговор подлежит отмене как незаконный, необоснованный и несправедливый, а уголовное дело - направлению на новое судебное разбирательство.

Обосновывая это требование, потерпевший отмечает, что суд необъективно оценил нормы уголовного и уголовно-процессуального права, в связи с чем остался безнаказанным начальник отделения ФСБ Халиков, который незаконно с применени­ ем силы доставил его сына в свой служебный кабинет, где организовал его избиение, повлекшее смерть, и скрыл этот факт от правоохранительных органов.

По мнению потерпевшего, незаконно освобождены от уголовной ответствен­ ности Эмирбеков, Эмирагаев, Гаджибайрамов и Азизханов, скрывшие преступление, и не приняты во внимание публикации в средствах массовой информации об истин­ ных виновниках в смерти сына.

3 Суд не принял во внимание, что не приобщенные к делу одежда и обувь сына были мокрыми, грязными, в песке, что выводы судебно-медицинских экспертов осно­ ваны на показаниях причастных к убийству сына лиц, при этом не был отражен факт перелома обеих его рук, хотя это имеет существенное значения для установления фак­ тических обстоятельств лишения жизни сына.

Как утверждает в кассационной жалобе потерпевший, судом не дано оценки тому, что эти лица до осмотра места происшествия навели порядок в служебном ка­ бинете, замыли кровь на одежде сына и поменяли свою одежду со следами крови, что привело к утрате важных доказательств.

Помимо изложенного, потерпевший указывает, что не дана оценка имеющейся в уголовном деле записке Халикова начальнику Магарамкентского ОФСБ Файзулаеву с просьбой воздействовать на экспертов Магарамкентского отделения СМЭ, а также действиям сотрудников ФСБ, сначала угрожавшим ему, а затем предлагавшим деньги и квартиру при отзыве заявления из прокуратуры.

По утверждению Ибрагимова А.А., были нарушены его права, поскольку дело рассмотрено не по месту его жительства и ему не была направлена копия кассацион­ ного определения Военной коллегии от 11 июня 2002 г., указания которой не выпол­ нены при дополнительном расследовании дела.

В заключение своей жалобы потерпевший делает вывод о коррумпированно­ сти судьи, прокурора и адвоката.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы защитни­ ка-адвоката Кржечковского Р.Я., Военная коллегия находит, что при кассационном рассмотрении дела она не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Ссылка защитника на ст. 75 УПК РФ является несостоятельной, так как при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, дей­ ствующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения.

Согласно ч. 1 ст. 47 УПК РСФСР, защитник мог быть допущен к участию в расследовании данного дела с момента задержания, однако Рамазанов отказался от защитника, при этом данных о том, что отказ был вынужденным ни в материалах де­ ла, ни в кассационной жалобе не содержится, поэтому он не может служить основани­ ем для признания протокола допроса от 11 марта 1998 г. недопустимым доказательст­ вом и прекращения дела.

Что касается доводов кассационной жалобы потерпевшего Ибрагимова, то без их всесторонней проверки и оценки в совокупности с другими представленными сто­ роной обвинения доказательствами в судебном заседании невозможно сделать вывод о законности, обоснованности и справедливости приговора.

Вывод суда о непричастности Рамазанова к лишению жизни потерпевшего Ибрагимова по неосторожности, а, следовательно, и к причинению тяжких последст­ вий, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, сделан по результатам оценки прове­ денных по делу 5 судебно-медицинских экспертиз.

При этом в основу приговора положены заключения комиссии экспертов Да­ гестанского Республиканского бюро судебно-медицинских экспертиз Министерства здравоохранения Республики Дагестан от 17 декабря 1999 г. № 492, судебно- 4 медицинского эксперта 632 судебно-медицинской лаборатории Северо-Кавказского военного округа Ермакова б/н от 9 апреля 2002 г. и комиссии экспертов той же лабо­ ратории и бюро судебно-медицинских экспертиз Ростовской области от 27 февраля 2004 г. № 3/71, согласно которым при представленных стороной обвинения доказа­ тельствах перелом костей свода черепа в лобно-теменной области, начинающийся от границы роста волос, повлекший смерть потерпевшего Ибрагимова, без повреждения лица невозможен.

Заключения комиссий экспертов Российского центра судебно-медицинских экспертиз Министерства здравоохранения Российской Федерации от 11 октября 2001г. №29 и 111 Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны РФ при участии специалиста Военно-медицинской академии и проводивших ранее по делу экспертизы Гусейнова О.М. и Балабекова Я.М. от 20 мая 2005 г. № 277/04., содержащие противоположный вывод, были отвергнуты.

Признавая названные заключения необоснованными, суд сослался на то, что они не соответствуют совокупности исследованных в судебном заседании доказа­ тельств, противоречат установленным обстоятельствам дела и не аргументированы.

Приведенное решение нельзя признать убедительным и бесспорным, посколь­ ку, вопреки выводу суда первой инстанции, все эксперты, проводившие экспертизы по делу, руководствовались одними и теми же исходными данными, содержащимися в материалах дела. К тому же эксперты, проводившие отвергнутые судом экспертизы, помимо совокупности доказательств, представленных стороной обвинения, распола­ гали предыдущими выводами экспертов, нашедшими отражение в исследовательской части заключений.

Что касается ссылки на отсутствие обоснования экспертами своих выводов в отвергнутых судом заключениях, то она противоречит тексту заключения от 11 октяб­ ря 2001 г. № 29 и, особенно, тексту заключения от 20 мая 2005 г. № 277/04, в котором всесторонне исследованы различные варианты, предложенные судом в постановлении о назначении экспертизы, и возможность перелома костей свода черепа потерпевшего Ибрагимова в лобно-теменной области обоснована совокупностью действия силы земного притяжения, сопряженной с различного вида дополнительным ускорением тела потерпевшего, в том числе вызванным совместным падением на него осужденно­ го при условии утраты потерпевшим сознания до падения.

В заключениях экспертов, признанных судом обоснованными, кроме утвер­ ждения о невозможности получения выявленной у Ибрагимова закрытой черепномозговой травмы без повреждения лица, никаких доводов не приведено.

Более того, суд, положив в основу приговора заключение эксперта Ермакова Ю.Р. в судебном заседании от 9 апреля 2002 г., не приведя убедительных мотивов, от­ верг его вывод, изложенный в показаниях от 24 июля 1998 г., о возможности получе­ ния закрытой черепно-мозговой травмы при обстоятельствах, установленных органа­ ми предварительного следствия, согласующийся с признанными необоснованными заключениями.

В то же время входивший в состав комиссий, проводивших экспертизы 17 де­ кабря 1999 г. и 20 мая 2005 г., эксперт Гусейнов О.А. также пришел к взаимоисклю­ чающим выводам о возможности причинения потерпевшему Ибрагимову перелома свода черепа в лобно-теменной области при обстоятельствах, установленных в судеб­ ном заседании.

5 Однако суд без достаточных аргументов взял за основу вывод о невозможно­ сти получения Ибрагимовым перелома свода черепа, а противоположный вывод при­ знал необоснованным, что свидетельствует о непоследовательности суда первой ин­ станции и противоречивости его решений.

Несмотря на изложенные обстоятельства окружной военный суд не принял надлежащих мер для устранения имеющихся противоречий, самостоятельно, без до­ проса в судебном заседании экспертов и обсуждения вопроса о необходимости прове­ дения экспертизы, отдал предпочтение одним из доказательств, что повлияло на по­ становление законного и обоснованного приговора.

Кроме того, исключая из обвинения Рамазанова совершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, то есть не признав его причастным к причинению тяжких последствий в виде лишения жизни потерпевшего по неосторож­ ности, суд в приговоре не дал оценки фактическим действиям осужденного, подтвер­ ждающим, по мнению государственного обвинителя, названную квалификацию.

По показаниям свидетелей Халикова, Эмирбекова, Гаджибайрамова и осуж­ денного Рамазанова нанесенный последним удар в верхнюю челюсть Ибрагимова по­ влек его соударение затылком о стену и пол при падении на спину, кровотечение и потерю сознания. Однако вместо приведения потерпевшего в чувство и оказания ме­ дицинской помощи самостоятельно или с привлечением медицинских работников Ра­ мазанов, взяв его за пояс на спине и за ворот куртки сзади, начал поднимать с целью усадить в кресло, но не удержал, в результате чего совместно с потерпевшим с дина­ мическим ускорением упал на деревянный пол, оказавшись на спине потерпевшего.

Учитывая указанные обстоятельства, суд обязан был принять меры к установ­ лению и проверке соотношения осужденного и потерпевшего по росту и весу, физи­ ческому развитию и состоянию в совокупности с установленными в судебном заседа­ нии данными о совершении Рамазановым противоправных действий после употреб­ ления спиртных напитков, что имеет существенное значение для юридической квали­ фикации содеянного им.

Суд, в нарушение требования о полноте судебного следствия, также не дал оценки тому, что Рамазанов окончил школу милиции, длительное время проходит службу в силовых структурах, а также приему, примененному по показаниям свидете­ лей Рамазановым для поднятия упавшего на пол после его удара и потерявшего соз­ нание Ибрагимова, хотя в материалах дела имеются данные о занятии осужденного вольной борьбой и наличии у него первого разряда по этому виду спорта.

Установленные и представленные органами предварительного следствия пе­ речисленные доказательства, подлежали всестороннему исследованию в судебном за­ седании и оценке в совокупности с другими доказательствами.

Выполнение названного требования уголовно-процессуального закона совме­ стно с учетом упомянутых личных качеств Рамазанова имеет существенное значение для вывода суда о его отношении к своему деянию и способности предвидеть воз­ можность наступления вредных последствий для жизни и здоровья потерпевшего в данной конкретной ситуации, поэтому решение окружного военного суда о соответст­ вии противоправных действий Рамазанова фактическим обстоятельствам уголовного дела, их юридической квалификации, не может быть признано законным и обосно­ ванным, а назначенное наказание справедливым.

6 По этим же основаниям нельзя признать законным решение суда по заявлен­ ным потерпевшим гражданским искам.

Поскольку устранение неполноты судебного следствия, указанных нарушений уголовно-процессуального закона, правильное применение уголовного закона и на ос­ нове этого определение справедливого наказания невозможны без проведения нового судебного разбирательства в суде первой инстанции, приговор подлежит отмене.

Доводы кассационной жалобы потерпевшего о нарушении органами предва­ рительного следствия и судом норм уголовно-процессуального закона, касающихся исследования одежды и обуви сына, осмотра места происшествия, вмешательства со­ трудников ФСБ в проведение экспертизы в Магарамкентском отделении СМЭ, а так­ же о воздействии последних на него с целью прекращения производства по делу, а также доводы защитника о противоречивости показаний свидетелей Халикова, Эмир­ бекова, Эмирагаева и незаконности ссылки в приговоре на результаты служебной проверки ФСБ могут быть проверены при новом судебном рассмотрении.

Что касается утверждения потерпевшего Ибрагимова А.А. в кассационной жа­ лобе о безнаказанности сотрудников Рутульского отделения ФСБ по Республике Да­ гестан Халикова, Эмирбекова, Эмирагаева, а также скрывших, по его мнению, пре­ ступление сотрудника ФСБ Гаджибайрамова и сотрудника милиции Азизханова и не­ обоснованного прекращения в отношении них уголовного дела, то они не могут быть предметом рассмотрения суда по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, уголовное преследование названных лиц было прекращено помощником военного прокурора Северо-Кавказского военного округа 9 ноября 2001г., о чем потерпевшему было сообщено 15 ноября того же года, а впослед­ ствии отказано в удовлетворении его ходатайства о предъявлении Халикову, Эмирбекову, Эмирагаеву, Керимову, Гаджибайрамову, Рамазанову и Азизханову обвинения в совершении преступления, предусмотренного п.п. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Данных об обжаловании военному прокурору Северо-Кавказского военного округа или в суд постановлений помощника военного прокурора по указанным вопро­ сам в материалах дела не имеется.

Согласно ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в от­ ношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, то есть суд в уго­ ловном процессе может осуществлять только функцию правосудия и, в силу закона, не вправе сам формулировать обвинение или инициировать его формулирование ор­ ганами предварительного следствия не только в отношении других лиц, но и в отно­ шении лица, о деянии которого рассматривает уголовное дело в судебном заседании.

Ограничение пределов судебного разбирательства кругом лиц, в отношении которых вынесено постановление о назначении судебного заседания, и предъявлен­ ными им обвинениями исключает возможность включения в приговор суда формули­ ровок, свидетельствующих о виновности лиц, не привлеченных по данному делу в ка­ честве обвиняемых, или о виновности обвиняемого в других преступлениях.

С учетом изложенного рассмотрение указанных доводов потерпевшего не входит в компетенцию Военной коллегии Верховного Суда РФ.

7 Руководствуясь ст. 380, ч. 1 ст. 381 и 388 УПК РФ, Военная коллегия Верхов­ ного Суда Российской Федерации ОПРЕДЕЛИЛА:

- приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 14 декабря 2005 г. в отношении Рамазанова Залимхана Рамазановича в связи с нарушением уголовнопроцессуального закона и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельст­ вам уголовного дела, выразившемся в неполноте судебного следствия, отменить, а кассационную жалобу защитника-адвоката Кржечковского Р.Я. оставить без удовле­ творения.

Уголовное дело в отношении Рамазанова З.Р. направить на новое судебное разбирательство в тот же суд.

Меру пресечения Рамазанову - подписку о невыезде оставить без изменения.

Подлинное за надлежащими подписями.

Копия верна.

Судья Верховного Суда Российской ФедбЬации генерал-майор юстиции Секретарь ^ 1 ^ ^ ^ / /^Я/^ч/ А.Н.Коронец.

Л.В.Лупянникова.